.

Психология лиц с нарушением слуха

Язык: русский
Формат: реферат
Тип документа: Word Doc
0 3884
Скачать документ

Сурдопсихология как раздел специальной психологии

Закономерности психического развития детей с нарушениями слуха и
особенности психики взрослых с такими же нарушениями изучает
сурдопсихология — отрасль специальной психологии.

Начало систематической разработки проблем сурдопсихологии в нашей стране
относится к 30-м гг. XX в., когда была создана теория Л. С. Выготского о
структуре детского психического развития, отклоняющегося от нормального.
Л. С. Выготским были введены понятия о первичном дефекте и его прямых
последствиях (вторичные дефекты). Применительно к рассматриваемой
категории детей нарушение слухового восприятия — это первичный дефект;
замедленное сравнительно с нормальным и своеобразное развитие — это
вторичный дефект, или вторичные последствия.

В более ранний период (в конце XIX — начале XX в.) изучение отдельных
вопросов психологии глухих детей и взрослых осуществлялось в рамках
общей психологии и сурдопедагогики, науки о воспитании, образовании и
обучении детей с нарушениями слуха.

В 30 — 70-е и последующие годы XX столетия проводилось всестороннее
изучение психического развития детей с нарушениями слуха. Были выделены
три группы детей с недостатками слуха: глухие (родившиеся с глубоким
нарушением слуха или потерявшие слух в раннем детстве); позднооглохшие
(потерявшие слух после овладения речью); слабослышащие, т. е. с
частичной потерей слуха (Р. М. Боскис, Т. А. Власова и др.). Изучались
закономерности психического развития детей с недостатками слуха в тех
или иных условиях их воспитания и обучения, прослеживались этапы
формирования речи, развития ощущений и восприятия, памяти, воображения и
мышления, становления черт личности (Р. М. Боскис, Л.В.Занков,
А.Г.Зикеев, К.Г.Коровин, Н.Г.Морозова, М.М.Нудельман, Т.В.Розанова,
И.М.Соловьев, Л.И.Тигранова, Ж.И.Шиф, Н.В.Яшкова и др.).

В 1930 — 1960-е гг. наибольшее внимание обращалось на развитие
психики у детей с нарушениями слуха в школьном возрасте. С 1950-х гг.
выделились проблемы изучения психических особенностей взрослых людей с
недостатками слуха (А. П. Гозова, В. Н.Чулков и др.), а также проблемы
развития психики детей в преддошкольном и дошкольном возрасте
(Б.Д.Корсунская, Н.Г.Морозова, А.А.Венгер, Г.Л.Выгодская, Э. И.Леонгард
и др.). В 1970-е гг. была поставлена, а в дальнейшем получила
всестороннее рассмотрение проблема психического развития детей со
сложным дефектом, имеющих не только нарушения слуха, но наряду с ним и
другие первичные нарушения (С.А.Зыков, М.Ф.Титова, Г. П.Бертынь,
М.С.Певзнер, Т.В.Розанова и др.). Необходимо отметить, что один из
вариантов сложного дефекта — глубокое нарушение слуха и зрения —
изучался психологами и педагогами столь же давно, как и глухота, —
начиная с 1930-х гг. в специально созданных условиях воспитания и
обучения (И. А. Соколянский, А. И. Мещеряков и др.).

Разработка сурдопсихологических проблем осуществлялась многими
исследователями стран Европы и США (Р. Конрад, X. Фурт, Е.Левин,
Р.Линдер, X. Майклбаст, П.Олерон, Дж.Снайдерс, Н.Снайдерс Оомен,
М.Темплин, В.Терворт и др.). При этом исследователи разных стран имели
возможность изучать не только завершенные и опубликованные труды, но и
исследовательские работы в процессе их осуществления благодаря встречам
на международных съездах, симпозиумах и конференциях, а также при
непосредственном общении в исследовательских лабораториях.

В последние десятилетия сурдопсихология стала интенсивно развиваться в
странах Востока (в Японии, Китае).

Причины нарушений слуха. Дети с нарушениями слуха.

Предмет и задачи сурдопсихологии

Современные исследователи в области сурдопсихологии (Д.И.Тарасов,
А.Н.Наседкин, В. П.Лебедев, О.П.Токарев и др.) пришли к выводу, что все
причины и факторы нарушений слуха следует разделить на три группы.
Первая группа — это причины и факторы, приводящие к возникновению
наследственной глухоты или тугоухости. Вторая группа — факторы,
воздействующие на развивающийся плод во время беременности матери или
приводящие к общей интоксикации организма матери в этот период
(врожденное нарушение слуха). Третья группа — факторы, действующие на
сохранный орган слуха ребенка в процессе его жизни (приобретенное
нарушение слуха). Вместе с тем исследователи полагают, что достаточно
часто поражение слуха возникает под действием нескольких факторов,
оказывающих воздействие в различные периоды развития ребенка.
Соответственно они выделяют фоновые и манифестные факторы. Фоновые
факторы, или факторы риска, создают благоприятный фон для развития
глухоты или тугоухости. Манифестные факторы вызывают резкое ухудшение
слуха.

К числу фоновых факторов, чаще наследственного происхождения, следует
отнести различные нарушения метаболизма (обмена веществ), которые ведут
к постепенному накоплению шлаков в организме, неблагоприятно
воздействующих на различные органы и системы, в том числе на орган
слуха. Фоновыми факторами врожденного происхождения могут быть
перенесенная матерью во время беременности вирусная инфекция, или
неблагоприятные воздействия на плод антибиотиков, каких-либо химических
веществ, или асфиксия при родах. Эти факторы могут не привести к
появлению тугоухости, но вызвать такие повреждения слухового
анализатора, что последующие воздействия нового фактора (например,
заболевание ребенка гриппом, ветряной оспой, паротитом) вызовут
выраженное нарушение слуха.

Для выявления причин нарушений слуха в каждом конкретном случае
необходимо прослеживать все наследственные факторы, которые могут
обусловить появление нарушения слуха у ребенка: факторы, действовавшие в
процессе беременности матери и при родах, и факторы, воздействовавшие на
ребенка при его жизни.

Как мы уже говорили, выделяют три основные группы детей с нарушениями
слуха: глухих, слабослышащих (тугоухих) и позднооглохших.

Глухие дети имеют глубокое стойкое двустороннее нарушение слуха, которое
может быть наследственным, врожденным или приобретенным в раннем детстве
— до овладения речью. Если глухих детей не обучают речи специальными
средствами, они становятся немыми — глухонемыми, как называли их не
только в быту, но и в научных работах до 1960-х гг. У большинства глухих
детей имеется остаточный слух. Они воспринимают только очень громкие
звуки (силой от 70 — 80 дБ) в диапазоне не выше 2000 Гц. Обычно глухие
лучше слышат более низкие звуки (до 500 Гц) и совсем не воспринимают
высокие (свыше 2000 Гц). Если глухие ощущают звуки громкостью 70—85 дБ,
то принято считать, что у них тугоухость третьей степени. Если же глухие
ощущают только очень громкие звуки — силой более 85 или 100 дБ, то
состояние их слуха определяется как тугоухость четвертой степени.
Обучение речи глухих детей специальными средствами только в редких
случаях обеспечивает формирование речи, приближающееся к нормальному.
Таким образом, глухота вызывает вторичные изменения в психическом
развитии ребенка — более медленное и протекающее с большим своеобразием
развитие речи. Нарушение слуха и речевое недоразвитие влекут за собой
изменения в развитии всех познавательных процессов ребенка, в
формировании его волевого поведения, эмоций и чувств, характера и других
сторон личности.

Для психического развития глухих детей, как и всех других, имеющих
нарушения слуха, является чрезвычайно значимым, как организуется процесс
их воспитания и обучения с раннего детства, насколько в этом процессе
учитывается своеобразие психического развития, насколько систематически
реализуются социально-педагогические средства, обеспечивающие
компенсаторное развитие ребенка.

Слабослышащие (тугоухие) — дети с частичной недостаточностью слуха,
приводящей к нарушению речевого развития. К слабослышащим относятся дети
с очень большими различиями в области слухового восприятия.
Слабослышащим считается ребенок, если он начинает слышать звуки
громкостью от 20 — 50 дБ и больше (тугоухость первой степени) и если он
слышит звуки только громкостью от 50 — 70 дБ и больше (тугоухость второй
степени). Соответственно у разных детей сильно варьирует и диапазон
слышимых звуков по высоте. У одних он почти не ограничен, у других
приближается к высотному слуху глухих. У некоторых детей, которые
развиваются как слабослышащие, определяется тугоухость третьей степени,
как у глухих, но при этом отмечается возможность воспринимать звуки не
только низкие, но и средней частоты (от 1000 до 4000 Гц).

Недостатки слуха у ребенка приводят к замедлению в овладении речью, к
восприятию речи на слух в искаженном виде. Варианты развития речи у
слабослышащих детей очень велики и зависят от индивидуальных
психофизических особенностей ребенка и от тех социально-педагогических
условий, в которых он находится, воспитывается и обучается.
Слабослышащий ребенок даже с тугоухостью второй степени к моменту
поступления в школу может иметь развитую, грамматически и лексически
правильную речь с небольшими ошибками в произношении отдельных слов или
отдельных речевых звуков. Психическое развитие такого ребенка
приближается к нормальному. И в то же время слабослышащий ребенок с
тугоухостью всего лишь первой степени при неблагоприятных
социально-педагогических условиях развития к 7-летнему возрасту может
пользоваться только простым предложением или только отдельными словами,
при этом речь его может изобиловать неточностями произношения,
смешениями слов по значению и разнообразными нарушениями грамматического
строя. У таких детей наблюдаются особенности во всем психическом
развитии, приближающиеся к тем, которые характерны для глухих детей.

Позднооглохшие — это дети, потерявшие слух вследствие какой-либо
болезни или трамвы после того, как они овладели речью, т.е. в 2
—3-летнем и более позднем возрасте. Потеря слуха у таких детей бывает
разная — тотальная, или близкая к глухоте, или близкая к той, что
наблюдается у слабослышащих. У детей может появиться тяжелая психическая
реакция на то, что они не слышат многие звуки или слышат их искаженными,
не понимают, что им говорят. Это иногда ведет к полному отказу ребенка
от какого-либо общения, даже к психическому заболеванию. Проблема
состоит в том, чтобы научить ребенка воспринимать и понимать устную
речь. Если у него имеются достаточные остатки слуха, то это достигается
с помощью слухового аппарата. При малых остатках слуха обязательным
становится восприятие речи с помощью слухового аппарата и чтения с губ
говорящего. При тотальной глухоте необходимо использовать дактилологию,
письменную речь и, возможно, жестовую речь глухих. При совокупности
благоприятных условий воспитания и обучения позднооглохшего ребенка
развитие его речи, познавательных и волевых процессов приближается к
нормальному. Но в очень редких случаях преодолевается своеобразие в
формировании эмоциональной сферы, личностных качеств и межличностных
отношений.

У детей с нарушениями слуха всех групп возможны еще дополнительные
первичные нарушения различных органов и систем. Известно несколько форм
наследственного нарушения слуха, которое сочетается с поражением зрения,
кожной поверхности, почек и других органов (синдром Ушера, Альстрема,
Варденбурга, Альпорта, Пендреда и др.). При врожденной глухоте или
тугоухости, возникшей из-за заболевания матери в первые два месяца
беременности краснухой, как правило, наблюдается также поражение зрения
(катаракта) и врожденная кардиопатия (триада Грига). При этом
заболевании у родившегося ребенка может наблюдаться также микроцефалия и
общая мозговая недостаточность.

При гемолитической болезни новорожденных, причиной которой может быть
несовместимость крови плода и матери по резус-фактору или по
принадлежности их крови к разным группам, возможно нарушение слуха,
которое может сочетаться: с общим поражением мозга и олигофренией, с
диффузным поражением мозга, с задержкой психофизического развития, с
выраженным гиперкинетическим синдромом в результате поражения
подкорковых отделов мозга, с поражением ЦНС в виде спастических парезов
и параличей, с легким поражением нервной системы в сочетании со
слабостью лицевого нерва, косоглазием, другими глазодвигательными
нарушениями и общей задержкой моторного развития. При этом нарушение
слуха может быть обусловлено нарушениями функций мозговых систем, в
которых должен осуществляться анализ и синтез звуковых воздействий.

Приобретенное нарушение слуха, возникшее вследствие травмы черепа, может
быть связано с нарушением не только рецепторного отдела слухового
анализатора, но и его проводящих путей и корковой части. Перенесенный
ребенком менингит или менингоэнцефалит может вызвать нарушение слуха и
привести к мозговой недостаточности большей или меньшей степени.

При некоторых формах наследственной глухоты или тугоухости, при ряде
заболеваний, приводящих к поражению слуха внутриутробно, а также при
различных воспалительных процессах в области среднего и внутреннего уха
поражается вестибулярный аппарат.

Вместе с тем сложные, комплексные нарушения, включающие повреждение
слуха и других систем, могут возникать под воздействием разных причин и
в разное время.

Таким образом, у глухих и слабослышащих детей помимо нарушений слуха
могут встречаться следующие виды нарушений:

нарушения деятельности вестибулярного аппарата;

разные варианты нарушения зрения;

минимальная мозговая дисфункция, приводящая к первичной задержке
психического развития. При этом какие-либо отрицательные факторы могут
прямо воздействовать на мозг, или, в другом случае, мозговая
недостаточность возникает вследствие тяжелых соматических болезней:
сердечно-сосудистой системы, дыхательной, выделительной и т.д., —
изменяющих работу мозга;

обширное поражение мозга, вызывающее олигофрению;

нарушения мозговых систем, ведущих к детскому церебральному параличу или
другим изменениям в регуляции двигательной

сферы;

локальные нарушения слухоречевой системы мозга (корковых и подкорковых
образований);

заболевания центральной нервной системы и всего организма, ведущие к
психическим заболеваниям (шизофрении, маниакально-депрессивному психозу
и др.);

тяжелые заболевания внутренних органов — сердца, легких,

почек, пищеварительной системы и др., ведущие к общему ослаблению
организма;

возможность глубокой социально-педагогической запущенности.

Предмет сурдопсихологии состоит в раскрытии закономерностей психического
развития детей с нарушениями слуха от рождения и до взрослого возраста,
а также в характеристике возможных особенностей психики неслышащих и
слабослышащих взрослых.

Задачи сурдопсихологии — определение условий и факторов, положительно и
отрицательно влияющих на развитие психики детей с нарушениями слуха,
выделение социально-педагогических направлений, способствующих
оптимальному психическому развитию этих детей.

Методы сурдопсихологии

Специфика методов сурдопсихологии обусловлена фактором нарушенного
слуха, замедленным и своеобразным речевым развитием у детей. Кроме того,
как сообщалось выше, среди детей с нарушениями слуха встречается немало
таких, которые имеют и другие первичные нарушения. В целом около
половины всех детей рассматриваемой группы имеют сочетания двух или
более нарушений. Поэтому всякому собственно психологическому
исследованию детей должен предшествовать сбор подробных анамнестических
данных, включающих следующие показатели.

Характеристика семьи ребенка. Состав семьи, количество детей в семье.
Возраст, образование, характер работы и занятий всех членов семьи, их
здоровье (наличие хронических болезней), есть ли в семье и среди
родственников лица с нарушенным слухом.

Сведения о беременности матери. Беременность данным ребенком: какая по
счету и какие по счету роды матери. Имеются ли у матери какие-либо
хронические болезни, их проявления в процессе беременности, виды
лечения. Какими инфекционными и другими болезнями болела мать при данной
беременности и в какие точно сроки (особенно обратить внимание, не
болела ли мать в

первую треть беременности), какова совместимость крови матери и ребенка.
Сведения о родах: когда отошли воды и где находилась мать в это время,
использовалась ли стимуляция при родах и какая (кесарево сечение, щипцы,
медикоментозные средства); через какой срок родился ребенок после того,
как отошли воды (была ли гипоксия); правильно ли ребенок шел при родах,
сразу ли закричал; вес и рост новорожденного, когда принесли кормить в
первый раз; когда выписали из роддома, с каким диагнозом.

Сведения о всех болезнях, перенесенных ребенком от момента рождения до
того времени, когда проводится его психологическое обследование;
сведения о том, когда впервые был поставлен диагноз о нарушении слуха у
ребенка; показатели его первой аудиограммы; отмечалось ли дальнейшее
снижение слуха, при каких обстоятельствах.

Данные о психофизическом развитии ребенка по наблюдениям психоневролога,
матери, воспитателей и педагогов, работающих с ребенком. Когда ребенок
стал держать голову, переворачиваться со спины на живот, подниматься и
садиться, ползать, вставать на кровати и ходить по ней; когда стал
ходить по полу, какие трудности наблюдались у ребенка при овладении
ходьбой. Когда впервые отмечен комплекс оживления при приближении матери
и другого человека; когда начал гулить, отмечался ли лепет и какой.
Когда заметили, что ребенок не реагирует на звуки или реагирует только
на очень громкие звуки. Были ли адекватные реакции на речь, обращенную к
ребенку. Отмечались ли случаи понимания речи взрослых, в каких условиях.
Когда появились собственные слова (или осколки слов), имеющие у ребенка
устойчивое значение, когда — означающие жесты и как ребенок ими
пользовался для общения с окружающими.

Когда ребенок стал себя обслуживать — проситься и ходить на горшок,
умываться, есть, одеваться. Какие любимые занятия, игры и игрушки были у
ребенка с раннего детства, какие в более позднем возрасте, какие теперь.

Данные последнего медицинского обследования ребенка врачом-педиатром,
психоневрологом, отоларингологом (причем желательно проводить не только
субъективное обследование слуха,

но и объективное с помощью методики вызванных потенциалов),
врачом-офтальмологом (отмечается не только острота зрения, но и
состояние глазного дна, наличие поля зрения, глазодвигательных
рефлексов. Желательно иметь врачебные данные о состоянии двигательной
сферы ребенка и в частности сведения о том, какая рука у ребенка
ведущая. При этом важно, чтобы врач умел общаться с глухим или
слабослышащим ребенком, достигать понимания ребенком предложенных ему
заданий.

Данные об общем и специальном воспитании и обучении ребенка (посещение
яслей, детского сада, школы, с какого по какой срок, когда началось
специализированное воспитание и обучение сурдопедагогами, в каких
условиях, каковы общие результаты такого воспитания и обучения).

Путем внимательного рассмотрения всех данных сурдопсихолог
устанавливает, к какой группе по слуху следует отнести испытуемого,
какова природа его слухового нарушения; имеются ли по совокупности всех
данных показания к тому, что у данного субъекта нарушен не только слух,
но и еще какие-либо другие органы и системы. По характеру
социально-педагогических условий жизни ребенка психолог заключает,
получал ли он необходимую педагогическую помощь (не наблюдается ли у
ребенка социально-педагогической запущенности).

Далее желательно до начала психологического исследования провести
предварительный психологический диагностический эксперимент с каждым из
испытуемых, чтобы выяснить его зрительные и двигательные возможности,
уровень развития его наглядного мышления и речи, чтобы, основываясь на
всех предварительных данных и результатах обследования, ответить на
вопрос: не имеет ли данный глухой или слабослышащий поражения зрения,
двигательной сферы, первичной задержки психического развития или
умственной отсталости? Для этого разработаны наборы диагностических
психологических методик для детей от четырех лет до взрослого возраста.
Затем в зависимости от целей исследования формируются группы детей,
имеющих либо только одно поражение, либо какое-то определенное их
сочетание.

При проведении любого психологического исследования существенным
является выделение таких значимых признаков, как степень нарушения
слуха, наличие или отсутствие других первичных нарушений и возраст
испытуемых. Допустим, что для исследования выбирается группа глухих
детей без дополнительных первичных поражений и предполагается изучать
уровень развития какой-либо психической функции у детей старшего
дошкольного возраста (от 5 до 7 лет). В таком случае рационально
составить две подгруппы: одну — со средним возрастом приблизительно 5
лет 6 мес. (возраст от 5 лет 0 мес. до 6 лет 0 мес), а вторую — со
средним возрастом 6 лет 6 мес. (от 6 лет 0 мес. до 7 лет 0 мес). При
этом каждая подгруппа должна включать как минимум 12 детей (желательно
больше, до 20 детей). При сравнении результатов двух подгрупп появится
возможность обнаружить возрастные изменения в исследуемой функции,
происшедшие за 2 года и наблюдаемые в старшем дошкольном возрасте, а,
кроме того, выявить индивидуальные различия в развитии данной функции за
этот период.

Один вариант организации исследования, когда подбираются дети из одного
специального детского учреждения, работающего по своей определенной
программе; другой вариант, когда берутся дети из разных учреждений, но
тогда следует создать аналогичные по возрасту подгруппы испытуемых и
осуществлять сопоставления между результатами испытуемых из разных
учреждений. Если дети находятся на домашнем воспитании, их результаты
тоже следует рассматривать и отдельно, и в сопоставлении с результатами
детей из тех или иных детских учреждений. Говоря иначе, необходимо еще
учитывать, по какой программе воспитывается данный ребенок или группа
детей. То же относится и к детям школьного возраста.

Чтобы проследить, как развивается какой-либо психический процесс в том
или ином возрасте, сравниваются результаты опытов, проведенных с
группами детей и более младшего, и более старшего возраста. Например,
если стоит вопрос о развитии данной психической функции у детей младшего
и среднего школьного возраста, проводятся опыты с учащимися I, IV и VII
классов. При этом обязательно, чтобы все испытуемые разного возраста
находились в сходных социально-педагогических условиях.

Большую ценность для получения сведений о развитии какого-либо
психического процесса представляет исследование, проводимое с одними и
теми же детьми на протяжении года, двух лет и более.

Поскольку одна из основных задач психологического исследования состоит в
том, чтобы понять, что общее и что особенное в развитии психических
процессов наблюдается у глухих и слабослышащих детей в сравнении с
нормально развивающимися слышащими детьми, одинаковое по содержанию
исследование проводится и со слышащими, и с детьми, имеющими то или иное
нарушение слуха.

В одних исследованиях, если проводится, например, сравнение уровня
развития восприятия, наглядного мышления, образной памяти, воображения,
подбираются группы детей глухих или слабослышащих и слышащих, строго
одинаковые по возрасту (по среднему возрасту и по возрастному диапазону
каждой группы). Испытуемыми могут быть, например, дети 7 — 8 и 11 — 12
лет.

Если же исследуется уровень развития какой-либо стороны речи или
понятийного мышления, в чем заведомо глухие дети сильно отстают в
развитии от нормально слышащих, то рационально использовать тоже две
группы глухих и слышащих, но при этом группы слышащих будут, например, 7
— 8 и 11 — 12 лет, а группы глухих на два года старше, т.е. 9—10 и 13—14
лет.

При изучении психического развития детей с нарушениями слуха
используются методы детской и педагогической психологии, но их
применение имеет определенную специфику. Методы наблюдения, изучения
продуктов деятельности используются либо при предварительном знакомстве
с детьми, будущими испытуемыми, либо они входят составными частями в
психолого-педагогический эксперимент, который может носить как
констатирующий, так и обучающий характер.

В изучении психологии детей с нарушением слуха используются, главным
образом, следующие четыре вида экспериментов.

Первый — это построенный строго по определенной программе эксперимент,
проводимый индивидуально с каждым испытуемым. Эксперимент может быть
констатирующим. Но многолетние исследования глухих и слабослышащих детей
показали, что рациональнее строить эксперимент, вводя в него заранее
запланированные, всегда однозначно организуемые виды и дозы помощи
испытуемому при выполнении им заданий.

Проводимое краткое обучение испытуемого позволяет точнее понять, какие
трудности испытывает он при решении данной задачи или при выполнении
определенного задания, и тем самым глубже проникнуть в структуру того
или иного умения, сложившегося у испытуемого. Это второй вид
эксперимента.

Третий вид — это эксперимент, направленный на достаточно долгое,
поэтапное формирование у испытуемых умений выполнять какие-либо
психические действия, например мыслительные операции анализа, синтеза,
сравнения, абстракции и обобщения. Такой эксперимент включает несколько
занятий, строго заранее спланированных, проводимых в разные дни. Он
может иметь два варианта. При первом варианте эксперимент проводится с
каждым испытуемым отдельно. При втором варианте в опыте участвуют
несколько испытуемых примерно равных возможностей и осведомленности в
определенном вопросе, что устанавливается в предварительном
исследовании, проводимом по структуре эксперимента первого или второго
вида. Результаты таких экспериментов, во-первых, позволяют судить о
закономерностях формирования определенных психических процессов у детей
и, во-вторых, формулировать рекомендации для сурдопедагогов по
организации работы, ее содержанию, использованию той или иной
наглядности, по методам и приемам, позволяющим достигнуть развития
определенных психических процессов у детей.

Четвертый вид — это психолого-педагогический эксперимент, который
проводится в форме обычного занятия (если это ясли-сад) или урока (если
это школа) воспитателем, педагогом или учителем, по строго установленной
системе, где до мелочей продуманы все содержание занятий, форма общения
детей со взрослым и между собой, все виды используемой наглядности и
дополнительных объяснений, уточнений. Это может быть одно занятие или
целый цикл, строго продуманный экспериментатором и отработанный
совместно с тем взрослым, который постоянно обучает детей данной группы
или класса. Так же продумываются и осуществляются способы возможно более
полной фиксации каждого занятия. Такой цикл экспериментальных занятий
осуществляется на этапе, когда уже проведено исследование, выявившее
определенное отставание и своеобразие в развитии тех или иных
способностей и умений у детей и позволившее наметить пути возможного их
компенсаторного формирования. Примеры подобных исследований — разработка
способов развития причинно-следственного мышления у глухих школьников
(исследователь — Т. А. Григорьева) и развития речи глухих школьников в
направлении ее обогащения однокоренными словами, имеющими разные
приставки и соответственно разными по значению (исследователь — Т.
Ф.Марчук). Проведенные завершающие эксперименты четвертого вида
позволили этим авторам разработать системы занятий, внедряемых в процесс
обучения.

Одно из очень важных условий, которое труднее обеспечить в эксперименте
с глухими или слабослышащими детьми, чем с детьми, имеющими нормальный
слух, — это добиться того, чтобы ребенок правильно понял предлагаемые
ему задания, т. е. понял, что ему требуется делать в условиях
эксперимента. Для этого следует рационально использовать вводное
задание, более легкое, чем основные задания, но такое же по структуре.
При этом экспериментатор должен обязательно обеспечить выполнение
вводного задания испытуемым, давая ему объяснения, используя доступную
ребенку устную речь (иногда сопровождаемую дактилированием или чтением —
читает ребенок — заранее написанных слов или простых предложений на
табличках), а также указательные и обрисовывающие жесты. Если этого
недостаточно, то экспериментатор оказывает поэтапную помощь, заранее
продуманную и всегда одинаковую для каждого испытуемого. Иногда вводное
задание выполняется испытуемым совместно с экспериментатором. В этом
случае дается второе вводное задание и предлагается испытуемому
выполнить его самостоятельно.

В каждом эксперименте заранее продумывается количественная и
качественная оценка результатов исследования. После завершения
эксперимента вносятся необходимые уточнения в характер обработки
результатов. Применяются методы статистической обработки результатов для
малых выборок, осуществляется сравнение количественных результатов по
возрастным группам, а также результатов, принадлежащих слышащим и детям
с нарушением слуха. Проводится корреляционный анализ между уровнями
развития того или иного психического процесса. На основе
количественно-качественной оценки результатов делаются выводы об уровне,
полноте или своеобразии развития того или иного психического процесса и
формулируются психолого-педагогические рекомендации к совершенствованию
данного процесса в условиях воспитания и обучения.

Наряду с описанными методами используются разные варианты анкетного
метода. В ряде случаев этот метод является дополнительным. Например,
родителям тех детей, которые выполняют роль испытуемых, даются анкеты с
вопросами, направленными на выяснение домашней обстановки,
взаимоотношений между членами семьи, наиболее привычных занятий членов
семьи дома и вне его. Анкетные методы широко используются для
исследования личностных особенностей детей, подростков и взрослых, их
личностных взаимоотношений. Большое распространение имеет анкетный метод
для изучения личностной позиции глухих и слабослышащих, ставших
взрослыми (выясняется их отношение к полученному образованию, вид их
работы — по специальности или нет; удовлетворены ли работой или
относятся к ней негативно; состав семьи и взаимоотношения внутри семьи;
наличие друзей и помощников, каковы взаимоотношения с ними; есть ли
желание продолжить образование, каковы интересы и склонности и т.д.).

Взаимосвязь сурдопсихологии и сурдопедагогики.

Значение сурдопсихологии для других отраслей психологии

Между сурдопсихологией и сурдопедагогикой существуют самые тесные
взаимоотношения. Сурдопсихология раскрывает закономерности психического
развития детей с недостатками слуха, выявляет, на каких этапах, у каких
детей обнаруживается то или иное своеобразие в развитии. С помощью
психолого-педагогических исследований сурдопсихология раскрывает, какими
путями и средствами следует воспитывать и обучать глухих и слабослышащих
детей, чтобы обеспечить им компенсаторное развитие, и дает
психолого-педагогические рекомендации к совершенствованию процесса
обучения и воспитания. Задачи сурдопедагогики — рассмотреть эти
рекомендации и найти пути наиболее рационального их внедрения в
практику.

Вместе с тем сам по себе процесс обучения и воспитания глухих и
слабослышащих детей носит характер творческих поисков, которые находят
отражение в науке сурдопедагогике. Наука в свою очередь ищет новые
способы усовершенствования практики: создаются новые теории воспитания и
обучения детей с недостатками слуха, они внедряются в практику обучения
и воспитания. А задачи сурдопсихологии состоят в изучении характера
психического развития детей при использовании новых систем обучения и
воспитания, в оценке последних и, если нужно, в поисках способов
коррекции тех или иных звеньев новой системы.

Опыт изучения психического развития глухих и слабослышащих детей,
который накоплен сурдопсихологией, имеет большое значение для других
отраслей психологии. Психическое развитие детей с недостатками слуха
свидетельствует о том, как велика роль слуха в развитии речи и роль речи
в формировании всех познавательных процессов, особенно
словесно-логического (понятийного) мышления, а также в развитии эмоций и
чувств, волевых действий и черт личности. Изученные закономерности
психического развития детей с недостатками слуха позволяют полнее и
точнее понять формирующуюся структуру психической деятельности любого
ребенка. Особенности развития психики наиболее отчетливо выражены у
детей с глухотой — тяжелым нарушением слуха, которое является причиной
неспособности ребенка самостоятельно овладеть речью.

Психическое развитие глухих детей в дошкольном

возрасте

Социально-педагогические условия как существенный фактор развития
психики глухого ребенка

К проблеме социально-педагогических условий относится вопрос о том,
когда окружающие ребенка взрослые заметили, что он не слышит или слышит
плохо. Нередки случаи, когда ребенок имеет наследственную или
прирожденную глухоту (т.е. родился глухим), а взрослые обнаруживают, что
ребенок плохо слышит только на втором, иногда даже на третьем году его
жизни, когда они видят, что ребенок не говорит сам и не понимает
обращенной к нему речи. Такое запоздалое опознание имеющегося у ребенка
нарушения свидетельствует о том, что весь предшествующий период своего
развития ребенок не получал от взрослых ту помощь в воспитании, которую
ему было необходимо оказывать.

Далее, когда родители узнают от специалистов-отоларингологов и
аудиологов, что их ребенок имеет нарушение слуха, то наиболее разумные
из них либо находят специальное детское учреждение для него (ясли-сад
для детей с нарушениями слуха) и туда помещают своего ребенка, либо
начинают заниматься со специалистом-сурдопедагогом, который учит
родителей, как вести себя с ребенком, и сам проводит с ним занятия. К
сожалению, часты случаи, когда родители, не желая смириться с тем, что
ребёнок — глухой или слабослышащий, направляют всю свою энергию на
поиски людей, которые берутся лечить слух. Это ведет к тому, что
год-два, а иногда даже вплоть до школьного возраста ребенка родители
ищут способы избавить его от слухового нарушения и лишают его способов
воспитания и обучения, разработанных сурдопедагогикой и направленных на
компенсаторное психическое развитие детей с нарушениями слуха.

Чем больше времени ребенок находится без сурдопедагогической помощи, тем
больше возрастает его социально-педагогическая запущенность и
усугубляются особенности его психофизического развития.

Особый вариант социально-педагогических условий возникает, если ребенок
с нарушением слуха родится в семье глухих или слабослышащих родителей. В
большей части таких случаев родители рано распознают, что их ребенок
плохо слышит, и, принимая этот факт, свои усилия, в меру возможностей,
направляют на его воспитание.

Конечно, и среди слышащих родителей находятся такие, которые очень рано
замечают нарушение слуха у своего ребенка и стараются обеспечить его
полноценное психофизическое развитие всеми доступными им способами,
обращаясь к специалистам — сурдологам и принимая их помощь.

Особенности психического развития глухого ребенка в первые годы жизни

В первые месяцы жизни глухой ребенок мало отличается от детей с
сохранным слухом. Он может быть несколько более спокойным, чем слышащие
дети, поскольку многие звуки, которые сопровождают жизнь его семьи, и
те, которыми изобилует улица, на него воздействуют в малой степени, а у
слышащих они нередко вызывают раздражение, испуг, нарушают сон.

Однако со второго-третьего месяца жизни у нормально развивающегося
ребенка звуки все в большей степени начинают выполнять роль сигналов,
ориентирующих его в обстановке ближайшего окружения. Ребенок слышит
приближающиеся шаги матери, ее голос, стук посуды, шум падающих
предметов. Он начинает различать голоса окружающих его взрослых и детей,
понимать, о каких явлениях свидетельствуют те или иные звуки. Ребенок не
только осматривает свое ближайшее окружение, но и ослушивает его
(И.М.Соловьев). Звучащие предметы привлекают его внимание, вызывают его
активность, желание рассмотреть их получше.

В возрасте около трех месяцев ребенок, не видя мать, а только слыша ее
голос, может реагировать на него, обнаруживая так называемый комплекс
оживления. По мере развития ребенка среди множества окружающих его
звуков все большее значение приобретают голоса близких ему людей, их
речь. По мере общения с матерью и другими близкими людьми при выполнении
каких-либо действий с предметами ребенок начинает понимать отдельные
высказывания, многократно повторяемые при нем и ему в одних и тех же
ситуациях. В возрасте 9—10 мес. ребенок понимает отдельные слова и
фразы, обращенные к нему. Речевая активность развивается у самого
ребенка. В 3 — 4 мес. он гулит, в 6 —7 мес. у него появляется лепет, к 1
году — первые сознательно произнесенные слова. На втором году жизни
происходит бурное развитие речи, в результате к 1 году 6 мес. или к 2
годам (разные дети в разные сроки) ребенок овладевает простой фразовой
речью. В последующие годы происходит усложнение форм высказываний,
обогащение и уточнение словаря, усложнение и совершенствование
грамматических форм построения предложений, улучшение произношения
отдельных звуков речи.

Ребенок, глухой от рождения, обычно имеет остатки слуха в диапазоне
низких и средних звуковых частот. Это дает ему возможность слышать
громкие низкие звуки. В громкой речи он может различить только отдельные
гласные звуки и некоторые слоги, отчетливо произносимые. Если взрослые
мало заботятся о психическом развитии глухого ребенка, его восприятие
окружающего оказывается более бедным, чем у слышащего ребенка, причем не
только потому, что он мало воздействий воспринимает слухом, но и потому,
что обедняется его зрительное восприятие: его внимание не привлекается
звучащими предметами, и он не смотрит на них, т. е. не воспринимает их
зрительно.

Комплекс оживления, возникающий на третьем месяце жизни ребенка, может
быть достаточно богат своими проявлениями или мало заметен. Это зависит
от поведения матери, общающейся с ребенком, и других близких людей. Если
они активно выражают радость не только обращенной к ребенку речью,
которую он по чти не слышит, но и благожелательной мимикой лица,
ласковыми жестами, приветливыми движениями рук, всего тела, то ребенок
также радостно реагирует на их проявления движениями тела, улыбкой,
издаваемыми звуками. Так ведут себя с ребенком родители, которые поняли
сами (или им объяснили специалисты-сурдологи), как следует обращаться с
глухим ребенком. Если же мать ребенка и другие близкие люди не выражают
своей радости при общении с ребенком, то и у ребенка слабо проявляется
комплекс оживления.

Глухие дети обычно гулят в те же сроки, как и слышащие, но постепенно
замолкают, и лепет у них не возникает, если взрослые специально его не
вызывают.

Для психического развития глухого ребенка на первом году жизни очень
важно, как взрослые организуют его знакомство с предметами ближайшего
окружения, его постельными вещами и одеждой, посудой, игрушками, а также
его действия с этими предметами. Чем богаче и разнообразнее будут
действия взрослых с вещами, тем содержательнее будут и ответные или
самостоятельные действия ребенка, тем больше будет развиваться не только
его моторика, но и процессы познания, предметно-практическая
деятельность в целом. При взаимодействии взрослых со слышащим ребенком
они обязательно общаются с ним, называют предметы и различные движения,
оценивают действия ребенка. При правильном воспитании глухого ребенка
взрослые тоже произносят отдельные слова или слоги близко к уху ребенка,
привлекают внимание ребенка к предмету, по нескольку раз показывают
простые действия с предметами и добиваются того, чтобы ребенок им
подражал.

Если глухой ребенок не имеет дополнительных органических повреждений, он
начинает ходить в конце первого года жизни или в начале второго (в 10—14
мес). Он овладевает пространством комнат, их положением относительно
друг друга, по-новому знакомится с предметами, находящимися в разных
комнатах квартиры. Затем постепенно он начинает осваивать пространство
вблизи своего дома. Ребенок пользуется указательными жестами,
обращенными к взрослому, если хочет лучше разглядеть новый предмет;
использует жесты, обрисовывающие предметы, и жесты, имитирующие наиболее
для него важные действия. Если родители имеют сами нарушение слуха, то
они пользуются жестовой речью в общении с ребенком. Тем самым он узнает
многие жестовые обозначения отдельных предметов, действий, признаков
предметов, некоторых явлений природы, взаимоотношений между людьми.

Психическое развитие глухого ребенка второго и третьего года жизни во
многом зависит от того, как строится его жизнедеятельность, как он
овладевает умениями самообслуживания (одевание, еда, туалет, умывание и
т.п.), какие возможности ему предоставляют взрослые для действия с
различными предметами, с игрушками. Чем более самостоятелен ребенок, чем
большим количеством бытовых действий он овладевает, чем более
разнообразны и содержательны его занятия с игрушками, тем лучше он
развивается и физически и психически. На втором, третьем году и в более
старшем возрасте очень важно, чтобы ребенок занимался конструктивной
деятельностью (создавал различные постройки из различных материалов) и
рисованием.

При обеспечении всех необходимых указанных выше условий глухой ребенок к
трехлетнему возрасту по развитию предметно-практической деятельности, в
которой проявляются его познавательные и практические умения, может
находиться на том же уровне, что и слышащие дети. Однако он очень
отличается от слышащих по развитию речи. Как уже указывалось выше,
слышащий ребенок к трем годам владеет достаточно сложной фразовой речью.
Глухой ребенок, если воспитывается в среде слышащих, обычно пользуется в
общении естественными жестами, произносит несколько лепетных слов,
относя их к достаточно широкому кругу предметов и явлений. Только в тех
случаях, когда с глухим ребенком с самого раннего детства проводится
всесторонняя педагогическая работа специалистами-сурдологами, которая
предполагает развитие остатков слуха у ребенка, грамотное использование
подходящего слухового аппарата и другой звукоиздающей аппаратуры,
формирование комплексного — слухового, зрительного,
тактильно-вибрационного — восприятия устной речи и вызывание его
собственной речи с помощью системы специальных средств, глухой ребенок к
трем годам может овладеть отдельными словами для общения и обозначения
предметов и явлений ближайшего окружения (но со значительными
неточностями в произношении слов, с ошибками в их звуковом составе).

Глухой ребенок, находящийся в среде глухих, к трем годам овладевает
жестовой речью, позволяющей общаться с ним его родителям или другим
людям. С помощью жестовой речи он может выразить свои потребности и
желания, возникающие у него затруднения, просьбу к другому человеку о
каком-либо предмете, свое отношение к той или иной ситуации. Говоря
другими словами, жестовая речь у глухого ребенка выполняет роль средства
и способа социального общения, что на данном этапе жизни способствует
его всестороннему психическому развитию.

Развитие психики детей с нарушением слуха в дошкольном возрасте
существенно зависит от того, какую сурдопедагогическую помощь они
получают. Многие дети с 2 — 3 лет, а иногда и с 4 лет посещают
специальные детские учреждения (ясли-сады, дошкольные группы при
школах), где с ними проводятся специальные занятия в форме игр по
развитию предметно-практической деятельности (бытовой, конструктивной,
изобразительной), речевого и музыкального слуха, разных видов речи,
ритмических и физкультурных умений. Реализуемая в настоящее время
программа воспитания и обучения детей с нарушениями слуха направлена на
их всестороннее психофизическое развитие.

Психическое развитие глухого ребенка в старшем

дошкольном возрасте

К концу дошкольного возраста, т. е. к 6—7 годам, большая часть глухих
детей, находящихся с 2 — 3 лет в специальных коррекционных детских
учреждениях, достигают уровня развития зрительного восприятия, близкого
к нормальному. Дети хорошо различают основные цвета предметов, несложные
геометрические формы, выделяют размеры предметов. Большие трудности
возникают у глухих детей при различении многих цветовых оттенков, так
как они обычно не владеют соответствующими речевыми обозначениями.

Перейдем к описанию результатов экспериментального многосерийного
исследования, проведенного Т. В. Розановой, Т. В. Нестерович, Т. Н.
Прилепской, М. Ю.Рау и другими сотрудниками Института коррекционной
педагогики в 1993—1994 гг. Исследование было направлено на установление
уровня психического развития глухих и слышащих детей в период завершения
дошкольного возраста. Особое внимание уделялось изучению особенностей
мышления, речи и разных видов памяти.

Для оценки уровня сформированности мышления было проведено несколько
серий экспериментов. Первая и вторая серии позволяли характеризовать
уровень сформированности наглядно-действенного мышления при выполнении
задач разной степени сложности. Третья — была направлена на оценку
наглядно-образного мышления.

Результаты выполнения экспериментальной серии — строительства
домиков из кубиков — показали, что большинство как слышащих, так и
глухих детей 6 — 7 лет умеют анализировать схематическое изображение
домиков из кубиков, легко выделяют в них первый и второй этажи,
количество кубиков в каждом этаже; руководствуясь рисунком, выбирают
подходящие кубики и правильное их количество (3 — для первого этажа и 2
— для второго) и строят домики двумя руками. Строительство крыши домика,
имеющей форму треугольника (составляемого из двух призм —
«полукубиков»), обычно несколько затрудняло детей. Но около половины как
глухих, так и слышащих сразу находили правильное решение, соединяя две
призмы вместе. Другие дети, глухие и слышащие, не сразу определяли
правильное положение призм, которые должны составить крышу домика,
совершали по нескольку неправильных проб, обращались вновь к
рассмотрению схематического изображения домика, наконец находили
правильное решение. Некоторые, однако, нуждались в помощи, при этом
экспериментатору обычно было достаточно поставить на домик одну из призм
в правильное положение, чтобы они могли сами разместить другую призму в
правильной позиции.

Только отдельные дети, как из числа глухих, так и слышащих, допускали
ошибки в строительстве этажей домика, однако после правильного
составления домика совместно с экспериментатором эти дети строили
следующие два дома правильно без посторонней помощи. Таких детей в
процентном отношении было несколько больше (но не существенно) среди
глухих, чем среди слышащих.

Задание второй серии опытов — складывание по чертежу разных
геометрических фигур (треугольника, параллелограмма, более сложных
фигур) из двух равнобедренных прямоугольных треугольников — оказалось
более трудным для большинства глухих детей, чем слышащих. Серия включала
семь заданий.

Среди глухих были такие дети, которые выполняли задания с такой же
успешностью, что и слышащие дети, которые относительно своей группы
показывали низкий и средненизкий уровни успешности. Но среди глухих
совсем не было детей, показавших средневысокий и высокий уровни
успешности, как многие слышащие.

Большинство глухих детей не могли мысленно представить себе, как
соединяются части («треугольники») в сложных фигурах, им требовалась
помощь в виде расчлененного образца, а иногда и в виде накладывания на
образец. Вместе с тем они хорошо принимали помощь и при складывании
следующих фигур уже несколько более успешно осуществляли мысленный
анализ образца и предметно-действенный синтез фигуры.

В успешности решения наглядных задач с использованием матриц Равена
глухие дети 6—7 лет несущественно уступали слышащим сверстникам. Только
отдельные слышащие дети обнаруживали умение решать самые сложные задачи
на установление отношений между признаками по аналогии. Вместе с тем
среди глухих встречались такие дети, которые показывали уровень развития
наглядного мышления ниже, чем у всех других глухих и слышащих. Как и все
другие дети, они правильно заполняли пробел в рисунке по принципу
тождества изображений, находили недостающий элемент по Принципу
центральной симметрии, но затруднялись в решении отдельных задач, где
требовалось дополнение к сложному рисунку одной части по принципу осевой
симметрии.

Таким образом, глухие дети 6 — 7 лет, не имеющие, кроме глухоты,
других первичных нарушений, испытывали в среднем не значительно большие
трудности, чем слышащие сверстники, в мысленном анализе геометрического
образца. Только отдельные дети из числа глухих показали уровень развития
наглядного мышления (по результатам выполнения всех наглядно-действенных
заданий и решения наглядных задач) существенно более низкий, чем у
слышащих и у большей части глухих.

В другом исследовании (Ж. И. Шиф), посвященном возможностям зрительного
восприятия и наглядного мышления глухих дошкольников, показано, что эти
дети могут различать многие оттенки цвета и отождествлять предметы по
этому признаку. Однако определение предметов по цветовому тону при
разной степени его светлоты достигается детьми только при овладении
соответствующими словесными обозначениями, что указывает на
принципиально важную роль слова в категориальном обобщении.

Перейдем к сопоставительному анализу уровня развития речи у глухих и
слышащих детей.

В одном из заданий каждому испытуемому показывали карточки (12 штук) с
изображением знакомых предметов, расположенные на планшете.

В начале опыта все картинки были закрыты, потом их показывали по одной
(в сложной пространственной последовательности), и задача испытуемого
состояла в том, чтобы назвать, что изображено на картинке.

У слышащих нормально развивающихся детей не было никаких затруднений в
назывании изображенных объектов. Только в отдельных случаях давались
неспецифические обозначения (например, розу называли цветком, сапоги —
обувью) и допускались неточности в произнесении отдельных звуков,
входящих в состав слов (трамвай называли «транваем» и т.п.).

В отличие от слышащих глухие при выполнении задания испытывали заметные
затруднения. Они называли правильно по 6 —8 предметов из 12 и допускали
существенные искажения в составе слов при назывании еще 2—4 предметов. В
среднем по 2 предмета оставались совсем неназванными или обозначенными
отдельными звуками. Кроме этого, в отдельных случаях встречались
ошибочные обозначения предметов и отказы от называния.

Еще больше отставания и своеобразия в развитии речи глухих детей
выявилось в заданиях, где последовательно предъявлялось 12 сюжетных
картинок и требовалось сказать, что на них изображено. Выполняя эти
задания, слышащие дети достаточно свободно могли охарактеризовать в
речи, что нарисовано на каждой картинке. Каждый из них в среднем
сформулировал по 19,8 предложения к 12 картинкам, т.е. по 1 — 2 или 3
фразы-предложения к каждой картинке в зависимости от ее сложности.
Предложения, составленные слышащими детьми, содержали по 6 —8 слов (в
среднем 4,8). В их речи редко встречались ошибки. В среднем одного
слышащего ребенка отмечено 0,9 лексических ошибок, 0,4 — грамматических
и 1,5 — стилистических (в высказываниях относительно 12 картинок).

Значительно менее успешными при выполнении этого задания были глухие
дети. Они составляли в среднем по 9,5 предложений ко всем картинкам
(т.е. в 2 раза меньше, чем слышащие). Высказывания глухих, как правило,
состояли из 2—3 слов. При этом одни и те же слова в разных высказываниях
у глухих повторялись в 2 раза чаще, чем у слышащих. Во многих
предложениях, составленных глухими детьми, встречались ошибки. В среднем
у одного ребенка — 2 лексических ошибки, 6,3 — грамматических, 2,6 —
стилистических. Особенно заметно глухие отличались от слышащих по числу
грамматических ошибок в речи (в 16 раз больше, чем у слышащих); при этом
у слышащих вообще не наблюдалось многих ошибочных форм, часто
встречавшихся у глухих.

В одной из серий опытов выяснялись возможности детей пользоваться
обобщающим словом, объединяя им несколько слов, имеющих более конкретное
значение, и, наоборот, подбирать к обобщающему слову более конкретные
слова (например: туфли, тапочки, ботинки — обувь; одежда — рубашка,
майка, брюки). Давалось по 8 заданий на переход от частного к общему и
от общего к частному.

Слышащие дети 6 —7 лет при выполнении этих заданий имели определенные
затруднения. Из 8 заданий на нахождение обобщающего слова дети правильно
в среднем выполнили 6 заданий. Подавляющее большинство нормально
развивающихся слышащих детей успешно использовали обобщающие слова —
«обувь», «овощи», «деревья», «звери». Заметно большие трудности
наблюдались при необходимости в качестве обобщающего понятия назвать
одно из следующих слов или словосочетаний: месяцы, транспорт, части
тела, части суток. Последние два указанных обозначения не смог назвать
никто из этой группы детей.

Немного более успешно (в среднем в 6,2 случаях из 8) слышащие дети
называли виды предметов, относящихся к указанному роду. При этом
выявились заметные индивидуальные различия. 30 % всех слышащих нормально
развивающихся детей 6—7 лет правильно выполнили все задания. Остальные
выполняли по 7, 6, 5, 4 и даже только по 3 задания. Как и в первой части
серии опытов, для детей наиболее трудно было назвать части предмета
(части дерева). Заметные затруднения вызывала необходимость назвать
такие обобщающие понятия, как «профессия», «времена года», «дни недели».

Представляет большой научный интерес тот факт, что глухие дети при
выполнении заданий серии «частное — общее; общее — частное» показали
результаты, почти полностью совпадающие с результатами своих слышащих
нормально развивающихся сверстников. Такой успех глухих детей
объясняется тем особым вниманием, которое уделялось использованию слов
разной меры обобщенности при назывании тех или иных групп предметов или
явлений в процессе обучения глухих детей в детском саду в соответствии с
программой развития речи, разработанной Л. П. Носковой и реализуемой на
практике.

Проводилось исследование памяти детей: простейшей образной памяти на
места расположения предметов и памяти на словесные их обозначения.

Перед испытуемым на столе располагали планшет с начерченными на нем 12
клетками. На каждой клетке находилась карточка с изображением
какого-либо предмета, знакомого детям по их опыту. Изображения были
закрыты другими карточками, которые показывались по одной в сложной
пространственной последовательности. Задача испытуемого состояла в том,
чтобы назвать предметы, изображенные на картинках (результаты называния
предметов описаны выше при характеристике развития речи детей). После
того как все карточки с изображениями убирались с планшета, испытуемому
последовательно по одной предъявляли все карточки с нарисованными на них
предметами и просили показать, где каждая карточка лежала на планшете.
Так выяснялось, насколько точно сохранились у детей в памяти места
расположения предметов, т.е. исследовалась непроизвольная
(непреднамеренная) память на места предметов. При правильном показе
места предмета начислялось 1 очко. При показе рядом с правильным — 0,5
очка; при указании на место по диагонали от правильного — 0,25 очка. При
показе более отдаленных мест очки не начислялись. При всех правильных
ответах сумма очков равнялась 12.

Затем испытуемого просили повторно назвать, какие предметы он видел на
карточках, т. е. выяснялось, какие и сколько словесных обозначений
предметов запомнил испытуемый, т.е. исследовалась его словесная память
на названия ранее ему показанных предметов.

Обнаружилось, что по точности воспроизведения мест расположения
предметов на планшете глухие дети показали результаты лишь незначительно
менее успешные, чем слышащие, развивающиеся нормально. Слышащие
воспроизвели в среднем 10,5 мест из 12 возможных, а глухие — 10,3 (при
стандартном отклонении в обеих группах ±1,3; различия статистически
незначимые).

Однако по успешности воспроизведения словесных обозначений предметов
глухие существенно уступали слышащим. Слышащие правильно вспомнили в
среднем названия 8,7 предметов (при стандартном отклонении ±1,6), а
глухие — только 5,8 предметов (стандартное отклонение ±2,8). У слышащих
были случаи привнесений, т.е. случаи называния других предметов, по
характеру сходных с ранее им показанными (в среднем — 0,5 предмета).
Худшее, чем слышащими, воспроизведение названий глухими детьми в
значительной степени было обусловлено тем, что и при первичном назывании
показанных им изображений они могли назвать в среднем только 7
предметов. Повторно они воспроизводили словесные обозначения почти всех
ранее обозначенных ими предметов.

Приведенные результаты свидетельствуют о достаточно высоком уровне
развития у глухих детей 6 — 7 лет как простейшей наглядно-образной
памяти (на места расположения предметов), так и образно-словесной памяти
(на зрительно воспринятые и названные изображения предметов). Вместе с
тем необходимо отметить значительное общее недоразвитие речи у глухих
детей этого возраста, проявившееся в незнании некоторых слов,
обозначающих предметы ближайшего окружения, и особенно в значительных
трудностях построения простейших высказываний по поводу того, что
нарисовано на простых картинках с изображением бытового сюжета.

Исследовались знания и умения детей в области элементарной математики.
Все дети, с которыми проводилось исследование, находились в детских
садах и получали там знания и умения в соответствии с программами
детских садов.

Почти все слышащие нормально развивающиеся дети (94%) умели считать
устно и пересчитывать предметы до 20. Из них отдельные дети могли
считать до 30, 50 и даже 100. Остальные 6 % детей считали до 14, 15, но
при этом путались, пропускали отдельные числа.

Большая часть глухих детей уступали в счете нормально развивающимся
слышащим детям. Только 33 % глухих могли считать и пересчитывать
предметы до 20. Остальные 67 % считали только до 10.

Однако при достаточно хорошем владении пересчетом предметов, знании
количественных и порядковых числительных многие слышащие дети еще не
овладели умениями складывать и вычитать в уме. Только 45 % детей
правильно выполняли оба математических действия в уме в пределах 10. Еще
20 % детей складывали и вычитали, получали правильный результат, но
считали не в уме, а на пальцах. Другие 30 % детей могли успешно
складывать предметы в пределах 10, а вычитать — только в пределах 5. И
еще 5 % детей складывали и вычитали предметы только в пределах 5.

По овладению операциями сложения и вычитания очень близкие результаты к
тем, что показали слышащие дети, дали глухие их сверстники (даже немного
лучше, но несущественно). Вместе с тем глухие дети несколько менее
свободно владели значениями слов, выражающими сравнение предметов по
количеству (больше — меньше — равно — одинаково). Все слышащие нормально
развивающиеся дети безошибочно определяли, в какой группе предметов
больше, в какой — меньше, и правильно устанавливали равенство предметов
в группах по количеству. Столь же успешно выполняли эти задания только
одна треть всех глухих детей. Другая треть детей верно определяли, где
больше и где меньше, но не могли установить, где было равенство
предметов по количеству.

Остальные глухие дети при сравнении группы предметов не могли отвлечься
от их размеров и устанавливали отношения «больше — меньше» не по
количеству предметов в группе, а по размерам предметов, тем самым
выполняли задания неправильно.

Простые арифметические задачи (в одно действие, на сложение и вычитание)
с демонстрацией практических действий с предметами, соответствующих
содержанию задач, слышащие дети решили немногим более успешно, чем
глухие. В группе нормально развивающихся детей было 59 % правильных
решений, а в группе глухих — 50 % таких правильных решений.

Подводя итоги всему сказанному относительно уровня психического развития
глухих детей 6 — 7-летнего возраста, необходимо также отметить, что эти
дети спокойно и сосредоточенно вели себя при выполнении
экспериментальных заданий. Они адекватно реагировали на оценку их
деятельности экспериментатором, стремились исправить допущенные ошибки,
радовались успеху. С каждым ребенком проводилось по три опыта, поэтому
можно было понять, что дети положительно относились к тому, что с ними
занимаются ранее неизвестные им люди, они охотно шли на следующие опыты,
проявляли интерес к предлагавшимся им заданиям.

По своему поведению на протяжении всех экспериментов глухие дети 6 — 7
лет мало отличались от своих слышащих нормально развивающихся
сверстников. Различия состояли лишь в характере общения экспериментатора
с детьми: наряду со словесной речью использовалась естественная жестовая
речь и отдельные условные жесты.

Таким образом, глухие дети, не имеющие дополнительных нарушений, к 6—7
годам достигают психического развития, по ряду показателей близкого к
нормальному. Они хорошо владеют произвольной деятельностью, направленной
на выполнение тех заданий, которые предлагает им взрослый и которые
требуют от них сосредоточия внимания, анализа условий деятельности,
оценки проблемной ситуации, преодоления возникающих препятствий. Они
эмоционально и адекватно реагируют на характер выполняемых заданий и
достигаемый при этом успех или неудачу, стремятся к правильному решению
поставленной перед ними задачи.

По уровню развития наглядно-действенного мышления глухие дети 6—7
лет соответствуют нормально развивающимся слышащим сверстникам. Такое же
соответствие наблюдается в уровне развития образно-зрительной и
двигательной памяти на места расположения предметов в пространстве.

По показателю развития наглядно-образного мышления более двух третей
глухих детей обнаруживают выше среднего и средний уровни развития, что
соответствует таким же показателям у слышащих нормально развивающихся
детей. Вместе с тем среди слышащих 6 — 7 лет встречаются около одной
трети детей, которые достигают высокого уровня развития
наглядно-образного мышления, характерного уже для детей младшего
школьного возраста. Они могут успешно оперировать образами объектов в
уме, так что мысленно создают сочетания частей, требующиеся для решения
задач. Кроме того, они решают такие задачи, которые предполагают умение
устанавливать отношения по аналогии между совокупностями наглядных
признаков, выделяемых в условиях задач. Среди группы глухих детей 6—7
лет, напротив, около одной трети имеют развитие наглядно-образного
мышления ниже среднего уровня. Они могут решать задачи только с опорой
на практические действия и с использованием наглядного материала. Они с
трудом устанавливают отношения между целым рисунком и его частями по
принципу осевой симметрии.

По показателям развития речи у глухих детей наблюдается большое
своеобразие. Для них характерно существенное недоразвитие обычной
бытовой фразовой речи, которой слышащие дети, развивающиеся нормально,
уже овладевают к двум годам и значительно ее совершенствуют в среднем и
старшем дошкольном возрасте.

Речь глухих детей 6 — 7 лет бедна по словарю, по способам высказывания.
Поэтому у глухих детей наблюдается заметное снижение словесной памяти по
сравнению с тем, что отмечается у их слышащих сверстников.

Однако глухие дети научены словам разного уровня обобщенности (родовым и
видовым терминам) и умеют ими пользоваться при установлении отношений
«род—вид» и «вид—род». Они владеют математическими терминами, операциями
сложения и вычитания, умениями решать простые арифметические задачи. Так
у них формируются начала понятийного, словесно-логического мышления.

В заключение необходимо отметить, что то воспитание и обучение, которое
дается глухим детям в специализированных яслях и детских садах, начиная
с 2—3-летнего возраста, обладает высокой продуктивностью. Дети,
приходившие в школу в 1950-х гг., не прошедшие никакого специального
дошкольного обучения и воспитания, значительно отставали в психическом
развитии от своих слышащих сверстников по всем параметрам.

Однако достигнутые к настоящему времени и описанные выше успехи
далеко не предел возможного. Известны многие случаи
высококвалифицированного индивидуального воспитания и обучения глухих
детей, при котором развитие связной речи глухих детей, ее лексического и
грамматического строя к семи годам достигало возрастной нормы. Имеющиеся
условия дошкольного воспитания и обучения глухих детей необходимо
совершенствовать дальше, что требует дополнительных финансовых средств.

Развитие речи глухих детей будет более эффективным при двух условиях.
Во-первых, дети должны быть полностью обеспечены совершенными двуушными
слуховыми аппаратами и квалифицированной сурдопедагогической и
технической помощью по их обслуживанию. Во-вторых, должны быть созданы
условия для занятий малыми группами — по два, три, четыре ребенка, что
позволит осуществлять любые формы деятельности, предполагающие широкое
включение речи, управляемое педагогом, и всемерное общение детей с
педагогом и между собой. (Это не исключает работы большими группами
тогда, когда это может принести пользу психическому и физическому
развитию детей.)

Необходимо проводить всестороннее медико-психолого-педагогическое
обследование глухих детей, начиная с 2-летнего возраста (при поступлении
в дошкольное учреждение), и воспитывать их и обучать малыми группами (по
2 — 4 ребенка) и индивидуально в строгой зависимости от актуальных
возможностей ребенка на данный день и от того, с какой успешностью он
овладевает новыми умениями. Всех детей, имеющих кроме глухоты другие
нарушения, необходимо обследовать многосторонне и особенно тщательно и
обучать их в первый период индивидуально, а затем включать в небольшие
группы.

Характеристика психического развития глухих детей в школьном
возрасте

К семи годам, т.е. ко времени поступления в школу, глухие дети при
благоприятных условиях обучения и развития овладевают речью настолько,
что могут выражать свои мысли и желания, пользуясь простыми
распространенными предложениями, содержащими помимо главных членов
второстепенные — определения, дополнения и обстоятельства. Например, при
описании картинок дети правильно в соответствии с изображенным говорят:
«Мальчик сидит на скамейке и читает книгу»; «Девочка пьет чай с хлебом и
сыром, девочка сидит на стуле»; «Девочка играет в мяч, мяч разноцветный
— желтый, синий, красный и зеленый».

Ко времени поступления в школу дети могут активно использовать в речи
обозначения предметов ближайшего окружения, знакомых действий, некоторых
признаков предметов, пространственных и временных отношений; правильно
выражают в речи некоторые причины действий и поступков. Однако их речь
изобилует нарушениями грамматического строя языка (ошибки согласования и
управления, неверное использование вида и времени глаголов и др.).
Нередко наблюдается неправомерное сужение или, напротив, расширение
значения слова. Общее развитие речи у большинства глухих детей
семилетнего возраста значительно уступает (при современных методах
обучения) речевому развитию их слышащих сверстников (и по богатству
словаря, и по владению грамматическим строем, и по построению фраз и
более сложных связных высказываний).

?Q

\

Oe

L Ae

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2019