.

Пётр II Алексеевич Романов (Доклад)

Язык:
Формат: реферат
Тип документа: Word Doc
0 722
Скачать документ

Доклад по истории на тему:

“Пётр II Алексеевич Романов”

Доклад Наумова
Алексея

11 класс

шк. №600

Moscow, 2000.

ДЕТСТВО ЦАРЕВИЧА ПЕТРА АЛЕКСЕЕВИЧА

Пётр I желал воспитать достойного продолжателя великого дела
преобразования России и сначала связывал свои надежды с сыном Алексеем,
родившимся от первого брака царя с Евдокией Лопухиной. Однако царевич
охотнее проводил время с монахами или в доме родственников по
материнской линии – Лопухиных, которых его отец не любил за недру-
желюбное отношение к его реформам и пристрастие к сплетням. После
насильственного пострижения матери Алексея в монахини все старания Петра
дать сыну европейское обра- зование наталкивались на его упорное
сопротивление. Пётр настоял на своём и отправил сына в Дрезден учиться
геометрии и фортификации ( военно-инженерной науке о строи- тельстве
оборонительных сооружений и укреплений ). Германия произвела на царевича
гнетущее впечатление: он привык к деревянным теремам и неторопливому
течению мос- ковской жизни.

За границей по желанию отца состоялась свадьба Алексея Петровича с
принцессой Со- фией Шарлоттой Брауншвейг-Вольфенбюттельской. Строгая и
образованная жена раздра- жала его.“Вот навязали мне жену-чертовку. Как
к ней ни приду, всё сердится, не хочет со мной говорить”. Софии Шарлотте
действительно трудно было общаться с мужем, кото- рый не интересовался
ничем, кроме дворцовых пересудов и вздохов по “русской старине”. В конце
концов Алексей связался с дворовой девкой Ефросиньей Фёдоровой. Супруга
Алексея умерла вскоре после рождения в 1715 году сына Петра.

Словно издеваясь над желанием отца иметь европейски образованных
наследников, ца- ревич Алексей приставил к нелюбимому сыну двух
малограмотных, вечно пьяных “ма- мок” из Немецкой слободы, которые не
могли научить мальчика ничему полезному. Что- бы меньше возиться с
ребёнком, они постоянно давали ему вина, от которого тот засыпал.

После казни царевича Алексея, замешанного в заговоре, Пётр I обратил,
наконец, внима- ние на внука-сироту: он распорядился прогнать “мамок”, а
Меншикову приказал прислать внуку учителей. Однако светлейший князь, не
будучи большим любителем всякой “цифи-ри”, вероятно, не слишкомобременял
себя поисками. В доме Петрова внука поселился горький пьяница дьяк
Маврин, который должен был обучать великого князя русской сло- весности
и закону Божьему, а также венгр Зейкинд – преподаватель немецкого языка
и ла- тыни. Оба “педагога” с удовольствием жили на царских харчах,
уделяя занятиям лишь время между послеобеденным сном и ужином. По общему
убеждению, рассчитывать на престол мальчику не приходилось: у Петра были
ещё сыновья от второго брака с Екатери- ной Алексеевной, да и отпрыск
взбунтовавшегося против отца царевича по тогдашним по- верьям имел
“дурную кровь”. В лучшем случае великого князя ожидала женитьба на гер-
цогине одного из карликовых немецких государств.”Там всему сам
научится!”- рассужда- ли учителя.

Однажды державный дед приехал проверить успехи внука и пришёл в
неописуемый гнев – мальчик не мог правильно объясняться на родном языке,
а из иностранных языков владел только немецким, немного латынью и хорошо
знал татарские ругательства. Маври- на и Зейкида Пётр I избил тростью.
Позднее, вскоре после смерти державного деда, внук остался и вовсе без
учителей. Брошенный всеми, кроме кормилицы, Пётр Алексеевич большую
часть времени был предоставлен самому себе и то и дело убегал к своим
преж- ним нянькам или беспечно играл с детьми. О том, кто он такой, ему
напоминали лишь приезжавшая на Святки и Пасху добродушная жена деда
Екатерина Алексеевна да люби-мая старшая сестра Наталья Алексеевна,
умевшая приласкать сироту и дать ему добрый совет.

Во время болезни Петра I к мальчику зачастил юный вельможа князь Иван
Долгоруков, надолго увозивший его к себе домой, где собиралась сановная
столичная молодёжь. Быва- ла там и дочь Петра Елизавета, обожавшая
танцы. Вокруг отпрыска царской фамилии на- чала складываться придворная
партия, прочившая его в монархи. Петру Алексеевичу исподволь объясняли
его законные права на российский престол. А он с детской запальчи-
востью клялся сокрушить любимца своего деда – Меншикова, который
приобрёл в те го- ды почти безграничную власть. Блеск фамильного
серебра, изысканные манеры присут- ствующих, ослепительная красота
девушек ошеломляли его. В свою очаровательную и жизнерадостную тётку
Елизавету Петровну он беззаветно влюбился, будучи ещё мальчи- ком.

ПЁТР АЛЕКСЕЕВИЧ В ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ ЕКАТЕРИНЫ I

Начало правления Екатерины I в 1725 году мало что изменило в жизни
великого князя, только балов и выездов на охоту стало больше.

Из этого круговорота Петра Алексеевича вырвал Меншиков, объявивший
мальчику, что он должен готовиться к поприщу императора, преемника
постоянно недомогавшей импе- ратрицы Екатерины I. Рассчитывая выдать
свою дочь Марию замуж за наследника престо- ла, светлейший князь
готовился стать регентом при юном императоре вплоть до его совер-
шеннолетия.

ПАДЕНИЕ МЕНШИКОВА

6 мая 1727 года, после внезапной смерти Екатерины I, российский
престол освободился. Его занял Пётр Алексеевич, который вскоре издал два
высочайших манифеста, тщательно продуманных Меншиковым. Согласно
первому, с крепостных крестьян списывались все давние недоимки ( долги
), а отправленным за неуплату подушной подати на каторжные работы
даровалась свобода. По второму манифесту тайным недругам
председательство- вавшего в Верховном тайном совете Меншикова – князьям
Долгорукову и Трубецкому – были вручены фельдмаршальские жезлы, а
Бурхарду Миниху помимо звания фельдмар- шала даровался титул графа. Так
светлейший князь старался задобрить своих противни- ков. Одновременно
юный государь объявил, что возводит самого Меншикова в звание ге-
нералиссимуса и назначает его главнокомандующим всеми вооружёнными
силами Рос- сийской империи.

Вскоре после воцарения Петра II была шумно отпразднована его помолвка
с Марией Меншиковой, состоявшаяся 25 мая 1727 года. Согласно желанию
отца, она получила ти- тул Её Императорское Высочество и годовое
содержание в 34 тыс. рублей.

Пётр поселился в доме Меншикова. Воспитателем юноши был назначен
Андрей Ивано- вич Остерман, наставник строгий и взыскательный.
Занимались в основном древней исто- рией и много времени проводили в
увлекательных беседах о свершениях Петра Великого и его верных
соратников. Всё это поначалу вызывало живейший интерес у наследника
престола, и он с нетерпением ожидал очередных уроков.

Дворцовая жизнь быстро научила цесаревича лицемерию. Пётр называл
Меншикова “ба-тюшкой Александром Даниловичем”, с его дочерью Марией –
своей наречённой невес- той – был приветлив и ровен. Юный император
олицетворял собой саму любезность, рас- точая знаки внимания будущему
тестю и невесте. Внешне в их взаимоотношениях всё выглядело
благополучно. Но в душе Пётр ненавидел Марию, которая далеко не блистала
умом; в письмах он называл её “мраморной статуей”, “фарфоровой куклой”.

После помолвки дочери Меншиков заболел: у него обнаружились признаки
туберкулёза. Могучий организм справился с недугом, но за несколько
недель его отсутствия отношение юного монарха к Александру Даниловичу
резко изменилось. Были извлечены на свет сек- ретные протоколы допросов
царевича Алексея Петровича, подписанные членами Тайного суда Меншиковым,
Толстым и Ягужинским. Ознакомившись с ними, император был пот- рясён
циничным отношением судей к искренним, по его мнению, признаниям
покойного отца. Над Меншиковым стали сгущаться тучи.

Между тем чувство меры явно изменяло Александру Даниловичу: страх
потерять всё то, чего он достиг немалым трудом, заставлял его преступать
правила приличий. Он требовал от императора беспрекословного послушания.
Между ними произошло бурное объясне- ние, но Меншиков продолжал унижать
членов царствующего дома, демонстрируя своё могущество. Так, осенью 1727
года он устроил торжественное освящение часовни в своём поместье в
Ораниенбауме с последующим грандиозным банкетом, куда был приглашён весь
петербургский свет, кроме дочери Петра Великого.

Пётр Алексеевич переехал в Петергоф, а в сентебре 1727 года по его
приказу гвардии майор князь Салтыков заключил главу Верховного тайного
совета под домашний арест. Увидев караул у дверей, несгибаемый Меншиков
впервые в жизни упал в обморок. Он пи- сал императору, напоминая о своих
прежних заслугах перед отечеством, но ответа не по- лучил. Вскоре был
обнародован высочайший указ о лишении Меншикова всех чинов, дол-
жностей, орденов и ссылке вместе с семейством в Ранненбург,
расположенный в Рязан- ской губернии, с ограничением права переписки.

Венчавшись на царство 24 февраля 1728 года, Пётр II нанёс
заключительный удар Мен- шикову: он был отправлен на пожизненное
поселение под надзором в далёкий сибирский городок Берёзов.

Устранив могущественного противника, молодой император словно потерял
смысл жиз- ни. Если раньше на уроках Остермана он воображал себя Брутом,
готовившим убийство тирана Цезаря, который представлялся ему Меншиковым,
то теперь занятия совсем не волновали государя, а примеры из римской
жизни навевали скуку. Некоторое время хло- поты переезда в Москву
отвлекали императора от тягостных мыслей. Но вскоре даже охо- та стала
ему не в радость, хотя подобного размаха травли медведей подмосковные
леса не знали со времён Алексея Михайловича Тишайшего. Если Екатерина I
превратила русских дворян в участников огромного непрекращающегося бала,
то Петру II удалось сделать их главным занятием псовую охоту. Имея 360
собак, он иногда спал вместе с ними.

В довершение всего тяжело заболела любимая сестра Наталья. Пётр II не
находил себе места от одиночества, пока не сблизился с бойкой княжной
Екатериной Алексеевной Долгоруковой, готовой на всё, лишь бы император
надел ей на палец обручальное кольцо. С ней юный император проводил всё
свободное время, оставив государственные дела на Остермана. Её отец,
отставной дипломат, умел расположить к себе любого собеседника, всегда
находя нужный тон и тему беседы. При дворе уже открыто говорили о том,
что Долгоруковы “навели порчу” на императора.

ПЕЧАЛЬНЫЙ КОНЕЦ ЦАРСТВОВАНИЯ ПЕТРА II

В это время международное положение Российской империи осложнилось.
Швеция и Османская империя открыто демонстрировали свою готовность
объявить войну, а прежде непобедимый русский флот, на содержание
которого теперь не выделялось денег, гнил на берегах Невы. Даже
организация военных манёвров вблизи Москвы не привлекла внима- ния Петра
II – император просто не поехал в войска. Многое из созданного в
Петровскую эпоху ( и прежде всего вооружённые силы ) пришло в упадок,
расстроилось, было утраче- но при Петре II. Некоторые историки даже
склонны считать эти годы “боярским царст- вом”: всё меньше оставалось у
власти “птенцов гнезда Петрова”, всё большую власть при- обретала
богатейшая аристократия. Старомосковские бояре, которым Пётр I насильно
брил бороды и смирял гордость, ставя под начало безродных, но
талантливых людей, пе- реоделись в европейские камзолы, вошли в
Верховный тайный совет и вновь встали у кор- мила власти.

Постепенно Пётр II стал охладевать к княжне Екатерине и начал грубо
обращаться с ней даже в присутствии сановников. Как рассказывали,
поводом к этому послужили слухи о том, что девушка будто бы неверна ему.
Долгоруковы забили тревогу, и 30 ноября 1729 года в Лефортовском дворце
состоялось обручение Петра Алексеевича и Екатерины Дол- горуковой.
Император в толпе гостей увидел огромные, полные слёз глаза его прежней
возлюбленной – дочери Петра I Елизаветы, которой уже полгода
отказывалось в праве присутствовать на охотах и балах, а также получать
денежное содержание, достойное её высокого положения. Как бы то ни было,
когда Елизавета подошла поцеловать руку Дол- горуковой, император
непроизвольно оттолкнул свою наречённую от Елизаветы. В зале послышался
ропот. Это было плохой приметой и означало, что свадьбе не бывать. И всё
же Пётр II нашёл в себе силы с любезным видом огласить указ, по которому
все Долгору- ковы получали высшие должности при императоре, а свадьба
назначалась на 19 января 1730 года.

Подавленное состояние духа императора, которого мучила совесть за
судьбы Меншикова и Елизаветы, усугубилось после его тайной встречи с
Остерманом. Предчувствуя неиз- бежные перемены с возвышением хитрых,
деспотичных Долгоруковых, вице-канцлер при- ехал на Рождество в Москву,
надеясь отговорить Петра от бракосочетания. Говорил в ос- новном Андрей
Иванович, заглушая тихие рыдания присутствовавшей здесь же Елизаве- ты.
Император слушал, только иногда задавая вопросы о конкретных фактах
взяточниче- ства и казнокрадства новых родственников. Можно лишь гадать,
что он имел в виду, ска- зав на прощание Остерману: “Я скоро найду
средство порвать мои цепи”.

6 января 1730 года, несмотря на сильный мороз, император неожиданно
появился на па- раде московских полков и принимал его с фельдмаршалом
Минихом и Остерманом. Воз- вращался он в толпе придворных невесты,
следуя за её санями. Что замышлял угрюмый подросток, обманутый в лучших
чувствах опытными интриганами Долгоруковыми, почему не сел в карету
Екатерины – остаётся загадкой.

Дома у Петра начался жар. Врачи обнаружили у него чёрную оспу и стали
ждать кризи- са, рассчитывая, что молодой организм справится с болезнью.

Иван Долгоруков отважился пойти на крайнюю меру – подделать почерк
императора на завещании. В своё время он развлекал Петра копированием
его почерка. Для обоюдной за- бавы они отсылали во дворец “распоряжения
императора” с приказом прислать денег, и деньги привозили.
Сфабрикованная “последняя воля императора Петра II” предусматри- вала
передачу власти его невесте. Трудность заключалась в том, что подпись
должен был заверить духовник царя, а также доверенное лицо, которым
являлся Остерман. Андрей Иванович в течение всей болезни не отходил от
постели больного, не давая Долгоруко- вым ни единого шанса остаться
наедине с императором.

В час ночи 19 января Пётр II пришёл в себя и попросил: “Заложите
лошадей. Я поеду к сестре Наталии”. Это были его последние слова.
Императора не стало за несколько часов до свадьбы.

Стоявший у дверей Иван Долгоруков выхватил шпагу и закричал: “Да
здравствует импе-ратрица Екатерина Вторая Алексеевна!”, после чего был
немедленно арестован. Его сест- ра, прощаясь с покойным женихом, вдруг
вскочила с безумным взором и, подняв руку, на которой сверкал его
именной перстень, объявила: “Пётр Алексеевич только что нарёк меня
императрицей!”. Она была посажена под домашний арест, а позднее
отправлена в пожизненную ссылку. Вскоре она разделила судьбу первой
невесты юного императора Марии Меншиковой, упокоившись в сибирской
земле.

Сумасбродное и трагическое царствование внука Петра I завершилось.
После его смерти не осталось прямых потомков Романовых мужского пола.
Разбуженное великими рефор- мами российское дворянство без строгого
поводыря не могло найти никакого другого применения своим силам, кроме
борьбы за место у трона. Указ Петра Великого о порядке престолонаследия
открывал возможность представителям царствующего дома оспаривать друг у
друга корону Российской империи. Назревал новый дворцовый переворот.

Список литературы: Энциклопедия для детей, том 5 ( История России ),
часть вторая.

PAGE

PAGE 5

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2019