.

Влияние Первой мировой войны на общественно-политические процессы в странах Европы

Язык: русский
Формат: дипломна
Тип документа: Word Doc
0 2929
Скачать документ

56

Оглавление

Введение

Глава I. Первая мировая война и ее итоги.

I.1. Начало Первой мировой войны: характер, соотношение сил и планы
воюющих сторон

I.2. Ход военных кампаний и их значение

I.3. Окончание войны и ее итоги

Глава II. Общественно-политические движения в странах Европы как
последствия Первой мировой войны.

II.1. Складывание революционной ситуации в Германии. Веймарская
республика

II.2. Общественно-политические процессы в Италии. «Красное двухлетие»

II.3. Череда революций. Распад Австро-Венгерской империи

Заключение

Литература

Введение

Война как способ решения международных проблем, несущий с собой массовые
разрушения и гибель многих людей, порождающий стремление к насилию и дух
агрессии, осуждалась мыслителями всех исторических эпох. Вместе с тем
многие из них констатировали, что войны – постоянный спутник
человечества. Шарль Фурье считал, что «…войны, революции беспрестанно
охватывают все пункты земного шара; бури, едва отвращённые, возрождаются
из своего пепла точно так же, как головы гидры множились под ударами
Геркулеса. Мир – лишь проблеск, лишь сновидение на несколько мгновений»
[16, C. 132].

И действительно, из четырёх с лишним тысяч лет известной нам истории
лишь около трёхсот были полностью мирными. Всё остальное время в том или
ином месте Земли полыхали войны.

Молот войны становился всё более прожорливым, множились людские и
материальные потери. XX век вошёл в историю как эпоха, породившая две
мировые войны, в которых участвовали десятки стран и миллионы людей.

Так, в орбиту Первой Мировой войны было втянуто 38 государств, а общие
потери составили 10 млн. человек, больше, чем за все войны предыдущего
столетия. [4, C. 16].

Проблема войны и мира как никогда актуальна в наше время. Мировая
цивилизация накопила огромный исторический опыт преодоления трагических
последствий войны, но, к сожалению и двадцатый век не является
исключением в деле предостережения глобальных военных столкновений.
Порой они были еще ожесточенней, масштабней, кровопролитней, чем в
предшествующие столетия. Противостояние военно-политических
межгосударственных блоков, противоречия между отдельными странами,
межэтнические конфликты являлись и являются неблагоприятными факторами
всемирного исторического процесса, приводящего к войне. Эти факторы
заставляют людей вновь и вновь обращаться к истории мировых войн для
того, чтобы дать оценку произошедшим событиям, извлечь уроки из них и не
повторять трагических ошибок сегодня. По единодушной оценке многих
учёных и политических деятелей, третья мировая война, если она
разразится, станет трагическим финалом всей истории человеческой
цивилизации.

Цель исследования: на основе изучения исторических источников по теме
работы проанализировать причины, ход событий Первой мировой войны и
показать влияние ее итогов на развитие общественно-политических движений
в ведущих странах Европы.

Данная цель обусловила решение следующих задач:

– исследовать исторические источники по данной проблеме;

– определить характер военного конфликта мирового масштаба,
проанализировать соотношение сил и планы воюющих сторон;

– дать характеристику периодам Первой мировой войны на основе изучения
документов о военных действиях стран – участников;

– дать оценку итогам данного исторического события;

– проанализировать революционные процессы, протекающие в отдельных
странах Европы после завершения Первой мировой войны.

Объектом исследования является мир в начале XX столетия.

Предмет исследования: общественно-политические события в странах Европы
как следствие Первой мировой войны.

Основополагающими источниками, задействованными в данной работе,
являются труды Х. Вильсона, который является непревзойденным
исследователем по истории Первой мировой войны, монографии Б.Ц.
Урланиса, Е. Язькова и многих других историков.

На теоретическом уровне в данной работе применялись такие методы работы
как метод теоретического анализа источников и литературы по теме, метод
синтеза, конкретизации, обобщения.

Глава I. Первая мировая война и ее итоги.

I.1. Начало Первой мировой войны: характер, соотношение сил и

планы воюющих сторон.

Поводом к началу мировой войны, в которую было вовлечено 38 государств с
населением в 1,5 млрд. человек (87 % населения планеты) послужил
террористический акт в столице Боснии — Сараево [4, C. 18]. 28 июня 1914
г. членом славянской националистической организации «Млада Босна» был
убит наследник австро-венгерского престола Франц Фердинанд. Убийство
единственного авторитетного политика Австро-Венгрии, выступавшего за
расширение прав национальных меньшинств империи и ввод федеративного
государственного устройства, преследовало очевидную цель —
дестабилизировать политическую ситуацию в стране, предотвратить
возможность автономизации национальных окраин, которая могла затруднить
их полный выход из империи и интеграцию в юго-славянское государство.
Несмотря на непричастность к случившемуся официальных сербских властей,
в Вене и Берлине это было расценено как шаг к изменению общего
статус-кво на Балканах. Ответом стал австрийский ультиматум, объявленный
10 (23) июля Сербии с требованиями, нарушавшими ее суверенитет. Столь
явное вмешательство во внутренние дела независимого государства по сути
дела означало объявление войны. В итоге, хотя Сербия и согласилась
выполнить ряд условий ультиматума, 28 июля 1914 г. Австро-Венгрия
объявила ей войну[4, C. 26].

В условиях глобального противостояния военно-политических блоков
«локализованная война» Австро-Венгрии и Сербии затрагивала
геополитические интересы всех ведущих европейских держав. Уже на
следующий день Россия объявила частичную мобилизацию. Использовав это
как повод, 1 августа Германия объявила войну России, а 3 августа ее
союзнице — Франции, 4 августа Германия нарушила нейтралитет Бельгии,
чтобы через ее территорию вторгнуться во Францию, после чего 5 августа
Великобритания объявила войну Германии. Несколько позже на стороне
Германии и Австро-Венгрии в войну вступили Турция и Болгария — так был
образован Четверной союз[10, C. 41]. Уже в конце августа 1914 г. в войну
против Германии самостоятельно вступила Япония. В 1915—1917 гг. к
противникам Четверного блока присоединились также Италия, Португалия,
Румыния, Греция США. Войну Германии объявили (не приняв участие в
военных действиях) Китай, Либерия, Сиам, четырнадцать государств
Латинской Америки[12, C. 29].

Таким образом, локальный конфликт, вспыхнувший на Балканах, перерос в
первую в истории всеобщую, мировую войну. По своему характеру эта война
являлась империалистической — она представляла собой открытый конфликт
между двумя группировками империалистических держав, борющихся за
военно-политическое господство на европейском континенте, передел сфер
колониального влияния, за источники дешевого сырья и рынки сбыта своих
товаров. Мировая война стала закономерным итогом развития
капиталистического мира на рубеже XIX—XX столетий. Она была порождена
внутренней трансформацией капиталистической системы в эпоху
империализма, попытками найти выход из нарастающего
социально-экономического, политического и духовного кризиса на путях
внешней экспансии.

Геополитические цели стран-участников первой мировой войны определялись,
главным образом, их положением в мировой колониальной системе,
соперничеством за влияние в регионах, выгодных в качестве рынков сбыта
промышленной продукции и источников сырья. Для Германии первоочередными
целями являлся пересмотр сложившегося баланса военно-морских сил, захват
новых колониальных владений (главным образом, в Африке), расширение зоны
влияния на Ближнем Востоке, в Китае. Австро-Венгрия стремилась закрепить
свое влияние на Балканах, ликвидировать потенциальную политическую
угрозу со стороны Сербии. При этом обе империи имели далеко идущие
территориальные и политические притязания в отношении
восточноевропейского региона, где непосредственно сталкивались с
интересами России. Помимо противоборства этим замыслам российские
политические круги исходили из необходимости продолжить активную
политику в Юго-Восточной Европе, приобрести господствующие позиции в
зоне средиземноморских проливов, вытеснив из этого региона Турцию.
«Английская и французская политическая стратегия носила в большей
степени охранительный характер и была направлена на сохранение
сложившегося соотношения сил на мировой арене, в том числе — недопущение
пересмотра колониального раздела мира»[15, C. 130].

Несмотря на глобальный характер международных противоречий, приведших
мир к всеобщей войне, основным театром военных действий стала именно
Европа. Причиной тому было не только главенствующее положение в обеих
противоборствующих коалициях крупнейших европейских держав, но и
господствовавшая в то время стратегическая концепция ведения военных
действий. Основной смысл ее сводился к нанесению сокрушающего удара в
ходе одного или нескольких решающих фронтальных сражений с уничтожением
максимального числа живой силы армии противника. Военный разгром
враждебной коалиции рассматривался как достаточное основание для
выгодного пересмотра самих основ мирового политического и экономического
порядка с решением стратегических задач стран-победительниц. Таким
образом, соперничество нескольких империалистических держав приобретало
судьбоносный характер для всего человечества.

Готовясь к решающей схватке, страны Антанты и Четверного союза
сосредоточили невиданные человеческие и материальные ресурсы. В
мобилизационных запасах находилось более 16 млн. винтовок, 24,6 тыс.
пулеметов, почти 25 тыс. артиллерийских орудий, около 10 млрд. патронов
и 26,6 млн. снарядов[8, C. 93]. Причем этих запасов хватило лишь на
первые месяцы войны, и впоследствии вся мощь индустрии воюющих стран
была использована для военных нужд. Война привела к новому рывку в
разработке, производстве и практическом использовании новейших видов
оружия. На вооружение в большом количестве поступили пулеметы, минометы,
ручные гранаты. Качественно совершенствовалась артиллерия. Широкое
применение в военных целях получила телефонная, телеграфная связь,
радиоаппаратура. Несмотря на техническое несовершенство, все большую
роль играла военная авиация. За годы войны количество самолетов выросло
с 1 до 10 тысяч[8, C. 101]. Уже в годы войны зародились новые виды войск
— бронетанковые и химические. В составе военно-морских флотов шла
ускоренная подготовка новых более мощных типов военных кораблей, которые
получили название дредноутов, развертывалось строительство подводных
лодок, морской авиации, производство новейшего минного и торпедного
оружия.

Германия превосходила в военном отношении любую из стран обеих коалиций.
Ее основными преимуществами была более длительная и целенаправленная
подготовка к войне, развитая железнодорожная сеть, обеспечивавшая
быструю переброску резервов, готовность к массовому внедрению новейших
технических изобретений и видов вооружений (например, тяжелых гаубиц,
пулеметов, подводных лодок, химического оружия), великолепные
профессиональные качества офицерского корпуса, передовая система
комплектования, основанная на всеобщей воинской повинности и эффективной
работе с резервистами, мощная пропагандистская машина. Однако ее
союзники оказались подготовлены гораздо хуже.

Австро-венгерская и турецкая армии уступали германской и по уровню
технического оснащения, и по подготовке офицерского корпуса, и по
моральным качествам. Поэтому в целом баланс сил к началу войны явно
складывался в пользу Антанты. «Если страны германского блока имели в
составе армий более 3 800 тыс. человек, то их противники — более 5 800
тыс. Соотношение орудий было 9383 к 12294, самолетов — 311 к 597,
линейных кораблей — 53 к 101, крейсеров — 62 к 156, подводных лодок — 35
к 174. Суммарный экономический потенциал Антанты, сырьевая и
продовольственная база, человеческие ресурсы также превосходили
соответствующие показатели стран германского блока»[3, C. 176].

С учетом складывающегося соотношения сил германский стратегический план,
подготовленный начальником генерального штаба Шлиффеном, был
ориентирован на проведение кратковременной и энергичной военной кампании
с последовательным разгромом Франции и России двумя молниеносными
ударами. Первой из войны планировалось вывести Францию — на западном
фронте сосредоточивались основные силы германской армии, которым
предстояло стремительным рывком через территорию нейтральной Бельгии
выйти в тыл французской ударной группировки и устроить новые «Канны».
После стратегической победы на западном фронте германское командование
собиралось перейти к решительным действиям на востоке. Перед
австро-венгерскими войсками ставилась задача сковать до этого времени
русскую армию, одновременно проводя наступательные операции против
Сербии и Черногории.

Французский стратегический план, разработанный начальником генерального
штаба генералом Жоффром, носил «оборонительно-наступательный» характер.
Он предусматривал как сдерживание германского наступления в Южной
Бельгии и Люксембурге (вероятность широкого наступления германской армии
через всю Бельгию не предусматривалась), так и проведение активных
наступательных операций в Эльзасе и Лотарингии. В военных действиях на
западном фронте участие должен был принять и английский экспедиционный
корпус. В свою очередь британскому флоту предстояло обеспечить
преимущество Антанты на морских коммуникациях. Большие надежды
возлагались на активные действия русской армии, которые
предусматривались сразу в двух стратегических направлениях — против
германских войск в Восточной Пруссии и против австро-венгерской армии в
Галиции. Другие возможные театры военных действий, в том числе
Азиатско-Турецкий, Итальянский, Балканский, Африканский,
Восточно-Азиатский, рассматривались как вспомогательные. Исход войны
должен был решиться в Европе.

I.2. Ход военных кампаний и их значение.

2 августа 1914 г. германская армия оккупировала территорию Люксембурга.
Спустя два дня нападению подверглась Бельгия. После изнурительной
11-дневной борьбы за крепость Льеж — ключевой пункт пограничной обороны
бельгийских войск, германская армия почти беспрепятственно начала
продвигаться в глубь страны. Неожиданное и стремительное наступление
через незащищенные границы нейтральных стран обеспечило Германии
стратегическую инициативу на западном фронте и заставило французское
командование срочно менять планы ответных действий. Ответные
наступательные действия французской армии в Эльзасе и Лотарингии не
имели успеха и вскоре были прекращены. Началась переброска соединений,
предназначенных для контрнаступления, на северное направление,
подвергшееся основному удару. Именно здесь, на 250-километровом фронте
от Шельды до Мозеля, в 20-х числах августа развернулось невиданное по
масштабам пограничное сражение с участием 5 германских, 3 французских и
1 английской армии[10, C. 61]. Сражение велось как встречное,
сопровождавшееся многочисленными атаками и контратаками с обеих сторон,
упорными штурмовыми операциями, активным маневрированием. Германская
армия оказалась лучше подготовленной к подобному ведению боя. На ее
стороне было важное преимущество в тяжелой артиллерии, лучшая
тактическая выучка войск, решительность и инициативность командного
состава. Победа в этом сражении открыла германским войскам путь на
Париж.

Развитию германского наступления на западном фронте помешало вторжение
русской армии в Восточную Пруссию. На восток спешно перебрасывались
резервные части, предназначавшиеся ранее для решающего удара по
французской армии. Тем не менее русские войска имели в Восточной Пруссии
полуторное численное превосходство. Лишь медлительность их командования,
отставание в техническом оснащении и раздробленность основных сил не
позволили использовать это преимущество. Германские войска оправились от
первых поражений и перешли в контрнаступление. В конце августа — начале
сентября в ходе кровопролитных боев в районе Мазурских озер русские
армии были частично разгромлены, частично – вытеснены к реке Неман.

Несмотря на поражение в Восточной Пруссии уже в конце августа 1914 г.
русский генеральный штаб начал запланированное ранее стратегическое
наступление на Юго-Западном фронте — так называемую Галицкую операцию.
Ширина наступления достигала 400 км, глубина — до 200 км.[10 C. 89]
Благодаря двойному превосходству в силах, массированному использованию
кавалерии и невиданной до тех пор плотности артиллерийского огня русские
войска нанесли сокрушительное поражение противостоявшей им
австро-венгерской армии. Потери противника доходили до 400 тыс. человек,
т. е. почти половины состава. Военная мощь империи Габсбургов была
сломлена. Вплоть до окончания войны австро-венгерские части более не
могли вести самостоятельные военные действия без поддержки Германии.
Тяжелые потери понесли и русские — до 230 тыс. человек. Галицкая
операция впервые продемонстрировала военно-тактические особенности
первой мировой войны — недостаточное использование маневренной стратегии
и военной техники, преобладание фронтальных боевых действий,
сопровождающихся огромными потерями обеих сторон. В оставшиеся месяцы
1914 г. на восточном фронте бои происходили с переменным успехом.
Объединенная германо-австрийская армия под командованием генералов П.
Гинденбурга и Э. Людендорфа пыталась развить наступление в районе
Варшавы и Вислы. Русская армия ответила продвижением в направлении
Восточной Пруссии и Карпат. В декабре линия фронта стабилизировалась.
Военные действия приобрели здесь затяжной, позиционный характер[26, C.
205].

Победа в августе над русскими войсками в районе Мазурских озер позволила
германскому командованию возобновить активные действия и на Западном
фронте. Однако необходимость постоянной отправки резервов на восток и
усиления фронта в западной Лотарингии заставила отказаться от идеи
охватывающего удара в обход Парижа. Перед войсками была поставлена
задача совершить быстрый рывок в направлении самой французской столицы.
У реки Марна на северо-востоке от Парижа немецкая армия натолкнулась на
сосредоточившиеся здесь французские и английские соединения. На этом
рубеже, а фактически на всем пространстве от восточных фортов Парижа до
крепости Верден, разгорелась одна из крупнейших и решающих битв первой
мировой войны – сражение на Марне. 2 сентября французское правительство
покинуло Париж и переехало в Бордо. На протяжении полутора недель на
растянувшемся фронте произошло несколько локальных сражений. Решающие же
события произошли 6—8 сентября, когда французская армия перешла в
ответное наступление и боевые действия приобрели особенно ожесточенный
характер. В этот ответственный момент важную роль сыграло умение
французского командования быстрыми маневрами резервов добиться
преобладания на решающих участках боев. Части парижского гарнизона,
внесшие перелом в ход сражения, были переброшены к Марне на городских
автомобилях-такси — это был первый в истории опыт применения
автомобильного транспорта в военных целях. В свою очередь, не имея
прежнего превосходства в силах и неоправданно распылив соединения,
предназначенные для решающего наступления, немецкое командование не
сумело поддержать прежний темп наступления. К 9 сентября войскам Антанты
удалось отбросить противника от парижского укрепленного района и перейти
в наступление по всему фронту[23, C. 140] .

После поражения при Марне германская армия откатилась на территорию
Бельгии. Истощив силы в тяжелых боях, обе стороны перешли к обороне на
реке Эн. Однако между рекой Уазой и Северным морем оставалось свободное
двухсоткилометровое пространство. С 16 сентября начались маневренные
операции немецких и французских войск по обходу западного фланга
противника — «бег к морю». В результате этих попыток добиться
стратегически выгодного расположения фронта противники к 16 октября
достигли побережья. Бои с переменным успехом во Фландрии в ноябре 1914
г. завершили кампанию. К концу года на 700-километровом пространстве от
фландрского побережья до швейцарской границы устанавливается позиционный
фронт. Обе стороны зарываются в землю, создавая мощные оборонительные
укрепления с сетью окопов, блиндажей, рядов колючей проволоки. Таким
образом, немецкий план «молниеносной войны» потерпел крах.

На других театрах военных действий в 1914г. успех также принадлежал
войскам Антанты и их союзникам. После захвата Японией военно-морской
базы Циндао (южное побережье Шаньдуньского полуострова в Китае)
оккупация ею германских колониальных владений в Тихом океане стала делом
времени. Наступление англо-французских войск уверенно развивалось и в
африканских колониях Германии. На Балканском театре военных действий
сербские войска дважды переходили в контрнаступление и отбрасывали
австро-венгерскую армию за пределы своей территории. На Кавказском
театре военных действий русские войска в ходе Сарыкамышской операции
нанесли чувствительное поражение турецкой армии. Из 90 тыс. бойцов их
противник потерял более 70 тыс. [8, C. 162].

Германии не удалось реализовать и план ведения военных действий на море,
который был ориентирован на предварительное ослабление противника в ходе
«крейсерской войны» и окончательный разгром его в генеральном сражении.
Германскому флоту пришлось вести единоборство с мощными военно-морскими
силами Великобритании (турецкие и австро-венгерские эскадры были заперты
в Средиземном море, тогда как русский флот фактически был блокирован
германским в Балтийском море). Столкновения германских военных кораблей
с английскими в Северном море не приводили, как правило, к существенным
успехам. Более того, несмотря на активные действия германских подводных
лодок, английским военно-морским силам удалось организовать блокаду
побережья Германии.

Таким образом, кампания 1914 г. в целом была выиграна Антантой, Германии
не удалось использовать преимущества в мобилизации и сосредоточении
войск накануне войны. В то же время первые месяцы войны показали
недостаточную согласованность в действиях союзников по обеим коалициям.
Несмотря на ведение в этот период маневренных боевых действий, ни одной
стороне не удалось добиться явного перевеса и нанести противнику
невосполнимые потери. Несостоятельным оказался расчет обеих воющих
сторон на ведение войны мобилизационными средствами. Запасы вооружений
чрезвычайно быстро истощились. Недостаток военных ресурсов, возросшая
огневая мощь вооружения привели к дополнительным потерям на фронтах.
Основный урон в этот период понесли кадровые, наиболее подготовленные
части. Предстоял ввод в строй больших контингентов резервистов, перевод
«на военные рельсы» всей промышленной базы воюющих держав. Война
затягивалась, становилась позиционной.

В 1915 г. основные события развивались на восточном театре военных
действий. Французское и английское командование стремились в условиях
позиционной войны выиграть время для модернизации военного производства
в своих странах, наращивания ресурсов для окончательной победы. В свою
очередь и Германия не активизировала военные действия на западе, пытаясь
сосредоточить все силы на одном фронте и вынудить Россию к заключению
сепаратного мира. Русское командование, несмотря на острую нехватку
вооружений и огромные потери, также планировало активные действия в
новой кампании, причем по-прежнему в двух направлениях — в Восточной
Пруссии и Карпатах. В то же время обе воюющие коалиции предпринимали
значительные усилия и на дипломатическом фронте, стремясь вовлечь в
войну на своей стороне остававшиеся пока нейтральными страны.

Стремясь нанести России решающее поражение, германское командование
начало в феврале 1915 г. наступление именно в местах сосредоточения
русских войск для их полного уничтожения. Главнокомандующий Восточным
фронтом Гинденбург получил в свое расположение практически все
стратегические резервы империи и разработал план маневренного
наступления в Восточной Пруссии с быстрыми фланговыми ударами
(Августовская операция). Растянутые по всей длине фронта, оставшиеся без
резервов и плохо управляемые, русские войска несли большие потери и
отступали. Однако развить этот успех немецкой армии помешала героическая
оборона крепости Осовец. Более шести месяцев этот укрепленный район
прикрывал стык двух русских армий и выдерживал атаки германского
блокадного корпуса. В марте наступление немецких войск в Восточной
Пруссии потеряло прежний темп, а затем и вовсе было остановлено. Русским
частям удалось даже предпринять на отдельных участках фронта контратаки,
однако недостаток сил вынудил их перейти к обороне.

С конца января начались активные военные действия и на Карпатском фронте
(Карпатская операция). Встречное наступление русской и австро-венгерской
армий проходило в сложных горных условиях и сопровождалось огромными
потерями. Из-за недостатка боеприпасов и бездорожья русской армии не
удалось развить и первоначальный успех в Буковине. В марте фланговые
операции были приостановлены, так и не обеспечив ни одной стороне
стратегической инициативы. Ситуацию могло изменить вступление в войну на
стороне Антанты Италии. В соответствии с секретным договором 26 апреля
1915 г. Италия рассчитывала получить после войны южный Тироль, Триест,
Истрию, Далмацию, а также ряд турецких провинций[26, C. 140].
Возможность совместных действий русской, итальянской и сербской армий
ставила под угрозу само существование Австро-Венгрии. Для спасения
своего союзника в мае 1915 г. немецкое командование осуществило еще одну
наступательную операцию в районе Горлицы. Используя все стратегические
резервы, германской армии удалось прорвать фронт и развить наступление
восточнее Варшавы. Большое значение имело массированное применение
минометов, а также химического оружия. Горлицкая операция стала одним из
первых опытов широкомасштабного стратегического прорыва укрепленного
фронта. Истощенные зимними боями русские войска оставили Галицию, неся
тяжелые потери. Командующий Северо-Восточным фронтом генерал Алексеев,
чтобы избежать угрозы окружения, начал отвод войск за Неман. В начале
августа была оставлена Варшава, в сентябре — Вильно. В октябре линия
фронта стабилизировалась. Германская армия контролировала к этому
времени уже всю территорию Польши и значительную часть Прибалтики.

Добившись на восточном фронте серьезных успехов, но не вынудив Россию
заключить сепаратный мир, Германия не имела возможности предпринять
широкомасштабные действия на других фронтах. На западе происходили бои
местного значения, в минимальной степени менявшие расположение линии
фронта. Обе стороны сооружали мощные линии укреплений, отрабатывали
тактику позиционной войны. Попытки использовать нетрадиционное оружие
носили скорее устрашающий характер и были призваны обеспечить
психологический перевес. Германские цеппелины — военные дирижабли —
совершали устрашающие налеты на Париж и Лондон. 22 апреля на позиции у
Ипра против англофранцузских войск впервые были применены отравляющие
газы.

Более 15 тыс. человек были отравлены хлором, более 5 тыс. из них
умерли[26, C. 201]. Впоследствии химическое оружие активно
использовалось обеими сторонами.

В 1915 г. Германии пришлось прекратить и активные военные действия
своего надводного флота. Бой между немецкими и английскими крейсерами у
Доггер-банки в Северном море 24 января 1915 г., во время которого был
потоплен германский крейсер «Блюхер», а также неудачное столкновение с
русскими крейсерами у острова Готланд 2 июля, показали, что для немецких
военно-морских сил не под силу открытое соперничество с флотом Антанты.
В этой ситуации задача блокирования материального обеспечения войск
противника и доставки продовольствия и промышленного сырья в Англию была
возложена на подводный флот, ранее рассматривавшийся как
вспомогательный. В феврале 1915 г. Германия развязала «неограниченную»
подводную войну. Воды, омывающие британские острова, были официально
объявлены военной зоной. Германские подводные силы оставляли за собой
право нападать здесь на любые суда, в том числе и под нейтральным
флагом, под предлогом возможной перевозки ими контрабанды. От атак
немецких подводных лодок страдали и торговые, и пассажирские суда. 7 мая
немецкой подводной лодкой был потоплен самый крупный английский
пассажирский пароход «Лузитания» с тысячей человек на борту. Лишь
официальные протесты правительства Соединенных Штатов заставили Германию
на время отказаться от планов «неограниченной подводной войны» и
сосредоточить действия подводных лодок в Средиземноморском и Северном
морях [9, C. 207].

Особенностью кампании 1915 г. стала активизация военных действий на юге
Европы. Вопреки ожиданиям, вступление в войну Италии, обладавшей почти
миллионной армией, не привело к существенному изменению соотношения сил.
Итальянская армия предприняла ряд наступательных операций в районе р.
Изонцо, но преодолеть сопротивление австро-венгерских частей не сумела.
Более важные последствия имело вступление в войну 11 октября 1915г.
Болгарии на стороне германского блока. Благодаря поддержке 500-тысячной
болгарской армии войскам центральных держав удалось сломить
сопротивление сербских вооруженных сил. Тем самым была ликвидирована
фланговая угроза Австро-Венгрии и создан единый путь сообщения от
Берлина до Константинополя. Угроза коммуникациям в восточном
Средиземноморье заставила командование Антанты предпринять ряд активных
мер. В октябре на территории Греции высадился англо-французский
экспедиционный корпус, образовав новый Салоникский фронт. Еще один
полумиллионный корпус был высажен на Галлипольском полуострове с задачей
завоевать контроль над Дарданеллами. Однако турецкой армии удалось
отбить все атаки и нанести противнику большой урон. К январю 1916 г.
англо-французское командование было вынуждено эвакуировать десант.
Воодушевленной турецкой армии удалось в эти же месяцы стабилизировать
ситуацию на Кавказском фронте и в Сирии. С большим трудом английские
войска отразили атаки турок в направлении Суэцкого канала в Египте.
Таким образом, кампания 1915 г. не только выправила положение на
фронтах, но и принесла стратегическую инициативу германской коалиции.

Готовясь к новой кампании, командование Антанты провело конференцию
главнокомандующих в Шантильи 6—8 декабря 1915г. Не обсуждая какие-либо
конкретные тактические планы, конференция вынесла четкое решение по
основному вопросу — вне зависимости от готовности каждого из участников
антигерманской коалиции активные боевые действия должны были быть начаты
одновременно всеми и без промедления. Война на два фронта должна была
стать реальностью для Германии. Стратегический план Германии и ее
союзников на 1916 г. исходил из стремления, используя успехи
предшествующей кампании, сохранить статус-кво на большинстве фронтов.
Все резервы должны были быть использованы для нанесения сокрушительного
удара по англо-французским войскам на Западном фронте.

В качестве основной цели германского наступления был избран укрепленный
район вокруг крепости Верден — один из ключевых пунктов французской
обороны на расстоянии 300 км от Парижа. Верден представлял собой
наиболее эффективный вариант оборонительной системы эпохи первой мировой
войны — сочетание долговременных крепостных сооружений с тяжелым
вооружением и укреплений полевого типа (траншейных позиций, заграждений
из колючей проволоки, фортов и батарей). Потеря его должна была
разрушить всю линию французской обороны и открыть дорогу в центр страны.
Кроме того, немецкое командование рассчитывало, что, удерживая Верден до
последней возможности, французская армия понесет в этих боях
невосполнимые потери. Для атаки на укрепленный район на узком участке
фронта шириной всего в 15 километров сосредоточилась германская ударная
армейская группировка, в три раза превышающая по численности
противостоящие ей французские части и поддерживаемая более чем тысячью
артиллерийских орудий.

21 февраля 1916 г. по верденским укреплениям был нанесен удар огромной
силы. Однако наступление германских войск встретило самое ожесточенное
сопротивление французов, постоянно переходивших в контратаки и с успехом
использовавших преимущества своих укрепленных позиций. С каждой неделей
в бой с обеих сторон вводились все новые и новые части. В боях под
Верденом впервые были использованы огнеметы, легкие стрелковые пулеметы,
а в последний период боев — и танки, широко применялось химическое
оружие, минометы, авиация, автомобильный транспорт. Сражение затянулось
на долгие месяцы. Через эту «мясорубку», как назвали Верденскую битву
современники, прошли 50 немецких дивизий из 125 и 65 французских из 95.
Потери личного состава доходили в них до 70—100 %. Результаты же
оказались минимальны. За все время немецким частям удалось продвинуться
на 5—6 километров[10, C. 267]. К сентябрю их наступление истощилось, а в
октябре — декабре наступали уже французы, полностью вернув утраченные
позиции. Верден стал символом бессмысленного кровопролития. Он наглядно
показал пагубность устаревшей стратегии позиционной войны с фронтальными
наступлениями, рассчитанными на перемалывание «противника», в условиях
применения новейших видов вооружения. Провал верденского наступления
приблизил военный крах кайзеровской Германии. Огромные жертвы,
понесенные в кампанию 1915 г. на восточном фронте ив 1916 г. на
западном, не принесли общей стратегической победы. Материальные ресурсы
Германии оказались истощены. Ее союзники обладали ограниченно
боеспособными армиями и нуждались в постоянной поддержке.

В свою очередь Антанта располагала и более значительными материальными
ресурсами, и явным общим перевесом в живой силе и вооружениях.
Численность соединений, развернутых на западном фронте, непрерывно
возрастала, их оснащенность была на уровне последних достижений военной
техники. Уже в самый разгар боев под Верденом Антанта смогла развернуть
ответное широкое наступление в районе реки Соммы. Эта операция, самая
масштабная в годы первой мировой войны как по численности участвовавших
в ней войск, так и по использовавшимся вооружениям, тщательно готовилась
еще с конца 1915 г. К зоне будущих боев были подведены специальные
железнодорожные пути, подготовлены склады боеприпасов, превышающие все
довоенные запасы Франции. На 40-километровом фронте прорыва 32
англо-французским дивизиям противостояло 8 германских. 1 июля, после
7-дневной артиллерийской подготовки английские и французские части
перешли в наступление[10, C. 272]. Но продвижение вглубь немецкой
обороны давалось с огромным трудом. Преодоление германских укрепленных
позиций, создававшихся в течение многих месяцев, приводило к огромным
жертвам. Именно в сражении на Сомме англичане и французы впервые
использовали танки. Этот новый вид оружия давал необыкновенное
психологическое преимущество на поле боя. Однако разрозненные действия
еще технически несовершенных боевых машин пока не приводило к каким-либо
значительным успехам. В целом бои на Сомме длились до ноября 1916г.
Потери обеих сторон даже превысили верденские и составили более 1 300
тыс. человек. Явный численный и технический перевес войск Антанты не
позволил внести решающий перелом в ход войны. Устаревшая тактика
планомерного фронтального наступления еще раз доказала свою
несостоятельность. Становилась очевидной необходимость взаимодействия в
наступательных операциях всех родов войск, творческого развития
оперативного искусства, учета особенностей массового применения новейших
видов вооружения.

Летом 1916 г. активизировались и военные действия на восточном фронте.
Инициативу проявило командование русской армии, выполнявшее решение
декабрьской конференции в Шантильи. При этом материальное обеспечение,
комплектование войск, их моральный дух вселяли большую тревогу.
Затянувшаяся война вызывала все большее недовольство солдатской массы,
экономика России с трудом справлялась с военной нагрузкой. Тем не менее,
стремясь оттянуть силы противника от Вердена, русская ставка разработала
план наступления на протяжении всего фронта от Балтики до Румынии.
«Главный удар предполагалось нанести частями западного фронта.
Северо-Западный и Юго-Западный фронты должны были нанести
вспомогательные, отвлекающие удары. Стратегия этих операций в точности
повторяла действия союзников — сосредоточение ударной группировки на
одном узком участке и последующие бои на уничтожение, «перемалывание»
противника. Однако русские войска были не готовы к таким изнуряющим
сражениям. Шансов на успех было немного, и командующие фронтов любыми
средствами оттягивали начало активных действий. Иной тактический замысел
предложил командующий Юго-Западным фронтом генерал А.А. Брусилов. Его
штаб разработал принципиально новый план маневренного «дробящего»
наступления одновременно по нескольким направлениям на широком, до 450
километров, участке фронта. Противник в этом случае не мог сосредоточить
крупные силы для отражения основного удара»[29, C. 94].

Наступление Юго-Западного фронта в направлении Луцка началось 4 июня. Не
имея численного превосходства и уступая противнику в артиллерии, русские
войска смогли прорвать фронт и продвинуться за 11 дней на 70—75 км.
Таких темпов наступления первая мировая война еще не знала [8, C. 307].
Русские войска использовали эффект тактической внезапности, тщательное
инженерное обеспечение наступательных действий. Для преодоления
вражеских укреплений были специально подготовлены штурмовые команды.
Новаторская стратегия Брусилова полностью оправдала себя. Однако сил для
развития успеха у его армии, первоначально предназначенной лишь для
вспомогательных действий, не было. Уже во второй половине июня войскам
Брусилова пришлось отражать контратаки австро-венгерской армии.
Повторное наступление в июле не принесло успеха. Все это время по вине
командования войска Западного и Северо-Западного фронтов так и не
приступили к активным действиям. Бои на юге шли до начала сентября с
огромными потерями для обеих сторон (у русских — до полумиллиона
человек, у австро-венгерской армии — до полутора миллионов).
Брусиловский прорыв, как назвали эту операцию современники, не привел к
решающему стратегическому успеху, но имел очень важное значение. Часть
германских войск была оттянута с Западного фронта в самый ответственный
период битвы за Верден. Военной мощи Австро-Венгрии был нанесен
сокрушающий удар. Это фактически спасло от разгрома итальянскую армию и
подтолкнуло к вступлению в войну на стороне Антанты Румынию.

Военные действия на итальянском, балканском, азиатском и кавказском
фронтах в 1916 г. велись разрозненно и менее активно. Итальянская армия
оказалась в тяжелом положении после успешного австро-венгерского
наступления в Трентино в мае—июне. Лишь брусиловский прорыв русской
армии позволил итальянцам перейти в контрнаступление и восстановить
прежнее положение. Однако новые попытки внести перелом в затянувшееся
противостояние в районе Изонцо не увенчались успехом, хотя атаки
итальянских частей здесь не прекращались до ноября. Не принесло Антанте
ожидаемых выгод и вступление в войну в конце августа Румынии.
Малочисленная и плохо подготовленная румынская армия предприняла
самостоятельное наступление в направлении Трансильвании, однако была
вынуждена вскоре перейти к обороне. В ноябре австро-венгерским и
немецким частям даже удалось переправиться через Дунай и захватить
Будапешт. Лишь к началу 1917 г. румынский фронт стабилизировался. На
Салоникском фронте, где была создана 300-тысячная группировка
английских, французских, сербских и русских войск, происходили бои
местного значения. Таким образом, Антанте не удалось организовать
скоординированные активные действия на южных участках европейского
театра военных действий, но австро-венгерская армия, сражавшаяся против
нескольких противников, находилась в чрезвычайно тяжелом положении.
Схожая ситуация складывалась и вокруг Турции. Разрозненные, но
достаточно успешные действия русской и английской армий на Кавказском и
Азиатском фронтах (Эрзерумская операция в январе—марте и Трапезундская
операция в апреле 1916 г.; разгром турок в Египте весной 1916г. и
планомерное наступление в Месопотамии, завершившееся уже в марте 1917 г.
взятием Багдада) поставили Турецкую империю на грань военного краха [30,
C. 184].

Война на море ознаменовалась в кампании 1916 г. единственным за всю
войну крупным морским сражением в Северном море. Ультиматум
американского правительства вынудил Германию отказаться в апреле 1916г.
от тактики неограниченной подводной войны. В этих условиях единственным
способом прорвать блокаду в Северном море было открытое столкновение с
английским флотом. Главнокомандующий германским флотом Открытого моря
адмирал Шеер рассчитывал набегами крейсеров на побережье британских
островов выманить отдельные соединения английского флота в море и
разгромить их превосходящими силами. Однако реализовать этот план не
удалось. 31 мая у Ютландского полуострова в открытом бою столкнулись
основные силы обоих флотов -250 кораблей с обеих сторон. Соотношение сил
было в пользу англичан: 150 кораблей против 99 немецких (в том числе 28
тяжелых кораблей типа «Дредноут» против 16 немецких, 9 линейных
крейсеров против 5-ти. Использовать потенциал сильного немецкого
подводного флота практически не удалось. Сражение, ход которого свелся к
сложному маневрированию и артиллерийской перестрелке линейных кораблей,
не принесло решающего перевеса ни одной из сторон. Английский флот
потерял 3 линейных крейсера и 12 других судов, а немецкий — 1 линейный
крейсер и 9 кораблей других классов. Ютландское сражение, как и битвы у
Вердена и на Сомме, показало иллюзорность попыток внести перелом в ход
войны одним «генеральным сражением» [9, C. 351]. Решающую роль на
завершающей фазе войны начинало играть соотношение общего
военно-экономического потенциала коалиций.

I.3. Окончание войны и ее итоги.

К началу 1917 г. коалиция центральных держав уже полностью утратила
стратегическую инициативу. Австро-венгерская, турецкая и болгарская
армии были не способны продолжать сколько-нибудь активные действия. В
этих странах нарастал острый политический и социально-экономический
кризис. Германия также испытывала острый недостаток материальных и
человеческих ресурсов. Германская армия была вынуждена перейти к
стратегической обороне, используя все ресурсы для укрепления
долговременных позиций. В то же время перевес Антанты, очевидный уже в
1916 г., стал еще более явным после вступления в войну 6 апреля 1917г.
Соединенных Штатов Америки. И хотя до появления американских солдат на
европейском театре военных действий оставалось еще немало времени,
участие в военных действиях мощного флота США фактически предопределило
исход войны на море. Возобновление Германией неограниченной подводной
войны в первые месяцы 1917 года принесло ощутимый, но временный успех.
Весной потери торгового флота Антанты достигли максимального уровня, но
затем значительно снизились благодаря использованию тактики конвоев.

Новая конференция командующих войск Антанты в Шантильи, определявшая
планы на предстоявшую кампанию, избрала в качестве основного театра
военных действий западный фронт. Предстояла решающая наступательная
операция, которая должна была привести к окончательному разгрому
Четверной коалиции. Русские войска своими активными действиями должны
были блокировать переброску немецких резервов с восточного фронта. К
апрелю 1917г. подготовка наступления на участке между Реймсом и
Суассоном завершилась. Были сосредоточены колоссальные силы – более 100
дивизий, 1000 самолетов, более 200 танков, 5597 орудий[14, C. 239]. В
соответствии с предложением нового французского командующего генерала
Невеля, вместо прежней тактики изматывающих ударов на уничтожение живой
силы противника с последующим преодолением его обороны предполагалась
стремительная операция прорыва фронта с выходом на оперативный простор
«маневренной массы» (группы трех резервных армий) и дальнейшим
расширением зоны наступления. Большое значение придавалось использованию
авиации, в том числе бомбардировочной. Наступление началось 9 апреля,
однако германские части успели отойти на заранее подготовленные
укрепленные позиции — «линию Зигфрида», где встречали противника жестким
сопротивлением. Попытка прорыва «линии Зигфрида», предпринятая 16
апреля, не удалась. Бои приобрели прежний характер позиционного
противостояния. Таким образом, уже в мае стал очевиден провал очередной
«решающей» операции Антанты. Потери каждой из сторон доходили до 200
тысяч человек. В последующие месяцы военные действия носили локальный
характер. Отдельные успехи войск в боях у Мессия, в районе Вердена и у
Камрэ имели лишь тактическое значение. Они, как и победы англичан в
Месопотамии, Сирии и германской Восточной Африке в 1917г.,
способствовали восстановлению морального духа англофранцузских войск, но
не могли повлиять на общее положение дел в Европе. Провал плана
стратегического наступления на Западном фронте привел к затягиванию
войны на длительное время. Этому способствовали и события на других
европейских фронтах.

На Салоникском фронте группировка Антанты, насчитывавшая уже свыше 600
тысяч человек, не смогла развить наступление, предпринятое в апреле—мае
против болгарской армии[29, C. 168]. Многие части оказались охвачены
солдатскими мятежами. Еще более сложным оказалось положение итальянской
армии. Сдерживая ее упорные атакующие действия у Изонцо,
австро-венгерской армии при поддержке немецких частей удалось
подготовить ответное наступление в горном районе Капоретто. В результате
энергичной атаки в октябре 1917 г. итальянский фронт был здесь прорван,
австро-немецкие войска углубились на итальянскую территорию на 100 км.
Итальянская армия потеряла в этих боях более полумиллиона человек
убитыми и ранеными [14, C. 157]. Лишь переброска в Италию английских и
французских дивизий позволила стабилизировать обстановку. Казалось бы,
неминуемый военный крах Австро-Венгерской империи вновь был отсрочен.

Начало революционных событий в России изменило положение дел на
Восточном фронте. Свержение царизма и приход к власти Временного
правительства не привели к выходу России из войны, однако боеспособность
русской армии стремительно ухудшалась. В солдатских массах все большим
становилось влияние большевиков, призывавших к отказу от продолжения
войны. Выполняя обязательства перед союзниками и пытаясь успехами на
фронте стабилизировать политическое положение внутри страны, Временное
правительство санкционировало проведение нового наступления на
Юго-Западном фронте. В результате боев с 1 по 7 июля войска генерала
Корнилова прорвали фронт на львовском направлении. Однако контрудар
немецко-австро-венгерской армии — Тарнопольский прорыв — заставил войска
Юго-Западного фронта спешно отходить на прежние позиции. Развивая
достигнутый успех и используя разложение и деморализацию русской армии,
германские войска провели в сентябре успешную операцию по форсированию
Двины и захвату Риги. Спустя месяц соединенными усилиями флота и
сухопутных частей немцам удалось захватить и мощный укрепленный район на
Моонзундских островах. С потерей Моонзундского архипелага русский флот
был вынужден уйти из Рижского залива [9, C. 381].

В конце 1917 г. в России произошла Октябрьская социалистическая
революция. Это решительно изменило ситуацию на фронтах первой мировой
войны. Правительство Советской России призвало все воюющие страны к
«демократическому миру без аннексий и контрибуций» и пошло на заключение
сепаратного перемирия со странами германского блока. В результате мирных
переговоров в Брест-Литовске Германия добилась существенных
территориальных уступок, но из-за разногласий в советском руководстве
мирный договор не был подписан. Используя этот момент, немецкие войска
перешли в наступление по всему фронту. Лишь 3 марта 1918 г. в
Брест-Литовске был подписан мирный договор, по которому от России
отторгались Финляндия, Прибалтика, Украина, Донская и Черноморская
области, Закавказье [16, C. 236].

Используя выход России из войны и понимая, что прибытие американских
войск в Европу стремительно меняет соотношение сил, германское
командование перешло в начале 1918 г. к активным действиям и на Западном
фронте. Резкое ухудшение внутреннего положения в самой Германии делало
это наступление решающим для судеб всей войны. В течение зимы была
проведена тщательная подготовка операции. Тактический план германского
командования учитывал весь опыт предшествующих лет и основывался на идее
маневренного прорыва обороны противника ударными группировками на
широком фронте. Операция началась 21 марта в Пикардии в направлении
Амьена. Германской армии удалось ошеломить противника внезапной и
необыкновенно мощной артиллерийской атакой и массовым применением
химических снарядов. За огневым валом началось наступление штурмовых
групп, поддерживаемых боевой авиацией. Первоначальный замысел был
блестяще реализован. За 14 дней германские войска продвинулись на 84 км,
захватив только пленными 90 тыс. человек. Немецкие дальнобойные орудия
получили возможность обстреливать Париж. В апреле германские армии
провели успешное наступление во Фландрии, а в мае — севернее реки Уазы,
вновь выйдя к Марне[ 10, C. 304].

В весенних боях 1918 г. англо-французские войска несли гораздо большие
потери, чем их противник. Стратегическая инициатива вновь перешла к
Германии. Однако летом ситуация стала меняться. На фронт прибывали
американские части — до 250 тысяч человек в месяц. В июне сорвалось
наступление Австро-Венгрии против Италии. В такой ситуации германское
командование решило предпринять последнюю попытку нанести Антанте
решающее поражение и вынудить ее к миру. «Сражение за мир», широко
разрекламированное официальной немецкой пропагандой, началось 15 июля
1918 г. на Марне. В преддверии наступления германскому командованию уже
не удалось обеспечить ни численного перевеса, ни тактической внезапности
операции. Измотав противника в ожесточенных боях, войска Антанты сами
перешли в контрнаступление. Германская армия начала откатываться на
прежние оборонительные позиции. Ее моральный дух был подорван.

В сентябре — октябре 1918г. развернулось общее наступление войск Антанты
на протяжении всего фронта — от Северного моря до Италии. Французский
главнокомандующий маршал Фош настоял на тактике «концентрического
наступления», когда все части союзников двигались «по сходящимся
направлениям», маневрируя и используя взаимодействие всех родов войск. В
этих боях уже самостоятельно могли действовать соединения американской
армии. Все большую роль в составе английской армии играли австралийские
и канадские части. В середине октября «линия Зигфрида» была прорвана.
Несмотря на то что продвижение войск Антанты было не столь значительным,
как это предполагалось, стратегическое поражение их противника стало
неизбежным. Германия стояла на краю пропасти, в стране нарастала
революционная ситуация. 29 сентября перемирие с Антантой заключила
Болгария, 30 октября – Турция. 3 ноября капитулировала Австро-Венгрия.
Германское правительство обратилось к президенту США В. Вильсону с
предложением о приостановке военных действий. 11 ноября текст перемирия
был подписан представителями германского командования и Антанты в
Компьенском лесу под Парижем в вагончике маршала Фоша. Первая мировая
война завершилась[3, C. 248].

Первая мировая война принесла с собой неисчислимые бедствия: только
людские потери исчислялись более чем 10 млн. убитых и свыше 20 млн.
раненых и искалеченных. За время войны в странах германского блока было
мобилизовано свыше 25 млн. человек, а в странах Антанты — свыше 48 млн.
человек [14, C. 271]. Для военных нужд использовались все материальные
ресурсы воюющих держав. Невиданные расходы превратили в должников даже
Францию и Великобританию. Одержав столь дорогую победу, страны Антанты
приступили к определению судеб послевоенного мира.

В январе 1919 г. открылась Парижская (Версальская) мирная конференция
для выработки мирных договоров с Германией и другими побежденными
государствами. На конференции, в которой участвовали 27 государств, тон
задавала так называемая «большая тройка» — премьер-министр Франции Ж.
Клемансо, избранный председателем конференции, премьер-министр
Великобритании Д. Ллойд-Джордж, президент США В. Вильсон. Показательно,
что побежденные страны, как и Советская Россия, не были приглашены на
конференцию. Конференция подготовила и приняла серию договоров и
соглашений с побежденными странами, которые в совокупности сформировали
послевоенный мировой порядок.

Центральное место в решениях Парижской конференции занял Версальский
мирный договор с Германией, подписанный в Зеркальном зале Версальского
дворца 28 июня 1919 г., т.е. в годовщину убийства в Сараево. Согласно
статье 231 договора на Германию возлагалась вся ответственность за
развязывание первой мировой войны. Поэтому большая часть условий
договора носила характер «наказания агрессора» или была призвана за его
счет компенсировать потери победителей. Германия обязывалась провести
демилитаризацию Рейнской зоны, а левый берег Рейна занимали
оккупационные войска Антанты. Область Эльзас—Лотарингия возвращалась под
французский суверенитет. Германия уступала Франции также угольные копи
Саарского бассейна, который на 15 лет переходил под управление Лиги
наций. По истечении этого срока вопрос о будущем этой области
предусматривалось решить путем плебисцита среди ее населения. Были
закреплены статус нейтралитета Бельгии, а также переход к ней округов
Эйпен, Мальмеди и Морене, полная независимость Люксембурга, который
отныне выходил из состава Германского таможенного союза. На территории
Шлезвиг-Гольштейна должен был быть организован плебисцит о дальнейшей
судьбе этой территории[31, C. 186].

Германия обязывалась также уважать независимость Австрии в границах,
которые были установлены Сен-Жерменским мирным договором 1919 г., — тем
самым создавалось препятствие для возможного объединения двух
национальных немецких государств. Германия также признала независимость
Чехословакии, граница которой проходила по линии старой границы между
Австро-Венгрией и самой Германией. Признав полную независимость Польши,
Германия отказывалась в ее пользу от части Верхней Силезии и Померании,
а также от прав на город Данциг (Гданьск), включенный в таможенную
границу Польши. Таким образом, с отделением Восточной Пруссии территория
Германии оказалась рассечена на две части. Германия отказывалась от всех
прав на территорию Мемеля (нынешней Клайпеды), которая в 1923 г. была
передана Литве. Германия признавала «независимость всех территорий,
входивших в состав бывшей Российской империи к 1.УШ.1914», т. е. к
началу первой мировой войны. Она обязывалась также отменить Брестский
договор 1918 г. и другие договоры, заключенные с Советским
правительством[31, C. 189].

Германия лишалась всех своих колоний. Исходя из признания виновности
Германии в развязывании войны, в Версальский договор был включен ряд
положений, предусматривающих демилитаризацию Германии, в том числе
сокращение армии до 100 тыс. человек, запрет новейших видов вооружений и
их производства.

Глава II. Общественно-политические движения в странах Европы

как последствия Первой мировой войны.

II.1. Складывание революционной ситуации в Германии.

Веймарская республика.

Балканский кризис 1914 г. подтолкнул мир к глобальной войне. В условиях
нарастающей шовинистической истерии германское общество восприняло ее
начало как событие общенационального значения. Однако патриотическая
эйфория к завершающей стадии войны сменилась усталостью, раздражением и
озлоблением. Колоссальное напряжение всех ресурсов нации, необходимое
для ведения войны на два фронта против ведущих держав мира, вызвало
глубочайший экономический, социальный, психологический кризис. В годы
войны страна потеряла 2 млн. человек убитыми и 4 млн. ранеными. Более 1
млн. немцев оказалось в плену. Массовая мобилизация сократила количество
квалифицированных рабочих на немецких предприятиях до 25 %. В течение
всего периода войны суммарный объем промышленного производства неуклонно
снижался. Если в 1914 г. его уровень составил 83 % от довоенного, то в
1918 г. — лишь 57 %. Гигантские военные расходы истощили финансовую
систему. В стране начинался голод — в последний период войны по
продовольственным карточкам, введенным для городского населения, в день
полагалось на человека 116 г муки, 18 г мяса и 7 г жира. В деревнях
проводились жесткие реквизиции[14, C. 259].

Существенно изменилась и внутриполитическая ситуация. Партии,
составлявшие основу проправительственных коалиций в предвоенный период,
стремительно теряли влияние. В стране фактически устанавливается военная
диктатура. Уже с 1914 г. правительство обладало чрезвычайными
полномочиями относительно контроля над сырьем и топливом, а также в
распределении военных заказов. В 1916 г. вся полнота власти была
окончательно передана военному руководству. «Военное управление» во
главе с главнокомандующим фельдмаршалом Паулем Гинденбургом и
генерал-квартирмейстером Эрихом Людендорфом получило неограниченные
права в области экономического регулирования. Закон 1916 г. «О
вспомогательной службе Отечеству» вводил обязательную трудовую
повинность для мужчин от 16 до 60 лет, что предполагало право властей на
принудительную мобилизацию населения для осуществления любых видов
работы. Тотальная милитаризация трудовых ресурсов и государственного
управления принесла свои плоды — Германия невероятно долго выдерживала
противоборство фактически со всем миром. Однако моральная усталость
нации от войны становилась все более очевидной. Для предотвращения
внутриполитического кризиса в 1917 г. правительственные круги
предприняли попытку консолидации всех лояльных политических сил под
эгидой «партии Отечества». Однако сформировать сколько-нибудь
влиятельную организацию таким образом не удалось[5, C. 101].

В 1917—1918 гг. лишь оппозиционные рабочие партии сохраняли значительную
активность. Не выступая с антивоенной пропагандой, социал-демократы тем
не менее отказались от политического сотрудничества с
военно-монархическим режимом. СДПГ, возглавляемая Ф. Эбергом и Ф.
Шейдеманом, ратовала за созыв Учредительного собрания и демократическое
реформирование государственно-правового механизма. На революционных
позициях стояла Независимая Социал-Демократическая партия Германии,
образованная вышедшей в 1917 г. из состава СДПГ группой Г. Гаазе и В.
Дитмана. НСДПГ призывала германский пролетариат к социалистической
революции, которая должна будет покончить с монархией и стать прологом к
широким социальным преобразованиям. Однако лидеры НСДПГ, за исключением
автономной группы «Спартак» большевистского типа под руководством К.
Либкнехта и Р. Люксембург, под революцией понимали скорее
последовательную демократизацию государственного строя Германии, нежели
насильственное навязывание какого-либо общественного строя.

Провал последнего наступления германской армии 1918—1919 гг. на западном
фронте летом 1918 г. стал толчком к формированию революционной ситуации
в стране. Понимая бесперспективность дальнейшего сопротивления,
командование армии обратилось 4 октября 1918 г. к американскому
президенту В. Вильсону с предложением о перемирии. 5 октября кайзер
Вильгельм II принял отставку Людендорфа и по рекомендации того же
Людендорфа предложил сформировать коалиционное правительство с участием
социал-демократов своему племяннику принцу Максу Баденскому. Эти меры
должны были отсрочить революционный взрыв и обеспечить более выгодный
имидж Германии на предстоявших мирных переговорах. В тот же день было
объявлено о реформе политической системы в духе парламентаризации, в том
числе признании ответственности правительства перед Рейхстагом,
ограничении прав исполнительной власти в назначении высших
государственных и военных должностных лиц, принятии ряда социальных мер.
Вскоре выяснилось, что новый канцлер рассматривает в качестве меры,
необходимой для обеспечения позитивного отношения стран-победителей к
Германии, и отречение от престола самого кайзера. 29 октября группа
высших генералов почти насильно вывезла императора в Спа, где
располагалась ставка главнокомандования.

На фоне углубляющегося правительственного кризиса в начале ноября 1918
г. в Германии начинаются революционные события. Историки считают, что
революция в Германии началась 3 ноября 1918 г. восстанием матросов в
Киле и к 9 ноября докатилась до Берлина. Повсеместно создавались советы.
Кайзер бежал из страны. Революционное правительство — Совет народных
уполномоченных (СНУ) во главе с социал-демократом Ф. Эбертом — объявило
Германию республикой. 11 ноября было подписано перемирие. 12 ноября
правительство опубликовало программу действий: отменялось осадное
положение военного времени, провозглашались свобода слова, собраний,
ассоциаций, объявлялась амнистия политическим заключенным, вводилось
всеобщее, равное избирательное право при прямом и тайном голосовании[30,
C. 217].

Правительство приступило к решению проблем трудоустройства и социального
обеспечения демобилизованных солдат, безработных, к регулированию
экономических и социальных проблем.

К середине декабря 1918 г. из социал-демократической партии Германии
вышли левые радикальные группы (в том числе группа «Спартак»),
выступавшие за социалистическую революцию. Их вдохновлял пример
Советской России.

Напротив, возглавлявшая правительство социал-демократическая партия
занимала умеренно-реформистскую позицию и считала первостепенным созыв
Учредительного собрания для выработки и принятия конституции.

Левые не согласились с таким курсом. Под руководством лидеров «Спартака»
К. Либкнехта и Р. Люксембург при участии групп радикалов Гамбурга и
других городов 30 декабря 1918 г. была создана коммунистическая партия
Германии. В ее программных документах содержались призывы к
социалистической революции. Мятежные настроения 5 января 1919 г.
вылились в Берлине в стихийные митинги.[6, C. 204]

В то же время правительство пыталось ограничить прямые революционные
действия народа, влияние леворадикальных политических сил. Переломным
для развития революции стал I Всегерманский съезд Советов, проходивший в
Берлине с 16 по 21 декабря. После острой дискуссии съезд принял решение
о поддержке выборов Учредительного собрания и передаче ему всех
полномочий по конституциированию нового государственного строя. Для
левых группировок оставался единственный способ предотвратить создание в
Германии буржуазно-демократической республики – дальнейшая эскалация
политического насилия.

30 декабря 1918г. состоялась конференция группы «Спартак» и движения
левых радикалов, на которой было провозглашено создание Коммунистической
партии Германии. Целями новой партии были консолидация революционных
сил, борьба за установление диктатуры пролетариата, полная ликвидация
буржуазной государственности. Коммунисты не приняли решение о
немедленной подготовке вооруженного восстания. Но, когда в начале января
1919 г. в Берлине начались стихийные выступления рабочих, КПГ поддержала
это движение. Поводом к январским событиям стало увольнение ряда
государственных чиновников – членов НСДПГ после выхода этой партии из
правительственной коалиции. На улицах Берлина начались митинги и
вооруженные столкновения с полицией. С помощью армии правительство уже к
12 января подавило эти выступления. Поражение восстания стало сигналом к
началу белого террора в стране. 15 января были убиты лидеры коммунистов
Либкнехт и Люксембург. На протяжении последующих месяцев шли
«арьергардные бои» левых сил. Они были значительны по своим масштабам,
но разрозненны. В январе была провозглашена Бременская советская
республика, в середине февраля вспыхнуло забастовочное движение в
Рейнско-Вестфальской области, в апреле провозглашена Баварская советская
республика. Все эти выступления подавлялись местными отрядами полиции,
военными частями, добровольческими формированиями ветеранов войны[6, C.
251].

Эскалация насилия придала завершающей стадии германской революции
трагический характер. И тем не менее главным ее итогом стала ликвидация
германской монархии, начало демократических преобразований в
политической и социальной сферах, ускорение выхода Германии из войны.
Особенностью германской революции был фактически мирный характер
трансформации государственного строя, начатый еще при последнем
имперском правительстве. В качестве ее лидера выступила СДПГ, не
являвшаяся собственно революционной партией и сумевшая перевести
революционный процесс в русло правовых преобразований. Главный парадокс
германской революции состоял в том, что ее основным лейтмотивом была
борьба между левыми и крайне левыми партиями при пассивности остальных
политических сил.

19 января 1919 г., когда в Берлине только завершилось подавление
вооруженного восстания, состоялись выборы в Учредительное собрание. Их
результаты выявили существенную перестройку партийно-политического
спектра Германии. Левые партии СДПГ и НСДПГ получили соответственно 163
и 22 мандата. Жесткие политические противоречия, возникшие между ними на
фоне событий декабря—января в Берлине, не позволили им образовать единый
блок. Более того, СДПГ выступила за образование устойчивого
парламентского большинства, ориентированного на последовательную
демократизацию государственного устройства Германии и преодоление любого
революционного экстремизма. Потенциальными союзниками СДПГ
рассматривались Немецкая демократическая партия и партия Центра. НДП (75
мест в Учредительном собрании), руководимая Фридрихом Науманом и
Вальтером Ратенау, образовалась на основе левого крыла довоенного
национал-либерального движения и Прогрессивной народной партии. Она
выдвигала программу последовательных социально-экономических
преобразований, коренной перестройки конституционного механизма на
основе либеральных принципов. Партия Центра (73 места) практически не
изменила довоенной идеологической ориентации, но находилась в состоянии
острой внутрифракционной борьбы. Состав партии в 1918 г. покинула
влиятельная группа во главе с М. Шпанном и Э. Штадлером, образовавшая
«Объединение за национальную и социальную солидарность». Спустя год на
его основе было создано «Объединение за свободную от партий политику».
Солидаристы не принимали участия в парламентской борьбе, но сумели
увлечь за собой немалую часть активного католического электората. В 1919
г. от Центра откололась и еще одна значительная группировка, выступавшая
против сохранения в партийной программе федералистского принципа. На ее
основе была сформирована Баварская народная партия, ратовавшая за
автономию Баварии. На выборах в Учредительное собрание ей удалось
получить 18 депутатских мандатов[6, C. 263].

Правое крыло Учредительного собрания образовывали Немецкая народная
партия и Немецкая национальная народная партия, обладавшие каждая 44
депутатскими мандатами. ННП под руководством Густава Штреземана являлась
право-республиканской партией, в которую влилось большинство
национал-либералов. Ее программа опиралась на идею «сильного
национального государства» и отказ от форсированных политических и
экономических реформ либерального толка. ННП активно поддерживалась
протестантскими кругами. НННП Альфреда Хугенберга включила в себя самые
разнообразные группировки консервативного толка, объединенные
националистическими идеями и почти нескрываемой неприязнью к
республиканскому строю[6, C. 267]. Скромные позиции националистических
сил в Учредительном собрании не отражали их истинного влияния в стране.
По мере эскалации насилия в последние месяцы революции, возвращения к
мирной жизни тысяч демобилизованных солдат, ухудшения международного
положения Германии демократические силы утрачивали позиции. Впрочем,
пока участие в прямых, всеобщих, тайных выборах 83 % избирателей не
позволяло ставить под сомнение легитимность Учредительного собрания [6,
C. 268].

31 июля 1919 г. была принята новая конституция Германии (получившая
название Веймарской — по месту работы Учредительного собрания). Ее
основополагающими принципами провозглашались народный суверенитет,
народное единство, свобода, социальная справедливость. Конституция не
ликвидировала Германскую империю, но закрепляла
президентско-парламентский республиканский строй и федеративное
устройство. Бывшие «союзные государства» преобразовывались в земли со
своими представительными органами — ландтагами — и равным правовым
статусом. Веймарская конституция провозглашала приоритет имперского
права над земельным, значительно ограничивая прерогативы земель в
области законодательства и финансовой сферы. Верхняя палата парламента —
Рейхсрат (Имперский совет) — обладала лишь правом отлагательного вето, а
также участия в организации референдумов и конституционных изменений. В
ее состав входили представители земельных ландтагов в зависимости от
численности населения земель. Нижняя палата парламента — Рейхстаг —
обладала наибольшими полномочиями в системе власти, в том числе
контролируя законодательный процесс. Рейхстаг избирался на 4 года в ходе
прямых, всеобщих, тайных выборов с 20-летним возрастным цензом.
Противовес значительным полномочиям, Рейхстага составили прерогативы
президента, также избираемого всенародно и на достаточно длительный срок
— 7 лет. Президент рассматривался как внепартийный арбитр, гарант
стабильности республиканского строя и единства империи. Президент
обладал правом назначения и увольнения главы правительства —
рейхсканцлера (который не обязательно представлял наибольшую фракцию
парламента, но нуждался в одобрительном вето Рейхстага), по предложению
канцлера — имперских министров, а также всех высших должностных лиц
империи. Президент являлся главнокомандующим, представителем империи в
международных делах, имел право на введение чрезвычайного положения.
Предоставляя главе государства столь широкие полномочия, авторы
Конституции полагали, что всенародный характер выборов президента
является достаточной гарантией против угрозы личной диктатуры[6, C.
275].

Помимо государственного устройства, Веймарская конституция подробно
регламентировала многие вопросы, связанные с правами и свободами
личности, общественной жизнью, социально-экономической сферой.
Провозглашалось равенство всех перед законом, равенство мужчин и женщин,
равенство «инакоязычных частей населения империи», неприкосновенность
личности и жилища, тайна переписки, свобода слова и передвижения,
свобода образования союзов и обществ, свобода совести. Церковь как
общественная корпорация отделялась от государства. Конституция вводила
всеобщее обязательное школьное обучение, возлагала на государство
обязанность поддерживать предпринимателей, средние слои и рабочих, а
также ответственность за осуществление социализации средств производства
на компенсационной основе в интересах нации. Многие статьи по частным
вопросам также опирались на идеи социальной зависимости и социальной
ответственности граждан в отношениях между собой и с государством. Таким
образом, Веймарская конституция стала первой конституцией нового типа,
преодолевающей традиции классической либеральной конституционной модели.
Учитывая традиции либерального конституционализма (прежде всего,
американского) в организации властной структуры общества, авторы
Веймарской конституции попытались создать демократический вариант
государства с ярко выраженной социальной ориентацией. Этот опыт оказал
огромное влияние на развитие мирового конституционного процесса в XX в.,
однако имел существенные недостатки с точки зрения специфики
послевоенного немецкого общества. Веймарская конституция предполагала
наличие развитого гражданского общества, устойчивой консенсусной
политической культуры, всеобщего признания демократических ценностей. В
условиях же колоссального комплекса противоречий, отражающего
особенности развития Германии на рубеже XIX — XX вв., самая
демократическая и совершенная конституция своего времени оказалась
мертворожденной.

II.2. Общественно-политические процессы в Италии.

«Красное двухлетие».

Государственное устройство Италии в начале XX в. представляло собой
монархию во главе с Савойской династией. После убийства анархистами в
1900 г. короля Умберто на престол вступил Виктор Эммануил III
(1900—1946). Итальянская монархия была организована по образцу других
европейских буржуазных государств. Однако конституционно-правовая,
административная и военная структуры государственного аппарата Италии
базировались на более отсталом, а следовательно, более слабом
южноевропейском варианте социально-экономического развития. В начале
века итальянская буржуазия не располагала какой-либо крупной, хорошо
организованной политической партией, способной добиться парламентского
большинства. Интересы различных слоев крупной, средней и мелкой
буржуазии выражали политические группировки либералов, радикалов,
республиканцев, демократов и др. Пестрая мозаика их комбинаций в
парламенте не обеспечивала ни одной из них необходимого политического
авторитета. Массовой партией оставалась Итальянская социалистическая
партия, созданная в 1892 г. Кроме того, в Италии существовало три
общенациональных профцентра: возникшая в 1906 г. Всеобщая конфедерация
труда (ВКТ), занимавшая ведущие позиции и находившаяся под влиянием
социалистов; Конфедерация католических профсоюзов и организованное в
1913 г. Анархо-синдикалистское объединение[1, C. 53].

Для политической культуры Италии характерно устойчивое влияние
конфессиональной традиции. В конце XIX в. именно под воздействием
конфессионализма произошло разделение на светскую и католическую части
общества, Церковь выступала против объединения страны, отчуждала часть
населения от государства, способствовала распространению «клиентелизма».
Начало XX в. принесло некоторые перемены: в 1905 г. Ватикан снял запрет
на участие католиков в политической жизни, им было разрешено голосовать
на выборах, причем, как правило, против «безбожных» социалистов.

Размах забастовочного движения начала века подтолкнул правящие круги
Италии к необходимости использовать в социальной политике, помимо
насилия, иную тактику. Политической фигурой, внедрившей либеральные
методы в политическую практику, стал Джованни Джолитти. Лидер
Либеральной партии Джолитти (1842—1928) стал видным государственным
деятелем Италии, занимал ответственные посты в различных правительствах
и 5 раз становился премьер-министром[1, C. 61]. В 1902 г. по его
инициативе были приняты законы, составившие базу социального
законодательства: об ограничении рабочего дня для детей и женщин, о
воскресном выходном дне, об обязательном страховании производственного
травматизма, признавалось право рабочих и служащих на забастовки и
организацию профсоюзов. Для решения трудовых конфликтов создавались
третейские суды, для сокращения безработицы использовались общественные
работы, поощрялось и субсидировалось кооперативное движение. Из
представителей профсоюзов, предпринимателей и правительства был
сформирован Национальный совет труда. Для укрепления контроля над
рабочим движением Джолитти даже предлагал лидерам социалистической
партии войти в правительство.

На исходе первого десятилетия XX века «эра либерализма» Джолитти начала
клониться к закату: экономические трудности и социальная борьба плохо
поддавались либеральному лечению. Было решено прибегнуть к более
эффективному средству — «сильной и смелой» внешней политике. В 1910—1911
гг. активизировалось националистическое движение, которое
пропагандировало войну как средство «возрождения» нации и призывало к
захватам территорий Северной Африки, Балкан и Малой Азии. В Северной
Африке Италию давно привлекали Тригюлитания и Киренаика – области в
Ливии, входившие в Османскую империю, обладание которыми усилило бы
позиции Италии в Средиземноморье. Римский банк, связанный с Ватиканом и
имевший интересы в Триполитании, стал одним из спонсоров ее захвата.
Правительство Джолитти в сентябре 1911г. объявило войну Турции,
преследуя цель захватить Ливию. Через год был заключен мир, в результате
которого Ливия стала итальянской колонией. Ливийская война вызвала как
эйфорию национализма, так и акции протеста, но, главное, она ухудшила
экономическую и социально-политическую ситуацию в стране, а вскоре
Италии пришлось решать вопрос об отношении к мировой войне.

Взаимоотношения Германии, Австро-Венгрии и Италии в Тройственном союзе
не всегда были дружественными, особенно отношения между Италией и
Австро-Венгрией, интересы которых сталкивались в западной части Балкан и
на Адриатике. Италия стремилась установить контроль над Черногорией и
особенно над Албанией, над Отрантским проливом как выходом из
Адриатического моря в Средиземноморье. Еще в 1909 г. в итальянском
городке Ракконид-жи русский император Николай II и итальянский король
Виктор Эммануил III договорились о совместном противодействии
австрийской экспансии на Балканах. Русско-итальянское секретное
соглашение в Раккониджи стало одним из оснований возможности отхода
Италии от Тройственного союза [25, C. 116].

С началом первой мировой войны между двумя воевавшими блоками
развернулась борьба за привлечение на свою сторону Италии. 3 августа
1914 г. правительство Италии объявило о нейтралитете в войне и начало
секретные переговоры как с участниками Тройственного союза, так и с
державами Антанты. Главной целью Италии на переговорах было выяснение, у
какой стороны больше шансов на победу и с кого можно получить наиболее
ценные территориальные приобретения. Италия претендовала на австрийские
владения Трентино (часть Тироля), Истрию с портом Триест, Далмацию, а
также на Албанию и часть провинций Османской империи. Понятно, что такие
уступки ей могла сделать только Антанта. Пока шли переговоры, Италия
захватила осенью 1914 г. остров Сасено в Адриатическом море и
оккупировала албанский порт Валона. Учитывая уязвимость Италии со
стороны англофранцузского военно-морского флота и ее экономическую
зависимость от стран Антанты, итальянское правительство, получив
английский заем в 50 млн ф. ст. и преодолев сопротивление собственных
«нейтралистов», в мае 1915 г. расторгло договор о Тройственном союзе,
объявило войну Австро-Венгрии и разорвало дипломатические отношения с
Германией. В августе 1916 г. Италия объявила войну Германии[25, C. 89].

Война стимулировала экономическое развитие, вызвав значительный рост
тяжелой промышленности (машиностроения и металлургии), химической и
энергетической отраслей. Процесс концентрации промышленности ускорил
рост монополий и сращивание их с государством. Однако по окончании войны
ожидаемых территориальных приращений Италия не получила, ее попытки
захватить порт Фиуме, Албанию, юго-западную часть Анатолии и участие в
интервенции против Советской России закончились неудачей. «Искалеченная
победа» сделала Италию «побежденной среди победителей», к ней перешли
лишь западная часть Истрии с портом Триест, южный Тироль, Пула и
Гориция.

Война принесла Италии свыше 600 тыс. убитых, более миллиона раненых и
калек, огромный внешний долг, опустошенные провинции, разгул спекуляции
и злоупотреблений, разочарования и жажду перемен. Общие военные убытки
страны составили 1/3 ее национального богатства. Рост налогов и инфляция
(денежное обращение в 1920 г. увеличилось по сравнению с 1918 г. в 8
раз), дороговизна и падение реальной зарплаты на 40—50 %, рост
безработицы привели к резкому снижению жизни итальянцев[1, C. 103]. До
войны Италия экспортировала продовольствие, а после войны должна была
закупать его за границей. Лишенная стабильных внешних рынков сбыта и без
достаточно емкого внутреннего рынка, вынужденная свернуть военное
производство, страна оказалась на пороге экономического кризиса 1920 г.
Тяготы послевоенного времени остро испытывали рабочие, крестьяне и
арендаторы, мелкие торговцы и предприниматели, чиновники и служащие,
демобилизованные солдаты и офицеры. В таких условиях в 1919—1920 гг.
Италию охватил революционный подъем, который называют «красным
двухлетием». Он выразился в мощном забастовочном движении пролетариата,
в массовом крестьянском движении и в кризисе итальянского либерального
государства.

В «красное двухлетие» Италию потрясали непрекращавшиеся забастовки.
Участились продовольственные волнения с захватом магазинов, в некоторых
городах профсоюзы стали распределять среди рабочих по низким ценам
конфискованные продукты. В стачечном движении, охватившем свыше 2 млн
чел., рабочие требовали 8-часового рабочего дня, повышения зарплаты,
введения индексации зарплаты и заключения коллективных договоров.
Звучали и политические требования — прекратить интервенцию в Советскую
Россию. Забастовки сопровождались массовым вступлением рабочих в
профсоюзы, численность ВКТ достигла в 1919 г. 2,1 млн человек [16, C.
203].

Самым крупным выступлением «красного двухлетия» стало движение
итальянского пролетариата за захват фабрик и заводов в «промышленном
треугольнике» (Милан, Турин, Генуя). В сентябре 1920 г. рабочие
металлургического завода Ромео в Милане в знак протеста против локаута
заняли завод, их примеру последовали рабочие предприятий других городов.
В течение почти трех недель рабочие охраняли заводы, наладив на них
работу, выдачу зарплаты и продовольствия. На захваченных предприятиях
создавались фабрично-заводские советы, а в Милане, Генуе, Болонье,
Флоренции рабочие овладели муниципалитетами. Размах рабочего движения
вызвал растерянность правительства, предприниматели не решались
использовать военную силу для возвращения своих предприятий.
Правительство пообещало рабочим, что повысит зарплату и разрешит рабочий
контроль на предприятиях. Профлидеры ВКТ убеждали рабочих в том, что
обещания правительства солидны и надежны, и добились возвращения фабрик
и заводов их владельцам, а те, естественно, отказались от своих
обещаний. Руководство Итальянской социалистической партии (ИСП), т. е.
Партии рабочего класса, призванной защищать интересы рабочих, заняло
соглашательскую позицию. Постигшая рабочее движение неудача имела важные
последствия, а именно: утрату доверия как к правительству, так и к
лидерам Социалистической партии и профсоюзов. Несколько месяцев спустя,
в январе 1921 г., была создана Итальянская коммунистическая партия.

Вслед за городскими рабочими на борьбу поднялись крестьяне, арендаторы,
батраки. Они требовали земли, снижения арендной платы, 8-часового
рабочего дня и более высокой зарплаты. Весной 1919 г. распространилось
стихийное движение за захват помещичьих земель, оно достигло такого
размаха, что правительство вынуждено было сделать уступки и в 1919—1920
гг. принять законы, улучшающие положение сельского населения, в том
числе в ряде случаев разрешалась передача в руки крестьян захваченных
ими земель[19, C. 84].

Волнения в армии и на флоте демонстрировали стремление бывших
фронтовиков, особенно фронтовой молодежи, к переменам. Они не скрывали
своей обиды на предательство союзников, «обделивших» Италию после первой
мировой войны, и с энтузиазмом подхватывали националистические лозунги
фашистов о необходимости внешних захватов и «национальном величии».

Особое место в политической истории Италии первой четверти XX в.
занимает кризис буржуазно-либерального государства. После окончания
первой мировой войны государственная и политическая системы Италии
оказались в состоянии кризиса. С 1918 по 1920 г. у власти сменилось 5
правительств, вынужденных к тому же пойти на частичные уступки
трудящимся. В 1919 г. были приняты законы о 8-часовом рабочем дне, ценах
на продовольствие, крестьянской аренде, новый избирательный закон о
пропорциональной системе представительства в парламенте.
Буржуазно-либеральное государство было практически не способно
справиться с серьезными трудностями первых послевоенных лет и
стабилизировать внутриполитическую ситуацию. Буржуазные круги нуждались
в новой сильной партии, связанной с массами. В марте 1919 г. по
инициативе католических кругов и на базе массового католического
движения была создана Народная партия (пополари, от итальянского
«ророlо» — «народ»). По сути это была буржуазная партия, опиравшаяся на
широкие массы крестьянства, мелкой буржуазии города и отчасти на
пролетариат и использовавшая традиционно глубокие религиозные чувства
итальянцев. Программа Народной партии содержала требования, близкие
интересам ее рядовых членов. Под своим контролем пополари организовали и
крупный общенациональный профцентр — Итальянскую конфедерацию
трудящихся[19, C. 102].

В ноябре 1919 г. состоялись парламентские выборы, полностью отразившие
сдвиги в расстановке политических сил послевоенной Италии. На первом
месте по числу поданных голосов оказалась Итальянская социалистическая
партия, на втором — Народная партия. Буржуазные группировки получили
менее половины парламентских мест. Чтобы не допустить «опасного» союза
двух крупнейших партий — Социалистической и Народной, депутаты других
буржуазных партий блокировались с пополари, отколов их от социалистов. У
власти, таким образом, остался блок буржуазных партий. Как любой
многоликий блок, он не мог быть прочным и, следовательно, стабильности
государству не добавлял.

Таким образом, после первой мировой войны в Италии сложился комплекс
конкретно-исторических условий, в которых возник фашизм. Главными
составляющими этого комплекса стали: слабость итальянского государства в
проведении им внутренней и внешней политики; последствия «искалеченной
победы»; активное массовое движение трудящихся в 1919—1920 гг.; рост
левых партий; крушение идеалов и стереотипов довоенного времени в
массовой психологии итальянцев.

II.3. Череда революций. Распад Австро-Венгерской империи.

Революционные процессы в многонациональной Австро-Венгрии привели к
распаду дуалистической монархии. В результате революций в Австрии и
Венгрии соответственно 12 и 16 ноября 1918 г. были свергнуты
монархические правительства и провозглашены республики.

Австрийская революция имела много общего с германской. Свержение
монархии произошло без вооруженной борьбы.

В течение первых месяцев 1919 г. в Австрии были окончательно
ликвидированы имперские государственные институты, введено всеобщее
избирательное право и основные демократические свободы. Правительство
Реннера предприняло радикальные шаги по сокращению безработицы.
Предпринимателям было запрещено увольнять рабочих без санкции
промышленных окружных комиссий. Хозяева предприятий с численностью
рабочих более 15 человек обязывались увеличить штат на 1/5. Все
демобилизованные государственные служащие возвращались на прежние места
работы. Одновременно правительство провело реформу рабочего
законодательства. Отменялись рабочие книжки, штрафы за разрыв договора,
ночные работы для женщин и детей. По закону от 30 июля 1919 г. впервые
вводился ежегодный оплачиваемый отпуск. Уже в декабре 1919 г. был введен
всеобщий 8-часовой рабочий день. В составе правительства под
руководством О. Бауэра была образована комиссия по социализации. Вопреки
опасениям предпринимателей, социал-демократы не ставили своей целью
проведение широкой национализации. Сам Бауэр неизменно подчеркивал, что
социализация не может быть осуществлена в ходе насильственной
экспроприации и создания бюрократического управления промышленностью.
Речь шла о поэтапном реформировании системы самоуправления
предприятиями. По закону о фабзавкомах 15 мая 1919 г. на промышленных
предприятиях значительно расширялись функции органов рабочего контроля.
Закон о социализации от 29 июля 1919 г. создавал правовую основу для
соучастия в системе отраслевого управления предпринимателей, рабочих и
потребительских союзов, представителей государства [20, C. 113].

Перейти к более глубоким общественным преобразованиям правительство не
считало возможным. В экономике царил полный хаос. Инфляция сводила на
нет любые попытки наладить производство. Крестьянская масса с
настороженностью воспринимала революционные события, и вскоре Вена
оказалась в настоящей блокаде, отрезанная от рынка сельскохозяйственных
продуктов. Среди рабочих и солдат были сильны революционные настроения,
склонность к насильственным переменам. В казармах Народной армии,
созданной в первые дни революции, и в Советах солдатских и рабочих
депутатов усиливалось влияние коммунистов. Важным фактором
внутриполитической жизни стало развитие движения за советы в соседних
Баварии и Венгрии. В такой ситуации австрийские социал-демократы
рассматривали своей основной задачей не закрепление собственной власти
любыми средствами, а предотвращение перехода революции в фазу обострения
классовой борьбы, вооруженного экстремизма, «чрезвычайной» политики. По
их мнению, лишь экономическая стабилизация могла стать основой
дальнейшего развития социалистической революции.

Способствуя торжеству «политической революции» и начав преобразования в
духе «социальной революции», австромарксисты не сумели выполнить
ключевой пункт своей идеологической программы — осуществление
«национальной революции». Оторванная от экономического пространства
бывшей империи, перенесшая тяжесть.военного поражения Австрия не имела
шансов на самостоятельное восстановление финансовой и производственной
инфраструктур. Поэтому принципиальное значение австромарксисты придавали
идее аншлюса — воссоединения всех немецких земель в единое государство.
Показательно, что сама Австрийская республика была провозглашена именно
12 ноября 1919 г. — т. е. на следующий день после победы ноябрьской
революции в Германии — и тогда же была объявлена частью Германской
республики. Однако новое немецкое правительство предпочло не осложнять
проблемой аншлюса свои отношения со странами Антанты.
Немецко-австрийские переговоры по этому вопросу летом 1919 г.
завершились безрезультатно[17, C. 285].

Подписание 10 сентября 1919 г. странами-участницами Парижской мир-Ной
конференции Сен-Жерменского мирного договора по сути означало поражение
революционной стратегии австромарксизма. Запретив аншлюс, договор
оставлял Австрию один на один с ее экономическими проблемами, а также
отягощал ее выплатой репараций. Фактически признав невозможность
дальнейшего осуществления своей программы и принципиально не желая
вставать на путь политического насилия, руководство
социал-демократической партии пошло на соглашение с ХСП. Результатом его
стала ратификация Сен-Жерменского договора всеми фракциями австрийского
парламента и образование коалиционного правительства. Его вновь
возглавил Реннер, но состав кабинета и его политика отражали
качественное изменение ситуации. Правительство предприняло ряд шагов по
прекращению деятельности Советов рабочих и солдатских депутатов,
«профессионализации» армии (что означало, в первую очередь, ликвидацию
отрядов Красной гвардии и обеспечение политической лояльности военных
частей). Значительно сокращались государственные социальные программы. С
июля 1920 г. у власти находилось коалиционное правительство Майра, в
составе которого социал-демократы занимали уже совершенно незначительные
позиции. Новый кабинет сосредоточил свою деятельность вокруг подготовки
Конституции, которая была утверждена Учредительным собранием 1 октября
1920 г. В соответствии с Основным законом Австрия стала федеративным
государством с президентско-парламентским строем. Была закреплена
ликвидация сословных и религиозных привилегий, ввод основных
политических свобод, широкие прерогативы федеральных институтов власти,
многопартийная система [16, C. 258].

После принятия конституции влияние СДРПА начинает падать, и
социал-демократы окончательно переходят в оппозицию. Последний всплеск
активности австромарксизма был связан уже с попыткой создания
международной организации подобного толка. В декабре 1920 г. состоялась
первая конференция «революционных центристов» в Берне, а в феврале 1921
г. в Вене был образован так называемый Венский Интернационал —
«Международное Рабочее Объединение социалистических партий». Австрийские
социал-демократы играли в нем ключевую роль. Однако по мере спада
революционного подъема в Центральной Европе все более обнаруживался
идеологический дрейф центристского движения к социал-реформизму,
завершившийся образованием в 1923 г. Социалистического интернационала на
платформе демократического социализма [20, C. 272].

Выборы в Учредительное собрание состоялись тоже в феврале 1919 г. В 1920
г. конституция закрепила в стране республиканский строй и
демократические права граждан. Правительство при участии
социал-демократов приняло законы о ликвидации дворянских титулов и
привилегий, конфискации имущества императорской семьи, целый ряд
социальных законов, превращающих Австрию в передовое государство в
области социального законодательства.

Венгерская революция тоже началась с ликвидации монархического
правительства и провозглашения республики. Однако правительство,
возглавляемое графом Каройи, с проведением реформ не спешило. Тем
временем в страну вторглись румынские и чехословацкие интервенты,
претендовавшие на часть венгерских территорий. Новое правительство
образовали социал-демократы и коммунисты. Среди них было несколько
десятков тысяч солдат, вернувшихся из плена в России. Под их влиянием 21
марта 1919 г. Венгрия была провозглашена Венгерской советской
республикой, а ее правительство стало называться, как и в России, Совет
народных комиссаров. Сочетание национальных задач (защита отечества от
интервентов) и социальной программы, направленной на изменение
социально-экономического строя (национализация, рабочий контроль,
государственные хозяйства на земле и пр.), придавало венгерской
революции более радикальный характер, чем австрийской [18, C.42].

Среди факторов, определивших поражение революции, важнейшим была
интервенция соседних государств. В результате подавления Венгерской
советской республики в стране утвердилась авторитарная диктатура
адмирала М. Хорти. Он провозгласил восстановление монархии и объявил
себя регентом.

Очагами революционных и националистических движений стали не только Вена
и Будапешт, но также Прага и национальные окраины империи. Уже в конце
октября 1918 г. в Чехии и Словакии образовались Национальные комитеты в
качестве органов власти, которые достигли договоренности о создании
двунациональной Чехословацкой республики, которая включала также земли с
немецким и славянским населением[28, C. 46].

Антиавстрийские выступления в югославянских землях Австро-Венгрии также
начались осенью 1918 г. В это время итальянские войска продолжали
военные действия, пытаясь захватить часть территории на Адриатическом
побережье. Перед лицом такой угрозы Королевство Сербия и возникшее в эти
дни Государство словенцев, хорватов и сербов (ГСХС) приняли решение об
объединении в Королевство сербов, хорватов и словенцев. Позднее в него
вошла Черногория, и это пестрое по своему национальному и религиозному
составу государство приняло название Югославия.

Национальный состав Балканских государств оказался весьма пестрым, ибо
территориальное деление еще в рамках австро-венгерской монархии не
учитывало этнической принадлежности.

Заключение

В современный период по-прежнему остро стоит проблема снижения частоты
возникновения войн и военных конфликтов. Наряду с существованием
организованных и активно действующих антивоенных сил, дальнейшим
совершенствованием международного гуманитарного права, разветвлённой
системой договорно-согласительных процессов и процедур на глобальном и
региональном уровнях, основным элементом в предотвращении войн остаются
национальные силы сдерживания.

Война в отличие от других форм вооруженного насилия (военного конфликта,
вооруженного восстания и др.) порождается, прежде всего, глубинными
социально-политическими и социально-экономическими причинами; её
содержание соответствует военно-политическим и военно-стратегическим
целям, достигаемым средствами вооруженного насилия. Война ведёт к
качественному изменению состояния всех сфер обществ, жизни — социальной,
политической, экономической, духовной — так как происходит их
кардинальная перестройка па военный лад. Для осуществления этого
процесса создаётся военная организация государства. Главным орудием
ведения войны являются вооружённые силы и другие вооруженные
формирования, способные вести широкомасштабную вооружённую борьбу.

Изучение истории I мировой войны 1914-1918 г.г. даёт представление о
многообразии исторического процесса развития общества.

Развитие капитализма в 19 веке шло, как и прежде, неравномерно. В
конкурентной борьбе постоянно менялась расстановка сил. Сложные
экономические процессы, как правило, смешивались с политической жизнью.
Назревала мировая война.

Лишения периода войны выбили из привычной жизни десятки миллионов людей,
разорили и довели до нищеты и голода, прежде всего, жителей городов —
рабочих, служащих, торговцев, ремесленников и другие социальные группы
населения. Нелегким оказалось и положение тех солдат, которые уцелели на
войне и вернулись с фронта. В странах Европы образовались значительные
деклассированные и люмпенизированные слои населения.

Следствием войны и ее тягот явился распад империй. Он сопровождался
революциями, в результате которых возникла система новых государств в
Восточной Европе. На Ближнем Востоке произошел колониальный передел
наследия Османской империи.

Революции начались в России и побежденных странах — Германии, бывшей
Австро-Венгрии, Турции, в которых одной из причин массовых движений,
кроме тягот войны, стал комплекс нерешенных задач общественного
развития. Начало европейским революциям еще в ходе войны положили
Февральская и Октябрьская революции 1917 г. в России. Они оказали
огромное влияние на ситуацию в Европе и в мире.

Участие широких масс населения в социальных движениях в побежденных
странах предопределило демократический результат революций и распада
империй. В целом в европейских странах развитие систем всеобщего
избирательного права и демократических свобод, образование партий и
массовых организаций (профсоюзы, религиозные и другие организации)
определили более широкое, чем когда-либо в прошлом, вовлечение в
политическую и культурную жизнь и политическую борьбу громадных масс
населения. «Восстание масс» — так оценил испанский философ
Ортега-и-Гасет новые процессы в мире. Век масс и массовых движений —
важная особенность наступившей эпохи, эпохи массового общества [28,
c.4].

Участие широких масс населения в организованных политических и
социальных движениях было большим прогрессом. Расширение избирательного
права и создание массовых политических партий, профсоюзов и других
общественных организаций давало большие возможности влиять на политику
государства, добиваться удовлетворения своих требований. Именно массовая
поддержка социал-демократических и рабочих партий позволила им после
войны занять важное место в политической жизни многих стран.

Переход от войны к миру оказался болезненным и длительным процессом как
для стран победивших, так и побежденных. Война разорила многие страны и
обострила социальные проблемы, разрушила хозяйственные, политические
системы, существовавшие в Европе до войны.

Таким образом, в дипломной работе сделана попытка систематизировать
материалы различных исторических источников о характере Первой мировой
войны, ее основных этапах, о том, какие последствия имела эта
кровопролитная война, как повлияли ее результаты на развитие массовых
общественно-политических движений в отдельно взятых странах.

В заключении хотелось бы сказать, что каждая война по своей природе
является бессмысленной и бесчеловечной. Любые конфликты должны решаться
исключительно мирными средствами, нельзя, чтобы в угоду той или иной
личности, народа и даже расы проливалась кровь людей.

Литература

1. Авербух Р.А. Италия в первой и второй мировых войнах. — М., 1946.

2. Айрапетян М.Э., Кабанов П.Ф. Первая мировая война 1914—1918 гг. — М.,
1964.

3. Александров А.А. Новейшая история стран Европы и Америки. — М., 1986.
— Т. 1.

4. Бовыкин В.И. Из истории возникновения первой мировой войны. От
Портсмутского мира до Потсдамского соглашения. — М., 1972.

5. Бабанцев Н.Ф., Прокофьев В.П. Германская империя 1871— 1918гг. —
Красноярск, 1984.

6. Биск И.Я. История повседневной жизни в Веймарской республике. — М.,
1992.

7. Буханов В.А. Гитлеровский «новый порядок» в Европе и его крах. —
Екатеринбург, 1994.

8. Вержховский Д.В., Ляхов В.Ф. Первая мировая война. 1914—1918. — М.,
1964.

9. Вильсон X. Морские операции в мировой войне 1914—1918 гг. — Л., 1924.

10. Вильсон Х. История первой мировой войны 1914—1918. — М., 1975. —
Т.1—2.

11. Вильсон Х. Первая мировая война: дискуссионные проблемы истории. —
М., 1994. Первая мировая война. Пролог XX века. — М., 1998.

12. Гаджиев К.С. Геополитика. — М., 1998.

13. Галкин А.А. Германский фашизм. — М., 1989.

14. Герцштейн Р.Э. Итоги воины. Выводы побежденных. — М., 1999.

15. Гренвилл Дж. История XX века. — М., 1999.

16. История государства и права зарубежных стран /Под ред. О. А.
Жидкова. — М., 1998. – Т. 2.

17. История новейшего времени стран Европы и Америки. 1918—1945 / Под
ред. Е.Ф. Язькова. – М., 1989.

18. Котляревский С. А., Фелъдштейн М.С. Политическая карта Европы после
версальского мира. — М., 1922.

19. Комолова Н.П. Новейшая история Италии. — М., 1970.

20. Манхейм К. Кризис нашего времени. — М., 1994.

21. Мельянцев В.А. Восток и Запад во втором тысячелетии: экономика,
история и современность. — М., 1996.

22. Новая история стран Европы и Америки. Второй период / Под ред. И.М.
Кривогуза и Е.Е. Юровской. — М., 1998.

23. Новейшая история зарубежных стран: Европа и Америка, 1917—1945 / Под
ред. В.К. Фураева. – М., 1989.

24. Писарев Ю.А. Великие державы и Балканы накануне первой мировой
войны. – М., 1985.

25. Серова О.В. От Тройственного союза к Антанте. Итальянская внешняя
политика и дипломатия в конце XIX — начале XX в. — М., 1983.

26. Урланис Б.Ц. История военных потерь (XVII—XX вв.). — СПб., 1994.

27. Урланис Б.Ц. Европа в международных отношениях 1917—1939 гг. — М.,
1979.

28. Федотова В.Г. Модернизация другой Европы. — М., 1997.

29. Фей С. Происхождение мировой войны. — М., 1934. — Т. 1—2.

30. Хобсбаум Э. Век империи. 1875—1914. — Ростов-на-Дону, 1999.

31. Язьков Е. История стран Европы и Америки в новейшее время.
1918—1945. — М., 1998.

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат!
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2020