.

Политика самодержавия Александра III

Язык:
Формат: курсова
Тип документа: Word Doc
0 1656
Скачать документ

Содержание

Введение

1.Личность Александра III

2.Предпосылки контрреформ 80-90-х годов XIX века

3.Вдохновители реакционного курса

4.Контрреформы 80-90-х годов XIX века

4.1 Цензура и просвещение

4.2 Аграрно-крестьянский вопрос

4.3 Введение института земских начальников

4.4 Контрреформы в области местного управления и суда

4.5 Национальный вопрос

4.6 Финансово-экономическая политика

Заключение

Список литературы

Введение

2 марта 1881 г. на российский престол вступил Александр III (1845 –
1894), второй сын Александра II. Наследником престола он стал после
смерти в 1865 г. своего старшего брата Николая. В литературе сложилось
неверное мнение об Александре III как о человеке ограниченном и
малообразованном. В действительности он получил основательное
образование, хотя с детства его готовили к военной карьере. Главным
“воспитателем” наследника был генерал-адъютант В.А. Перовский, а общим
образованием его заведовал профессор Московского университета, видный
экономист А.И. Чивилев. В качестве преподавателей были привлечены
известные ученые. Академик Я.К. Грот пре подавал Александру историю,
географию, русский и немецкий языки; видный военный теоретик М.И.
Драгомиров – тактику и военную историю; С.М. Соловьев – русскую историю.
Особенно большое влияние на Александра оказал К.П. Победоносцев,
преподававший ему законоведение.

Будучи наследником престола Александр участвовал в заседаниях
Государственного совета и Комитета министров, был канцлером Гель
сингфорсского университета, атаманом казачьих войск, командующим
гвардейскими частями в Петербурге, участвовал в Русско-турецкой войне в
должности командующего Рущукским отрядом. Он интересовался музыкой,
изобразительным искусством и историей, был одним из инициаторов создания
Русского исторического общества и его председателем, занимался
собиранием коллекций предметов старины и реставрацией исторических
памятников. Уже тогда у него сложились консервативные политические
воззрения. В совещаниях последних лет царствования Александра II
наследник престола неизменно высказывался за неприкосновенность ничем не
ограниченного самодержавия и необходимость широких репрессивных мер
против революционеров.

Цареубийство 1 марта 1881 г. явилось сильнейшим потрясением для
Александра III. Опасаясь покушений со стороны революционеров, он первые
годы своего царствования провел в Гатчине под усиленной охраной войск и
полиции. Своей главной задачей он поставил подавление не только
революционного, но и либерально-оппозиционного движения. Во
внешнеполитических делах Александр III старался избегать военных
конфликтов, поэтому в официальной историографии его именовали
“царь-миротворец”.

1.Личность Александра III

Российский император с 1881. Второй сын Александра II. В 1-й пол. 80-х
гг. осуществил отмену подушной подати, понизил выкупные платежи. Со 2-й
пол. 80-х гг. провел “контрреформы”. Усилил роль полиции, местной и
центральной администрации. В царствование Александра III в основном
завершено присоединение к России Ср.Азии (1885), заключен
русско-французский союз (1891-93).

Александр 3 в 1890 году подписал указ по развитию города Лиепаи, так как
город имел большое военно-стратегическое значение для России.

Не будучи по рождению наследником престола, Александр Александрович
готовился главным образом к военной деятельности. Стал цесаревичем в
1865 после смерти старшего брата великого князя Николая Александровича,
с этого времени начал получать более обширное и фундаментальное
образование. Среди наставников Александра Александровича были С. М.
Соловьев(история), Я. К. Грот(история литературы), М. И.
Драгомиров(военное искусство). Наибольшее влияние на цесаревича оказал
преподаватель законоведения К. П. Победоносцев.

В 1866 Александр Александрович женился на невесте покойного брата,
датской принцессе Дагмаре (1847-1928; в православии — Мария Федоровна).
У супругов родились дети: Николай (впоследствии российский император
Николай II), Георгий, Ксения, Михаил, Ольга.

Александр Александрович состоял наказным атаманом всех казачьих войск,
занимал ряд военных должностей (до командующего войсками Петербургского
военного округа и Гвардейского корпуса). С 1868 — член Государственного
совета и Комитета министров. В русско-турецкой войне 1877-78 командовал
Рущукским отрядом в Болгарии. После войны участвовал вместе с
Победоносцевым в создании Добровольного флота — акционерной судоходной
компании, призванной содействовать внешнеэкономической политике
правительства.

Черты характера и образ жизни заметно выделяли Александра Александровича
из придворной среды. Александр III держался строгих правил морали, был
весьма набожен, отличался бережливостью, скромностью, неприязнью к
комфорту, досуги проводил в узком семейном и дружеском кругу.
Интересовался музыкой, живописью, историей (он был одним из инициаторов
создания Русского исторического общества и его первым председателем).
Способствовал либерализации внешних сторон общественной деятельности:
отменил коленопреклонения перед царем, разрешил курение на улицах и в
общественных местах и др.

Отличаясь сильной волей, Александр III в то же время обладал
ограниченным и прямолинейным умом. В реформах своего отца, Александра
II, он видел прежде всего негативные аспекты — рост правительственной
бюрократии, тяжелое материальное положение народа, подражание западным
образцам. Он испытывал стойкую неприязнь к либерализму и интеллигенции.
Эти взгляды подкреплялись впечатлениями от быта и нравов высших сфер
(многолетняя связь его отца с княжной Е. М. Долгоруковой, коррупция в
правительственных кругах и др.) Политический идеал Александра III
опирался на представления о патриархально-отеческом самодержавном
правлении, насаждении в обществе религиозных ценностей, укреплении
сословной структуры, национально-самобытном общественном развитии.

После гибели Александра II от бомбы народовольца у трона развернулась
борьба между либералами и охранителями. Лидеры охранителей Победоносцев
(с 1880 — обер-прокурор Святейшего Синода) и журналист М. Н. Катков
выступили против планов изменений в государственном устройстве,
предложенных министром внутренних дел М. Т. Лорис-Меликовым. По
настоянию Победоносцева Александр III издал 29 апреля 1881 манифест “О
незыблемости самодержавия”, что привело к отставке Лорис-Меликова и его
сторонников.

Начало правления Александра III характеризовалось ужесточением
административно-полицейских репрессий и цензуры (Положение о мерах к
охранению государственной безопасности и общественного спокойствия,
1881; Временные правила о печати, 1882). К середине 1880-х годов
правительству путем репрессий удалось подавить революционное движение,
прежде всего “Народную волю”. В то же время был принят ряд мер,
облегчающих материальное положение народа и смягчающих социальную
напряженность в обществе (введение обязательного выкупа и снижение
выкупных платежей, учреждение Крестьянского поземельного банка, введение
фабричной инспекции, поэтапная отмена подушной подати и др.).

Преемник Лорис-Меликова на посту министра внутренних дел Н. П. Игнатьев
попытался увенчать политику “народного самодержавия” созывом
всесословного Земского собора, однако против этого резко выступили
Катков и Победоносцев. В мае 1882 Александр III заменил Игнатьева Д. А.
Толстым — убежденным сторонником реакционно-охранительной политики.

2.Предпосылки контрреформ 80-90-х годов XIX века

К концу 70-х годов заметно ухудшилось положение российского
крестьянства, что было обусловлено рядом причин. К этому времени
выявились грабительские последствия крестьянской реформы 1861 г.:
малоземелье крестьян, несоответствие между урезанными в результате
отрезков малодоходными крестьянскими наделами и высокими выкупными за
них платежами, давление на крестьянское хозяйство помещичьих латифундий
(гнет кабальных отработок). Естественный прирост крестьянского населения
при сохранении прежних размеров наделов еще более усугублял малоземелье.
О не посильности для крестьян высоких выкупных платежей свидетельствовал
прогрессирующий рост недоимок: за 20 лет после реформы 1861 г. в бывшей
помещичьей деревне они возросли вдвое и составили 84 % к их годовой
сумме. Особенно они были велики в нечерноземных и поволжских губерниях,
где превысили годовой оклад в полтора два раза. При взыскании недоимок
применялись самые суровые меры: описывались и продавались скот,
инвентарь и даже домашняя утварь, отбирался (на время) надел. Не менее
тяжелым было и положение еще не перешедших на выкуп временнообязанных
крестьян: они продолжали отбывать прежние феодальные повинности –
барщину и оброк. Выкупные платежи за надельную землю, значительно
превышавшие доходность с нее, разоряли удельную и государственную
деревню. Тяжелое положение крестьянства в эти годы усугублялось
разорительными последствиями Русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг.,
неурожаем и голодом 1879 – 1880 гг., мировым экономическим кризисом
конца 70-х годов, захватившим и Россию.

Заметно возросла численность крестьянских волнений: если в 1875 1879 гг.
было зафиксировано 152 волнения, то в следующем пятилетии (1880 – 1884)
– уже 325. Однако для правительства представляли опасность не столько
крестьянские волнения, которых было гораздо меньше, чем в 50 – 60-е годы
в связи с подготовкой и проведением реформы 1861 г. Особое беспокойство
властей вызывали распространившиеся в деревне слухи о близком “черном
переделе” земель, во время которого якобы “вся земля будет отобрана от
помещиков и роздана крестьянам”. С переделом земель связывалась также и
крестьянская надежда на “освобождение от подушной подати и вообще от
всех платежей”. Подобные слухи стали возникать в некоторых губерниях еще
с середины 70-х годов, а в 1879 г. получили повсеместное
распространение. По повелению Александра II министр внутренних дел Л.С.
Маков опубликовал в официальной прессе специальное “Объявление” о
необоснованности надежд крестьян на передел земли.

Однако слухи об этом продолжали упорно распространяться, создавая
напряженное положение в деревне. Свои надежды на передел земли крестьяне
возлагали на царя и усматривали начавшиеся покушения на Александра II
народовольцев как акты мести помещиков за дарование крестьянам “воли” в
1861 г. и его намерение произвести “поравнение земель”. Убийство 1 марта
1881 г. Александра II дало новую пищу слухам и толкам. В донесениях
губернаторов сообщалось: “Простой народ толкует, что государя убили
помещики, не желавшие исполнить воли его, чтобы отдали они землю
безвозмездно своим бывшим крестьянам “. Вступление на престол нового
царя породило у крестьян еще большие надежды, что при нем обязательно
будет произведен передел земель, а также и “сложение податей и
недоимок”. С опровержением этих слухов вынужден был выступить сам
Александр III. В своей речи 21 мая 1883 г. перед волостными старшинами,
собранными на его коронацию, он заявил: “Следуйте советам и руководству
ваших предводителей дворянства и не верьте вздорным и нелепым слухам и
толкам о переделах земли, даровых прирезках и тому подобном. Эти слухи
распускаются вашими врагами. Всякая собственность, точно так же, как и
ваша, должна быть неприкосновенна”.

Брожение в деревне, волна рабочих стачек и забастовок, охвативших в 1878
– 1880 гг. такие крупные промышленные центры, как Петербург, Москва,
Иваново-Вознесенск, Пермь, Харьков, Одессу, Лодзь, рост
либерально-оппозиционного движения и, наконец, активизация
террористической деятельности народовольцев, направленная против царя и
его сановников оказали существенное воздействие на правящие “верхи” и в
конечном счете явились факторами, обусловившими кризис поли тики
самодержавия на рубеже 70-80-х годов. Оно испытывало в те годы серьезные
колебания, выражавшиеся, с одной стороны, в том, что были обещаны
реформы и сделаны некоторые уступки для привлечения либеральных кругов к
борьбе против “крамолы”; с другой, применялись суровые репрессии к
участникам революционного движения.

8 февраля 1880 г., после покушения Степана Халтурина на царя, Александр
II созвал специальное совещание для выработки мер подавления терроризма
в стране. 12 февраля 1880 г. была образована “Верховная распорядительная
комиссия по охране государственного порядка и общественного
спокойствия”. Во главе ее был поставлен харьковский генерал-губернатор
М.Т. Лорис-Меликов, получивший известность как талантливый военачальник
во время Русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг., а впоследствии – умелый
администратор. Он возглавил так же Чрезвычайную следственную комиссию по
делу о взрыве в Зимнем дворце; вскоре он занял пост и министра
внутренних дел, в то время равный по своему значению посту
премьер-министра. Это был хитрый и изворотливый политик, расточавший
посулы и обещания “благомыслящей” части общества и проводивший политику
жестких мер против революционеров. Известный народнический публицист
Н.К. Михайловский едко заметил тогда, что “благодарная Россия изобразит
Лорис-Меликова в статуе с волчьим ртом спереди и лисьим хвостом сзади”.

В задачу Верховной распорядительной комиссии входило “положить предел
беспрерывно повторяющимся в последнее время покушениям дерзких
злоумышленников поколебать государственный и общественный поря док”.
Вместе с тем ставилась задача привлечь на сторону верховной власти
либеральную часть общества. Комиссия занималась разработкой мер
совершенствования эффективности карательной машины – секретно розыскной
службы, ускорения производства дознаний по государственным
преступлениям, рассматривала вопросы состояния мест заключения. Назначая
Лорис-Меликова на пост председателя Комиссии, Александр II сказал ему:
“Возьми всё в свои руки”. Лорис-Меликов получил диктаторские полномочия
и стал вторым после императора лицом в государстве.

Лорис-Меликов считал, что нельзя действовать только одними репрессивными
мерами, но следует проводить и более гибкую политику. В своем докладе
царю он писал: “Вывести Россию из переживаемого ею кризиса может только
твердая самодержавная воля, но эта задача не может быть выполнена одними
карательными и полицейскими мерами”.

Так определилась задача “введения народного представительства”, но в
строго ограниченных пределах, с чем согласился и Александр II.

Комиссия Лорис-Меликова проработала до 1 мая 1880 г., проведя всего 5
заседаний. Указом 6 августа 1880 г. она была закрыта. Этим же указом
упразднялось III Отделение. Однако учреждался с теми же функциями
Департамент государственной полиции при Министерстве внутренних дел,
т.е. речь шла не об упразднении, а о переименовании этого органа высшей
полиции. В августе 1880 г. Лорис-Меликов выступил с инициативой
проведения Сенатом ревизии состояния местных органов самоуправления. С
этой целью в губернии были направлены 4 сена тора. Он настоял на отмене
в том же году особенно ненавистного для населения косвенного налога на
соль, также заставил хлеботорговцев снизить цены на хлеб.

22 января 1881 г. Лорис-Меликов представил Александру II док лад, в
котором подвел итоги деятельности Верховной распорядительной комиссии и
изложил план “умиротворения” страны. Предлагалось создание двух
временных подготовительных комиссий (финансовой и административной) из
представителей земств и назначенных правительством чиновников для
выработки преобразования губернского управления, пересмотра земского и
городового положений, а также законоположений по отдельным хозяйственным
и финансовым вопросам. Далее предлагалось привлечь от 10 до 15
представителей земского и городского управления к участию в рассмотрении
этих законопроектов в Государственном совете. Иначе говоря, предлагались
лишь робкие шаги по пути привлечения к законодательству выборных
представителей. Особое совещание, созванное 5 февраля 1881 г.
Александром II, одобрило эти меры. 17 февраля они были утверждены царем,
назначившим на 4 марта 1881 г. обсуждение плана Лорис-Меликова о
создании при Государственном совете комиссии выборных от земств с правом
совещательного голоса для разработки законопроектов, указанных
“высочайшей волей” царя, Этот план в обиходе получил название
“конституции Лорис-Меликова”. Обсуждение проекта Лорис-Меликова
состоялось уже при новом императоре.

3.Вдохновители реакционного курса

Вдохновителями реакционного политического курса самодержавия в то время
явились К.П. Победоносцев и М.Н. Катков.

К.П. Победоносцев происходил из семьи профессора Московского
университета, который дал своему сыну солидное образование. Победоносцев
успешно окончил Училище правововедения и начал службу в одном из
департаментов Московского Сената. Современники отзывались о молодом
Победоносцеве как о человеке “благочестивом, тихого и скромного нрава”,
обладавшим тонким умом и разносторонними познаниями. Он заявил о себе
как о талантливом публицисте и писателе либеральных воззрений, в которых
он выступал за гласность и осуждал николаевского царствование, печатал
за границей А.И. Герцен. Победоносцев усердно занимался изучением
истории русского гражданского права и считался лучшим его знатоком. Ему
прочили блестящую ученую карьеру. В 1859 г. он стал профессором
Московского университета, участвовал в подготовке судебных уставов 1864
г., отстаивая принципы независимости суда, гласности судопроизводства и
состязательности судебного процесса. Его “Курс гражданского права”
выдержал 5 изданий и был настольной книгой для юристов. По свидетельству
известного юриста А.Ф. Кони, речи и выступления Победоносцева, “простые
и ясные”, с большой силой убеждения, производили сильное впечатление на
слушателей. В 1865 г. Победоносцев оставил преподавание в Московском
университете и всецело посвятил себя государственной службе, стал
сенатором, а затем и членом Государственного совета.

В апреле 1880 г. Александр II назначил Победоносцева обер-прокурором
Святейшего Синода. Этот пост Победоносцев занимал 25 лет. От его былых
либеральных взглядов не осталось и следа. Он превратился в убежденного
сторонника охранительной политики самодержавия. После 1 марта 1881 г.
Победоносцев стал в центре политической жизни России и по сути дела
определял политику растерявшегося после гибели отца Александра III. Все
сразу почувствовали тогда возросшие силу и влияние Победоносцева.

Аналогичную эволюцию от либеральных воззрений к последовательному
хранительству проделал известный публицист и издатель, сын московского
чиновника, М.Н. Катков. Окончив с отличием в 1838 г. словесное отделение
Московского университета, он переехал в Петербург, где сотрудничал в
“Отечественных записках”, “Современнике” и др. периодических изданиях,
защитил магистерскую диссертацию по славянской словесности и докторскую
диссертацию по древнегреческой философии. В 1857 г. он стал редактором
либерального журнала “Русский вестник”, в котором публиковал свои
политические статьи. С 1862 г. Катков заметно повернул к охранительству,
а в 1863 г. его деятельность как редактора и публициста сосредоточилась
в газете “Московские ведомости”. Публиковавшиеся в них яркие,
охранительного характера статьи Каткова оказывали большое воздействие на
правительственные круги и сделались реальной политической силой.
Впоследствии у Каткова сложились близкие отношения с Победоносцевым. 8
марта 1881 г. в Комитете министров под председательством Александра III
состоялось обсуждение проекта Лорис-Меликова. В защиту проекта
высказались военный министр Д.А. Милютин, министр народного просвещения
А.А. Сабуров и министр финансов А.А. Абаза. С резкой критикой проекта
выступил граф С.Г. Строганов, заявивший, что этот проект “ведет прямо к
конституции”. Строганова поддержал Александр III. Победоносцев обрушился
не только на представленный Лорис-Меликовым проект, но и вообще на все
реформы 60 – 70-х годов, но более всего на крестьянскую, земскую и
судебную, назвав земства и суды “опасными говорильнями”. Проект
Лорис-Меликова был отвергнут, точнее, передан на рассмотрение в Особую
комиссию, которая ни разу не собиралась.

Сразу же после 1 марта 1881 г. представителями придворной аристократии
была создана “Священная дружина” – конспиративная организация для охраны
особы царя и противодействия революционному террору. Ее возглавили
флигель-адъютант П.П. Шувалов, генерал-адъютант И.И. Воронцов – Дашков,
московский генерал-губернатор В.А. Долгоруков и начальник гвардейского
штаба А.А. Бобринский. В нее вошли и другие высокопоставленные лица,
близкие ко двору, даже некоторые из великих князей. Она имела русскую и
зарубежную агентуру, применяла провокации, стремясь сбить с толку
революционеров и посеять недоверие их друг к другу. В Женеве якобы от
имени народовольцев ею издавались газеты “Правда” и “Вольное слово”,
которые с целью дискредитации народовольческой программы договаривались
до нелепостей и призыва ли к революционному террору не только в России,
но и во всем мире. Среди русских либералов “Священная дружина”
действовала от имени фиктивных организаций “Земский союз” и “Земская
лига”. Народовольцы быстро разгадали, от кого шли эти мистификации, и
поведали об этом в своей прессе. В 1883 г. Александр III распорядился
прекратить деятельность “Священной дружины”, методы которой получили
скандальную огласку. Кроме того, соперничая с государственной полицией,
она стала ей помехой в борьбе с революционерами.

29 апреля 1881 г. был обнародован написанный Победоносцевым при участии
Каткова манифест “О незыблемости самодержавия”. В нем про возглашалось,
что император “с верою в силу и истину самодержавной власти” будет ее
“утверждать и охранять для блага народного от вся ких на нее
поползновений”. На следующий день Лорис-Меликов подал царю прошение об
отставке. Уйдя в отставку, он выехал за границу, где находился до конца
жизни под тайным надзором русской полиции. Вскоре после ухода
Лорис-Меликова подали в отставку слывшие “либералами” военный министр
Д.А. Милютин и министр финансов А.А. Абаза, а еще ранее (в марте 1881
г.) был уволен министр просвещения А.А. Сабуров.

Однако в обстановке продолжавшегося брожения в стране правительство не
решалось еще круто изменить политический курс. Назначенный вместо
Лорис-Меликова министром внутренних дел Н.П. Игнатьев (бывший до этого
послом в Турции) предпринял ряд мер, чтобы прикрыть пере ход
правительства к откровенно реакционному политическому курсу. Он
опубликовал циркуляр “О неприкосновенности прав дворянства и городского
сословия”, начал игру в “совещания” представителей земств.

14 августа 1881 г. было издано “Распоряжение о мерах к охранению
государственного порядка и общественного спокойствия и приведении
определенных местностей империи в состояние Усиленной охраны”. Согласно
этому акту любая местность могла быть объявлена на чрезвычайном
положении, и каждый ее житель подвергнут аресту, предан военному суду
или сослан без суда на 5 лет в любое место Российской империи. Местная
администрация, согласно “распоряжению”, могла закрывать учебные
заведения, торговые и промышленные предприятия, при останавливать
деятельность земств и городских дум, закрывать органы печати. Это
“распоряжение”, изданное как “временное” (на три года), возобновлялось
по истечении каждого трехлетия и действовало вплоть до 1917 г.

Вместе с тем Игнатьев продолжал политику заигрывания с либеральным
обществом. Он пригласил экспертов из “сведущих” лиц для обсуждения
вопроса о выкупных платежах крестьян. В ноябре 1881 г. была учреждена
Особая комиссия для составления проекта преобразования местного
управления под председательством М.С. Каханова. Деятельность этой
“кахановской комиссии” в условиях усиления реакции оказалась бесплодной,
и в 1885 г. она была упразднена.

27 мая 1882 г. Игнатьев представил проект созыва совещательного Земского
собора к коронации Александра III в 1883 г. Однако под давлением
Победоносцева и Каткова проект был отвергнут, а сам Игнатьев 30 мая 1882
г. получил отставку. Отставка Игнатьева знаменовала со бой переход
самодержавия к прямой и неприкрытой реакции.

В 80-х – начале 90-х годов в области просвещения и печати, местного
управления, суда и в конфессиональной политике последовал ряд
законодательных актов, которые характеризуются как “контрреформы”, ибо
они преследовали цель ограничить характер и действие реформ 60 – 70-х
годов. Однако внутренняя политика самодержавия при Александре III не
сводилась к проведению контрреформ. Одновременно принимался и ряд мер,
направленных на решение аграрно-крестьянского вопроса, проведение
военных преобразований, укрепление финансов и развитие экономики страны.

4.Контрреформы 80-90-х годов XIX века

4.1 Цензура и просвещение

После отставки П.Н. Игнатьева во главе Министерства внутренних дел был
поставлен Д.А. Толстой. Одновременно он был назначен и шефом жандармов.
Это был представитель самой оголтелой и твердокаменной реакции. Совмещая
в 1866 – 1880 гг. посты обер-прокурора Синода и министра народного
просвещения, он стяжал себе славу ярого реакционера и обскуранта. М.Т.
Лорис-Меликов отзывался о нем так: “Личность эта, стоявшая в продолжении
пятнадцати лет во главе из важнейших отраслей государственного
управления, сотворил больше зла России, чем все остальные деятели, даже
вместе взятые”. С особой настойчивостью Д.А. Толстой начал проводить в
жизнь реакционную программу, определенную и провозглашенную
Победоносцевым и Катковым.

Первыми жертвами стали печать и просвещение. 27 августа 1882 г. были
утверждены новые “Временные правила” о печати, устанавливавшие строгий
административный надзор за газетами и журналами. Редакторам вменили в
обязанность по требованию министра внутренних дел сообщать имена авторов
статей, печатавшихся под псевдонимами. Усилилась “карательная цензура” и
репрессивные меры против прогрессивной печати. В 1883 – 1884 гг. были
закрыты все радикальные и многие либеральные периодические издания,
среди них “Отечественные записки” М.Е. Салтыкова-Щедрина и “Дело” Н.В.
Шелгунова, либеральные газеты “Голос”, “Земство”, “Страна”, “Московский
телеграф”.

20 ноября 1882 г. министр народного просвещения И.Д. Делянов издал
циркуляр о средней школе, усиливавший дисциплинарные взыскания, а 5 июня
1887 г. был опубликован его циркуляр, в котором говорилось о запрещении
принимать в гимназии и прогимназии “детей кучеров, лакеев, прачек,
мелких лавочников и тому подобных людей”. Общественность восприняла его
как позорный “циркуляр о кухаркиных детях”. Реальные училища были
преобразованы в технические школы, их окончание не давало права на
поступления в высшие учебные заведения. 23 августа 1884 г. был введен
новый университетский устав, текст которого подготовил Катков. По этому
уставу фактически ликвидировалась автономия университетов,
восстановленная уставом 1863 г. Ра нее выборные должности ректора,
декана, профессора стали назначаемыми, при этом обращалось не на одни
“ученые качества и заслуги”, но и на политическую благонадежность
назначаемых. Попечитель учебного округа стал полновластным хозяином
университета. Он представлял министру народного просвещения на
утверждение преподавательский состав университетов, организовывал надзор
за поведением студентов. В 1885 г. как “существенное средство надзора за
студентами” вновь вводилась для них форменная одежда. В том же году были
введены стеснительные правила сдачи университетских экзаменов. Плата за
обучение повышалась с 10 до 50 рублей в год – довольно значительная для
того времени сумма. Из университетов были уволены известные
прогрессивные профессора: социолог М.М. Ковалевский, историк В.И.
Семевский, филолог Ф.Г. Мищенко, юрист С.А. Муромцев; вынужден был уйти
выдающийся ученый с мировым именем биолог И.И. Мечников. В 1882 – 1883
гг. было закрыто большинство высших женских курсов; тем самым фактически
ликвидировалось высшее женское образование. Реакционные меры в области
высшего образования вызвали серию студенческих волнений в 1887 – 1893
гг.

4.2 Аграрно-крестьянский вопрос

Для политики самодержавия в аграрно-крестьянском вопросе в 80-90-х годах
было характерно сочетание реакционных мер с некоторыми уступками
крестьянству.

28 декабря 1881 г. были изданы указы о понижении выкупных платежей и об
обязательном переводе на выкуп находившихся на временно обязанном
положении крестьян. Согласно первому указу выкупные платежи крестьян за
предоставленные им наделы понижались на 16%, а по второму указу с начала
1883 г. переводились на обязательный выкуп остававшиеся к этому времени
на временно обязанном положении 15% бывших помещичьих крестьян.

18 мая 1882 г. был учрежден Крестьянский поземельный банк (на чал
функционировать с 1883 г.), который выдавал ссуды на покупку земли как
отдельным домохозяевам, так и сельским обществам и товариществам.
Учреждение этого банка преследовало цель смягчить остро ту аграрного
вопроса. Как правило, через его посредство продавались помещичьи земли.
Через него в 1883-1900 гг. крестьянам было продано 5 млн. десятин земли.

Законом 18 мая 1886 г. с 1 января 1887 г. (в Сибири с 1899 г.)
отменялась подушная подать с податных сословий, введенная еще Пет ром I.
Однако ее отмена сопровождалась повышением на 45% податей с
государственных крестьян путем перевода их с 1886 г. на выкуп, а также
увеличением со всего населения прямых налогов на 1/3 и кос венных
налогов в два раза.

В конце 80-х – начале 90-х годов была издана серия законов, направленных
на сохранение разрушавшихся под напором капитализма патриархальных
устоев в деревне, в первую очередь патриархальной крестьянской семьи и
общины. Распад старой, патриархальной семьи выражался в быстром росте
числа семейных разделов. По данным Министерства внутренних дел, в первые
два пореформенных десятилетия происходило ежегодно в среднем 116 тыс.
семейных разделов, а в начале 80-х годов их среднегодовая численность
возросла до 150 тыс. 18 марта 1886 г. был издан закон, по которому
семейный раздел мог состояться только с согласия главы семьи
(“большака”) и с разрешения не менее чем 2/3 домохозяев на сельском
сходе. Однако этот закон не мог ни приостановить, ни ограничить семейные
разделы, количество которых и после его издания продолжало возрастать,
при этом более 9/10 разделов происходило “самовольно”, без санкции
общины и местных властей. Не помогали и насильственные “воссоединения”
разделившихся семей.

Важное место в аграрно-крестьянской политике самодержавия занимала
проблема крестьянской поземельной общины. Еще во время подготовки и
проведения реформы 1861 г. среди государственных деятелей определились
как противники, так и сторонники сохранения общины. Первые полагали, что
подворное крестьянское землевладение создаст значительный слой
собственников – опоры социальной стабильности в стране, а
уравнительность наделов и круговая порука рассматривались ими как
причина слишком медленного экономического развития деревни. Вторые же
рассматривали общину как важный фискально-полицейский инструмент в
деревне и фактор, предотвращающий пролетаризацию крестьянства. Как
известно, победила вторая точка зрения, которая и нашла отражение в
законах 1861 г.

В начале 90-х годов издаются законы, направленные на укрепление
крестьянской общины. Закон 8 июня 1893 г. ограничил периодические
земельные переделы, которые отныне дозволялось проводить не чаще, чем
через 12 лет, причем с согласия не менее 2/3 домохозяев. Законом 14
декабря того же года “О некоторых мерах к предупреждению отчуждаемости
крестьянских надельных земель” запрещалось закладывать крестьянские
надельные земли, а сдача надела в аренду ограничивалась пределами своей
общины. По этому же закону отменялась статья 165-я “Положения о выкупе”,
по которой крестьянин мог досрочно выкупить свой надел и выделиться из
общины. Закон 14 декабря 1893 г. был направлен против участившихся
залогов и продажи крестьянских надельных земель – в этом правительство
видело гарантию платежеспособности крестьянского двора. Подобными мерами
правительство стремилось еще более прикрепить крестьянина к наделу,
ограничить свободу его передвижения.

Однако переделы, продажа и сдача в аренду крестьянских надельных земель,
забрасывание крестьянами наделов и уход в города продолжались в обход
законов, оказавшихся бессильными приостановить объективные,
капиталистического характера, процессы в деревне. Не мог ли эти
правительственные меры обеспечить и платежеспособность крестьянского
двора, о чем свидетельствовали данные официальной статистики. Так, в
1891 г. в 18 тыс. сел 48 губерний была произведена опись крестьянского
имущества, в 2,7 тыс. сел имущество крестьян было продано за бесценок
для погашения недоимок. В 1891-1894 гг. за недоимки было отобрано 87,6
тыс. крестьянских наделов, подвергнуто аресту 38 тыс. недоимщиков, около
5 тыс. были отданы в принудительные работы.

Исходя из главной своей идеи о первенствующей роли дворянства,
самодержавие в аграрном вопросе провело ряд мер, направленных на
поддержку дворянского землевладения и помещичьего хозяйства. С целью
укрепления экономического положения дворянства 21 апреля 1885 г., по
случаю 100-летия Жалованной грамоты дворянству, был учрежден Дворянский
банк, который давал ссуды помещикам под залог их земель на льготных
условиях. Уже в первый год своей деятельности банк выдал помещикам ссуды
на сумму 69 млн. руб., а к концу XIX в. их сумма превысила 1 млрд. рубл.

В интересах дворян-землевладельцев 1 июня 1886 г. было издано “Положение
о найме на сельские работы”. Оно расширяло права
нанимателя-землевладельца, который мог требовать возврата ушедших до
истечения срока найма рабочих, производить вычеты из их заработной платы
не только за причиненный хозяину материальный ущерб, но и “за грубость”,
“неповиновение” и пр., подвергать аресту и телесному наказанию. В целях
обеспечения помещиков рабочей силой новый закон 13 июня 1889 г.
существенно ограничил переселение крестьян. “Самовольного” переселенца
местная администрация обязывалась выслать по этапу на прежнее место
жительства. И всё же, вопреки этому суровому закону, за десять лет после
его издания количество переселенцев увеличилась в несколько раз, причем
85% из них составляли “самовольные” переселенцы.

4.3 Введение института земских начальников

12 июля 1889 г. было издано “Положение о земских участковых
начальниках”. В 40 губерниях России, на которые распространялось это
“Положение” (главным образом на губернии с помещичьим землевладением),
создавались 2200 земских участков (примерно по 4-5 на уезд) во главе с
земскими начальниками. В уездах учреждался уездный съезд земских
начальников, состоявший из административного и судебного присутствия.
Ему передавались функции упраздняемых уездного по крестьянским делам
присутствия и мирового суда (мировой суд сохранялся лишь в Москве,
Петербурге и Одессе), что значительно усиливало
административно-полицейскую власть земских начальников. Необходимость
введения института земских начальников объяснялась “отсутствием близкой
к народу твердой правительственной власти”.

Земских начальников назначал министр внутренних дел по представлению
губернаторов и губернских предводителей дворянства из местных
потомственных дворян-землевладельцев. Земский начальник должен был
обладать определенным имущественным цензом (свыше 200 десятин земли или
другим недвижимым имуществом на 7500 рублей), иметь высшее образование,
трехлетний стаж службы в должности или мирового посредника, или мирового
судьи, или члена губернского по крестьянским делам присутствия. При
недостатке кандидатур, удовлетворявших этим требованиям, земскими
начальниками могли назначаться местные потомственные дворяне со средним
и даже начальным образованием, состоявшие в военных или гражданских
чинах, независимо от стажа службы, однако имущественный ценз для них
повышался вдвое. Кроме того министр внутренних дел “в особых случаях”, в
обход указанных условий, мог назначить земским начальником любого из
местных дворян, а по закону 1904 г. эти ограничения были сняты.

Введение института земских начальников явилось одной из наиболее
реакционных мер внутриполитического курса самодержавия в 80-е – начале
90-х годов и стало ярким проявлением его продворянской политики. Этот
акт преследовал цель восстановить власть помещиков над крестьянами,
утраченную ими в результате реформы 1861 г. В функции земского
начальника во вверенном ему участке входили: надзор и контроль над
деятельностью крестьянских сельских и волостных учреждений, всесторонняя
опека не только крестьянского, но и всего податного населения в его
участке. Прерогативы земского начальника, осуществлявшего
административные и судебно-полицейские функции на селе, были
исключительно широки. Он мог подвергать телесным наказаниям, аресту до
трех дней и штрафу до шести рублей любое лицо из податных сословий
своего участка, отстранять от должности членов крестьянских сельских
учреждений, отменять любое постановление сельского и волостного сходов,
навязывать им свое решение, причем он за частую действовал по произволу,
не считаясь ни с какими законами.

Волостные суды, ранее выбираемые крестьянами, теперь назначались земским
начальником из предложенных сельским обществом кандидатов. Земский
начальник мог отменить любое постановление волостного суда, а самих
судей в любой момент мог отстранить от должности, подвергнуть аресту,
штрафу, телесному наказанию. Постановления и решения земского начальника
считались окончательными и не подлежавши ми обжалованию. Однако земские
начальники выходили за рамки даже тех широких полномочий, какие
предоставлял им закон 1889 г. и творили настоящий произвол,
попустительствуемый и покрываемый местными властями. Фактически
существовала полная бесконтрольность действий земских начальников.
Взяточничество, воровство, вымогательство, кулачные расправы – обычные
их “методы управления” деревней.

Характерно, что закон о земских начальниках был введен вопреки мнению
большинства Государственного совета (из 39 его членов только 13
высказались за принятие этого закона). Но он был с удовлетворением
встречен реакционными дворянскими кругами, которые даже требовали
дальнейшего расширения и без того достаточно обширных прерогатив земских
начальников. Сами крестьяне этот закон восприняли как возвращение
крепостного права. “Среди крестьян бродит подозрение, что новые органы
правительственной власти есть не что иное, как первый шаг к их
вторичному закрепощению”, – писал московский генерал-губернатор В.А.
Долгоруков министру внутренних дел. Участились случаи сопротивления
крестьян распоряжениям земских начальников.

4.4 Контрреформы в области местного управления и суда

В начале 90-х годов были проведены земская и городская контр реформы,
предприняты шаги к изменению Судебных уставов 1864 г.

Несмотря на стремление самодержавия с самого начала введения земских
учреждений сохранить в них преобладание дворянства, позиции последнего
под влиянием объективных условий постепенно ослабевали. В ряде губерний
обнаружился “недобор” гласных из дворян из за сокращения числа
дворян-землевладельцев. В промышленных губерниях представительство
дворян в земствах сокращалось за счет усиления торгово-промышленной
буржуазии и новых землевладельцев из купцов и богатых крестьян.
Правительство было также обеспокоено оппозиционными настроениями и
конституционными притязаниями земских деятелей, особенно отчетливо
проявившимися в земском либеральном движении на рубеже 70 – 80-х годов.

Самодержавие поставило задачу усилить роль дворянства в земстве,
обеспечив ему более полное и устойчивое господства в земских
учреждениях, ограничить представительство в них недворянских элементов,
в особенности крестьянства. Вместе с тем преследовались цели дальнейшего
ограничения компетенции земств и усиления контроля за ними со стороны
административных властей. Реакционное дворянство требовало вообще
ликвидировать бессословность и выборность земств. В этом плане и был
разработан проект о преобразовании земских учреждений, автором которого
являлся директор канцелярии Министерства внутренних дел А.Д. Пазухин. Но
при обсуждении проекта в Государственном совете правительство все же не
решилось пойти на удовлетворение этих притязаний реакционных кругов.

12 июня 1890 г. было утверждено новое “Положение о губернских и уездных
земских учреждениях”. Формально оно сохраняло принципы бес сословности и
выборности земств, однако эти принципы были сильно урезаны, в чем и
заключался смысл земской контрреформы. Так, землевладельческая курия, по
которой ранее могли баллотироваться землевладельцы всех сословий, теперь
стала курией только дворян землевладельцев. Ценз для дворян уменьшался
вдвое, а число гласных землевладельческой курии еще более увеличивалось;
соответственно этому уменьшалось число гласных по остальным куриям –
городской и сельской. Крестьяне фактически лишались выборного
представительства: теперь они выбирали только кандидатов в земские
гласные, список которых рассматривал уездный съезд земских начальников,
и по представлению этого съезда губернатор утверждал гласных. Лишалось
избирательных прав духовенство. Резко повышался избирательный ценз для
городской курии, вследствие чего более половины избирателей по этой
курии утрачивало право участвовать в выборах в земства. В результате
этого удельный вес дворян по сравнению с 60-ми годами повысился в
уездных земских собраниях с 42% до 55%, в губернских – с 82% до 90%. В
уездных земских управа удельный вес дворян повысился с 55% до 72%, а в
губернских – с 90% до 94%. Гласные от крестьян теперь составляли: в
уездных земских собраниях – 31% (вместо прежних 37%), в губернских
собраниях – 2% (вместо прежних 7%). Удельный вес гласных от буржуазии
сократился с 17% до 14% в уездных земских собраниях и с 11% до 8% – в
губернских.

Обеспечивая решительное преобладание дворян в земствах, земская
контрреформа пошла и на дальнейшее ограничение прав этого по существу
“дворянского” земства. Теперь губернатор фактически полностью
контролировал деятельность земских учреждений. Он мог отменить любое
постановление земств и поставить на обсуждение их любой вопрос.
Вводилось новое административное звено – губернское по земским делам
присутствие в составе губернатора (его председателя), губернского
прокурора, управляющего государственными имуществами, губернского
предводителя дворянства и четырех местных дворян-землевладельцев. Оно
рассматривало “правильность” выборов в земства, проверяло “законность” и
“целесообразность” постановлений земств. Председатели и члены земских
управ отныне стали считаться состоявшими на государственной службе.
Таким путем был введен “государственный элемент” в земства.

Те же цели преследовались и при проведении городской контрреформы. 11
июня 1892 г. было издано новое “Городовое положение”, по которому еще
более урезывались избирательные права городского населения. От участия в
городском самоуправлении теперь устранялись не только трудящиеся массы
города, но и мелкая буржуазия – мелкие торговцы, приказчики и пр. Это
достигалось путем значительного повышения имущественного ценза.
Преимущество отдавалось дворянам-домовладельцам и крупной торговой,
промышленной и финансовой буржуазии. В результате резко сократилось
число избирателей в городские думы: например, в Петербурге – с 21 тыс.
до 6 тыс. человек, в Москве – с 23 тыс. до 7 тыс., в Одессе – с 14 тыс.
до 3,7 тыс., в Риге – с 7 тыс. до 3 тыс. человек. В Москве и Петербурге
правом участия в вы борах в городское самоуправление теперь могло
воспользоваться не более 0,7% населения. В других городах число
избирателей сократи лось в 5-10 раз, так что нередко количество гласных
равнялось числу участвовавших в выборах. (Напомним также, что более
половины городов Российской империи вообще не имело выборного городского
самоуправления).

Согласно “Городовому положению” 1892 г., еще более усиливалась система
опеки и административного вмешательства в дела городского
самоуправления. Губернатор не только контролировал, но и направлял всю
деятельность городских дум и городских управ. Городские думы не могли
теперь сделать ни шагу без надлежащего “соизволения, разрешения и
утверждения” административных властей. Городские голо вы и члены
городских управ отныне стали считаться состоявшими на государственной
службе чиновниками, а не как “избранными” представителями городского
населения. Однако в дальнейшем на практике городская контрреформа (как и
земская контрреформа 1890 г.) не была полностью реализована, ибо
объективные социально-экономические процессы в пореформенной России
оказались сильнее стремления самодержавия усилить сословно-дворянский
элемент в местном управлении.

Были предприняты шаги для проведения судебной контрреформы. В связи с
введением 14 августа 1881 г. мер по чрезвычайной охране существенно
ограничивалась гласность в судопроизводстве по политическим делам.
Прекратилась публикация отчетов о политических процессах. Указом 12
февраля 1887 г. министру юстиции предоставлялось право запрещать, если
он сочтет необходимым “в видах ограждения достоинства государственной
власти”, публичное рассмотрение любого дела в суде. Стал систематически
нарушаться принцип несменяемости судей: указом 20 мая 1885 г.
учреждалось Высшее дисциплинарное присутствие Сената, правомочное по
представлению министра юстиции перемещать и даже смещать судей. Указом 7
июля 1889 г. ограничивалась роль присяжных заседателей в суде путем
изъятия из их юрисдикции ряда дел. В 1894 г. новым министром юстиции
Н.В. Муравьевым, сменившим на этом посту либерального Д.Н. Набокова, был
предпринят по согласованию с царем пересмотр судебных уставов 1864 г.
Однако правительство, встретив сопротивление со стороны различных
общественных кругов, не решилось провести судебную контрреформу.

4.5 Национальный вопрос

Национальная политика самодержавия в 80 – 90-е годы выражалась в
ограничении прав некоторых национальностей, в русификации национальных
окраин и распространении на них общеимперского
административно-политического управления. Утвердившийся в те годы дух
воинствующего имперского национализма привел к различным стеснениям
“иноверцев” и “инородцев”. В первую очередь были ущемлены в правах евреи
и поляки. Для еврейского населения еще с XVIII в. была установлена
“черта оседлости”, в пределах которой им разрешено было проживание; она
включала Польшу, Литву, Белоруссию, Правобережную Украину, Бесарабию,
Черниговскую и Полтавскую губернии. Однако это ограничение не
распространялось евреев определенных социальных категорий: купцов 1-й
гильдии, лиц с высшим образованием, ремесленников и солдат. “Временными
правилами” от 3 мая 1882 г. евреи лишены были права в пределах “черты
оседлости” селиться вне городов и местечек, там же им запрещались
приобретение и аренда недвижимых имуществ. В 1887 г. была введена
процентная норма приема евреев в высшие и средние учебные заведения (3%
в столицах и 5% вне черты оседлости), а в 1889 г. приостановлен прием
евреев на должность присяжных поверенных.

Как уже было сказано выше (см. главу 13, параграф 2-й), после подавления
польского восстания 1863 – 1864 гг. царское правительство провело ряд
мер, направленных на “инкорпорацию” Польши в составе Российской империи.
Царство Польское стало называться Привислинским краем, на который
распространилось общеимперское административное устройство. В 80-е годы
царизм повел активную политику обрусения Польши. Русский язык усиленно
насаждался в школе и делопроизводстве польских административных
учреждений. Все важные посты в них занимали русские чиновники. Был
принят ряд мер к экономической интеграции Польши в составе России, как,
например, упразднение в 1885 г. Польского банка, который превратился в
Варшавскую контору Петербургского банка, и прекращение в обращении
польской монеты.

В 90-е годы был проведен ряд мер, направленных на стеснение автономии
Финляндии. Царским манифестом 1890 г. провозглашалось объединение
финляндской почты с общеимперской, о ведении в финских учреждениях
делопроизводства на русском языке, об упразднении финского войска и
введении в обращение на территории Финляндии российской монеты. Был
упразднен Комитет по финляндским делам.

4.6 Финансово-экономическая политика

В 80-е – начале 90-х годов принят ряд важных мер, способствовавших
укреплению финансов и экономическому развитию страны.

В апреле 1881 г., после отставки А.А. Абазы министром финансов был
назначен выдающийся экономист, профессор статистики и политэкономии
Киевского университета Н.Х. Бунге. Это был последний “либеральный
министр” в правительственном кабинете Александра III. При вступлении
Бунге в управление министерством финансы страны находились в тяжелом
состоянии. Общая сумма государственного долга на 1 января 1881 г.
составляла 6 млрд. руб. Бюджет сводился с хроническим дефицитом.
Ценность рубля упала почти наполовину. Бунге поставил себе сложную
задачу – упорядочить финансы, но без отягощения трудовых слоев
населения. Более того, именно при Бунге были уменьшены выкупные платежи
и сложены накопившиеся по ним недоимки, отменены подушная подать и налог
с занятий мещан (который они платили вместо подушной подати).

Бунге изыскивал иные средства для увеличения доходов казны. Существенно
были повышены другие прямые и косвенные налоги: поземельный, с
недвижимости в городах, с золотодобывающей промышленности, раскладочные
сборы с торгово-промышленных предприятий, с доходов от денежных
капиталов; он ввел налоги на наследство и на заграничные паспорта. На
30% были увеличены таможенные сборы (эта мера преследовала также и
протекционистские цели). На посту министра финансов Бунге много сделал
для поощрения частного предпринимательства. Однако ликвидировать
бюджетный дефицит ему всё же не удалось.

Под давлением реакционных кругов Бунге под видом “повышения в должности”
(1 января 1887 г. Александр III назначил его председателем Комитета
министров) был уволен с поста министра финансов, который занял профессор
Петербургского технологического института И.А. Вышнеградский. Выходец из
семьи провинциального священника, обладая большими дарованиями,
неистощимой энергией и невероятной работоспособностью, он стал ученым с
мировым именем. Но особенно развернулись его таланты как крупного
предпринимателя и биржевика, руководителя акционерного общества
Юго-Западной железной дороги и многих других акционерных компаний, что
позволило ему составить миллионное состояние. Вышнеградский был тесно
связан с видными денежными туза ми и предпринимательскими кругами.
Невероятно честолюбивый и изворотливый карьерист Вышнеградский сумел
понравиться всем: К.П. Победоносцеву, М.Н. Каткову, самому Александру
III и многим либералам. Перед назначением Вышнеградского министром
финансов Министерство внутренних дел представило на него досье с большим
перечнем его биржевых и прочих проделок, но Александр III распорядился
оставить всё это без внимания.

Поставленный во главе Министерства финансов Вышнеградский в первую
очередь энергично принялся за ликвидацию бюджетного дефицита. По
существу он действовал в том же направлении, что и Бунге, но иными
методами, идя на жесткие и тягостные для народных масс меры, вплоть до
беспощадного выколачивания с крестьян платежей и недоимок и
значительного повышения косвенных налогов на предметы первой
необходимости. Он еще более, чем Бунге, увеличил пошлины на импортные
товары. Изданный в 1891 г. таможенный тариф повышал их еще на одну
треть. Далее, он добился значительного превышения экспорта над импортом
за счет увеличения вывоза хлеба и другой сельскохозяйственной продукции.
Характерно его заявление весной 1891 г. в связи с неурожаем и
надвигавшимся голодом: “Сами не будем есть, но будем вывозить”. При
Бунге было заключено 7 иностранных займов. Вышнеградскому удалось
конвертировать их в один заем с понижением учет ной ставки с 5 до 4%.
Всеми этими мерами он смог увеличить доходную часть бюджета с 958 млн.
до 1167 млн. руб. и не только ликвидировать дефицит, но и добиться
некоторого превышения доходов над расходами. В целях упорядочения
железнодорожного хозяйства и унификации тари фов начался выкуп ряда
частных дорог казной. К 1894 г. в казенном управлении находилось уже 52%
всех железных дорог. При Вышнеградском был создан золотой запас в
размере свыше 500 млн. руб., что позволило сменившему (в 1892 г.) его на
посту министра финансов С.Ю. Витте в 1897 г. провести денежную реформу.

Заключение

Внутренняя политика самодержавия характерна своей противоречивостью.
Общее направление ее выражалось в откате к реакции путем “пересмотра” и
“исправления” реформ 60 – 70-х годов. Самодержавию удалось провести
серию контрреформ в сословном вопросе, в области просвещения и печати, в
сфере местного управления. Главная его за дача заключалась в том, чтобы
укрепить свою социальную опору – дворянство, позиции которого были
заметно ослаблены в силу объективных процессов социально-экономического
развития России в течение двух “переломных” пореформенных десятилетий.
Отсюда четко выраженная продворянская направленность внутренней политики
в 80-х – начале 90-х годов.

Однако это был временный откат к политической реакции. Реакционным силам
не удалось осуществить программу контрреформ в полном объеме. Власти так
и не смогли, например, провести судебную контрреформу, проект которой
был уже готов и одобрен императором, пересмотреть общее законодательство
о крестьянах – вопрос о нем был постав лен на обсуждение в высших
правительственных органах в 1892 г. В самих “верхах” в то время не было
единства: наряду с реакционным направлением, требовавшим решительного
“пересмотра” реформ 60 – 70-х годов, было и оппозиционное, выступавшее
за “уступки духу времени”. Даже среди консерваторов наиболее
дальновидные из них понимали не возможность восстановления старых
порядков. Да и само правительство не могло не считаться с новыми
веяниями и проводило противоречивую политику: наряду с контрреформами
оно принимало меры, направленные на развитие экономики страны, делало
уступки в крестьянском вопросе, завершало реформы в армии.

Во второй половине 90-х годов складывалась иная социально-политическая
обстановка в стране, которая не позволила правительству на практике
полностью реализовать принятые им ранее реакционные законодательные
акты. В конечном счете реакции не удалось повернуть вспять исторический
процесс.

Список литературы

1.Троицкий Н.А. Россия в XIX веке. Курс лекций: Учеб. пособие.-2-е изд.,
испр.-М.: Высш. шк., 2003.

2. История России: Учебник/ А.А.Чернобаев и др.-2-е изд., перераб.и
доп.-М.: Высшая школа, 2004.

3. История России: Учебник/ Под ред. Н.П.Ионичева.-М.: ЮНИТИ, 2003.

4. Скворцова Е.М. История Отечества: Учебник для вузов.-М.: ЮНИТИ-ДАНА,
2004.

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат!
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2019