.

Виды соучастников

Язык: русский
Формат: реферат
Тип документа: Word Doc
0 550
Скачать документ

Виды соучастников

Согласно ч. 1 ст. 33 УК РФ в качестве соучастников в российском
уголовном праве наряду с исполнителем признаются организатор,
подстрекатель и пособник. Четырехчленная классификация соучастников была
закреплена в отечественном уголовном праве с принятием Основ уголовного
законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. Такая
классификация позволяет дать конкретную юридическую оценку действиям
каждого соучастника и максимально индивидуализировать их ответственность
и наказание. Фигура организатора, несмотря на то, что она выделялась и в
теории, и в судебной практике, тем не менее в Уголовном уложении 1903 г.
и в последующих законодательных актах вплоть до Основ 1958 г. не
определялась. При этом следует отметить, что сущностные характеристики
исполнителя, подстрекателя и пособника, носящие принципиальный характер
и сформулированные в ст. 51 Уложения 1903 г., затем были восприняты
советским уголовным правом и впоследствии закреплены в УК РСФСР 1922,
1926 и 1960 гг.

Установление факта совместной преступной деятельности нескольких лиц не
означает последующего вывода, что каждое из этих лиц вносит одинаковый
вклад в достижение общего преступного результата. Реальный вклад того
или иного соучастника зависит от того, какую роль он играет в совершении
преступления, с какой интенсивностью осуществляет свои действия и ряда
других обстоятельств. При этом российский УК не признает обязательного
смягчения уголовной ответственности для других соучастников по
формальным основаниям*(452).

Согласно ч. 1 ст. 34 УК ответственность соучастников преступления
определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в
совершении преступления. Характер участия лица в совершении преступления
определяется той функциональной ролью, которую оно выполняет при
совершении преступления. Данный объективный показатель прежде всего и
положен в основу выделения вышеуказанных 4 видов соучастников. Следует
отметить, что подразделение соучастников на организаторов,
подстрекателей, пособников и исполнителей имеет смысл применительно лишь
к тем случаям, когда виновные действуют с распределением ролей. В
случаях, когда два и более лица совместно выполняют объективную сторону
конкретного преступления, они признаются соисполнителями. Вместе с тем и
в этом случае возможно различие в характере и степени участия в
преступлении отдельных соисполнителей. Мы имеем в виду случаи, когда
один из соисполнителей одновременно выполняет функции подстрекателя, а
иногда и организатора. Именно этим обстоятельством объясняется появление
в теории и судебной практике фигуры инициатора преступления (“зачинщик”
– по терминологии дореволюционного права), которая обозначает лицо,
совмещающее при соисполнительстве функции подстрекателя и исполнителя.
Говоря иначе, данное лицо можно считать идеологом совершения
преступления, который не просто предлагает идею (совершение
преступления), но и сам осуществляет действия по подготовке или
выполнению объективной стороны конкретного преступления. Инициирующая
роль такого лица должна учитываться при назначении наказания в качестве
обстоятельства, отягчающего наказание (п. “г” ч. 1 ст. 63 УК).

Степень участия лица в совершении преступления зависит от его реального
вклада в совместно совершаемое преступление, от интенсивности и
настойчивости, с которыми тот или иной соучастник выполняет свои
действия. Интенсивность действий организатора отличается от
интенсивности действий пособника, и, более того, возможна различная
интенсивность действий среди лиц, выполняющих одну и ту же
функциональную роль (например, среди соисполнителей или пособников).
Однако данная количественная характеристика не может изменить
качественной оценки действий соучастника. Как бы настойчиво и решительно
ни действовал пособник, без изменения характера выполняемой роли стать
организатором он не может. По степени участия лица в совершении
преступления выделяют главных и второстепенных соучастников. Это
подразделение имеет определенное правовое значение, поскольку степень
участия соучастников в совершении преступления должна учитываться при
назначении наказания (ст. 63 УК). Определяя особенности назначения
наказания за преступление, совершенное в соучастии, законодатель
ориентирует судебные органы на обязательный учет характера и степени
фактического участия лица в совершении преступления, значение этого
участия для достижения цели преступления, его влияния на характер и
размер причиненного или возможного вреда (ч. 1 ст. 67).

В учебной литературе характеристику конкретных видов соучастников обычно
начинают не с самой опасной фигуры, например, с организатора, а с
исполнителя преступления. Такой последовательности имеется логическое
объяснение: исполнитель является тем лицом, которое реализует преступное
намерение соучастников, это центральная фигура, которая связывает через
выполнение объективной стороны конкретного преступления действия других
соучастников с наступившими преступными последствиями.

Согласно ч. 2 ст. 33 УК исполнителем признается лицо, непосредственно
совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его
совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо,
совершившее преступление посредством использования других лиц, не
подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или
других обстоятельств, предусмотренных Уголовным кодексом. Применяя
термин “непосредственное совершение преступления”, законодатель тем
самым ограничивает сферу исполнительства совершением действий, которыми:
а) начинается выполнение объективной стороны и б) осуществляется
объективная сторона. По существу, такое же определение исполнителя
дается в УК Республики Таджикистан и Республики Узбекистан; УК
Кыргызской Республики не указывает на соисполнительство.

Из законодательного определения исполнителя следует, что таковым
признаются три категории субъектов: а) лицо, которое единолично
непосредственно совершает преступление; б) лицо, которое совместно с
другими непосредственно участвует в совершении преступления; в) лицо,
которое использует для совершения преступления других лиц, в
соответствии с законом не подлежащих уголовной ответственности.
Последние две категории лиц впервые закреплены в УК РФ, хотя в теории
уголовного права они также относились к исполнителям. Однако отношение к
ним в специальной литературе далеко не однозначное.

Некоторые авторы высказывают сомнение в целесообразности выделения этих
разновидностей соисполнительства*(453).

Схожее определение понятия исполнителя дается и в _ 25 УК ФРГ:
исполнитель – это тот, кто совершает уголовно наказуемое деяние сам или
посредством другого. Если же уголовно наказуемое деяние совершают
несколько лиц сообща, то каждый из них наказывается как исполнитель
(соисполнитель). А УК Испании считает: “Помимо тех, кто совершает
преступление сам или посредством использования другого лица как орудия,
исполнителем считаются: а) тот, кто заставляет других совершить
определенное деяние; б) тот, кто своим действием присоединяется к
совершению деяния, без чего последнее не было бы совершено” (ст. 28).

Исполнитель – это лицо, которое непосредственно совершает преступление
либо участвует в его непосредственном совершении совместно с другими
лицами. Следовательно, данное лицо должно обладать как общими признаками
субъекта преступления (быть вменяемым и достигнуть возраста уголовной
ответственности), так и специальными признаками в тех случаях, когда
конкретная статья, предусматривающая ответственность за совершенное им
преступление, содержит указание на специальный субъект. Так,
исполнителем (соисполнителем) воинского преступления может быть только
военнослужащий или гражданин, пребывающий в запасе во время прохождения
им военных сборов. Лицо, которое не обладает такими признаками, даже
если оно выполняет объективную сторону преступления, как, например,
вольнонаемное лицо, которое совместно с военнослужащим совершает
насильственные действия в отношении его начальника (ст. 334 УК), не
может признаваться исполнителем преступления. Вместе с тем в такого рода
случаях оно несет уголовную ответственность за преступление в качестве
его организатора, подстрекателя либо пособника (ч. 4 ст. 34 УК)*(454).

Данный вывод находит свое подтверждение и в судебной практике. Так, в п.
13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6 “О
судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе”
прямо сказано: “Взятку или предмет коммерческого подкупа надлежит
считать полученными по предварительному сговору группой лиц, если в
преступлении участвовали два и более должностных лица (выделено нами. –
Авт.) или два и более лица, выполняющих управленческие функции в
коммерческой или иной организации, которые заранее договорились о
совместном совершении данного преступления с использованием своего
служебного положения”*(455).

Соисполнительство означает, что два или более лица непосредственно
выполняют объективную сторону преступления.

Соисполнительством должны признаваться как случаи, когда это простое
соучастие, так и случаи, когда у каждого соисполнителя или одного из них
есть иные соучастники (подстрекатели, пособники, организаторы). Однако
при этом не требуется, чтобы каждый из них полностью от начала до конца
выполнял объективную сторону преступления. Для признания соисполнителем
достаточно, чтобы лицо хотя бы частично выполнило действия, описанные в
конкретной статье Особенной части УК. Более того, это могут быть
технически различные действия, и выполняться они могут в разное время.
Главное, чтобы эти действия были юридически однородными –
непосредственно образовывали объективную сторону преступления. Например,
А. изымает со склада материальные ценности и прячет их на охраняемой
территории предприятия. Через некоторое время Б., действуя по
предварительной договоренности с А., вывозит на машине эти ценности за
пределы предприятия. Несмотря на то, что в данном случае существует
различие в характере совершаемых действий А. и Б., а также разрыв во
времени, оба они являются соисполнителями кражи, совершенной по
предварительному сговору группой лиц (п. “а” ч. 2 ст. 158 УК).

Решение вопроса о том, какие конкретные действия должен выполнить
соисполнитель, зависит от особенностей описания в законе объективной
стороны преступления. В тех случаях, когда деяние описано в общей форме
и упор сделан на последствие, соисполнительством следует считать любые
насильственные действия вне зависимости от их характера*(456). Иначе
обстоит дело в тех преступлениях, где упор сделан на описании деяния,
например, при изнасиловании. Здесь соисполнителем является либо лицо,
совершающее половой акт, либо применяющее насилие, парализующее
сопротивление потерпевшей, поскольку и то, и другое действие являются
обязательным элементом изнасилования и должны взаимообусловливать друг
друга.

Непосредственное участие в совершении преступления может быть связано не
только с выполнением каждым соучастником однородных действий, образующих
объективную сторону преступления (например, нанесение ударов при
причинении вреда здоровью), но и выражать в случаях, когда лицо в момент
совершения преступления оказывает помощь другим соисполнителям путем
совершения иных по характеру действий. Если А. взламывает дверь, Б. в
это время стоит на страже, а С. проникает в квартиру и изымает
имущество, то все они являются соисполнителями. Правильно отмечал в свое
время Г.А.Кригер: “Некоторое различие в характере и объеме действий
отдельных лиц в данном случае имеет чисто техническое, а не юридическое
значение”*(457). В данном случае все три лица являются соисполнителями.

Третий вид исполнителя связан с посредственным причинением. Как уже
ранее отмечалось, соучастником может быть только лицо, достигшее
шестнадцати, а в случаях, исчерпывающим образом изложенных в ст. 20 УК,
четырнадцати лет.

Использование организатором или подстрекателем для совершения
преступления лица, не достигшего указанного возраста, следует
расценивать как выполнение указанными лицами состава преступления.
Несовершеннолетний в таких случаях является орудием совершения
преступления в руках организатора или подстрекателя. Кроме квалификации
по статье УК, предусматривающей ответственность за совместно совершаемое
преступление, действия организатора и подстрекателя надлежит
квалифицировать и по ст. 150 УК как за вовлечение несовершеннолетнего в
совершение преступления*(458). Таким же образом квалифицируются действия
лица, использовавшего для совершения преступления невменяемое лицо.
Строго говоря, посредственный причинитель не может признаваться
соучастником, ибо лицо, непосредственно причинившее вред, не является
субъектом преступления, а иной соучастник (как правило, это
подстрекатель), заставивший причинителя совершить общественно опасное
деяние, является таковым и поэтому признается лицом, индивидуально
совершившим преступление. Таким образом, регулирование посредственного
причинения в рамках института соучастия является необоснованным. Оно
образует самостоятельный институт.

Законодатель прямо называет два конкретных случая, в силу которых может
возникнуть посредственное причинение (недостижение возраста
ответственности и невменяемость субъекта), и далее указывает в общей
форме – либо по другим обстоятельствам, предусмотренным УК. К числу иных
обстоятельств, лежащих в основе посредственного причинения вреда,
следует относить: невиновное причинение вреда (ст. 28 УК), физическое
или психическое принуждение (ст. 40 УК), исполнение приказа или
распоряжения (ст. 42 УК), а также случаи, когда исполнитель использует
неосторожно действующее лицо. В отличие от УК РФ Модельный Уголовный
кодекс стран СНГ и УК Республики Беларусь прямо указывал такой последний
вид посредственного причинения.

Институт посредственного причинения позволяет обосновать уголовную
ответственность тех лиц, которые стоят за спиной конкретных исполнителей
общественно опасных действий и умышленно направляют их. Обязательным
условием при этом является сознание посредственным причинителем того
обстоятельства, что он использует ненадлежащего субъекта либо
неосторожно действующее лицо. Вместе с тем следует иметь в виду, что
посредственное причинение не исключает иных элементов состава
преступления и поэтому не может быть посредственного причинения в тех
случаях, когда по закону исполнителем может быть лишь специальный
субъект, а причинитель этими признаками не обладает. Поэтому не может
признаваться посредственным причинителем (исполнителем), например, лицо,
которое не обладает должностными полномочиями при совершении
преступлений против государственной службы. Оно может нести
ответственность только в качестве организатора, подстрекателя или
пособника.

Таким образом, исполнитель является обязательной фигурой при совершении
преступления в соучастии. Без любого другого соучастника преступление
может быть совершено; физическое же отсутствие исполнителя означает
невозможность совершения преступления. По его действиям определяется
степень завершенности преступления, совершаемого в соучастии. Не может
быть оконченного преступления у соучастников, если исполнитель не довел
преступление до конца. С субъективной стороны действия исполнителя могут
характеризоваться как прямым, так и косвенным умыслом.

В соответствии с ч. 3 ст. 33 УК организатор – это лицо, организовавшее
совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо,
создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную
организацию) либо руководившее ими. Такое же определение организатора
дается и в УК Республики Таджикистан и Республики Узбекистан. УК
Кыргызской Республики определяет организатора в более общей форме –
“лицо, руководившее подготовкой или совершением преступления”.
Руководитель и наставник совершения преступления предусматриваются в
уголовном законодательстве Франции и США. В УК ФРГ и Испании в Общей
части среди соучастников организатор не выделяется, однако в Особенной
части он упоминается в ряде случаев (_ 85, 121, 127, 129, 129а УК ФРГ и
ст. 545 УК Испании). Несколько отличное определение организатора дается
в УК Республики Польша: подлежит ответственности тот, “:кто руководит
исполнением запрещенного деяния другим лицом или, используя зависимость
другого лица от себя, поручает ему исполнение такого деяния” (_ 1 ст.
18).

Организатор преступления является самой опасной фигурой среди
соучастников. Как правило, организатор является тем инициирующим
фактором, с которого начинается подготовка преступления, его
планирование. Именно он подбирает других соучастников, обеспечивает
координацию и слаженность их действий в процессе реализации преступного
намерения. Свои функции организатор может выполнять как в качестве
самостоятельной фигуры совместно с другими соучастниками, так и выступая
одновременно в качестве соисполнителя. Когда лицо выполняет только
функции организатора, оно непосредственно не выполняет состава
преступления, как это бывает, например, при найме другого лица на
убийство за плату. Ответственность за такого рода организационные
действия наступает на основании норм Общей части УК*(459). Если же лицо
одновременно является и исполнителем, а также, если оно действует в
составе организованной группы или преступного сообщества,
предусматриваемых в качестве квалифицирующих обстоятельств совершения
преступления (п. “ж” ч. 2 ст. 105, п. “а” ч. 3 ст. 158 и т.д.) или
обязательного признака основного состава (ст. 208-210), его
ответственность определяется нормами Особенной части. Ссылаться в этих
случаях на ст. 33 УК РФ нет необходимости.

???????$??$???????^?нии деятельности организатора на этом этапе
содеянное образует приготовление к преступлению. Организационные
действия здесь могут выражаться в подборе соучастников, разработке
планов, выборе объекта преступления, приискании орудий и средств
совершения преступления, совершении действий по сплочению соучастников и
т.д. Так, Б. был признан судом организатором ограбления инкассатора. Он
указал К. маршрут движения инкассатора, сообщил об отсутствии у
последнего оружия и охраны, показал место, где К. должен был вырвать
портфель с деньгами и куда скрыться, определил место ожидания К. и М. на
мотоцикле инкассатора и обусловил встречу в лесу всех участников
преступления после ограбления для раздела похищенных денег*(460). Второй
и четвертый вид организационных действий выполняются непосредственно во
время совершения преступления и могут включать в себя распределение
обязанностей между членами группы, расстановку людей, определение
последовательности совершения действий, обеспечение прикрытия, выработку
форм связи между соучастниками и т.п. При недоведении преступного умысла
до конца по причинам, не зависящим от воли организатора, содеянное
квалифицируется как приготовление или покушение.

Наиболее опасной является фигура организатора, который создает
организованные группы или преступные сообщества либо руководит ими.
Такие группы являются уголовно-правовыми формами проявления
организованной преступности и занимаются совершением, как правило,
тяжких и особо тяжких преступлений (убийств, разбоев, вымогательств,
незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, оружия
и боеприпасов и т.п.). Законодатель учитывает повышенную общественную
опасность названных форм организаторской деятельности и предусматривает
в Особенной части УК РФ 1996 г. ряд преступлений (ст. 208, 209, 210), в
которых сам факт организации формирования, банды или сообщества уже
образует оконченное преступление.

Организатор не обязательно должен выполнить всю совокупность действий,
указанных в ст. 33 УК. Об этом свидетельствует то обстоятельство, что
при описании понятия организатора законодатель использует
разъединительные союзы “или”, “либо”, “а также”. Поэтому для
ответственности лица достаточно, чтобы оно выполнило какую-либо часть
названных действий. Главное, на что делается упор – это объединение
лицом усилий других соучастников в направлении совместного совершения
преступления.

В отличие от исполнителя организатор действует только с прямым умыслом.
Объем знаний, образующих интеллектуальный момент умысла организатора, в
зависимости от конкретных обстоятельств совершения преступления может
быть различным. Обязательным является знание о преступном характере и
совместном совершении действий. В некоторых случаях организатор может не
знать лично всех иных соучастников или конкретных подробностей
совершения отдельных преступлений.

Подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению
преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом (ч. 4
ст. 33 УК). Аналогичным образом определяется подстрекатель в УК
Республики Таджикистан, а УК Республики Узбекистан и Кыргызской
Республики о способах подстрекательства вообще не упоминают.
Подстрекатель является интеллектуальным соучастником, который сам не
принимает непосредственного участия в совершении преступления. Его
задача сводится к тому, чтобы путем внушения необходимости,
целесообразности или выгодности совершения преступления возбудить у
исполнителя такое намерение. В тех случаях, когда подстрекатель
принимает непосредственное участие в совершении преступления, он
привлекается к ответственности как соисполнитель, а его предшествующая
деятельность по возбуждению желания на совершение преступления
учитывается судом в качестве обстоятельства, отягчающего наказание (п.
“г” ч. 1 ст. 63 УК). Фигура подстрекателя известна и зарубежному
уголовному праву, однако способы подстрекательства в законодательстве
этих стран, как правило, не описываются.

Сущность подстрекательства проявляется в том, что он воздействует на
сознание и волю исполнителя в целях склонения последнего к совершению
преступления. Особенностью данного воздействия является то
обстоятельство, что оно не парализует волю исполнителя, который
по-прежнему остается свободным в выборе своего последующего поведения.
Применяя различные способы и методы воздействия, подстрекатель стремится
не к тому, чтобы ввести в заблуждение подстрекаемого, а наоборот,
вызвать в нем решимость сознательно принять решение о совершении
преступления. Когда лицо внушает другому лицу какуюлибо ложную
информацию, под влиянием которой последний совершает преступление либо
склоняет к совершению преступления несовершеннолетнего или невменяемого,
то его действия не образуют подстрекательства, а рассматриваются как
посредственное причинение (см. _ 2 настоящей главы). Подстрекательство
предполагает привлечение к совершению преступления других лиц в качестве
соучастников, а не использование чужой невиновной деятельности.

По форме выражения подстрекательство может совершаться словами, жестами,
письменными знаками, носить открытый или завуалированный характер, но
обязательно должно быть конкретным. Нельзя склонить к совершению
преступления вообще, а лишь к конкретному преступлению, например, к
убийству, краже и т.д. Склонение как сущностную характеристику
подстрекательства следует отличать от случаев вовлечения, призывов,
агитации, которые иногда образуют объективную сторону отдельных
преступлений, например, ст. 150, ч. 3 ст. 212, ч. 1 ст. 280 УК РФ.
Отличие здесь состоит, во-первых, в том, что склонение всегда адресовано
одному или нескольким, но конкретно определенным лицам. Во-вторых, оно
направлено на возбуждение желания совершения индивидуально определенных
общественно опасных действий (бездействия), причиняющих вред конкретному
объекту, в то время, как, например, в призывах к массовым беспорядкам
адресатом является неопределенно широкий круг лиц, а характер деяния не
всегда четко определен.

В отличие от УК РСФСР 1960 г. действующий Уголовный кодекс содержит
примерный перечень способов склонения к совершению преступления. В их
числе называются уговор – систематическое убеждение лица, сопровождаемое
демонстрацией якобы отсутствия у подстрекателя своего собственного
интереса, подкуп – обещание подстрекаемому материальной выгоды путем
передачи денег, имущества либо освобождения от имущественных
обязательств, угроза – высказанное намерение применить физическое
насилие, лишить имущества, разгласить какие-либо сведения, носящие
реальный характер. Кроме того, подстрекатель может использовать и любой
другой способ: просьбу, приказ, обман, поручение, совет и т.д. Так, В.
была признана судом подстрекателем Ч. к совершению кражи денег у
потерпевшего М. Увидев, откуда последний достал деньги, а затем положил
их обратно, она дала понять Ч., что их нужно взять, а сама вместе с М.
вышла из комнаты. В их отсутствие Ч. похитил из шкафа деньги и перчатки,
а впоследствии часть денег передал В.*(461)

Действия подстрекателя всегда носят умышленный характер. Его сознанием
должно охватываться то, что он вовлекает подстрекаемого в совершение
конкретного преступления и предвидит, что в результате его действий и
действий исполнителя неизбежно или возможно наступят общественно опасные
последствия. Волевой момент умысла подстрекателя характеризуется чаще
всего желанием наступления в результате действий (бездействия)
исполнителя общественно опасного последствия (прямой умысел), в
отдельных случаях он сознательно допускает его наступление или
безразлично относится к нему (косвенный умысел).

Цели, преследуемые подстрекателем, могут не совпадать с теми целями
преступления, которые он внушает подстрекаемому.

Точно так же могут не совпадать и мотивы преступления. Квалификация
содеянного подстрекателем в таких случаях будет зависеть прежде всего от
целей и мотивов, которыми руководствовался исполнитель преступления.
Если мотив или цель являются обязательными элементами состава
преступления, то этому подстрекателю вменяется в ответственность и его
собственная мотивация. Например, если подстрекатель, исходя из мотивов
кровной мести, склонил за деньги другое лицо совершить убийство, то он
отвечает по двум признакам ч. 2 ст. 105 УК – п. “з” и “л”, а исполнитель
– по признаку п. “э” той же статьи. В тех случаях, когда мотив и цель не
являются обязательными признаками состава преступления, собственные
мотивы и цели подстрекателя будут учитываться при назначении наказания.

Подстрекатель должен отвечать за оконченное преступление, если
преступление будет исполнителем выполнено. Покушение исполнителя на
преступление влечет за собой оценку действий подстрекателя так же, как
покушения, несмотря на то, что свои действия он может полностью
выполнить. В некоторых случаях действия подстрекателя по склонению
кого-либо к совершению преступления в силу разных причин, но по не
зависящим от него обстоятельствам, оказываются безуспешными.

Такое неудавшееся подстрекательство (покушение на подстрекательство) в
уголовном праве рассматривается как создание условий для совершения
преступления и поэтому квалифицируется как приготовление к преступлению
(ч. 5 ст. 34 УК). От организатора подстрекатель отличается тем, что он
не планирует совершение преступления и не руководит его подготовкой или
совершением. В тех случаях, когда лицо не только склонило другое лицо к
совершению преступления, но впоследствии выполнило и организационные
действия, действия соучастника следует оценивать как организационные,
поскольку по своей сути они являются более опасными, нежели
подстрекательские.

Особо следует оговорить вопрос о так называемой провокации. Правовая
оценка действий провокатора может быть различной. Так, например, в ст.
304 УК РФ предусматривается ответственность лица за провокацию взятки
или коммерческого подкупа. Об уголовно наказуемой провокации здесь
следует говорить в том смысле, что передача взятки или подкуп
осуществляются без согласия принимающего лица, и такие действия
преследуют цель искусственного создания доказательств совершения
преступления или шантажа. Иное дело, когда в процессе оперативной
деятельности правоохранительных органов агентурный работник по
разработанным главарями и осуществляемым в соответствии с их решениями
планам совершает какиелибо действия по подготовке преступления, в том
числе и подстрекательского характера. Поскольку в данном случае цель
деятельности агентурного работника не совершение преступления, а его
раскрытие, то при наличии необходимых условий его действия должны
признаваться как совершенные в условиях крайней необходимости.

Правовая оценка провокации нашла свое отражение в УК Республики Польша.
В соответствии со ст. 24 ответственности как за подстрекательство
подлежит тот, кто склоняет другое лицо к совершению запрещенного деяния
с целью возбуждения против него уголовного преследования; в этом случае
не применяются ст. 22 и 23 (в них идет речь либо о добровольном отказе,
либо о смягчении наказания или полном освобождении от него).

Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления
советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий
совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо,
заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения
преступления, следы преступника либо предметы, добытые преступным путем,
а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы (ч.
5 ст. 33 УК). Не имеет существенных отличий понятие пособника, даваемое
в новом уголовном законодательстве ряда стран СНГ. По УК ФРГ (_ 27),
Франции (ст. 121-7) и Республики Польша (_ 3 ст. 18) пособником
признается лицо, которое помогает другому лицу в совершении
преступления*(462).

От исполнителя пособник отличается тем, что он непосредственно не
выполняет объективной стороны преступления, а либо в процессе подготовки
преступления, либо на стадии его совершения оказывает помощь исполнителю
путем создания реальной возможности завершения преступления. По делу Ш.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ указала, что Ш., реализуя
предварительный сговор на разбойное нападение, предоставила в
распоряжение соучастников квартиру, передала Н. баллончик со
слезоточивым газом, впоследствии использованный при нападении, и,
уничтожив следы преступления, тем самым лишь содействовала преступлению.
Действия Ш. могут быть расценены лишь как пособничество*(463).
Пособничество, как правило, выполняется путем активных действий, но в
отдельных случаях оно может заключаться и в бездействии, когда пособник
в силу своего положения был обязан действовать (например, сторож,
действуя по предварительной договоренности с другими соучастниками, не
выполняет своих обязанностей по охране материальных ценностей). Вместе с
тем “несообщение о готовящемся или совершенном преступлении, а также
заранее не обещанное укрывательство преступления соучастием не
признается ввиду отсутствия признака совместности”*(464).

Пособничество возможно на любой стадии преступления, но до его
фактического завершения. Действия, совершенные после окончания
преступления, не находятся в причинной связи с совершенным преступлением
и, соответственно, не могут образовывать соучастие. Российское уголовное
право, в отличие от английского и американского, не признает “соучастие
после факта”, т.е. после окончания преступления*(465). Этим
пособничество отличается от укрывательства преступления*(466).

Единственным исключением из этого правила является оценка действий лица
как пособничества, когда планируется их совершение после окончания
преступления (скрыть преступника, орудия и средства совершения
преступления, среды преступления либо предметы, добытые преступным
путем, обещание приобрести или сбыть такие предметы), и это
обстоятельство обговаривается соучастниками заранее, как правило, до
начала совершения преступления.

Иногда пособничество выражается в действиях, которые образуют признаки
самостоятельного состава преступления, предусмотренного Особенной
частью, например, приобретение и передача исполнителю оружия для
совершения убийства (ст. 222 УК). В таких случаях содеянное должно
квалифицироваться по совокупности как самостоятельное преступление и
соучастие в другом преступлении.

В специальной литературе пособничество традиционно делят на
интеллектуальное и физическое. Интеллектуальное пособничество
характеризуется психическим влиянием пособника на сознание и волю
исполнителя в целях укрепления в нем решимости совершить преступление. К
интеллектуальным способам пособничества относятся: а) советы, т.е.
рекомендации по эффективному и безопасному осуществлению механизма
совершения преступления; б) указания – наставления исполнителю, как
действовать в конкретных случаях; в) предоставление информации – новая
форма, выражающаяся в передаче сведений, имеющих значение для
исполнителя (облегчающая совершение преступления), при видимом
отсутствии личной заинтересованности информатора, что характерно для
советов или указаний; г) данное заранее обещание скрыть преступника,
средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо
предметы, добытые преступным путем; д) данное заранее обещание
приобрести или сбыть такие предметы. Последние две формы пособничества
отличаются от укрывательства преступлений (ст. 316 УК) и приобретения
или сбыта имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 175 УК),
являющихся самостоятельными преступлениями, тем, что виновное лицо
заранее дает обещание на совершение соответствующих действий (укрыть,
приобрести или сбыть). От интеллектуального пособничества следует
отличать подстрекательство, при котором действие лица направлено на
возбуждение у другого лица намерения совершить преступление, в то время
как при названном виде пособничества у исполнителя такое намерение уже
существует и пособник лишь его укрепляет.

Физическое пособничество характеризуется оказанием физической помощи
исполнителю при подготовке или в процессе совершения преступления. При
этом совершаемые лицом действия не должны охватываться объективной
стороной конкретного преступления, в противном случае речь будет идти
уже о соисполнительстве, когда субъектов объединяет не только намерение,
но и единство места, времени и действий*(467). Если исполнитель не
воспользовался помощью физического пособника, то последний не может быть
признан соучастником в силу отсутствия причинной связи между его
действиями и совершенным преступлением.

К физическим способам пособничества относятся: предоставление средств
или орудий совершения преступления (передача исполнителю различных
предметов, необходимых для совершения преступления) и устранение
препятствий (изменение окружающей обстановки, связанное с устранением
помех на пути исполнителя).

В отличие от определения подстрекателя, характеризуя пособника,
законодатель дает исчерпывающий перечень способов, которыми виновное
лицо может содействовать исполнителю. В связи с этим необоснованным
является высказанное в специальной литературе мнение, что пособничеством
являются также заранее обещанное недоносительство и
попустительство*(468).

Квалификация действий пособника зависит от результатов деятельности
исполнителя. Если исполнитель, несмотря на все выполненные действия
пособника, не смог довести преступление до конца, то содеянное
пособником должно расцениваться как покушение на преступление.

С субъективной стороны пособничество, как и другие виды соучастия, может
совершаться только с умыслом. Интеллектуальным моментом умысла пособника
охватывается сознание общественно опасного характера своих действий и
действий исполнителя, предвидение возможности или неизбежности
наступления в результате совместных действий единого общественно
опасного результата. Волевой момент умысла пособника характеризуется,
как правило, желанием (прямой умысел), а в некоторых случаях и
сознательным допущением указанных последствий либо безразличным к ним
отношением (косвенный умысел).

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2019