.

Правовое регулирование договора дарения

Язык: русский
Формат: дипломна
Тип документа: Word Doc
0 6706
Скачать документ

2

Булатова Галина Анатольевна

Правовое регулирование договора дарения

Выпускная квалификационная работа

Оглавление

Введение 3

Глава 1. Понятие и особенности договора дарения 6

§ 1. Правовая природа договора дарения 6

§ 2. Понятие и признаки договора дарения по современному
законодательству 13

Глава 2. Элементы договора дарения 23

§ 1. Предмет договора дарения 23

§ 2. Форма и содержание договора дарения 31

§ 3. Субъекты договора дарения 34

§ 4. Права и обязанности сторон 52

§ 5. Ответственность сторон по договору дарения 55

Глава 3. Порядок заключения и прекращения договора дарения 59

§ 1. Заключение договора дарения 59

§ 2. Общие основания прекращения договора дарения 60

§ 3. Отмена дарения 70

Глава 4. Правовое регулирование отдельных видов договора дарения 77

§ 1. Договор обещания дарения 77

§ 2. Договор пожертвования 80

Заключение 88

Список нормативных актов 92

Список литературы 95

Список материалов судебной практики 98

Введение

Ежедневно в своей жизни мы становимся участниками отношений,
регулируемых гражданским правом, порой даже не подозревая об этом.
Приобретая товары, потребляя электричество и тепло, прибегая к услугам
парикмахера, открывая банковский счет, оформляя кредит, мы вступаем в
отношения, регулируемые гражданским законодательством.

В связи с ростом роли права в современном обществе очевидна
необходимость в повышении правовой культуры граждан, формировании
правосознания, соответствующего произошедшим изменениям. Сегодня каждый
должен обладать необходимым запасом правовых знаний, что в конечном
итоге не может не отражаться на качестве жизни.

Основное назначение гражданского законодательства – правовое
регулирование, упорядочение гражданского оборота, а преобладание в нем
эквивалентно-возмездных отношений не исключает существования
безвозмездных имущественных связей. Договор дарения представляет собой
одну из возможных сделок, при совершении которых происходит переход
права собственности на имущество и имущественных прав. Естественно, что
при таких условиях закон не мог оставить без внимания совершение такого
рода сделок.

У многих может вызвать недоумение тот факт, что такое, казалось бы,
обычное дело, как вручение подарка, может иметь правовую основу. Однако
отношения, возникающие в связи с дарением, намного шире и разнообразнее,
чем это может показаться на первый взгляд.

Сегодня предметом дарения может оказаться, например, жилое помещение,
автомобиль и другое имущество, имеющее значительную стоимость. В этом
случае уже очевидна необходимость правовых норм, регулирующих порядок
заключения такой сделки, ее форму, момент перехода права собственности к
новому владельцу и др.

Цель данной работы – изучение правовой природы договора дарения,
определение понятие договора дарения, его элементов и содержания.
Освещение этих вопросов необходимо для общего повышения правовой
культуры граждан.

При подготовке данной работы автор столкнулся с тем, что на сегодняшний
день еще нет достаточного объема материалов судебной практики по данному
вопросу. Автор считает, что, прежде всего это связано с тем, что до
принятия части второй Гражданского кодекса в 1995 году прежний кодекс
1964 года содержал всего две статьи, посвященные договору дарения. Таким
образом, детальное регулирование договора дарения осуществляется всего
чуть более 10 лет, а потому не сложилось еще у граждан понимания того,
что такое обычное дело как получение подарка может детально
регулироваться гражданским законодательством.

На вопрос о природе дарения и месте этого института в системе
гражданского права ответ может быть дан только на основе анализа
существа самого юридического действия, из которого возникают
свойственные дарению правовые отношения. Раскрытие понятия договора
дарения, его элементов и содержания требует использования положений
науки дореволюционного и современного российского гражданского права,
классического римского права, норм гражданского законодательства о
договоре дарения, а также материалов судебной практики.

При написании работы автор использовал труды известных русских ученых в
области права: русского цивилиста профессора Казанского и Московского
университетов Гавриила Феликсовича Шершеневича (1863 – 1912), Олимпиада
Соломоновича Иоффе (1920 – 2005) – автора фундаментального курса
гражданского права и монографических исследований (несмотря на то, что
расцвет его научной и педагогической деятельности в нашей стране
пришелся на 50 – 70-е гг. прошлого столетия, О.С. Иоффе и ныне остается
одним из наиболее авторитетных и часто цитируемых отечественных
цивилистов); Дмитрия Ивановича Мейера (1819 – 1856) – первопроходца
российской цивилистики (в курсе прочитанных полтора века назад в
Казанском университете лекций, которые подготовили к изданию после
безвременной кончины профессора его ученики и последователи, он дает
первую в истории правоведения России стройную систему предмета и задач
гражданского права); а также российских юристов: Александра Львовича
Маковского – специалиста по международному частному и гражданскому
праву, одного из авторов Гражданского кодекса Российской Федерации;
Брагинского Михаила Исааковича – специалиста в области гражданского
права, заслуженного деятеля науки РФ, автора около 550 статей и книг.

Глава 1. Понятие и особенности договора дарения

§ 1. Правовая природа договора дарения

В римском праве договором дарения признавалось неформальное соглашение,
по которому «одна сторона, даритель, предоставляет другой стороне,
одаряемому, какие-либо ценности за счет своего имущества, с целью
проявить щедрость по отношению к одаряемому. Дарение могло быть
совершено в различных правовых формах: посредством передачи права
собственности на вещь, в частности, платежа денежной суммы, в форме
предоставления сервитутного права и т.д. Частным случаем дарения было
обещание что-то предоставить, совершить известные действия и т.д. –
дарственное обещание» Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б.
Новицкого, И.С. Перетерского. М. – Юриспруденция, 2007. С. 499.

В классическом римском праве дарственное обещание имело обязательную
силу только в том случае, если оно было облечено в форму стипуляции,
соглашение в иной форме не порождало обязательств. Под стипуляцией в
римском праве понималась некая словесная формула, в которой лицо,
которому задается вопрос, отвечает, что оно дает или сделает, о чем его
спросили.

В классическую эпоху римского права сфера применения договора дарения,
помимо обязательной формы стипуляции, законодательно ограничивалась
путем установления предельных размеров дарения. Примером такого
законодательного ограничения может служить lex Cincia (закон Цинция, 204
г. до н.э.), который запретил дарение свыше определенной суммы; данное
ограничение не затрагивало лишь актов дарения в пользу ближайших
родственников дарителя Там же. С. 499.

В императорскую эпоху римского права договор дарения, включая так
называемое дарственное обещание, признавался типичным договором и
защищался законодательством, независимо от формы его заключения.
Исключение составляли только договоры дарения на определенную сумму
(свыше 500 золотых), обязательная сила которых обеспечивалась путем
совершения специальной процедуры – судебной инсинуации, когда
дарственные акты заявлялись перед судом с последующим их занесением в
специальный реестр. Предмет договора дарения в римском праве (и в
классическую, и в императорскую эпохи) не ограничивался безвозмездной
передачей вещи, а включал в себя возможность и дарственного обещания
(что, кстати, свидетельствовало о консенсуальном характере обязательства
дарения), и прощения долга, и передачи права.

До революции 1917 г. правоотношения, связанные с дарением, являлись
предметом оживленных теоретических дискуссий. Гражданское
законодательство и гражданско-правовая доктрина того времени не давали
четких однозначных ответов на вопросы о понятии дарения, его правовой
природе, месте этого института в системе гражданского права. В
гражданском законодательстве той поры нормы о дарении были размещены не
среди положений о договорных обязательствах, а в разделе о порядке
приобретения и укрепления прав на имущество.

Г.Ф. Шершеневич всякое дарение признавал договором. Он указывал:
«Дарением называется безвозмездный договор, направленный непосредственно
на увеличение имущества одаряемого в соответствии с уменьшением
имущества дарителя…» Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. – М.:
Автограф, 2001. С. 489..

При подготовке проекта Гражданского уложения различные взгляды на
природу дарения явились предметом тщательного исследования и
всестороннего обсуждения. Ответ на вопрос о природе дарения и месте
этого института в системе гражданского права может быть дан только на
основе анализа существа самого юридического действия, из которого
возникают свойственные дарению правовые отношения. Ключевым вопросом при
проведении такого анализа для Редакционной комиссии являлся вопрос о
необходимости (или отсутствии таковой) принятия дарения или согласия
одаряемого на безвозмездное приобретение имущества. Причем данный
вопрос, по мнению Редакционной комиссии, имел решающее значение
применительно только к дарению, совершаемому не на основе
предварительного соглашения сторон, а путем непосредственной передачи
дара одаряемому Брагинский М.И., Витрянский В.В.. Книга вторая: Договоры
о передаче имущества // КонсультантПлюс: справ. правовая система..

В результате Редакционная комиссия пришла к заключению, в соответствии с
которым необходимость принятия дарения (согласия одаряемого на
приобретение имущества в виде дара) «вытекает из самого внутреннего
свойства дарения, безусловно, обязательна для каждого дарения…» А
поскольку дарение не может осуществиться без обоюдного согласия сторон
(дарителя и одаряемого), то «из этого следует, что дарение есть договор,
ибо… соглашение двух или нескольких лиц о приобретении, изменении или
прекращении прав признается договором» Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского
права. С. 361 – 362.

В связи с этим в проекте Гражданского уложения нормы о дарении составили
гл. IV «Дарение» разд. II «Обязательства по договорам» кн. V
«Обязательственное право». Указанная глава открывалась нормой,
содержащей следующее определение договора дарения: «По договору дарения
даритель, при жизни своей, безвозмездно предоставляет другому лицу
какое-либо имущество. К предоставлению кому-либо имущества на случай
смерти применяются правила о завещаниях» (ст. 1782).

Несмотря на имеющиеся разногласия между российскими правоведами
относительно правовой природы дарения и места этого института в системе
гражданского права, называемые ими основные черты (признаки) дарения
(договора дарения) в основном совпадали См., напр.: Мейер Д.И. Русское
гражданское право: В 2 ч. Ч. 1. М., 1997. С. 241 – 243; Шершеневич Г.Ф.
Курс гражданского права. С. 127 – 129.. Речь шла о четырех характерных
признаках:

1) безвозмездность дарения;

2) направленность на увеличение имущества одаряемого;

3) уменьшение имущества дарителя;

4) намерение дарителя одарить одаряемого.

Спорным являлся вопрос о значении дарений, делаемых из благодарности.
Было признано, что по общему правилу нет оснований не признавать за
дарением, совершаемым из благодарности, свойства истинного дарения и
освобождать его от установленных для этого института специальных правил.
Чувство благодарности является не только слишком неопределенным
побуждением, но и легко обнаруживается, так что всякое дарение можно
подвести под такое побуждение. Сомнения могут возникнуть лишь в том
случае, когда действие, в благодарность за которое совершается дарение,
заключается в исполнении таких работ или услуг, которые делаются
обыкновенно за денежную плату, а потому имеют свойство промысла. Подход
Редакционной комиссии к подобным ситуациям состоял в том, что оценка
сделки, посредством которой лицо производит вознаграждение за работы или
услуги, зависит от намерений этого лица. Если указанное лицо, полагая,
что одаряемый выполнил работы или оказал услуги безвозмездно и
бескорыстно, желает выразить ему благодарность в форме дарения, то такая
сделка составляет действительное дарение. Если же лицо, в пользу
которого совершена работа без предварительного соглашения о
вознаграждении, признает себя обязанным к вознаграждению, то
производимая на этом основании уплата должна признаваться не дарением, а
платежом долга.

При подготовке проекта Гражданского уложения в него были включены
специальные правила, касающиеся только одного вида договора дарения, а
именно пожертвования, каковым признавалось «дарение в пользу общую».
Пожертвования могли иметь место в пользу казны, церквей, монастырей,
архиерейских домов, земств, городов, учебных заведений, больниц,
сословных, благотворительных, ученых и других обществ и установлений
(ст. 1810).

Лицо, пожертвовавшее свое имущество, могло определить назначение его
использования. В этом случае для общества или учреждения, принявшего
дар, возникало обязательство обеспечить использование данного имущества
в соответствии с назначением, определенным жертвователем.

На фоне всестороннего и детального регулирования договора дарения в
дореволюционном гражданском законодательстве и проекте Гражданского
уложения особенно убогим представляется регулирование договора дарения в
советском гражданском законодательстве.

В Гражданском кодексе РСФСР 1922 г. договору дарения была посвящена лишь
одна норма, устанавливающая следующее правило: «Договор о безвозмездной
уступке имущества (дарение) на сумму более одной тысячи рублей должен
быть, под страхом недействительности, нотариально удостоверен» (ст.
138).

Все отношения, связанные с договором дарения, регламентировались в
Гражданском кодексе РСФСР 1964 г. двумя статьями. Согласно первой из
них, по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой
стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным
в момент передачи имущества. Дарение гражданином имущества
государственной, кооперативной или общественной организации может быть
обусловлено использованием этого имущества для определенной общественно
полезной цели (ст. 256). Вторая статья предусматривала требования,
предъявляемые к форме договора дарения. В соответствии с этими
требованиями договор дарения на сумму свыше пятисот рублей и договор
дарения валютных ценностей на сумму свыше пятидесяти рублей нотариально
удостоверялись. Договор дарения гражданином имущества государственной,
кооперативной или общественной организации заключался в простой
письменной форме, договор дарения жилого дома – в форме, установленной
для договора купли – продажи жилого дома (ст. 257).

Из определения договора дарения следует, что законодатель конструировал
его по модели реального договора. Договор дарения считался заключенным в
момент передачи имущества, заключение договора дарения совпадало с его
исполнением.

В юридической литературе некоторыми авторами все же проводился
последовательно взгляд на договор дарения (во всех его формах) как на
реальный договор. К числу таких авторов относился, например, В.И.
Кофман, который для чистоты конструкции предлагал применительно к
договору дарения жилого дома запретить регистрацию дарственного акта до
тех пор, пока дом фактически не передан См.: Советское гражданское
право. Т. 2. М., 1985. С. 36..

Однако большинство правоведов склонялись к тому, что по общему правилу
договор дарения следует считать реальным договором, а в качестве
исключения из общего правила предлагалось рассматривать те договоры,
которые требуют нотариального удостоверения или регистрации и поэтому
относятся к числу консенсуальных.

Необходимость использования применительно к дарению модели реального
договора в юридической литературе объяснялась тем, что при использовании
конструкции консенсуального договора одаряемый получил бы право
требовать отобрания у дарителя обусловленного соглашением имущества, что
противоречило бы социалистической морали и не встретило бы этического
оправдания См., напр.: Советское гражданское право: Учебное пособие для
юридических вузов. Т. II. М., 1951. С. 53..

Другой признак договора дарения, который признавался бесспорным в
советской юридической литературе, – это его безвозмездность. Данное
качество договора дарения объединяло его с договором ссуды. Сходству
между дарением и ссудой в литературе уделялось большое внимание,
высказывалась даже точка зрения, согласно которой ссуда является
разновидностью дарения См.: Перетерский И.С. Сделки, договоры. М., 1929.
С. 64.. По этому поводу О.С. Иоффе писал: «…сходство не должно скрывать
весьма существенного отличия дарения от ссуды: в порядке дарения
имущество переходит в собственность одаряемого, в то время как ссуда
влечет лишь временный переход права пользования к ссудополучателю.
Вследствие такого различия договор дарения тяготеет к обязательствам по
реализации имущества, а договор ссуды – к обязательствам по передаче
имущества в пользование» Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975.
С. 393.. Тем не менее, сам О.С. Иоффе в системе гражданско-правовых
обязательств выделял отдельную категорию обязательств по безвозмездной
передаче имущества в собственность или в пользование, в рамках которой
объединял самостоятельные договоры дарения и ссуды См.: Там же. С. 391 –
410..

В качестве такого же бесспорного признака договора дарения признавался
односторонний характер порождаемого обязательства. Так, О.С. Иоффе,
говоря о договоре дарения, указывал: «Бесспорен и его односторонний
характер: одаряемый становится собственником имущества, не принимая на
себя каких-либо обязанностей перед дарителем, который, в свою очередь,
уступает право собственности одаряемому, не приобретая каких-либо прав»
Там же. С. 395..

Одним из признаков договора дарения, несмотря на отсутствие каких-либо
упоминаний на этот счет в законе, в юридической литературе признавалось
согласие одаряемого на принятие подаренного имущества. Например, О.С.
Иоффе подчеркивал договорную природу договора дарения, хотя, на первый
взгляд, акты дарения совершаются в результате односторонних действий
дарителя и как будто бы не требуют согласия одаряемого. «Но при более
внимательном анализе, – отмечает О.С. Иоффе, – договорная природа
дарственных актов становится совершенно очевидной. Следует, прежде
всего, назвать такие акты, которые связаны с крупными ценностями… и
требуют оформления… при обязательном участии обеих сторон. Затем,
учитывая характер забот и расходов по содержанию имущества, полученного
в дар, не всякое дарение может оказаться приемлемым для одаряемого, а
следовательно, и с этой точки зрения требуется его согласие. Наконец,
согласие имеет значение и в том смысле, что для одаряемого не
безразличны субъект дарения и мотивы совершения дарственного акта» Иоффе
О.С. Указ. соч. С. 394.

Субъектами договора дарения (дарителем и одаряемым) в основном являлись
граждане, в особенности в роли дарителя. Организации в роли дарителя,
как правило, не выступали, поскольку это противоречило бы их специальной
правоспособности.

Поскольку дарение направлено на прекращение права собственности у
дарителя и возникновение его у одаряемого, признавалось, что даритель
должен быть собственником имущества, передаваемого одаряемому.

Определяя в качестве предмета договора имущество, ГК РСФСР не раскрывал
содержание этого понятия. Предметом договора дарения в юридической
литературе обычно признавалось всякое принадлежащее гражданам на праве
личной собственности имущество: вещи, в том числе ценные бумаги,
валютные ценности и т.п. Правда, тут же подчеркивалось, что в
соответствии с действующим законодательством свободное дарение валютных
ценностей допускается только в отношении супруга, детей, родителей,
внуков, деда, бабки, родных братьев и сестер. В остальных случаях
дарение валютных ценностей могло иметь место исключительно с разрешения
Министерства финансов СССР, а дарение в целях коллекционирования
единичных экземпляров монет, являющихся валютными ценностями,
допускалось в порядке, устанавливаемом Министерством культуры СССР по
согласованию с Министерством финансов СССР См.: Комментарий к
Гражданскому кодексу РСФСР / отв. ред.: С.Н. Братусь, О.Н. Садиков. С.
294 – 295..

§ 2. Понятие и признаки договора дарения по современному
законодательству

Как уже отмечалось выше, Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. включал всего
две статьи, в которых были нормы, посвященные договору дарения. В
современных условиях развития рыночных связей произошло значительное
возрастание роли гражданско-правового регулирования рассматриваемых
отношений. Это выражается, прежде всего, в достаточно развернутой и
сравнительно детальной их регламентации в законе. В настоящее время
нормы, регулирующие договор дарения, по-прежнему аккумулированы в ГК РФ.
Однако ГК РФ уделяет дарению гораздо больше внимания, выделив, в
частности, для этого отдельную главу во второй части, состоящую из 11
статей, где дана достаточно развернутая и детальная регламентация.

Кроме норм гражданского права отношения, связанные с дарением, подпадают
под действие правил других отраслей российского права, в частности
семейного, административного. К числу актов, содержащих такие правила,
относятся Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. N
223-ФЗ, Указ Президента РФ от 30.04.1996 N 614 «О дополнительных мерах
по реализации Федерального закона «О ветеранах», Федеральный закон от 11
июля 2001 г. N 95-ФЗ «О политических партиях», Федеральный закон от 16
июля 1998 г. N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», Федеральный
закон от 30 декабря 2006 г. N 275-ФЗ «О порядке формирования и
использования целевого капитала некоммерческих организаций» и др.
Отдельному регулированию подвергаются отношения, связанные с
предоставлением получающих все большее распространение так называемых
грантов. Согласно Закону о науке гранты – денежные и иные средства,
передаваемые соответствующим физическим и юридическим лицам безвозмездно
и безвозвратно гражданами и юридическими лицами, в том числе
иностранными гражданами и юридическими лицами, а также международными
организациями, получившими право на предоставление грантов на территории
РФ в установленном Правительством РФ порядке, для проведения конкретных
научных исследований на условиях, предусмотренных грантодателями. Не
является дарением и пожизненное ежемесячное материальное обеспечение
граждан Российской Федерации в соответствии с Указом Президента РФ от
30.11.92 «О дополнительном материальном обеспечении граждан за особые
заслуги перед Российской Федерацией».

Договором дарения признается такой договор, по которому одна сторона
(даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне
(одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование)
к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее
от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1
ст. 572 ГК).

В системе гражданско-правовых договоров договор дарения выделяется в
отдельный тип договорных обязательств благодаря наличию некоторых
характерных признаков, позволяющих квалифицировать его в данном
качестве. В числе таких признаков можно назвать следующие особые черты
договора дарения.

1. Основной квалифицирующий признак договора дарения, отличающий его от
подавляющего большинства гражданско-правовых договоров, состоит в его
безвозмездности. Как известно, гражданско-правовые отношения строятся на
началах имущественной самостоятельности их участников и эквивалентности.
Соотношение возмездных и безвозмездных договоров определяется
законодательной презумпцией возмездности всякого гражданско-правового
договора, выраженной нормой, согласно которой «договор предполагается
возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа
договора не вытекает иное» (п. 3 ст. 423 ГК).

Договор дарения относится к безвозмездным договорам, по которым одна
сторона предоставляет либо обязуется предоставить что-либо другой
стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.
Наличие в системе гражданско-правовых обязательств безвозмездных
договоров (договор дарения, договор ссуды) объясняется широким спектром
побудительных мотивов действий участников имущественного оборота,
которые вовсе не сводятся к обязательному извлечению выгоды из всякой
сделки. Чаще всего намерение заключить договор дарения возникает под
влиянием личных отношений, сложившихся между дарителем и одаряемым. Это
может быть и чувство благодарности к одаряемому, симпатия и т.д. Сделки
могут совершаться в том числе и из сострадания к попавшим в беду, из
желания оказать помощь, просто материально поддержать кого-либо. В любом
случае такие побудительные мотивы не имеют правового значения. Поэтому
встречающийся иногда в юридической литературе взгляд на безвозмездные
отношения в гражданском праве как на вынужденный «довесок» к
«нормальным» имущественным отношениям, пронизанным насквозь
меркантильными интересами их участников, представляется намеренно
искусственным, примитивизирующим субъекты имущественного оборота (в
особенности физических лиц). Например, И.В. Елисеев пишет: «Однако и
безвозмездные правоотношения… также могут испытывать действие закона
стоимости, хотя и не столь явное… Главное же, пожалуй, состоит в том,
что предмет не утрачивает присущие ему качества товара и тогда, когда он
переходит от одного лица к другому безвозмездно» Гражданское право:
Учебник. Т. II. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2006. С.
117..

Признак безвозмездности договора дарения означает, что даритель не
получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого, более
того, и не рассчитывает на это. «Наличие хотя и неравноценных, но
взаимных непогашенных денежных обязательств у сторон свидетельствует о
том, что их намерение простить долг друг другу не является
разновидностью дарения» Постановление Президиума ВАС РФ от 19.12.2006 N
11659/06 по делу N А42-422/2005..

Если по договору дарения предполагаются встречная передача вещи или
права либо встречное обязательство со стороны одаряемого, то такой
договор признается притворной сделкой и к нему применяются правила,
предусмотренные п. 2 ст. 170 ГК (п. 1 ст. 572 ГК). В данной ситуации
речь идет о нормах, относящихся к возмездной сделке, которую стороны
действительно имели в виду. К нему в зависимости от конкретных условий
должны применяться правила о договорах купли-продажи, мены и др.

Как и в российском дореволюционном гражданском праве, договор дарения не
теряет своих качеств, если имеется встречное предоставление, которое
носит чисто условный, либо символический характер (например, вручение
дарителю одаряемым мелкой монетки за подаренные острый предмет или
комнатное растение). При этом важное значение имеет осознание сторонами
того факта, что встречное предоставление является именно данью традиции
и не выполняет роль компенсации за полученное имущество. При отсутствии
осознания условности и символического характера предоставления со
стороны, одаряемого и, напротив, направленности воли сторон именно на
компенсацию дара их правоотношения не могут рассматриваться в качестве
договора дарения даже в том случае, когда встречное предоставление явно
не эквивалентно полученному дару. Так, если какое-либо имущество
реализуется его собственником по явно заниженной цене или покупается
кем-либо по чрезмерно завышенной цене, указанные правоотношения, в силу
отсутствия признака безвозмездности, не могут быть квалифицированы как
договор дарения.

Не противоречит безвозмездному характеру дарения факт совершения
впоследствии одаряемым дара в пользу дарителя, но по самостоятельному
договору. При соглашении же о встречных имущественных предоставлениях
налицо не договор дарения, а договор мены (ст. 567 ГК) либо договор
купли-продажи (ст. 454 ГК), если эквивалент выражен в денежной сумме.

2. Признаком дарения является увеличение имущества одаряемого. Объем
имущества одаряемого увеличивается путем передачи ему дарителем вещи или
имущественного права либо освобождения его от обязанности. В последнем
случае уменьшается часть имущества одаряемого, составляющего его
пассивы, что равносильно увеличению активов последнего. Данный признак
позволяет отличать договор дарения от иных договоров, не
предусматривающих, так же как и при дарении, встречного предоставления.
Например, договор залога может быть заключен третьим лицом с кредитором
должника в целях обеспечения обязательств последнего без какой-либо
компенсации риска указанного третьего лица со стороны должника. Несмотря
на очевидную выгоду для должника и безвозмездность отношений между
должником и залогодержателем, такой договор не может рассматриваться в
качестве дарения, поскольку он не увеличивает имущества должника.

3. При дарении увеличение имущества одаряемого должно происходить за
счет уменьшения имущества дарителя. И этот признак необходим для
отграничения договора дарения от иных договоров и сделок, реализация
которых сулит увеличение имущества лица, но не за счет уменьшения
имущества оказывающего ему услугу другого лица. Такие правоотношения
имеют место, в частности, по договору страхования, заключенному
страхователем в пользу выгодоприобретателя, который при наступлении
страхового случая, получая от страховщика страховое возмещение,
увеличивает свое имущество, но не за счет уменьшения имущества
страхователя. Аналогичная ситуация может возникнуть по договору
поручения, не предусматривающему обязанность доверителя по выплате
вознаграждения поверенному.

Уменьшение имущества одной стороны и одновременное увеличение имущества
другой характерно и для ряда иных возмездных сделок (договоров аренды,
перевозки, хранения). Принятие дарения означает согласие одаряемого на
безвозмездное приобретение имущества, но такой акт (принятие) имеет
место и в других способах приобретения имущества. Бесповоротность
дарения в настоящее время не является абсолютной, так как возможен отказ
от исполнения договора дарения и отмена дарения.

4. Признаком договора дарения является также наличие у дарителя,
передающего одаряемому имущество либо освобождающего его от
обязательств, намерения одарить последнего, т.е. увеличить имущество
одаряемого за счет собственного имущества. При отсутствии такого
намерения у «дарителя» договор, по которому производится передача
имущества, даже при отсутствии в его тексте условий о цене указанного
имущества и порядке его оплаты либо иного встречного предоставления,
должен в соответствии с п. 3 ст. 423 ГК признаваться возмездным. Что же
касается встречного предоставления, то его размер в этом случае
определяется исходя из того, что если в возмездном договоре цена не
предусмотрена и не может быть определена из условий договора, исполнение
такого договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых
обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или
услуги (п. 3 ст. 424 ГК).

Намерение одарить – правовая цель дарителя в сделке. Это – действительно
юридически важный признак, который можно уточнить как намерение передать
дар в собственность безвозмездно.

5. Дарение – это всегда двусторонняя сделка, т.е. для ее совершения
необходима согласованная воля обеих участвующих в сделке сторон. Это
означает, что для заключения договора дарения не достаточно желания
одного лица передать в качестве дара вещь или имущественное право
другому лицу. Одаряемый также совершенно определенно должен выразить
свое согласие на принятие дара. Данный признак не всегда можно
обнаружить в отношениях, связанных с дарением, особенно если договор
дарения заключается по модели реального договора. В повседневной жизни
на бытовом уровне каждый день совершается огромное число дарений без
всяких видимых следов истребования согласия одаряемого на принятие
подарка. Однако даже обыденные представления не исключают возможности
отказа одаряемого от принятия подарка. Мотивами для такого отказа могут
служить дороговизна подарка, испорченные отношения между дарителем и
одаряемым, понимание одаряемым, что за подарком последуют просьбы
дарителя совершить какие-либо нежелательные (для одаряемого) действия, и
т.п.

В современной юридической литературе трудно обнаружить взгляд на дарение
как на одностороннюю сделку со стороны дарителя, являющуюся одним из
способов прекращения права собственности дарителя и возникновения права
собственности у одаряемого, как это имело место в дореволюционной
гражданско-правовой доктрине. Напротив, подчеркивается принципиальное
значение согласия одаряемого на принятие дара, что, безусловно,
свидетельствует о договорной природе дарения и позволяет провести четкую
грань между дарением и односторонними сделками, например завещанием в
наследственном праве См., напр.: Гражданское право: Учебник. Т II / Под
ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 131..

6. Договор дарения может быть как реальным, так и консенсуальным.
Реальной называется сделка, для совершения которой наряду с достижением
соглашения между сторонами одновременно требуется также передача
имущества либо имущественного права. С точки зрения правовой природы
возникающих при этом правоотношений значительный интерес представляет
собой договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому.

По общему правилу реальный договор отличается от консенсуального
договора, который считается заключенным с момента достижения сторонами
соглашения по всем существенным условиям договора (формальный момент –
получение лицом, направившим оферту, ее акцепта), тем, что для
заключения реального договора необходима также передача имущества,
поэтому такой договор считается заключенным с момента передачи
соответствующего имущества (п. 1, 2 ст. 433 ГК).

В этом смысле договор дарения, совершаемый путем передачи имущества
одаряемому, на первый взгляд также представляется реальным договором:
отсутствует разрыв во времени между заключением договора и появлением
права у одаряемого; передача имущества дарителем представляет собой не
исполнение обязательства, а действие последнего по заключению договора
дарения. Вместе с тем такой договор дарения обладает некоторыми
специфическими чертами, отсутствующими у других реальных договоров.
Во-первых, иные реальные договоры (рента, заем, хранение, перевозка)
заключаются (путем передачи имущества) в том числе и на основе
соглашений сторон, которые вступают в силу с момента передачи имущества.
Для договора дарения такая возможность исключается: при наличии
соглашения между дарителем и одаряемым мы имеем дело с консенсуальным
договором обещания дарения.

Во-вторых, и это главное, передача дарителем имущества в качестве дара
одаряемому имеет своим результатом непосредственное возникновение у
одаряемого права собственности на подаренное имущество. Иными словами, в
отличие от всех других реальных договоров, по которым передача имущества
означает не только заключение договора, но и возникновение обязательств
сторон (например, по договору займа – обязанности заемщика по возврату
суммы займа; по договору перевозки – обязанности перевозчика доставить
груз в пункт назначения и выдать его получателю, а грузоотправителя –
внести провозные платежи и т.п.), заключение договора дарения не
порождает никаких обязательственно – правовых отношений, а приводит к
возникновению права собственности на подаренное имущество у одаряемого.

Договор дарения, заключаемый путем передачи дарителем имущества
одаряемому, отличается от консенсуального договора обещания дарения не
только по моменту его заключения, но и тем, что он вообще не порождает
обязательств сторон и поэтому не может быть отнесен также и к реальным
договорам. По своей правовой природе такой договор дарения представляет
собой «договор – сделку», т.е. юридический факт, служащий основанием
прекращения права собственности дарителя и возникновения права
собственности у одаряемого на подаренное имущество. Пожалуй,
единственная причина, по которой данный юридический факт признается не
только основанием (способом) перехода права собственности, но и
договором, состоит в необходимости для дарителя получить согласие
одаряемого на передачу ему соответствующего дара. Все остальные качества
гражданско-правового договора (договора – правоотношения и договора –
документа) в данном случае не имеют места.

Отношение к договору дарения как к договору – сделке демонстрирует и
законодатель. Из всех правил ГК, предназначенных для регулирования
договора дарения, непосредственное отношение к договору, заключаемому
путем передачи имущества одаряемому, имеют лишь следующие нормы: о
признании договора дарения, предусматривающего встречное предоставление
со стороны одаряемого, притворной сделкой (п. 1 ст. 572); о форме
договора дарения и порядке его заключения, т.е. передачи дара (п. 1 ст.
574); о случаях запрещения и ограничения дарения (ст. 575, 576); о
последствиях причинения вреда одаряемому вследствие недостатков
подаренной вещи (ст. 580); об отмене дарения (ст. 578, 579). Что
касается иных норм, то они регулируют содержание договора дарения,
порядок исполнения обязательств и отказа от исполнения договора дарения,
вопросы правопреемства, т.е. имеют в качестве объекта правового
регулирования договор дарения как правоотношение и предназначены
исключительно для регламентации отношений, связанных с консенсуальным
договором дарения (обещания дарения).

Таким образом, законодатель, понимая, что договор дарения, совершаемый
путем передачи имущества одаряемому, не порождает обязательств и не
обладает качествами договора – правоотношения, регулирует его именно как
сделку (договор – сделку) без помощи норм, рассчитанных на определение
содержания данного договора.

Глава 2. Элементы договора дарения

§ 1. Предмет договора дарения

Говоря о предмете договора дарения, не следует упускать из виду, что
указанный договор, как и всякий гражданско-правовой договор на передачу
имущества, имеет сложный предмет, состоящий из действий дарителя:
передача дара, освобождение от обязанности, которые называют объектом
первого рода или юридическим объектом, а также самого имущества (вещи,
права, обязанности), которое обычно именуется объектом второго рода или
материальным (применительно к вещи) объектом См., напр.: Иоффе О.С.
Указ. соч. С. 398 – 399; Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С.
224..

Некоторые авторы критикуют ГК за неоправданное, на их взгляд, расширение
предмета договора дарения. Так, И.В. Елисеев по этому поводу пишет:
«Такое определение предмета договора уже подвергалось и, вероятно, еще
долго будет подвергаться справедливой критике юристов. Причина этого
заключается, прежде всего, в том, что в одно множество объединяются
такие разнородные объекты, как имущество (вещи и имущественные права) и
действия (освобождение от обязанности)» Гражданское право: Учебник.
Т. II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 122..

Сложный предмет договора дарения может быть разбит на пять частей,
каждая из которых имеет, в определенном смысле, самостоятельное
значение.

1. Передача дарителем вещи в собственность одаряемого представляет собой
наиболее типичный предмет договора дарения. Вещи (в том числе деньги и
ценные бумаги) представляют собой предметы материального мира как в их
естественном состоянии (например, дары природы), так и предметы,
созданные трудом человека. Предметом договора дарения может быть как
движимое имущество, так и недвижимость, находящиеся в свободном
обращении. Совершение сделок в отношении вещей, ограниченных в обороте
(огнестрельное оружие, летательные аппараты и другое), допускается после
получения соответствующих разрешений. Заключение договора дарения в
отношении вещей, изъятых из оборота (например, участок лесного фонда),
не допускается. Договоры дарения, имеющие в качестве своего предмета
указанные действия дарителя, отличаются от многих иных договоров,
направленных на передачу имущества (аренда, ссуда, наем), тем, что вещь
передается в собственность одаряемого, а от тех договоров из этой
категории, которые, так же как и дарение, предусматривают передачу
имущества в собственность контрагента (купля – продажа, мена, рента), –
тем, что при дарении отчуждение имущества производится безвозмездно. При
этом от договора беспроцентного займа договор дарения денег отличается
тем, что подаренные одаряемому деньги не подлежат возврату дарителю.

Среди вещей выделяют обычные подарки до пяти минимальных размеров оплаты
труда (п. 2 ст. 574, 575 ГК) и обычные подарки небольшой стоимости (п. 1
ст. 576, 579 ГК). Такие подарки имеют особый режим: в отношении их не
действуют правила о запрещении дарения между определенными дарителями и
одаряемыми; к ним не применяются правила об отказе от исполнения
договора дарения и об отмене дарения; договор дарения подарков до пяти
минимальных размеров оплаты труда с дарителем – юридическим лицом может
быть заключен устно.

2. Передача одаряемому имущественного права (требования) дарителем к
«самому себе». В юридической литературе отмечалось, что сфера действия
договора дарения с таким предметом в основном сводится к установлению
названного права. Кроме того, рассматривая характерные черты подобного
договора, А.Л. Маковский подчеркивает, что «под этот случай дарения не
подпадает требование к дарителю, предоставляемое посредством передачи
одаряемому ценной бумаги (например, выдачи простого векселя)»; кроме
того, «не могут вообще рассматриваться в качестве дарения договоры о
безвозмездном предоставлении другой стороне прав ссудополучателя,
хранителя, доверителя или учредителя доверительного управления, т.к.
соответствующие отношения урегулированы в ГК как отношения по иным,
самостоятельным договорам…». По мнению А.Л. Маковского, под «передачей
права (требования) к себе» следует понимать предоставление одаряемому
только обязательственного требования к дарителю См.: Маковский А.Л.
Дарение (глава 32) // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть
вторая: Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред.
О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. М.: 1996. С. 303..

По договору дарения, предусматривающему передачу одаряемому
имущественного права (требования) дарителем к самому себе, могут
передаваться не только обязательственные права, но и отдельные вещные
права.

Например, в соответствии с п. 3 ст. 552 ГК продажа недвижимости,
находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве
собственности, допускается без согласия собственника этого участка, если
это не противоречит условиям пользования таким участком, установленным
законом или договором. При продаже такой недвижимости покупатель
приобретает право пользования соответствующей частью земельного участка
на тех же условиях, что и продавец недвижимости. Причем, если иное не
установлено законом или договором, предусмотренная договором цена
недвижимого имущества, находящегося на земельном участке, включает цену
права на соответствующую часть земельного участка (п. 2 ст. 555 ГК).
Если стороны договорятся о том, что они не включают в цену объекта
недвижимости цену права на земельный участок (скажем, права бессрочного
пользования), при явном намерении лица, выступающего в роли продавца
объекта недвижимости, тем самым одарить покупателя объекта недвижимости,
налицо все необходимые признаки дарения права (в том числе и вещного) на
соответствующий земельный участок.

3. Передача одаряемому принадлежащего дарителю имущественного права
(требования) к третьему лицу осуществляется посредством безвозмездной
уступки соответствующего права (требования) одаряемому при условии
соблюдения правил, регулирующих цессию (п. 3 ст. 576 ГК). Следовательно,
по такому договору дарения не могут быть переданы права, неразрывно
связанные с личностью кредитора (дарителя), в частности требования об
алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью (ст. 383
ГК), а также права по обязательству, в котором личность кредитора
(дарителя) имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 ГК).
Не подлежат передаче по такому договору дарения также права по ценным
бумагам в документарной форме, которые относятся к вещам и поэтому могут
передаваться в качестве дара как вещи, что составляет самостоятельный
предмет договора дарения (передача вещи в собственность одаряемого).

Остальные права, вытекающие как из договорных, так и из внедоговорных
обязательств, могут передаваться по договору дарения, предусматривающему
передачу одаряемому принадлежащего дарителю имущественного права
(требования) к третьему лицу.

Особую проблему представляет вопрос о том, следует ли квалифицировать
как договор дарения всякую безвозмездную сделку уступки требования по
обязательству. Данный вопрос приобретает особо актуальное значение в
случаях, когда речь идет о сделках уступки требования, совершаемых между
коммерческими организациями по обязательствам, связанным с их
предпринимательской деятельностью, поскольку, как известно, дарение
между коммерческими организациями запрещено законом (п. 4 ст. 575 ГК).

В соответствии с п. 1 ст. 388 ГК уступка требования кредитором другому
лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам
или договору. В соответствии с законом (п. 4 ст. 575 ГК) не допускается
дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает
пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда, в
отношениях между коммерческими организациями. Договор дарения может
совершаться, в том числе и путем передачи одаряемому права требования к
третьему лицу, осуществляемой с соблюдением правил, установленных в
отношении уступки требований по обязательствам (п. 3 ст. 576 ГК).

Вместе с тем соглашение об уступке прав, не предусматривающее встречного
предоставления цеденту со стороны цессионария, может быть признано
договором дарения лишь в том случае, если оно содержит ясно выраженное
намерение цедента совершить безвозмездную передачу соответствующего
права цессионарию (п. 2 ст. 572 ГК). При этом под безвозмездностью
передачи права требования понимается отсутствие какой-либо причинной
обусловленности такой передачи права, вытекающей в том числе и из других
взаимоотношений сторон по иным сделкам и обязательствам.

По поводу соотношения цессии и дарения имеются различные точки зрения.
М.И. Брагинский считает, что «договора цессии» вообще не существует
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. М.,
2001. С. 373.. Он утверждает, что для перехода имущественных прав
подходят традиционные гражданско-правовые договоры, в том числе мена,
дарение, купля-продажа.

М.И. Кротов придерживается иного мнения по этому поводу: «Цессия,
совершенная за плату, может рассматриваться как разновидность договора
купли-продажи, а безвозмездная уступка права как дарение. Не следует,
однако, сводить соглашение об уступке права требования к каким-либо
строго определенным разновидностям договоров, предусмотренных ГК,
возможны и такие соглашения, которые в них не укладываются» Гражданское
право: Учебник. Т. I. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2006.
С. 222. .

Действительно, существуют такие соглашения, которые не подпадают под
признаки ни договора купли-продажи, ни договора дарения, любого иного
предусмотренного законом договора. Например, право требования может
передаваться в зачет своего долга перед лицом, которому передается такое
право. То есть одно обязательство, которое имеется между предполагаемыми
цедентом и цессионарием, заменяется другим с иным предметом исполнения
(новация). Схема такова: А, не имея возможности вернуть долг С по
заключенному между ними ранее обязательству, передает С право требования
к своему должнику – Б, заключая договор цессии.

Арбитражная практика выработала свой подход к определению договора
дарения. Об этом пишет О. Свириденко, указывая на то, что главным
отличительным признаком договора цессии является его возмездность. «При
этом основной акцент при принятии судебного акта делается на то, что при
отсутствии признака возмездности в договоре уступки права он признается
договором дарения, что влечет его ничтожность» Свириденко О. Перемена
лиц в обязательстве // Российская юстиция. 1999. № 9. С. 24. .

А. Г. Королев также указывает на то, что часто суды признают
недействительным уступку права требования по одной из следующих причин:
«Уступка права требования фактически явилась дарением, а дарение между
коммерческими организациями запрещено (ст.575 ГК)» Королев А.Г. О
судебно-арбитражной практике по спорам, возникающим при уступке права
требования // Юридический мир. 1998. № 6. С. 58. .

О. Свириденко не согласен с такой практикой арбитражных судов, так как
законодатель не дает «прямого указания на наличие признака возмездности
уступки права и запрета безвозмездности цессии» Свириденко О. Там же. С.
24. .

Отсутствие в соглашении об уступке прав требования, заключенном между
коммерческими организациями, условий об оплате цессионарием получаемого
права либо об ином встречном предоставлении само по себе не может
служить основанием для признания указанного соглашения договором
дарения. Напротив, «гражданское законодательство исходит из презумпции
возмездности договора (п. 3 ст. 423 ГК). Поэтому договор является
дарением только в том случае, если договор содержит явно выраженное
намерение совершить безвозмездную передачу вещи или судом будет
установлено такое намерение» Постановление ФАС Уральского округа от
12.11.2007 N Ф09-11096/06-С4 по делу N А07-16306/2006-Г-МИТ //
КонсультантПлюс: справ. правовая система., либо, как в данном случае,
когда заинтересованным лицом будет доказано отсутствие какой-либо
причинной обусловленности безвозмездной уступки права.

Таким образом, если стороны оформили соглашение об уступке права
требования, то на эту сделку не распространяются правила об отмене
дарения, ограничении дара, отказе от исполнения и др. Но если стороны
заключили договор о передаче в дар имущественного права требования
дарителя к третьему лицу, то соблюдаются правила об объеме переходящего
права, возражениях должника против требования нового кредитора, согласии
должника в определенных случаях и др.

4. Освобождение одаряемого от имущественной обязанности перед дарителем.
В данном случае нельзя говорить о том, что прощение долга всегда
является договором дарения. Прощение долга является основанием
прекращения обязательства. В соответствии со ст. 415 ГК («Прощение
долга») обязательство прекращается освобождением кредитором должника от
лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в
отношении имущества кредитора. Именно в таком качестве (как основание
прекращения обязательства, а не договор дарения) прощение долга часто
используется в имущественном обороте, участники которого нередко путем
прощения долга прекращают взаимные обязательства по различным договорам.
Прощение долга используется также при сверке расчетов, составлении
мировых соглашений с учетом целого ряда различных обязательств,
имеющихся между сторонами. В связи с этим признание всякого прощения
долга договором дарения способно дестабилизировать имущественный оборот
и повлечь за собой иные серьезные негативные последствия.

Соглашение о прощении долга может быть квалифицировано как договор
дарения только в том случае, когда в нем положительно решен вопрос о
безвозмездности действий кредитора по освобождению должника от
возложенных на него обязательств и при явном намерении кредитора одарить
должника без всякого встречного предоставления в рамках всех
взаимоотношений сторон. И здесь, как в случае с уступкой требования,
необходимо исходить из презумпции возмездности прощения долга.

Договор дарения отличается от прощения долга тем, что дарение всегда
совершается на основании соглашения двух лиц, а прощение долга
представляет собой одностороннюю сделку, для совершения которой
достаточно волеизъявления одной стороны.

5. Освобождение одаряемого от его имущественной обязанности перед
третьим лицом возможно путем исполнения дарителем обязательства за
являющегося в нем должником одаряемого перед кредитором по такому
обязательству. Речь идет о применении специальной конструкции исполнения
обязательства путем возложения его исполнения на третье лицо (п. 1 ст.
313 ГК), поскольку только в этом случае кредитор обязан принять
исполнение, предложенное за должника третьим лицом, не являющимся
стороной в обязательстве.

Другой вариант договора дарения путем освобождения одаряемого от его
имущественной обязанности перед третьим лицом состоит в том, что
даритель занимает место должника в обязательстве, освобождая тем самым
от него одаряемого. Замена участника обязательства на стороне должника
осуществляется с помощью перевода долга; перевод долга допускается лишь
с согласия кредитора (ст. 391 ГК). В данном случае основанием
освобождения одаряемого от его обязанности перед третьим лицом
(кредитором) служит не фактическое ее исполнение дарителем, а то
обстоятельство, что одаряемый выбывает, благодаря дарителю, из
соответствующего обязательства.

Даритель может исполнить (или пообещать исполнить) эту обязанность при
наличии двух условий:

1) если по условиям обязательства и в соответствии с требованиями
нормативных актов одаряемый не должен произвести исполнение лично;

2) кредитор одаряемого согласен принять исполнение от другого лица (если
получение такого согласия в силу закона является обязательным).

Необходимо отметить, что и в этом случае для того чтобы соответствующие
действия лица, освобождающего должника от обязательства перед третьим
лицом, были признаны дарением, требуется наличие всех признаков договора
дарения, и прежде всего безвозмездности и намерения дарителя именно
освободить должника от его обязанностей в качестве дара последнему.

§ 2. Форма и содержание договора дарения

При заключении любого договора необходимо четко следовать предписаниям
закона относительно формы сделки. В противном случае это может повлечь
такие неблагоприятные последствия, как признание сделки
недействительной.

Предъявляемые ГК (ст. 574) требования к форме договора дарения зависят
от вида договора дарения и от объекта дарения. Договоры дарения,
совершаемые путем передачи дара одаряемому, могут заключаться в устной
форме, за исключением случаев, указанных в п. 2 и 3 ст. 574 ГК, когда
требуется обязательная письменная форма. Во-первых, в письменной форме
должны совершаться договоры дарения движимого имущества, по которым в
качестве дарителей выступают юридические лица, и стоимость дара
превышает пять установленных законом минимальных размеров оплаты труда.
Согласно ст. 5 Федерального закона от 19.06.2000 N 82-ФЗ «О минимальном
размере оплаты труда» исчисление сумм по гражданско-правовым
обязательствам, поставленным в зависимость от минимального размера
оплаты труда, производится исходя из базовой суммы, равной 100 рублям.
Таким образом, на настоящий момент договор дарения от имени юридического
лица должен иметь письменную форму, если стоимость предмета договора
превышает 500 рублей. Во-вторых, когда договор содержит обещание дарения
в будущем. В-третьих, договоры дарения недвижимого имущества подлежат
государственной регистрации и поэтому они не могут заключаться в устной
форме. Несоблюдение в таких случаях требуемой законом формы приводит к
ничтожности сделки. Порядок регистрации и основания отказа в ней
устанавливаются в соответствии со ст. 131 ГК специальным законом. В
настоящее время действует Федеральный закон от 21.07.1997 N 122-ФЗ «О
государственной регистрации прав на недвижимой имущество и сделок с
ним». Главным его нововведением является создание единого
государственного реестра прав на недвижимость, лишь запись в котором
является доказательством права собственности лица на такое имущество.
Государственная регистрация осуществляется дважды: при заключении
договора и при передаче права собственности на недвижимость.
Государственная регистрация договора дарения проводится соответствующим
территориальным учреждением по месту нахождения недвижимого имущества на
основании заявления сторон договора. Регистрация перехода права
собственности на недвижимое имущество, являющегося предметом дарения,
проводится по заявлению одаряемого. Возможна подача заявления через
представителя при наличии у него нотариально удостоверенной
доверенности, подтверждающей соответствующие полномочия. Хотелось бы
обратить внимание на п. 9 «Обзора законодательства и судебной практики
Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года» от
07.11.2007 г., где говориться о том, что разрешение спора о признании
договора дарения недвижимого имущества ничтожной сделкой относится к
подсудности суда по месту нахождения имущества.

Статья 45 Закона РФ от 15.04.1993 N 4804-1 (ред. от 02.11.2004) «О
вывозе и ввозе культурных ценностей» устанавливает, что с целью
предотвращения незаконного вывоза культурных ценностей и передачи права
собственности на них сделки в отношении культурных ценностей,
подпадающих под действие настоящего Закона, должны заключаться в
письменной форме. Указанное правило распространяется и на случаи
дарения. Сделки, заключенные с нарушением установленного порядка,
признаются недействительными.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного
документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами
посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной
или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит
от стороны по договору (п. 2 ст. 434 ГК). Если в указанных случаях
договор дарения будет совершен устно, то он в силу п. 2 ст. 574 ГК будет
считаться ничтожным. Такой договор не влечет возникновение прав и
обязанностей у сторон. По желанию сторон любой письменный договор
дарения может быть также нотариально удостоверен, хотя закон не вменяет
это в обязанность лиц, участвующих в сделке.

Свидетельством заключения договора дарения, сопровождаемого передачей
дара одаряемому, могут служить: вручение последнему дара,
правоустанавливающих документов, символическая передача дара (вручение
ключей и т.п.).

Договор обещания дарения под страхом его недействительности должен быть
заключен в письменной форме.

Если предметом договора дарения являются передача одаряемому права
(требования) либо освобождение его от обязанности перед третьим лицом,
то требования к форме такого договора подчиняются правилам, определяющим
форму сделок уступки требования и перевода долга (ст. 389 и 391 ГК). В
частности, уступка требования и перевод долга, основанные на сделках,
совершенных в простой письменной или нотариальной форме, должны быть
совершены в соответствующей письменной (простой или нотариальной) форме.
Уступка требования и перевод долга по сделкам, подлежащим
государственной регистрации, должны быть зарегистрированы в порядке,
установленном для регистрации соответствующих сделок.

Только юридических лиц – дарителей касается требование закона по поводу
обязательного облечения договора дарения движимого имущества в
письменную форму (п. 2 ст. 574 ГК). Особое правило, относящееся к
юридическим лицам, сформулировано в ст. 576 ГК об ограничении дарения.

Специальное указание в законе (ст. 582 ГК) имеется и относительно
выступления в качестве одаряемых государства и других субъектов
гражданского права, названных в ст. 124 ГК.

О содержании договора дарения (правах и обязанностях сторон) можно
говорить лишь применительно к договору обещания дарения (он будет
рассмотрен подробнее ниже). Что касается договора дарения, совершаемого
путем передачи подаренного имущества одаряемому, то он представляет
собой договор – сделку, т.е. юридический факт, порождающий право
собственности на подаренное имущество у одаряемого и соответственно
прекращающий право собственности дарителя; договорная природа такого
дарения выражается лишь в том, что передача одаряемому подаренного
имущества требует согласия последнего на принятие дара; впрочем, такое
согласие предполагается.

§ 3. Субъекты договора дарения

Как уже отмечалось, сторонами по договору дарения являются даритель и
одаряемый. Закон не устанавливает для кого-либо из субъектов
гражданско-правовых отношений запретов на участие в договоре дарения.
Следовательно, в качестве сторон по договору дарения могут выступать все
субъекты гражданского права: граждане (в том числе граждане РФ,
иностранные граждане, лица без гражданства), юридические лица, РФ,
субъекты РФ, муниципальные образования. Законодательство ограничений на
участие в договоре дарения государства, в качестве одаряемого не
предусматривает, следовательно, должен действовать принцип
распространения на государство при его участии в имущественном обороте
положений о юридических лицах. Иначе придется любые ситуации, когда
руководители различных государств на официальных дипломатических
встречах обмениваются подарками, квалифицировать как пожертвования в
пользу соответствующих государств. Кроме того, не следует забывать, что
ГК не рассматривает в качестве пожертвования действия дарителя, по
освобождению одаряемого от его обязательств, однако нет никаких
оснований не допускать возможности такого дара в адрес государства.

Граждане как субъекты договора дарения должны обладать
гражданско-правовой дееспособностью. Однако в данном случае речь идет не
о полной (по общему правилу наступает с достижением совершеннолетия), а
о достаточной (частичной) дееспособности. В силу п. 2 ч. 2 ст. 28 ГК
малолетние (т.е. дети от 6 до 14 лет) уже вправе выступать в качестве
одаряемых в договоре дарения, поскольку им предоставлено право
самостоятельно совершать сделки, направленные на безвозмездное получение
выгоды, не требующие нотариального удостоверения и государственной
регистрации. С 14 лет несовершеннолетние получают возможность выступать
в договоре дарения в качестве дарителя в пределах заработка, стипендии и
иных получаемых ими доходов. Во всех остальных случаях:

1) за малолетних и от их имени в договоре дарения участвуют их законные
представители – родители, усыновители, опекуны;

2) несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет заключают договор
дарения самостоятельно, однако с предварительного письменного согласия
своих законных представителей – родителей, усыновителей или попечителя.

За граждан, признанных судом недееспособными (вследствие психического
расстройства, которое не позволяет понимать значение своих действий и
руководить ими), все сделки, в том числе и договор дарения, совершают их
законные представители – опекуны (ст. 29 ГК). Лица, признанные в
судебном порядке ограниченно дееспособными (вследствие злоупотребления
спиртными напитками или наркотическими средствами), вправе совершать все
сделки с предварительного согласия попечителя.

Закон не предъявляет каких-то особых требований к юридическим лицам,
государственным и муниципальным образованиям для участия в договоре
дарения. Однако в некоторых случаях на них (как и на граждан)
распространяются установленные законом запреты и границы дарения.

Особенность договора дарения применительно к его субъектному составу
состоит в том, что в отношении некоторых субъектов гражданского права
законодательством установлены запрещения и ограничения на участие в
отношениях, связанных с дарением (статьи 575 и 576 ГК).

1. Запрещение дарения (в качестве дарителей) установлено в отношении
законных представителей малолетних граждан и граждан, признанных
недееспособными (от имени последних). Как известно, по общему правилу
законные представители малолетних (родители, усыновители или опекуны), а
также опекуны граждан, признанных судом недееспособными, могут совершать
от их имени гражданско-правовые сделки. Однако договор дарения
отличается той особенностью, что он имеет своим результатом уменьшение
имущества соответственно малолетних и признанных недееспособными граждан
без всякой компенсации. Данное обстоятельство побудило законодателя
изъять из круга сделок, совершаемых законными представителями указанных
лиц, договоры дарения. Исключение составляют случаи дарения обычных
подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом
минимальных размеров оплаты труда (такие сделки могут совершаться
законными представителями малолетних и недееспособных граждан от имени
последних), а также договоры дарения, охватываемые понятием «мелкие
бытовые сделки» (такие сделки могут совершаться малолетними в возрасте
от шести до четырнадцати лет самостоятельно).

Закон не предусматривает запрещения дарения в отношении малолетних и
недееспособных граждан (в том числе через их законных представителей) в
качестве одаряемых. Если одаряемыми в данном случае выступают малолетние
в возрасте от шести до четырнадцати лет, то такие договоры дарения
относятся к числу сделок, направленных на безвозмездное получение
выгоды, которые, если они не требуют нотариального удостоверения или
государственной регистрации, могут совершаться указанными лицами
самостоятельно (п. 2 ст. 28 ГК).

В юридической литературе высказаны критические замечания в адрес
положений ГК, допускающих в определенных случаях совершение договоров
дарения с участием малолетних и недееспособных граждан. Смысл этих
замечаний сводится к необходимости установления полного запрета на
совершение таких договоров без всяких изъятий. Например, М.Г. Масевич
указывает: «Большие сомнения вызывает правомерность и целесообразность
разрешения «обычных подарков» от имени граждан, признанных
недееспособными, их законными представителями. Нужно полагать, что ст.
575 имеет в виду подарки за счет имущества недееспособных лиц. Однако в
соответствии с п. 2 ст. 37 ГК имущество подопечного его опекун или
попечитель может расходовать только с разрешения органа опеки и
попечительства, а согласно п. 3 ст. 60 Семейного кодекса на родителей
распространяются ограничения в отношении распоряжения имуществом
подопечного и никаких исключений для «обычных подарков» эти нормы не
содержат» Гражданское право России. Часть вторая: Обязательственное
право: Курс лекций / отв. ред.: О.Н. Садиков. С. 166.. Но в данном
случае речь идет о гражданско-правовых отношениях, поэтому правила,
содержащиеся в ГК, которые допускают совершение «обычных подарков»,
являются нормами прямого действия и не нуждаются в дополнительных
законодательных «подпорках». Кроме того, при разработке указанных норм
ГК ставилась задача урегулировать отношения, складывающиеся в реальной
жизни. Имелись в виду, в том числе и ситуации, когда школьник, собираясь
на день рождения одноклассницы, просит своих родителей дать ему денег на
подарок либо приобрести последний для него. Исходя из приведенных ранее
представлений, мы придем к выводу, что родители должны отказать сыну в
его просьбе. Будет ли это соответствовать нормальным представлениям о
взаимоотношениях родителей и их детей?

2. Не допускается дарение работникам социальной сферы – лечебных,
воспитательных учреждений, учреждений социальной защиты и других
аналогичных учреждений – гражданами, находящимися в них на лечении,
содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан, за
исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти
установленных законом минимальных размеров оплаты труда.

Список лечебно-профилактических учреждений содержится в Приказе
Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 07.10.2005 N
627 «Об утверждении Единой номенклатуры государственных и муниципальных
учреждений здравоохранения», какие учреждения относятся к
образовательным и воспитательным указано в ст. 12 Закона РФ от
10.07.1992 N 3266-1 «Об образовании», а список учреждений социального
обслуживания приведен в ст. 17 Федерального закона от 10.12.1995 N
195-ФЗ «Об основах социального обслуживания населения в Российской
Федерации».

Работниками указанных учреждений будут являться лица, выполняющие
определенную трудовую функцию на основании трудового договора,
заключенного между таким учреждением и гражданином.

Запрет на дарение работникам лечебных, воспитательных учреждений,
учреждений социальной защиты гражданами, находящимися в них на лечении,
содержании или воспитании, а также супругами и родственниками этих
граждан обусловлен, прежде всего, морально-этическими соображениями, а
также недопустимостью превращения подарка во взятку.

3. Такой же запрет (с соответствующим изъятием) действует в отношении
подарков государственным служащим и служащим органов муниципальных
образований в связи с их должностным положением или в связи с
исполнением ими служебных обязанностей.

В отношении положений ГК об этих двух категориях лиц, выступающих в
качестве одаряемых (назовем их «социальные работники» и «государственные
служащие»), также выпущено немало «критических стрел» в юридической
литературе. Так, И.В. Елисеев видит в соответствующих положения ГК
реальную угрозу практике правоохранительных органов по привлечению
взяточников к уголовной ответственности. «Статья 575 ГК, – пишет И.В.
Елисеев, – может оказать влияние и на практику применения уголовного
законодательства, в частности, на толкование понятия взятки. Ведь по
смыслу этой статьи дарение чиновнику обычного подарка небольшой
стоимости (не дороже пяти МРОТ) во всех случаях является правомерным
действием» Гражданское право: Учебник. Т. II / Под ред. А.П. Сергеева,
Ю.К. Толстого. С. 127..

Однако такие суждения явно свидетельствуют об отсутствии надлежащего
понимания отличий между частным и публичным правом. Есть норма ГК,
определяющая предмет гражданско-правового регулирования, согласно
которой к имущественным отношениям, основанным на административном или
ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и
другим финансовым и административным отношениям, гражданское
законодательство не применяется, если иное не предусмотрено
законодательством (п. 3 ст. 2 ГК). Уголовное законодательство, уголовное
право – отрасль публичного права, и поэтому, конечно же, положения ГК об
обычных подарках социальным работникам и государственным служащим не
имеют никакого отношения ни к понятию взятки, ни к уголовной
ответственности взяткодателей и взяткополучателей.

Различают федеральных государственных служащих и государственных
гражданских служащих субъектов РФ. Согласно ст. 10 Федерального закона
от 27.05.2003 N 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской
Федерации» федеральным государственным служащим является гражданин,
осуществляющий профессиональную служебную деятельность на должности
федеральной государственной службы и получающий денежное содержание
(вознаграждение, довольствие) за счет средств федерального бюджета.
Государственный гражданский служащий субъекта РФ – это гражданин,
осуществляющий профессиональную служебную деятельность на должности
государственной гражданской службы субъекта РФ и получающий денежное
содержание (вознаграждение) за счет средств бюджета соответствующего
субъекта РФ. Пункт 6 ст. 17 Федерального закона от 27.07.2004 N 79-ФЗ «О
государственной гражданской службе Российской Федерации» содержит норму,
аналогичную п. 3 ст. 575 ГК: гражданскому служащему запрещается получать
в связи с исполнением должностных обязанностей вознаграждения от
физических и юридических лиц (подарки, денежное вознаграждение, ссуды,
услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов и иные
вознаграждения). Подарки, полученные гражданским служащим в связи с
протокольными мероприятиями, со служебными командировками и с другими
официальными мероприятиями, признаются соответственно федеральной
собственностью и собственностью субъекта РФ и передаются гражданским
служащим по акту в государственный орган, в котором он замещает
должность гражданской службы, за исключением случаев, установленных ГК
РФ в отношении обычных подарков.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 02.03.2007 N 25-ФЗ «О
муниципальной службе в Российской Федерации» муниципальным служащим
является гражданин, исполняющий в порядке, определенном муниципальными
правовыми актами в соответствии с федеральными законами и законами
субъекта Российской Федерации, обязанности по должности муниципальной
службы за денежное содержание, выплачиваемое за счет средств местного
бюджета.

Закон подчеркивает, что запрещается дарение указанным лицам именно в
связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими
служебных обязанностей. Это означает, что не допускается передача
государственным служащим или служащим органов муниципальных образований
подарков в качестве, например, благодарности за совершение ими действий,
вытекающих из их должностного положения или служебных обязанностей, либо
когда дарение преследует цель побудить указанных лиц к совершению тех
или иных действий, принятию тех или иных решений. Сказанное, однако, не
означает, что граждане, являющиеся государственными или муниципальными
служащими, вообще не могут выступать в качестве одаряемых по договору
дарения. Установленный запрет не касается тех случаев, когда дарение
вызвано причинами, не связанными с их служебной деятельностью. Например,
не будет являться нарушением ч. 3 ст. 575 ГК получение в подарок дорогих
часов в качестве благодарности от родителей ребенка, который был спасен
от утопления.

Цель рассматриваемой нормы – недопущение превращения дара во взятки.
Однако в силу неудачной конструкции нормы данная цель не может быть
достигнута. Норма, содержащаяся в ч. 3 ст. 575 ГК, содержит запрет на
дарение подарков, стоимость которых превышает 5 установленных законом
минимальных размеров оплаты труда, но разрешает получение
государственными служащими и служащими муниципальных образований обычных
подарков. При этом, как следует из содержания рассматриваемой статьи,
допускается вручение обычных подарков именно в связи с должностным
положением указанных лиц или исполнением ими своих служебных
обязанностей. Между тем ст. 290 Уголовного кодекса РФ устанавливает
уголовную ответственность за получение, а ст. 291 – за дачу взятки.
Получением взятки признается получение должностным лицом взятки в виде
денег, ценных бумаг, иного имущества или выгод имущественного характера
за действия (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им
лиц, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия
должностного лица либо оно в силу должностного положения может
способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее
покровительство или попустительство по службе. Таким образом, норма ч. 3
ст. 575 ГК фактически декриминализует предусмотренные ст. 290 и 291 УК
РФ деяния – получение и дачу взятки, если ею является обычный подарок.
Статья 575 ГК рассматривает дарение такого подарка государственному или
муниципальному служащему как правомерное действие, т.е. исключает его
преступность.

Ситуация усугубляется тем, что не исключается возможность неоднократной
передачи должностному лицу таких обычных подарков в связи с его
служебной деятельностью. В этом случае такая, казалось бы, небольшая
стоимость подарка, как 500 рублей, может в совокупности составить
значительную сумму. При этом как однократное, так и неоднократное
совершение правомерных (в силу ч. 3 ст. 575 ГК) действий не может
образовывать объективную сторону состава преступления. Этим практически
снимается какой-либо верхний предел совокупного размера взяток в виде
обычных подарков. Очевидно, что в связи с вышеизложенным норма,
содержащаяся в ч. 3 ст. 575 ГК РФ, требует коррекции.

4. Не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость
которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров
оплаты труда, в отношениях между коммерческими организациями.

В гражданском праве действует презумпция возмездности всякого
гражданско-правового договора, поэтому для квалификации сделки между
коммерческими организациями (уступка прав требования, перевод и прощение
долга и т.п.) как дарения необходимо, чтобы встречное предоставление
отсутствовало в обязательствах и сделках соответствующих контрагентов, а
не только при совершении конкретной сделки, а также, чтобы из сделки, в
положительном смысле, вытекало бы, что она является безвозмездной при
явном намерении одной из сторон увеличить имущество контрагента за счет
уменьшения своего собственного имущества.

Что же касается истинного дарения между коммерческими организациями, то
его запрещение является совершенно оправданным. Как правильно отмечает
А.Л. Маковский, запрещение такого дарения было установлено «исходя из
того, что безвозмездные имущественные отношения между организациями,
само существование которых порождено целью извлечения прибыли (п. 1 ст.
50), как правило, ненормальны и могут использоваться в ущерб интересам
их кредиторов и государства» Маковский А.Л. Указ. соч. С. 312..

Перечень случаев, на которые распространяется запрет дарения, указанный
в ст. 575 ГК, является исчерпывающим.

5. Определенные ограничения дарения предусмотрены в отношении
юридических лиц, которым имущество, являющееся объектом дарения,
принадлежит на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.
К юридическим лицам, попадающим под действие указанной нормы, согласно
ст. 113 ГК относятся государственные и муниципальные унитарные
предприятия, казенные предприятия, а также учреждения. Такие предприятия
не обладают правом собственности на закрепленное за ними имущество.
Именно этим обстоятельством обусловлено установление ограничения на
участие указанных юридических лиц в договорах дарения в качестве
дарителей. Следует обратить внимание, что запрет на дарение имущества,
находящегося в хозяйственном ведении или оперативном управлении, без
согласия собственника не категоричен. Об этом свидетельствует оговорка,
содержащаяся в п. 1 ст. 576 ГК: «Если законом не предусмотрено иное».
Данное ограничение дарения в известном смысле корреспондирует нормам,
определяющим правовое положение субъектов права хозяйственного ведения
или оперативного управления в части их правомочий по распоряжению
закрепленным за ними имуществом (ст. 295, 298 ГК). Правда, нельзя не
обратить внимания на то, что ограничения для указанных субъектов в
отношении дарения являются более жесткими, нежели в отношении иных форм
распоряжения имуществом. Например, для совершения иных возмездных сделок
с имуществом субъект хозяйственного ведения должен испросить согласие
собственника только в том случае, когда объектом таких сделок является
недвижимость; остальным имуществом он распоряжается самостоятельно, за
исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами
(п. 2 ст. 295 ГК). Совершение дарения имущества (и недвижимого, и
движимого) как раз и являет собой такое исключение, установленное
законом, когда требуется получить согласие собственника имущества.

Сложнее решается вопрос с ограничением дарения в отношении субъектов
права оперативного управления. С одной стороны, действует норма,
устанавливающая абсолютный запрет учреждениям отчуждать или иным
способом распоряжаться закрепленным за ними имуществом и имуществом,
приобретенным последними за счет средств, выделенных им по смете (п. 1
ст. 298 ГК). С другой стороны, в отношении учреждений, которым в
соответствии с их учредительными документами предоставлено право
осуществлять приносящую доходы деятельность, предусмотрено, что доходы,
полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов
имущество поступают в самостоятельное распоряжение учреждения (не
требующее согласия собственника) (п. 2 ст. 298 ГК). В первом случае
возникает вопрос, вправе ли учреждения с согласия собственника совершать
дарение имущества, закрепленного за ними либо приобретенного за счет
денежных средств, выделенных им по смете. Во втором случае неясно,
требуется ли учреждению согласие собственника на передачу одаряемому в
качестве дара по договору дарения имущества, приобретенного на доходы,
полученные от разрешенной предпринимательской деятельности. Налицо
коллизия норм об имущественном статусе субъектов оперативного управления
и правил о договоре дарения.

Данная проблема впервые поставлена в юридической литературе А.Л.
Маковским, им же предложено и ее решение, которое состоит в следующем.
«Применение правил, тем или иным образом ограничивающих дарение, в
случае их коллизии, – указывает А.Л. Маковский, – не может быть
альтернативным. Вопрос о их соотношении должен решаться, как правило, по
наиболее ограничительному варианту либо путем «сложения» этих
ограничений (например, к дарению имущества унитарным предприятием
акционерному обществу должны применяться и п. 4 ст. 575 и п. 1 ст. 576
ГК), либо путем «поглощения», то есть применения наиболее строгого из
них (в частности, к подаркам государственным служащим, если они вообще
запрещены, не может применяться правило о допустимости «обычных
подарков»). Объясняется такой подход исключительностью безвозмездных
отношений в общей массе имущественных отношений, регулируемых
гражданским правом» Маковский А.Л. Указ. соч. С. 313..

Подход А.Л. Маковского позволяет дать ответы на поставленные вопросы
применительно к учреждениям (субъектам права оперативного управления),
выступающим в роли дарителя по договору дарения имущества,
принадлежащего последним на праве оперативного управления. Поскольку в
соответствии с п. 1 ст. 298 ГК учреждению вовсе запрещено отчуждать или
иным образом распоряжаться закрепленным за ним имуществом и имуществом,
приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете, стало быть, оно
не имеет права совершать дарение указанного имущества, в том числе и с
согласия собственника. Такие сделки являются ничтожными как
противоречащие закону.

Что касается имущества, приобретенного учреждением, которому разрешена
предпринимательская деятельность, за счет доходов от такой деятельности,
то «наиболее ограничительным вариантом» в данной ситуации является
признание за учреждением права дарения указанного имущества при условии
получения согласия на то собственника имущества учреждения.

Содержание п. 1 ст. 576 ГК полностью согласовывается с положениями иных
статей закона:

а) согласно ст. 295 ГК собственник имущества, находящегося в
хозяйственном ведении, осуществляет контроль за использованием такого
имущества по назначению и его сохранностью. Предприятие не вправе
продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое
имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве
вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и
товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия
собственника. Остальным имуществом, принадлежащим предприятию, оно
распоряжается самостоятельно, за исключением случаев, установленных
законом или иными правовыми актами. Как раз таким случаем является
правило об участии в договоре дарения на стороне дарителя только с
согласия собственника имущества. Данное правило относится как к дарению
движимого имущества, так и к дарению недвижимости;

б) согласно ст. 297 ГК казенное предприятие (унитарное предприятие,
основанное на праве оперативного управления) вправе отчуждать или иным
способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом лишь с согласия
собственника этого имущества;

в) согласно ст. 298 ГК учреждение, имущество которого принадлежит ему на
праве оперативного управления, не вправе отчуждать или иным способом
распоряжаться закрепленным за ним имуществом, а также имуществом,
приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете.

Здесь же хочется отметить, что передача вещи в дар юридическому лицу –
не собственнику, влечет появление у него лишь соответствующего
ограниченного вещного права (хозяйственного ведения или оперативного
управления) на данную вещь. Право собственности на нее возникает у
учредителя юридического лица.

Пункт 1 ст. 576 ГК содержит оговорку, согласно которой ограничение
дарения юридическими лицами, которым вещь принадлежит на праве
хозяйственного ведения или оперативного управления, не распространяется
на обычные подарки небольшой стоимости (не превышающей 5 минимальных
размеров оплаты труда).

6. Определенные ограничения дарения предусмотрены в отношении субъекта
права общей совместной собственности. Различают два вида общей
собственности: совместную и долевую (п. 2 ст. 244 ГК). Следует обратить
внимание, что установленное ограничение касается только имущества,
находящегося в общей совместной собственности, когда не определен размер
долей каждого из ее участников. Дарение имущества, находящегося в общей
совместной собственности, допускается по согласию всех участников
совместной собственности с соблюдением правил, регулирующих порядок
распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности (п. 2
ст. 576 ГК).

И здесь возникает вопрос о соотношении положения, содержащегося в п. 2
ст. 576 ГК (о том, что для дарения имущества из общей совместной
собственности требуется согласие всех участников общей совместной
собственности), и общих положений, касающихся порядка распоряжения таким
имуществом (ст. 253 ГК). Указанные общие положения говорят о том, что
при распоряжении имуществом, находящимся в совместной собственности,
согласие всех участников общей совместной собственности независимо от
того, кем из них совершается сделка, предполагается. Означает ли это,
что, например, один из супругов или один из участников крестьянского
(фермерского) хозяйства могут подарить одаряемому имущество, находящееся
в общей совместной собственности, не спрашивая специально согласия
остальных участников общей совместной собственности (соответственно
другого супруга или иных членов крестьянского (фермерского) хозяйства),
поскольку такое согласие предполагается? Или всякий раз необходимо в
положительном смысле решать вопрос о получении согласия остальных
участников общей совместной собственности на совершение договора
дарения?

Исходя из необходимости решать этот вопрос «по наиболее ограничительному
варианту», следует, видимо, признать, что для дарения имущества,
находящегося в общей совместной собственности, необходимо положительно
выраженное согласие каждого ее участника.

7. Пункты 3 и 4 ст. 576 ГК предусматривают ограничения дарения,
связанного с осуществлением обязательственных требований (дарение
принадлежащего дарителю права требования к третьему лицу и дарение
посредством исполнения за одаряемого его обязанности перед третьим
лицом), и потому регулируются нормами гл. 24 ГК «Перемена лиц в
обязательстве» – о переходе прав кредитора к другому лицу и о переводе
долга, а также гл. 22 «Исполнение обязательств» – об исполнении
обязательства третьим лицом.

Прежде всего, надо отметить, что дарение принадлежащего дарителю права
требования к третьему лицу представляет собой не что иное, как уступку
требования. При этом необходимо помнить, что дарение имущественных прав,
неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об
алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не
допускается.

По общему правилу для перехода к одаряемому прав кредитора согласия
должника (третьего лица) не требуется. Предполагается, что ему
безразлично, кому произвести исполнение. Однако получение такого
согласия является обязательным в тех случаях, когда личность кредитора
имеет существенное значение для должника. Вопрос о существенном значении
личности кредитора для должника определяется в зависимости от
взаимоотношений сторон в конкретном обязательстве.

Должник должен быть письменно извещен о переходе прав кредитора к
одаряемому, чтобы он мог произвести исполнение надлежащему лицу. В
противном случае на нового кредитора ложится риск вызванных этим
неблагоприятных последствий, поскольку исполнение обязательства
первоначальному кредитору будет признано исполнением надлежащему
кредитору. Одаряемому придется предпринять определенные усилия для
восстановления своих прав по договору дарения. Закон не вменяет
уведомление должника о переходе прав кредитора к другому лицу в
обязанность кого-либо из сторон по сделке. Очевидно, что об этом
целесообразно позаботиться одаряемому ввиду возможности возникновения
неблагоприятных для него обстоятельств.

Если иное не предусмотрено договором дарения, требование дарителя к
третьему лицу переходит к одаряемому в том объеме и на тех условиях,
которые существовали к моменту заключения договора. В частности, к
новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение
обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе
право на неуплаченные проценты (ст. 384 ГК). Однако в это правило можно
внести изменение. Например, стороны могут договориться о передаче не
всего объема прав требований, а лишь его части. Также действует правило,
что никто не может передать больший объем прав, чем имеет сам.

Для надлежащего исполнения обязательства должник должен удостовериться в
том, что лицо, которое требует от него исполнения, является надлежащим
кредитором. Поэтому должник вправе не исполнять обязательство новому
кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому
лицу (п. 1 ст. 385 ГК). Таким доказательством служит договор дарения, а
также документы, подтверждающие наличие права требования к должнику у
первоначального кредитора – дарителя, который обязан передать такие
документы одаряемому при заключении договора. Даритель также должен
сообщить одаряемому все сведения, имеющие значение для осуществления
требования.

Особые требования установлены для формы договора дарения имущественного
права. Помимо общих правил, касающихся формы договора дарения, он должен
соответствовать форме сделки, на которой основано возникновение
требования у дарителя:

а) уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой
письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в
соответствующей письменной форме;

б) уступка требования по сделке, требующей государственной регистрации,
должна быть зарегистрирована в порядке, установленном для регистрации
этой сделки, если иное не установлено законом;

в) уступка требования по ордерной ценной бумаге совершается путем
индоссамента на этой ценной бумаге (п. 3 ст. 389 ГК).

Если предметом дарения является освобождение одаряемого от обязанности
перед третьим лицом, то при этом должны быть соблюдены правила,
установленные ст. 313 ГК, которая гласит: исполнение обязательства может
быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых
актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность
должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан
принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Как указано, обязанность должника исполнить обязательство лично может
следовать из требований нормативных правовых актов. В качестве примера
можно привести ст. 895 ГК, которая запрещает передавать вещь на хранение
третьему лицу. Таким образом, даритель не может освободить одаряемого от
обязанностей хранителя по договору хранения.

Обязанность должника исполнить обязательство лично может вытекать из
существа обязательства. Здесь надо иметь в виду, что допустимость
передачи исполнения зависит от характера действий, составляющих его
предмет. В частности, должник не может передать исполнение третьему лицу
в случаях, когда обязательство носит творческий характер (например,
обязательства автора создать произведение изобразительного искусства;
обязательства, связанные с деятельностью артистов-исполнителей). Также в
силу существа обязательства недопустима, например, передача выполнения
работы квалифицированным мастером, которому заказчик доверил выполнение
индивидуального заказа, не обладающему соответствующей квалификацией
лицу. Освобождение должника от подобных обязанностей в результате
заключения договора дарения не допускается.

Если предметом договора является перевод дарителем на себя долга
одаряемого перед третьим лицом, то он должен осуществляться с
соблюдением правил, предусмотренных ст. 391 и 392 ГК.

Принятие дарителем на себя долга одаряемого допускается лишь с согласия
кредитора. В соответствии со ст. 391 ГК личность должника имеет большое
значение для кредитора, который, вступая в договор, учитывал его
имущественное положение, обязательность и другие качества. Поэтому п. 1
статьи 391 ГК категорически связывает законность перевода долга с
получением согласия кредитора. Перевод одаряемым своего долга на
дарителя без согласия кредитора является ничтожной сделкой и не влечет
юридических последствий.

Даритель вправе выдвигать против требования кредитора возражения,
основанные на отношениях между кредитором и первоначальным должником –
одаряемым (ст. 386 ГК).

Договор дарения, предусматривающий обязанность дарителя выплатить долг
за одаряемого, должен иметь ту же форму, что и обязательство, из
которого вытекает соответствующая обязанность одаряемого.

8. Также в статье 576 ГК содержится указание на некоторые дополнительные
условия, которые в рамках данной статьи рассматриваются в качестве
ограничения дарения. Их соблюдение требуется при совершении дарения не
самим дарителем, а его представителем по доверенности. В этом случае
полномочия представителя на совершение дарения, обозначенные в
доверенности, должны носить не общий, а конкретный характер: в
доверенности должны быть указаны конкретный предмет дарения и конкретный
одаряемый. Отсутствие в доверенности необходимых сведений означает
ничтожность самой доверенности и тем самым недействительность дарения.
Так, в доверенности, предусматривающей наряду с правом представлять
интересы доверителя в различных организациях, содержалось право
распоряжаться долями (акциями) в уставном капитале общества, в том числе
совершать сделки по отчуждению: продавать, отдавать в залог и уступать
доли и т.д. Заключив по этой доверенности договор уступки доли, в
котором не содержалась обязанность стороны по оплате уступленной доли,
суд признал, что договор является договором дарения и заключен от имени
дарителя неуполномоченным лицом, поскольку в доверенности не был назван
одаряемый и не указан предмет дарения, а значит она ничтожна п. 5 ст.
576 ГК Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 11.04.2007 N
Ф08-1282/2007 по делу N А32-10476/2006-55/102 // КонсультантПлюс: справ.
правовая система.

.

Статья 581 ГК устанавливает правила правопреемства при обещании дарения.
Согласно ей, права одаряемого, которому по договору дарения обещан дар,
не переходят к его наследникам (правопреемникам), если иное не
предусмотрено договором дарения, а обязанности дарителя, обещавшего
дарение, переходят к его наследникам (правопреемникам), если иное не
предусмотрено договором дарения. Содержащиеся в статье правила относятся
к консенсуальным договорам. Вместе с тем они являются диспозитивными,
поскольку допускают иное решение вопросов по конкретному договору, в
котором чаще всего одной стороной выступает гражданин. Недопущение в
принципе перехода прав одаряемого и допустимость перехода обязанностей
дарителя к его наследникам, другим правопреемникам объясняется, видимо,
тем, что отношения сторон обычно строятся на личностной основе.

§ 4. Права и обязанности сторон

Реальный договор дарения, как правило, не порождает никаких
обязательственных отношений. Хотя в статье 25 Федерального закона от
26.05.1996 N 54-ФЗ «О музейном фонде Российской Федерации и музеях в
Российской Федерации» говорится, что при совершении сделок дарения в
отношении музейных предметов и музейных коллекций, включенных в состав
негосударственной части Музейного фонда Российской Федерации, получатель
дара обязан принимать на себя все обязательства в отношении этих
предметов, имевшиеся у дарителя. Однако далее имеет смысл говорить лишь
об обязательстве, возникающем из консенсуального договора дарения.

Главной обязанностью дарителя по договору обещания дарения является
передача дара. Если предметом договора является вещь, то ее передача
одаряемому может осуществляться посредством вручения, символической
передачи (например, вручение ключей) либо вручения правоустанавливающих
документов (абз. 2 п. 1 ст. 574 ГК). Передача дара в виде имущественного
права в отношении третьего лица обычно производится путем вручения
документов, фиксирующих основания возникновения этого права (например,
уступка прав по предъявительской ценной бумаге). Единственным основанием
возникновения права в отношении самого дарителя является договор
дарения. В этом случае переход права на одаряемого обычно происходит
автоматически в силу истечения согласованного сторонами срока или по
наступлении согласованного отлагательного условия. Передача дара в виде
освобождения от обязанности требует от дарителя совершения определенных
действий, например получения согласия кредитора одаряемого на перевод
долга или исполнения обязанности за одаряемого (в случае возложения
исполнения).

Обязанности дарителя по консенсуальному договору дарения переходят к его
правопреемникам, если иное не предусмотрено договором (п. 2 ст. 581 ГК).
В отношении пожертвования это правило не действует (п. 6 ст. 582 ГК).

Право отказа от исполнения консенсуального договора дарения – одно из
важнейших прав дарителя, закрепленное ст. 577 ГК. Даритель может
воспользоваться этим правом в двух случаях:

1) если после заключения договора его имущественное, семейное положение,
либо состояние здоровья изменились настолько, что исполнение договора в
новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни;

2) если одаряемый совершил покушение на жизнь дарителя, члена его семьи
или близкого родственника, либо умышленно причинил дарителю телесные
повреждения.

Отказ дарителя от исполнения договора дарения невозможен применительно к
обычным подаркам небольшой стоимости (ст. 579 ГК). За этим единственным
исключением отказ дарителя от исполнения договора по вышеуказанным
основаниям является действием правомерным, а потому не дает одаряемому
права на возмещение убытков (п. 3 ст. 577 ГК).

Право одаряемого на получение дара логически вытекает из самого предмета
договора дарения. Его содержание определяется содержанием
соответствующей обязанности дарителя. Если предметом дарения является
индивидуально-определенная вещь, то в случае неисполнения обязательства
дарителем одаряемый приобретает право требовать отобрания этой вещи у
дарителя (с соблюдением правил ст. 398 ГК). Если же предмет дарения –
вещь, определяемая родовыми признаками, то право на получение дара может
сузиться до права на возмещение убытков (п. 2 ст. 396 ГК).

Право отказа от принятия дара закреплено за одаряемым в п. 1 ст. 573 ГК.
Это право может быть осуществлено в любой момент до передачи дара и даже
не обусловлено наличием каких-либо уважительных причин. Одаряемый вправе
отказаться от дара вообще без указания мотивов (если соблюдены
формальные требования, предусмотренные п. 2 ст. 573 ГК).

Отсюда можно сделать вывод о том, что принятие дара не является
обязанностью одаряемого лица. Противоположная точка зрения не находит
подтверждения в ГК. Если бы принятие дара было обязанностью одаряемого,
ее неисполнение давало бы дарителю право требовать возмещения убытков во
всех случаях, а не только применительно к письменным договорам (п. 3 ст.
573 ГК). Одаряемого также можно было бы понудить к исполнению
обязанности в натуре, заставить принять дар помимо ею воли, что выглядит
и вовсе абсурдно. Но какое, же значение имеет тогда согласие одаряемого
на принятие дара? Договорное условие о принятии дара устанавливает не
обязанность одаряемого, а, скорее всего, характеризует обязанность
дарителя по передаче дара, которая не может быть выполнена, пока дар
одаряемым не принят. В этом смысле принятие дара – обязательное условие
состоявшейся передачи дара.

Права одаряемого в обычном консенсуальном договоре дарения, по общему
правилу, не переходят к его правопреемникам (если иное не предусмотрено
договором – п. 1 ст. 581 ГК). Напротив, в договорах пожертвования, как
правило, имеет место правопреемство (п. 6 ст. 582 ГК).

Существование обязанностей на стороне одаряемого лица – явление довольно
редкое для обычного дарения. Практически оно ограничивается немногими
случаями дарения, связанного с обременением передаваемого имущества в
пользу самого дарителя. Но в договорах пожертвования обязанность
одаряемого по использованию имущества в общеполезных целях присутствует
всегда. В договоре пожертвования гражданину эта обязанность
трансформируется в обязанность использования дара по конкретному
назначению, указанному дарителем. Аналогичная обязанность может
возлагаться и на одаряемое юридическое лицо (изменение конкретных
способов использования пожертвованного имущества допускается лишь с
согласия жертвователя, а если он перестал существовать – то только по
решению суда (п. 4 ст. 582 ГК)). В этом случае оно должно вести
обособленный учет всех операций по использованию пожертвованного
имущества (абз.2, п.3 ст. 582 ГК), что обеспечивает возможность
финансового контроля за его использованием.

Установление обязанности по использованию имущества в общеполезных целях
серьезно ограничивает права одаряемого в отношении этого имущества. Так,
отчуждение имущества, обремененного обязанностью его использования в
общеполезных целях, возможно только при условии, что его приобретатель
примет на себя исполнение соответствующих обязанностей. Пользование
таким имуществом в собственных интересах одаряемого возможно лишь в той
мере, в какой это не препятствует его использованию в общеполезных
целях. Последнее правило не соблюдается, если предложение обращено к
неопределенному кругу лиц и в собранных средствах нельзя выделить
имущество конкретных жертвователей.

§ 5. Ответственность сторон по договору дарения

Несмотря на всю специфику договора дарения (обещания дарения),
неисполнение или ненадлежащее исполнение вытекающего из него
обязательства влечет ответственность, предусмотренную для должника,
нарушившего гражданско-правовое обязательство (гл. 25 ГК).

Представим, что объектом дарения является действующее предприятие.
Одаряемый, вооружившись доверенностью дарителя и рассчитывая стать
собственником указанного предприятия, инвестирует за свой счет средства
на его реконструкцию, вступает в имущественные отношения с поставщиками
оборудования, сырья и материалов, несет в связи с этим большие расходы.
Однако даритель передумывает и не передает предприятие в собственность
одаряемого. Неужели в подобных случаях право одаряемого на возмещение
прямого ущерба (понесенных расходов), причиненного неисполнением
дарителем своего обязательства, «выглядит весьма ущербным с точки зрения
морали»? Нельзя же забывать, что в результате совершения дарения
имущество одаряемого должно увеличиться, а не сократиться.

Если же брать договор дарения в обыденном представлении, то не следует
забывать, что ответственность дарителя за неисполнение или ненадлежащее
исполнение обязательства по передаче имущества одаряемому может
наступить лишь при наличии вины дарителя в нарушении договора (п. 1 ст.
401 ГК). Поэтому в случаях, когда даритель, заключив договор обещания
дарения, не принимает никаких мер для исполнения взятого на себя
обязательства, а одаряемый несет разумные расходы (при условии, что факт
и размер им будут доказаны), нет никаких оснований для освобождения
дарителя от ответственности.

Несмотря на применение к дарителю общих положений об ответственности
должника, нарушившего свои обязательства, законодатель счел необходимым
специальным образом урегулировать ответственность дарителя за вред,
причиненный жизни, здоровью или имуществу одаряемого гражданина
вследствие недостатков подаренной вещи (ст. 580 ГК). Такая
ответственность в целом строится по правилам деликтной ответственности
(внедоговорное возмещение вреда). Вред, причиненный жизни или здоровью
одаряемого, может выражаться в виде смерти последнего, наступления
инвалидности, причинения вреда здоровью различной тяжести, а также
других, в том числе и менее тяжких последствий для здоровья одаряемого.
Необходимо обратить внимание на то, что ст. 580 ГК в качестве
пострадавшего от недостатков подаренной вещи называет только одаряемого.
Представляется, что вред, причиненный в результате тех же причин жизни
или здоровью других лиц, например, членов семьи одаряемого, также
подлежит возмещению.

Причинение вреда имуществу одаряемого может выражаться в его
уничтожении, повреждении, утрате им своих потребительских свойств и др.
Недостатки подаренной вещи, которые вызвали причинение вреда, могут быть
различными. Они могут относиться к ее конструкции, составу, свойствам и
др.

Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу одаряемого гражданина
вследствие недостатков подаренной вещи, подлежит возмещению дарителем
при доказанности всех нижеперечисленных обстоятельств в совокупности:

1) недостатки возникли до передачи вещи одаряемому. Причины их появления
не имеют существенного значения. Важен лишь момент их возникновения;

2) недостатки не относятся к числу явных, т.е. таких, которые можно было
бы обнаружить в результате простого осмотра вещи. О существовании таких
недостатков одаряемый не мог знать и, следовательно, не мог
предотвратить причинение вреда жизни, здоровью или своему имуществу;

3) даритель, хотя знал о существовании недостатков вещи, не предупредил
о них одаряемого. Противоправность поведения дарителя является
непременным условием деликтной ответственности.. Вред, причиненный
вследствие недостатков подаренной вещи, может быть вызван виной ее
изготовителя, о чем даритель не знал и не должен был знать. В таком
случае применяются соответствующие положения Закона о защите прав
потребителей, если по отношению к изготовителю одаряемый является
потребителем;

4) причинная связь между противоправным бездействием дарителя и
наступившим вредом является обязательным условием наступления деликтной
ответственности. Это означает, что существование недостатков вещи должно
не только предшествовать во времени наступлению вреда, но и непременно
порождать его.

Вред, причиненный здоровью или имуществу одаряемого, возмещается в
полном объеме. Вред возмещается либо в натуре (предоставляется вещь того
же рода и качества, исправляются повреждения вещи и тому подобное), либо
в виде компенсации убытков (ст. 1082 ГК). Возмещение вреда происходит в
соответствии с правилами гл. 59 ГК «Обязательства вследствие причинения
вреда».

Нормы об ответственности дарителя за вред, причиненный жизни, здоровью
или имуществу одаряемого гражданина, представляют собой специальные
правила, которые не подлежат расширительному толкованию.

Одаряемый несет ограниченную ответственность по консенсуальному
договору. В случае отказа принять дар дарителю возмещается только
реальный ущерб. Реальный ущерб может выражаться в расходах, которые
понес даритель на транспортировку, хранение и содержание дара.

Глава 3. Порядок заключения и прекращения договора дарения

§ 1. Заключение договора дарения

Чаще всего договор заключается по инициативе (оферте) дарителя. В
юридической литературе даже указывается, что согласие одаряемого может
предполагаться. Однако одаряемому не безразлично, кто именно и какой
предмет дарения ему намерен передать. И потому, воля одаряемого должна
быть выражена четко, однозначно (устно, письменно или в форме
конклюдентных действий). Тем более что некоторые предметы обременены
требованиями по содержанию, охране, страхованию, внесению налогов и пр.
Никто не может быть одарен против его воли. Допустимость предположения о
согласии одаряемого противоречит конструкции дарения как договора
(соглашения сторон).

Сделанные выводы требуют уточнения п. 1 ст. 573 ГК, согласно которому
«одаряемый вправе в любое время до передачи ему дара от него отказаться,
в этом случае договор дарения считается расторгнутым». Очевидно, что
если одаряемый отказывается от дара до его передачи по устному реальному
договору, то договор дарения не расторгается; он не заключается, так как
в момент передачи не произошло согласование воль сторон. Следовательно,
ст. 573 ГК должна именоваться «Отказ одаряемого принять дар в случае
обещания дарения в будущем» и содержать положения, касающиеся
исключительно консенсуального договора дарения.

Иногда при пожертвовании оферта исходит от одаряемого. Например,
некоторое общество помощи больным приглашает каждого внести вклад в
любой форме для поддержки лиц с какими-либо заболеваниями и указывает
адрес, телефон и расчетный счет общества. Акцепт дарителя – юридического
лица может быть подтвержден приказом (распоряжением) руководства с
указанием конкретной суммы и платежным поручением.

Реальный договор дарения считается заключенным с момента передачи дара
Постановление ФАС Восточно-сибирского округа от 03.04.2007 N
А33-6183/06-Ф02-932/07 по делу N А33-6183/06 // КонсультантПлюс: справ.
правовая система.. При реальном договоре дарения момент заключения
совпадает с переходом права собственности. При консенсуальном договоре
дарения момент заключения может не совпадать с переходом права
собственности, и тогда договор вызывает обязательственное правоотношение
по передаче вещи.

Исходя из этого, делается вывод о том, что реальный договор не порождает
обязательства между дарителем и одаряемым. Между тем договор дарения
может порождать иные (помимо передачи дара) обязательства – в связи с
порядком использования пожертвования, отменой дарения, скрытыми
недостатками вещи – дара.

Особый порядок дарения предусмотрен для памятников истории и культуры.
Согласно Постановлению Совмина СССР от 16.09.1982 N 865 (ред. от
29.12.1989, с изм. от 25.06.2002) «Об утверждении положения об охране и
использовании памятников истории и культуры» дарение памятников истории
и культуры допускаются с обязательным предварительным уведомлением
государственных органов охраны памятников. Сделки в отношении
памятников, совершенные в нарушение этого порядка, признаются
недействительными.

§ 2. Общие основания прекращения договора дарения

Договор дарения, будучи одной из разновидностей гражданско-правовых
обязательств и сделок, подчиняется общим правилам об обязательствах и
сделках, содержащихся в Части первой ГК. Следовательно, заключенный
договор дарения может не состояться по основаниям, содержащимся в общей
части обязательственного права.

Даритель отказывается от исполнения обязательства в случае гибели вещи,
изъятии ее из обращения, запрета совершать обещанные действия в силу
издания акта государственного органа. Эти условия прекращают договор
дарения ввиду невозможности его исполнения. Перечисленные случаи
подпадают под действие правил ст. 416, 417 ГК. Даритель отвечает за
причиненные одаряемому убытки в случае гибели вещи вследствие умысла или
грубой неосторожности.

Дарение может также не состояться в случаях признания договора
недействительным (оспоримым или ничтожным) по общим основаниям,
предусмотренным ГК. Договор дарения является недействительным или может
быть признан таковым в следующих случаях:

1) если он не соответствует требованиям закона или иных правовых актов;

2) если он совершен с целью, заведомо противной основам правопорядка или
нравственности;

3) если он совершен, лишь для вида, без намерения создать
соответствующие правовые последствия – мнимый договор;

4) если он совершен с целью прикрыть другую сделку – притворный договор;

5) если он совершен гражданином, признанным недееспособным вследствие
психического расстройства;

6) если в качестве дарителя по договору выступает несовершеннолетний, не
достигший 14 лет (малолетний);

7) если он совершен без согласия попечителя гражданином, ограниченным
судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками
или наркотическими средствами;

8) если он совершен гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в
момент его заключения в таком состоянии, когда он не был способен
понимать значение своих действий или руководить ими;

9) если он совершен под влиянием заблуждения относительно природы
сделки;

10) если он совершен под влиянием обмана, насилия, угрозы,
злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

Во всех перечисленных случаях договор дарения является либо
недействительным по своей природе, либо может быть признан таковым по
требованию заинтересованных лиц. Недействительная сделка не влечет
юридических последствий. При недействительности сделки одаряемый обязан
возвратить дарителю все полученное по сделке, а в случае невозможности
возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах. Все
указанные случаи регулируются ст. 166 – 181 ГК.

Статья 581 ГК посвящена правопреемству обязательств по договору дарения.
Положения данной статьи касаются исключительно случаев заключения
договоров, содержащих обещание передать дар в будущем, т.е.
консенсуальных договоров дарения.

В реальных договорах дарения правопреемство обязательств невозможно,
поскольку такой договор исполняется при самом его заключении. Даритель
утрачивает право собственности на передаваемую вещь, передает право
требования к третьему лицу, прощает долг либо выплачивает долг
одаряемого третьему лицу, тем самым сразу же исполняя свои обязательства
по договору. Одаряемый, в свою очередь, приобретает право собственности
на вещь, являющуюся предметом дарения, приобретает право требования к
третьему лицу, освобождается от долга перед дарителем либо третьим
лицом, тем самым сразу же принимая исполнение по договору.

Другая ситуация складывается при обещании дарения. В данном случае
момент заключения и момент исполнения договора разделены промежутком
времени. Не исключена, например, ситуация, когда к моменту наступления
времени исполнения договора одной из его сторон не окажется в живых.
Правовому регулированию такой ситуации и посвящена ст. 581 ГК, которая
устанавливает, что права одаряемого, которому по договору дарения обещан
дар, не переходят к его наследникам (правопреемникам). Это обусловлено
тем, что намерение дарителя передать дар в подавляющем большинстве
случаев формируется под влиянием межличностных отношений, сложившихся у
дарителя с одаряемым. Личность одаряемого здесь имеет существенное
значение. Даритель намерен передать дар не кому-либо, а конкретному
лицу. Поэтому по общему правилу в случае смерти одаряемого до момента
исполнения консенсуального договора дарения даритель освобождается от
соответствующих обязанностей. Договор считается прекращенным. Обещание,
которое даритель дал одаряемому, но не выполнил его, не дает его
наследникам права требовать исполнения.

Рассматриваемая норма является диспозитивной, поскольку допускает иное
решение вопроса по конкретному договору. Так, при заключении договора
стороны могут договориться об обратном, т.е. о том, что права
одаряемого, которому обещан дар, переходят в случае его смерти к
наследникам. Соответствующее условие должно содержаться в тексте
договора. Наследование прав одаряемого происходит в данном случае в
порядке, установленном нормами наследственного права.

В случае, когда в качестве одаряемого выступает юридическое лицо,
государственное или муниципальное образование, которые к моменту
исполнения консенсуального договора дарения прекратили свое
существование, также действует правило, установленное ч. 1 ст. 581 ГК.
Права одаряемого, принадлежащие таким лицам, не переходят к их
правопреемникам.

В силу ч. 2 ст. 581 ГК обязанности дарителя, обещавшего дарение,
переходят к его наследникам (правопреемникам). Согласно нормам
гражданского законодательства о наследовании в состав наследственной
массы входят не только имущество и имущественные права, принадлежавшие
наследодателю, но также и его обязанности, одной из которых может
являться исполнение консенсуального договора дарения. В таком случае
обязанности дарителя ложатся на наследников наследодателя, которые
должны исполнить соответствующее обязательство за счет стоимости
перешедшего к ним наследственного имущества. Порядок исполнения такой
обязанности устанавливается нормами наследственного права.

Указанное правило действует также в случаях, когда на стороне дарителя
выступает юридическое лицо, РФ, ее субъекты или муниципальные
образования.

При заключении договора стороны могут договориться о том, что
обязательство дарителя по консенсуальному договору дарения в случае его
смерти прекращается.

§ 3. Односторонний отказ от исполнения обязательств

По общему правилу односторонний отказ от исполнения обязательства не
допускается. Расторжение любого договора возможно либо по взаимному
согласию его сторон, либо на основании решения суда по требованию одной
из сторон при наличии предусмотренных законом условий. Однако
безвозмездный характер договора дарения не может не оказывать влияния на
возникающие на его основе отношения между сторонами. Применительно к
договору дарения закон допускает отступление от общих правил,
устанавливая возможность одностороннего отказа от исполнения договора
дарения.

Заключая договор, стороны принимают на себя определенные обязательства.
У дарителя возникает обязанность по передаче одаряемому обусловленной
договором вещи, имущественного права либо по освобождению от оговоренной
имущественной обязанности. Одаряемый обязуется принять дар.

Статья 573 ГК предоставляет одаряемому возможность отказаться от
исполнения договора дарения без согласования с дарителем. Так, одаряемый
вправе в любое время до передачи ему дара от него отказаться, в
результате чего договор дарения считается расторгнутым. А расторжение
договора, как известно, влечет и прекращение обязательства (п. 1 ст.
573, п. 1 ст. 453 ГК). Следует оговориться, что выражение «до передачи
дара» подлежит расширительному толкованию, так как оно относится и к
обещанию дарителя освободить одаряемого от имущественной обязанности.

Из приведенной нормы следует ряд важных выводов:

1) отказ от исполнения договора дарения возможен только до передачи
дара. Так как принятие дара может быть связано с необходимостью
осуществить определенные действия по передаче права собственности, то до
окончания этих действий дар не считается принятым и одаряемый сохраняет
право на расторжение договора (ст. 573 ГК). Если дар принят, то договор
считается исполненным, поскольку стороны выполнили свои обязательства:
даритель – по передаче дара, одаряемый – по его принятию. Отказ от уже
принятого дара не возможен;

2) закон не предусматривает возможности одностороннего отказа от части
дара. В таком случае следовало бы говорить не об одностороннем отказе от
исполнения договора, а об изменении его условий. Однако в силу ст. 450
ГК изменение договора возможно лишь по соглашению сторон;

3) отказ от принятия дара возможен только при заключении консенсуального
договора дарения, который содержит обязанность дарителя передать дар в
будущем. В этом случае в любое время с момента заключения такого
договора до момента реальной передачи дара одаряемый имеет возможность
отказаться от своих обязательств. Подобное право у одаряемого не
возникает при заключении реального договора дарения, поскольку здесь
момент заключения договора совпадает с моментом его исполнения
(передачей дара). В данном случае отсутствует тот промежуток времени, в
течение которого можно было бы реализовать право на отказ от исполнения
договора.

Закон предусматривает определенные требования к форме, в которую должен
быть обличен отказ одаряемого от принятия дара: если договор дарения был
заключен в письменной форме, отказ от дара также должен быть совершен
одаряемым в письменной форме; а в случаях, когда договор дарения был
зарегистрирован (например, при дарении недвижимости), отказ от принятия
дара также подлежит государственной регистрации. Реализация одаряемым
права отказаться от дара до его передачи, как правило, не влечет для
него никаких последствий. Исключение предусмотрено лишь для тех случаев,
когда договор обещания дарения был заключен в письменной форме, и
состоит оно в том, что даритель вправе требовать от одаряемого
возмещения реального ущерба, причиненного отказом принять дар (пп. 2, 3
ст. 573 ГК). Под реальным ущербом здесь понимаются расходы, которые
произвел даритель в связи с заключением договора дарения. Это могут быть
расходы на помощь юриста в составлении проекта договора дарения, расходы
на оплату государственной пошлины, взимаемой при государственной
регистрации договора дарения недвижимости, расходы на транспортировку
вещи и др. Это правило не применяется, если договор был заключен в
устной форме.

Особое правовое положение дарителя как субъекта одностороннего
обязательства, исполнение которого влечет увеличение имущества
одаряемого за счет уменьшения имущества дарителя, не получающего ничего
взамен, нашло свое выражение в наделении его при определенных
обстоятельствах правом на отказ от исполнения договора дарения без
всяких для себя негативных последствий. Здесь закон имеет в виду
состоявшийся консенсуальный договор, по которому исполнение еще не
последовало. В частности, даритель вправе отказаться от исполнения
договора обещания дарения, если после заключения договора имущественное
или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось
настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к
существенному снижению уровня его жизни (п. 1 ст. 577 ГК). Как видим,
наступление обстоятельств, дающих право дарителю отказаться от
исполнения договорного обязательства перед одаряемым, в данном случае
никак не связано с поведением последнего. Не зависит это право дарителя
также и от его собственного поведения: ухудшение имущественного
состояния или семейного положения, а также состояния здоровья дарителя
могут быть вызваны, в том числе и неправильным поведением самого
дарителя (в житейском смысле), но это никак не влияет на его возможности
отказаться от обещанного дарения.

Если проводить параллель между нормами, закрепляющими право на
односторонний отказ от исполнения договора одаряемым и дарителем, сразу
обращает на себя внимание следующий факт: одаряемому предоставлено ничем
не ограниченное право на отказ от дара. Не имеют значения ни
побудительные мотивы одаряемого, ни жизненные обстоятельства, которые
могли повлиять на формирование его намерений. Ни одно из этих
обстоятельств не подлежит выяснению при отказе одаряемого от принятия
дара. Другая ситуация складывается при одностороннем отказе дарителя от
исполнения договора дарения. Закон предоставляет ему такое право лишь
при наличии четко оговоренных законом условий, а именно: имущественное
или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось
настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к
существенному снижению уровня его жизни.

Закон не приводит конкретного перечня обстоятельств, которые могут
повлечь применение нормы, содержащейся в ч. 1 ст. 577 ГК, а дает их
общую характеристику.

Изменение имущественного положения одаряемого может быть связано с
существенным снижением уровня его доходов, потерей заработка, гибелью
части его имущества в результате стихийного бедствия и др. Под
изменением семейного положения следует понимать развод супругов (который
мог сопровождаться разделом совместно нажитого имущества), заключение
брака, рождение или усыновление ребенка и т.д. Изменение состояния
здоровья дарителя может быть вызвано наступлением инвалидности, тяжелым
заболеванием, требующим длительного и дорогостоящего лечения и др.

Однако ни одно из перечисленных обстоятельств не может само по себе
служить основанием для отказа от исполнения договора дарения. Любое из
них должно отвечать также следующим требованиям:

1) такое обстоятельство возникло после заключения договора дарения. Оно
должно быть непредвиденным. До заключения договора ни одна из сторон не
могла предполагать его наступления;

2) положение дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в
новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни. То
есть, если произошедшие события не вызвали снижения уровня жизни
дарителя, а также если такое снижение было незначительным, оснований для
одностороннего отказа от исполнения договора дарения не имеется.
Существенным признается такое снижение уровня жизни дарителя, когда он
изменился настолько, что, если бы даритель мог это предвидеть, договор
вообще не был бы им заключен. Понятие «существенное снижение» является
оценочным и подлежит рассмотрению применительно к каждой конкретной
ситуации;

3) необходимо наличие причинной связи между изменением имущественного
или семейного положения дарителя либо состояния его здоровья и
существенным снижением уровня его жизни. То есть для применения
рассматриваемой нормы снижение уровня жизни дарителя должно быть вызвано
только перечисленными обстоятельствами.

Лишь при наличии всех вышеперечисленных условий даритель получает право
на односторонний отказ от исполнения договора дарения.

Рассматриваемая норма может применяться в тех случаях, когда на стороне
дарителя выступает физическое лицо, поскольку лишь к гражданам применимы
такие понятия, как «имущественное» или «семейное положение», «состояние
здоровья», «уровень жизни». Следовательно, юридические лица, РФ, ее
субъекты, муниципальные образования, выступая в договоре в качестве
дарителей, правом на односторонний отказ от его исполнения не обладают.

Как и в случае с отказом от принятия дара, односторонний отказ от
исполнения договора дарителем возможен только при заключении
консенсуального договора дарения, исполнение по которому еще не
последовало, что прямо вытекает из ч. 1 ст. 577 ГК. Отказ дарителя от
исполнения договора дарения должен быть облачен в ту же форму, что и сам
договор.

В отличие от одаряемого, который в случае отказа от принятия дара по
требованию дарителя должен возместить ему реальный ущерб, причиненный
таким отказом, отказ дарителя от исполнения договора дарения не влечет
подобных последствий. Одаряемый лишен права требовать возмещения
убытков.

Другой случай, когда даритель может отказаться от исполнения договора
дарения, напротив, напрямую связан с порочащим поведением одаряемого
(покушение на жизнь и здоровье самого дарителя, членов его семьи или
родственников). В подобной ситуации даритель, не реализовавший своего
права на отказ от исполнения дарственного обязательства, не лишается
права позже потребовать отмены состоявшегося дарения (п. 2 ст. 577 ГК).
Отказ дарителя от исполнения договора дарения не дает одаряемому права
требовать возмещения убытков.

Если даритель не воспользовался своим правом на отказ от исполнения
договора дарения и не исполнил своего обязательства, для него могут
наступить последствия, предусмотренные ГК на случай неисполнения
должником гражданско-правового обязательства. В частности, если объектом
дарения являлась индивидуально – определенная вещь, одаряемый может
потребовать отобрания указанной вещи у дарителя и передачи ее одаряемому
(ст. 398 ГК). Кроме того, к дарителю может быть применена и
ответственность за неисполнение обязательства.

Реальный договор дарения обычно не порождает обязательства, выступая
лишь как основание возникновения прав на стороне одаряемого. В отличие
от него консенсуальный договор дарения в своем развитии проходит как
минимум два этапа: сначала он порождает соответствующее обязательство, а
затем исполнение этого обязательства приводит к возникновению у
одаряемого вещных или иных прав в отношении дара. На первом
(обязательственном) этапе дарение может быть прекращено так же, как и
любой другой договор гражданского права, т. е. на общих основаниях,
предусмотренных главой 26 ГК и ст. 450, 451 ГК, а также по основаниям,
свойственным лишь дарению – п. 1 ст. 573 и пп. 1 и 2 ст. 577 ГК. Но
после того как обязательство исполнено, прекратить его уже невозможно,
поскольку договор сыграл свою роль.

§ 3. Отмена дарения

Специфической особенностью договора дарения, отличающей его от всех
прочих гражданско-правовых договоров, является предоставленная дарителю
и его наследникам возможность отмены дарения. Эта особенность присуща
как договорам, совершаемым путем передачи дара одаряемому, так и
исполненным дарителем договорам обещания дарения. Вместе с тем отмена не
относится к основаниям прекращения договора дарения. Речь идет о таких
ситуациях, когда дар уже передан одаряемому и вследствие этого у
последнего возникло право собственности на подаренное имущество либо он
стал обладателем соответствующего права, т.е. договор дарения,
сопровождаемый передачей имущества, уже состоялся как юридический факт,
а консенсуальный договор дарения (договор обещания дарения) прекратился
в силу его надлежащего исполнения.

А.Л. Маковский, объясняя причины включения в ГК норм об отмене дарения,
обращает внимание на этическую сторону взаимоотношений дарителя и
одаряемого: «Конечно, судьба договора дарения, как и любого звена в
цепочке имущественного оборота, требующего стабильности, не может быть
полностью поставлена в зависимость от того, как складываются личные
неимущественные отношения сторон. Однако… и не считаться с этим
законодатель не может. Поэтому злостная неблагодарность одаряемого,
выразившаяся в умышленном преступлении против жизни или здоровья
дарителя, членов его семьи или близких родственников, признается законом
основанием для отмены дарения по требованию дарителя, а если он убит
одаряемым – его наследников (п. 1 ст. 578)» Маковский А.Л. Указ. соч. С.
309..

Отмену дарения, которая регулируется ст. 578 ГК, следует отличать от
одностороннего отказа от исполнения договора дарения. Основные различия
между этими двумя институтами заключаются в следующем:

1) односторонний отказ от исполнения договора возможет только до
передачи дара. Нормы гражданского законодательства об отмене дарения
применяются к уже исполненному договору, т.е. к отношениям, существующим
после передачи дара;

2) односторонний отказ возможен только при заключении консенсуального
договора дарения, в то время как нормы об отмене дарения применимы как к
консенсуальному, так и к реальному договору;

3) правом на отказ от исполнения договора при определенных условиях
обладают обе стороны договора: как даритель, так и одаряемый. Право
отменить дарение принадлежит только дарителю, а в определенных случаях –
его наследникам. Исключение составляет случай, предусмотренный ч. 3 ст.
578 ГК.

ГК предусмотрел основания отмены дарения в виде закрытого перечня (ст.
578). Отмена дарения возможна в следующих четырех случаях:

1) серьезным основанием отмены дарения по безоговорочному волеизъявлению
дарителя является совершение одаряемым покушения на жизнь дарителя или
жизнь близких родственников. Согласно ст. 30 и 105, 111, 112, 115, 116
Уголовного кодекса РФ от 13.06.1996 N 63-ФЗ подобные противоправные
действия квалифицируются уголовным законом как преступления. Покушение
представляет собой неоконченное преступление. Согласно ст. 30 УК РФ
покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие)
лица (в нашем случае – одаряемого), непосредственно направленные на
совершение преступления (в нашем случае – лишение жизни), если при этом
преступление не было доведено до конца по не зависящим от данного лица
обстоятельствам. Это означает, что преступление не было доведено до
конца вопреки воле виновного, хотя он сделал все возможное для
совершения преступления. Например, одаряемый пытается отравить дарителя,
подсыпав ему, яд в пищу. Однако по причине длительного хранения яд
потерял свои свойства, и смерть дарителя не наступила.

Покушение на жизнь может быть совершено как путем активных действий, так
и иметь форму преступного бездействия. Мотивы, по которым одаряемый
решился на совершение преступления, могут быть различными, но для отмены
дарения они значения не имеют.

В соответствии со ст. 578 ГК даритель получает право на отмену дарения
не только при покушении на его жизнь, но также и на жизнь членов его
семьи или других близких родственников.

В том случае, если преступный замысел одаряемого, направленный на
лишение жизни дарителя, был доведен до конца, право требовать отмены
дарения принадлежит наследникам дарителя. Следует подчеркнуть, что
основанием для отмены дарения являются только умышленное лишение жизни
дарителя, поэтому причинение смерти по неосторожности не влечет за собой
возможности отмены дарения. В отличие от самого дарителя, обладающего
правом отменить дарение без обращения в суд, аналогичное право его
наследников может быть реализовано только в суде в порядке гражданского
судопроизводства.

Факт совершения покушения на жизнь дарителя или кого-либо из его
родственников либо факт умышленного лишения жизни дарителя одаряемым
должен быть установлен вступившим в законную силу приговором суда;

2) даритель вправе отменить дарение, если одаряемый умышленно причинил
дарителю телесные повреждения (п. 1 ст. 578 ГК). В данном случае
характер и степень тяжести телесных повреждений не играют роли. Для
отмены дарения необходимо, чтобы вред здоровью дарителя был причинен в
результате умышленных действий одаряемого. Причинение одаряемым телесных
повреждений дарителю по неосторожности не дает право последнему на
отмену дарения;

3) даритель может потребовать отмены дарения, если обращение одаряемого
с подаренной вещью создает угрозу ее безвозвратной утраты. По данному
основанию можно требовать отмены дарения, предметом которого являлась
какая-либо вещь (но не имущественное право или освобождение от
имущественной обязанности). Данная вещь непременно должна иметь для
дарителя большую неимущественную ценность. Это может быть, например,
коллекция чего-либо, которую даритель собирал длительное время, семейная
реликвия и др. Например дед подарил своему внуку гербарий, который он
собирал всю жизнь, а внук регулярно оставлял коллекцию под проливным
дождем. В отличие от предыдущих оснований, когда дарение могло быть
отменено простым волеизъявлением дарителя, облаченным в надлежащую
форму, для данного случая предусмотрен судебный порядок отмены. Это
объясняется тем, что здесь подлежит установлению ряд обстоятельств,
которые по-разному могут оцениваться с точки зрения дарителя и
одаряемого, что неминуемо приведет к возникновению спора. Даритель
должен доказать, что одаряемому было известно, какую ценность
представляет для дарителя предмет договора, и это обязывает одаренного
бережно относится к дару и обеспечивать его сохранность. Так же, должно
быть установлено, действительно ли обращение одаряемого с такой вещью
создает угрозу ее безвозвратной утраты Недоцук Н.А. Договор дарения. –
М.: Эксмо, 2006. С. 64.;

4) по требованию заинтересованного лица суд может отменить дарение,
совершенное индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом в
нарушение положений Закона о несостоятельности (банкротстве) за счет
средств, связанных с его предпринимательской деятельностью, в течение
шести месяцев, предшествовавших объявлению такого лица несостоятельным
(банкротом) (п. 3 ст. 578 ГК).

Необходимо отметить, что в Федеральном законе от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О
несостоятельности (банкротстве)» данный вопрос решается иначе. Согласно
п. 3 ст. 78 названного Закона сделка должника, заключенная или
совершенная должником с отдельным кредитором или иным лицом после
принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или
в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании
должника банкротом, может быть признана недействительной по заявлению
внешнего управляющего (аналогичными полномочиями наделен и конкурсный
управляющий) или кредитора, если указанная сделка влечет
предпочтительное удовлетворение одних кредиторов перед другими.

Естественно, возникает вопрос о соотношении указанных законоположений.
На первый взгляд кажется, что норма Федерального закона «О
несостоятельности (банкротстве)» является специальной по отношению к
соответствующему правилу ГК и в силу этого полностью его перекрывает. Но
на самом деле проблема несколько сложней. Действительно, договор
дарения, совершенный должником в течение шести месяцев, предшествовавших
подаче заявления о признании должника банкротом (а не объявлению его
несостоятельным, как предусмотрено в п. 3 ст. 578 ГК), по определению в
силу его безвозмездности относится к сделкам, направленным на
предпочтительное удовлетворение требований одних кредиторов перед
другими. Но этот вывод верен только в отношении тех случаев, когда в
роли одаряемого по договору дарения выступает один из кредиторов
должника. Однако в последнем случае такой договор не обладает признаком
безвозмездности (в силу его причинной обусловленности) и не может быть
квалифицирован как договор дарения, что исключает применение к указанным
правоотношениям п. 3 ст. 578 ГК.

Таким образом, в качестве одаряемого по договору дарения может выступать
только лицо, не являющееся кредитором должника (дарителя). А к таким
правоотношениям, в свою очередь, не подлежит применению норма,
содержащаяся в п. 3 ст. 78 Федерального закона «О несостоятельности
(банкротстве)». Следовательно, правило, предусмотренное п. 3 ст. 578 ГК,
имеет свою сферу применения, не пересекающуюся с правоотношениями,
подпадающими под действие п. 3 ст. 78 Федерального закона «О
несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем отмена судом дарения, совершенного юридическим лицом или
индивидуальным предпринимателем в пределах шести месяцев до признания
должника банкротом, возможна лишь в том случае, если при этом были
допущены нарушения Закона о несостоятельности (банкротстве) (при условии
соблюдения всех норм о дарении, содержащихся в ГК). Положения данного
Закона могут быть признаны нарушенными только в том случае, если дарение
совершается дарителем после возбуждения арбитражным судом дела о его
банкротстве. Например, основанием к отмене дарения может служить
совершение должником без согласия временного управляющего
соответствующей сделки с недвижимым имуществом либо с иным имуществом,
стоимость которого превышает десять процентов балансовой стоимости
активов должника – юридического лица, а также сделки уступки права
(требования) или перевода долга (п. 2 ст. 58 Федерального закона «О
несостоятельности (банкротстве)»);

5) последнее основание, предусмотренное ст. 578 ГК, для отмены дарения
не связано с какими-либо отрицательными фактами. В силу п. 4 указанной
статьи даритель вправе отменить дарение в том случае, если он переживет
одаряемого. Однако такое право у дарителя возникает лишь в том случае,
если стороны оговорили это в самом договоре дарения при его заключении.
Следует отметить, что если даритель переживет одаряемого, отмена дарения
не происходит автоматически. Каждый гражданин осуществляет любое
принадлежащее ему право по своему усмотрению. Поэтому даритель может
реализовать имеющееся у него право на отмену дарения, а может и не
воспользоваться им. В последнем случае дар переходит к наследникам
одаряемого. Если в договоре было обусловлено право дарителя отменить
дарение в случае, если он переживет одаряемого, то отмену дарения можно
определить как расторжение договора по соглашению сторон (глава 29 ГК
«Изменение и расторжение договора»).

Правила об отмене дарения (ст. 578 ГК) так же как и об отказе дарителя
от исполнения договора обещания дарения (ст. 577 ГК) не подлежат
применению к обычным подаркам небольшой стоимости. Данная норма
объясняется, прежде всего, незначительностью суммы подобных сделок.
Положения ГК об отмене дарения (ст. 578) могут применяться к договорам
пожертвования, в отношении которых действует специальное правило,
определяющее особое (и единственное) основание их отмены, а именно:
использование пожертвованного имущества не в соответствии с указанным
жертвователем назначением или изменение этого назначения при отсутствии
согласия на то со стороны жертвователя.

Отмена дарения ставит стороны договора в первоначальное состояние.
Поэтому во всех случаях при отмене дарения одаряемый обязан возвратить
подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения
(п. 5 ст. 578 ГК). В случае отчуждения вещи кому-либо одаряемым возврат
ее недопустим. При доказанной вине одаряемого в отчуждении или
уничтожении вещи с целью избежать ее возврата возможен иск по
обязательствам из причинения вреда. Дарителю не передаются полученные
одаряемым плоды и доходы от используемой вещи, так как эта вещь
принадлежит лицу на законном основании.

Глава 4. Правовое регулирование отдельных видов договора дарения

§ 1. Договор обещания дарения

Анализ гл. 32 ГК свидетельствует о том, что собственно под договором
дарения законодатель подразумевает договор дарения, заключаемый
(совершаемый) путем передачи имущества одаряемому. Договор дарения, в
отличие от иных гражданско-правовых договоров, не обладает качествами
обязательственного правоотношения («договор – правоотношение») и формы
его существования («договор – документ»). Поэтому законодательное
регулирование данного договора ограничивается его регламентацией в
качестве сделки, служащей основанием перехода права собственности на
соответствующее имущество к одаряемому.

В то же время ГК (гл. 32) содержит ряд специальных правил,
предназначенных для регулирования договора обещания дарения и договора
пожертвования. Выделение данных видов договора дарения не является
результатом строгой научной классификации на основе какого-либо единого
критерия, а скорее объясняется наличием применительно к каждому из них
определенного набора квалифицирующих признаков, отражающих особенности
данных видов договоров дарения, которые требуют специального
регулирования.

Договору обещания дарения присущи следующие характерные признаки.

Во-первых, такой договор носит консенсуальный характер и порождает
обязательство дарителя передать одаряемому вещь в собственность или
имущественное право либо освободить одаряемого от обязательства. Данное
обязательство является односторонним, обязанностям дарителя
корреспондируют соответствующие права (требования) одаряемого. Иными
словами, в лице договора обещания дарения мы имеем самостоятельный тип
гражданско-правового договорного обязательства.

Во-вторых, договор обещания дарения под страхом его недействительности
должен иметь обязательную письменную форму (п. 2 ст. 574 ГК).

В-третьих, договор обещания дарения должен содержать ясно выраженное
намерение дарителя совершить в будущем безвозмездную передачу одаряемому
вещи или права либо освободить его от имущественной обязанности (п. 2
ст. 572 ГК).

В-четвертых, текст договора обещания дарения должен включать в себя
условия о конкретном лице, являющемся одаряемым, и о конкретном предмете
дарения в виде вещи, права или освобождения одаряемого от обязанности.
Обещание дарителя подарить все свое имущество или часть всего своего
имущества без указания на конкретный предмет дарения признается
ничтожным (п. 2 ст. 572 ГК).

Возможно, эта формулировка была предопределена тем, что если в состав
имущества входит недвижимость, то договор подлежит государственной
регистрации. Но сложный состав имущества и даже разный момент перехода
права собственности на его составные части не препятствует заключению
договора дарения. В законе следовало бы разрешить обещание дарения части
всего имущества с указанием на размер части на определенную дату и
обязательной государственной регистрацией договора, например: «Обязуюсь
передать половину всего принадлежащего мне имущества на 18 ноября 1997
года…».

Таким образом, к существенным условиям договора обещания дарения (в силу
того что они названы в законе) следует отнести: условие о ясно
выраженном намерении дарителя совершить безвозмездную передачу
одаряемому вещи, права или освободить его от обязательства; условие о
конкретном лице – одаряемом; указание на конкретный предмет дарения.

Учитывая консенсуальный характер договора обещания дарения, следствием
чего является разрыв во времени между заключением договора, т.е.
вступлением его в силу, и исполнением договора дарения, требуют ответа
традиционные для договора дарения вопросы о допустимости заключения
договора дарения под условием, а также о возможности для дарителя
отказаться от исполнения своего обязательства по передаче имущества
одаряемому.

В соответствии с п. 2 ст. 157 ГК сделка считается совершенной под
отменительным условием, если стороны поставили прекращение прав и
обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого
неизвестно, наступит оно или не наступит. Представляется, что данному
положению корреспондирует норма, установленная п. 1 ст. 407 ГК, согласно
которой обязательство прекращается по основаниям, предусмотренным не
только законом, но и договором, в том смысле, что стороны вправе
предусмотреть в договоре такие основания прекращения обязательств, в том
числе и те, которые соответствуют требованиям, предъявляемым к
отменительным условиям сделки.

Исключительно договору обещания дарения адресованы положения ГК о
правопреемстве по обязательству дарения (ст. 581). Как уже отмечалось,
договор дарения, совершаемый путем передачи одаряемому имущества, не
порождает обязательственно – правовых отношений и в силу этого
исключается из сферы действия норм о правопреемстве по
гражданско-правовым обязательствам.

Применительно же к обязательству, возникающему из договора обещания
дарения, ГК (ст. 581) устанавливает два противоположных правила о
правопреемстве в отношении соответственно прав одаряемого и обязанностей
дарителя. По общему правилу права одаряемого, которому по договору
дарения обещан дар, не переходят к его наследникам (правопреемникам); и
напротив, обязанности дарителя, обещавшего дарение, переходят к его
наследникам (правопреемникам). Правда, указанные положения
сформулированы в виде диспозитивных норм (т.е. договором дарения может
быть предусмотрено иное), поэтому, в конечном счете, решение вопроса о
правопреемстве по договору обещания дарения ГК оставляет на усмотрение
сторон.

Во избежание конкуренции с правилами о наследовании и в целях исключения
возможности обхода норм наследственного права ГК запрещает заключение
договоров обещания дарения, предусматривающих передачу дара одаряемому
после смерти дарителя, и объявляет соответствующие договоры ничтожными.
К такого рода дарению применяются правила гражданского законодательства
о наследовании (п. 3 ст. 572 ГК).

§ 2. Договор пожертвования

Договору пожертвования посвящены нормы ст. ст. 572 – 582 главы 32 ГК и
Федерального закона от 11 августа 1995 г. N 135-ФЗ «О благотворительной
деятельности и благотворительных организациях». Ряд специальных норм о
пожертвовании закреплен в Федеральных законах «О референдуме» от 28 июня
2004 г. N 5-ФКЗ и «О политических партиях» от 11 июля 2001 г. N 95-ФЗ.

Многие субъекты Российской Федерации приняли законы о благотворительной
деятельности, например, Закон Волгоградской области «О государственной
поддержке благотворительной деятельности в Волгоградской области» от 24
ноября 1998 г. N 224-ОД, Закон Краснодарского края «О благотворительной
деятельности» от 30 апреля 2002 г. N 473-КЗ, которые регулируют
отношения по поддержке благотворительной деятельности органами
государственной власти и органами местного самоуправления, созданию и
деятельности благотворительных советов, контроля за осуществлением
благотворительной деятельности.

Договор пожертвования выделяется в отдельный вид дарения исходя из
наличия у него такого основного признака, как совершение дарения в
общеполезных целях. В современной юридической литературе встречаются
различные трактовки понятия «общеполезные цели», что не может не
вызывать сожаления, поскольку именно этот признак позволяет
квалифицировать договор дарения как пожертвование и, следовательно,
применять к нему специальные правила, предусмотренные ГК (ст. 582).

Законодатель в п. 1 ст. 582 ГК говорит о пожертвовании «государству и
другим субъектам гражданского права, указанным в статье 124 настоящего
Кодекса». Значит, речь идет не только о Российской Федерации, но и о
субъектах Российской Федерации, и о муниципальных образованиях.

Специфика договора пожертвования как вида договора дарения не
исчерпывается его общеполезными целями, ему присущи и некоторые другие
особенности.

Во-первых, договор пожертвования может совершаться как путем передачи
одаряемому дара, так и посредством обещания дарения, что лишний раз
подтверждает, что указанные виды договора дарения не имеют единого
классификационного критерия.

Во-вторых, предметом договора дарения признаются лишь передача вещи или
передача имущественного права. Следовательно, пожертвование не может
осуществляться путем освобождения одаряемого от его обязательств.
Очевидно, что освободить от какой-либо имущественной обязанности можно
только конкретное лицо, и при этом вряд ли можно достичь каких-либо
общеполезных целей или удовлетворить общеполезные интересы. Именно
поэтому освобождение от имущественной обязанности не может являться
предметом пожертвования.

В-третьих, особенностью договора пожертвования является ограничение
круга субъектов на стороне одаряемого. В качестве таковых могут
выступать граждане, лечебные, воспитательные учреждения, организации
социальной защиты и другие аналогичные учреждения; благотворительные,
научные и учебные организации, фонды, музеи и другие учреждения
культуры, общественные и религиозные организации, а также государство
(Российская Федерация и ее субъекты) и муниципальные образования. По
договору дарения выгодоприобретателем является конкретное лицо, интересы
которого удовлетворяются посредством передачи дара. Пожертвование также
поступает в адрес конкретных лиц, однако используется оно в общеполезных
целях. Общеполезными следует считать цели, связанные с удовлетворением
материальных и духовных потребностей социальных групп, социальных слоев,
общественных движений, с научным, культурным, образовательным развитием
граждан и др. Например, когда книги безвозмездно передаются в
библиотеку, чтобы в дальнейшем они использовались всеми читателями.
Пожертвование представляет собой целевое дарение. Если при обычном
дарении, как законодателю, так и дарителю безразлично, в каких целях
одаряемый будет использовать дар (для удовлетворения личных, семейных
интересов, для ведения предпринимательской деятельности и так далее), то
при пожертвовании данные цели заранее определены, и именно они являются
побуждающим мотивом к сделке.

В-четвертых, как уже отмечалось, пожертвование может быть обусловлено
жертвователем использованием дара по определенному назначению.
Действительно, ГК (пп. 3 – 5 ст. 582) не только наделяет жертвователя
правом обусловить свое пожертвование использованием дара по
определенному целевому назначению, но и предусматривает положения,
направленные на обеспечение контроля за целевым использованием
пожертвованного имущества со стороны жертвователя, а также последствия
нарушения одаряемым воли жертвователя, определившего целевое назначение
пожертвованного имущества. Для надлежащей организации контроля со
стороны жертвователя одаряемым (юридическим лицам), принявшим
пожертвование, для использования которого установлено определенное
назначение, вменено в обязанность вести обособленный учет всех операций
по использованию пожертвованного имущества.

На принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или
согласия (ст. 582 ГК). Данное правило особенно актуально для
государственных и муниципальных организаций. На это необходима только
воля самого одаряемого.

Следует отметить, что выделение средств из государственного или местного
бюджета, в том числе для общеполезных целей, не является пожертвованием,
так как в этом случае нет дарения: средства используются по прямому
назначению.

Как уже было сказано, пожертвование направлено на достижение
общеполезных целей. Поэтому в том случае, когда по договору
пожертвования приобретателем является гражданин, закон требует, чтобы
жертвователь определил: по какому назначению должно использоваться
передаваемое имущество или право. Естественно, что такое назначение
должно отвечать не личным, а общеполезным целям. При отсутствии указаний
о целях использования имущества пожертвование имущества гражданину
считается обычным дарением.

При совершении пожертвования другим лицам жертвователь вправе, но не
обязан устанавливать правило об использовании имущества по определенному
назначению. Это объясняется тем, что деятельность некоммерческих
организаций, государственных и муниципальных образований по своей сути и
в силу закона направлена на обеспечение общих потребностей. Если при
пожертвовании имущества указанным лицам жертвователем не будет
определено конкретное направление его использования, то такое имущество
используется одаряемыми в соответствии с его назначением.

Юридическое лицо, принимающее пожертвование, для использования которого
установлено определенное назначение, должно вести обособленный учет всех
операций по использованию пожертвованного имущества, что предполагает
применение особых правил бухгалтерского учета (п. 3, ч. 2, ст. 582 ГК).
Это необходимо для обеспечения контроля за использованием имущества по
назначению. Получение жертвователем такой информации дает ему
возможность реализовать свое право на отмену пожертвования (об этом –
ниже). Таким образом, права одаряемого в отношении пожертвованного
имущества ограничены. Пользоваться и распоряжаться имуществом необходимо
в точном соответствии с целями пожертвования.

Если использование пожертвованного имущества в соответствии с указанным
жертвователем назначением становится вследствие изменившихся
обстоятельств невозможным, оно может быть использовано по другому
назначению, лишь с согласия жертвователя, а в случае смерти
гражданина-жертвователя или ликвидации юридического лица – жертвователя
по решению суда (п. 4 ст. 582 ГК). Такой достаточно строгий порядок
изменения назначения использования пожертвованного имущества призван
обеспечить: во-первых, точное следование воле жертвователя; во-вторых,
интересы общества либо его части, к благу которых направлено
использование пожертвованного имущества; в-третьих, недопущение
возможности злоупотреблений со стороны одаряемого и использования, им
пожертвованного имущества в иных целях.

В случаях, когда жертвователя-гражданина же нет в живых, а
жертвователь-юридическое лицо ликвидировано, использование пожертвования
по иному целевому назначению возможно только по решению суда.

Здесь наблюдается еще одно отличие пожертвования от дарения. После
передачи дара отношения между дарителем и одаряемым, основанные на
договоре, фактически прекращаются, чего нельзя сказать в случае
пожертвования.

Использование пожертвованного имущества не в соответствии с указанным
жертвователем назначением или изменение этого назначения с нарушением
установленных правил дает право жертвователю, его наследникам или иному
правопреемнику требовать отмены пожертвования (п. 5 ст. 582 ГК). Вместе
с тем пожертвование не может быть отменено по другим основаниям,
предусмотренным законом для отмены дарения. Кроме того, согласно ч. 6
ст. 582 ГК в этих отношениях исключается правопреемство (как для
жертвователя, так и для лица, в чью пользу предназначалось
пожертвование).

Последствия несоблюдения воли жертвователя, определившего целевое
назначение пожертвованного имущества, либо нарушения установленного
порядка изменения целевого назначения пожертвования состоят в том, что
пожертвование может быть отменено решением суда по требованию самого
жертвователя, его наследников или иных правопреемников.

В-пятых, еще одна особенность договора пожертвования заключается в том,
что на принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или
согласия (п. 2 ст. 582 ГК). В юридической литературе данное положение
иногда истолковывается таким образом, что в отличие от обычного договора
дарения при пожертвовании вовсе не требуется согласия одаряемого. А
поскольку такой подход ставит под сомнение договорную природу
пожертвования, появляются не совсем понятные доводы в пользу того, что
пожертвование все же остается договором. Так, М.Г. Масевич пишет: «В п.
2 ст. 582 ГК установлено, что на принятие пожертвования не требуется
чьего-то согласия. Однако на этом основании пожертвование нельзя
определять односторонней сделкой. Ведь передача имущества является
ответом на предложение делать пожертвование, а договор заключается
передачей имущества» Гражданское право России. Часть вторая:
Обязательственное право: Курс лекций. С. 173.. Тем самым из круга
пожертвований исключается договор обещания дарения!

На самом деле, в данном случае законодатель вовсе не отрицает такой
признак договора дарения (и договора пожертвования в том числе), как
согласие одаряемого на принятие дара и безусловное право последнего
отказаться принять подаренное (в том числе пожертвованное) имущество.
Речь идет о другом, а именно о том, что в дополнение к обычному порядку
заключения договора дарения, требующему, конечно же, согласия одаряемого
на принятие дара, было бы разумно предположить, что в некоторых случаях
одаряемому (который не возражает против пожертвования) потребуется также
разрешение или согласие определенных властных органов. Так вот, как раз
такого разрешения (согласия) в соответствии с п. 2 ст. 582 ГК и не
требуется. Поэтому никакой опасности для договорной природы
пожертвования не существует.

По общему правилу договор дарения прекращается исполнением, которое
связывают с возникновением права собственности одаряемого на вещь,
переходом имущественного права требования к одаряемому или с
освобождением одаряемого от обязанности.

Есть основание предположить, что договор пожертвования не прекращается с
передачей дара. Это объясняется тем, что в таком договоре исполнение
состоит не только в передаче дара, но и в надлежащем исполнении порядка
использования дара.

При таком подходе обоснована реализация после передачи дара указанных в
законе обязанностей одаряемого (использовать дар по обусловленному
назначению, вести обособленный учет всех операций по использованию
пожертвованного имущества для одаряемого – юридического лица,
испрашивать согласие жертвователя использовать имущество по новому
назначению вследствие изменившихся обстоятельств) и права жертвователя
требовать отмены пожертвования при использовании пожертвованного
имущества не в соответствии с указанным назначением или изменения
назначения без согласия жертвователя или без решения суда.

Согласно примерной форме договора пожертвования, приведенной в
Справочнике руководителя учреждения культуры (№6 июнь 20003) «средства,
полученные Благополучателем и неиспользованные на реализацию прилагаемой
программы в оговоренные сроки должны быть возвращены Благотворителю (п.
II.8)» Е.А.Абросимова. Пожертвование и дарение // Справочник
руководителя учреждения культуры. – 2003. – №6. С.85. Таким образом,
наряду с предусмотренными в п. 5 ст. 582 ГК РФ основаниями для отмены
пожертвования – нецелевое использование и изменение назначения с
нарушением правил – Е.А. Абросимова предлагает ввести дополнительное
основание – неиспользование пожертвования по определенному назначению в
установленные сроки. Такое положение не противоречит закону, так как п.
2 ст. 450 ГК допускает расторжение договора по требованию одной стороны
по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной, а
также в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или
договором.

Жертвователь не вправе отменить дарение по основаниям и в порядке,
предусмотренным для обычного дарения (ст. 578 ГК). Это можно объяснить
тем, что совершение одним из благополучателей действий, указанных в ст.
578 ГК (покушение на жизнь дарителя и пр.), не должно лишать возможности
использовать дар другими благополучателями М.Н.Малеина. Пожертвование –
разновидность договора дарения // КонсультантПлюс: справ. правовая
система..

Заключение

В современном гражданском законодательстве содержится следующее
легальное определение договора дарения: договором дарения признается
такой договор, по которому одна сторона (даритель) безвозмездно передает
или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность
либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо
освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности
перед собой или перед третьим лицом (п.1 ст. 572 ГК).

В системе гражданско-правовых договоров договор дарения выделяется в
отдельный тип договорных обязательств, благодаря наличию некоторых
характерных признаков, позволяющих квалифицировать его в данном
качестве. В числе таких признаков называют следующие особые черты
договора дарения:

1) безвозмездность;

2) увеличение имущества одаряемого, увеличение имущества одаряемого
должно происходить за счет уменьшения имущества дарителя;

3) наличие у дарителя, передающего одаряемому имущество либо
освобождающего его от обязательств, намерения одарить последнего, т.е.
увеличить имущество одаряемого за счет собственного имущества;

4) согласие одаряемого на получение дара.

Можно отметить, что среди названных характерных признаков договора
дарения основным признаком является признак безвозмездности этого
договора. Остальные признаки представляют собой необходимые и, в
известном смысле, самостоятельные черты договора дарения. Данное
суждение традиционно для цивилистики, в том числе и для отечественной
гражданско-правовой доктрины.

Гражданское законодательство допускает заключение договора дарения по
модели как реального, так и консенсуального договора (обещание дарения).
Договор дарения, заключаемый путем передачи дарителем имущества
одаряемому, отличается от консенсуального договора обещания дарения не
только по моменту его заключения, но и тем, что он вообще не порождает
обязательств сторон, и поэтому не может быть отнесен также и к реальным
договорам. По своей правовой природе такой договор дарения представляет
собой «договор-сделку», т.е. юридический факт, служащий основанием
прекращения права собственности дарителя и возникновения права
собственности у одаряемого на подаренное имущество. Пожалуй,
единственная причина, по которой данный юридический факт признается не
только основанием (способом) перехода права собственности, но и
договором, состоит в необходимости для дарителя получить согласие
одаряемого на передачу ему соответствующего дара. Все остальные качества
гражданско-правового договора (договора-правоотношения и
договора-документа) в данном случае не имеют места.

Договор дарения имеет сложный предмет, состоящий из действий дарителя:
передача дара, освобождение от обязанности, – которые называют объектом
первого рода или юридическим объектом, а также самого имущества (вещи,
права, обязанности), которое обычно именуется объектом второго рода или
материальным (применительно к веши) объектом.

В качестве дарителя и одаряемого по договору дарения могут выступать
любые лица, признаваемые субъектами гражданского права: граждане
(физические лица), организации (юридические лица), а также государство
(Российская Федерация, субъекты Российской Федерации) и муниципальные
образования. Особенность договора дарения применительно к его
субъектному составу состоит в том, что в отношении некоторых субъектов
гражданского права законодательством установлены запрещения и
ограничения на участие в отношениях, связанных с дарением.

К примеру, законодателем запрещено дарение между коммерческими
организациями, что совершенно оправданно. Запрещение такого дарения было
установлено исходя из того, что безвозмездные имущественные отношения
между организациями, само существование которых порождено целью
извлечения прибыли, как правило, ненормальны и могут использоваться в
ущерб интересам их кредиторов и государства.

Предъявляемые требования к форме договора дарения зависят от вида
договора дарения и от объекта дарения.

В отношении содержания договора можно сказать, что договор обещания
дарения порождает одностороннее обязательство дарителя передать объект
дарения одаряемому и корреспондирующее данному обязательству право
одаряемого требовать от дарителя передачи дара. Особенностью договора
дарения является то, что в изъятие из общего положения о недопустимости
одностороннего прекращения гражданско-правового обязательства, за
исключением случаев, установленных законом (ст. 310 ГК), стороны
договора дарения наделены широкими правами по одностороннему прекращению
обязательства, вытекающего из договора дарения.

Что касается договора дарения, совершаемого путем передачи подаренного
имущества одаряемому, то договорная природа такого дарения выражается
лишь в том, что передача одаряемому подаренного имущества требует
согласия последнего на принятие дара.

Еще одной специфической особенностью договора дарения, отличающей его от
всех прочих гражданско-правовых договоров, является предоставленная
дарителю и его наследникам возможность отмены дарения.

Ключевым вопросом является вопрос о необходимости (или отсутствии
таковой) принятия дарения или согласия одаряемого на безвозмездное
приобретение имущества. Причем данный вопрос, имеет решающее значение
применительно, только к дарению, совершаемому не на основе
предварительного соглашения сторон, а путем непосредственной передачи
дара одаряемому.

Дарение в тех случаях, когда оно совершается в форме дарственного
обязательства, т.е. безвозмездной выдаче дарителем письменного
обязательства об отчуждении своего имущества в пользу одаряемого, не
может быть действительным без принятия или согласия одаряемого потому,
что дарственное обязательство, как и договоры вообще, основываются
всегда на соглашении сторон. Принятие дара или согласия одаряемого
является обязательным условием действительности всякого договора
дарения, поскольку такое требование вытекает из сущности самого дарения.

При этом, дарение составляет исключение из свойственных человеку
действий, направленных преимущественно к приобретению, а не к
безвозмездному отчуждению имущества, поэтому дарение не совершается без
особых побуждений, которые могут быть вполне бескорыстными
(благодарность, любовь и т.п.), либо могут быть направлены на достижение
разных выгод и даже безнравственных целей (средство подкупа, соблазна и
т.п.).

Но главное состоит в том, что между дарителем и одаряемым должны
существовать известные чисто личные отношения нравственного свойства,
которые обыкновенно продолжаются и после совершения дарения, независимо
от юридических по следствий, возникающих из этой сделки.

Список нормативных актов

1. Гражданский кодекс РФ. Часть вторая: Федеральный закон от 26.01.1996
N 14-ФЗ (ред. от 06.12.2007) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]:
справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

2. Уголовный кодекс РФ от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 14.02.2008) //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.:
КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

3. Семейный кодекс РФ: Федеральный закон от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от
21.07.2007) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая
система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

4. Гражданский кодекс РФ. Часть первая: Федеральный закон от 30.11.1994
г. № 51-ФЗ (ред. от 06.12.2007) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]:
справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

5. Федеральный закон от 02.03.2007 N 25-ФЗ «О муниципальной службе в
Российской Федерации» // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ.
правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

6. Федеральный закон от 27.07.2004 N 79-ФЗ «О государственной
гражданской службе Российской Федерации» (ред. от 01.12.2007) //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.:
КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

7. Федеральный закон от 06.10.2003 N 131-ФЗ «Об общих принципах
организации местного самоуправления в Российской Федерации» (ред. от
08.11.2007) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая
система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

8. Федеральный закон от 27.05.2003 N 58-ФЗ «О системе государственной
службы Российской Федерации» (ред. от 01.12.2007) // КонсультантПлюс
[Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс,
1992 – 2008.

9. Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)» (ред. от 01.12.2007) // КонсультантПлюс [Электронный
ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

10. Федеральный закон от 19.06.2000 N 82-ФЗ «О минимальном размере
оплаты труда» (ред. от 20.04.2007) // КонсультантПлюс [Электронный
ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

11. Федеральный закон от 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной
регистрации прав на недвижимой имущество и сделок с ним» (ред. от
23.11.2007) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая
система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

12. Федеральный закон от 12.01.1996 N 7-ФЗ «О некомемерческий
организациях» (ред. от 01.12.2007) // КонсультантПлюс [Электронный
ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

13. Федеральный закон от 26.05.1996 N 54-ФЗ (ред. от 26.06.2007) «О
музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.:
КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

14. Федерального закона от 11 августа 1995 N 135-ФЗ (ред. от 30.12.2006)
«О благотворительной деятельности и благотворительных организациях» //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.:
КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

15. Федеральный закон от 10.12.1995 N 195-ФЗ «Об основах социального
обслуживания населения в Российской Федерации» (ред. от 22.08.2004) //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.:
КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

16. Закон РФ от 15.04.1993 N 4804-1 (ред. от 02.11.2004) «О вывозе и
ввозе культурных ценностей» // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]:
справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

17. Федеральный закон от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской
деятельности» (ред. от 03.03.2008) // КонсультантПлюс [Электронный
ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

18. Закон РФ от 10.07.1992 N 3266-1 «Об образовании» (ред. от
28.02.2008) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая
система. – М.: КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

19. Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от
07.10.2005 N 627 (ред. от 19.02.2007) «Об утверждении Единой
номенклатуры государственных и муниципальных учреждений здравоохранения»
// КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.:
КонсультантПлюс, 1992 – 2008.

20. Постановлению Совмина СССР от 16.09.1982 N 865 (ред. от 29.12.1989,
с изм. от 25.06.2002) «Об утверждении положения об охране и
использовании памятников истории и культуры» // КонсультантПлюс
[Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс,
1992 – 2008.

Список литературы

1. Брагинский, М.И. Договорное право. Кн. 1. Общие положения / М.И.
Брагинский, В.В. Витрянский – Изд. 3-е; стереотип. – М.: Статут, 2001. –
848 с.

2. Брагинский, М.И. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче
имущества / М.И. Брагинский, В.В. Витрянский // КонсультантПлюс
[Электронный ресурс]: справ. правовая система. – М.: КонсультантПлюс,
1992 – 2008. Электрон. версия печ. публикации.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Текст,
комментарии, алфавитно-предметный указатель / В.Б. Резников, А.Л.
Маковский; под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. М.:
МЦФЭР, 1996. – 704 с.

4. Гражданское право России: Обязательственное право. Курс лекций. Ч. 2
/ М.И. Брагинский, Н.И. Клейн, Т.Л. Левшина, В.Н. Литовкин и др.; отв.
ред.: О.Н. Садиков – М.: БЕК, 1997. – 704 с.

5. Гражданское право. Учеб.: В 3 т. Т. I и II / под ред. А.П. Сергеева,
Ю.К. Толстого. – 4-е изд.; перераб. и доп. – М.: ТК Велби: Проспект,
2006. – 848 с.

6. Иоффе, О.С. Обязательственное право / О.С. Иоффе – М.: «Юрид. лит.»,
1975. – 872 с.

7. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй
(постатейный) / Руководитель авторского коллектива и отв. ред. О.Н.
Садиков. – изд. 2-е ; испр. и доп. – М. : Юрид. фирма КОНТРАКТ, Изд.
группа ИНФРА.М-НОРМА, 1997. – 799 с.

8. Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Г.Б. Астановский, З.С.
Беляева, М.И. Брагинский, С.Н. Братусь и др.; отв. ред.: С.Н. Братусь,
О.Н. Садиков – 3-е изд., испр. и доп. – М.: Юрид. лит., 1982. – 680 с.

9. Комментарий части второй Гражданском кодекса РФ / М. И. Брагинский,
В. В. Витрянский, Е.А. Суханов, К.Б. Ярошенко. М.: Фонд «Правовая
культура», 1996.- 448 с.

10. Мейер, Д.И. Русское гражданское право. В 2-х частях: По
исправленному и дополненному 8-му изданию, 1902 г. Ч. 1. / Д.И. Мейер;
редкол.: В.С. Ем, Н.В. Козлова, С.М. Корнеев, Е.В. Кулагина, П.А.
Панкратов, Е.А. Суханов М.: Статут, 1997. – 290 с.

11. Перетерский, И.С. Сделки, договоры / И.С. Перетерский. М.: Юрид.
изд-во НКЮ РСФСР, 1929. – 84 с.

12. Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого, И.С.
Перетерского. – М.: Юриспруденция, 2007. – 512 с.

13. Садиков, О.Н. Комментарий к Гражданскому Кодексу РФ, части второй,
постатейный / О.Н. Садиков. М.: Контракт, 2006. – 987 с.

14. Советское гражданское право. В 2 т. Т. 2: Учебник / Под ред. О.К.
Красавчикова. – Изд. 3-е ; испр. и доп. – М. : Высш. школа, 1985. – 544
с.

15. Советское право. Учебник / Р.К. Гусев, В.Н. Иванов, Л.В. Лазарев,
А.В. Мицкевич, и др.; под ред.: Л.В. Лазарева – М.: Высш. шк., 1985. –
351 c.

16. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.) / Вступ.
ст. Е.А. Суханова – М.: Спартак, 1995. – 556 с.

17. Шершеневич, Г.Ф. Курс гражданского права / Г.Ф. Шершеневич. – М.:
Автограф, 2001. – 720 с.

18. Юридическая энциклопедия / Под ред. М.Ю. Тихомирова – М.: Издание
г-на Тихомирова М.Ю., 1998. – 526 с.

19. Недоцук, Н.А. Договор дарения / Н.А. Н&#