.

Шпоры по психологии

Язык: русский
Формат: реферат
Тип документа: Word Doc
0 4189
Скачать документ

БИЛЕТ 16

ПОНЯТИЕ ОБ ОЩУЩЕНИЯХ

Ощущения считаются самыми простыми из всех психических явлений. Они
представляют собой осознаваемый, субъективно представленный в голове
человека или неосознаваемый, но действующий на его поведение продукт
переработки центральной нервной системой значимых, раздражителей,
возникающих во внутренней или внешней среде. Способность к ощущениям
имеется у всех живых существ, обладающих нервной системой. Что же
касается осознаваемых ощущений, то они есть только у живых существ,
имеющих головной мозг и кору головного мозга. Это, в частности,
доказывается тем, что при торможении деятельности высших отделов
центральной нервной системы, временном отключении работы коры головного
мозга естественным путем или с помощью биохимических препаратов человек
утрачивает состояние сознания и вместе с ним способность иметь ощущения,
т. е. чувствовать, осознанно воспринимать мир. Такое происходит,
например, во время сна, при наркозе, при болезненных нарушениях
сознания. В эволюции живых существ ощущения возникли на основе первичной
раздражимости, представляющей собой свойство живой материи избирательно
реагировать на биологически значимые воздействия среды изменением своего
внутреннего состояния и внешнего поведения. По своему происхождению
ощущения с самого начала были связаны с деятельностью организма, с
необходимостью удовлетворения его биологических потребностей. Жизненная
роль ощущений состоит в том, чтобы своевременно и быстро доводить до
центральной нервной системы как главного органа управления деятельностью
сведения о состоянии внешней и внутренней среды, наличии в ней
биологически значимых факторов.

Ощущения в своем качестве и многообразии отражают разнообразие значимых
для человека свойств окружающей среды. Органы чувств, или анализаторы
человека, с рождения приспособлены для восприятия и переработки
разнообразных видов энергии в форме стимулов-раздражителей (физических,
химических, механических и других воздействий).

Виды ощущений отражают своеобразие тех стимулов, которые их порождают.
Эти стимулы, будучи связанными с различными видами энергии, вызывают
соответствующие ощущения разного качества: зрительные, слуховые, кожные
(ощущения прикосновения, давления^ боли, тепла, холода и др.), вкусовые,
обонятельные. Информацию о состоянии мышечной системы нам предоставляют
проприоцептив-ные ощущения, отмечающие степень сокращения или
расслабления мышц; о положении тела относительно направленности сил
гравитации свидетельствуют ощущения равновесия. Те и другие обычно не
осознаются.

Сигналы, поступающие из внутренних органов, менее заметны, в большинстве
случаев, за исключением болезненных, не
осознают-ся^нотакже^воспринимаются и перерабатываются центральной
нервной системой. Соответствующие ощущения называют интероцептив-ными.
Информация из внутренних органов непрерывным потоком поступает в мозг,
сообщая ему о состояниях внутренней среды, таких, как наличие в ней
биологически полезных или вредных веществ, температура тела, химический
состав имеющихся в нем жидкостей, давление и многие другие. У человека
есть, кроме того, несколько специфических видов ощущений, которые несут
в себе информацию о времени, ускорении, вибрации, некоторых других
сравнительно редких явлениях, имеющих определенное жизненное значение.
По современным данным мозг человека представляет собой сложнейшую,
самообучающуюся вычислительную и одновременно аналоговую машину,
работающую по генотипически обусловленным и прижизненно приобретенным
программам, которые непрерывно совершенствуются под влиянием поступающей
информации. Перерабатывая эту информацию, мозг человека принимает
решения, дает команды и контролирует их выполнение.

Далеко не все существующие виды энергии, даже если они жиз–ненно
значимые, человек воспринимает в виде ощущений. К неко-

торым из них, например радиационной, он психологически нечувствителен
вообще. Сюда же можно отнести инфракрасные и ультрафиолетовые лучи,
радиоволны, находящиеся за пределами диапазона, вызывающего ощущения,
незначительные, не воспринимаемые ухом колебания давления воздуха.
Следовательно, человек в виде ощущений получает небольшую, наиболее
значимую часть той информации и энергии, которые воздействуют на его
организм.

Порождают ощущения обычно электромагнитные волны, находящиеся в пределах
значительного диапазона — от коротких космических лучей с длиной волны
около 4х10 ^ см до радиоволн с длиной волны, измеряемой многими
километрами. Длина волны как количественная характеристика
электромагнитной энергии субъективно представлена человеку в виде
качественно разнообразных ощущений. Например, те электромагнитные волны,
которые отражает зрительная система, располагаются в диапазоне от 380 до
780 миллиардных долей метра и в совокупности занимают весьма
ограниченную часть электромагнитного спектра. Волны, находящиеся внутри
этого диапазона и различающиеся по длине, ророждают в свою очередь
ощущения различного цвета (табл. 7).

Ухо человека реагирует, в отличие от глаза, на механические воздействия,
связанные с изменениями атмосферного давления. Колебания давления
воздуха, следующие с определенной частотой и характеризующиеся
периодическими появлениями областей высокого и низкого давления,
воспринимаются нами как звуки определенной высоты и громкости.
Существует специальная физическая единица, посредством которой
оценивается частота колебаний воздуха в секунду,— герц, численно равная
одному колебанию, совершаемому за секунду.

Таблица 7

Связь между зрительно воспринимаемой длиной волны и субъективным
ощущением цвета

Длина волны в миллиардных долях метра Ощущение цвета, возникающее при
воздействии на глаз волны соответствующей длины

380—450 Фиолетовый

480 Синий

500 521 Голубовато-зеленый Зеленый

540—560 Зелено-желтый

572 Желтый

600—650 650—780 Оранжевый Красный

Чем больше частота колебаний давления воздуха, тем выше воспринимаемый
нами звук. Человек обладает способностью слышать звуки, при которых
частота колебаний давления воздуха находится в пределах диапазона от 20
до 20 000 Гц. Приведем пример для сравнения: такой музыкальный
инструмент, как фортепиано, спосо-бен порождать звуки с частотой в
диапазоне от 27 до 4200 Гц. Размах частоты колебаний воздуха,
воспринимаемых разными живыми существами в виде ощущений, весьма
различен. Летучие мыши и собаки способны слышать намного более высокие
звуки чем человек. ‘

Заметим, что субъективно воспринимаемая человеком высота звука зависит
не только от частоты колебаний давления воздуха. На нее оказывает
влияние и сила звука, или его интенсивность, т. е. разность давлений
между самой высокой и самой низкой точками отражающими величину давления
воздуха (рис. 33, параметр амплитуды) . Более сильный звук иногда
воспринимается как более высокий, и наоборот.

Для оценки субъективной громкости воспринимаемого звука так-

Его воспринимаемая громкость в децибелах

же предложена специальная шкала, единицей которой является децибел.
Чтобы представить себе громкость звука, соответствующего этой единице,
обратимся к табл. 8, где в децибелах показана громкость ряда известных
нам звуков. Заметим, что длительные и сильные воздействия физических
стимулов на наши органы чувств способны вызывать определенные нарушения
в их функционировании. Например, глаз, подвергаемый воздействию сильного
света в течение длительного времени, слепнет; при воздействии на орган
слуха длительных и сильных звуков, амплитуда колебаний которых превышает
90 дб, может наступить временная потеря слуха. Такое нарушение нередко
встречается у любителей и исполнителей современных эстрадных молодежных
песен и произведений на электромузыкальных инструментах.

Обоняние — вид чувствительности, порождающий специфические ощущения
запаха. Это одно из наиболее древних, простых, но жизненно важных
ощущений. Анатомически орган обоняния расположен у большинства живых
существ в наиболее выгодном месте— впереди, в выдающейся части тела.
Путь от рецепторов обоняния до тех мозговых структур, где принимаются и
‘перерабатываются получаемые от них импульсы, наиболее короткий. Нервные
волокна, отходящие от обонятельных рецепторов, непосредственно без
промежуточных переключений попадают в головной мозг,

Часть мозга, которая называется обонятельной, также является и наиболее
древней, и чем ниже живое существо стоит на эволюционной лестнице, тем
большее пространство в массе головного мозга она занимает. У рыб,
например, обонятельный мозг охватывает практически всю поверхность
полушарий, у собак—около одной ее трети, у человека его относительная
доля в объеме всех мозговых структур равна примерно одной двадцатой
части. Указанные различия соответствуют развитости других органов
чувств и тому жизненному значению, которое данный вид ощущение имеет для
живых существ. Для некоторых видов животных значит ние обоняния выходит
за пределы восприятия запахов. У насекомые и высших обезьян обоняние
также служит средством внутривидового общения.

Следующий вид ощущений — вкусовые — имеет четыре основные модальности:
сладкое, соленое, кислое и горькое. Все остальные.^ ощущения вкуса
представляют собой разнообразные сочетания этих), четырех основных,

Кожная чувствительность, или осязание,— это наиболее широко
представленный и распространенный вид чувствительности. Всем нам
знакомое ощущение, возникающее при прикосновении какого-либо предмета к
поверхности кожи, не представляет собой элементарного осязательного
ощущения. Оно есть результат сложного комбинирования четырех других,
более простых видов ощущений: давления, боли, тепла и холода, причем для
каждого из них существует специфический вид рецепторов, неравномерно
расположенных в различных участках кожной поверхности.

Наличие таких рецепторов можно обнаружить практически на всех участках
кожи. Однако специализированность кожных рецепторов до сих пор точно
установить не удалось. Неясно, существуют ли рецепторы, исключительно
предназначенные для восприятия одного воздействия, порождающие
дифференцированные ощущения давления, боли, холода или тепла, или
качество возникающего ощущения может меняться в зависимости от состояния
одного и того же рецептора, а также от специфики воздействующего на него
свойства. Известно только, что сила и качество кожных ощущений сами по
себе относительны. Например, при одновременном воздействии на
поверхность одного участка кожи теплой водой ее температура
воспринимается по-разному в зависимости от того, какой водой мы
воздействуем на соседний участок кожи. Если она холодная, то на первом
участке кожи возникает ощущение тепла, если она горячая, то ощущение
холода. Температурные рецепторы имеют, как правило, два пороговых
значения: они реагируют на высокие и низкие по величине воздействия, но
не отзываются на средние.

На примерах кинестетических ощущений и ощущений равнове-.-д сия можно
подтвердить тот факт, что далеко не все ощущения являр’^ ются
осознаваемыми. В повседневной речи, которой мы пользуемся, отсутствует
слово, обозначающее ощущения, идущие, например, от рецепторов,
расположенных в мышцах и работающих при их сокра’ щении или растяжении.
Тем не менее эти ощущения все же суще’ ствуют, обеспечивая управление
движениями, оценку направления и скорости движения, величину расстояния.
Они формируются автоматически, поступают в мозг и регулируют движения на
подсознательном уровне. Для их обозначения в науке принято слово,
которое происходит от понятия «движение»,— кинетика, и их поэтому
называют кинестетическими. Без ощущений подобного рода мы бы испытывали
большие труд-

ности, связанные с одновременным согласованием движений различных частей
тела, сохранением позы, равновесия, контролем различных непроизвольных
движений (безусловно-рефлекторные реакции, навыки и т. п.), потому что
все они включают в себя такие двигательные моменты, которые выполняются
автоматически и очень быстро. Кроме мышц рецепторы кинестетических
ощущений находятся в других органах. Например, формирование ощущений,
которые способствуют поддержанию и сохранению равновесия, происходит
благодаря наличию особых рецепторов равновесия, имеющихся во внутреннем
ухе. От работы этих рецепторов зависит чувство ускорения или замедления
движений.

Существуют данные о том, что и с помощью обычных органов чувств человек
воспринимает раздражители, находящиеся за нижним порогом его
чувствительности. Эти раздражители (их называют субсенсорные) способны
оказывать влияние даже на осознаваемые ощущения. Это доказывает
существование у человека восприимчивости к неощущаемым сознательно
раздражителям. С помощью такой чувствительности мы уточняем, например,
локализацию звука. Физиолог Г. В. Гершуни, в частности, пишет, что
«сразу после контузии, когда слуховые ощущения либо полностью
отсутствуют, либо появляются только при воздействии очень сильных
звуков, возникают такие ответные реакции организма, как изменение
спонтанной электрической активности коры головного мозга — появление
ритмов более высоких частот … изменение разности потенциалов кожи
(кожно-гальваническая реакция) и улитко-зрачковый рефлекс — изменение
диаметра зрачка при действии звука»’.

Зона неслышимых звуков, вызывающих улитко-зрачковый рефлекс, была
названа Гершуни «субсенсорной областью». На стадиях постепенного
восстановления слуха эта зона увеличивается, а при полной нормализации
уменьшается. Подобным же образом ведут себя другие непроизвольные
реакции, регистрируемые в ходе патологического процесса. В норме пределы
субсенсорной области существенно зависят от состояния человека и для
улитко-зрачково-го рефлекса колеблются в пределах от 5 до 12 дб.

Все виды ощущений возникают в результате воздействия соответствующих
стимулов-раздражителей на органы чувств. Однако ощущение возникает не
сразу, как только нужный стимул начал действовать. Между началом
действия раздражителя и появлением ощущения проходит определенное время.
Оно называется латентным периодом. Во время латентного периода
происходит преобразование энергии воздействующих стимулов в нервные
импульсы, их прохождение по специфическим и неспецифическим структурам
нервной системы, переключение с одного уровня нервной системы на другой.
По длительности латентного периода можно судить об афферентных
структурах центральной нервной системы, через которые, прежде чем
попасть в кору головного мозга, проходят нервные импульсы.

ВОСПРИЯТИЕ, ЕГО ВИДЫ И СВОЙСТВА

Внешние явления, воздействуй на наши органы чувств, вызывают
субъективный эффект в виде ощущений без какой бы то ни было встречной
активности субъекта по отношению к воспринимаемому воздействию.
Способность ощущать дана нам и всем живым существам, обладающим нервной
системой, с рождения. Способностью же воспринимать мир в виде образов
наделены только человек и высшие животные, она у них складывается и
совершенствуется в жизненном опыте.

В отличие от ощущений, которые не воспринимаются как свойства предметов,
конкретных явлений или процессов, происходящих вне и независимо от нас,
восприятие всегда выступает как субъективно соотносимое с оформленной в
виде предметов, вне нас существующей действительностью, причем даже в
том случае, когда мы имеем дело с иллюзиями или когда воспринимаемое
свойство сравнительно элементарно, вызывает простое ощущение (в данном
случае это ощущение обязательно относится к какому-либо явлению или
объекту, ассоциируется с ним).

Ощущения находятся в нас самих, воспринимаемые же свойств-а предметов,
их образы локализованы в пространстве. Этот процесс, характерный для
восприятия в’ его отличии от ощущений, называется объективацией.

Еще одно отличие восприятия в его развитых формах от ощущений состоит в
том, что итогом возникновения ощущения является некоторое чувство
(например, ощущения яркости, громкости, соленого, высоты звука,
равновесия и т.п.), в то время как в результате восприятия складывается
образ, включающий комплекс различных взаимосвязанных ощущений,
приписываемых человечку ским сознанием предмету, явлению, процессу. Для
того чтобы некоторый предмет был воспринят, необходимо совершить в
отношении его какую-либо встречную активность, направленную на его
исследование, построение и уточнение образа. Для появления ощущения
этого, как правило, не требуется.

Отдельные ощущения как бы «привязаны» к специфическим анализаторам, и
достаточно бывает воздействия стимула на их периферические органы —
рецепторы, чтобы ощущение возникло. Образ, складывающийся в результате
процесса восприятия, предполагает взаимодействие, скоординированную
работу сразу нескольких анализаторов. В зависимости от того, какой из
них работает

активнее, перерабатывает больше информации, получает наиболее значимые
признаки, свидетельствующие о свойствах воспринимаемого объекта,
различают и виды восприятия. Соответственно выделяют зрительное,
слуховое, осязательное восприятие. Четыре анализатора — зрительный,
слуховой, кожный и мышечный — чаще всего выступают как ведущие в
процессе восприятия.

Восприятие, таким образом, выступает как осмысленный (включающий
принятие решения) и означенный (связанный с речью) синтез разнообразных
ощущений, получаемых от целостных предметов или сложных, воспринимаемых
как целое явлений. Этот синтез выступает в виде образа данного предмета
или явления, который складывается в ходе активного их отражения.

Предметность, целостность, константность и категориальность
(осмысленность и означенность) — это основные свойства образа,
складывающиеся в процессе и результате восприятия. Предметность — это
способность человека воспринимать мир не в виде набора не связанных друг
с другом ощущений, а в форме отделенных друг от друга предметов,
обладающих свойствами, вызывающими данные ощущения. Целостность
восприятия выражается в том, что образ воспринимаемых предметов не дан в
полностью готовом виде со всеми необходимыми элементами, а как бы
мысленно достраивается до некоторой целостной формы на основе небольшого
набора элементов. Это происходит и в том случае, если некоторые детали
предмета человеком непосредственно в данный момент времени не
воспринимаются. Константность определяется как способность воспринимать
предметы относительно постоянными по форме, цвету и величине, ряду
других параметров независимо от меняющихся физических условий
восприятия. Категориальность человеческого восприятия проявляется в том,
что оно носит обобщенный характер, и каждый воспринимаемый предмет мы
обозначаем словом-понятием, относим к определенному классу. В
соответствии с этим классом нами в воспринимаемом предмете ищутся и
видятся признаки, свойственные всем предметам данного класса и
выраженные в объеме и содержании этого понятия.

Описанные свойства предметности, целостности, константности и
категориальности восприятия с рождения человеку не присущи; они
постепенно складываются в жизненном опыте, частично являясь естественным
следствием работы анализаторов, синтетической деятельности мозга.

Чаще и больше всего свойства восприятия изучались на примере зрения —
ведущего органа чувств у человека. Существенный вклад в понимание того,
как из отдельных зрительно воспринимаемых деталей предметов складывается
их целостная картина — образ, внесли представители гештальтпсихологии —
направления научных исследований, сложившегося в начале XX в. в
Германии. Одним из первых классификацию факторов, влияющих на
организацию зрительных ощущений в образы в русле гештальтпсихологии
предложил М. Вертгеймер. Выделенные им факторы следующие:

1. Близость друг к другу элементов зрительного поля, вызвавших
соответствующие ощущения. Чем ближе друг к другу пространственно в
зрительном поле располагаются соответствующие элементы, тем с большей
вероятностью они объединяются друг с другом и создают единый образ.

2. Сходство элементов друг с другом. Это свойство проявляется в том, что
похожие элементы обнаруживают тенденцию к объединению.

3. Фактор «естественного продолжения». Он проявляется в том, что
элементы, выступающие как части знакомых нам фигур, контуров и форм, с
большей вероятностью в нашем сознании объединяются именно в эти фигуры,
форму и контуры, чем в другие.

4. Замкнутость. Данное свойство зрительного восприятия выступает как
стремление элементов зрительного поля создавать целостные, замкнутые
изображения.

Принципы перцептивной организации зрительного восприятия иллюстрируются
рис. 36. Ближе друг к другу расположенные линии в ряду А скорее
объединяются друг с другом в нашем восприятии, чем далеко расставленные.
Добавление горизонтальных, разно-направленных отрезков к отдельным,
стоящим далеко друг от друга вертикальным линиям в ряду Б побуждает нас,
напротив, видеть целостные фигуры в них, а не в близко расположенных
линиях. В данном случае это квадраты. Соответствующее впечатление
усиливается еще больше (ряд В), становится необратимым, если контуры
оказываются замкнутыми.

Выяснилось, что восприятие человеком более сложных, осмысленных
изображений происходит по-иному. Здесь в первую очередь срабатывает
механизм влияния прошлого опыта и мышления, выделяющий в воспринимаемом
изображении наиболее информативные места, на основе которых, соотнеся
полученную информацию с памятью, можно о нем составить целостное
представление. Анализ записей движений глаз, проведенный А. Л. Ярбусом’,
показал, что элементы плоскостных изображений, привлекающих внимание
человека, содержат участки, несущие в себе наиболее интересную и
полезную для воспринимающего информацию. При внимательном изучении таких
элементов, на которых более всего останавливается взор в процессе
рассматривания картин, обнаруживается, что движения глаз фактически
отражают процесс человеческого мышления. Установлено, что при
рассматривании человеческого лица наблюдатель больше всего внимания
уделяет глазам, губам и носу (рис. 37, 38). Глаза и губы человека
действительно являются наиболее выразительными и подвижными элементами
лица, по характеру и движениям которых мы судим о психологии человека и
его состоянии. Они многое могут сказать наблюдателю о настроении
человека, о его характере, отношении к окружающим людям и многом другом.

Рис. 36. Действие различных факторов на формирование образа контурной
фигуры. А — фактор близости предрасполагает наблюдателя организовать
линии в группы по две в каждой. Б — фактор продолжения побуждает видеть
в трех средних скобках просто пары линий, как в первом случае. В —
замкнутость исключает возможность какой-либо иной группировки линий

Нередко при восприятии контурных и штрихованных изображений, а также
соответствующих элементов реальных предметов у человека могут возникать
зрительные иллюзии. Таких иллюзий известно множество. Две из них для
примера показаны на рис. 39. Это — иллюзии, связанные с искажением
контура окружности, представленной на фоне веерообразно расходящихся
линий (А), и искажение изображения квадрата на фоне концентрических
окружностей (Б).

Наличием иллюзий в сфере восприятия, которые могут быть вызваны самыми
различными причинами, зависящими как от состояния воспринимающей
системы, так и от особенностей организации воспринимаемого материала,
объясняются многие ошибки, в том числе «видения» так называемых
неопознанных летающих объектов (НЛО), о которых в последние годы немало
писалось в прессе.

Остановимся кратко на механизмах восприятия пространства, времени и
движения, которые совместно со способами восприятия контуров и
содержания осмысленных фигур плоскостного типа

образуют черно-белую перцептивную динамическую картину обстановки,
окружающей повседневно человека. Восприятие пространства содержит оценки
формы, величины, расстояния до предметов, расстояния между предметами.

В восприятии формы предметов принимают участие три основные группы
факторов:

1. Врожденная способность нервных клеток коры головного мозга
избирательно реагировать на элементы изображений, имеющие определенную
насыщенность, ориентацию, конфигурацию и длину. Такие клетки называются
клетками-детекторами. Благодаря свойствам своих рецептивных полей, они
выделяют в зрительном поле вполне определенные элементы, например
световые линии конкретной длины, ширины и наклона, острые углы,
контрасты, изломы на контурных изображениях.

2. Законы образования фигур, форм и контуров, выделенные
гештальтпсихологами и описанные выше.

3. Жизненный опыт, получаемый за счет движений руки по контуру и
поверхности объектов, перемещения человека и частей его тела в
пространстве.

Восприятие величины предметов зависит от того, каковы параметры их
изображения на сетчатке глаза. Если человек не в состоянии правильно
оценить расстояние до предметов, то те из них, которые на самом деле
находятся далеко и, следовательно, образуют на сетчатке небольшие
изображения, воспринимаются человеком как маленькие, хотя на самом деле
могут быть достаточно большими. Те объекты, изображения которых на
сетчатке глаза увеличиваются, также субъективно воспринимаются как
возрастающие, хотя в действительности увеличения их размера может не
происходить. Однако если человек в состоянии правильно оце-нить
расстояние до объекта, то в действие вступает закон константности, в
соответствии с которым видимая величина объекта мало меняется при не
очень больших изменениях расстояния до него или не меняется совсем. То
же самое происходит в том случае, если человеку известно, что сам объект
мало меняется, а варьируется только величина его изображения на
сетчатке.

В восприятии величины предметов принимают участие мышцы глаз и руки (в
том случае, когда с ее помощью человек ощупывает предмет), ряда других
частей тела. Чем больше сокращается или расслабляется мышца,
прослеживающая предмет по его контуру или поверхности, тем большим
кажется человеку и сам предмет. Следовательно, восприятие величины
коррелирует со степенью сокращения следящих за ним мышц. В этом, в
частности, проявляется роль деятельности в восприятии.

Движения мышц также участвуют в восприятии глубины. Кроме них зрительно
правильной оценке глубины способствуют аккомодация и конвергенция глаз.
Аккомодация — это изменение кривизны хрусталика при настройке глаза на
четкое восприятие близких и отдаленных объектов или их деталей
(фокусировка изображения на сетчатке). Конвергенция — это сближение или
расхождение осей глаз, которое происходит при восприятии соответственно
приближающихся или удаляющихся от человека объектов. Между зрительными
осями обычно образуется некоторый угол. Он и несет в себе информацию о
расстоянии до объектов.

Однако с помощью аккомодации и конвергенции невозможно полностью
объяснить восприятие и оценку расстояния до объектов, так как эти
процессы «работают» в ограниченных пределах расстояний: 5—6 метров для
аккомодации и до 450 метров для конвергенции. В то же самое время
человек способен различать удаленность объектов от себя на гораздо
большие расстояния, до 2,5 км. При оценке больших расстояний им,
вероятнее всего, используется информация о взаимном расположении
объектов на сетчатке правого и левого глаз.

Восприятие и оценка движения также основаны на последовательном
использовании информации, исходящей из нескольких различных источников.
Одни из них позволяют установить сам факт движения, другие оценить его
направленность и скорость. Наличие или отсутствие движения в поле зрения
констатируется нейронами-детекторами движения или новизны, входящими в
нейро-физиологический аппарат ориентировочной реакции (рефлекса). Эти
нейройы обладают генетически заданной способностью генерировать импульсы
при возникновении движения какого-либо объекта в поле зрения.

Направленность движения может оцениваться по направлению перемещения
отражаемого объекта на поверхности сетчатки, а также отмечаться
последовательностью сокращения-расслабления определенной группы мышц
глаз, головы, туловища при выполнении прослеживающих движений за
объектом.

То обстоятельство, что восприятие движения и его направления
физиологически связано, в частности, с перемещением изображения на
сетчатке, доказывается существованием иллюзии движения, обычно
возникающей в том случае, когда в поле зрения один за другим с
небольшими интервалами времени зажигаются два светящихся точечных
объекта, находящихся друг от друга на сравнительно небольшом расстоянии.
Если интервал времени между зажиганием первого и второго объектов
становится меньше 0,1 с, то возникает иллюзия перемещения светового
источника из одного положения в другое, с первого места на второе,
причем зрительно-иллюзорно субъектом даже прослеживается траектория
соответствующего «движения». Это явление получило название «фи-феномен».

Еще одним аргументом в пользу того же самого вывода о
психофизиологическом механизме восприятия движения может служить так
называемый автокинетический эффект. Это явление представляет собой
кажущееся, иллюзорное движение в темноте неподвижной светящейся точки.
На нем, в частности, был основан эксперимент с группой людей, который
рассматривался в третьей главе учебника. Автокинетический эффект
возникает у многих людей в том случае, если неподвижная точка в
зрительном поле является единственным видимым объектом, т. е. если ее
положение невозможно идентифицировать в пространстве, сравнить и оценить
относительно какого-либо другого видимого объекта.

Скорость движения, по-видимому, оценивается по скорости перемещения
изображения предмета на сетчатке, а также по быстроте сокращения мышц,
участвующих в следящих движениях.

Механизм восприятия человеком времени часто связывают с так называемыми
«биологическими часами» — определенной последовательностью и ритмикой
биологических обменных процессов, происходящих в организме человека. В
качестве наиболее вероятных кандидатов на роль биологических часов
называют ритм сердечной деятельности и метаболизм (обменные процессы)
тела. Последнее частично подтверждается тем, что при воздействии
медикаментов, влияющих на скорость обменных процессов, восприятие
времени может меняться. Например, хинин и алкоголь чаще всего замедляют
субъективно воспринимаемый ход времени, а кофеин ускоряет его.

Субъективная продолжительность времени частично зависит от того, чем оно
заполнено. Более короткой по времени кажется нам интересная и
осмысленная деятельность. Гораздо дольше для нашего восприятия
продолжается та, которая заполнена бессмысленными и неинтересными
занятиями. В одном эксперименте человек провел в изоляции четыре дня,
находясь в звуконепроницаемой комнате и занимаясь в это время чем хотел.
Через определенные интервалы времени ему звонил экспериментатор и
интересовался, который час (у самого испытуемого часов не было).
Оказалось, что в течение первого дня пребывания в этих условиях, когда
испытуемый еще находил для себя интересные занятия, его субъективное
время шло с ускорением и убежало вперед почти на четыре часа. Затем его
«внутренние часы» начали постепенно отставать и к концу четвертого дня
пребывания в изоляции уже ошибались по сравнению с реальным временем
примерно на сорок минут.

Существуют большие индивидуальные, в частности возрастные, различия в
восприятии хода времени. Кроме того, у одного и того же человека оценки
времени могут варьировать в широких пределах в зависимости от его
душевного и физического состояния. При хорошем настроении время идет
чуть быстрее, чем обычно, а в состоянии фрустрации или подавленности оно
течет медленнее.

БИЛЕТ 17

ОБЩЕЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ПАМЯТИ

Впечатления, которые человек получает об окружающем мире„1 оставляют
определенный след, сохраняются, закрепляются, а при не-j обходимости и
возможности — воспроизводятся. Эти процессы назы-1 ваются памятью. «Без
памяти,— писал С. Л. Рубинштейн,— мы 6bi-,j ли бы существами мгновения.
Наше прошлое было бы мертво для*

будущего. Настоящее, по мере его протекания, безвозвратно исчезало бы в
прошлом»’.

Память лежит в основе способностей человека, является условием научения,
приобретения знаний, формирования умений и навыков. Без памяти
невозможно нормальное функционирование ни личности, ни общества.
Благодаря своей памяти, ее совершенствованию человек выделился из
животного царства и достиг тех высот, на которых он сейчас находится. Да
и дальнейший прогресс человечества без постоянного улучшения этой
функции немыслим.

Память можно определить как способность к получению, хранению и
воспроизведению жизненного опыта. Разнообразные инстинкты, врожденные и
приобретенные механизмы поведения есть не что иное, как запечатленный,
передаваемый по наследству или приобретаемый в процессе индивидуальной
жизни опыт. Без постоянного обновления такого опыта, его воспроизводства
в подходящих условиях живые организмы не смогли бы адаптироваться к
текущим быстро меняющимся событиям жизни. Не помня о том, что с ним
было, организм просто не смог бы совершенствоваться дальше, так как то,
что он-приобретает, не с чем было бы сравнивать и оно бы безвозвратно
утрачивалось.

Память есть у всех живых существ, но наиболее высокого уровня своего
развития она достигает у человека. Такими мнемически-ми возможностями,
какими обладает он, не располагает никакое другое живое существо в мире.
У дочеловеческих организмов есть только два вида памяти: генетическая и
механическая. Первая проявляется в передаче генетическим путем из
поколения в поколение жизненно необходимых биологических,
психологических и поведенческих свойств. Вторая выступает в форме
способности к научению, к приобретению жизненного опыта, который иначе,
как в самом организме, нигде сохраняться не может и исчезает вместе с
его уходом из жизни. Возможности для запоминания у животных ограничены
их органическим устройством, они могут помнить и воспроизводить лишь то,
что непосредственно может быть приобретено методом
условно-рефлекторного, оперативного или викарного научения, без
использования каких бы то ни было мнемических средств.

У человека есть речь как мощное средство запоминания, способ хранения
информации в виде текстов и разного рода технических записей. Ему нет
необходимости полагаться только на свои органические возможности, так
как главные средства совершенствования памяти и хранения необходимой
информации находятся вне его и одновременно в его руках: он в состоянии
совершенствовать эти средства практически бесконечно, не меняя своей
собственной природы. У человека, наконец, есть три вида памяти, гораздо
более мощных и продуктивных, чем у животных: произвольная, логическая и
опосредствованная. Первая связана с широким волевым контролем
запоминания, вторая — с употреблением логики, третья — с использованием
разнообразных средств запоминания, большей частью представленных в виде
предметов материальной и духовной культуры.

Более точно и строго, чем это сделано выше, память человека можно
определить как психофизиологический и культурный процессы, выполняющие в
жизни функции запоминания, сохранения и воспроизведения информации. Эти
функции являются для памяти основными. Они различны не только по своей
структуре, исход-.:, ным данным и результатам, но и по тому, что у
разных людей развиты неодинаково. Есть люди, которые, например, с трудом
запоми.^ нают, но зато неплохо воспроизводят и довольно долго хранят в
iial мяти запомненный ими материал. Это индивиды с развитой долгот
временной памятью. Есть такие люди, которые, напротив, быстр^
запоминают, но зато и быстро забывают то, что когда-то запомнили. У них
более сильны кратковременный и оперативный виды памяти.,

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВООБРАЖЕНИЯ

Воображение — особая форма человеческой психики, стоящая отдельно от
остальных психических процессов и вместе с тем занимающая промежуточное
положение между восприятием, мышлением

и памятью. Специфика этой формы психического процесса состоит в том, что
воображение, вероятно, характерно только для человека и странным образом
связано с деятельностью организма, будучи в то же самое время самым
«психическим» из всех психических процессов и состояний. Последнее
означает, что ни в чем другом, кроме воображения, не проявляется
идеальный и загадочный характер психики. Можно предполагать, что именно
воображение, желание его понять и объяснить привлекло внимание к
психическим явлениям в древности, поддерживало и продолжает его
стимулировать в наши дни.

Что же касается загадочности этого феномена, то она состоит в том, что
до сих пор нам почти ничего не известно именно о механизме воображения,
в том числе о его анатомо-физиологической основе. Где в мозгу человека
локализовано воображение? С работой каких известных нам нервных
органических структур оно связано? На эти важные вопросы мы почти ничего
конкретного ответить не можем. Во всяком случае об этом мы можем сказать
гораздо меньше, чем, например, об ощущениях, восприятии, внимании и
памяти, которые обсуждались в предыдущих главах учебника. В силу данного
обстоятельства эта глава будет одной из самых маленьких по объему в
книге, что, конечно, не говорит о небольшой значимости данного феномена
в психологии и поведении человека.

Здесь дело обстоит как раз противоположным образом, а именно: мы знаем
очень много о том, какое значение воображение имеет в жизни человека,
как оно влияет на его психические процессы и состояния и даже на
организм. Это и побуждает выделить и специально рассмотреть проблему
воображения в учебнике.

Благодаря воображению человек творит, разумно планирует свою
деятельность и управляет ею. Почти вся человеческая материальная и
духовная культура является продуктом воображения и творчества людей, а
какое значение эта культура имеет для психического развития и
совершенствования вида «гомосапиенс», мы уже достаточно хорошо знаем.
Воображение выводит человека за пределы его сиюминутного существования,
напоминает ему о прошлом, открывает будущее. Обладая богатым
воображением, человек может «жить» в разном времени, что не может себе
позволить никакое другое живое существо в мире. Прошлое зафиксировано в
образах памяти, произвольно воскрешаемых усилием воли, будущее
представлено в мечтах и фантазиях.

Воображение является основой наглядно-образного мышления, позволяющего
человеку ориентироваться в ситуации и решать задачи без
непосредственного вмешательства практических действий. Оно во многом
помогает ему в тех случаях жизни, когда практические действия или
невозможны, или затруднены, или просто нецелесообразны (нежелательны).

От восприятия воображение отличается тем, что его образы не всегда
соответствуют реальности, в них есть элементы фантазии, вымысла. Если
воображение рисует сознанию такие картины, которым ничего или мало что
соответствует в действительности, то оно носит название ФАНТАЗИИ. Если ,
кроме того, воображение нацелино на будущее , его именуют мечтой.

ПРИРОДА И ВИДЫ МЫШЛЕНИЯ

«У здравого смысла прекрасный нюх, но зато старчески тупые зубы» — так
охарактеризовал значение мышления один из его наиболее интересных
исследователей К. Дункер’, очевидным образом противопоставляя его
здравому смыслу. С этим трудно не согласиться, имея в виду, что мышление
в его высших творческих человеческих формах не сводится ни к интуиции,
ни к жизненному опыту, составляющим основу так называемого «здравого
смысла». Что же такое мышление? Каковы его отличия от других способов
познания человеком действительности?

Прежде всего мышление является высшим познавательным процессом. Оно
представляет собой порождение нового знания, активную форму творческого
отражения и преобразования человеком действительности. Мышление
порождает такой результат, какого ни в самой действительности, ни у
субъекта на данный момент времени не существует. Мышление (в
элементарных формах оно имеется и у животных) также можно понимать ка^
получение новых знаний, творческое преобразование имеющихся
представлений.

Отличие мышления от других психологических процессов состоит также в
том, что оно почти всегда связано с наличием проблемной ситуации,
задачи, которую нужно решить, и активным изменением условий, в которых
эта задача задана. Мышление в отличие от восприятия выходит за пределы
чувственно данного, расширяет границы познания. В мышлении на основе
сенсорной информации делаются определенные теоретические и практические
выводы. Оно отражает бытие не только в виде отдельных вещей, явлений и
их свойств, но и определяет связи, существующие между ними, которые чаще
всего непосредственно, в самом восприятии человеку не даны. Свойства
вещей и явлений, связи между ними отражаются в мышлении в обобщенной
форме, в виде законов, сущностей.

На практике мышление как отдельный психический процесс не существует,
оно незримо присутствует во всех других познавательных процессах: в
восприятии, внимании, воображении, памяти, речи. Высшие формы этих
процессов обязательно связаны с мышлением, и степень его участия в этих
познавательных процессах определяет их уровень развития.

Мышление — это движение идей, раскрывающее суть вещей. Его итогом
является не образ, а некоторая мысль, идея. Специфическим результатом
мышления может выступить понятие — обобщенное отражение класса предметов
в их наиболее общих и существенных особенностях.

Мышление — это особого рода теоретическая и практическая деятельность,
предполагающая систему включенных в нее действий и операций
ориентировочно-исследовательского, преобразовательного и познавательного
характера. На рис. 51 представлены основные виды мышления. Рассмотрим их
подробнее.

БИЛЕТ 18

ОБЩЕЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ПАМЯТИ

Впечатления, которые человек получает об окружающем мире„1 оставляют
определенный след, сохраняются, закрепляются, а при не-j обходимости и
возможности — воспроизводятся. Эти процессы назы-1 ваются памятью. «Без
памяти,— писал С. Л. Рубинштейн,— мы 6bi-,j ли бы существами мгновения.
Наше прошлое было бы мертво для*

будущего. Настоящее, по мере его протекания, безвозвратно исчезало бы в
прошлом»’.

Память лежит в основе способностей человека, является условием научения,
приобретения знаний, формирования умений и навыков. Без памяти
невозможно нормальное функционирование ни личности, ни общества.
Благодаря своей памяти, ее совершенствованию человек выделился из
животного царства и достиг тех высот, на которых он сейчас находится. Да
и дальнейший прогресс человечества без постоянного улучшения этой
функции немыслим.

Память можно определить как способность к получению, хранению и
воспроизведению жизненного опыта. Разнообразные инстинкты, врожденные и
приобретенные механизмы поведения есть не что иное, как запечатленный,
передаваемый по наследству или приобретаемый в процессе индивидуальной
жизни опыт. Без постоянного обновления такого опыта, его воспроизводства
в подходящих условиях живые организмы не смогли бы адаптироваться к
текущим быстро меняющимся событиям жизни. Не помня о том, что с ним
было, организм просто не смог бы совершенствоваться дальше, так как то,
что он-приобретает, не с чем было бы сравнивать и оно бы безвозвратно
утрачивалось.

Память есть у всех живых существ, но наиболее высокого уровня своего
развития она достигает у человека. Такими мнемически-ми возможностями,
какими обладает он, не располагает никакое другое живое существо в мире.
У дочеловеческих организмов есть только два вида памяти: генетическая и
механическая. Первая проявляется в передаче генетическим путем из
поколения в поколение жизненно необходимых биологических,
психологических и поведенческих свойств. Вторая выступает в форме
способности к научению, к приобретению жизненного опыта, который иначе,
как в самом организме, нигде сохраняться не может и исчезает вместе с
его уходом из жизни. Возможности для запоминания у животных ограничены
их органическим устройством, они могут помнить и воспроизводить лишь то,
что непосредственно может быть приобретено методом
условно-рефлекторного, оперативного или викарного научения, без
использования каких бы то ни было мнемических средств.

У человека есть речь как мощное средство запоминания, способ хранения
информации в виде текстов и разного рода технических записей. Ему нет
необходимости полагаться только на свои органические возможности, так
как главные средства совершенствования памяти и хранения необходимой
информации находятся вне его и одновременно в его руках: он в состоянии
совершенствовать эти средства практически бесконечно, не меняя своей
собственной природы. У человека, наконец, есть три вида памяти, гораздо
более мощных и продуктивных, чем у животных: произвольная, логическая и
опосредствованная. Первая связана с широким волевым контролем
запоминания, вторая — с употреблением логики, третья — с использованием
разнообразных средств запоминания, большей частью представленных в виде
предметов материальной и духовной культуры.

Более точно и строго, чем это сделано выше, память человека можно
определить как психофизиологический и культурный процессы, выполняющие в
жизни функции запоминания, сохранения и воспроизведения информации. Эти
функции являются для памяти основными. Они различны не только по своей
структуре, исход-.:, ным данным и результатам, но и по тому, что у
разных людей развиты неодинаково. Есть люди, которые, например, с трудом
запоми.^ нают, но зато неплохо воспроизводят и довольно долго хранят в
iial мяти запомненный ими материал. Это индивиды с развитой долгот
временной памятью. Есть такие люди, которые, напротив, быстр^
запоминают, но зато и быстро забывают то, что когда-то запомнили. У них
более сильны кратковременный и оперативный виды памяти.,

ВИДЫ ПАМЯТИ И ИХ ОСОБЕННОСТИ

Существует несколько оснований для классификации видов человеческой
памяти. Одно из них — деление памяти по времени сохранения материала,
другое — по преобладающему в процессах запоминания, сохранения и
воспроизведения материала анализатору. В первом случае выделяют
мгновенную, кратковременную, оперативную, долговременную и генетическую
память. Во втором случае говорят о двигательной, зрительной, слуховой,
обонятельной, осязательной, эмоциональной и других видах памяти.
Рассмотрим н дадим краткое определение основным из названных видов
памяти.

Мгновенная, или иконическая, память связана с удержанием точной и полной
картины только что воспринятого органами чувств, без какой бы то ни было
переработки полученной информации. Эта память — непосредственное
отражение информации органами чувств. Ее длительность от 0,1 до 0,5 с.
Мгновенная память представляет собой полное остаточное впечатление,
которое возникает от непосредственного восприятия стимулов. Это —
память-образ. •

Кратковременная память представляет собой способ хранения информации в
течение короткого промежутка времени. Длительность’ удержания
мнемических следов здесь не превышает нескольких де-1 сятков секунд, в
среднем около 20 (без повторения). В кратковре-. менной памяти
сохраняется не полный, а лишь обобщенный образ ^ воспринятого, его
наиболее существенные элементы. Эта память ра-: ботает без
предварительной сознательной установки на запоминание^ но зато с
установкой на последующее воспроизведение материала^ Кратковременную
память характеризует такой показатель, как объ^ ем. Он в среднем равен
от 5 до 9 единиц информации и определяете^ по числу единиц информации,
которое человек в состоянии точно1 воспроизвести спустя несколько
десятков секунд после однократного предъявления ему этой информации.

Кратковременная память связана с так называемым актуальным сознанием
человека. Из мгновенной памяти в нее попадает только та информация,,
которая сознается, соотносится с актуальными интересами и потребностями
человека, привлекает к себе его повышенное внимание.

Оперативной называют память, рассчитанную на хранение информации в
течение определенного, заранее заданного срока, в диапазоне от
нескольких секунд до нескольких дней. Срок хранения сведений этой памяти
определяется задачей, вставшей перед человеком, и рассчитан только на
решение данной задачи. После этого информация может исчезать из
оперативной памяти. Этот вид памяти по длительности хранения информации
и своим свойствам занимает промежуточное положение между кратковременной
и долговременной.

Долговременная — это память, способная хранить информацию в течение
практически неограниченного срока. Информация, попавшая в хранилища
долговременной памяти, может воспроизводиться человеком сколько угодно
раз без утраты. Более того, многократное и систематическое
воспроизведение данной информации только упрочивает ее следы в
долговременной памяти. Последняя предполагает способность человека в
любой нужный момент припомнить то, что когда-то было им запомнено. При
пользовании долговременной памятью для припоминания нередко требуется
мышление и усилия воли, поэтому ее функционирование на практике обычно
связано с двумя этими процессами.

Генетическую память можно определить как такую, в которой информация
хранится в генотипе, передается и воспроизводится по наследству.
Основным биологическим- механизмом запоминания информации в такой памяти
являются, по-видимому, мутации и связанные с ними изменения генных
структур. Генетическая память у человека — единственная, на которую мы
не можем оказывать влияние через обучение и воспитание.

Зрительная память связана с сохранением и ‘воспроизведением зрительных
образов. Она чрезвычайно важна для людей любых профессий, особенно для
инженеров и художников. Хорошей зрительной памятью нередко обладают люди
с эйдетическим восприятием, способные в течение достаточно
продолжительного времени «видеть» воспринятую картину в своем
воображении после того, как она перестала воздействовать на органы
чувств. В связи с этим данный вид памяти предполагает развитую у
человека способность к воображению. На ней основан, в частности, процесс
запоминания и воспроизведения материала: то, что человек зрительно может
себе представить, он, как правило, легче запоминает и воспроизводит.

Слуховая память — это хорошее запоминание и точное воспроизведение
разнообразных звуков, например музыкальных, речевых. Она необходима
филологам, людям, изучающим иностранные языки, акустикам, музыкантам.
Особую разновидность речевой памяти составляет словесно-логическая,
которая тесным образом связана со словом, мыслью и логикой. Данный вид
памяти характеризуется тем, что человек, обладающий ею, быстро и точно
может запомнить смысл событий, логику рассуждений или какого-либо
доказательства, смысл читаемого текста и т. п. Этот смысл он может
передать собственными словами, причем достаточно точно. Этим типом
памяти обладают ученые, опытные лекторы, преподаватели вузов и учителя
школ.

Двигательная память представляет собой запоминание и сохранение, а при
необходимости и воспроизведение с достаточной точностью многообразных
сложных движений. Она участвует в формировании двигательных, в частности
трудовых и спортивных, умений и навыков. Совершенствование ручных
движений человека напрямую связано с этим видом памяти.

Эмоциональная память — это память на переживания. Она участвует в работе
всех видов памяти, но особенно проявляется в человеческих отношениях. На
эмоциональной памяти непосредственно основана прочность запоминания
материала: то, что у человека вызывает эмоциональные переживания,
запоминается им без особого труда и на более длительный срок.

Осязательная, обонятельная, вкусовая и другие виды памяти особой роли в
жизни человека не играют, и их возможности по сравнению со зрительной,
слуховой, двигательной и эмоциональной памятью ограничены. Их роль в
основном сводится к удовлетворению биологических потребностей или
потребностей, связанных с безопасностью и самосохранением организма.

По характеру участия воли в процессах запоминания и воспроизведения
материала память делят на непроизвольную и произвольную. В первом случае
имеют в виду такое запоминание и воспроизведение, которое происходит
автоматически и без особых усилий со стороны человека, без постановки им
перед собой специальной мнемической задачи (на запоминание, узнавание,
сохранение или воспроизведение). Во втором случае такая задача
обязательно присутствует, а сам процесс запоминания или воспроизведения
требует волевых усилий.

Непроизвольное запоминание не обязательно является более слабым, чем
произвольное, во многих случаях жизни оно превосходит его. Установлено,
например, что лучше непроизвольно запоминается материал, который
является объектом внимания и сознания, выступает в качестве цели, а не
средства осуществления деятельности. Непроизвольно лучше запоминается
также материал, с которым связана интересная и сложная умственная работа
и который для человека имеет большое значение. Показано, что в том
случае, когда с запоминаемым материалом проводится значительная работа
по его осмыслению, преобразованию, классификации, установлению в нем
определенных внутренних (структура) и внешних (ассоциации) связей,
непроизвольно он может запоминаться лучше, чем произвольно. Это особенно
характерно для детей дошкольного и младшего школьного возраста.

Рассмотрим теперь некоторые особенности и взаимосвязь двух основных
видов памяти, которыми человек пользуется в повседневной жизни:
кратковременной и долговременной.

Объем кратковременной памяти индивидуален. Он характеризует природную
память человека и обнаруживает тенденцию к сохранению в течение всей
жизни. Им в первую очередь определяется механическая память, ее
возможности. С особенностями кратковременной памяти, обусловленными
ограниченностью ее объема, связано такое свойство, как замещение. Оно
проявляется в том, что при переполнении индивидуально ограниченного
объема кратковременной памяти человека вновь поступающая информация
частично вытесняет хранящуюся там, и последняя безвозвратно исчезает,
забывается, не попадает в долговременное хранилище. Это, в частности,
происходит тогда, когда человеку приходится иметь дело с такой
информацией, которую он не в состоянии полностью запомнить и которая ему
предъявляется непрерывно и последовательно.

Почему, например, мы так часто испытываем серьезные трудности при
запоминании и сохранении в памяти имен, фамилий и отчеств новых для нас
людей, с которыми нас только что познакомили? По-видимому, по той
причине, что объем информации, имеющейся в этих словах, находится на
пределе возможностей кратковременной памяти, и если к нему добавляется
новая информация (а это как раз и происходит, когда представленный нам
человек начинает говорить), то старая, связанная с его именем,
вытесняется. Непроизвольно переключая внимание на то, что говорит
человек, мы тем самым перестаем повторять его имя, фамилию и отчество и
в результате скоро о них забываем.

Кратковременная память играет большую роль в жизни человека. Благодаря
ей перерабатывается самый большой объем информации, сразу отсеивается
ненужная и остается потенциально полезная. Вследствие этого не
происходит информационной перегрузки долговременной памяти излишними
сведениями, экономится время человека. Кратковременная память имеет
большое значение для организации мышления; материалом последнего, как
правило, становятся факты, находящиеся или в кратковременной, или в
близкой к ней по своим характеристикам оперативной памяти.

Данный вид памяти активно работает и в процессе общения человека с
человеком. Установлено, что в том случае, когда впервые встретившихся
людей просят рассказать о своих впечатлениях друг о друге, описать те
индивидуальные особенности, которые они во время первой встречи заметили
друг у друга, в среднем ими называется обычно такое количество черт,
которое соответствует объему кратковременной памяти, т. е. 7±2.

Без хорошей кратковременной памяти невозможно нормальное
функционирование долговременной памяти. В последнюю может проникнуть и
надолго отложиться лишь то, что когда-то было в кратковременной памяти.
Иначе говоря, кратковременная память выступает в роли обязательного
промежуточного хранилища и фильтра, кото- рый пропускает нужную, уже
отобранную информацию в долговременную память.

Переход информации из кратковременной в долговременную память связан с
рядом особенностей. В кратковременную память попадают последние 5 или 6
единиц информации, поступившие через органы чувств, они-то и проникают в
первую очередь в долговременную память. Сделав сознательное усилие,
повторяя материал, можно удерживать его в кратковременной памяти и на
более длительный срок, чем несколько десятков секунд. Тем самым можно
обеспечить перевод из кратковременной в долговременную память такого
количества информации, которое превышает индивидуальный объем
кратковременной памяти. Этот механизм лежит в основе запоминания путем
повторения.

Обычно же без повторения в долговременной памяти оказывается лишь то,
что находится в сфере внимания человека. Данную особенность
кратковременной памяти иллюстрирует следующий опыт. В нем испытуемых
просят запомнить всего лишь 3 буквы и спустя примерно 18 с воспроизвести
их. Но в интервале между первичным восприятием этих букв и их
припоминанием испытуемым не дают возможности повторять эти буквы про
себя. Сразу же после предъявления трех разных букв им предлагается в
быстром темпе начать вести обратный счет тройками, начиная с
какого-нибудь большого числа, например с 55. В этом случае оказывается,
что многие испытуемые вообще не в состоянии запомнить данные буквы и
безошибочно их воспроизвести через 18 с. В среднем в памяти людей,
прошедших через подобный опыт, сохраняется не более 20% первоначально
воспринятой ими информации.

Многие жизненные психологические проблемы, казалось бы, связанные с
памятью, на самом деле зависят не от памяти как таковой, а от
возможности обеспечить длительное и устойчивое внимание человека к
запоминаемому или припоминаемому материалу. Если удается обратить
внимание человека на что-либо, сосредоточить его внимание на этом, то
соответствующий материал лучше запоминается и, следовательно, дольше
сохраняется в памяти. Этот факт можно проиллюстрировать с помощью
следующего опыта. Если предложить человеку закрыть глаза и неожиданно
ответить, например, на вопрос о том, какого цвета, формы и какими
другими особенностями обладает предмет, который он не раз видел, мимо
которого неоднократно проходил, но который не вызывал к себе повышенного
внимания, то человек с трудом может ответить на поставленный вопрос,
несмотря на то, что видел этот предмет множество раз. Многие люди
ошибаются, когда их просят сказать, какой цифрой,, римской или арабской,
изображена на циферблате их механических ручных часов цифра 6. Нередко
оказывается, что ее на часах нет вообще, а человек, десятки и даже сотни
раз смотревший на свои часы, не обращал внимание на этот факт и,
следовательно, не запомнил его. Процедуру введения информации в
кратковременную память и представляет собой акт обращения на нее
внимания.

Одним из возможных механизмов кратковременного запоминания является
временное кодирование, т. е. отражение запоминаемого материала в виде
определенных, последовательно расположенных символов в слуховой или
зрительной системе человека. Например, когда мы запоминаем нечто такое,
что можно обозначить словом, то мы этим словом, как правило, пользуемся,
мысленно произнося его про себя несколько раз, причем делаем это или
осознанно, продуманно, или неосознанно, механически. Если требуется
зрительно запомнить какую-либо картину, то, внимательно посмотрев на
нее, мы обычно закрываем глаза или отвлекаем внимание от разглядывания
для того, чтобы сосредоточить его на запоминании. При этом мы
обязательно стараемся мысленно воспроизвести увиденное, представить его
зрительно или выразить его смысл словами. Часто для того, чтобы нечто
действительно запомнилось, мы стараемся по ассоциации с ним вызвать у
себя определенную реакцию. Порождение такой реакции следует
рассматривать как особый психофизиологический механизм, способствующий
активизации и интегрированию процессов, служащих средством запоминания и
воспроизведения.

Тот факт, что при введении информации в долговременную память она, как
правило, перекодируется в акустическую форму, доказывается следующим
экспериментом. Если испытуемым зрительно предъявить значительное
количество слов, заведомо превышающих по своему числу объем
кратковременной памяти, и затем проанализировать ошибки, которые они
допускают при ее воспроизведении, то окажется, что нередко правильные
буквы в словах замещаются теми ошибочными буквами, которые близки к ним
по звучанию, а не по написанию. Это, очевидно, характерно только для
людей, владеющих вербальной символикой, т. е. звуковой речью. Люди,
глухие от рождения, не нуждаются в том, чтобы преобразовать видимые
слова в слышимые.

В случаях болезненных нарушений долговременная и кратковременная память
могут существовать и функционировать как относительно независимые. К
примеру, при таком болезненном нарушении памяти, которое именуется
ретроградной амнезией, страдает в основном память на недавно
произошедшие события, но обычно сохраняются воспоминания о тех событиях,
которые имели место в далеком прошлом. При другом виде заболевания,
также связанном с нарушениями памяти,— антероградной амнезии — сохранной
остается и кратковременная, и долговременная память. Однако при этом
страдает способность ввода новой информации в долговременную память.

Вместе с тем оба вида памяти взаимосвязаны и работают как единая
система. Одна из концепций, описывающая их совместную, взаимосвязанную
деятельность, разработана американскими учеными Р. Аткинсоном и Р.
Шифрином. Она схематически представлена на рис. 42. В соответствии с
теорией названных авторов долговременная память представляется
практически не ограниченной по объему, но обладает ограниченными
возможностями произвольного припоминания хранящейся в ней информации.
Кроме того, для того чтобы информация из кратковременного хранилища
попала в долговременное, необходимо, чтобы с ней была проведена
определенная работа еще в то время, когда она находится в
кратковременной памяти. Это работа по ее перекодированию, т. е. переводу
на язык, понятный и доступный мозгу человека. Данный процесс в чем-то
аналогичен тому, который происходит при вводе информации в
электронно-вычислительную машину. Известно, что все современные ЭВМ
способны хранить информацию в двоичных кодах, и для того чтобы память
машины сработала, любые вводимые в нее сведения должны быть представлены
в таком виде.

Во многих жизненных ситуациях процессы кратковременной и долговременной
памяти работают во взаимосвязи и параллельно.

Например, когда человек ставит перед собой задачу запомнить что-либо
такое, что заведомо превосходит возможности его кратковременной памяти,
он часто сознательно или бессознательно обращается к использованию
приема смысловой обработки и группировки материала, который облегчает
запоминание. Такая группировка в свою очередь предполагает использование
долговременной памяти, обращение к прошлому опыту, извлечение из него
необходимых для обобщения знаний и понятий, способов группировки
запоминаемого материала, сведения его к количеству смысловых единиц, не
превышающих объема кратковременной памяти.

Перевод информации из кратковременной в долговременную память нередко
вызывает затруднения, так как для того, чтобы это наилучшим образом
сделать, необходимо сначала осмыслить и определенным образом
структурировать материал, связать его с тем, что человек хорошо знает.
Именно из-за недостаточности этой работы или из-за неумения ее
осуществлять быстро и эффективно память людей кажется слабой, хотя на
самом деле она может обладать большими возможностями.

Рассмотрим теперь особенности и некоторые механизмы работы
долговременной памяти. Эта память обычно начинает функционировать не
сразу после того, как человеком был воспринят и запомнен материал, а
спустя некоторое время, необходимое для того, чтобы человек внутренне
смог переключиться с одного процесса на другой, с запоминания на
воспроизведение. Эти два процесса не могут происходить параллельно, так
как структура их различна, а механизмы несовместимы, противоположно
направлены. Акустическое кодирование характерно для перевода информации
из кратковременной в долговременную память, где она уже хранится,
вероятно, не в форме звуковых, а в виде смысловых кодов и структур.
связанных с мышлением. Обратный процесс предполагает перевод мысли в
слово.

Если, например, после некоторого количества прочтений или прослушиваний
мы попытаемся через некоторое время воспроизвести длинный ряд слов, то
так же обычно совершаем ошибки, как и тогда, когда не срабатывает при
запоминании кратковременная память. Однако эти ошибки бывают иными. В
большинстве случаев вместо забытых слов при воспоминании мы используем
другие, близкие к ним не по звучанию или написанию, а по смыслу. Часто
бывает так, что человек, будучи не в состоянии точно вспомнить забытое
слово, вместе с тем хорошо помнит его смысл, может передать его иными
словами и уверенно отвергает другие, не похожие на данное слово
сочетания звуков. Благодаря тому, что смысл вспоминаемого приходит на
память первым, мы в конечном счете можем вспомнить желаемое или по
крайней мере заменить его тем, что достаточно близко к нему по смыслу.
Если бы этого не было, то мы бы испытывали огромные трудности при
припоминании и часто терпели неудачу. На этой же особенности
долговременной памяти, вероятно, основан процесс узнавания когда-то
виденного или слышанного.

БИЛЕТ 19

ПРИРОДА И ВИДЫ МЫШЛЕНИЯ

«У здравого смысла прекрасный нюх, но зато старчески тупые зубы» — так
охарактеризовал значение мышления один из его наиболее интересных
исследователей К. Дункер’, очевидным образом противопоставляя его
здравому смыслу. С этим трудно не согласиться, имея в виду, что мышление
в его высших творческих человеческих формах не сводится ни к интуиции,
ни к жизненному опыту, составляющим основу так называемого «здравого
смысла». Что же такое мышление? Каковы его отличия от других способов
познания человеком действительности?

Прежде всего мышление является высшим познавательным процессом. Оно
представляет собой порождение нового знания, активную форму творческого
отражения и преобразования человеком действительности. Мышление
порождает такой результат, какого ни в самой действительности, ни у
субъекта на данный момент времени не существует. Мышление (в
элементарных формах оно имеется и у животных) также можно понимать как
получение новых знаний, творческое преобразование имеющихся
представлений.

Отличие мышления от других психологических процессов состоит также в
том, что оно почти всегда связано с наличием проблемной ситуации,
задачи, которую нужно решить, и активным изменением условий, в которых
эта задача задана. Мышление в отличие от восприятия выходит за пределы
чувственно данного, расширяет границы познания. В мышлении на основе
сенсорной информации делаются определенные теоретические и практические
выводы. Оно отражает бытие не только в виде отдельных вещей, явлений и
их свойств, но и определяет связи, существующие между ними, которые чаще
всего непосредственно, в самом восприятии человеку не даны. Свойства
вещей и явлений, связи между ними отражаются в мышлении в обобщенной
форме, в виде законов, сущностей.

На практике мышление как отдельный психический процесс не существует,
оно незримо присутствует во всех других познавательных процессах: в
восприятии, внимании, воображении, памяти, речи. Высшие формы этих
процессов обязательно связаны с мышлением, и степень его участия в этих
познавательных процессах определяет их уровень развития.

Мышление — это движение идей, раскрывающее суть вещей. Его итогом
является не образ, а некоторая мысль, идея. Специфическим результатом
мышления может выступить понятие — обобщенное отражение класса предметов
в их наиболее общих и существенных особенностях.

Мышление — это особого рода теоретическая и практическая деятельность,
предполагающая систему включенных в нее действий и операций
ориентировочно-исследовательского, преобразовательного и познавательного
характера. На рис. 51 представлены основные виды мышления. Рассмотрим их
подробнее.

Теоретическое понятийное мышление — это такое мышление, пользуясь
которым человек в процессе решения задачи обращается к понятиям,
выполняет действия в уме, непосредственно не имея дела с опытом,
получаемым при помощи органов чувств. Он обсуждает и ищет решение задачи
с начала и до конца в уме, пользуясь готовыми знаниями, полученными
другими людьми, выраженными в понятийной форме, суждениях,
умозаключениях. Теоретическое понятийное мышление характерно для научных
теоретических исследований.

Теоретическое образное мышление отличается от понятийного тем, что
материалом, который здесь использует человек для решения задачи,
являются не понятия, суждения или умозаключения, а образы. Они или
непосредственно извлекаются из памяти, или творчески воссоздаются
воображением. Таким мышлением пользуются работники литературы,
искусства, вообще люди творческого труда, имеющие дело с образами. В
ходе решения мыслительных задач соответствующие образы мысленно
преобразуются так, чтобы человек в результате манипулирования ими смог
непосредственно усмотреть решение интересующей его задачи.

Оба рассмотренных вида мышления — теоретическое понятийное и
теоретическое образное — в действительности, как правило, сосуществуют.
Они неплохо дополняют друг друга, раскрывают человеку разные, но
взаимосвязанные стороны бытия. Теоретическое понятийное мышление дает
хотя и абстрактное, но вместе с тем наиболее точное, обобщенное
отражение действительности. Теоретическое образное мышление позволяет
получить конкретное субъективное ее восприятие, которое не менее
реально, чем объективно-понятийное. Без того или другого вида мышления
наше восприятие действитель-

234

ности не было бы столь глубоким и разносторонним, точным и богатым
разнообразными оттенками, каким оно является на деле.

Отличительная особенность следующего вида мышления — наглядно-образного—
состоит в том, что мыслительный процесс в нем непосредственно связан с
восприятием мыслящим человеком окружающей действительности и без него
совершаться не может. Мысля наглядно-образно, человек привязан к
действительности, а сами необходимые для мышления образы представлены в
его кратковременной и оперативной памяти (в отличие от этого образы для
теоретического образного мышления извлекаются из долговременной памяти и
затем преобразуются).

Данная форма мышления наиболее полно и развернуто представлена у детей
дошкольного и младшего школьного возраста, а у взрослых — среди людей,
занятых практической работой. Этот вид мышления достаточно развит у всех
людей, кому часто приходится принимать решение о предметах своей
деятельности, только наблюдая за ними, но непосредственно их не касаясь.

Последний из обозначенных на схеме видов мышления — это
наглядно-действенное. Его особенность заключается в том, что сам процесс
мышления представляет собой практическую преобразовательную
деятельность, осуществляемую человеком с реальными предметами. Основным
условием решения задачи в данном случае являются правильные действия с
соответствующими предметами. Этот вид мышления широко представлен у
людей, занятых реальным производственным трудом, результатом которого
является создание какого-либо конкретного материального продукта.

Заметим, что перечисленные виды мышления выступают одновременно и как
уровни его развития. Теоретическое мышление считается более совершенным,
чем практическое, а понятийное представляет собой более высокий уровень
развития, чем образное. С одной стороны, за такими рассуждениями лежит
реальный смысл, так как понятийное и теоретическое мышление в фило- и
онтогенезе действительно появляются позднее, чем, скажем, практическое и
образное. Но, с другой стороны, каждый из четырех названных видов
мышления сам по себе может развиваться относительно независимо от
остальных и достигать такой высоты, что заведомо превзойдет
филогенетически более позднюю, но онтогенетически менее развитую форму.
Например, у высококвалифицированных рабочих наглядно-действенное
мышление может быть гораздо более развитым, чем понятийное у
размышляющего на теоретические темы студента. Наглядно-образное мышление
художника может быть более совершенным, чем словесно-логическое у
посредственного ученого. Эту мысль хорошо подметил Б. М. Теплов.

Разница между теоретическим и практическим видами мышления, по мнению Б.
М. Теплова, состоит лишь в том, что «они по-разному связаны с
практикой… Работа практического мышления в основном направлена на
разрешение частных конкретных задач…,’тогда как работа теоретического
мышления направлена в основном на нахожде- ние общих закономерностей»’.
И теоретическое, и практическое мышление в конечном счете связаны с
практикой, но в случае практического мышления эта связь имеет более
прямой, непосредственный характер. Практический ум, как правило, на
каждом шагу нацелен на решение практической задачи, и его выводы
непосредственно проверяются практикой здесь и теперь. Теоретический же
ум выступает как опосредствованный: он проверяется на практике лишь в
конечных результатах его работы.

Все перечисленные виды мышления у человека сосуществуют, могут быть
представлены в одной и той же деятельности. Однако в зависимости от ее
характера и конечных целей доминирует тот или иной вид мышления. По
этому основанию они все и различаются.’ По степени своей сложности, по
требованиям, которые они предъяв- • ляют к интеллектуальным и другим
способностям человека, все названные виды мышления не уступают друг
другу.

Мышление в отличие от других процессов совершается в соот-! ветствии с
определенной логикой. Соответственно, в структуре мыш-1 ления можно
выделить следующие логические операции: сравнение^ анализ, синтез,
абстракция и обобщение. Сравнение вскрывает тож-1 дество и различие
вещей. Результатом сравнения, кроме того, мо-‘ жет стать классификация.
Нередко она выступает как первичная фор-‘ ма теоретического и
практического познания. ^

Более глубокое проникновение в суть вещей требует раскрытия их’1
внутренних связей, закономерностей и существенных свойств. Оноп
выполняется при помощи анализа и синтеза. Анализ — это рас’; членение
предмета, мысленное или практическое, на составляющие; его элементы с
последующим их сравнением. Синтез есть построение’ целого из
аналитически заданных частей. Анализ и синтез обычной осуществляются
вместе, способствуют более глубокому познаник^ действительности. «Анализ
и синтез,— писал С. Л. Рубинштейн,—1 «общие знаменатели» всего
познавательного процесса. Они относят-‘ ся не только к отвлеченному
мышлению, но и к чувственному позна-1 нию и восприятию. В плане
чувственного познания анализ выра-1 жается в выделении какого-нибудь
чувственного свойства объекта, до^ того должным образом не
выделявшегося. Познавательное значение) анализа связано с тем, что он
вычленяет и «подчеркивает», выделяет существенное»^. Теоретический,
практический, образный и абстракт-^ ный интеллект в своем формировании
связан с совершенствованием 1 операций мышления, прежде всего анализа,
синтеза и обобщения.

Абстракция — это выделение какой-либо стороны или аспекта явления,
которые в действительности как самостоятельные не существуют.
Абстрагирование выполняется для более тщательного их изучения и, как
правило, на основе предварительно произведенного

анализа и синтеза. Результатом всех этих операций нередко выступает
формирование понятий.

Абстрагированными могут стать не только свойства, но и действий, в
частности способы решения задач. Их использование и перенос в другие
условия возможны лишь тогда, когда выделенный спосЬб решения осознан и
осмыслен безотносительно к конкретной задаче.

Обобщение выступает как соединение существенного (абстрагирование) и
связывание его с классом предметов и явлений. Понятие становится одной
из форм мысленного обобщения.

Конкретизация выступает как операция, обратная обобщению. Она
проявляется, например, в том, что из общего определения — понятия —
выводится суждение о принадлежности единичных вещей и явлений
определенному классу.

Кроме рассмотренных видов и операций, имеются еще и процессы мышления. К
ним относятся суждение, умозаключение, определение понятий, индукция,
дедукция. Суждение — это высказывание, со- . держащее определенную
мысль. Умозаключение представляет собой серию логически связанных
высказываний, из которых выводится новое знание. Определение понятий
рассматривается как система суждений о некотором классе предметов
(явлений), выделяющая наиболее общие их признаки. Индукция и дедукция —
это способы производства умозаключений, отражающие направленность мысли
от частного к общему или наоборот. Индукция предполагает вывод частного
суждения из общего, а дедукция — вывод общего суждения из частных.

Хотя логические операции органически входят в состав мышления, оно не
всегда выступает как процесс, в котором действуют только логика и разум.
В процесс мышления зачастую вмешиваются, изменяя его, эмоции. Вот что по
этому поводу писал Рубинштейн: «Подчиняясь деспотическому господству
слепого чувства, мысль начинает порой регулироваться стремлением к
соответствию с субъективным чувством, а не с объективной реальностью…,
следует «принципу удовольствия» вопреки «принципу реальности»…
Эмоциональное мышление с более или менее страстной предвзятостью
подбирает доводы, говорящие в пользу желанного решения»’.

Эмоции, однако, способны не только искажать, но и стимулировать
мышление. Известно, что чувство придает мысли большую страстность,
напряженность, остроту, целеустремленность и настойчивость. Без
возвышенного чувства продуктивная мысль столь же невозможна, как без
логики, знаний, умений, навыков. Вопрос только в том, насколько чувство
сильно, не переходит ли оно пределы оптимума, обеспечивающего разумность
мышления.

В процессах мышления эмоции особенно выражены в моменты нахождения
человеком решения трудной задачи, здесь они выполняют эвристическую и
регулятивную функции. Эвристическая функция эмоций заключается в
выделении (эмоциональной, сигнальной фиксации) некоторой зоны
оптимального поиска, в пределах которой находится искомое решение
задачи. Регулятивная функция эмоций в мышлении проявляется в том, что
они способны активизировать поиск нужного решения в том случае, если он
ведется в правильном направлении, и замедляют его, если интуиция
подсказывает, что избранный ход направления мысли ошибочен.

При нахождении принципа решения или при возникновении интуитивного
ощущения приближения к нему у человека появляется состояние
эмоционального подъема. «Состояние эмоциональной активации выступает как
некоторый неспецифический сигнал «остановки», как указание на то, «где»
должно быть найдено то, что еще не найдено, оно выступает как
неконкретизированное предвосхищение принципа решения (или окончательного
решения). Это эмоциональное предвосхищение принципиального решения
задачи… переживав ется как «чувство близости решения»’.
^

Кроме обычных, нормальных видов мышления, приводящих к правильным
выводам, есть особые мыслительные процессы, дающие ложное представление
о действительности. Они обнаруживаются у больных людей (например, у
шизофреников), а также у тех, кто занимает пограничное положение между
нормой и патологией или нахоч дится в состоянии так называемого
замутненного сознания (галлю цинации, бред, гипнотическое состояние).

Один из видов необычного мышления получил название аутизма Известный
исследователь этого вида мышления Э. Блейлер писал рс., поводу его:
«Шизофренический мир сновидений наяву имеет свою-1 форму мышления, …
свои особые законы мышления… Мы наблюдаем^ действие этих механизмов…
и в обычном сновидении…, в грезах^ наяву как у истеричных, так и у
здоровых людей, в мифологии^ в народных суевериях и в других случаях,
где мышление отклоняется^ от реального мира»^ Мысли человека при
аутистическом мышлении! подчиняются не логике и разуму, а аффективным
потребностям, следуют за ними, отражают их силу, динамику.

Аутистическое мышление тенденциозно. Цель в нем достигается благодаря
тому, что для ассоциаций, соответствующих потребностям, открывается
свободная, не ограниченная рамками строгой логики дорога. Те из
ассоциаций, которые противоречат актуальным потребностям, тормозятся,
другие, соответствующие им, получают простор даже в том случае, если
порождают логические несоответствия.

Во многих отношениях аутистическое мышление противоположно
реалистическому, основные виды и операции которого нами были рассмотрены
раньше. Реалистическое мышление правильно отражает

действительность, делает поведение человека разумным, в то время кащ
аутистическое мышление представляет в основном то, что соответствует не
объекту, а аффекту. Целью операций реалистического мышления является
создание правильной картины мира, нахождение истины. Последняя из задач
перед аутистическим мышлением не (4тоит, его направленность —
удовлетворение потребности, снятие вызванного ею эмоционального
напряжения. Аутистическое мышление ‘продолжает иллюзии, а не истины.

Однако аутизм, считал Блейлер, имеет и положительную ценность. Он
снимает излишнюю напряженность у человека, успокаивает его, иногда
усиливает стремление к позитивной цели. «Нужно представлять себе цель
более желанной, чем она есть на самом деле, чтобы повысить свое
устремление к ней; не нужно детально представлять себе все трудности и
их преодоление, в противном случае человек не сможет приступить к
действию… и его энергия ослабеет»’.

Кроме описанных, есть и индивидуально своеобразные типы мышления. Одну
из классификаций типов мыслительной деятельности людей по признакам
экстраверсии и интроверсии, доминирования рационального или
иррационального, эмоционального и логического в процессах мышления
предложил К. Юнг. Он выделил следующие типы людей по характеру мышления:

1. Интуитивный тип. Характеризуется преобладанием эмоций над логикой и
доминированием правого полушария головного мозга над левым.

2. Мыслительный тип. Ему свойственны рациональность и преобладание
левого полушария мозга над правым, примат логики над интуицией и
чувством.

Критерием истинности для интуитивного типа выступают ощущение
правильности и практика, а критерием правильности для мыслительного типа
являются эксперимент и логическая безупречность вывода.

Познание у мыслительного типа существенно отличается от познания
интуитивного типа. Мыслительный тип обычно интересуется знанием как
таковым, ищет и устанавливает логическую связь между явлениями, в то
время как интуитивный тип ориентирован на прагматику, на практически
полезное использование знаний вне зависимости от их истинности и
логической непротиворечивости. Истинно то, что полезно,— вот его
жизненное кредо.

РЕЧЬ КАК ИНСТРУМЕНТ МЫШЛЕНИЯ

Главная функция речи у человека все же состоит в том, что она является
инструментом мышления. В слове как понятии заключено гораздо больше
информации, чем может в себе нести простое сочетание звуков.

Тот факт, что мышление человека неразрывно связано с речью, прежде всего
доказывается психофизиологическими исследованиями участия голосового
аппарата в решении умственных задач. Электро-миографическое’
исследование работы голосового аппарата в связи с мыслительной
деятельностью показало, что в самые сложные и напряженные моменты
мышления у человека наблюдается повышенная активность голосовых связок.
Эта активность выступает в двух формах: фазической и тонической. Первая
фиксируется в виде высокоамплитудных и нерегулярных вспышек
речедвигательных потенциалов, а вторая — в форме постепенного нарастания
амплитуды электромиограммы. Экспериментально доказано, что фазическая
форма речедвигательных потенциалов связана со скрытым прогова-риванием
слов про себя, в то время как тоническая — общим повышением
речедвигательной активности,

Оказалось, что все виды мышления человека, связанные с необходимостью
использования более или менее развернутых рассуждений, сопровождаются
усилением речедвигательной импульсации, а привычные и повторные
мыслительные действия ее редукцией. Существует, по-видимому, некоторый
оптимальный уровень вариаций интенсивности речедвигательных реакций
человека, при котором мыслительные операции выполняются наиболее
успешно, максимально быстро и точно.

СООТНОШЕНИЕ МЫШЛЕНИЯ И РЕЧИ

На протяжении всей истории психологических исследований мышления и речи
проблема связи между ними привлекала к себе повышенное внимание.
Предлагаемые ее решения были самыми разными — от полного разделения речи
и мышления и рассмотрения их как совершенно независимых друг от друга
функций до столь же однозначного и безусловного их соединения, вплоть до
абсолютного отождествления.

Многие современные ученые придерживаются компромиссной точки зрения,
считая, что, хотя мышление и речь неразрывно связаны, они представляют
собой как по генезису, так и по функционированию относительно
независимые реальности. Главный вопрос, который сейчас, обсуждают в
связи с данной проблемой,— это вопрос о характере реальной связи между
мышлением и речью, об их генетических корнях и преобразованиях, которые
они претерпевают в процессе своего раздельного и совместного развития.

Значительный вклад в решение этой проблемы внес Л. С. Выготский. Слово,
писал он, так же относится к речи, как и к мышлению. Оно представляет
собой живую клеточку, содержащую в самом простом виде основные свойства,
присущие речевому мышлению в целом. Слово — это не ярлык, наклеенный в
качестве индивидуального названия на отдельный предмет. Оно всегда
характеризует пред-

мет или явление, обозначаемое им, обобщенно и, следовательно, выступает
как акт мышления.

Но слово — это также средство общения, поэтому оно входит в состав речи.
Будучи лишенным значения, слово уже не относится ни к мысли, ни к речи;
обретая свое значение, оно сразу же становится органической частью и
того и другого. Именно в значении слова, говорит Л. С. Выготский,
завязан узел того единства, которое именуется речевым мышлением.

Однако мышление и речь имеют разные генетические корни. Первоначально
они выполняли различные функции и развивались отдельно. Исходной
функцией речи была коммуникативная функция. Сама речь как средство
общения возникла в силу необходимости разделения и координации действий
людей в процессе совместного труда. Вместе с тем при словесном общении
содержание, передаваемое речью, относится к определенному классу явлений
и, следовательно, уже тем самым предполагает их обобщенное отражение, т.
е. факт мышления. Вместе с тем такой, например, прием общения, как
указательный жест, никакого обобщения в себе не несет и поэтому к мысли
не относится.

В свою очередь есть виды мышления, которые не связаны с речью, например
наглядно-действенное, или практическое, мышление у животных. У маленьких
детей и у высших животных обнаруживаются своеобразные средства
коммуникации, не связанные с мышлением. Это выразительные движения,
жесты, мимика, отражающие внутренние состояния живого существа, но не
являющиеся знаком или обобщением. В филогенезе мышления и речи отчетливо
вырисовывается доречевая фаза в развитии интеллекта и
доинтеллектуаль-ная фаза в развитии речи.

Л. С. Выготский полагал, что в возрасте примерно около 2 лет, т. е. в
том, который Ж. Пиаже обозначил как начало следующей за сенсомоторным
интеллектом стадии дооперационного мышления, в отношениях между
мышлением и речью наступает критический переломный момент: речь начинает
становиться интеллектуализиро-ванной, а мышление — речевым.

Признаками наступления этого перелома в развитии обеих функций являются
быстрое и активное расширение ребенком своего словарного запаса (он
начинает часто задавать взрослым вопрос: как это называется?) и столь же
быстрое, скачкообразное увеличение коммуникативного словаря. Ребенок как
бы впервые открывает для себя символическую функцию речи и обнаруживает
понимание того, что за словом как средством общения на самом деле лежит
обобщение, и пользуется им как для коммуникации, так и для решения
задач. Одним и тем же словом он начинает называть разные предметы, и это
есть прямое доказательство того, что ребенок усваивает понятия. Решая
какие-либо интеллектуальные задачи, он начинает рассуждать вслух, а это,
в свою очередь, признак того, что он использует речь уже и как средство
мышления, а не только общения. Практически доступным для ребенка
становится значение слова как

таковое.

Но эти факты есть признаки только лишь начала настоящего усвоения
понятий и их использования в процессе мышления и в речи. Далее этот
процесс, углубляясь, продолжается еще в течение достаточно длительного
времени, вплоть до подросткового возраста. Настоящее усвоение научных
понятий ребенком происходит относитель- . но поздно, примерно к тому
времени, к которому Ж. Пиаже отнес j стадию формальных операций, т. е. к
среднему возрасту от II—12 до] 14—15 лет. Следовательно, весь период
развития понятийного мышления занимает в жизни человека око.ло 10 лет.
Все эти годы интенсивной умственной работы и учебных занятий уходят на
усво-ние ребенком важнейшей для развития как интеллекта, так и всех
других психических функций и личности в целом категории — понятия.

Первое слово ребенка по своему значению как целая фраза. То, что
взрослый выразил бы в развернутом предложении, ребенок передает одним
словом. В развитии семантической (смысловой) стороны речи ребенок
начинает с целого предложения и только затем переходит к использованию
частых смысловых единиц, таких, как отдельные слова. В начальный и
конечный моменты развитие семантической и физической (звучащей) сторон
речи идет разными, как бы противоположными путями. Смысловая сторона
речи разрабатывается от целого к части, в то время как физическая ее
сторона развивается от части к целому, от слова к предложению.

Грамматика в становлении речи ребенка несколько опережает логику. Он
раньше овладевает в речи союзами «потому что», «несмотря на», «так как»,
«хотя», чем смысловыми высказываниями, соответствующими им. Это .значит,
писал Л. С. Выготский, что движение семантики и звучания слова в
овладении сложными синтаксическими структурами не совпадают в развитии.

Еще более отчетливо это несовпадение выступает в функционировании
развитой мысли: далеко не всегда грамматическое и логическое содержание
предложения идентичны. Даже на высшем уровне развития мышления и речи,
когда ребенок овладевает понятиями, происходит лишь частичное их
слияние.

Очень важное значение для понимания отношения мысли к слову имеет
внутренняя речь. Она в отличие от внешней речи обладает особым
синтаксисом, характеризуется отрывочностью, фрагментарностью,
сокращенностью. Превращение внешней речи во внутреннюю происходит по
определенному закону: в ней в первую очередь сокращается подлежащее и
остается сказуемое с относящимися к нему частями предложения.

Основной синтаксической характеристикой внутренней речи является
предикативность. Ее примеры обнаруживаются в диалогах хорошо знающих
друг друга людей, «без слов» понимающих, о чем идет речь в их
«разговоре». Таким людям нет, например, никакой необходимости иногда
обмениваться словами вообще, называть предмет разговора, указывать в
каждом произносимом ими предложении или фразе подлежащее: оно им в
большинстве случаев и

“76

так хорошо известно. Человек, размышляя во внутреннем диалоге, который,
вероятно, осуществляется через внутреннюю речь, как бы общается с самим
собой. Естественно, что для себя ему тем более не нужно обозначать
предмет разговора.

Основной закон развития значений употребляемых ребенком в общении слов
заключается в их обогащении жизненным индивидуальным смыслом.
Функционируя и развиваясь в практическом мышлении и речи, слово как бы
впитывает в себя все новые смыслы. В результате такой операции смысл
употребляемого слова обогащается разнообразными когнитивными,
эмоциональными и другими ассоциациями. Во внутренней же речи — и в этом
состоит ее главная отличительная особенность — преобладание смысла над
значением доведено до высшей точки. Можно сказать, что внутренняя речь в
отличие от внешней имеет свернутую предикативную форму и развернутое,
глубокое смысловое содержание.

Еще одной особенностью семантики внутренней речи является агглютинация,
т. е. своеобразное слияние слов в одно с их существенным сокращением.
Возникающее в результате слово как бы обогащается двойным или даже
тройным смыслом, взятым по отдельности от каждого из двух-трех
объединенных в нем слов. Так, в пределе можно дойти до слова, которое
вбирает в себя смысл целого высказывания, и оно становится, как говорил
Л. С. Выготский, «концентрированным сгустком смысла». Чтобы полностью
перевести этот смысл в план внешней речи, пришлось бы использовать,
вероятно, не одно предложение. Внутренняя речь, по-видимому, и состоит
из подобного рода слов, совершенно непохожих по структуре и употреблению
на те слова, которыми мы пользуемся в своей письменной и устной речи.
Такую речь в силу названных ее особенностей можно рассматривать как
внутренний план речевого мышления. Внутренняя речь и есть процесс
мышления «чистыми значениями».

А. Н. Соколов показал, что в процессе мышления внутренняя речь
представляет собой активный артикуляционный, несознаваемый процесс,
беспрепятственное течение которого очень важно для реализации тех
психологических функций, в которых внутренняя речь принимает участие’. В
результате его опытов со взрослыми, где в процессе восприятия текста или
решения арифметической задачи им предлагалось одновременно вслух читать
хорошо выученные стихи или произносить одни и те же простые слоги
(например, «ба-ба» или «ля-ля»), было установлено, что как восприятие
текстов, так и решение умственных задач серьезно затрудняются при
отсутствии внутренней речи. При восприятии текстов в данном случае
запоминались лишь отдельные слова, а их смысл не улавливался. Это
означает, что мышление в ходе чтения присутствует и обязательно
предполагает внутреннюю, скрытую от сознания работу арти- куляционного
аппарата, переводящего воспринимаемые значения в смыслы, из которых,
собственно, и состоит внутренняя речь.

Еще более показательными, чем со взрослыми испытуемыми, оказались
подобные опыты, проведенные с младшими школьниками. У них даже простая
механическая задержка артикуляции в процессе умственной работы
(зажимание языка зубами) вызывала серьезные затруднения в чтении и
понимании текста и приводила к грубым ошибкам в письме.

Письменный текст — это наиболее развернутое речевое высказывание,
предполагающее весьма длительный и сложный путь умственной работы по
переводу смысла в значение. На практике этот перевод, как показал А. Н.
Соколов, также осуществляется с помощью скрытого от сознательного
контроля активного процесса, связанного с работой артикуляционного
аппарата.

Промежуточное положение между внешней и внутренней речью занимает
эгоцентрическая речь. Это речь, направленная не на партнера по общению,
а на себя, не рассчитанная и не предполагающая какой-либо обратной
реакции со стороны другого человека, присутствующего в данный момент и
находящегося рядом с говорящим. Эта речь особенно заметна у детей
среднего дошкольного возраста, когда они играют и как бы разговаривают
сами с собой в процессе игры.

Элементы этой речи можно встретить и у взрослого, который, решая сложную
интеллектуальную задачу, размышляя вслух, произносит в процессе работы
какие-то фразы, понятные только ему самому, по-видимому, обращенные к
другому, но не предполагающие обязательного ответа с его стороны.
Эгоцентрическая речь — это речь-размышление, обслуживающая не столько
общение, сколько само мышление. Она выступает как внешняя по форме и
внутренняя по своей психологической функции. Имея свои исходные корни во
внешней диалогической речи, она в конечном счете перерастает во
внутреннюю. При возникновении затруднений в деятельности человека
активность его эгоцентрической речи возрастает.

При переходе внешней речи во внутреннюю эгоцентрическая речь постепенно
исчезает. На убывание ее внешних проявлений следует смотреть, как считал
Л. С. Выготский, как на усиливающуюся абстракцию мысли от звуковой
стороны речи, что свойственно речи внутренней. Ему возражал Ж. Пиаже,
который полагал, что эгоцентрическая речь — это рудиментарная,
пережиточная форма речи, перерастающая из внутренней во внешнюю. В самой
такой речи он видел проявление несоциализированности, аутизма мысли
ребенка. Постепенное исчезновение эгоцентрической речи было для него
признаком приобретения мыслью ребенка тех качеств, которыми обладает
логическое мышление взрослого. Спустя много лет, познакомившись с
контраргументами Л. С. Выготского, Ж. Пиаже признал правильность его
позиции.

До сих пор мы говорили о развитии речевого мышления, т. е. той формы
интеллектуализированной речи, которая рано или поздно

в конечном счете превращается в мысль. Мы убедились в том, что мышление
в своем развитии имеет собственные, независимые от речи истоки и следует
собственным законам в течение длительного периода времени, пока мысль не
вливается в речь, а последняя не становится интеллектуализированной, т.
е. понятной. Мы также знаем, что даже на самых высоких уровнях своего
развития речь и мышление не совпадают полностью. Это означает, что свои
корни и законы онтогенетического развития должны быть и у речи.
Рассмотрим некоторые из них.

Опыт исследования процесса речевого развития у детей, принадлежащих
разным народам, странам, культурам и нациям, показывает, что, несмотря
на то, что различия в структуре и содержании современных языков
разительны, в целом процесс усвоения ребенком своей родной речи везде
идет по общим законам. Так, например, дети всех стран и народов с
удивительной легкостью усваивают в детстве язык и овладевают речью,
причем этот процесс у них начинается и завершается примерно в одно и то
же время, проходя одинаковые стадии. К возрасту около 1 года все дети
начинают произносить отдельные слова. Около 2 лет от роду ребенок уже
говорит двух-трехсловными предложениями. Примерно к 4 годам все дети
оказываются в состоянии разговаривать достаточно свободно.

Одногодовалые дети имеют обычно уже довольно богатый опыт взаимодействия
с окружающей действительностью. У них есть четкие представления о своих
родителях, об окружающей обстановке, о пище, об игрушках, с которыми они
играют. Еще задолго до того, как дети практически начинают пользоваться
речью, их образный мир имеет уже представления, соответствующие
усваиваемым словам. В таких подготовленных предыдущим опытом
социализации условиях для овладения речью ребенку остается сделать не
так уж много: мысленно связать имеющиеся у него представления и образы
действительности с сочетаниями звуков, соответствующими отдельными
словами. Сами эти звуковые сочетания к однолетнему возрасту также уже
неплохо известны ребенку: ведь он их неоднократно слышал от взрослого.

Следующий этап речевого развития приходится на возраст примерно 1,5—2,5
года. На этом этапе дети обучаются комбинировать слова, объединять их в
небольшие фразы (двух-трехсловные), причем от использования таких фраз
до составления целых предложений они прогрессируют довольно быстро.

После двух-трехсловных фраз ребенок переходит к употреблению Других
частей речи, к построению предложений в соответствии с правилами
грамматики. На предыдущем и данном этапах речевого развития существуют
три пути усвоения языка и дальнейшего совершенствования речи на этой
основе: подражание взрослым и другим окружающим людям; формирование
условнорефлектор-ных, ассоциативных по своей природе связей между
образами предметов, действиями, воспринимаемыми явлениями и соответст-
вующими словами или словосочетаниями; постановка и проверка гипотез о
связи слова и образа эмпирическим путем (так называемое оперантное
обусловливание). К этому следует добавить и своеобразную детскую речевую
изобретательность, проявляющуюся в том, что ребенок вдруг совершенно
самостоятельно по собственной инициативе начинает придумывать новые
слова, произносить такие фразы, которые от взрослого он никогда не
слышал.

БИЛЕТ 20

ЯВЛЕНИЕ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВНИМАНИЯ

Внимание — один из тех познавательных процессов человека, в отношении
сущности и права на самостоятельное рассмотрение которых среди
психологов до сих пор нет согласия, несмотря на то, что его исследования
ведутся уже много веков. Одни ученые утверждают, что как особого,
независимого процесса внимания не существует, что оно выступает лишь как
сторона или момент любого другого психологического процесса или
деятельности человека. Другие полагают, что внимание представляет собой
вполне независимое психическое состояние человека, специфический
внутренний процесс, имеющий свои особенности, несводимые к
характеристикам других познавательных процессов. В качестве обоснования
своей точки зрения сторонники последнего мнения указывают на то, что в
мозге человека можно обнаружить и выделить особого рода структуры,
связанные именно с вниманием, анатомически и физиологически относительно
автономные от тех, которые обеспечивают функционирование остальных
познавательных процессов. Указывалось, в частности, на роль ретикулярной
формации в обеспечении внимания, на ориентировочный рефлекс как его
возможный врожденный механизм и, наконец, на доминанту, исследованную и
описанную в связи с вниманием А. Ухтомским. \ ^Действительно, в системе
психологических феноменов внимание занимает особое положение. Оно
включено во все остальные психические процессы, выступает как их
необходимый момент, и отделить его от них, выделить и изучать в «чистом»
виде не представляется возможным. С явлениями внимания мы имеем дело
лишь тогда, когда рассматривается динамика познавательных процессов и
особенности различных психических состояний человека. Всякий раз, когда
мы пытаемся выделить «материю» внимания, отвлекаясь от всего остального
содержания психических феноменов, она как бы исчезает.

Однако нельзя не видеть и особенностей внимания, красной нитью
проходящих через все другие психические явления, где оно проявляется, не
сводимых к моментам различных видов деятельности, в которые включен
человек. Это — наличие в нем некоторых динамических, наблюдаемых и
измеримых характеристик, таких, как объем, концентрация, переключаемость
и ряд других, непосредственно к познавательным процессам типа ощущений,
восприятия, памяти и мышления не относящихся.

Правильное решение обсуждаемой проблемы состоит в том, чтобы попытаться
соединить и учесть обе точки зрения, т. е. увидеть во внимании и сторону
процессов и явлений, и нечто самостоятельное, независимое от них. Это
значит встать на точку зрения, согласно которой внимание как отдельный,
рядоположенный другим психический процесс не существует, но представляет
собой вполне особенное состояние, характеризующее все эти процессы в
целом. Данная позиция подтверждается известными
анатомо-физиологи-ческими данными, основные из которых следующие:

1. Механизм доминанты как физиологический коррелят внимания можно
наблюдать на всей поверхности коры головного мозга, независимо от того,
проекционные зоны каких конкретных анализаторов в них локализуются.

2. Ретикулярная формация, работа которой связывается с явлениями
внимания, находится на пути нервных импульсов, касающихся практически
всех познавательных процессов (неспецифические пути афферентного и
эфферентного проведения сенсорной информации).

3. Нейроны внимания — клетки-детекторы новизны — можно встретить
практически на всей поверхности и в некоторых внутренних структурах
головного мозга.

4. Вместе с тем все три названных анатомо-физиологических фактора в
центральной нервной системе существуют автономно и независимо от
отдельных сенсорных анализаторов, что говорит о том, что внимание все же
является особенным феноменом, не сводимым ко всем остальным.

В чем же сущность этого процесса и одновременно состояния психики
человека? Рассмотрим этот вопрос сначала иллюстративно, а затем в более
точном его определении.

Одной из характернейших особенностей нашей духовной жизни, писал
известный американский психолог Э. Титченер, является тот факт, что,
находясь под постоянным наплывом все новых и новых впечатлений, мы
отмечаем и 3’амечаем лишь самую малую, ничтож-

ную w часть’. Только эта часть внешних впечатлений и внутренних ощущений
выделяется нашим вниманием, выступает в виде образов, фиксируется
памятью, становится содержанием размышлений.

Внимание можно определить как психофизиологический процесс, состояние,
характеризующее динамические особенности познавательной деятельности.
Они выражаются в ее сосредоточенности на сравнительно узком участке
внешней или внутренней действительности, которые на данный момент
времени становятся осознаваемыми и концентрируют на себе психические и
физические силы человека в течение определенного периода времени.
Внимание — это процесс сознательного или бессознательного
(полусознательного) отбора одной информации, поступающей через органы
чувств, и игнорирования другой.

Внимание человека обладает пятью основными свойствами: устойчивостью,
сосредоточенностью, переключаемостью, распределением и объемом.
Рассмотрим каждое из них.

Устойчивость внимания проявляется в способности в течение длительного
времени сохранять состояние внимания на каком-либо объекте, предмете
деятельности, не отвлекаясь и не ослабляя внимание. Устойчивость
внимания может определяться разными причинами. Одни из них связаны с
индивидуальными физиологическими особенностями человека, в частности со
свойствами его нервной системы, общим состоянием организма в данный
момент времени; другие характеризуют психические состояния
(возбужденность, заторможенность и т. п.), третьи соотносятся с
мотивацией (наличием или отсутствием интереса к предмету деятельности,
его значимостью для личности), четвертые — с внешними обстоятельствами
осуществления деятельности.

Люди со слабой нервной системой или перевозбужденные могут довольно
быстро утомляться, становиться импульсивными. Человек, который не очень
хорошо чувствует себя физически, также, как правило, характеризуется
неустойчивым вниманием. Отсутствие интереса к предмету способствует
частому отвлечению внимания от него, и, напротив, наличие интереса
сохраняет внимание в повышенном состоянии в течение длительного периода
времени. При обстановке, которая характеризуется отсутствием внешне
отвлекающих моментов, внимание бывает достаточно устойчивым. При наличии
множества сильно отвлекающих раздражителей оно колеблется, становится
недостаточно устойчивым. В жизни характеристика общей устойчивости
внимания чаще всего определяется сочетанием всех этих факторов, вместе
взятых.

Сосредоточенность внимания (противоположное качество — рассеянность)
проявляется в различиях, которые имеются в степени концентрированности
внимания на одних объектах и его отвлечении от других. Человек, к
примеру, может сосредоточить свое внимание на чтении какой-нибудь
интересной книги, на занятии каким-либо увлекательным делом и не
замечать ничего, что происходит вокруг. При этом его внимание может быть
сконцентрировано на определенной части читаемого текста, даже на
отдельном предложении или слове, а также более или менее распределено по
всему тексту. Сосредоточенность внимания иногда называют концентрацией,
и эти понятия рассматриваются как синонимы.

Переключаемость внимания понимается как его перевод с одного объекта на
другой, с одного вида деятельности на иной. Данная характеристика
человеческого внимания проявляется в скорости, с которой он может
переводить свое внимание с одного объекта на другой, причем такой
перевод может быть как непроизвольным, так и произвольным. В первом
случае индивид невольно переводит свое внимание на что-либо такое, что
его случайно заинтересовало, а во втором — сознательно, усилием воли
заставляет себя сосредоточиться на каком-нибудь, даже не очень
интересном самом по себе объекте. Переключаемость внимания, если она
происходит на непроизвольной основе, может свидетельствовать о его
неустойчивости, но такую неустойчивость не всегд; есть основание
рассматривать как отрицательное качество. Он; нередко способствует
временному отдыху организма, анализатора сохранению и восстановлению
работоспособности нервной системь и организма в целом.

С переключаемостью внимания функционально связаны два разнонаправленных
процесса: включение и отвлечение внимания. Первый характеризуется тем,
как человек переключает внимание на нечто и полностью сосредоточивается
на нем; второй — тем, как осуществляется процесс отвлечения внимания.

Все три обсуждаемые характеристики внимания связаны, помимо прочего, со
специальными свойствами нервной системы человека, такими, как
лабильность, возбудимость и торможение. Соответствующие свойства нервной
системы непосредственно определяют качества внимания, особенно
непроизвольного, и поэтому их следует рассматривать в основном как
природно обусловленные.

Распределение внимания — его следующая характеристика. Она состоит в
способности рассредоточить внимание на значительном пространстве,
параллельно выполнять несколько видов деятельности или совершать
несколько различных действий. Заметим, что, когда речь идет о
распределении внимания между разными видами деятельности, это не всегда
означает, что они в буквальном смысле слова выполняются параллельно.
Такое бывает редко, и подобное впечатление создается за счет способности
человека быстро переключаться с одного вида деятельности на другой,
успевая возвращаться к продолжению прерванного до того, как наступит
забывание.

Известно, что память на прерванные действия способна сохраняться в
течение определенного времени. В течение этого периода человек может без
труда возвратиться к продолжению прерванной

деятельности. Так именно и происходит чаще всего в случаях распределения
внимания между несколькими одновременно выполняемыми .делами.

Распределение внимания зависит от психологического и физиологического
состояния человека. При утомлении, в процессе выполнения сложных видов
деятельности, требующих повышенной концентрации внимания, область его
распределения обычно сужается.

Объем внимания — это такая его характеристика, которая определяется
количеством информации, одновременно способной сохраняться в сфере
повышенного внимания (сознания) человека. Численная характеристика
среднего объема внимания людей —5—7 единиц информации. Она обычно
устанавливается посредством опыта, в ходе которого человеку на очень
короткое время предъявляется большое количество информации. То, что он
за это время успевает заметить, и характеризует его объем внимания.
Поскольку экспериментальное определение объема внимания связано с
кратковременным запоминанием, то его нередко отождествляют с объемом
кратковременной памяти. Действительно, как мы убедимся далее) эти
феномены тесным образом связаны друг с другом.

ФУНКЦИИ И ВИДЫ ВНИМАНИЯ

Внимание в жизни и деятельности человека выполняет много различных
функций. Оно активизирует нужные и тормозит ненужные в данный момент
психологические и физиологические процессы, способствует организованному
и целенаправленному отбору поступающей в организм информации в
соответствии с его актуальными потребностями, обеспечивает избирательную
и длительную сосредоточенность психической активности на одном и том же
объекте или виде деятельности.

С вниманием связаны направленность и избирательность познавательных
процессов. Их настройка непосредственно зависит от того, что в данный
момент времени представляется наиболее важным для организма, для
реализации интересов личности. Вниманием определяется точность и
детализация восприятия, прочность и избирательность памяти,
направленность и продуктивность мыслительной деятельности — словом,
качество и результаты функционирования всей познавательной активности.

Для перцептивных процессов внимание является своеобразным усилителем,
позволяющим различать детали изображений. Для человеческой памяти
внимание выступает как фактор, способный удерживать нужную информацию в
кратковременной и оперативной памяти, как обязательное условие перевода
запоминаемого материала в хранилища долговременной памяти. Для мышления
внимание выступает как обязательный фактор правильного понимания и
решения задачи. В системе межчеловеческих отношений внимание
способствует лучшему взаимопониманию, адаптации людей друг к другу,
предупреждению и своевременному разрешению межлич- ностных конфликтов. О
внимательном человеке говорят как о при- ci ятном собеседнике, тактичном
и деликатном партнере по общению. -Внимательный человек лучше и успешнее
обучается, большего i достигает в жизни, чем недостаточно внимательный.

Рассмотрим основные виды внимания. Таковыми являются природное и
социально обусловленное внимание, непосредственное и опосредствованное
внимание, непроизвольное и произвольное внимание, чувственное и
интеллектуальное внимание.

Природное внимание дано человеку с самого его рождения ,й в виде
врожденной способности избирательно реагировать на те или иные внешние
или внутренние стимулы, несущие в себе элементы информационной новизны.
Основной механизм, обеспечивающий^ работу такого внимания, называется
ориентировочным рефлексом. >’^ Он, как мы уже отмечали, связан с
активностью ретикулярной ^ формации и нейронов-детекторов новизны.
. ^

Социально обусловленное внимание складывается прижизненно ^ в результате
обучения и воспитания, связано с волевой регуля- ,1 цией поведения, с
избирательным сознательным реагированием на Ц объекты.

Непосредственное внимание не управляется ничем, кроме того объекта, на
который оно направлено и который соответствует актуальным интересам и
потребностям человека. Опосредствованное внимание регулируется с помощью
специальных средств, например жестов, слов, указательных знаков,
предметов.

Непроизвольное внимание не связано с участием воли, а произвольное
обязательно включает волевую регуляцию. Непроизвольное внимание не
требует усилий для того, чтобы удерживать и в течение определенного
времени сосредоточивать на чем-то внимание, а произвольное обладает
всеми этими качествами. Наконец, произвольное внимание в отличие от
непроизвольного обычно связано с борьбой мотивов или побуждений,
наличием сильных, противоположно направленных и конкурирующих друг с
другом интересов, каждый из которых сам по себе способен привлечь и
удерживать внимание. Человек же в этом случае осуществляет сознательный
выбор цели и усилием воли подавляет один из интересов, направляя все
свое внимание на удовлетворение другого.

Наконец, можно различать чувственное и интеллектуальное внимание. Первое
по преимуществу связано с эмоциями и избирательной работой органов
чувств, а второе — с сосредоточенностью и направленностью мысли. При
чувственном внимании в центре сознания находится какое-либо чувственное
впечатление, а в интеллектуальном внимании объектом интереса является
мысль.

БИЛЕТ 21

ПОНЯТИЕ ОБ ОЩУЩЕНИЯХ

Ощущения считаются самыми простыми из всех психических явлений. Они
представляют собой осознаваемый, субъективно представленный в голове
человека или неосознаваемый, но действующий на его поведение продукт
переработки центральной нервной системой значимых, раздражителей,
возникающих во внутренней или внешней среде. Способность к ощущениям
имеется у всех живых существ, обладающих нервной системой. Что же
касается осознаваемых ощущений, то они есть только у живых существ,
имеющих головной мозг и кору головного мозга. Это, в частности,
доказывается тем, что при торможении деятельности высших отделов
центральной нервной системы, временном отключении работы коры головного
мозга естественным путем или с помощью биохимических препаратов человек
утрачивает состояние сознания и вместе с ним способность иметь ощущения,
т. е. чувствовать, осознанно воспринимать мир. Такое происходит,
например, во время сна, при наркозе, при болезненных нарушениях
сознания. В эволюции живых существ ощущения возникли на основе первичной
раздражимости, представляющей собой свойство живой материи избирательно
реагировать на биологически значимые воздействия среды изменением своего
внутреннего состояния и внешнего поведения. По своему происхождению
ощущения с самого начала были связаны с деятельностью организма, с
необходимостью удовлетворения его биологических потребностей. Жизненная
роль ощущений состоит в том, чтобы своевременно и быстро доводить до
центральной нервной системы как главного органа управления деятельностью
сведения о состоянии внешней и внутренней среды, наличии в ней
биологически значимых факторов.

Ощущения в своем качестве и многообразии отражают разнообразие значимых
для человека свойств окружающей среды. Органы чувств, или анализаторы
человека, с рождения приспособлены для восприятия и переработки
разнообразных видов энергии в форме стимулов-раздражителей (физических,
химических, механических и других воздействий).

Виды ощущений отражают своеобразие тех стимулов, которые их порождают.
Эти стимулы, будучи связанными с различными видами энергии, вызывают
соответствующие ощущения разного качества: зрительные, слуховые, кожные
(ощущения прикосновения, давления^ боли, тепла, холода и др.), вкусовые,
обонятельные. Информацию о состоянии мышечной системы нам предоставляют
проприоцептив-ные ощущения, отмечающие степень сокращения или
расслабления мышц; о положении тела относительно направленности сил
гравитации свидетельствуют ощущения равновесия. Те и другие обычно не
осознаются.

Сигналы, поступающие из внутренних органов, менее заметны, в большинстве
случаев, за исключением болезненных, не
осознают-ся^нотакже^воспринимаются и перерабатываются центральной
нервной системой. Соответствующие ощущения называют интероцептив-ными.
Информация из внутренних органов непрерывным потоком поступает в мозг,
сообщая ему о состояниях внутренней среды, таких, как наличие в ней
биологически полезных или вредных веществ, температура тела, химический
состав имеющихся в нем жидкостей, давление и многие другие. У человека
есть, кроме того, несколько специфических видов ощущений, которые несут
в себе информацию о времени, ускорении, вибрации, некоторых других
сравнительно редких явлениях, имеющих определенное жизненное значение.
По современным данным мозг человека представляет собой сложнейшую,
самообучающуюся вычислительную и одновременно аналоговую машину,
работающую по генотипически обусловленным и прижизненно приобретенным
программам, которые непрерывно совершенствуются под влиянием поступающей
информации. Перерабатывая эту информацию, мозг человека принимает
решения, дает команды и контролирует их выполнение.

Далеко не все существующие виды энергии, даже если они жиз–ненно
значимые, человек воспринимает в виде ощущений. К неко-

торым из них, например радиационной, он психологически нечувствителен
вообще. Сюда же можно отнести инфракрасные и ультрафиолетовые лучи,
радиоволны, находящиеся за пределами диапазона, вызывающего ощущения,
незначительные, не воспринимаемые ухом колебания давления воздуха.
Следовательно, человек в виде ощущений получает небольшую, наиболее
значимую часть той информации и энергии, которые воздействуют на его
организм.

Порождают ощущения обычно электромагнитные волны, находящиеся в пределах
значительного диапазона — от коротких космических лучей с длиной волны
около 4х10 ^ см до радиоволн с длиной волны, измеряемой многими
километрами. Длина волны как количественная характеристика
электромагнитной энергии субъективно представлена человеку в виде
качественно разнообразных ощущений. Например, те электромагнитные волны,
которые отражает зрительная система, располагаются в диапазоне от 380 до
780 миллиардных долей метра и в совокупности занимают весьма
ограниченную часть электромагнитного спектра. Волны, находящиеся внутри
этого диапазона и различающиеся по длине, ророждают в свою очередь
ощущения различного цвета (табл. 7).

Ухо человека реагирует, в отличие от глаза, на механические воздействия,
связанные с изменениями атмосферного давления. Колебания давления
воздуха, следующие с определенной частотой и характеризующиеся
периодическими появлениями областей высокого и низкого давления,
воспринимаются нами как звуки определенной высоты и громкости.
Существует специальная физическая единица, посредством которой
оценивается частота колебаний воздуха в секунду,— герц, численно равная
одному колебанию, совершаемому за секунду.

Таблица 7

Связь между зрительно воспринимаемой длиной волны и субъективным
ощущением цвета

Длина волны в миллиардных долях метра Ощущение цвета, возникающее при
воздействии на глаз волны соответствующей длины

380—450 Фиолетовый

480 Синий

500 521 Голубовато-зеленый Зеленый

540—560 Зелено-желтый

572 Желтый

600—650 650—780 Оранжевый Красный

Чем больше частота колебаний давления воздуха, тем выше воспринимаемый
нами звук. Человек обладает способностью слышать звуки, при которых
частота колебаний давления воздуха находится в пределах диапазона от 20
до 20 000 Гц. Приведем пример для сравнения: такой музыкальный
инструмент, как фортепиано, спосо-бен порождать звуки с частотой в
диапазоне от 27 до 4200 Гц. Размах частоты колебаний воздуха,
воспринимаемых разными живыми существами в виде ощущений, весьма
различен. Летучие мыши и собаки способны слышать намного более высокие
звуки чем человек. ‘

Заметим, что субъективно воспринимаемая человеком высота звука зависит
не только от частоты колебаний давления воздуха. На нее оказывает
влияние и сила звука, или его интенсивность, т. е. разность давлений
между самой высокой и самой низкой точками отражающими величину давления
воздуха (рис. 33, параметр амплитуды) . Более сильный звук иногда
воспринимается как более высокий, и наоборот.

Для оценки субъективной громкости воспринимаемого звука так-

Его воспринимаемая громкость в децибелах

же предложена специальная шкала, единицей которой является децибел.
Чтобы представить себе громкость звука, соответствующего этой единице,
обратимся к табл. 8, где в децибелах показана громкость ряда известных
нам звуков. Заметим, что длительные и сильные воздействия физических
стимулов на наши органы чувств способны вызывать определенные нарушения
в их функционировании. Например, глаз, подвергаемый воздействию сильного
света в течение длительного времени, слепнет; при воздействии на орган
слуха длительных и сильных звуков, амплитуда колебаний которых превышает
90 дб, может наступить временная потеря слуха. Такое нарушение нередко
встречается у любителей и исполнителей современных эстрадных молодежных
песен и произведений на электромузыкальных инструментах.

Обоняние — вид чувствительности, порождающий специфические ощущения
запаха. Это одно из наиболее древних, простых, но жизненно важных
ощущений. Анатомически орган обоняния расположен у большинства живых
существ в наиболее выгодном месте— впереди, в выдающейся части тела.
Путь от рецепторов обоняния до тех мозговых структур, где принимаются и
‘перерабатываются получаемые от них импульсы, наиболее короткий. Нервные
волокна, отходящие от обонятельных рецепторов, непосредственно без
промежуточных переключений попадают в головной мозг,

Часть мозга, которая называется обонятельной, также является и наиболее
древней, и чем ниже живое существо стоит на эволюционной лестнице, тем
большее пространство в массе головного мозга она занимает. У рыб,
например, обонятельный мозг охватывает практически всю поверхность
полушарий, у собак—около одной ее трети, у человека его относительная
доля в объеме всех мозговых структур равна примерно одной двадцатой
части. Указанные различия соответствуют развитости других органов
чувств и тому жизненному значению, которое данный вид ощущение имеет для
живых существ. Для некоторых видов животных значит ние обоняния выходит
за пределы восприятия запахов. У насекомые и высших обезьян обоняние
также служит средством внутривидового общения.

Следующий вид ощущений — вкусовые — имеет четыре основные модальности:
сладкое, соленое, кислое и горькое. Все остальные.^ ощущения вкуса
представляют собой разнообразные сочетания этих), четырех основных,

Кожная чувствительность, или осязание,— это наиболее широко
представленный и распространенный вид чувствительности. Всем нам
знакомое ощущение, возникающее при прикосновении какого-либо предмета к
поверхности кожи, не представляет собой элементарного осязательного
ощущения. Оно есть результат сложного комбинирования четырех других,
более простых видов ощущений: давления, боли, тепла и холода, причем для
каждого из них существует специфический вид рецепторов, неравномерно
расположенных в различных участках кожной поверхности.

Наличие таких рецепторов можно обнаружить практически на всех участках
кожи. Однако специализированность кожных рецепторов до сих пор точно
установить не удалось. Неясно, существуют ли рецепторы, исключительно
предназначенные для восприятия одного воздействия, порождающие
дифференцированные ощущения давления, боли, холода или тепла, или
качество возникающего ощущения может меняться в зависимости от состояния
одного и того же рецептора, а также от специфики воздействующего на него
свойства. Известно только, что сила и качество кожных ощущений сами по
себе относительны. Например, при одновременном воздействии на
поверхность одного участка кожи теплой водой ее температура
воспринимается по-разному в зависимости от того, какой водой мы
воздействуем на соседний участок кожи. Если она холодная, то на первом
участке кожи возникает ощущение тепла, если она горячая, то ощущение
холода. Температурные рецепторы имеют, как правило, два пороговых
значения: они реагируют на высокие и низкие по величине воздействия, но
не отзываются на средние.

На примерах кинестетических ощущений и ощущений равнове-.-д сия можно
подтвердить тот факт, что далеко не все ощущения являр’^ ются
осознаваемыми. В повседневной речи, которой мы пользуемся, отсутствует
слово, обозначающее ощущения, идущие, например, от рецепторов,
расположенных в мышцах и работающих при их сокра’ щении или растяжении.
Тем не менее эти ощущения все же суще’ ствуют, обеспечивая управление
движениями, оценку направления и скорости движения, величину расстояния.
Они формируются автоматически, поступают в мозг и регулируют движения на
подсознательном уровне. Для их обозначения в науке принято слово,
которое происходит от понятия «движение»,— кинетика, и их поэтому
называют кинестетическими. Без ощущений подобного рода мы бы испытывали
большие труд-

ности, связанные с одновременным согласованием движений различных частей
тела, сохранением позы, равновесия, контролем различных непроизвольных
движений (безусловно-рефлекторные реакции, навыки и т. п.), потому что
все они включают в себя такие двигательные моменты, которые выполняются
автоматически и очень быстро. Кроме мышц рецепторы кинестетических
ощущений находятся в других органах. Например, формирование ощущений,
которые способствуют поддержанию и сохранению равновесия, происходит
благодаря наличию особых рецепторов равновесия, имеющихся во внутреннем
ухе. От работы этих рецепторов зависит чувство ускорения или замедления
движений.

Существуют данные о том, что и с помощью обычных органов чувств человек
воспринимает раздражители, находящиеся за нижним порогом его
чувствительности. Эти раздражители (их называют субсенсорные) способны
оказывать влияние даже на осознаваемые ощущения. Это доказывает
существование у человека восприимчивости к неощущаемым сознательно
раздражителям. С помощью такой чувствительности мы уточняем, например,
локализацию звука. Физиолог Г. В. Гершуни, в частности, пишет, что
«сразу после контузии, когда слуховые ощущения либо полностью
отсутствуют, либо появляются только при воздействии очень сильных
звуков, возникают такие ответные реакции организма, как изменение
спонтанной электрической активности коры головного мозга — появление
ритмов более высоких частот … изменение разности потенциалов кожи
(кожно-гальваническая реакция) и улитко-зрачковый рефлекс — изменение
диаметра зрачка при действии звука»’.

Зона неслышимых звуков, вызывающих улитко-зрачковый рефлекс, была
названа Гершуни «субсенсорной областью». На стадиях постепенного
восстановления слуха эта зона увеличивается, а при полной нормализации
уменьшается. Подобным же образом ведут себя другие непроизвольные
реакции, регистрируемые в ходе патологического процесса. В норме пределы
субсенсорной области существенно зависят от состояния человека и для
улитко-зрачково-го рефлекса колеблются в пределах от 5 до 12 дб.

Все виды ощущений возникают в результате воздействия соответствующих
стимулов-раздражителей на органы чувств. Однако ощущение возникает не
сразу, как только нужный стимул начал действовать. Между началом
действия раздражителя и появлением ощущения проходит определенное время.
Оно называется латентным периодом. Во время латентного периода
происходит преобразование энергии воздействующих стимулов в нервные
импульсы, их прохождение по специфическим и неспецифическим структурам
нервной системы, переключение с одного уровня нервной системы на другой.
По длительности латентного периода можно судить об афферентных
структурах центральной нервной системы, через которые, прежде чем
попасть в кору головного мозга, проходят нервные импульсы.

ВОСПРИЯТИЕ, ЕГО ВИДЫ И СВОЙСТВА

Внешние явления, воздействуй на наши органы чувств, вызывают
субъективный эффект в виде ощущений без какой бы то ни было встречной
активности субъекта по отношению к воспринимаемому воздействию.
Способность ощущать дана нам и всем живым существам, обладающим нервной
системой, с рождения. Способностью же воспринимать мир в виде образов
наделены только человек и высшие животные, она у них складывается и
совершенствуется в жизненном опыте.

В отличие от ощущений, которые не воспринимаются как свойства предметов,
конкретных явлений или процессов, происходящих вне и независимо от нас,
восприятие всегда выступает как субъективно соотносимое с оформленной в
виде предметов, вне нас существующей действительностью, причем даже в
том случае, когда мы имеем дело с иллюзиями или когда воспринимаемое
свойство сравнительно элементарно, вызывает простое ощущение (в данном
случае это ощущение обязательно относится к какому-либо явлению или
объекту, ассоциируется с ним).

Ощущения находятся в нас самих, воспринимаемые же свойств-а предметов,
их образы локализованы в пространстве. Этот процесс, характерный для
восприятия в’ его отличии от ощущений, называется объективацией.

Еще одно отличие восприятия в его развитых формах от ощущений состоит в
том, что итогом возникновения ощущения является некоторое чувство
(например, ощущения яркости, громкости, соленого, высоты звука,
равновесия и т.п.), в то время как в результате восприятия складывается
образ, включающий комплекс различных взаимосвязанных ощущений,
приписываемых человечку ским сознанием предмету, явлению, процессу. Для
того чтобы некоторый предмет был воспринят, необходимо совершить в
отношении его какую-либо встречную активность, направленную на его
исследование, построение и уточнение образа. Для появления ощущения
этого, как правило, не требуется.

Отдельные ощущения как бы «привязаны» к специфическим анализаторам, и
достаточно бывает воздействия стимула на их периферические органы —
рецепторы, чтобы ощущение возникло. Образ, складывающийся в результате
процесса восприятия, предполагает взаимодействие, скоординированную
работу сразу нескольких анализаторов. В зависимости от того, какой из
них работает

активнее, перерабатывает больше информации, получает наиболее значимые
признаки, свидетельствующие о свойствах воспринимаемого объекта,
различают и виды восприятия. Соответственно выделяют зрительное,
слуховое, осязательное восприятие. Четыре анализатора — зрительный,
слуховой, кожный и мышечный — чаще всего выступают как ведущие в
процессе восприятия.

Восприятие, таким образом, выступает как осмысленный (включающий
принятие решения) и означенный (связанный с речью) синтез разнообразных
ощущений, получаемых от целостных предметов или сложных, воспринимаемых
как целое явлений. Этот синтез выступает в виде образа данного предмета
или явления, который складывается в ходе активного их отражения.

Предметность, целостность, константность и категориальность
(осмысленность и означенность) — это основные свойства образа,
складывающиеся в процессе и результате восприятия. Предметность — это
способность человека воспринимать мир не в виде набора не связанных друг
с другом ощущений, а в форме отделенных друг от друга предметов,
обладающих свойствами, вызывающими данные ощущения. Целостность
восприятия выражается в том, что образ воспринимаемых предметов не дан в
полностью готовом виде со всеми необходимыми элементами, а как бы
мысленно достраивается до некоторой целостной формы на основе небольшого
набора элементов. Это происходит и в том случае, если некоторые детали
предмета человеком непосредственно в данный момент времени не
воспринимаются. Константность определяется как способность воспринимать
предметы относительно постоянными по форме, цвету и величине, ряду
других параметров независимо от меняющихся физических условий
восприятия. Категориальность человеческого восприятия проявляется в том,
что оно носит обобщенный характер, и каждый воспринимаемый предмет мы
обозначаем словом-понятием, относим к определенному классу. В
соответствии с этим классом нами в воспринимаемом предмете ищутся и
видятся признаки, свойственные всем предметам данного класса и
выраженные в объеме и содержании этого понятия.

Описанные свойства предметности, целостности, константности и
категориальности восприятия с рождения человеку не присущи; они
постепенно складываются в жизненном опыте, частично являясь естественным
следствием работы анализаторов, синтетической деятельности мозга.

Чаще и больше всего свойства восприятия изучались на примере зрения —
ведущего органа чувств у человека. Существенный вклад в понимание того,
как из отдельных зрительно воспринимаемых деталей предметов складывается
их целостная картина — образ, внесли представители гештальтпсихологии —
направления научных исследований, сложившегося в начале XX в. в
Германии. Одним из первых классификацию факторов, влияющих на
организацию зрительных ощущений в образы в русле гештальтпсихологии
предложил М. Вертгеймер. Выделенные им факторы следующие:

1. Близость друг к другу элементов зрительного поля, вызвавших
соответствующие ощущения. Чем ближе друг к другу пространственно в
зрительном поле располагаются соответствующие элементы, тем с большей
вероятностью они объединяются друг с другом и создают единый образ.

2. Сходство элементов друг с другом. Это свойство проявляется в том, что
похожие элементы обнаруживают тенденцию к объединению.

3. Фактор «естественного продолжения». Он проявляется в том, что
элементы, выступающие как части знакомых нам фигур, контуров и форм, с
большей вероятностью в нашем сознании объединяются именно в эти фигуры,
форму и контуры, чем в другие.

4. Замкнутость. Данное свойство зрительного восприятия выступает как
стремление элементов зрительного поля создавать целостные, замкнутые
изображения.

Принципы перцептивной организации зрительного восприятия иллюстрируются
рис. 36. Ближе друг к другу расположенные линии в ряду А скорее
объединяются друг с другом в нашем восприятии, чем далеко расставленные.
Добавление горизонтальных, разно-направленных отрезков к отдельным,
стоящим далеко друг от друга вертикальным линиям в ряду Б побуждает нас,
напротив, видеть целостные фигуры в них, а не в близко расположенных
линиях. В данном случае это квадраты. Соответствующее впечатление
усиливается еще больше (ряд В), становится необратимым, если контуры
оказываются замкнутыми.

Выяснилось, что восприятие человеком более сложных, осмысленных
изображений происходит по-иному. Здесь в первую очередь срабатывает
механизм влияния прошлого опыта и мышления, выделяющий в воспринимаемом
изображении наиболее информативные места, на основе которых, соотнеся
полученную информацию с памятью, можно о нем составить целостное
представление. Анализ записей движений глаз, проведенный А. Л. Ярбусом’,
показал, что элементы плоскостных изображений, привлекающих внимание
человека, содержат участки, несущие в себе наиболее интересную и
полезную для воспринимающего информацию. При внимательном изучении таких
элементов, на которых более всего останавливается взор в процессе
рассматривания картин, обнаруживается, что движения глаз фактически
отражают процесс человеческого мышления. Установлено, что при
рассматривании человеческого лица наблюдатель больше всего внимания
уделяет глазам, губам и носу (рис. 37, 38). Глаза и губы человека
действительно являются наиболее выразительными и подвижными элементами
лица, по характеру и движениям которых мы судим о психологии человека и
его состоянии. Они многое могут сказать наблюдателю о настроении
человека, о его характере, отношении к окружающим людям и многом другом.

Рис. 36. Действие различных факторов на формирование образа контурной
фигуры. А — фактор близости предрасполагает наблюдателя организовать
линии в группы по две в каждой. Б — фактор продолжения побуждает видеть
в трех средних скобках просто пары линий, как в первом случае. В —
замкнутость исключает возможность какой-либо иной группировки линий

Нередко при восприятии контурных и штрихованных изображений, а также
соответствующих элементов реальных предметов у человека могут возникать
зрительные иллюзии. Таких иллюзий известно множество. Две из них для
примера показаны на рис. 39. Это — иллюзии, связанные с искажением
контура окружности, представленной на фоне веерообразно расходящихся
линий (А), и искажение изображения квадрата на фоне концентрических
окружностей (Б).

Наличием иллюзий в сфере восприятия, которые могут быть вызваны самыми
различными причинами, зависящими как от состояния воспринимающей
системы, так и от особенностей организации воспринимаемого материала,
объясняются многие ошибки, в том числе «видения» так называемых
неопознанных летающих объектов (НЛО), о которых в последние годы немало
писалось в прессе.

Остановимся кратко на механизмах восприятия пространства, времени и
движения, которые совместно со способами восприятия контуров и
содержания осмысленных фигур плоскостного типа

образуют черно-белую перцептивную динамическую картину обстановки,
окружающей повседневно человека. Восприятие пространства содержит оценки
формы, величины, расстояния до предметов, расстояния между предметами.

В восприятии формы предметов принимают участие три основные группы
факторов:

1. Врожденная способность нервных клеток коры головного мозга
избирательно реагировать на элементы изображений, имеющие определенную
насыщенность, ориентацию, конфигурацию и длину. Такие клетки называются
клетками-детекторами. Благодаря свойствам своих рецептивных полей, они
выделяют в зрительном поле вполне определенные элементы, например
световые линии конкретной длины, ширины и наклона, острые углы,
контрасты, изломы на контурных изображениях.

2. Законы образования фигур, форм и контуров, выделенные
гештальтпсихологами и описанные выше.

3. Жизненный опыт, получаемый за счет движений руки по контуру и
поверхности объектов, перемещения человека и частей его тела в
пространстве.

Восприятие величины предметов зависит от того, каковы параметры их
изображения на сетчатке глаза. Если человек не в состоянии правильно
оценить расстояние до предметов, то те из них, которые на самом деле
находятся далеко и, следовательно, образуют на сетчатке небольшие
изображения, воспринимаются человеком как маленькие, хотя на самом деле
могут быть достаточно большими. Те объекты, изображения которых на
сетчатке глаза увеличиваются, также субъективно воспринимаются как
возрастающие, хотя в действительности увеличения их размера может не
происходить. Однако если человек в состоянии правильно оце-нить
расстояние до объекта, то в действие вступает закон константности, в
соответствии с которым видимая величина объекта мало меняется при не
очень больших изменениях расстояния до него или не меняется совсем. То
же самое происходит в том случае, если человеку известно, что сам объект
мало меняется, а варьируется только величина его изображения на
сетчатке.

В восприятии величины предметов принимают участие мышцы глаз и руки (в
том случае, когда с ее помощью человек ощупывает предмет), ряда других
частей тела. Чем больше сокращается или расслабляется мышца,
прослеживающая предмет по его контуру или поверхности, тем большим
кажется человеку и сам предмет. Следовательно, восприятие величины
коррелирует со степенью сокращения следящих за ним мышц. В этом, в
частности, проявляется роль деятельности в восприятии.

Движения мышц также участвуют в восприятии глубины. Кроме них зрительно
правильной оценке глубины способствуют аккомодация и конвергенция глаз.
Аккомодация — это изменение кривизны хрусталика при настройке глаза на
четкое восприятие близких и отдаленных объектов или их деталей
(фокусировка изображения на сетчатке). Конвергенция — это сближение или
расхождение осей глаз, которое происходит при восприятии соответственно
приближающихся или удаляющихся от человека объектов. Между зрительными
осями обычно образуется некоторый угол. Он и несет в себе информацию о
расстоянии до объектов.

Однако с помощью аккомодации и конвергенции невозможно полностью
объяснить восприятие и оценку расстояния до объектов, так как эти
процессы «работают» в ограниченных пределах расстояний: 5—6 метров для
аккомодации и до 450 метров для конвергенции. В то же самое время
человек способен различать удаленность объектов от себя на гораздо
большие расстояния, до 2,5 км. При оценке больших расстояний им,
вероятнее всего, используется информация о взаимном расположении
объектов на сетчатке правого и левого глаз.

Восприятие и оценка движения также основаны на последовательном
использовании информации, исходящей из нескольких различных источников.
Одни из них позволяют установить сам факт движения, другие оценить его
направленность и скорость. Наличие или отсутствие движения в поле зрения
констатируется нейронами-детекторами движения или новизны, входящими в
нейро-физиологический аппарат ориентировочной реакции (рефлекса). Эти
нейройы обладают генетически заданной способностью генерировать импульсы
при возникновении движения какого-либо объекта в поле зрения.

Направленность движения может оцениваться по направлению перемещения
отражаемого объекта на поверхности сетчатки, а также отмечаться
последовательностью сокращения-расслабления определенной группы мышц
глаз, головы, туловища при выполнении прослеживающих движений за
объектом.

То обстоятельство, что восприятие движения и его направления
физиологически связано, в частности, с перемещением изображения на
сетчатке, доказывается существованием иллюзии движения, обычно
возникающей в том случае, когда в поле зрения один за другим с
небольшими интервалами времени зажигаются два светящихся точечных
объекта, находящихся друг от друга на сравнительно небольшом расстоянии.
Если интервал времени между зажиганием первого и второго объектов
становится меньше 0,1 с, то возникает иллюзия перемещения светового
источника из одного положения в другое, с первого места на второе,
причем зрительно-иллюзорно субъектом даже прослеживается траектория
соответствующего «движения». Это явление получило название «фи-феномен».

Еще одним аргументом в пользу того же самого вывода о
психофизиологическом механизме восприятия движения может служить так
называемый автокинетический эффект. Это явление представляет собой
кажущееся, иллюзорное движение в темноте неподвижной светящейся точки.
На нем, в частности, был основан эксперимент с группой людей, который
рассматривался в третьей главе учебника. Автокинетический эффект
возникает у многих людей в том случае, если неподвижная точка в
зрительном поле является единственным видимым объектом, т. е. если ее
положение невозможно идентифицировать в пространстве, сравнить и оценить
относительно какого-либо другого видимого объекта.

Скорость движения, по-видимому, оценивается по скорости перемещения
изображения предмета на сетчатке, а также по быстроте сокращения мышц,
участвующих в следящих движениях.

Механизм восприятия человеком времени часто связывают с так называемыми
«биологическими часами» — определенной последовательностью и ритмикой
биологических обменных процессов, происходящих в организме человека. В
качестве наиболее вероятных кандидатов на роль биологических часов
называют ритм сердечной деятельности и метаболизм (обменные процессы)
тела. Последнее частично подтверждается тем, что при воздействии
медикаментов, влияющих на скорость обменных процессов, восприятие
времени может меняться. Например, хинин и алкоголь чаще всего замедляют
субъективно воспринимаемый ход времени, а кофеин ускоряет его.

Субъективная продолжительность времени частично зависит от того, чем оно
заполнено. Более короткой по времени кажется нам интересная и
осмысленная деятельность. Гораздо дольше для нашего восприятия
продолжается та, которая заполнена бессмысленными и неинтересными
занятиями. В одном эксперименте человек провел в изоляции четыре дня,
находясь в звуконепроницаемой комнате и занимаясь в это время чем хотел.
Через определенные интервалы времени ему звонил экспериментатор и
интересовался, который час (у самого испытуемого часов не было).
Оказалось, что в течение первого дня пребывания в этих условиях, когда
испытуемый еще находил для себя интересные занятия, его субъективное
время шло с ускорением и убежало вперед почти на четыре часа. Затем его
«внутренние часы» начали постепенно отставать и к концу четвертого дня
пребывания в изоляции уже ошибались по сравнению с реальным временем
примерно на сорок минут.

Существуют большие индивидуальные, в частности возрастные, различия в
восприятии хода времени. Кроме того, у одного и того же человека оценки
времени могут варьировать в широких пределах в зависимости от его
душевного и физического состояния. При хорошем настроении время идет
чуть быстрее, чем обычно, а в состоянии фрустрации или подавленности оно
течет медленнее.

БИЛЕТ 22

ОПРЕДЕЛЕНИЕ И ВИДЫ ВООБРАЖЕНИЯ

Воображение — особая форма человеческой психики, стоящая отдельно от
остальных психических процессов и вместе с тем занимающая промежуточное
положение между восприятием, мышлением’

и памятью. Специфика этой формы психического процесса состоит в том, что
воображение, вероятно, характерно только для человека и странным образом
связано с деятельностью организма, будучи в то же самое время самым
«психическим» из всех психических процессов и состояний. Последнее
означает, что ни в чем другом, кроме воображения, не проявляется
идеальный и загадочный характер психики. Можно предполагать, что именно
воображение, желание его понять и объяснить привлекло внимание к
психическим явлениям в древности, поддерживало и продолжает его
стимулировать в наши дни.

Что же касается загадочности этого феномена, то она состоит в том, что
до сих пор нам почти ничего не известно именно о механизме воображения,
в том числе о его анатомо-физиологической основе. Где в мозгу человека
локализовано воображение? С работой каких известных нам нервных
органических структур оно связано? На эти важные вопросы мы почти ничего
конкретного ответить не можем. Во всяком случае об этом мы можем сказать
гораздо меньше, чем, например, об ощущениях, восприятии, внимании и
памяти, которые обсуждались в предыдущих главах учебника. В силу данного
обстоятельства эта глава будет одной из самых маленьких по объему в
книге, что, конечно, не говорит о небольшой значимости данного феномена
в психологии и поведении человека.

Здесь дело обстоит как раз противоположным образом, а именно: мы знаем
очень много о том, какое значение воображение имеет в жизни человека,
как оно влияет на его психические процессы и состояния и даже на
организм. Это и побуждает выделить и специально рассмотреть проблему
воображения в учебнике.

Благодаря воображению человек творит, разумно планирует свою
деятельность и управляет ею. Почти вся человеческая материальная и
духовная культура является продуктом воображения и творчества людей, а
какое значение эта культура имеет для психического развития и
совершенствования вида «гомосапиенс», мы уже достаточно хорошо знаем.
Воображение выводит человека за пределы его сиюминутного существования,
напоминает ему о прошлом, открывает будущее. Обладая богатым
воображением, человек может «жить» в разном времени, что не может себе
позволить никакое другое живое существо в мире. Прошлое зафиксировано в
образах памяти, произвольно воскрешаемых усилием воли, будущее
представлено в мечтах и фантазиях.

Воображение является основой наглядно-образного мышления, позволяющего
человеку ориентироваться в ситуации и решать задачи без
непосредственного вмешательства практических действий. Оно во многом
помогает ему в тех случаях жизни, когда практические действия или
невозможны, или затруднены, или просто нецелесообразны (нежелательны).

От восприятия воображение отличается тем, что его образы не всегда
соответствуют реальности, в них есть элементы фантазии, вымысла. Если
воображение рисует сознанию такие картины, которым ничего или мало что
соответствует в действительности, то оно носит название фантазии. Если,
кроме того, воображение нацелено на будущее, его именуют мечтой.
1

Воображение может быть четырех основных видов: активное^ пассивное,
продуктивное и репродуктивное. Активное воображение^ характеризуется
тем, что, пользуясь им, человек по собственному1 желанию, усилием воли
вызывает у себя соответствующие образы.1 Образы пассивного воображения
возникают спонтанно, помимо воли и желания человека. Продуктивное
воображение отличается тем, что в нем действительность сознательно
конструируется человеком, а не просто механически копируется или
воссоздается. Но при этом в образе она все же творчески преобразуется. В
репродуктивном воображении ставится задача воспроизвести реальность в
том виде, какова она есть, и хотя здесь также присутствует элемент
фантазии, такое воображение больше напоминает восприятие или память, 5
чем творчество, j

С феноменом воображения в практической деятельности людей”! прежде всего
связан процесс художественного творчества. Так, с ре-^ продуктивным
воображением может быть соотнесено направление^ в искусстве, называемое
натурализмом, а также отчасти реализм. :Д Общеизвестно, что по картинам
И. И. Шишкина ботаники могут 1 изучать флору русского леса, так как все
растения на его полотнах выписаны с «документальной» точностью. Работы
художников-демократов второй половины XIX в. И. Крамского, И. Репина, В.
Петрова при всей их социальной заостренности также являют собой поиски
формы, максимально приближенной к копированию действительности.

Источником любого направления в искусстве может быть только жизнь, она
же выступает в качестве первичной базы для фанта- . зии. Но никакая
фантазия не способна изобрести нечто такое, что человеку не было бы
известно. В связи с этим именно реальность становится основой творчества
ряда мастеров искусства, чей полет творческой фантазии уже не
удовлетворяют реалистические, а тем более натуралистические средства
выражения. Но эта реальность пропускается через продуктивное воображение
творцов, они по-новому ее конструируют, пользуясь светом, цветом,
наполняя свои произведения вибрацией воздуха (импрессионизм), прибегая к
точечному изображению предметов (пуантилизм в живописи и музыке),
разлагая объективный мир на геометрические фигуры (кубизм) и т. д. Даже
произведения такого некоммунистического модернистского направления
искусства, как абстракционизм, ставшего основой современного авангарда,
нередко создавались при помощи продуктивного воображения. Например,
знаменитое абстрактное полотно П. Пикассо «Герника» — это не хаотическое
нагромождение геомет-ризированных тел или их частей, а прежде всего
отражение трагических событий войны в Испании 1936—1939 гг. Если
рассматривать и попытаться трактовать каждую отдельную деталь этой
картины, то за абстрактной формой возникает вполне конкретный образ,
конкретная мысль.

Таким образом, с продуктивным воображением в искусстве м^ встречаемся и
в тех случаях, когда воссоздание действительности реалистическим методом
художника не устраивает. Ьго мир — фантасмагория, иррациональная
образность, за которой — вполне оче- видные реалии. Плодом такого
воображения является роман М. Бул-1 гакова «Мастер и Маргарита»,
фантастика братьев Стругацких,^ антиутопии в русской и зарубежной
литературе (Е. Замятин, О. Хакс-1 ли, Дж, Оруэлл), фантастические
кентаврицы и кентаврята четыр-1 надцатилетней московской школьницы Нади
Рушевой (рис. 49). Об-Г ращение к столь необычным, причудливым образам
позволяет усилить интеллектуальное и эмоционально-нравственное
воздействие искусства на человека.

Чаще всего творческий процесс в искусстве связан с активным
воображением: прежде чем запечатлеть какой-либо образ на бумаге,^ холсте
или нотном листе, художник создает его в своем воображе-‘ нии, прилагая
к этому сознательные волевые усилия. Нередко активное воображение
настолько захватывает творца, что он утрачивает связь со своим временем,
своим «я», «вживаясь» в создаваемый им образ. Немало свидетельств этому
в литературе о писателях. Например, одно из них: во время работы над
романом «Мадам Бовари» Гюстав Флобер, описывая отравление своей героини,
почувствовал во рту вкус мышьяка.

Реже импульсом творческого процесса становится пассивное воображение,
так как «спонтанные», независимые от воли художника образы чаще всего
являются продуктом подсознательной работы творца, скрытой от него
самого. И тем не менее наблюдения за творческим процессом, описанные в
литературе, дают возможность привести примеры роли пассивного
воображения в художественном творчестве. Так, Франц Кафка исключительную
роль в своем творчестве уделял сновидениям, запечатлевая их в своих
фантастически мрачных произведениях. Кроме того, творческий процесс,
начинаясь, как правило, с волевого усилия, т. е. с акта воображения,
постепенно настолько захватывает автора, что воображение становится
спонтанным, и уже не он творит образы, а образы владеют и управляют
художником, и он подчиняется их логике. В этом отношении весьма наглядно
творчество Ф. М. Достоевского. Через все романы писателя проходит
буквально несколько глобальных идей, над которыми «бьются» и страдают
его герои, такие разные и такие единые в объединяющем их творческом
воображении писателя.

Работа человеческого воображения, разумеется, не ограничивается
литературой и искусством. В неменьшей степени она проявляется в научном,
техническом, других видах творчества. Во всех этих случаях фантазия как
разновидность воображения играет положительную роль. Но есть и другие
виды воображения. Это — сновидения, галлюцинации, грезы и мечты.
Сновидения можно отнести к разряду пассивных и непроизвольных форм
воображения. Подлинная их роль в жизни человека до сих пор не
установлена, хотя известно, что в сновидениях человека находят выражение
и удовлетворение многие жизненно важные потребности, которые в силу ряда
причин не могут получить реализации в жизни.

Галлюцинациями называют фантастические видения, не имеющие, по-видимому,
почти никакой связи с окружающей человека дей-

ствительностью. Обычно они — результат тех или иных нарушений психики
или работы организма — сопровождают многие болезненные состояния.

Грезы в отличие от галлюцинаций — это вполне нормальное психическое
состояние, представляющее собой фантазию, связанную с желанием, чаще
всего несколько идеализируемым будущим. Мечта от грезы отличается тем,
что она несколько более реалистична и в большей степени связана с
действительностью, т. е. в принципе осуществима. Грезы и мечты у
человека занимают довольно большую часть времени, особенно в юности. Для
большинства людей мечты являются приятными думами о будущем. У некоторых
встречаются и тревожные видения, порождающие чувство ^беспокойства,
вины, агрессивности.

ФУНКЦИИ ВООБРАЖЕНИЯ, ЕГО РАЗВИТИЕ

Люди так много мечтают потому, что их разум не может быть «безработным».
Он продолжает функционировать и тогда, когда в мозг человека не
поступает новая информация, когда он не решает никаких проблем. Именно в
это время и начинает работать воображение. Установлено, что человек по
своему желанию не в состоянии прекратить поток мыслей, остановить
воображение.

В жизни человека воображение выполняет ряд специфических функций. Первая
из них состоит в том, чтобы представлять действительность в образах и
иметь возможность пользоваться ими, решая задачи. Эта функция
воображения связана с мышлением и органически в него включена. Вторая
функция воображения состоит в регулировании эмоциональных состояний. При
помощи своего воображения человек способен хотя бы отчасти удовлетворять
многие потребности, снимать порождаемую ими напряженность. Данная
жизненно важная функция особенно подчеркивается и разрабатывается в
психоанализе. Третья функция воображения связана с его участием в
произвольной регуляции познавательных процессов и состояний человека, в
частности восприятия, внимания, памяти, речи, эмоций. С помощью искусно
вызываемых образов человек может обращать внимание на нужные события.
Посредством образов он получает возможность управлять восприятием,
воспоминаниями, высказываниями. Четвертая функция воображения состоит в
формировании внутреннего плана действий — способности выполнять их в
уме, манипулируя образами. Наконец, пятая функция — это планирование и
программирование деятельности, составление таких программ, оценка их
правильности, процесса реализации.

С помощью воображения мы можем управлять многими психофизиологическими
состояниями организма, настраивать его на предстоящую деятельность.
Известны факты, свидетельствующие о том, что с помощью воображения,
чисто волевым путем человек может влиять на органические процессы:
изменять ритмику дыхания, частоту пульса, кровяное давление, температуру
тела. Данные факты лежат в основе аутотренинга, широко используемого для
саморе-, гуляции. S

При помощи специальных упражнений и приемов можно разви- ! вать
воображение. В творческих видах труда — наука, литература, 1 искусство,
инженерия и др.— развитие воображения, естественно, происходит в
занятиях данными видами деятельности. В аутогенной тренировке нужный
результат достигается путем специальной системы упражнений, которые
нацелены на то, чтобы усилием воли научиться расслаблять отдельные
группы мышц (рук, ног, головы, туловища), произвольно повышать или
понижать давление, температуру тела (в последнем случае используются
упражнения на воображение тепла, холода).

ВООБРАЖЕНИЕ И ТВОРЧЕСТВО

Вопроса, обозначенного в заголовке этого параграфа, мы уже коснулись в
начале главы. В данном разделе речь пойдет в основном о том, как
фантазия человека используется в самой психологии, а также о
психологическом анализе продуктов и механизмов воображения.

Прежде всего отметим, что образы фантазии никогда не бывают совершенно
оторванными от реальности, не имеющими с ней ничего общего. Замечено,
что если любой продукт фантазии разложить на составляющие его элементы,
то среди них трудно будет отыскать нечто такое, чего в действительности
бы не существовало. Даже тогда, когда подобного рода анализу мы
подвергаем произведения художников-абстракционистов, в составляющих их
элементах мы видим по крайней мере всем нам знакомые геометрические
фигуры. Эффект нереальности, фантастичности, новизны продуктов
творческого и иного воображения достигается большей частью за счет
непривычного сочетания известных элементов, включая изменение их
пропорций.

Существуют индивидуальные, типологические особенности воображения,
связанные со спецификой памяти, восприятия и мышления человека. У одних
людей может преобладать конкретное, образное восприятие мира, которое
внутренне выступает в богатстве и разнообразии их фантазии. Про таких
индивидов говорят, что они обладают художественным типом мышления. По
предположению, он физиологически связан с доминированием правого
полушария мозга. У других отмечается большая склонность к оперированию
абстрактными символами, понятиями (люди с доминирующим левым полушарием
мозга).

Воображение человека выступает как отражение свойств его личности, его
психологического состояния в данный момент времени. Известно, что
продукт творчества, его содержание и форма хорошо отражают личность
творца. Данный факт нашел широкое применение в психологии, особенно в
создании психодиагностических личностных методик. Личностные тесты
проективного типа (Темати-

Рис. 50. Одна из сюжетно неопределенных картинок, используемых в
проективной методике для оценки степени развитости мотива достижения
успехов

ческий апперцептивный тест— ТАТ, тест Роршаха и др.) основаны на так
называемом механизме проекции, согласно которому человек в своем
воображении склонен приписывать другим людям свои личностные качества и
состояния. Проводя по специальной системе содержательный анализ
продуктов фантазии испытуемых, психолог на его основе судит о личности
человека, кому эти продукты принадлежат. На рис. 50 в качестве
иллюстрации показана одна из сюжетно неопределенных картинок, которая
используется в проектном тесте типа ТАТ для изучения потребности в
достижении успехов (см главу 17).

Посмотрев на такую картинку в течение примерно 20 с, испытуемый затем
должен написать по ней целый рассказ, отвечая на следующий перечень
вопросов: 1. Кто эти люди? Что изображено на данной картинке? 2. Что
произошло с этими людьми до этого? 3. О чем они думают в данный момент
времени? Какие мысли, желания и чувства у них имеются? 4. Что произойдет
дальше? Рассказы, написанные испытуемыми по трем-четырем подобным
картинкам, подвергаются содержательному анализу, оцениваются в баллах и
путем их последующей обработки делается вывод о степени раз-витости у
испытуемого исследуемого качества личности.

БИЛЕТ 23

ПОНЯТИЕ О ВОЛЕ

В связи со всеобщим возрождением интереса к гуманитарным, специфическим
человеческим проблемам психологии в последние годы наблюдается
повышенное внимание к воле. Когда-то, еще в XVIII—XIX вв., эта проблема
была одной из центральных в психоло- гических исследованиях. В начале XX
в. в связи с общим кризисным положением в этой науке исследования воли
отошли на второй план. Эта проблема оказалась самой трудной из тех,
которые необходимо было ставить и решать на новой методологической
основе. Но игнорировать ее и полностью не замечать было невозможно, так
как воля относится к числу тех психических явлений (наряду с
воображением) , жизненно важную роль которых нет особой необходимости
доказывать.

По этой причине в начале XX в. и в последующие десятилетия исследования
воли продолжались, правда, не столь широко и активно, как прежде, но с
использованием того же самонаблюдения в качестве основного метода
выявления связанных с ней феноменов.

Однако вследствие неудовлетворенности общим состоянием исследований воли
многие ученые в первые десятилетия текущего столетия стремились вообще
отказаться от этого понятия как от якобы ненаучного, заменить его
поведенческими характеристиками или какими-либо другими,
операционализируемыми и верифицируемыми’, т. е. такими, которые можно
наблюдать и оценивать. Так, в . американской поведенческой психологии
вместо понятия воли стали употреблять понятие «устойчивость поведения» —
настойчивость человека в осуществлении начатых поведенческих актов, в
преодолении возникающих на их пути преград. Эту настойчивость, в свою
очередь, объясняли такими характеристиками личности, как
целеустремленность, терпение, упорство, стойкость, последовательность и
т. п.

Вчитываясь сегодня в работы таких замечательных психологов прошлого, как
У. Джемс в США и С. Л. Рубинштейн в России (в годы всеобщего отвлечения
внимания от проблем воли они продолжали заниматься ею), мы обнаруживаем,
что воля — вполне реальное явление, обладающее своими специфическими,
легко обнаруживаемыми и описываемыми научным языком признаками. Каковы
же они?

Еще Аристотель ввел понятие воли в систему категорий науки о душе для
того, чтобы объяснить, каким образом поведение человека реализуется в
соответствии со знанием, которое само по себе лишено побудительной силы.
Воля у Аристотеля выступала как фактор, наряду со стремлением способный
изменять ход поведения: инициировать его, останавливать, менять
направление и темп.

Один из существенных признаков волевого акта заключается в том, что он
всегда связан с приложением усилий, принятием решений и их реализацией.
Воля предполагает борьбу мотивов. По этому существенному признаку
волевое действие всегда можно отделить от остальных. Волевое решение
обычно принимается в условиях конку-

рирующих, разнонаправленных влечений, ни одно из которых не в состоянии
окончательно победить без принятия волевого решения.

Воля предполагает самоограничение, сдерживание некоторых достаточно
сильных влечений, сознательное подчинение их другим, более значимым и
важным целям, умение подавлять непосредственно возникающие в данной
ситуации желания и импульсы. На высших уровнях своего проявления воля
предполагает опору на духовные цели и нравственные ценности, на
убеждения и идеалы.

Еще один признак волевого характера действия или деятельности,
регулируемой волей,—это наличие продуманного плана их „^иществления.
Действие, не имеющее плана или не выполняемое по заранее намеченному
плану, нельзя считать волевым. «Волевое действие — это… сознательное,
целенаправленное действие, посредством которого человек осуществляет
стоящую перед ним цель, подчиняя свои импульсы сознательному контролю и
изменяя окружающую действительность в соответствии со своим замыслом»’.

Существенными признаками волевого действия являются усиленное внимание к
такому действию и отсутствие непосредственного удовольствия, получаемого
в процессе .и в результате его выполнения. Имеется в виду, что волевое
действие обычно сопровождается отсутствием эмоционального, а не
морального удовлетворения. Напротив, с успешным совершением волевого
акта обычно связано как раз моральное удовлетворение от того, что его
удалось выполнить. У. Джемс по этому поводу писал следующее: «Обширный
мир, окружающий нас со всех сторон, задает нам всевозможные вопросы и
испытывает нас всеми возможными способами. Некоторые из этих испытаний
мы преодолеваем при помощи нетрудных действий и на некоторые вопросы
отвечаем отчетливо сформулированными словами. Но на самый глубочайший из
всех вопросов, которые когда-либо предлагаются нам миром, не допускается
другого ответа, кроме немого сопротивления воли и сжимания фибр нашего
сердца, когда мы как бы говорим: «Пусть так, а я все же буду делать вот
этак»^.

Нередко усилия воли направляются человеком не столько на то, чтобы
победить и овладеть обстоятельствами, сколько на то, чтобы преодолеть
самого себя. Это особенно характерно для людей импульсивного типа,
неуравновешенных и эмоционально возбудимых, когда .SM приходится
действовать вопреки своим природным или характерологическим данным.

Ни одна более или менее сложная жизненная проблема человека не решается
без участия воли. Никто на Земле никогда еще не добился выдающихся
успехов, н