.

Сексуальная культура

Язык: русский
Формат: реферат
Тип документа: Word Doc
0 1341
Скачать документ

Русская культура в новом измерении

Дмитрий Циликин

“Русский телеграф”, 6 мая 1998 г., с.10

О достоинствах книги академика Кона

HYPERLINK “book6.html” “Сексуальность как зеркало русской революции”
— называется заключение новой книги академика И.С. Кона “Сексуальная
культура в России”. Книга эта, давно уже увидевшая свет в Америке,
по-английски, вышла наконец и у нас (издательство О.Г.И., Москва).
Событие, несомненно, примечательное, значение его велико не только для
современной науки (вернее, наук, сходящихся на поле изучения всех
аспектов сексуальности), но пребудет таковым еще долгие годы.

Может показаться, что работа ученого — работа систематизатора и
компилятора, тем более что компиляцией нынче пробавляются бесчисленные
авторы бесчисленных книжек про все на свете (в том числе и про
сексуальность), и даже издательства имеют для таких народных
промысловиков специальный прейскурант. Но довериться скромному
предуведомлению Кона — значит вовсе не знать принципов и методов
научной деятельности Игоря Семеновича. “В единое целое” — в
450страничный том — сведен гигантский объем сведений, только примечаний
(выполняющих в основном роль библиографии) 576 штук. Уже одно это делает
книгу захватывающе интересной. Грандиозная панорама русской жизни:
Дмитрий Донской (родивший множество детей, избежав притом телесной
близости с женой, княгиней Авдотьей) и развратные нравы александровского
и николаевского двора, мастурбационная тревожность
революционеровдемократов и эротические завитки Серебряного века, лагеря
и пионерские лагеря, Берия и православная церковь, современные
подростки, депутаты, проститутки, писатели, феминистки, социологи, да
собственно все, кто ни обретался на этой земле, от поляндревлян до нас с
вами — все стали героями “Сексуальной культуры в России”. Но при всем
невероятном количестве информации не это, может быть, в книге главное.
Главным кажется качество подхода. В стране, где ни о какой толерантности
речи не было, И С. Кон демонстрирует поразительную широту, благородство
и мудрость взгляда. Автор всю жизнь работал в сфере гуманитарных наук —
в сфере идеологически опасной, находившейся под пристальным, жестоким,
часто идиотическим контролем власти (чему в книге немало грустных
свидетельств). Однако это никак не отразилось на его добросовестности.
Если Энгельс написал “неплохой для того времени очерк исторической
социологии любви и половой морали”– так об этом и сказано. Зато на
следующей странице приведены признаки энгельсовой ограниченности.
Исторически полезное действие не утрачивает своей полезности от того,
что последующие действия этого лица оказались вредными.

Впрочем, есть вещи, в отношении которых автор гнева не сдерживает. В
книгу вставлены слова Чехова о Толстом, суждения которого “о сифилисе,
воспитательных домах, об отвращении женщин к совокуплению и проч. не
только могут быть оспариваемы, но и прямо изобличают человека
невежественного, не потрудившегося в продолжение своей долгой жизни
прочесть две-три книжки, написанные специалистами”. Для И. С. Кона такая
смесь невежества и бестрепетности в присвоении права судить других не
менее неприемлема.

Нужно ли говорить, что “Сексуальная культура в России” — книга,
определяющее свойство которой — гуманизм. “Работа в научных кружках, на
станциях юных натуралистов и техников, занятия спортом, туризмом, проба
своих творческих сил в поэзии, литературе, различных видах искусства, в
общественной деятельности настолько захватывает и отвлекает внимание от
половых переживаний, что подростки, юноши и девушки легко справляются с
ними”, — цитирует Кон одну советскую книжку. Такие книжки громоздятся
на страницах монографии горами, заседают посыпанные перхотью месткомы,
шеренгами идут партийные тетки — бороться за нравственность, какие-то
упыри мертвенным взглядом обводят аудиторию — и весь этот вымороченный,
схоластический, чудовищный, бесчеловечный мир по мере чтения начинаешь
ощущать почти физически. Казалось бы, к чему нынче доказывать, что
сексуальность может и должна служить источником величайшей радости, а не
мучений и несчастий? Ох, боюсь, что надо. Времена мракобесия были так
исторически недавно…

“Сексуальная культура в России” — еще и поступок русского интеллигента.
“Да, я занимаюсь не своим делом. Но если ни один советский гинеколог
никогда не слышал про точку Грефенберга, кто-то должен был о ней
рассказать… Мне смертельно обидно переводить остаток жизни на подобные
вещи, но если в стране нет профессионализма, нужна хотя бы элементарная
грамотность”. Как тут не вспомнить слова Евгения Львовича Шварца об
“уважаемой мной породе согласившихся работать”. Анализируя ситуацию с
эротическим искусством, Кон тут же оговаривается: “мои личные вкусы в
этой области слишком традиционны и консервативны, чтобы я мог отважиться
на самостоятельные суждения”. Вот еще: “Читатель, конечно, давно уже
понял, что автор болен манией величия. Человек, который рассказывает,
что он “открыл” сексуальность, тело, а теперь еще и пол, явно нуждается
в помощи психиатра. Но шизофренической была советская
действительность…” Так смотреть на вещи, прожив всю жизнь здесь,
хлебая те же щи и путаясь в тех же осинах, должно быть, нелегко. Тем
более человеку первейшая добродетель которого — здравый смысл. Тем
более в 70 лет. Игорю Семеновичу Кону как раз сейчас столько и
исполняется. Пожалуй, его горькая и обнадеживающая книга — лучший
подарок всем нам к этому юбилею.

PRIVATE © И.С. Кон, 1998-2000

HYPERLINK “mailto:[email protected]” © Верстка и дизайн

HYPERLINK “http://www.linkexchange.ru/users/009818/goto.map”
PRIVATE “TYPE=PICT;ALT=RLE Banner Network” INCLUDEPICTURE \d
“http://www.linkexcha????????????????????????

ТЕМА ВЫПУСКА:

СЕКСУАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА И СЕКСУАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

СТУДЕНТЫ МГУ О СЕКСЕ

Михаил Денисенко,

Центр по изучению проблем народонаселения

Идея проведения исследования сексуального поведения российской молодежи,
о котором пойдет речь, была высказана в сентябре 1996 года двумя
демографами. Один из них – автор данного материала, другой – научный
сотрудник римского университета “Ла Сапиенца” Жан-Пьеро Далла Зуанна.

Несомненно, студенты МГУ – весьма специфическая группа молодежи,
результаты опроса которой не могут дать полного представления об
особенностях сексуального поведения всего молодого поколения России.
Однако любое исследование содержит ценную информацию. Между прочим, одни
из первых массовых опросов в мире по сексуальному поведению проводились
именно в МГУ в 1905 и 1923 годах.

Основные цели этого исследования заключались в следующем:

1) изучение сексуального поведения и установок молодых россиян в
возрасте от 18 до 22 лет. Особое внимание предполагалось уделить
обстоятельствам и факторам начала половой жизни;

2) изучение уровня информированности населения о СПИДе, выделение групп
повышенного риска ВИЧ-инфицирования;

3) изучение репродуктивных и матримониальных установок, практики
использования контрацепции, распространенности абортов.

Одна из особенностей исследования состоит в том, что оно не
финансировалось какими-либо организациями, фондами и т.д. Все расходы по
организации, проведению и обработке данных взяли на себя инициаторы
исследования. Большую помощь им в этом оказали студенты и аспиранты МГУ
и римского университета. Следует отметить, что итальянские коллеги чуть
позже провели аналогичный опрос в Падуе при финансовой поддержке Римской
католической церкви.

Авторы исследования обработали 411 анкет, заполненных студентами II, III
и IV курсов следующих факультетов: экономического, социологического,
географического, биологического, вычислительной математики и
кибернетики, химического и теоретической медицины. Доля юношей в выборке
составила 41 процент.

В анкету были включены 72 вопроса, которые можно подразделить на
следующие блоки: социальные и демографические характеристики участников
опроса и их родителей; религиозность; установки о числе детей в семье,
возрасте вступления в брак; мнения о различных формах сексуальных
отношений; уровень знаний по эпидемиологии СПИДа; возраст и
обстоятельства первого сексуального контакта; сексуальные партнеры в
прошлом; половая жизнь и контрацепция в настоящем; беременность и
аборты.

Большая часть опрошенных студентов – москвичи и жители Московской
области. Более 65 процентов из них проживали с родителями, остальные –
главным образом в общежитиях. Только 1,5 процента студентов снимали
квартиру или комнату. Уровень брачности среди современных студентов
достаточно низкий. В зарегистрированном или незарегистрированном браке
состоит около 6 процентов из них, в основном девушки.

Большой блок по религиозности был включен в вопросник в целях изучения
влияния религиозного фактора на сексуальное поведение. Однако выявить
это не удалось, поскольку по-настоящему религиозных студентов (тех, кто
соблюдает обряды и регулярно посещает церковь) мало – не более 6
процентов. В то же время к верующим себя отнесли примерно 50 процентов
девушек и 37 процентов юношей.

Приведем некоторые результаты исследования, относящиеся к собственно
сексуальному поведению. Как показал опрос, средний возраст начала
половой жизни у юношей несколько ниже, а у девушек несколько выше по
сравнению с их сверстниками в странах Западной Европы. Что заметно
отличает российских студентов, так это большая разница между возрастом
начала половой жизни у юношей и девушек.

Таблица 1

Средний возраст начала половой жизни в некоторых странах мира

PRIVATE Возраст в момент интервью Год рождения Юноши

Девушки

Разница в возрасте Ю-Д

Россия (студенты) 18-23 1974-78 17,7 18,9 1,2

Италия (студенты) 18-30 1964-76 19,5 20,4 0,9

Франция (студенты 15-30 1962-75 18,1 18,8 0,7

Великобритания (население) 19-27 1964-72 17,9 18,0 0,1

Норвегия (население) 18-25 1963-69 18.3 17,2 -1,1

США (население) 19-38 1953-72 16,0 16,7 0,7

Разница в возрасте между респондентом и его/ее первым сексуальным
партнером является важным фактором как с точки зрения формирования
сексуального поведения, так и с точки зрения отношений между партнерами.
У людей из близких возрастных групп межличностные отношения, как
правило, более устойчивые. В этом плане наблюдаются весьма существенные
различия между полами. Так, почти у 50 процентов юношей и только у 18
процентов девушек первый половой партнер был моложе или ровесником. В то
же время у 31 процента девушек и только у 4 процентов юношей первый
половой партнер был старше на 6 и более лет. Если проводить сравнение с
поведением молодежи в других странах, то различия в возрасте окажутся
менее существенными для юношей, чем для девушек.

Данные таблицы, приведенной ниже, свидетельствуют о явных различиях в
сексуальном поведении студентов МГУ и Сорбонны.

Таблица 2

Разница между возрастом респондентки и возрастом ее

первого сексуального партнера (в процентах)

PRIVATE Девушка старше или ровесники Партнер старше на 1-2 года
Партнер старше на 3 года и более

МГУ 18 30 52

Сорбонна 39 47 14

Судя по всему, элемент случайности или спонтанности отличает начало
половой жизни у многих молодых людей. У значительного числа юношей и
девушек первый сексуальный опыт был приобретен с партнером, которого они
встретили недавно (у 42 процентов девушек и 68 процентов юношей). Для
большинства это произошло спонтанно – для 55 процентов девушек и 67
процентов юношей. При этом только 43 процента студентов применяли
современные средства контрацепции (преимущественно кондом). Это
соответствует ситуации в странах Запада до начала эпидемии СПИДа. В
настоящее время там доля тех, кто использовал современную контрацепцию в
начале половой жизни, превышает 70 процентов.

Из тех студентов, кто вел половую жизнь за месяц до момента интервью, у
80 процентов девушек и 60 процентов юношей половым партнером был любимый
человек.

Следует отметить, что отношение к современной контрацепции у студентов
несколько архаично. Так, большинство из них по-прежнему рассматривает
кондомы скорее как средство предупреждения беременности, чем
ВИЧ-инфицирования или венерических заболеваний. Так, у студентов МГУ,
имеющих постоянного партнера, структура использования контрацептивов
практически одинакова с теми, кто имеет неустойчивые сексуальные связи.
При этом кондом применяли 35 процентов из первой и 30 процентов
студентов из второй группы. У студентов Сорбонны – соответственно 21 и
51 процент.

Важнейшей характеристикой сексуального поведения является число
сексуальных партнеров. У российских студентов с учетом поправки на их
молодой возраст оно сравнительно высокое.

Таблица 3

Среднее число сексуальных партнеров по данным ряда обследований

PRIVATE Возраст на момент интервью Год рождения Юноши Девушки Разница
в возрасте Ю-Д

Россия (студенты 18-23 1974-1978 2,8 1,8 +1,0

Италия (население) 18-30 1960-1972 3,1 1,0 +2,1

Великобритания (население) 19-27 1964-1972 3,4 1,9 +1,5

Норвегия (население) 19-25 1963-69 2,1 1,6 0,5

США (население) *** 1953-72 3,3 2,0 +1,3

*** Среднее число партнеров к 30 годам.

Необходимо подчеркнуть, что более 28 процентов юношей и 16 процентов
девушек имели шесть и более сексуальных партнеров. Именно представители
этих групп в большей степени подвергаются риску быть
ВИЧ-инфицированными.

Результаты исследования показали, что сегодня в России сексуальные
установки, более либеральны, чем, например, в Великобритании, Франции и
тем более Италии. Сравним мнения российских студентов о различных формах
сексуальных отношений с взглядами молодых англичан, высказанными в ходе
специального исследования в 1990-1991 годах. Так, внебрачные сексуальные
связи супругов осуждают 50 процентов девушек и 40 процентов юношей. В
Великобритании этот показатель составляет примерно 80-85 процентов как у
юношей, так и девушек в возрасте от 16 до 24 лет. Случайные сексуальные
связи в России не одобряют 31 процент юношей и 51 процент девушек, в то
время как в Великобритании этот показатель равен соответственно 49 и 76
процентам.

В России и Великобритании большинство негативно относится к мужскому
гомосексуализму. Среди студентов МГУ отрицательное отношение к этому
высказали 63 процента юношей и 44 процента девушек, тогда как в
Великобритании – 68 процентов юношей и 52 процента девушек. В то же
время россияне оказались более терпимыми к женскому гомосексуализму –
только 30-35 процентов высказали к нему отрицательное отношение. В этом
плане англичане более последовательны, они относятся одинаково как к
мужскому, так и женскому гомосексуализму.

Ответы на вопросы о СПИДе выявили два типа ошибок. В ошибках первого
типа высокая вероятность инфицирования приписывается тем действиям, где
в действительности она равна нулю. Например, примерно 20 процентов
студентов считают, что, если есть из одной тарелки с больным СПИДом, то
существует риск заразиться. При этом еще 10 процентов не знают, как
ответить на этот вопрос. Второй тип ошибок более опасен по своим
последствиям с эпидемиологической точки зрения. Например, 70 процентов
студентов полагают, что вероятность быть ВИЧ-инфицированным при наличии
случайных сексуальных связей мала. Чуть более 14 процентов считают, что
опасность инфицирования незначительна и у тех, кто ведет беспорядочную
половую жизнь. Любопытно, что лишь 44 процента студентов (включая и тех,
кто не имел половых контактов) отметили, что он/она не подвергались
риску заболеть СПИДом. В целом исследование показало, что уровень знаний
об эпидемиологии СПИДа у студентов МГУ ниже, чем у их зарубежных
сверстников.

В кратком изложении некоторых результатов исследования мы сознательно
старались избегать оценочных суждений, относящихся собственно к
сексуальному поведению российской молодежи. Во-первых, потому что это
уведет в сторону от изложения полученных результатов. Во-вторых,
неоднозначности выбора этих критериев. Тем более что эволюция изменений
сексуального поведения, как свидетельствуют работы исследователей первой
трети нашего века П.Кона и С.Голода, была довольно противоречивой.

В целом многие характеристики сексуального поведения российских
студентов и молодых людей из других стран практически не отличаются друг
от друга. Хотя можно выделить ряд особенностей, например, заметную
разницу в возрасте начала половой жизни у юношей и девушек, значительную
разницу в возрасте между девушками и их первыми половыми партнерами.

Вместе с тем целый ряд параметров поведения части молодежи –
распространенность случайных связей, неверная стратегия использования
средств контрацепции, сумбурные знания о ВИЧ-инфекции, смена партнеров и
т.д. – формируют условия вспышки эпидемии СПИДа и распространения
венерических заболеваний в студенческой среде.

Россиянки и шведки: стратегии сексуального поведения

Татьяна Якушева,

студентка социологического факультета МГУ

Современная культура, особенно молодежная, во многом носит
интернациональный характер, но культурные особенности отдельных стран
делают ее неоднородной. Это в полной мере относится и к сексуальной
культуре. В сравнительном исследовании “Жизненные стратегии молодых
женщин в России и Швеции”, затрагивались многие темы. Среди них
отношение к сексу, контрацепции и абортам. Именно на этих данных
исследования мне хотелось бы остановиться подробнее.

Образ жизни

По нашему мнению, установки девушек в области секса и их поведения в
этой сфере “вписываются” в их нынешний образ жизни в семье. Среди
опрошенных российских девушек никто не живет отдельно от семьи и лишь 8
процентов живут с одним из родителей или с мужем. У шведок ситуация
совершенно иная. Большинство шведских девушек живут отдельно. Таким
образом, в их судьбе можно выделить достаточно продолжительный (от 5 до
10 лет) период самостоятельной жизни. У российских девушек такого
периода, как правило, нет.

Существуют еще два важных отличия между российскими и шведскими семьями.
14 процентов российских респонденток живут вместе с бабушками, причем 27
процентов девушек отмечают, что бабушки сыграли важную роль в их
воспитании. Среди шведок никто вместе с бабушками не живет, и лишь 5
процентов отметили, что те много занимались их воспитанием. Между тем
влияние бабушек не стоит недооценивать. Их взгляды на нормы поведения,
конечно, не определяют полностью сексуальное поведение внучек, но и не
считаться с этими взглядами девушки тоже не могут. Одна из российских
участниц опроса рассказывает о своей бабушке: “Конечно, она повлияла на
мои взгляды, потому что всегда воспитывала меня в подражание пушкинской
Татьяне в семейной жизни: “Я другому отдана и буду век ему верна”. Она
много рассказывала про моих предков, подчеркивая, что женщины в нашем
роду мужьям не изменяли”.

Другое отличие, особенно важное для понимание разницы сексуального
поведения российских и шведских девушек, заключается в том, что 34
процента шведок живут вместе со своим бой-френдом, в то время как среди
российских девушек – только 1 процент. Безусловно, это накладывает
определенный отпечаток и на ожидания девушек в отношении их будущей
семейной жизни. Кроме того, регулярная сексуальная жизнь, которую ведут
шведки, влияет и на их поведение в области контрацепции, о чем будет
сказано ниже.

Обращает на себя внимание и тот факт, что для российских девушек более
значимой оказалась, с одной стороны, группа ценностей “личной
независимости и социального успеха” (профессия, образование, карьера,
деньги), с другой -ценности “традиционные” – брак, власть, послушание,
религия, дети, Родина. Существенно отличаются ответы российских и
шведских девушек на вопрос о таких материях, как карьера (очень важно
для 38 процентов россиянок и 5 процентов шведок), деньги (43 и 10
процентов соответственно), брак (29 и 8 процентов).

Шведки, напротив, больше ценят, с одной стороны, ценности
демократического общества (участие в общественной жизни, свободу,
социальную справедливость), с другой – ценности “личного счастья”
(любовь, дружбу, здоровье, семью, преданность и безопасность). Так,
участие в общественной жизни очень важно для 70 процентов шведок и 7
процентов российских девушек. Что же касается ценностей “личного
счастья”, то различия не столь велики. Так, семья значима для 97
процентов шведских и 91 процента российских участниц опроса, а любовь
очень важна для 89 процентов шведок и лишь 72 процентов россиянок.

Отношение к сексу

В списке ценностей присутствовал и секс. 39 процентов россиянок
ответили, что секс для них очень важен, среди шведок такой ответ дали
лишь 28 процентов опрошенных. Среди российских девушек 87 процентов
считают допустимыми сексуальные отношения вне брака. Но лишь 46
процентов из них уверены, что “мать не осудила бы их, узнав об этом”. 35
процентов считают, что осудила бы наверняка. 19 процентов затрудняются
ответить. Среди шведок 89 процентов опрошенных думают, что “мать не
осудила бы их, узнав о таких отношениях”, 6 процентов придерживаются
противоположного мнения и 5 процентов затрудняются ответить.

Интересно отметить следующий факт. Когда девушкам было предложено
оценить важность секса для их матерей, среди россиянок оказалось больше
тех, кто считает, что для “матери секс играет важную роль” (13 процентов
российских девушек ответили, что секс для их матери очень важен, а 43
процента ответили, что просто важен (у шведок – 4 и 40 процентов
соответственно).

98 процентов шведских респонденток высказались за использование
противозачаточных средств. Среди российских девушек считают необходимым
использовать контрацептивы 81 процент опрошенных, 5 процентов
высказываются против их использования, 12 процентов затрудняются
ответить на этот вопрос. Некоторые из них на вопрос о том, какие
противозачаточные средства они используют, ответили, что “стараются быть
осторожнее”…

О своем отношении к абортам девушки высказались следующим образом:

Таблица 1

Результаты ответа на вопрос: “Имеет ли женщина право делать аборт?

” (в процентах)

PRIVATE Да Нет Да, посоветовавшись с отцом ребенка Затрудняюсь
ответить

Россия 40 18 34 8

Швеция 599 4 33 4

Хотя в России значительно выше, чем в европейских странах, процент
женщин, делающих аборты, среди российских респонденток оказалось больше
тех, кто считает, что женщина не имеет права на аборт. И хотя отношение
к абортам неоднозначно в обеих странах, в Швеции мы находим больше
девушек, считающих его приемлемым для себя и других.

Любопытны в связи с этим следующие данные. На вопрос: “Если бы вы
забеременели от мужчины, которого не любите, стали бы вы жить с ним?” 36
процентов шведок ответили отрицательно и сказали, что сделали бы аборт.
Среди российских респонденток такой ответ дали лишь 19 процентов
опрошенных. Подобное отношение к абортам у российских девушек во многом
объясняется особой опасностью операции при довольно низком уровне
медицинского обслуживания.

Таблица 2.

Результаты ответа на вопрос: “Если бы вы забеременели от мужчины,

которого не любите, стали бы вы жить с ним?”

(в процентах)

PRIVATE Да, ради ребенка Да, если он меня любит Да по другим причинам
Нет, но сохранила бы ребенка Нет, сделала бы аборт Нет по другим
причинам

Швеция 1 2 1 36 36 20

Россия 7 26 7 25 19 14

Очевидно, что российские девушки в своей личной жизни оказываются
значительно более зависимы от внешних обстоятельств, чем от собственных
желаний и чувств. Это связано и с материальной зависимостью от
родителей. Среди российских студенток лишь немногие признают, что они в
состоянии содержать себя сами, а тем более самостоятельно вырастить
ребенка без отца. Большая часть шведских девушек ответила, что они
“живут на пособие для студентов, предоставляемое государством, и
подрабатывают”.

Можно предположить, что зависимое положение российских девушек во многом
определяет их большую, по сравнению со шведками, ориентированность на
карьеру (“Буду зарабатывать сама!”) и на брак, как способ ухода из-под
родительского влияния (“Пусть содержит муж”). Подобная зависимость
отражается и на сексуальном поведении молодых женщин.

* Опрос проводился по инициативе российского социолога О.Здравомысловой
(Москва) и шведского социолога П.Монсона (Гетеборг). В нем приняли
участие Т.Зиглина и Т.Якушева (социологический факультет МГУ), а также
А.Андерсон и А.Экман (социологический факультет университета Гетеборга).
Исследование проводилось в два этапа. На первом этапе было опрошено 100
студенток из России (Москва и Иваново) и Швеции (Гетеборг, Сковде),
изучающих различные гуманитарные дисциплины. Для выяснения влияния
личностных факторов на втором этапе были проведены фокусированные
интервью с несколькими российскими респондентками из числа опрошенных в
первой части исследования.

СЕКСУАЛЬНОСТЬ В БИОГРАФИЯХ

В 1997 году в Санкт-Петербурге состоялась конференция, посвященная
биографическим исследованиям в социологии. Организатором конференции
выступил Институт независимых социальных исследований Санкт-Петербурга.

Представляем несколько докладов, сокращенные тексты которых заимствованы
из сборника “Биографический метод”, подготовленного по материалам
конференции.

Сексуальные биографии:

русские женщины до-

и послевоенных поколений

Анна Роткирх,

социолог, университет Хельсинки

Я коротко представлю две сексуальные биографии русских женщин с целью
проанализировать “отсутствие” западной сексуальной революции в России.

Наталья

Наталья родилась в середине 20-х годов. Ее родители – в середине 1880-х.
Мать имела четыре класса образования и во время Первой мировой войны
работала санитаркой в больнице. Отец тоже имел четыре класса образования
и поступил на текстильную фабрику, там научился ремонтировать машины. В
семье было три ребенка, они родились в 1913, 1921 и 1923 годах. Отец,
старшая сестра и ее ребенок погибли при бомбардировке Ленинграда в 1941
году.

Образование Натальи прерывалось несколько раз из-за войны. После войны
она работала техником на эаводе, а с 1950 года – в исследовательском
институте. Сейчас она уже на пенсии.

Первый фактический сексуальный опыт Натальи приходится на время военного
обучения в 1940 году в Ленинграде. Ее руководитель организовал дело так,
чтобы мог переночевать в одной комнате с ней и иметь сексуальную связь.
Ей было так стыдно и она была так поражена, что “заледенела”.

“Это не было больно, но он мне не нравился и даже был неприятен за
толстые губы… Утром я не могла глаз поднять от стыда. На душе было
пусто и гряэно”. (Она пишет, что этот 36-летний мужчина через несколько
месяцев умер от голода).

Наталья рассказывает, что позже, во время поиска другого, хорошего мужа,
“три раза я была вынуждена уступить знакомым мужчинам без моего
желания”. Она находилась в гостях в коммунальной квартире и имела
сексуальную связь, чтобы “не шуметь и не позориться”. Наталья не
называет эти случаи насилием, но ясно выражает, что это произошло против
ее желания.

В русском материале существует несколько одинаковых упоминаний о
насильственном сексе. В финском материале было 14 упоминаний о насилии у
женщин и 9 у мужчин. Итого 23 ссылки во всех 161 текстах (и такие
упоминания могут ссылаться на один фактический случай). Представляется,
что русских рассказов о насилии намного больше. Они отличаются еще и
тем, что ни одна женщина не обсуждала, надо ли заявить об этом в милицию
вообще. С одной финской женщиной произошло почти то же самое. Разница
только в том, что она называет случившееся насилием и жалеет, что тогда
не заявила об этом:

“Мой первый опыт был шокирующим и имел долговременные последствия.
Мужчина вдвое старше изнасиловал меня в зимнюю ночь в необитаемом
доме… Я помню все еще мой страх и беспомощность. И как еще хуже страха
был страх, что кто-то узнает об этом. Я не могла бы вынести такого
стыда. Мне не пришло в голову, что этот мужчина совершил престулление и
что надо было за это отвечать”.

Сегодня Наталья жалеет о почти полном отсутствии знаний в области секса.
Она даже говорит: “Если бы я знала о девственности, я повела бы себя
иначе”.

“Первую информацию о сексуальных отношениях молодоженов я прочитала в
женской консультации в 60 лет. За всю жизнь из специальной литературы я
прочла одну брошюру – “Гигиена женщины”. Все сексуальные термины я также
уэнала из книг, которые купил мой четвертый муж”.

Наталья считает сексуальное воспитание очень важным, но надо прививать
детям чувство стыда и приличия, особенно девочкам. Она оценивает
сексуальность как красивую и естественную вещь, которая является
интимной и которую нельзя проявлять открыто на улице или перед
родственниками.

Евгения

Евгения родилась на 40 лет позже Натальи, в середине 60-х годов. Она
тоже происходит из рабочей семьи: ее родители работают на заводе
электромеханиками. После окончания школы Евгения работает там же. Потом,
в начале 80-х, она поступила на рабфак, который она заканчивает одной из
лучших на своем курсе. Она стала библиотекарем. Вышла замуж в 1992 году,
развелась через три года.

“Мама мне честно сказала, что не может быть мне советчиком в вопросах
секса. Для нее и бабушки это всегда были грязь и грех. Они не находили в
сексуальных отношениях никакого удовольствия. А ведь у бабушки было
семеро детей и гулливый муж”.

Возможно, самой сильной картиной в рассказе Евгении является то, как она
пишет любовные рассказы с “фривольными” рисунками. Она никогда никому не
показывает написанное и в конце концов уничтожает рассказы.

“Примечательно, что о действительной физической стороне любви я понятия
не имела, да мне и негде было это узнать. Остро чувствуя греховность
этих занятий, я тщательно их скрывала. Давала себе слово бросить это
все, но… начинала заново – и так вплоть до замужества, а замуж вышла в
26 лет. Что касается мастурбации, я, будучи невеждой, не догадывалась
залезть в свои трусики и манипулировала с собственной грудью… Позднее
я прочитала в одной из многочисленных “энциклопедий секса”, что дурного
ничего в этом нет. Я же тогда думала иначе, и все мои действия в этом
направлении сопровождались колоссальным чувством вины и подавленности”.

В конце концов Евгения начинает систематические поиски мужа – на
свадьбах друзей, потом через брачное агентство. Наконец она встречает
бывшего заключенного Володю, отношения с которым у нее складываются
хорошо пока он не стал алкоголиком. Затем они разводятся.

Во время своего брака Евгения превращается из стеснительной девушки в
решительную жену, которая заботится о предохранении от беременности и
отказывается иметь детей, хотя родители Володи требуют этого. В основном
она ведет хозяйство.

“После развода я стала задумываться над причинами неравноправия,
порабощения женщины в браке. Как сохранить женственность, если женщина у
нас за редким исключением работает, тянет семью, воспитывает детей и, ко
всему, обслуживает дома мужа? Это я вижу у моих родителей и во многих
знакомых семьях. Такая ситуация вызывает у меня протест”.

Несмотря на различия в сексуальном поведении молодых женщин, после
первого прочтения российских сексуальных биографий, я не могу указать на
несомненный разрыв в сексуальной культуре между “советскими”
поколениями.

МУЖСКИЕ ИСТОРИИ О СЕКСУАЛЬНОСТИ

Татьяна Бараулина, Андрей Ханжин,

социологи, Институт независимых социальных исследований

(Санкт-Петербург)

Мы хотели бы сопоставить жизненные истории двух мужчин, принадлежащих к
разным средам и поколениями. При этом на основании имеющихся у нас
интервью мы не можем утверждать, что представляем в данной работе
“типичные” биографии определенной среды и поколения. Эти примеры могут
быть рассмотрены как различные варианты конструирования сексуальности.

Вариант 1. “Мачо”. Игорь, 27 лет, не имеет высшего образования. Ранее
принадлежал к организованной преступной группировке, теперь работает в
легальной охранной структуре.

Рассказывая о своем сексуальном опыте, Игорь представляет себя как
мужчину активного, инициирующего сексуальные отношения, более опытного,
чем его партнерши. Он не сомневается в своей мужественности и уверен в
себе.

“Из женщин можно сделать в сексе все, что угодно. То есть она может быть
любовницей именно такой, какой ты хочешь и понимаешь”.

“Нет женщин, которые не дают, есть мужики, которые плохо просят”.

“Для меня всегда большой удар был, когда какая-то моя партнерша второй
раз отказывалась со мной встретиться. На самом деле секс и самолюбие
неразделимы”.

Рассказчик считает, что его нынешнее отношение к женщинам и собственной
сексуальности сложилось в армии.

“Жесткость, во-первых, четкий распорядок дня, во-вторых… Романтизм
пропадает, просыпается что-то животное, ты становишься зверем, который
должен взять автомат, по первому приказу встать и пойти убивать. И все,
о чем ты должен думать, – все лучше стрелять, лучше бегать, лучше
убивать. А все человеческое – на второй план. То есть, если тебе баба
нужна, трахнулся и ушел – никаких эмоций не должно быть. Эмоции очень
давятся там, в таких элитных подразделениях…”

После армии он попадает в среду, в которой частично воспроизводятся
неформальные правила армейской жизни. Женщины становятся такой же целью
достижения статусной позиции, как физическая сила и финансовый успех.

В этом варианте мужественности в сфере секса романтизм сочетается с
сексуальной неразборчивостью. С одной стороны, образ мужчины, который он
представляет, это “романтический герой-любовник”, делающий жизнь женщины
красивой, а секс – неординарным.

“Я прыгал возле нее, как козел, то есть утром отвозил ее в школу, перед
этим вечером покупал цветы обязательно. Подъезжал к подъезду, дарил ей
цветы, открывал ей дверь… Я ее пригласил к себе на ужин. Сделал ужин,
какие-то свечи здоровые, длинные, красивые, цветы, то есть цветы даже не
для нее, а для нее отдельно…”

“…Элемент романтики должен остаться, иначе все приедается: человек
приедается, приедается секс с ним, приедаются все эти ощущения. Если
что-то не менять… То есть, если просто взять, подойти, откинуть одеяло
и сказать: “Ложись!”… Взял за край, сдернул красиво, эффектно. И
когда, допустим, сдергиваешь покрывало – под ним лежат цветы или
какой-то подарок…”

С другой стороны, это образ бесчувственного, гиперсексуального
“супермена”, постоянно меняющего партнерш.

“Ну, потом понеслись всякие бабы непонятные, даже каких-то теплых
воспоминаний нет о них. Обыкновенные дежурные девки. Более-менее часто с
некоторыми встречался, с некоторыми – один раз, и даже забывал потом,
как зовут… Были всякие дни, когда за вечер три разных партнерши, за
день, за сутки получалось”.

Успех в “техничном” и “методичном” достижении сексуального контакта с
разными партнершами, представление сексуальности как завоевательной,
подавляющей воспроизводят и утверждают патриархатный тип отношений,
существующий в среде рассказчика, а, возможно, и в более широком
контексте современной российской культуры.

Вариант 2. “Пассивный”. Александр, 46 лет, с высшим образованием.
Работает в исследовательском институте. Александр представляет себя как
“пассивного” и “недоминирующего” мужчину, одновременно подчеркивая
нерасторжимую связь его сексуальности и личностных черт.

“У меня роль достаточно пассивная, но более органичная… Делал попытки
вести себя как активный, оказывалось, что это гораздо хуже…
Потенциальная партнерша должна была сделать какой-нибудь шаг, который
однозначно показывал как бы зеленый свет… Чтобы я его определял
однозначно”.

Сексуальность для него не столько сам половой акт (об этом практически
не рассказывается в интервью), сколько околосексуальные практики (флирт,
влюбленность, привязанность). Именно поэтому, возможно, он определяет ее
как “пассивную”, тогда как “активная” мужская сексуальность – активное
достижение полового акта.

В детстве и отрочестве сексуальность для Александра была чем-то
запретным и сакральным, что он объясняет влиянием воспитания,
утверждавшим принцип, “что вообще секс – это плохо”. Его отношение к
сексу изменилось, по его словам, после встречи с женщиной, которая стала
для него “проводником” в новый сексуальный опыт.

“И первая, на самом деле”, девка, которая мне в этом смысле очень
помогла… Естественная такая, почти как у проститутки к этому
отношение. Для меня это было очень важно. Я уже потом это понял, что для
меня это полезно было, что она показала, как нужно к этому относиться,
все это естественно и нормально”.

“Осознать достаточно внятно, чего сам хочешь. При этом могут быть
проблемы всяких там запретов, внутренней борьбы, что хочешь, а нельзя –
раз. Во-вторых, проблема как об этом сказать вслух. Опять же с
опасениями – не так поймут… А она говорила прямо и открыто,
спрашивала, как я хочу, так или так. И при этом вопрос эвучал
естественно. Там не было какого-то внутреннего напряга: говорю – а сама
боюсь”.

Александр декларирует свою пассивность, которая представляется им как
показатель “недостаточной мужественности”. Он пытается вести себя как
“настоящий мужчина”, считая, что именно такое поведение привлекательно
для женщин и необходимо мужчине. Отвергая своей сексуальной биографией
тип мужской сексуальности, который мы обоэначили как “мачо”, “пассивный”
рассказчик признает свой вариант мужественности “женственным”.

Мы можем предположить, что “активное” представление сексуальности Игорем
более поощряется обществом, потому что рассказ о ней был положительно
эмоционально окрашен. “Пассивная” же конструкция сексуальности,
представленная Александром, становится неодобряемой и проблематичной
даже с точки зрения самого рассказчика.

РАЗГОВОРЫ О СЕКСЕ С ПАРТНЕРАМИ

Катерина Герасимова,

социолог, Институт независимых социальных исследований

(Санкт-Петербург)

Ниже представлены две группы сюжетов. В одних женщины объясняют, почему
они не обсуждают сексуальные проблемы со своими партнерами. Вторая
построена вокруг факторов, представленных как стимулирующие
вербализацию.

Секс по-советски

Сексуальная культура имеет свои традиции. Следует начать с того, как
была представлена сексуальная жизнь на уровне официального дискурса в
советское время. Мишель Фуко охарактеризовал сексуальность в обществе
викторианской эпохи как “табу, несуществование и молчание”. Подобная
характеристика может быть дана и “советской эпохе”. Она выражена в
знаменитой фразе, прозвучавшей в начале перестройки в одной из
телепередач: “В СССР секса нет”. В смысле, которые придавал понятию
“сексуальность” М.Фуко, не было именно сексуальности как дискурсивного
факта. Вербализация сексуальности не являлась необходимой частью
сексуальных отношений. Ответ одной из наших собеседниц на вопрос о
разговорах о сексе с партнерами:

“Во всей своей предыдущей жизни никогда ни о чем не говорила, потому
что, как известно, наши мужчины в общей массе не любят таких разговоров,
и я считала это ненужным. И потом не было повода, не было той атмосферы.
Ну, ты знаешь, что у нас секс, который появился недавно, после развала
Советского Союза, он не предполагает ничего подобного. Половой акт в
советские времена – пришел, увидел, победил” (48 лет).

Для многих наших собеседниц, особенно старшего поколения, “молчание”
считалось нормальным. Практически все женщины, с которыми мы говорили,
не получили никакого сексуального воспитания в семье и не говорили со
своими родителями о сексе. Навык говорения на эту тему приобретался, как
правило, в разговорах со знакомыми и друзьями или с партнером,
инициировавшим разговор.

“С ним я разговаривала, но… разговаривала потому, что он разговаривал
на эту тему, иначе я, наверное, не то чтобы не позволила себе, а просто
считала бы необязательным…” (48 лет).

Важно подчеркнуть, что в дружеской среде существовали различные
представления о сексуальности, часто отличные от официального дискурса.
В контркультурных средах переживалась “сексуальная революция” и
усваивались альтернативные дискурсивные практики.

Обращаясь к индивидуальному опыту наших собеседниц, можно выделить
несколько типичных объяснений отсутствия обсуждений сексуальных проблем.
Это позволяет говорить, по крайней мере, о тех ситуациях и установках, к
которым “чувствительна” вербализация сексуальности.

Сексуальная ответственность

Женщины говорят, что незнание собственного тела, неспособность высказать
свои желания, отсутствие сексуального удовольствия не воспринимались как
проблема. Часто в интервью повторяются фразы о том, что секс
“прикладывается” к эмоциональным отношениям, женщина “светит отраженным
светом”, если она инициирует сексуальные отношения, то “ничего из этого
не выйдет” и т.п. Невнимание к собственным ощущениям и ориентация на
получение удовольствия мужчиной, ожидание того, что Он должен “открыть”
в Ней женщину – типичная установка. Она была сформирована в обществе,
где ответственность за сексуальные отношения была возложена на мужчину.
Поэтому все проблемы в сексуальных отношениях связываются с неудачным
выбором партнера, которые преодолеваются его заменой. Так, женщина,
рассказавшая в интервью, что она мазёохистка, ни разу не говорила об
этом с партнерами (которых было около 50), потому что ей “нужен был
человек, который бы… вот умел как бы… И стал бы…”

Цитата из интервью с молодой женщиной:

“Очень долгое время я не говорила, потому что я сама не понимала, чего я
хочу, то есть я не знала свое тело… И поэтому… мне было нормально
то, что происходит, и я никогда не говорила, что хочу большего… В
общем-то, почти всегда в сексе, долго, очень долго мужчина был всегда
как бы главный…” (23 года).

Неудивительно, что такой установке сопутствовала систематическая
имитация оргазма. Несколько показательных цитат:

“Я хорошо помню, что достаточно мало получала удовольствия от этого,
практически никакого. Это иногда было даже мучительно, но я
притворялась. И делала это достаточно успешно, я хорошо этому научилась.
Я считала, что так и нужно, и даже не могла себе представить, что
возможны какие-то другие вещи. Причем, они, видимо, очень часто мне
говорили: “Что ты хочешь?” А я была не в состоянии объяснить, и вообще я
не знала, чего я хочу…” (34 года).

“В моем последнем романе часто случалось так, что я не хочу, но если он
настойчив, то мне в конце концов плевать, лишь бы побыстрее. Поэтому я
довольно часто имитировала оргазм…

А последний мужчина… Механистичность в достижении оргазма. У него была
потрясающая способность добиваться его долго… Долгостью усилий он
считал, что доведет меня до нужной кондиции. В конце концов это
становилось невыносимым, и я быстренько что-нибудь имитировала. Мне
жалко было его обижать, я к нему всегда хорошо относилась, он всегда был
не без проблем. И я думала, чего же я буду усугублять все это. А с
оргазмом… я его ни разу не испытала до конца” (27 лет).

Реакции партнеров

Мужчины же, с точки зрения партнерш, либо вообще не интересуются,
получила ли женщина удовольствие, либо не идут дальше стандартного
вопроса, на который они получают стандартный ответ.

“Мальчики наши не приучены по этому поводу волноваться – им достаточно
театральных эффектов, аффектов и вздохов, а девочки не приучены как бы
требовать этого с мальчиков” (32 года).

“А дело в том, что мужчины редко спрашивают прямо, испытываю ли я
оргазм, именно пик. Они спрашивают, было ли мне хорошо. И я честно
отвечаю, что да, было хорошо. Потому что мне действительно было приятно.
Обычно мне всегда приятно” (27 лет).

Другие говорили в интервью о том, что одобряющий ответ необходим для
поддержания мнения мужчины о себе как хорошем любовнике. Молодая женщина
отвечает на “запрос” партнера:

“Было хорошо – и все. Я подразумеваю соответственно, что да, это было
хорошо. “Плохо” ответить нельзя, потому что он тут же замкнется, начнет
злиться и так далее” (22 года).

Часто инициатива женщин в обсуждении сексуальных проблем не имеет
успеха, а вызывает раздражение у партнера, что приводит к отказу от
попыток. Одна из наших собеседниц попыталась выяснить, почему они реже
стали заниматься сексом.

“Я ему говорила, но он посмеивался и раздражался на мои претензии. Он
очень сильно раздражался, поэтому я не хотела лишний раз говорить” (34
года).

Романтическая любовь

Иногда сексуальность тесно связывается с романтической любовью. Тогда
секс представляется как нечто сакральное, а говорение о нем – как
профанация. В случае заинтересованности в продолжении отношений, когда
важнейшей составляющей являются эмоции, именно страх испортить отношения
указывается как причина умолчания о сексуальных проблемах и
предпочтениях:

“Секс меня разочаровал донельзя, потому что он оказался совершенно…
тривиален, не интересен для меня в качестве сексуального партнера. И я
притворилась – он даже не заметил… Но, действительно, такая любовь
была – и какая мне разница, в конце концов можно было и потерпеть” (34
года).

“А обсуждать это как-то, начинать разговор с выяснения отношений, мне
кажется, что-то испортится, уже не будет так вот… Мне не хочется это
портить. Известно, что мужчины вообще не любят выяснять отношения” (34
года).

Атмосфера интимности

Препятствием для выяснения сексуальных предпочтений является, по словам
женщин, отсутствие атмосферы интимности. Интимность как выражение
доверия, эмоционального контакта и ожидания, понимания смещена в
дружеский круг. Наши рассказчицы обсуждали и обсуждают с подругами свои
сексуальные отношения более откровенно, чем с партнерами. Часто с ними
обсуждается чужая сексуальная жизнь: “Секс обсуждаем, но не наш”. Такие
разговоры не обязывают партнеров прилагать усилия для изменения не
устраивающей их ситуации, создавая иллюзию отношений “без комплексов”.

Тип отношений

Обсуждение своей сексуальной жизни с партнером было более вероятно в
отношениях, в которых секс играл важную роль, – в добрачных отношениях,
отношениях любовников и параллельных связях:

“Мужчины не все на это дело идут. Не все, но довольно много. Довольно
много таких мужчин, которые любят обсуждать. И поскольку я была не
женой, а любовницей, то со мной обсуждали очень даже здорово” (58 лет).

Характерно, что разговоры о сексе и сексуальных проблемах в браке
становятся неуместными, сопровождаются рутинизацией отношений:

“Раньше часто обсуждали, сейчас меньше… Сейчас обсуждение происходит
на уровне таком, что вот сегодня ты была так хороша и вот так сегодня
было замечательно… Проблемы? Проблемы мы не обсуждаем…” (34 года).

Табу и секреты

Сферой сексуальной жизни, которая была очень жестко табуирована в
советском обществе и которую многие сейчас оценивают как секретную и для
партнеров, являются “маргинальные” сексуальные практики. Один из
наиболее впечатляющих примеров – жизнь в браке с гомосексуалистом в
течение полутора лет, когда между супругами практически не было
сексуальных отношений, но разговор о сексуальной ориентации мужа ни разу
не состоялся. Женщины предпочитают хранить в секрете от своих партнеров
такие сексуальные предпочтения и практики, как мастурбация, адюльтер,
бисексуальность, мазохизм, садизм.

В последний годы в нашей стране сексуальная жизнь была легитимизирована,
возможно, даже излишне, как значимая для нормального человека. Началась
“эмансипация сексуальности”:

“И мы к тому же в советское время рожденные, считая, что секса как
такового нет, и женщине стыдно (проявлять инициативу)… Конечно, на
физическом уровне на меня тоже подействовали эти советские ощущения
отсутствия… Почему многие советские женщины, бывшие советские,
русские, фригидными себя считают? Но они действительно фригидны! Это
сейчас вот молодое поколение смотрит фильмы, порнографию, картинки…
Начинают себя чувствовать, хотя и…” (58 лет).

Такая эмансипация женской сексуальности, внимание к своим ощущениям
позволяют женщинам осознать неудовлетворенность сексуальной жизнью как
проблему и придают им смелости в том, чтобы начать обсуждать ее с
партнерами и специалистами…

“После того как родился ребенок первый, я стала какую-то литературу
читать, которая начала появляться после 85-го года, я подумала: надо же,
все испытывают оргазм, а я – нет! В общем – безобразие. Что делать? Надо
сходить к врачу” (34 года).

Сама ситуация, в которой партнеры не говорят друг с другом, трудность
артикуляции стала восприниматься как проблема:

“Мы это не обсуждаем… Я не могу свою проблему объяснить своему
партнеру, поэтому… получается, что проблемы нет, как и секса” (40
лет).

“Тайн как тайн у меня нет. Но у меня есть скованность, стеснительность в
говорении того, что я чувствую, чего я хочу. Я не скрываю этого, могу в
беседе с ним об этом говорить. Но в постели, пожалуй, не умею говорить о
том, что мне нужно. Может, научусь. Я абсолютно сексуально пассивна и
хочу с этим сейчас побороться” (39 лет).

Женщины стали позволять себе быть активными и прилагают больше усилий
для создания отношений, в которых нет места имитации. Среди
проинтервьюированных нами представляли себя таким образом именно те, для
кого вербализация проблем является элементом профессиональной или
гражданской позиции – имеющие психологическое образование, знакомые с
феминистской литературой и практикой и т.д.

“Нет, (проблемы) не обсуждали. Потом, в конце концов… это стало
невозможно для меня, и я начала говорить. Теперь в своих сексуальных
отношениях я иногда делаю попытку не притворяться. И думаю, что это –
правильная стратегия, но она очень дорого стоит. Первая безумная тяжесть
– это признаться себе, но это я уже учусь это делать – открыть рот и
заявить… Это, конечно, неприятно. И раньше я еще как-то терпела,
теперь я это просто напрочь не терплю… То есть когда я поняла, что
могу не притворяться, что это мое право… Я раньше думала, что женщина
должна притворяться, что это как бы составляющая ее жизни” (34 года).

“Я обсуждаю все, что чувствую. Я легко могу сказать, что мне вот это
нравится, это нет. И то же самое делает он. Я могу переложить его руку с
одного места на другое, потому что мне так нравится. И он делает то же
самое. То есть как вербально, так и не вербально у нас идет обратная
связь… Это наиболее прогрессивный метод, я считаю. Обратную связь в
любом случае получить надо. Тем более в сексуальных отношениях, если ты
хочешь, чтобы они продолжались. Мы постоянно разговариваем о том, какие
мы есть на самом деле, как мы относимся ко всему. Я хозяйка сама себе,
своим отношениям, своим связям” (22 года).

Появился опыт решения проблем через обсуждение их с партнером. Молодая
женщина рассказала историю взаимоотношений со своим партнером, у
которого время от времени возникали проблемы с эрекцией:

“И самое главное, что мы говорили обо всем. То есть он как бы чувствовал
вначале свою неполноценность, что ли, оттого что он не мог постоянно…
Постепенно, через взаимопонимание, через это вот прорвалось. У нас
действительно все наладилось. Обычно у меня как было с мужчиной: вот
вначале хорошо, потом отношения все хуже, хуже, затухают и затухают…
Здесь было наоборот. Здесь у нас было все лучше и лучше… Мы начали об
этом говорить… В конце концов я поняла, что я очень многого не знала о
сексе, очень многого…” (23 года).

Один уважаемый компьютерный журнал просил меня

высказать свое мнение о порнографии в Интернете.

Порнографии в Интернете действительно много,

на любой вкус. Но я предпочел несколько расширить тему.

Вот что я ответил. Думаю, это скоро появится в печати.

[Статья опубликована с изменениями в журнале

Мир INTERNET, 1998, N 12, c. 76-78]

Интернет и сексуальная культура

Появление Интернета радикально меняет информационную ситуацию во всех
сферах жизни, включая сексуальность. Впервые в истории люди могут
общаться через головы не только своих непосредственных начальников, но и
правительств, минуя государственные границы. Это, несомненно, огромное
достижение.

Что дает Интернет для развития сексуальной культуры?

Во-первых, новые, более открытые и индивидуализированные формы
сексуального просвещения. За рубежом осмыслением этой функции Интернета
уже занимаются профессиональные сексологи, этой теме посвящен
специальный номер журнала Journal of Sex Education and Therapy, June
1997. Даже в слабеньком и юном российском Интернете существует несколько
информационно-просветительных сайтов. На моем сайте HYPERLINK
“http://194.67.127.199” http://sexology.psi.med.ru любой желающий
найдет не только информацию о моих новых книгах, включая отрывки из них,
но и сведения о новейших открытиях и публикациях в этой области знания.
На сайте HYPERLINK “http://sexolog.rusmedserv.com”
http://sexolog.rusmedserv.com на вопросы читателей популярно отвечает
Ю.А. Прокопенко. Поклонники В.В. Шахиджаняна давно уже общаются с ним на
сайте HYPERLINK “http://1001.vdv.ru” http://1001.vdv.ru . Геи и
лесбиянки могут найти массу интересной и вполне приличной информации на
сайте HYPERLINK “http://gay.ru” http://gay.ru . Это значительно больше,
чем могут предложить все наши официальные каналы сексуального
просвещения, вместе взятые.

Во-вторых, существует несколько модерируемых конференций, где люди
обмениваются сексуальным опытом и попросту болтают. Некоторые их них
выглядят вполне прилично, там нет ни матерных слов, ни похабщины. Ну, а
мнения, естественно, разные. Как и в реальных мужских и женских
компаниях.

В-третьих, интерактивная виртуальная реальность позволяет людям находить
новых знакомых и проигрывать в общении с ними разнообразные сексуальные
роли и ситуации, недоступные им в реальной жизни. В сексе воображение
важнее реальности. Это особенно ценно для одиноких, застенчивых людей и
для тех, чьи сексуальные фантазии содержат в себе нечто неприемлемое,
запретное или просто трудно осуществимое. Виртуальный секс не заменяет
реального телесного контакта, но это лучше, чем ничего. Правда, попытка
реальной встречи с виртуальным возлюбленным часто чревата драматическими
разочарованиями, а сравнительно легкая разрядка сексуального напряжения
может ослабить стимул к реальному самораскрытию и человеческому
контакту. Так иногда случается с застенчивыми и малообщительными людьми.
Но свойства личности не зависят от Интернета.

В-четвертых, Интернет содержит множество сексуально-эротических
материалов и образов. В связи с этим возникает ряд нравственных,
эстетических и педагогических проблем.

Эротикой, без которой не может существовать ни человеческая
сексуальность, ни культура, называются сексуальные чувства, фантазии и
переживания, а также стимулирующие их литературные, видео, аудио и
прочие материалы. Люди, воспитанные в пуританском духе, воспринимают
слова “эротика” и “эротизм” как бранные выражения, обозначающие нечто
“животное”, низменное. На самом деле животные как раз не знают эротики и
не умеют разнообразить свой сексуальный репертуар. Способность
чувственно реагировать на эротические знаки и образы и сознательно
создавать их, объективируя в них свою фантазию, – исключительное
свойство человека, присущее ему, как свидетельствует история искусства,
с древнейших времен.

Эротические образы выполняют четыре главные функции. 1) Отражая и
фиксируя сексуально-значимые свойства и переживания, они являются
средствами познания. 2) Они служат своего рода афродизиаками,
стимуляторами сексуального возбуждения. 3) Они расширяют рамки и
возможности сексуального удовлетворения, обогащая репертуар нашего
сексуального поведения и дополняя его новыми нюансами. 4) Эротическое
воображение позволяет людям преодолевать жесткие границы реальности и
испытывать переживания, которые им физически недоступны.

Эротические материалы чрезвычайно разнообразны. Они различаются:

а) по своему содержанию: какие именно сексуальные потребности или
действия они удовлетворяют, стимулируют или изображают (эротика может
быть гетеро= или гомосексуальной, садомазохистской и т.п.);

б) по степени своей откровенности и детализации: так называемая жесткая
эротика (или жесткое порно) включает подробное изображение гениталий или
полового акта, тогда как мягкая эротика (или мягкое порно) скорее
соблазняет и намекает на сексуальные действия, нежели показывает их;

в) по своему этическому и эстетическому уровню: сексуально-эротические
описания и образы, которые представляются обществу или отдельным
индивидам социально приемлемыми, отвечающими их нравственно-эстетическим
критериям, обычно называют “эротическим искусством”, а те, которые
кажутся вульгарными, низменными, оскорбляющими человеческое достоинство,
называются порнографическими, “непристойными”.

Хотя эти различия существенны, их критерии являются
культурно-историческими и зависят от индивидуальных вкусов. В массовой
культуре эти границы еще более размыты. Популярный американский учебник
сексологии супругов Альгайер определяет эротику как
“сексуально-ориентированный материал, приемлемый для зрителя”, а
порнографию – как “сексуально-ориентированный материал, неприемлемый для
зрителя”. Поэтому правовое регулирование этой сферы общественной жизни
представляет большие трудности. Недавние думские дебаты эти вопросы еще
больше запутали. Подробнее об этом можно прочитать в моих книгах
HYPERLINK “book4.html” “Вкус запретного плода. Сексология для всех”
(Москва, “Семья и школа”, 1998) и HYPERLINK “book6.html” “Сексуальная
культура в России: клубничка на березке” (Москва, О.Г.И., 1997)

Как влияет порнография на ее потребителей? Консервативные силы нагнетают
вокруг этой темы всевозможные ужасы. Однако научные данные этих опасений
не подтверждают. Во всех странах (Дания, Швеция, Западная Германия,
Япония), где анти-порнографические законы были отменены, сексуальных
преступлений (изнасилований, покушений на детей и т.д.) стало не больше,
а меньше, тогда как интерес к порнографии снизился. В многочисленных
экспериментальных исследованиях, когда людям демонстрировались разные
эротические материалы, а затем фиксировались их физиологические и
эмоциональные реакции, твердо установлено, что 1) порнография вызывает у
людей половое возбуждение и стимулирует работу сексуального воображения;
2) однако лишь немногие люди пытаются или хотели бы сами воспроизвести и
пережить увиденное, особенно если эти материалы противоречат их
нормативным установкам и содержат элементы насилия (так же как любители
детективов не совершают преступлений и не хотят оказаться рядом с
реальным убийцей); 3) интерес к таким материалам и стимулам быстро
угасает.

Интересные данные о потребителях порнографии на основе статистического
анализа общенационального опроса, охватившего свыше 20 тысяч французов,
от 18 до 69 лет, получил в 1997 г. социолог Ален Джами.. Потребление
порнопродукции во Франции достаточно массово: “часто” и “иногда”
порнографические журналы читают 47.4 % мужчин и 19.3 % женщин. Джами
подверг детальному анализу ответы мужчин, которые сказали, что читают
порножурналы “часто” (это 5.7 % всей выборки). Оказалось, что любители
“клубнички” ведут более активную и разнообразную сексуальную жизнь,
имеют больше сексуальных партнеров, значительно чаще мастурбируют,
занимаются оральным и анальным сексом, охотнее допускают супружескую
неверность для мужей (но не для жен) и у них больше эротических
фантазий. Вместе с тем эти мужчины относятся к сексу более рационально,
чаще принимают меры предосторожности против заражения СПИДОМ, пользуются
презервативами и т.д. Иными словами, потребление порнографии связано с
определенным типом сексуального поведения, но нет ничего патологического
и социально опасного в нем нет.

Ответить по данным Джами на вопрос, является ли определенный тип
сексуального поведения результатом чтения порнографических журналов или
же, наоборот, определенный тип сексуальных потребностей побуждает людей
обращаться к эротическим материалам, невозможно, однако второй ответ
более правдоподобен. Для любителей порнографии “сексуальные потребности”
важнее, чем для среднего мужчины. Почти треть из них сказали, что “для
хорошего самочувствия мужчина должен иметь сексуальные отношения по
крайней мере раз в день” (среди остальных так думают меньше четверти).
28 % из них (15 % среди остальных) сказали, что часто чувствуют “избыток
сексуального желания”. Но их сексуальная жизнь не становится от этого
богаче. Хотя любители порнографии достигают оргазма легче остальных
мужчин, их общая удовлетворенность своей сексуальной жизнью ниже
среднего: “очень удовлетворены” ею 37 % любителей порнографии и 45 %
остальных мужчин. Вероятно, завышенные ожидания и собственная
“зацикленность” на сексе порождают неудовлетворенность. “Чаще” не значит
лучше. Безлюбовный, техничный секс быстро приедается и становится
рутинным.

Ученые считают, что с коммерческой эротикой не следует бороться путем
запретов, лучше регулировать ее распространение другими методами. Это
касается как ее содержания, так и круга потенциальных потребителей. К
числу материалов, запрещенных почти во всем мире, относится так
называемая детская порнография (сексуальные изображения детей и
подростков). Не потому, что кто-то хочет ущемить несчастных педофилов
(пусть они лучше мастурбируют перед картинкой, чем гоняются за живыми
детьми), а потому, что нельзя вовлекать в сексуальную индустрию и
проституировать детей. Настороженность вызывают также сцены сексуального
насилия. Не потому, что садомазохистские мотивы сами по себе
“противоестественны”, а потому, что игровое, условное эротическое
насилие подчас трудно отличить от реального, психотического насилия.
Взрослые люди могут пользоваться любыми эротическими игрушками и
образами, но детей и подростков, которые еще не умеют отличать
воображение от действительности, надо по возможности оградить от
потенциально опасных влияний.

Технически, “цензурировать” Интернет не так сложно, можно просто
автоматически удалять тексты с определенными словами. Но при этом
неизбежны накладки. Когда на одном из американских каналов стали удалять
слово “секс”, жертвой цензуры оказалось английское графство Эссекс.
Кроме того, может быть нанесен ущерб распространению научной и
культурной информации. Недаром принятый американским конгрессом закон о
регулировании компьютерных сетей Верховный суд США признал
противоречащим Конституции. Да и что может быть более непристойным и
нарушающим права личности, чем растиражированные тем же самым Конгрессом
материалы “дела Левински”?

Паллиативные меры кажутся значительно более эффективными. Хотя в
Интернете периодически появляются педофильские сайты, их быстро
вылавливают и убирают. Легальная коммерческая эротика, как правило,
платная и по закону доступна только людям старше 18 лет. Разумеется,
бывают исключения, особо предприимчивые подростки могут залезть куда
угодно. Но порнография – далеко не самое страшное, что они могут там
найти. Тоталитарная идеология и проповедь национальной и расовой
ненависти гораздо опаснее любого секса, между тем в российском Интернете
есть откровенно фашистские сайты, а некоторые депутаты Госдумы даже
выступают с подобными призывами на публичных массовых митингах.

Если бы наши народные избранники действительно заботились о нравственном
здоровье молодежи, они не столько пытались бы “отлучить” ее от секса (из
этого все равно ничего не выйдет), сколько позаботились бы о создании в
стране нормального сексуального просвещения. Интернет, даже в лучших
своих образцах, этого сделать не может.

В Интернете есть все. Рядом с геевским сайтом есть исполненный ненависти
гомофобский сайт Владимира Генералова. С ним соседствует “Лига
сексуального большинства”, члены которой ничего не имеют против
однополой любви, но им не нравится поднимаемый вокруг нее шум. “Лига
противников виртуального секса” заявляет, что “пиво, конечно же, лучше,
чем виртуальная женщина!” Лично я равнодушен к пиву, но совершенно
согласен – и как мужчина, и как сексолог – что “старый способ”
значительно лучше виртуального.

Главное, что необходимо в Интернете – это чувство юмора. У наших молодых
людей его значительно больше, чем у депутатов Государственной Думы,
которые спят и видят, как бы все на свете запретить.

Игорь Кон

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2019