.

В.В. Романов Юридическая психология 1998 (книга)

Язык: русский
Формат: книжка
Тип документа: Word Doc
1 73461
Скачать документ

В.В. Романов Юридическая психология 1998

ВВЕДЕНИЕ

В ЮРИДИЧЕСКУЮ

ПСИХОЛОГИЮ

Глава 1 ПРЕДМЕТ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Предмет юридической психологии, ее структура и содержание как прикладной
отрасли психологической науки Правовая, судебная, •криминальная,
пенитенциарная психология, их место в системе юридической психологии
Задачи, решаемые юридической психологией Краткий экскурс в историю
развития и становления юридической психологии Методологические основы,
принципы научного познания психических явлений в юридической психологии
Ее междисциплинарные связи с другими отраслями психологической и
правовой науки

§ 1. Предмет, содержание, задачи юридической психологии

Предмет юридической психологии. Известно.^что психология *\ (от греч
psyche — душа, logos — учение, наука) — это наука о законо-“” J
мерностях развития и функционирования психики как особой формы /
жизнедеятельности человека, которая проявляется в его отношениях с I
окружающимит его людьми, с самим собой, с окружающим его миром в^/ целом

Естественно, формы жизнедеятельности человека, его межличностные
контакты, области, в которых эти контакты возникают и развиваются,
весьма обширны И этим разнообразием отношений прежде всего объясняется
достаточно большое число различных прикладных отраслей психологической
науки, призванных оказывать непосредственную помощь людям в их
профессиональной деятельности, в той или иной специальной области
общественной практики1 Достаточно назвать хотя бы некоторые такие
прикладные отрасли психологической науки, которые особенно бурно
развиваются в настоящее время педагогическую и медицинскую психологию,
инженерную психологию и психологию труда, военную, авиационную,
космическую, социальную психологию, психологию спорта и т д Среди них
свое место прочно занимает и юридическая психология2

Что является предметом юридической психологии, какова его природа’ Что
она должна изучать5 Все эти вопросы о ее природе, предмете, месте и
взаимоотношениях с различными отраслями психологии и правоведения,
отмечает А Р Ратинов, не абстрактно академические, а являются важными
прежде всего с практической точки зрения, поскольку от их решения
зависят «пределы компетенции юридической психологии и смежных наук,
перспективы исследовании, пригодность научных реко-

мендаций, организация и содержание профессиональной подготовки
специалистов»’

Юридическая психология является одной из прикладных, «пограничных»
отраслей психологической науки, возникшей в результате межнаучной
интеграции на стыке психологических и правовых знании2 Поскольку
«материнской» для юридической психологии является психологическая наука,
то юридическую психологию есть все основания отнести в разряд
естественно-научных отраслей знания

Однако в связи с тем, что юридическая психология зародилась и длительное
время развивалась в недрах юридической науки и практики, ее обоснованно
рассматривают среди правовых наук наряду с такими научными отраслями
знаний, как уголовное право и уголовный процесс, криминалистика и
криминология и некоторые другие С этой точки зрения можно говорить о
двойственном, психолого-правовом характере юридической психологии, ее
предмета Именно поэтому, как тонко подметил А М Столяренко, юридическая
психология должна в своей «юридической части» понимать предмет так, как
понимает свой предмет юридическая наука, а в «психологической части» —
так, как понимает свой предмет психологическая наука3 Это одна сторона
вопроса И вторая, не менее важная сторона, которую следует иметь в виду,
говоря о предмете юридической психологии, это те стержневые понятия,
основные категории, которые необходимо видеть, без чего беспредметно
вообще вести какой-либо разговор о любой прикладной отрасли
психологической науки, в том числе и о юридической психологии

Такими категориями, которые рассматриваются в каждой прикладной отрасли
психологии, составляют как бы ее стержень, являются понятие «личность
субъекта» — участника той или иной профессиональной деятельности,
общественной практики и собственно сама деятельность, которой занят
человек и которая предъявляет к нему, к его психике свои особые,
специфические требования Именно эти два очень емких по своему содержанию
понятия лежат в основе понимания предмета любой прикладной отрасли
психологической науки, среди которых юридическая психология, разумеется,
не является исключением Оба эти понятия определяющим образом влияют на
содержание, структуру различных прикладных отраслей психологической
науки, в том числе и тогда, когда мы рассматриваем их в качестве учебных
дисциплин

Таким образом, личность и деятельность, деятельность и личность —
неважно в какой последовательности — вот то главное, принципиально
важное, от чего следует исходить, на что нужно обращать первоочередное
внимание при построении курса юридической психологии и как прикладной
отрасли психологической науки, и в качестве

1 См Ратинов А Р Судебная психология для следователей М, 1967 С 9

2 См Ярошевский М Г История психологии 2-е изд М , 1976 С 424—428

1 Ратинов А Р Методологические вопросы юридической психологии / /
Психоло гическии журнал 1983 Т 4, № 4 С 108

См Ратинов А Р Юридическая психология и проблемы бооьбы с
преступностью //Вопросы борьбы с преступностью М, 1983 Вып 38 С 40

3 Стогяренко AM Проблемы и пути развития юридической психологии // Пси
хологическии журнал 1988 Т 9, К> 5 С 77

учебной дисциплины, что, естественно, не совсем одно и то же. Как
справедливо пишет в этой связи А.В. Дулов о судебной психологии, что
полностью относится и к юридической психологии, она «призвана изучать не
только психические явления у отдельных участников процесса осуществления
правосудия, отношения между ними, но она должна исследовать
психологические особенности самой деятельности, связанной с
осуществлением правосудия в целом, ее отдельных функций»’.

Интересно, что при всем разнообразии определений предмета юридической
(судебной) психологии тем не менее большинство ученых правоведов,
психологов, работающих в этой области, сходятся во мнении, что если
психология в качестве фундаментальной науки о психике человека исследует
наиболее общие закономерности психической деятельности людей в целом, то
юридическая психология изучает те же закономерности психики человека,
различные психические явления, но не вообще, а в сфере различных
(уголовно-правовых, гражданско-правовых и пр.) правоотношений или, как
еще иногда говорят, в системе «человек — право».

Таким образом, суммируя различные точки зрения на предмет юридической
психологии, можно дать следующее определение:

Предметом юридической психологии являются различные явления психики,
индивидуально-психологические особенности личности участников
правоотношений, вовлеченных в сферу правоприменительной деятельности,
социально-психологические закономерности этой деятельности,
воздействующей на психику и поведение участвующих в ней людей.

Содержание юридической психологии. Говоря о содержании юридической
психологии, необходимо иметь в виду, что это понятие подразумевает, с
одной стороны, одну из прикладных отраслей психологической науки, а с
другой — учебную дисциплину. При общем предмете объем юридической
психологии как научной отрасли знания, безусловно, шире объема
материала, охватываемого юридической психологией в качестве учебной
дисциплины, которая преподается в том или ином вузе с учетом его
специализации, времени, отводимого на ее изучение, наконец, в
зависимости от учебной программы, составленной в данном учебном
заведении. Учебный предмет (учебная дисциплина), писал А.Р. Ратинов, не
обязательно должен быть самостоятельной наукой. Им может быть и часть
науки и даже вообще не наука2.

Если же говорить о содержании юридической психологии как отрасли
психологической науки, то она включает в себя помимо разработки общих
для нее вопросов (предмет, система, методы и т.д.) проблематику,
относящуюся к психологии нормативно-правовой регуляции, психологи-

1 Дулов А.В Введение в судебную психологию М., 1970. С. 57; см. также
Шахри-маньян И.К. К вопросу о предмете и структуре советской юридической
психологии // Психологический журнал. 1983. Т. 4, № 6. С 112

2 Ратинов А.Р. О предмете юридической психологии / / Вопросы борьбы с
преступностью 1977 № 26 С 88.

10

ческого обеспечения применения норм права, правотворчества, к правовому
сознанию «как результату психического отражения правовой
действительности, источнику правовой активности людей и внутреннему
регулятору их юридически значимого поведения»’. Психологические аспекты
правосознания, составляющие правовую психологию, по мнению А.Р.
Ратинова, выполняют в юридической психологии концептуальную роль и
являются стержневыми для нее в целом и для ее отдельных разделов.

Особенно актуальны для теории и практики борьбы с правонарушениями
психологические исследования оперативно-розыскной,
следственно-прокурорской, судебной, исправительно-профилактической
деятельности различных государственных правоохранительных органов: суда,
прокуратуры, органов внутренних дел, органов безопасности,
исправительно-трудовых учреждений, а также органов правового обеспечения
и правовой помощи (нотариата, адвокатуры) населению, юридическим лицам.

Дифференцированный подход в исследованиях психологических особенностей
профессиональной деятельности сотрудников этих органов в недрах
юридической психологии позволил постепенно сформировать отдельные
направления, которые стали ее разделами и даже вылились в
самостоятельные учебные дисциплины в тех вузах, где целенаправленно
готовят специалистов определенного профиля для предстоящей работы в
соответствующих правоохранительных, государственных органах.

С этой точки зрения в содержательной структуре юридической психологии,
являющейся родовым понятием, можно видеть такие разделы или
самостоятельные блоки, как судебная психология (наиболее старая часть
юридической психологии, некогда до оформления последней существовавшая
самостоятельно), психология оперативно-розыскной деятельности,
исправительно-трудовая психология или в наиболее общем виде —?
психология профессиональной деятельности юриста.

Одним из центральных разделов юридической психологии является раздел,
посвященный психологии личности субъектов, участвующих в
правоприменительной деятельности: не только юристов в том или ином
процессуальном положении, но и многих других субъектов различных
правоотношений, вовлеченных в сферу профессиональной деятельности
юристов.

Среди субъектов этих правоотношений заметной фигурой являются те, кто
вступает в конфликт с законом, как в сфере уголовно-правовых, так и в
сфере административных, гражданско-правовых отношений. Поэтому в
качестве одного из самостоятельных разделов юридической психологии в
личностном блоке выделился раздел, получивший название криминальной
психологии, включающий в себя проблемы личности преступника,
психологические особенности отклоняющегося, противоправного поведения, в
том числе членов различных преступных групп, организованных преступных
формирований.

Разумеется, любая наука не стоит на месте. Развивается и юридическая
психология. Следовательно, будут появляться в ней и новые,

1 Ратинов А.Р Методологические вопросы юридической психологии //
Психологический журнал, 1983. Т 4, № 4. С. 110—111

И

г„„нйц, несомненно,

самостоятельные направления. Уточнение их гРани 03НИКающих’
будет способствовать более четкому решению постоян ^ ^ содержа.
вопросов относительно системы юридической псиХ0Л”‘ ческой
психо-ния. Схематически в наиболее общем виде система юри^ логии
представлена на рис. 1.1.

Юридическая психология

Общие вопросы: предмет, система, содержание, задачи, методы,
междисциплинарные связи юридической психологии с другими науками

Правовая психология:

психология нормативно-правовой регуляции, правотворчества,
правосознания, психологическое обеспечение приме нения норм права

Психология профессиональной деятельности юриста: судебная,
оперативно-розыскная, исправи-тельно-профи-лактическая и пр

Психология личности субъектов правоприменительной деятельности:
психические процессы,

состояния, психологические особенности, свойства личности и т.Д

Криминальная психология: психология преступления, личности преступника,
преступной группы, группового преступного поведения

Рис. 1 1 Система юридической психологии

OTIO,,TRe учебной дисципли-

Структура юридической психологии в качес1ве *нная в учебни-ны, или, как
еще говорят, учебного предмета, преде• ^ рекомендо-ке, разработана в
основном в соответствии с npoip^ объеДинения ванной Советом по
правоведению Учебно-методиче ^^ нтир0_ университетов Российской
Федерации1. Данная про к о.следст.

вана в первую очередь на подготовку юристов по щ ^шт использо-венной,
судебной специализации. Она также можеу будущИХ юрис-ься с небольшими
дополнениями и при подгото катской деятель-ориентированных в
дальнейшем заниматься аде

ваться с тов

ностью по уголовным и гражданским делам. качестве учебной

Итак, Программа по юридической ПСИХ0Л0ГИИ оВНЫХ раздела2.

дисциплины включает в себя следующие четыре 0LH в нег0 Раздел I.
Введение в юридическую псяхоло ^ ^ ^

ВХОДЯт

общие вопросы: предмет, содержание, задачи, JJ ыми науками,
дической психологии с другими естественными и up
идеятельнОс-Раздел II. Личность в сфере правоохраяителгической ^ ^_

ти. Раздел включает в себя: понятие личности в пс”лихзакономерности,
вовой науке; психические познавательные процессы,

Цягть 1И Уголовно-правовой

1 Программы спецкурсов юридических Дисциплин, част цикл М.- Изд-во
Юридического колледжа МГУ, 199b. к.. *” 1 См Приложение к настоящему
учебнику

12

проявляемые в деятельности юристов; эмоции, чувства, психические
состояния, воздействие их на человека в его значимом с правовой точки
зрения поведении; индивидуально-психологические особенности личности,
использование знаний о них юристом в своей юридической деятельности.
Завершает данный раздел тема, посвященная судебно-психологической
экспертизе, ее возможностям в уголовном и гражданском процессе при
изучении личности различных участников процесса.

Раздел III. Криминальная психология. Раздел состоит из трех основных
тем: психологии преступного поведения (преступления), психологии
личности преступника и психологии группового преступного поведения
(психология преступной группы)1.

Раздел IV. Психология профессиональной деятельности юриста. В данном
разделе рассматриваются социально-психологические особенности
правоохранительной деятельности юристов, ее про-фессиограмма,
психограмма личности юриста, дается структурный анализ их труда.
Применительно к следственным, судебным действиям даются практические
рекомендации психологического характера, направленные на повышение их
эффективности и качества, оценка получаемых с их помощью доказательств.

Отдельные вопросы, составляющие содержание правовой психологии,
излагаются в разделах, в которых рассматриваются проблемы, связанные с
правовым сознанием различных участников процесса, т.е. там, где об этом
идет речь, например, когда говорится о правосознании юриста и др., с
психологическим обеспечением применения норм права, с психологией
нормативно-правовой регуляции отношений сторон.

Представленная выше типовая учебная программа юридической психологии,
разумеется, не может рассматриваться в качестве окончательного варианта,
не подлежащего никаким изменениям и дополнениям. Понятно, что с
развитием самой юридической психологии будет происходить и
соответствующая трансформация программы обучения по ней будущих юристов.

Кроме того, как уже отмечалось, многое зависит от специализации
обучаемых, от той будущей профессиональной деятельности, к которой их
готовят, наконец, от учебного времени, выделяемого на изучение предмета
в том или ином вузе, — факторе тоже немаловажном.

В свое время на это справедливо обращал внимание И.К. Шахрима-ньян,
писавший о том, что необходимо разрабатывать соответствующие учебные
дисциплины по юридической психологии для различных юридических вузов и
средних специальных учебных заведений с учетом их максимальной
специализации и характера будущей профессиональной деятельности
выпускников2. Например, для тех, кто, получив юридичес-

Данный раздел в типовом варианте Программы имел иное название Тема,
посвященная личности преступника, в нем отсутствовала. С учетом
обоснованных замечании раздел пришлось переструктурировать, объединив в
нем традиционную криминальную проблематику с тем, чтобы обучаемые
воспринимали этот блок проблем как единое целое. 2 См : Шахриманьян И.К
К вопросу о предмете и структуре юридической психологии //
Психологический журнал. 1983 Т. 4, № 6, С. 114—117.

13

кое образование, направляется служить в исправительно-трудовые
учреждения, курс юридической психологии, разумеется, будет существенно
отличаться по своему содержанию и по своей профессиональной
направленности. И это хорошо понимают те, кто готовит кадры юристов для
этих учреждений. Аналогичный подход, очевидно, имеет место и при
подготовке юристов для использования их в органах обеспечения
безопасности, налоговой службы и налоговой полиции и т.п.

Задачи юридической психологии. Задачи юридической психологии во многом
обусловлены теми задачами, которые стоят в целом перед правовой наукой,
теми практическими вопросами, которые реша-‘ ют юристы в своей
повседневной профессиональной деятельности. В то же время следует иметь
в виду: психологическая помощь юридической психологии правовой науке,
правоохранительным органам определяется ее предметом, т.е. она должна
оказываться в рамках ее научной компетенции. Исходя из этого можно
сформулировать следующие основные задачи, которые стоят перед ней:

? разработка психологических основ уголовно-правового,
гражданско-правового, административно-трудового, семейного
законодательства и процесса его применения, психологических основ
нормативно-правовой регуляции в целом различных правоотношений, в
которых значительную роль играет так называемый человеческий фактор, без
оценки которого нельзя объективно принять то или иное правовое решение,
затрагивающее интересы и права граждан;

? психологическое обеспечение правоохранительной деятельности юристов
различной специализации, наиболее эффективного применения ими норм
права, оказание им психокоррекционной помощи в их повседневной работе в
условиях значительных нервно-психических перегрузок; одним из
направлений является разработка профессиограмм правоохранительной
деятельности юристов различной специализации, создание надежной системы
профессионального психологического отбора на службу в правоохранительные
органы;

{ а исследование психологических аспектов противоправного (преступного)
поведения людей, разработка мер психологического воздействия на таких
лиц в целях предупреждения преступности, разоблачения тех, кто причастен
к совершенным преступлениям;

.’ ? изучение психологических особенностей, мотивов совершения наиболее
опасных видов преступлений против жизни и здоровья граждан,
имущественных преступлений, а также преступлений техногенного характера,
повлекших массовую гибель людей, нанесших значительный ущерб окружающей
среде, производственной деятельности и т.п.;

? совместное с криминологами изучение личности тех, кто совершает
преступления; в русле данной проблематики разработка психологических
критериев «вменяемости — невменяемости» как комплексной правовой,
психиатрической, патопсихологической проблемы; в ходе ее исследования
особое внимание должно быть обращено на изучение лиц с низким уровнем
социальной адаптации, имеющим различные психические аномалии,
находившихся в экстремальных (особых) состояниях

14

психики, снижающих их способность к осознанно-волевому поведению, к
социально ориентированному поведению в ситуациях выбора особенно
субъектами, проявляющими личностную незрелость, отставание в своем
интеллектуальном, психическом развитии; самостоятельным направлением в
проведении комплексных исследований судебных психологов со специалистами
в области инженерной психологии в рамках проблемы «вменяемость —
невменяемость» является разработка психологических критериев специальной
(профессиональной) вменяемости, психологического соответствия личности
оператора требованиям его профессиональной деятельности в экстремальных
условиях, когда психофизиологические качества последнего оказались
несоответствующими требованиям экстремальных условий или
нервно-психическим перегрузкам (п. 2 ст. 28 УК РФ);

? изучение закономерностей социально-психологических процессов,
происходящих в обществе, внутригрупповых, межличностных отношений среди
людей негативного характера, групповой и организованной преступности,
круговой поруки и т.п., влияния этих явлений на личность, поведение
людей; разработка методов психологического характера борьбы с
организованной преступностью;

? исследование проблем правового сознания в нашем обществе, разработка
приемов и методов формирования правового сознания различных социальных
слоев и групп населения, общественно полезных социальных установок,
мотивов, лежащих в основе законопослушного поведения граждан;

а дальнейшее развитие института судебно-психологической (комплексной
психолого-психиатрической) экспертизы, расширение ее возможностей,
разработка новых направлений ее исследований;

? совместная с криминологами разработка мер профилактической работы,
направленных на сокращение преступности в стране.

Научная разработка, решение юридической психологией перечисленных выше
проблем и задач в конечном итоге направлено на достижение главной цели —
оказание психологической помощи юристам в повышении эффективности и
качества их профессиональной деятельности.

§ 2. Краткий исторический обзор развития юридической психологии

Юридическая психология прошла в нашей стране долгий и непростой путь
развития, который продолжается и поныне. Проблемы личности преступника,
психологические особенности противоправного поведения человека,
доказывание его вины в совершенном преступлении Давно привлекали и
продолжают привлекать общественное внимание.

Использование научных знаний в этих областях с привлечением достижений
психологии имеет более чем двухвековую историю, начало которой относится
к концу XVIII в. В это время все острее стал ощущаться недостаток одних
только правовых знаний при рассмотрении в судах наиболее сложных
уголовных дел, установлении вины подсуди-

15

мых В связи с этим появилась потребность в привлечении дополнительных
знаний из естественных наук, в том числе из области психологии.
Свидетельством этого является одна из первых работ, которую можно с
полным основанием внести в библиографию юридической психологии
написанную в 1792 г. немецким естествоиспытателем К. Эк-картсгаузеном
(1752—1803) «О необходимости психологических познаний при обсуждении
преступлений». Его перу принадлежат и другие труды («Судейские истории»,
«Кодекс или законоположение человеческого разума»), написанные чуть
позже, которые были посвящены защите нарушенных прав человека и были
проникнуты духом гуманизма. В том же 1792 г. выходит книга другого
немецкого ученого, философа И X Шауманна (1768—1821) «Мысли о
криминальной психологии», в которой автором была предпринята попытка
психологического анализа отдельных уголовно-правовых понятий.

В начале XIX в. появляются работы: И. Гофоауера «Психология в ее
основных применениях к судебной жизни» (1808), И. Фридрейха
«Систематическое руководство по судебной психологии» (1835), в которых
наряду с «психологическим освещением личности преступника, вопросов вины
и некоторых других содержались отдельные положения, относящиеся к
психологии уголовного судопроизводства»1. Достаточно подробный обзор
развития юридической (судебной) психологии, ее литературы содержится
также и в других работах2.

В XIX в основное внимание обращается к проблеме личности преступника
чему в немалой степени способствовали труды известного итальянского
психиатра и криминолога, основоположника так называемой
антропологической школы, автора теории «прирожденного преступника» Ч
Ломброзо (1836—1909). При всей научной несостоятельности теоретических
обоснований Ч. Ломброзо и его последователей о существовании
прирожденных свойств, определяющих заранее, что данному человеку суждено
быть преступником, дискуссии по этому поводу, справедливая критика этих
взглядов его оппонентами стимулировали интерес к личности преступника
вообще, активизировали дальнейшие исследования в области проблем,
лежащих на стыке правовой науки, в частности уголовного права,
криминалистики, и психиатрии, психологии (патопсихологии) что привело в
последующем к разработке нового направления, получившего потом название
криминальной психологии.

Существенный вклад в развитие и самостоятельное оформление криминальной
психологии в качестве научной области знания в начале XIX в внесли
другие немецкие ученые: Ю. Фридрих, написавший в 1915 г работу «Значение
психологии в борьбе с преступностью», П. Ка-

I ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 5.

-С ? Болтунов А. О судебной психологии. М., 1916. С. 1—2; Дулов А.В.
Введение в сулёбн™ психологию. М., 1970. С. 5—29; Васильев В.Л.
Юридическая психология. М., iqqi г”(к__29′ Еникеев М.И. Основы общей и
юридической психологии. М., 1996.

С. 217—225.

уфман — «Психология преступности» (1912), Ф. Вульфен — «Психология
преступника» (1926).

Другое направление научных исследований, по существу ставших основой той
области научных знаний, которое впоследствии оформилось в виде судебной
психологии, было связано с разработкой психологических проблем
уголовного процесса, расследования преступлений, проведения следственных
и судебных действий. И здесь на первом месте стоят работы известного
немецкого криминалиста Г. Гросса: «Руководство для судебных следователей
как система криминалистики» (1892), а также его «Криминальная
психология» (1898), значительная часть которой посвящалась
психологическим основам судебной деятельности, психологии допроса
свидетелей и обвиняемых. В последней своей работе Г. Гросс использовал
обширный исследовательский материал, накопленный экспериментальной
психологией (исследования известных психологов В. Вундта, Г. Эббингауза,
А. Бине и др.) в интересах криминалистики.

Таким образом, к началу XX в. наметились два основных направления в
прикладных психологических исследованиях, проводимых в интересах
правоохранительной деятельности: криминальная и судебная психология. В
последующем оба направления объединились в рамках одной прикладной
отрасли психологической науки, получившей общее название — судебной
психологии. Такое название определялось тем, что данная отрасль
психологии была призвана оказывать помощь суду в установлении истины,
выполнять функцию психологического обеспечения судопроизводства в
широком смысле этого слова.

В этот же период проводились различные экспериментальные работы,
особенно в области психологии свидетельских показаний, стали создаваться
соответствующие лаборатории, выходить специальные журналы. Так, в
Лейпциге в 1903—1906 гг. Г. Гросс издавал «Доклады по психологии
показаний». Проблема психологии свидетельских показаний стала ведущей в
области психологических исследований.

Следующее направление, которое привлекало в этот период пристальное
внимание ученых и практиков, сосредоточилось на «диагностике ложных
показаний», «диагностике причастности» к совершенному преступлению (М.
Вертхеймер и др.). В последующем данная проблема в 20-х гг. получила
дальнейшее развитие и в России в работах А.Р. Лурии.

В конце XIX в. экспериментальные исследования свидетельских показаний
способствовали постановке вопроса об использовании психологических
знаний непосредственно в ходе предварительного расследования, судебного
рассмотрения уголовных дел с привлечением специалистов-психологов, т.е.
встал вопрос о введении в уголовный процесс су-дебно-психологической
экспертизы.

Говоря о судебной психологии, нельзя также не упомянуть и о таком
прикладном направлении, оказавшем влияние на ее развитие,
какпсихо-шхника{В. Штерн, Г. Мюнстербергидр.), которая в начале XX в.
все больше привлекала внимание психологов, работавших в области
психологии труда. С помощью исследований в этой области были созданы
благоприятные предпосылки для изучения профессиональных качеств
следовате-

16

17

2-37

лей, судей с целвю разработки практических рекомендаций по отбору и
обучению сотрудников органов предварительного следствия и суда.

В 1912 г. в Германии состоялся юридический конгресс, на котором судебная
психология получила официальное признание в качестве «необходимой
составной части первоначального образования юристов».

Интерес к использованию психологических знаний в уголовном про-. цессе
проявлялся не только в таких передовых по тому времени странах, как
Германия, Франция, но и в России. Так, уже в 1806—1812 гг. в Московском
университете читался курс «Уголовной психологии». Особое воздействие на
пробуждение общественного правосознания в России, на проявление интереса
к личности участников судопроизводства и в первую очередь к личности
подсудимого оказала судебная реформа 1864 г. В судопроизводстве
утвердились принципы независимости и несменяемости судей,
состязательности судебного процесса, равноправия сторон. Стал
функционировать суд присяжных. Была создана независимая от
государственной власти адвокатура. В результате возникли объективные
условия для более широкого использования в уголовном процессе
исследований из области психологии, патопсихологии, психиатрии.

В 1874 г. в Казани публикуется первая в России монография, специально
посвященная судебной психологии. Ее автор профессор психиатрии
Казанского университета А.У. Фрезе (1826— 1884) полагал, что предметом
судебной психологии является «применение к юридическим вопросам наших
сведений о нормальном и ненормальном проявлении душевной жизни*).

Большое влияние на пробуждение общественного, профессионального интереса
к возможностям психологии в праве, в правоприменительной деятельности
судебных органов, к зарождающейся судебной психологии оказали взгляды
известного правоведа Л.И. Петражицкого (1867—1931), эмигрировавшего
после революции из России. Л.И. Пет-ражицкий, преувеличивая роль
подсознательной, эмоциональной сферы психики в поведении людей,
попытался разработать «психологическую теорию права», интерпретировав
право с позиции психологии. Это была своего рода попытка слияния
психической материи с правовой.

Согласно его концепции, определяющая роль в жизни общества принадлежит
психическим факторам, прежде всего эмоциям, эмоциональным переживаниям
людей. В основе порождения правовой нормы лежат психологические
механизмы, эмоции, всевозможного рода подсознательные эмоциональные
импульсы, которые в последующем на рациональном уровне перерабатываются
сознанием. Вследствие этого сущность правовой реальности отражается в
тех психических переживаниях (эмоциях), которые она содержит в себе,
благодаря чему психическое становится субстанцией, частью правового,
обеспечивая динамику юридического2.

1 Фрезе А.У. Очерки судебной психологии. Казань, 1874; см. также:
Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии М,, 1996. С 220.

2 Исаев И.А. Из истории юридической психологии в России. Рациональное и
иррациональное в психологической теории права Л.И. Петражицкого //
Психологический журнал. 1986. Т. 7, №4. С. 131.

Как писал Л.И. Петражицкий, «право есть психический фактор общественной
жизни, и оно действует психически. Его действие состоит, во-первых, в
возбуждении или подавлении мотивов к разным действиям и воздержаниям
(мотивационное или импульсивное действие права), во-вторых, в укреплении
и развитии одних склонностей и черт человеческого характера, в
ослаблении и искоренении других, вообще в воспитании народной психики в
соответствующем характеру и содержанию правовых норм направлении
(педагогическое действие права)»1. В этой связи право рассматривалось им
как продукт «бессознательно-удачного социально-психического давления в
направлении социально-необходимого поведения»2. Хотя приведенные выше
взгляды Л.И. Петражицкого и вызывали справедливую критику, тем не менее
нельзя не отметить того, что его «психологическая теория права» в свое
время сыграла положительную роль в развитии правовой науки, привлекла
внимание ученых и практиков юристов к психологическим аспектам
противоправного поведения, в целом — судопроизводства, и в конечном
итоге ускорила формирование судебной психологии в качестве
самостоятельной прикладной отрасли психологической науки.

С созданием суда присяжных, независимой адвокатуры возникли объективные
условия, позволившие привносить в уголовный процесс новые достижения из
области естественных наук, в том числе и психологии. Поэтому многие
видные юристы, известные судебные ораторы и прежде всего такие, как А.Ф.
Кони, Ф.Н. Плевако, В.Д. Спасович, А.И. Урусов, Л.Е. Владимиров и др.
прибегали к использованию психологических знаний при оценке
доказательств в суде, по существу пропагандируя возможности судебной
психологии, необходимость использования ее в уголовном процессе.

Говоря о всевозрастающем интересе в этот период в общественной жизни
России среди ее наиболее передовой и образованной части населения к
психологическим знаниям, их роли и значении в судопроизводстве, нельзя
не сказать о вкладе в этот процесс пробуждения массового сознания
известных русских писателей Ф.М. Достоевского. Л.Н. Толстого, А.П.
Чехова, A.M. Горького, Л.Н. Андреева и др. Как справедливо отмечает А.В.
Дулов, произведения классиков русской литературы «помогали полнее
выявлять психологические проблемы судопроизводства, в частности привели
к постановке вопроса о необходимости исследования психики осужденных, а
также рассматривать осуждение не только как наказание, но и осуществлять
перевоспитание осужденных»3. В 1910 г. Л.Е. Владимиров опубликовал свою
работу «Психологическое исследование в уголовном суде», в которой писал
о необходимости использования подлинно научных психологических знаний
при рассмот-

Петражицкий Л.И. Введение в изучение права и нравственности. Основы
эмоциональной психологии. СПб., 1907. С. 7.

” Петражицкий Л.И. К вопросу о социальном идеале и возрождении
естественного права // Юридический вестник. 1917. Вып. 2. С. 50.

Дулов А.В. Введение в судебную психологию. М., 1970. С. 16.

18

19

рении уголовных дел в судах, когда требуется выяснять «силу страсти, под
влиянием которой действовал подсудимый», психическое состояние
подсудимого «при отсутствии достаточности мотива», силу аффекта,
«насколько этот аффект мог потемнить сознание»1. Высказанные Л.Е.
Владимировым идеи в дальнейшем положили начало разработке проблем
судебно-психологической экспертизы. Интересно, что Л.Е. Владимировым
вводится в научный обиход термин «психология уголовного процесса», под
которым он понимал «психологическое обследование как совершенного
преступления, так и доказывания»2.

Многое сделал в распространении психологических знаний в России
известный общественный деятель, выдающийся русский юрист А.Ф. Кони,
написавший ряд работ, в которых рассматривались психологические
особенности поведения свидетелей, подсудимых в суде, содержались советы
психологического характера представителям прокуратуры при поддержании
обвинения в суде.

Становление и развитие судебной (ныне юридической) психологии тесно
связано с именами таких выдающихся отечественных психиатров и
психологов, как В.М. Бехтерев (1857—1927), С.С. Корсаков (1854— 1900),
В.П. Сербский (1855—1917). В 1907 г. по инициативе В.М. Бехтерева и Д.А.
Дриля, также много сделавшего в изучении личности преступника, был
создан Научно-учебный психоневрологический институт, в программу
которого входила разработка курса «Судебной психологии». В 1909 г. в
рамках этого института создается Криминологический институт. С этого
времени судебная психология стала развиваться в России как
самостоятельная прикладная отрасль психологии.

В первые годы после революции интерес к проблемам судебной психологии не
ослабевает. Об этом свидетельствуют материалы I и II Всероссийских
съездов по психоневрологии, состоявшихся в начале 20-х гг. В те же годы
в ряде крупных городов — Москве, Ленинграде, Киеве, Одессе, Харькове,
Минске, Баку — организуются кабинеты для проведения
криминально-психологических исследований и кабинеты научно-судебной
экспертизы, целью которых было изучение личности преступника и
психологии преступления.

В 1925 г. в Москве создается первый в мире Государственный институт по
изучению преступности и преступника. В эти годы издается целый ряд
интересных работ по судебной психологии. Наиболее значительные из них
принадлежали перу таких известных в то время ученых, как А.Е.
Брусиловский3, СВ. Познышев4, К.И. Сотонин5. Так, СВ. По-знышев
стремился с помощью психологической науки объяснять причи-

1 Владимиров Л.Е. Психологическое исследование в уголовном суде. М.,
1901. С. 119—120.

2 Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. СПб , 1910 С.
191.

3 Брусиловский А.Е. Судебно-психологическая экспертиза. Предмет,
методика и пределы. Харьков. 1929.

4 Познышев СВ. Криминальная психология. Преступные типы Л., 1926.

5 Сотонин К.И. Очерк криминальной психологии, Казань, 1925, Сотонин
К.И. Психограмма судебного следователя // Интеллектуальный труд. М.,
1925.

20

ны совершения различных преступлений. Он полагал, что преступления
совершаются под влиянием, с одной стороны, «окружающих личность внешних,
и прежде всего, социальных условий, а с другой стороны, того, что
организм данного субъекта получил в наследство от предков»’. Как он
полагал, в праве имеется целая система прикладных психологических наук,
которые следует объединить под названием «криминальная психология». Одна
из этих научных отраслей, изучающая психические процессы, «находящие
свое выражение в судебном и досудебном исследовании преступления», и
должна, по его мнению, называться судебной психологией или, как он потом
уточнил, уголовно-процессуальной психологией.

Интересные исследования в конце 20-х гг. провел А.Р. Лурия в лаборатории
экспериментальной психологии, созданной в 1927 г. при Московской
губернской прокуратуре. С помощью разработанного им метода «сопряженной
моторной динамики» ему удалось выявлять «симптомы скрываемой ситуации»
обследуемых лиц, подозреваемых в причастности к совершенным
преступлениям. Полученные им результаты помогли создать прибор, который
впоследствии получил название полиграфа или лай-детектора2.

Заметной вехой в развитии судебной психологии явился прошедший в 1930 г.
I Всесоюзный съезд по изучению психологии, на котором была создана
специальная секция по судебной психологии. На ней были обсуждены доклады
А.С. Тагера «Об итогах и перспективах изучения судебной психологии» и
А.Е, Брусиловского «Основные проблемы психологии подсудимого в уголовном
процессе». Участники съезда пришли к общему выводу о необходимости
дальнейшего развития трех основных направлений судебной психологии:
криминальной — изучающей психологию преступления и личности преступника,
пенитенциарной — исследующей поведение лиц, отбывающих уголовное
наказание, а также лиц, осуществляющих исправительную деятельность,
ипроцес-суальной — занимающейся изучением деятельности участников
уголовного судопроизводства на разных его стадиях3.

Благодаря высокому уровню научных исследований отечественных ученых
судебная психология в нашей стране к началу 30-х гг. представляла собой
«авторитетную и обширную область науки, имеющую предметом изучения
психологические предпосылки преступления, быт и психологию различных
групп преступников, психологию свидетельских показаний и
судебно-психологическую экспертизу, психологию заключенного («тюремная
психология») и т.п.»4. Однако в начале 30-х гг. по отечественной
психологии ударила первая волна репрессий, которая сопровож-

1 Познышев СВ. Указ. соч. С. 6.

2 Лурия А.Р. Экспериментальная психология в судебно-следственном деле
// Советское право. 1927. № 2 (20). С. 84—100; Лурия А.Р. Психология в
определении следов преступления // Научное слово. 1928. № 3. С. 79—104.

Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 8.

4 Петровский А.В. История советской психологии. Формирование основ
психологической науки. М., 1967. С. 181.

21

далась физическим уничтожением многих видных ученых. Не избежала этой
участи и судебная психология. Вторая волна пришлась на конец 40-х —
начало 50-х гг. Репрессиям был придан идеологизированный характер борьбы
с «бездарным космополитизмом, за верность марксизму-ленинизму» и пр.1,
поскольку в годы проведения массовых репрессий, судебного произвола
государственной власти ее партийной олигархии не были нужны исследования
в области судебной психологии.

Как пишет А.Р. Ратинов, в этот период «исследование центральных проблем
судебной психологии, таких, как мотивация поведения обвиняемого в
процессе расследования, влияние общественной атмосферы на формирование
показаний и пр. неизбежно опровергло бы известный тезис об особом
доказательственном значении признания обвиняемого в делах о
государственных преступлениях»2. Поэтому представители психологической
науки были вынуждены отойти в сторону либо попросту были изолированы от
вопросов следственной и судебной практики. Открытые ранеекабинеты,
институты по изучению преступника и преступности в стране были свернуты.
Само название судебной психологии (как и криминологии) оказалось
вычеркнутым. «Так был заморожен процесс взаимного обогащения психологии
и права. Некоторые вопросы судебной психологии, оставшись «бесхозными»,
были приняты в лоно судебной психиатрии»3.

Возрождение судебной психологии в нашей стране началось в 60-е гг. С
1964 г. во всех юридических вузах вводится преподавание судебной
психологии в качестве обязательной составной части профессиональной
подготовки юристов. В этот период в ряде работ
процессуально-криминалистического характера начинают вводиться
психологические знания, с помощью которых их авторы обосновывают те или
иные явления правового характера, дают рекомендации по проведению
различных следственных действий.

Характерной особенностью данного процесса являлось то, что эти знания из
области психологии стали привносить в правовую науку, как правило,
ученые-юристы, хорошо знающие особенности правоохранительной
деятельности и те трудности, с которыми сталкиваются на практике
работники правоохранительных органов (А.Н. Васильев, Л.М. Карнеева, С.С.
Ордынский, С.Я. Розенблит и др.). И это, несомненно, выделяло в лучшую
сторону многие такие работы. Однако в ряде работ того периода, к
сожалению, далее психологического комментария отдельных юридических
вопросов дело не шло, что придавало им чисто умозрительный, по выражению
A.M. Столяренко, «психолого-комментаторский характер» на уровне
житейской, но отнюдь не научной психологии4. Например, описания
юридической деятельности, профессии юриста строились на основе здравого
смысла без каких-либо ре-

1 Петровский А.В., Ярошевский М.Г. История и теория психологии. Т. 1.
Р. н/Д., 1996. С. 229—230.

2 Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 8.

Там же. С. и.

4 Столяренко A.M. Проблемы и пути развития юридической психологии
хологический журнал. 1988. Т. 9, № 5. С. 77.

Пси-

22

комендаций: каким образом, на основе каких четко разработанных критериев
проводить отбор абитуриентов в юридические вузы и кандидатов на службу в
правоохранительные органы. Как потом справедливо отметил А.Р. Ратинов,
одна из слабых сторон исследований в области юридической психологии
проявлялась тогда в бедности ее методического материала1. В результате
юридическая психология, пишет A.M. Столяренко, все еще была значительно
ближе к юридической науке, чем к психологической, представляя собой
«психологизирующую юриспруденцию», а не юридическую психологию2.

Заметной вехой в становлении и дальнейшем развитии судебной психологии
явилась монография А.Р. Ратинова «Судебная психология для следователей»,
опубликованная в 1967 г., оказавшая свое положительное влияние на многие
последующие публикации в этой области, в том числе и на подготовленные
позднее учебники по юридической (судебной) психологии разных авторов,
придерживающихся различных взглядов на то, какой ей быть: А.В. Дулов
(1975), В.Л. Васильев (1991), М.И. Еникеев(1996).

В 1971 г. в стране проводится первая Всесоюзная конференция по проблемам
судебной психологии. В обществе психологов СССР создается секция
судебной психологии. Во Всесоюзном институте по изучению причин и
разработке мер предупреждения преступности организуется сектор
психологических проблем борьбы с преступностью. В ряде ведущих
юридических вузов страны создаются кафедры юридической психологии. Во
ВНИИ общей и судебной психиатрии им. В.П. Сербского начала
функционировать психологическая лаборатория. Периодически стали
проводиться межвузовские научно-практические конференции по юридической
психологии. Создается Координационный совет, вводится • научная
специальность «юридическая психология». Начинает функционировать
специализированный Ученый совет по присуждению ученых степеней по данной
специальности. Активизируется научно-исследовательская работа по
различным проблемам юридической психологии, среди которых приоритетное
развитие получили:

? методологические вопросы (предмет, методы, задачи, междисциплинарные
связи юридической психологии с другими науками);

? психологические аспекты нормативно-правовой регуляции, содержания
отдельных институтов, понятий, норм нового законодательства, особенно в
области уголовного и гражданского права;

о психологическая расшифровка правосознания «выполняющего концептуальную
роль, являющегося стержневым для юридической психологии в целом и ее
отдельных разделов» (А.Р. Ратинов);

? дальнейшая, более углубленная разработка криминальной психологии и
прежде всего психологии личности преступника;

Ратинов А.Р. Актуальные задачи психологии права / / Психологический
журнал. ‘987.J. 8, № 1.С. 15-16.

Столяренко A.M. Указ. соч. С. 75.

23

? изучение психологических особенностей преступлений, которые
появились в последние десятилетия, профессиональной преступности, в том
числе группового характера, в целом — проблем насилия, агрессии,
жестокости, ставших наиболее актуальными в последние годы;

? психологическое изучение и на этой основе практическое обеспечение
профессиональной деятельности сотрудников правоохранительных органов
различной специализации (прокуратуры, суда, исправительно-трудовых
учреждений и т.д.);

а изучение дополнительных возможностей, которыми может располагать
судебно-психологическая экспертиза в уголовном и гражданском’ процессе.

Понятно, что не все перечисленные выше направления разрабатываются в
равной мере. Значительно отстают научные исследования психологического
характера в области гражданского судопроизводства, семейного, трудового,
предпринимательского права и в некоторых других отраслях
правоприменительной деятельности. Отсутствует система подготовки кадров
судебных психологов, специалистов с высшим психолого-правовым
образованием, до сих пор в стране не создан институт
судебно-психологической экспертизы, в ряде правоохранительных органов
отсутствует профессионально-психологический отбор. Однако хочется
верить, что эти и другие проблемы будут решаться.

§ 3. Методологические проблемы юридической психологии

Анализируя пути развития отечественной психологической науки, Л.С.
Выготский в конце 20-х гг. писал о том, что «психология не двинется
дальше, пока не создаст методологии»1. Сказанное столь же актуально и
для юридической психологии как одной из прикладных отраслей
психологической науки, которая не может развиваться без
методологического обеспечения концепции своей системы, собственного
предмета изучения.

Методология помогает избрать правильное направление в развитии науки,
выработать методику исследований, дать мировоззренческую интерпретацию
получаемых результатов, осуществить структурирование знаний. Особенно
велика роль методологических разработок на начальном этапе становления
любой научной отрасли знания, тем более прикладного характера.

Заинтересованность психологии (и в неменьшей степени юридической
психологии) в разработке методологических проблем объясняется
сложностью, многоплановостью предмета исследования, накоплением
«огромного количества эмпирического материала, который просто невозможно
охватить без новых методологических подходов»2. Особая ак-

1 Выготский Л.С. Исторический смысл психологического кризиса
Методологическое исследование // Собр. соч. М., 1982. Т 1 С. 418

2 Зинченко В.П., Смирнов С.Д. Методологические вопросы психологии. М ,
1983. С. 29.

24

туальность разработки методологических вопросов ощущается там, где
имеются прямые выходы теоретических, экспериментально-психологических
исследований юридической психологии в практику (вопросы
судебно-психологической экспертизы, психологические аспекты борьбы с
различными преступлениями, психологический отбор в правоохранительные
органы и т.д.). Именно здесь возникает особая ответственность за
публикуемые результаты и выводы о сущности психологического и
детерминантах его развития.

Научные принципы познания. Содержанием методологии науки являются
идейно-теоретические, мировоззренческие позиции, принципы, определяющие
подходы к изучаемым явлениям, методы исследования, объясняющие различные
феномены, а также получаемые результаты в ходе проводимых исследований.

Юридическая психология, как и любая другая наука, опирается на следующие
научные принципы познания: объективное исследование любых, в том числе
психических явлений; детерминизм, причинная (каузальная) обусловленность
различных проявлений психики; системность и, наконец, принцип изучения
психики в ее развитии, в тесном единстве сознания и деятельности.

Принцип объективного исследования психики. Данным принципом
руководствуются при изучении психических явлений по их объективным
показателям, проявляющимся в процессе какой-либо деятельности. В основе
указанного принципа лежит идея о единстве сознания, психики и
деятельности. Психика человека изучается путем исследования объективных
показателей проявления психических процессов в той или иной, в том числе
и в противоправной, деятельности человека. Данный подход нацеливает
следователя, суд на установление объективных признаков деяния и по ним —
на выявление психических свойств и состояний человека. Как писал видный
отечественный психолог С.Л. Рубинштейн, «деятельность человека
обусловливает формирование его сознания, его психических связей,
процессов и свойств, а эти последние, осуществляя регуляцию человеческой
деятельности, являются условием их адекватного выполнения»1. Такой
подход к исследованию психики, ее проявлений предостерегает от
субъективизма в оценке поведения и личности индивида.

Принцип детерминизма, причинной (каузальной) обусловленности психических
явлений. Принцип детерминизма помогает объяснять изучаемые психические
феномены закономерным взаимодействием доступных эмпирическому контролю
факторов, различных обстоятельств, которые предшествуют какому-то
событию, вызывают его2. Например, признавая важную роль в формировании
личности наследственных факторов, ее индивидуально-психологических
свойств, особенностей нервной системы, необходимо видеть значительное
влияние на

Рубинштейн С.Л. Принципы и пути развития психологии. М., 1959. С. 251.
Петровский А.В., Ярошевский М.Г. Указ. соч. С. 291

25

поведение субъекта социальных, общественных отношений, окружающей его
микросреды.

Благодаря принципу детерминизма удается глубже вникать и более
всесторонне анализировать причины и условия, способствующие совершению
преступлений, целенаправленно вести правовую воспитательную работу с
лицами, встающими на путь нарушений правопорядка, положительным образом
воздействовать на формирование их правосознания.

Принцип системности в изучении и объяснении психических явлений. Данный
принцип научного познания побуждает исследователя рассматривать
различные психические явления, психику в целом как единое целое,
состоящее из множества взаимодействующих между собой элементов. В свою
очередь психика в процессе развития проходит различные этапы изменения
своей структуры, в то же время стремясь к самосохранению, поддержанию
своего внутреннего равновесия (гомео-стаза). Данное положение лежит в
основе функционирования, как мы говорим, психической «нормы»,
«нормальной», т.е. адаптированной к внешним условиям психической
деятельности. И если приходится объяснять какое-либо проявление психики
человека в его поведении, мы не можем не учитывать ее в целом. Например,
раздумывая над тем, был аффект у обвиняемого в момент совершения
противоправных действий или нет, окончательный ответ можно дать лишь
после изучения особенностей его психики в целом, т.е. с учетом
индивидуально-психологических особенностей психики данного конкретного
лица.

Кроме того, системный подход позволяет объяснять и соотносить различные
понятия, выявлять зависимость поведения человека от многих факторов, от
его прошлого и настоящего, составлять прогноз его бу- •’ дущего. Без
системного анализа невозможно ответить на так часто возникающий в
судебной практике вопрос: зачем он так поступил?

Принцип изучения психики, сознания в развитии, в единстве сознания и
деятельности. Психика человека, его сознание на всем протяжении
жизненного пути подвергаются постоянному воздействию окружающей среды и,
следовательно, не остаются как нечто застывшее, раз и навсегда данное.
Они являются отражением тех внешних социальных воздействий, которым
подвергается человек. Это принципиально важное положение нередко
помогает объяснить, почему данный субъект совершил то или иное
преступление.

Говоря о методологических принципах психологической науки, играющих
важную роль в юридической психологии, нельзя забывать и те
основополагающие принципы, лежащие в основе правовой науки, действующего
законодательства, которыми также должен руководствоваться исследователь
в области юридической психологии. Эти принципы хорошо известны юристам.
Они введены законодателем в уголовный закон. Это принципы законности,
равенства граждан перед законом, принципы вины, справедливости,
гуманизма (ст. 3—7 УК РФ).

Составной частью методологии науки является учение о методах познания. В
юридической психологии используются различные методы научного познания.
Некоторые из них, такие, например, как наблюде-

26

ние эксперимент, являются общенаучными. Однако каждая наука
модифицирует, приспособляет общенаучные методы к своим потребностям,
своему предмету и задачам исследования.

Рассматривая методы познания, установления истины, следует иметь в виду,
что одни из них применяются только в научных исследованиях (например,
при проведении научного эксперимента в целях определения порога
чувствительности зрительного анализатора человека в условиях
ограниченной видимости и т.д.), другие же используются и в практической
деятельности, разновидностью которой является, в частности,
расследование преступлений. Если общая психология специально создает
психологические методы для достижения научных целей, то ее прикладные
отрасли, в частности юридическая психология, разрабатывают и применяют
методы познания прежде всего для решения практических вопросов.

Методы изучения личности не должны противоречить этическим нормам,
ущемлять права граждан, гарантированные Конституцией РФ, противоречить
требованиям уголовно-процессуального закона, принципу законности. Более
подробно они рассматриваются в главе 3 учебника.

Междисциплинарные связи юридической психологии. Как уже отмечалось,
судебная (ныне юридическая) психология возникла в ответ на запросы
практики борьбы с преступностью на стыке правовой и психологической
наук. Поэтому она носит, безусловно, комплексный, междисциплинарный
характер. Прежде всего она связана с общей психологией и по отношению к
ней находится в ряду аналогичных ей научных дисциплин, которые Л.С.
Выготский называл отраслями прикладной психологии (педагогическая,
медицинская и др.).

Тесные связи юридическая психология поддерживает также и асоциальной
психологией. Такие ее разделы, как социально-психологические проблемы
личности, являются базовыми в изучении психологических аспектов
деятельности следователя, состава суда, психологии преступной группы и
некоторых других вопросов1. Многие положения юридическая психология
заимствует из области педагогической, медицинской, инженерной
психологии, психологии труда, управленияприме-нительно к решению своих
частных задач2. В то же время, поскольку юридическая психология
обслуживает различные виды профессиональной деятельности юристов в
определенном правовом (процессуальном) режиме, она не может быть,
несмотря на свой естественно-научный характер, и вспомогательной
правовой наукой, связанной с ее различными отраслями. Причем юридическая
психология не только поддерживает с ними междисциплинарные связи, но и
оказывает им уникальную помощь, выполняя по отношению к ним
познавательную функцию. Это определяется прежде всего гносеологической
природой установления

Андреева Г.М. Социальная психология: Учебник для вузов. М., 1996. С.
348—351.

Ратинов А.Р., Богомолова С.Н., Волков В.В. и др. Юридическая психология
и проблемы борьбы с преступностью // Вопросы борьбы с преступностью,
1983. Вып. 38. \j. 41.

27

истины при расследовании (рассмотрении) уголовных дел, в ходе разрешения
различных гражданско-правовых споров в суде, поскольку это — не что
иное, как разновидность всеобщего процесса познания, осуществляемого с
учетом закономерностей психических познавательных процессов, в целом
познавательной деятельности человека.

«Многие процессы и явления, изучаемые… юридической наукой, — указывает
Б.Ф. Ломов, — не могут быть до конца поняты без раскрытия роли в этих
процессах и явлениях тех факторов, которые определяются как
психологические, без знания «механизмов» индивидуального и группового
поведения людей, закономерностей формирования стереотипов поведения, без
анализа психологических свойств и особенностей личности, ее
способностей, характера, межличностных отношений и т.д.»1.

В этой связи в первую очередь следует указать на интегративные связи
юридической психологии с наукой уголовного процесса, изучающей сущность
и принципы уголовного процесса, развитие и основные черты
уголовно-процессуального права, правовое положение участников процесса,
проблемы теории доказательств, познания истины по уголовным делам,
порядок уголовно-процессуальной деятельности от ее начала до завершения,
правила деятельности органов расследования, прокуратуры и суда при
производстве по уголовным делам.

Основным содержанием уголовно-процессуальной деятельности, проводимой
правоохранительными органами, является процесс расследования
(рассмотрения) уголовных дел, носящий исследовательский, познавательный
характер, в ходе которого путем доказывания устанавливается истина по
делу. То есть, доказывание истины в уголовном процессе представляет
собой не что иное, как разновидность всеобщего процесса познания со
всеми присущими ему закономерностями и особенностями
психолого-гносеологического характера.

Как справедливо указывает А.Р. Ратинов, «судебная психология проникает в
сферу уголовно-процессуальной теории, помогая в решении наиболее сложных
вопросов доказательственного права, раскрывая психологический механизм
оценки доказательств, формирования внутреннего убеждения, рекомендуя
оптимальный с точки зрения психологии порядок доказывания и всего
уголовного судопроизводства»2. Аналогичных взглядов придерживаются и
другие ученые, считающие, что «многие институты процессуального права
вообще не могут быть познаны с достаточной глубиной без применения
закономерностей, установленных судебной психологией»3.

Ряд принципиально важных положений уголовно-процессуального закона,
таких, как независимость судей с подчинением их только закону,
гласность, непосредственность, устность и непрерывность судебного
разбирательства (ст. 16, 18, 240 УПК РСФСР), вырабаты-

1 Ломов Б.Ф Теория, эксперимент и практика в психологии / /
Психологический журнал 1980. Т 1, № 1 С. 8.

2 Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей С. 13.

3 Например- Дулов А.В. Введение в судебную психологию. М., 1970. С.
119.

28

вались на протяжении длительного периода под влиянием практики
уголовного судопроизводства, которая со всей очевидностью показала, в
какой огромной мере психические процессы, сами условия восприятия судом
обстоятельств, подлежащих доказыванию, влияют на объективность
установления истины и принятия судебных решений.

Поэтому при анализе норм уголовно-процессуального закона, регулирующих
процесс доказывания, установления истины по делу, с точки зрения
психологии обращают на себя внимание в первую очередь два аспекта этого
регулирования. Во-первых, отражение в ряде уголовно-процессуальных норм
психологических закономерностей, учет которых обеспечивает
объективность, доброкачественность процесса познания истины по делу,
достоверность получаемых результатов. И во-вторых, наличие гарантий,
призванных оградить от различных негативных влияний процессы мышления,
памяти, принятия решений различными участниками уголовного процесса1. И
хотя законодатель не прибегает к собственно психологическим терминам,
процедура расследования (рассмотрения) уголовного дела, вобрав в себя
накопленный человечеством опыт, учитывает роль психологических факторов
в установлении истины по делу. И в этом процессе все более серьезную
помощь правоохранительной деятельности будет оказывать психологическая
наука, которая должна перейти от распространенного психологического
комментария отдельных явлений или процессов, психологического всеобуча
работников правоохранительной системы к психологическому обеспечению
уголовно-процессуальной деятельности как единой целостной системы.

Психологическое обеспечение уголовно-процессуальной деятельности
(поэтапное психологическое сопровождение ее стадий) в виде постоянно
оказываемой психологической помощи должностным лицам правоохранительных
органов должно стать принципом правоохранительной деятельности в стране.
А это в свою очередь предполагает создание психологической службы в
системе правоохранительных органов, укомплектованных соответствующими
специалистами в области юридической психологии с возложением на эту
службу обязанности оказывать не только периодическую консультативную, но
самое главное — постоянную практическую помощь работникам этих органов,
например, при выезде на место происшествия, во время проведения обыска и
других следственных, розыскных действий, при психологическом отборе лиц
в правоохранительные органы, при проведении профилактических мероприятий
и т.п.

__ Аналогичным образом можно проследить тесную связь юридической
психологии и гражданского процесса, который осуществляется с соблюдением
тех же принципов судопроизводства, что и уголовный прочесе:
независимость судей с подчинением их только закону, гласность,

Морщакова Г.М. Психологические истоки судебных ошибок и внутреннее
убеждение судей // Эффективность правосудия и проблема устранения
судебных ошибок М- 1975. Ч II, гл. VII С 7-8

29

непосредственность, устность и непрерывность судебного разбирательства
(ст. 7, 9, 146 ГПК РСФСР). Хотя гражданский процесс имеет и свои
особенности, в том числе и с познавательной, психологической точек
зрения. Например, если в уголовном процессе материалы предварительного
следствия уже содержат модель подлежащего исследованию правонарушения,
то «в гражданском процессе мысленная модель фактов, подлежащих
установлению, создается самим судьей в ходе подготовки дела»’.

Тесные междисциплинарные связи также имеют место между юридической
психологией и наукой уголовного права в изучении целого ряда
уголовно-правовых проблем, носящих комплексный характер. Например, к ним
можно отнести вопросы, связанные с субъектом, субъективной стороной
преступления: психологические особенности личности преступника, его
эмоционально-волевая, мотивационная сфера, уровень интеллекта,
актуальные психические состояния, которые сопутствуют совершению
некоторых преступлений, влияют на то, в какой мере субъект преступления
руководит своими действиями и отдает отчет своим поступкам.

Уголовный кодекс РФ, введенный в действие в 1997 г., содержит целый ряд
новых понятий, имеющих сугубо психологический либо комплексный
психолого-правовой характер. Вот некоторые из них: уголовная
ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим
вменяемость (ст. 22); «деяние, совершенное по легкомыслию» (ст. 26);
несоответствие «психофизиологических качеств требованиям экстремальных
условий или нервно-психическим перегрузкам» (ч. 2 ст. 28); устойчивость,
сплоченность как признаки преступной группы (ч. 3, 4 ст. 35),
психическое принуждение (ст. 40); особая жестокость (п. «д» ст. 105, п.
«б» ст. 111, п. «в» ст. 131); аффект, длительная пси-хотравмирующая
ситуация (ст. 107, 113); психические страдания (ч. 1 ст. 117);
беспомощное состояние потерпевшей стороны (ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132) и
т.д. Этот перечень подтверждает, какой тесной должна быть связь научных
исследований в области уголовного права с психологической наукой и ее
прикладной отраслью — юридической психологией.

Подобные связи юридической психологии можно проследить и при анализе
гражданско-правовых норм, отдельных ее положений с такой наукой, как
гражданское право. Так, проблема компенсации морального вреда в случае
причинения гражданину «нравственных страданий» не может быть всесторонне
исследована и решена без учета психологического фактора, тем более что
суды должны оценивать все это с учетом «индивидуальных особенностей
лица, которому причинен вред» (ст. 151, 1101 ГКРФ).

Не менее актуальной в гражданском праве становится проблема признания
сделок недействительными вследствие необычного состоя-

1 Подробнее см.: Резниченко ИМ. Психологические вопросы подготовки и
судебного разбирательства гражданских дел. Владивосток, 1983. С. 4.

30

ния психики гражданина, сниженного интеллекта, дефектов его
волеизъявления, а также ошибок восприятия, связанных с пониженным
уровнем чувствительности тех или иных анализаторов (зрительных, слуховых
и пр.), с повышенной внушаемостью, т.е. качеств, которые способствуют
введению в заблуждение человека при принятии им решений правового
характера (см. ст. 177, 178 ГК РФ).

Все еще недостаточно изученными остаются смежные проблемы
психолого-правового характера в области семейного, трудового права
(законодательства).

Самая тесная связь юридической психологии установилась с
криминалистикой, особенно с ее разделами, посвященными следственной
тактике и методике расследования преступлений. Однако в этом
интеграционном процессе необходим более высокий качественный уровень,
который привел бы, о чем уже говорилось выше применительно к
уголовно-процессуальной деятельности, к созданию системы
психологического обеспечения внедрения и реализации рекомендаций
криминалистики (и не только следственной тактики, но и всех ее трех
частей) в деятельность правоохранительных органов.

Для этого необходимо:

более широкая и квалифицированная методическая (по сравнению с настоящим
положением) помощь специалистов (экспертов)-психоло-гов в процессе
расследования (рассмотрения) уголовных дел;

введение института судебного психолога в систему республиканских,
областных (краевых), окружных (им приравненных) правоохранительных
органов для оказания психологической помощи должностным лицам этих
органов в проведении следственных, розыскных действий, в расследовании
особо сложных групповых преступлений.

Весьма тесная связь существует между юридической психологией и
криминологией. Важнейшие разделы криминологической науки просто не могли
бы развиваться без опоры на ее разделы, касающиеся психологии личности.
Особое внимание криминологов привлекают именно «те особенности личности
преступника, которое связаны с его преступным деянием, объясняют его
совершение» (направленность, ценностные ориентации, основные
потребности, интересы, отношение к нормам морали, уровень правосознания,
психические и психофизиологические особенности)1.

Традиционные связи поддерживаются между юридической психологией и
судебной психиатрией, особенно в пограничных областях знаний
человеческой психики, находящейся между психической нормой и психической
патологией, о чем свидетельствует развитие такого междисциплинарного
вида совместных исследований, которое определилось в качестве
комплексной психолого-психиатрической экспертизы2.

,, Кудрявцев В.Н. Причины правонарушений. М., 1976. С. 190—191

” Подробнее см . Кудрявцев И.А. Судебная психолого-психиатрическая
экспертиза.

31

Междисциплинарные связи юридической психологии с различными отраслями
правовой науки представлены на схеме (рис 1 2)

Уголовный процесс

Г ражданскии процесс

3 Д Е Л

О

О Й

Уголовное право

Гражданское право

Криминалистика

ЛИЧНОСТЬ В СФЕРЕ

ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Семейное право

Криминология

Судебная психиатрия

Трудовое право

Рис 1 2 Междисциплинарные связи юридической психологии с различными
отраслями правовой науки

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1 Что составляет предмет юридической психологии’

2 Назовите составные части юридической психологии

3 Какие задачи призвана решать юридическая психология’

4 Какие этапы развития прошла юридическая психология’

5 Каким образом общественно-политические взгляды в России во второй
половине XIX в оказали влияние на формирование судебной психологии’

6 Назовите имена известных ученых, юристов, общественных деятелей,
внесших свои вклад в развитие юридической психологии у нас в стране и за
рубежом

7 Перечислите основные принципы научного познания используемые в
юридической психологии

8 Какое место занимает юридическая психология в системе общенаучных
знании, какие у нее существуют междисциплинарные связи с другими
отраслями психологической и правовой науки’

9 В чем проявляется взаимосвязь юридической психологии с уголовным и
граждан ским процессом уголовным и гражданским правом, криминалистикой и
криминологией’ Покажите это с помощью психолого правового анализа
отдельных норм права

Глава 2

ПСИХОЛОГИЯ ЛИЧНОСТИ В ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Понятие личности в психологии и юриспруденции. Правовое значение данного
понятия. Индивид, личность, субъект правоохранительной деятельности
Процесс формирования личности, критерии ее оценки. Черты, качества,
факторы, тип личности. Факторный и типологический анализ личности.
Психологическая структура и содержание личности.

§ 1. Понятие личности в психологической и правовой науке

Индивид, личность, субъект деятельности. Личность — фундаментальное
понятие, одна из центральных проблем в психологии, имеющая ярко
выраженный междисциплинарный характер.

Понятие личности нередко заимствуется из психологии, трансформируется
представителями различных, в том числе и правовых, наук (уголовное,
гражданское право, криминология, криминалистика и др.), широко
использующих его применительно к субъектам различных правоотношений.
Характерной чертой употребления данного понятия в юридической литературе
является более расширительное толкование его содержания (по сравнению с
тем, как оно трактуется в психологии), некоторое его смещение к таким
понятиям, как субъект, лицо, человек. Эту особенность следует иметь в
виду, чтобы правильно ориентироваться во всех этих терминах изучающим
юридическую психологию, которая, с одной стороны, опирается на
фундаментальные, принятые в психологии понятия, а с другой — должна
учитывать терминологию законодательных актов, подзаконных источников
права.

Неоднозначность данной проблемы усугубляется еще и тем, что в
психологической науке до сих пор не создано единой общепризнанной теории
личности, отсутствует и общий взгляд на ее определение, распространены
различные, порой противоположные подходы к раскрытию ее структуры и
содержания. Все это создает определенные трудности не только для
психологов, но и для правоведов, юристов, занимающихся практической
деятельностью, для которых понятия: личность субъекта правоотношений,
личность участников уголовного, гражданского процесса, личность
виновного, потерпевшего и тому подобное наполнены вполне конкретным, в
том числе и психолого-правовым, содержанием.

Стоит взглянуть на целый ряд законодательных актов, чтобы убедиться в
этом. Например, одним из основополагающих принципов уголовного
судопроизводства является провозглашение в виде правовой нормы принципа
«неприкосновенности личности» (ст. 11 УПК РСФСР). Или: при назначении
вида и размера наказания судам предписывается учитывать не только
характер, тяжесть, последствия преступления, но

34

и «личность виновного» (ч. 3 ст. 60 УК РФ). Термин «личность виновного»
употребляется в уголовном законе и в контексте с условным осуждением (ч.
2 ст. 73 УК РФ). Целый раздел (VII) Особенной части УК РФ посвящен
«преступлениям против личности».

Аналогичная картина имеет место и в гражданском праве, когда речь идет о
защите достоинства личности гражданина в случаях причинения ему
неправомерными действиями морального вреда, нравственных страданий (см.,
например, ст. 150—152, 1099—1101 ГКРФ).

Анализируя подобные формулировки, содержащиеся в законодательных актах,
различных литературных источниках психологического и правового
характера, невольно задаешься вопросом: что же представляет собой
личность, каковы ее признаки, критерии и содержание? Попытаемся ответить
на все эти вопросы.

Если рассматривать человека с самого начала его появления на свет, то о
нем в научном плане можно говорить лишь как об индиви-де — представителе
вида homo sapiens, который имеет обусловленные природой особенности или
присущий ему генотип. В последующем его индивидные, генотипические
свойства получают дальнейшее развитие. Постепенно включаясь в систему
существующих в обществе отношений (сначала в семье, потом в школе и
т.д.), человек подвергается неизбежному воздействию окружающей его
социальной среды, в той или иной мере адаптируется к ней, к социальным
условиям своего бытия. То есть происходит постепенный процесс его
социализации, формирования его личности. Вот почему считается, что
человек не рождается личностью, а ею становится1. С этой точки зрения по
сравнению с понятием индивид понятие личность — качественно более новое
образование, появляющееся значительно позже рождения человека,
вступающего в отношения с окружающими его людьми2.

Этимологически термин личность происходит от слова личина (persona —
лат.) или маска, в которой актер выступал на сцене древнегреческого, а
потом древнеримского театра. То есть первоначальный смысл данного
понятия сводился к чисто внешним проявлениям определенной, заданной
сценарием пьесы ролевой индивидуальности театрального персонажа,
выразителем которого была та или иная маска, театральная роль. В
последующем это внешнее проявление индивидуальности сохранилось и стало
использоваться в определении личности, человека, выступающего в той или
иной социальной роли.

Таким образом, если понятие «индивид» указывает на связь человека с
природой, то понятие «личность» — на связь человека с обществом,
социальной средой. Поэтому в настоящее время понятие «личность» уже не
рассматривается вне зависимости от внешнего социального окружения
человека, от того, как он воспринимается со стороны, как проявляет себя

См.: Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. В 2 т. М., 1989. Т. II. С
245; Леонтьев А.Н Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975. С. 176.

С 235.

См.: Гиппенрейтер Ю.Б Введение в общую психологию: Курс лекций. М.,
1988.

35

в обществе, каков его индивидуальный стиль поведения в самом широком
спектре ситуаций, в конечном итоге — в какой мере он включен в
общественные отношения. Вот, к примеру, одно из таких определений:
«личность есть внешнее проявление индивидуальности — как человек
воспринимается окружающими и как он на них воздействует»’. В данном
определении содержится, пожалуй, то наиболее общее и наиболее важное,
что объединяет разнообразные подходы многих авторов к раскрытию понятия
личности. А определений личности, кстати, очень много. Американский
психолог Г. Олпорт насчитал их порядка пятидесяти в психологии,
философии, социологии, теологии, в юриспруденции, что лишний раз
подтверждает интерес к этому понятию, многогранность самой феноменологии
личности и уникальность ее организации.

Как справедливо пишут исследователи данной проблемы, психологический
феномен личности следует рассматривать исходя из различных предпосылок.
Поэтому ни одно определение личности не может дать исчерпывающего
представления о ней, но каждое из них освещает определенные стороны
данного явления. Использование множества разнообразных определений
расширяет и углубляет наше понимание личности, дает новую информацию,
позволяя приблизиться к пониманию глубины и содержания данного явления2.
Такого подхода к понятию личности придерживаются многие психологи.

Так, при описании личности представителями различных научных школ и
направлений используются следующие теоретические подходы:

биологический — личность изучается прежде всего с точки зрения
генетических предпосылок ее формирования и эволюционного развития, их
влияния на поведенческие, социальные аспекты развития индивида,
бюблагодаря чему отдельные черты, свойства личности передаются человеку
по наследству, т.е. отдельные элементы, составляющие содержание
личности, имеют врожденный, наследственно обусловленный характер;

экспериментальный — изучение личности идет от исследования перцептивных,
познавательных процессов, высшей нервной деятельности человека, их роли
в поведении в различных ситуациях;

социальный — изучается социальная среда, социальные роли,
общественно-исторические, культурные условия, воздействующие на
формирование личности человека, который рассматривается и описывается
как составная часть общества, как продукт общественного развития;

гуманистический — в основе данного подхода лежит стремление в каждом
человеке видеть личность, а в самой личности — ее духовное начало; с
этих позиций исследуются ведущие признаки, отражающие ее основные
свойства, внутреннюю структуру, которые сопоставляются с поведенческими,
социальными характеристиками индивида.

I

‘ Креч Д., Кратчфилд П., Ливсон Н. Элементы психологии: Учебник.
Нью-Йорк, 1974. Цитируется по: Психологическое самообразование. Читая
зарубежные учебники. Проблемы психологии личности. М., 1992. С. 5.

– Там же. С. 8.

36

Какому из этих подходов отдать предпочтение? Думается, все они могут
быть полезны в зависимости от задач, которые ставит перед собой
исследователь. Одно дело, если разрабатывается собственно теория
личности, и несколько иное, если решаются какие-то частные вопросы
сугубо практического характера.

Если исследователь придерживается биологического подхода, то для него,
очевидно, приоритетом в изучении личности являются генетические,
наследственные факторы, оценка их роли в развитии и становлении
личности. Такого взгляда придерживаются многие психоаналитики, начиная с
3. Фрейда и К. Юнга.

Напротив, адепты жесткого социального детерминизма, в частности
представители марксистской школы, сущность личности человека целиком
сводят к совокупности общественных отношений, которые проявляются в ней,
решительно отодвигая в сторону биологические, психофизиологические
факторы, наследственно обусловленные особенности психики, хотя эти
факторы, очевидно для каждого, не стоят в стороне от процесса
формирования личности.

Чтобы избежать ненужных крайностей, следует придерживаться целостного
подхода к определению данного феномена, рассматривая личность в качестве
такого сочетания многообразных признаков, в котором неразрывно слились
все реальности: и биологическая, и психологическая, и, разумеется,
социальная, характеризующие в своей совокупности каждого конкретного
человека в его отношениях с обществом и поэтому помогающие выделить его
среди других.

В основе понимания личности в качестве единого целого (биологического,
психического и социального) лежит положение С.Л. Рубинштейна, согласно
которому внешние причины, социальный опыт человека действуют,
преломляясь через внутренние условия, его психику, сознание. «При
объяснении любых психических явлений, — писал он, — личность выступает
как воедино связанная совокупность внутренних условий, через которые
преломляются все внешние воздействия»1.

Данная формула — «внешнее действует через внутреннее», раскрывающая
характер воздействия на психику внешних, социальных причин,
преобразующее влияние личности на социальные процессы, дополняется
формулой, предложенной другим известным отечественным психологом А.Н.
Леонтьевым: «внутреннее… действует через внешнее и этим само себя
изменяет»2.

Взятые вместе оба эти подхода диалектически дополняют друг ДРУга,
достаточно полно отражают развитие психики, процесс формирования
личности. «В этом взаимодействии биологическая природа человека
участвует как необходимое условие протекания, развертывания внутренних
психических процессов. Поэтому понятно, что изменение физиологических
параметров изменяет и характер протекания психических процессов, что
может сказываться на формировании сложных

Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1957. С. 308.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975. С. 181.

37

психических образований, включая и личность человека»1. Поэтому наиболее
взвешенным выглядит утверждение о том, что в человеческой личности
нельзя все сводить только либо к социальному, либо к биологическому.
Иначе невозможно будет объяснить, почему человек сам для себя выбирает
ту или иную, отвечающую его устремлениям, потребностям, внутренним
побуждениям и влечениям деятельность, а в последующем и социальную
среду, круг общения, образ жизни, которые в еще большей мере оттачивают
его личность, заостряя те или иные его психофизиологические особенности
и которые в конечном итоге определяют его дальнейшее развитие2.

На протяжении всей жизни человека происходит непрерывный процесс
формирования его личности под влиянием социальной среды и воспитания. Со
своей стороны, субъект относится к этим внешним воздействиям не
пассивно, а активно, сознательно. Такое активное, целенаправленное
отношение к окружающему миру выражается прежде всего в поступках,
поведении человека, в том числе, к сожалению, и антиобщественного
характера.

Поскольку в современном обществе имеют место различные негативные
социальные явления, разного рода преступления, личность человека может
заслуживать не только положительной, но и отрицательной оценки, как,
например, личность субъекта, совершившего преступление.

Когда говорят о личности того или иного субъекта, всегда подразумевают
ее уникальность, своеобразие, отличие от других. Именно в индивидуальных
различиях многие находят ключ к пониманию проблемы личности.
«Индивидуальность, — пишет А.В. Петровский, — проявляется в чертах
темперамента, характера, привычках, преобладающих интересах, в качествах
познавательных процессов (восприятия, памяти, мышления, воображения), в
способностях, индивидуальном стиле деятельности и т.д. Нет двух людей с
одинаковым сочетанием указанных психологических особенностей — личность
человека неповторима в своей индивидуальности»3.

И хотя оба понятия (индивидуальность и личность) весьма близки друг к
другу, тем не менее они не тождественны. Употребляя термин
«индивидуальность» по отношению к кому-либо, мы подразумеваем человека
яркого, т.е. выделяющегося среди других определенным своеобразием. Но
когда мы специально подчеркиваем, что данный человек является еще и
личностью, это означает нечто большее. «Личностью в специфическом смысле
этого слова, — пишет С.Л. Рубинштейн, — является человек, у которого
есть свои позиции, свое ярко выраженное сознательное отношение к жизни,
мировоззрение, к которому он пришел в итоге большой сознательной
работы». И далее: «глубина и богатство личности предполагает глубину и
богатство ее связей с миром, с другими людьми… Личностью является лишь
человек, который относит-

1 Братусь Б С. Аномалии личности. М., 1988. С. 77

2 См.: Асмолов А.Г. Психология личности. М., 1990. С. 161.

3 Петровский А.В Введение в психологию. М., 1995. С. 388.

38

ся определенным образом к окружающему, сознательно устанавливает это
свое отношение так, что оно выявляется во всем его существе»1.

Аналогичного взгляда на личность придерживается и Л.И. Божо-вич, которая
в личности видит также человека, достигшего «определенного, достаточно
высокого уровня своего психического развития. Самая существенная
характеристика его, когда он действительно становится личностью, — пишет
Л.И. Божович, — заключается в том, что он способен господствовать над
случайностями и изменять обстоятельства жизни в соответствии со своими
целями и задачами; он способен также сознательно управлять и самим
собой»2. Именно отсутствие или недоразвитость этих личностных качеств у
человека свидетельствуют о том, что он не может «в полной мере
осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий
(бездействия) или руководить ими»3 либо действует «по легкомыслию» (ст.
26 УК РФ).

Таким образом, личность — это человек со своими взглядами и убеждениями,
проявляющий свою уникальную целостность, единство
социально-психологических качеств в межличностных, общественных
отношениях, сознательно участвующий в той или иной деятельности,
понимающий свои действия и способный руководить ими.

Именно в этом смысле понятие личности используется в юридической
литературе, в правовых актах в одном смысловом ряду с такими терминами,
как субъект правоотношений, гражданин, участник, лицо, т.е. как человек
право- и дееспособный. Более того, когда в юридической литературе
говорят о личности применительно к различным субъектам той или иной (в
том числе и противоправной) деятельности, подчеркивается включенность
последних в систему существующих в обществе правоотношений в
определенной социальной роли: будь то следователя, прокурора, судьи,
защитника либо обвиняемого (подсудимого), свидетеля, потерпевшего и т.д.
И это следует иметь в виду, когда мы используем в юридической
психологии, в правовой науке понятие личности.

Методологически правильный подход к раскрытию понятия личности, ее
структуры и содержания, выбор объективных критериев их оценки для более
точного описания личности того или иного субъекта позволяют ответить и
на ряд других вопросов, которые должны разрабатываться юридической
психологией. А именно: каким требованиям должна отвечать личность
юриста? Иначе говоря, кто по своим личностным качествам способен освоить
юридическую профессию, успешно заниматься ею, а кого с учетом
индивидуально-психологических особенностей личности не следует допускать
к работе в сфере правоохранитель-

Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1957. С. 241—242.

Божович Л.И Психологические закономерности формирования личности в
онтогенезе. Избр. психол. труды. М… 1995. С. 56.

Данная формулировка из ст. 21 и 22 УК РФ. К сожалению, законодатель не
ввел в уголовный закон четкий психоло(ическии критерии ограниченной
вменяемости, вместо этого предоставив возможность самим судам
субъективно оценивать степень вины право-наРушителя с недоразвитой,
инфантильной личностью, признавая либо отвергая в его Действиях
«легкомыслие».

39

ной деятельности. Об этой проблеме подробно пойдет речь в главе 11
нашего учебника.

Процесс формирования личности. Каким образом происходит формирование
личности? Где истоки личностного начала в человеке и когда появляется
личность? Какие признаки помимо включенности индивида в систему
межличностных, общественных отношений могут .свидетельствовать о
состоявшейся личности, каковы критерии этого? Вот те вопросы, которые не
могут нас не интересовать. От того, насколько правильно ответим на них,
во многом будет зависеть психолого-правовая оценка противоправных
действий, понимание психологических критериев вменяемости и
невменяемости, определение меры наказания не только с учетом содеянного,
но и особенностей личности виновного, как того требует законодатель.
Попытаемся ответить на поставленные вопросы.

Специалисты в области детской психологии отмечают, что уже к четвертому
месяцу жизни ребенка появляются качественно новые формы реагирования на
приходящие к нему извне сигналы в виде положительных (улыбка) либо
отрицательных (выражение тревожности) реакций при восприятии им людей.
Данное обстоятельство свидетельствует о самой ранней, начальной
организации первого опыта общения индивида, о появлении у него начавшей
формироваться способности к различению. Уже в эти первые месяцы ребенок
неосознанно начинает руководствоваться принципом реальности, и в его
подсознании начинают проявляться первые проблески его Я. В возрасте 8—9
месяцев у ребенка отмечают такой хорошо известный эмоциональный феномен,
как страх перед незнакомыми людьми, что вызывает у него аффективно
окрашенные формы реагирования. В этот же период у него формируются
собственные телесные ощущения, зрительные, тактильные и проприоцептивные
виды восприятия, т.е. начинается процесс разграничения себя и среды,
себя и ближайшего окружения.

Наблюдая за поведением ребенка в начале второго года, у него можно
заметить пробуждающийся интерес к новым, незнакомым людям, элементы
подражания. А уже приблизительно с трех лет происходит активное
формирование его Я. В это же время начинается известный многим по
наблюдениям за детьми очень важный с точки зрения развития личности
период негативизма, когда ребенок противится всякому давлению извне, как
бы желая все, о чем ему говорят, делать наоборот, поступая так только
ради того, чтобы показать свой характер, утвердить себя и, не побоимся
сказать, проявить первые едва заметные ростки своей пробуждающейся
личности. По существу, это своего рода первое опробование своего
собственного Я в качестве субъекта межличностных (обычно семейных)
отношений с теми, кто его непосредственно окружает. Но это еще, понятно,
далеко не личность.

Хорошо известны наиболее заметные периоды в жизни человека, оставляющие
свой отпечаток на формировании его личности (ранний детский возраст,
детство, отрочество, юность, зрелость, старость), а

40

также главные жизненные кризисы, связанные с переходом от одного
возраста к другому1.

Критерии оценки личности. Наблюдая за развитием человека, мЫ используем
определенные критерии, которые позволяют оценивать уровень
сформированности его личности. Каковы эти критерии? Один из них,
отмеченный выше, это ощущение своего Я, которое лежит в основе
представления ребенка о самом себе. Постепенно человек начинает ощущать
себя субъектом своих восприятий, эмоциональных состояний, действий,
наконец, чувствовать свое тождество и неразрывность с тем,’ чем он был
накануне. Это система возникших представлений о самом себе, или, как
говорят психологи, концепция собственного Я, образа самого себя, который
по мере накопления жизненного, социального опыта эволюционирует и, по
мнению американского психолога К Роджерса, становится «реальным Я»
человека или его Я-образом.

Таким образом, Я-образ представляет собой динамическое образование
личности индивида. В жизни у человека периодически происходит смена
множества его образов самого себя. Все это является результатом весьма
продолжительного и очень важного процесса самопознания, который
предполагает развитие у человека определенных познавательных
способностей, интеллекта. Как отмечает Ю.Б. Гиппенрейтер, «всякое знание
о себе уже фактом своего получения меняет субъекта: узнав нечто о себе,
он становится другим»2. Поэтому всякое продвижение к самопознанию
человека, закрепленное в его Я-образе, представляет весьма значимый шаг
в его развитии, в построении им своей собственной системы
взаимоотношений, прежде всего с самим собой, а также взаимодействия с
другими людьми.

Напротив, неадекватный, искаженный «образ самого себя» может
свидетельствовать об определенном интеллектуальном отставании субъекта,
о его сниженной критичности, задержке психического, личностного
развития, что немаловажно учитывать при оценке личности виновного,
потерпевшего(ей), особенно когда с первого взгляда бывают непонятны до
конца мотивы поведения. Кстати, иногда стремление человека отстоять
собственный Я-образ может выступать в качестве побудительной силы
(мотива), толкающей его на те или иные поступки, в том числе и
противоправного характера.

Разрыв переживаемых эмоций, их избыточность, связанные с ощущениями
человеком своего Я-образа, утрата (даже частичная!) этого Я нередко
свидетельствуют о начавшемся процессе личностной дезинтеграции и даже о
возможном распаде личности, обусловленном какими-то серьезными
расстройствами психики3.

1 Подробнее см • Петровский А.В. Введение в психологию. С. 423—431;
Годфруа *? Что такое психология. В 2 т. М., 1992. Т. 2. С. 43—45.

Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию: Курс лекций. М., 1988.
С. 302.

3 См ? Мейли Р Структура личности / / Экспериментальная психология / Под
ред. П- Фресс и Ж. Пиаже. М, 1975. Вып. V. С. 271—274.

41

Одним из важнейших элементов Я-образа является такое личностное
образование как «мое». Это не только само тело человека и его части, но
и любые другие объекты, при утрате которых он чувствует себя лишенным
чего-то очень важного для него. Размытые границы между «мое» и «не мое»
могут говорить о еще далеко не завершившемся процессе формирования
личности, сниженной критичности, о личностной незрелости человека или,
как говорят, инфантилизме личности — явлении, чаще встречаемом при
рассмотрении в судах правонарушений, совершаемых несовершеннолетними,
молодыми людьми.

Наряду с реальным Я в сознании человека может присутствовать и его
идеальное Я, т.е. тот образ, в котором он склонен представлять, видеть
себя, кем бы ему хотелось стать в результате реализации своих
возможностей. К этому идеальному Я и стремится приблизиться Я реальное.
Между этими двумя образами имеет место динамическое взаимодействие.
Человек стремится сблизить представления о самом себе, о своем реальном
Я со своим идеальным Я-образом, с тем, каким бы ему хотелось быть.
Поэтому «личность уравновешена тем лучше, чем больше согласия, или
конгруэнтности, между реальным Я человека и его чувствами, мыслями и
поведением, что позволяет ему приблизиться к своему идеальному Я»1.

Наличие или отсутствие гармонии между этими двумя образами является
важным критерием оценки личности. Слишком большое их несоответствие
может стать причиной серьезных трудностей, переживаемых человеком, его
нервно-психической неуравновешенности, повышенной тревоги, неадаптивных
форм поведения, что также чаще всего служит показателем личностной
незрелости, отставания субъекта в психическом развитии, его социальной
неадаптивности.

Близким, но не тождественным по содержанию с Я-образом является понятие
«сила Я» (фактор С по 16-ФЛО Р.Б. Кеттелла), с помощью которого
определяется сбалансированность реального Я и Я-образа субъекта. Понятие
«сила Я» отражает внутреннее равновесие личности, ее цельность, развитые
адаптивные качества. Высокое значение фактора С свидетельствует об
отсутствии инфантильности в структуре личности субъекта, его
эмоциональной стабильности, зрелости. Такие люди смело смотрят фактам в
лицо, уверены в себе, постоянны в своих планах, желаниях, не поддаются
случайным колебаниям настроения, хорошо осознают требования
действительности, видят и правильно оценивают свои недостатки, легко
адаптируются к новым условиям2. Все это имеет не последнее значение при
оценке личности кандидатов, отбираемых на учебу в юридические вузы, на
службу в органы юстиции.

Следующим важным критерием оценки уровня развития личности субъекта
является сформированность его самооценки. Самооценка — это оценка
человеком самого себя, своих качеств, способностей, своего

1 Годфруа Ж. Указ. соч. С. 39—40.

2 Мельников В.М., Ямпольский Л.Т. Введение в экспериментальную
психологию личности. М., 1985. С. 33.

42

места среди других людей. Это своего рода проекция его реального «Я» на
идеальное. Она свидетельствует об удовлетворенности либо
неудовлетворенности субъекта самим собой. Поэтому самооценка также
влияет на поведение человека, его взаимоотношения с окружающими, на
проявление им своей сформировавшейся личности.

Так, слишком завышенная самооценка может говорить не только о
незавершившемся процессе формирования личности (равно как и об
отсутствии должного воспитания), но и о серьезных отклонениях от
психической нормы. Известно, например, что больные шизофренией чаще
оценивают себя более высоко, чем психически нормальные люди. Человек с
завышенной самооценкой обычно переоценивает себя, свои возможности, что
служит иной раз причиной конфликтных отношений с окружающими,
отвергающими его завышенные притязания на всеобщее признание, на более
высокий социальный статус. Все это в еще большей мере усугубляет
характер межличностных отношений, способствует свертыванию контактов с
окружающими людьми, самоизоляции субъекта, развитию у него таких
отрицательных личностных качеств, как излишняя подозрительность,
повышенная обидчивость, чрезмерная мнительность, нарочитое высокомерие,
отчуждение, замкнутость (аутизм).

Заниженная самооценка также оказывает негативное влияние на формирование
личности только в ином направлении, способствуя формированию у субъекта
устойчивой неуверенности в себе, повышенной тревожности, беспочвенным
самообвинениям, пассивному поведению, в конечном итоге — появлению
комплекса неполноценности.

Для объективной оценки личности субъекта помимо его самооценки
необходимо также учитывать действительную оценку личности группой.
Установлено, что значительное повышение самооценки личности сопряжено со
снижением ожидаемой ее оценки группой. А повышение оценки, которую дает
субъект окружающим, ведет к повышению и реальной оценки его личности со
стороны окружающих. Напротив, субъект с высокой самооценкой, с низкой
оценкой его окружающими и низкой ожидаемой оценкой группы представляет
тип конфликтной личности, склонной приписывать себе достоинства, а
окружающим недостатки. Стоит представить такого человека в роли
руководителя, к примеру органа прокуратуры, и уже можно будет
прогнозировать, сколь неблагоприятный психологический микроклимат
установится в коллективе, который он возглавит.

Соотношение этих трех оценок определяет психическое самочувствие
субъекта в группе, влияет на успешность его профессиональной
деятельности, на социальный статус. Человек «должен считаться с ними
даже тогда, когда не подозревает о наличии этих показателей, ничего не
знает о действии психологического механизма оценок и самооценки. По сути
своей это перенесенный внутрь человеческой личности
(интерио-ризированный) механизм социальных контактов, ориентации и
ценностей. С его показаниями человек сверяется, вступая в общение,
активно Действуя. Эта проверка происходит преимущественно
бессознательно, а личность подстраивается к режимам поведения,
определяемым этими

43

индикаторами»1. К этой проблеме мы еще вернемся при рассмотрении
вопросов, относящихся к психологическим закономерностям
профессионального общения юриста.

Следующим критерием оценки личностной зрелости субъекта является уровень
его притязаний, тесно связанный с самооценкой. В психологии под уровнем
притязаний понимается, с одной стороны, уровень трудностей, преодоление
которых является целью для субъекта, а с другой—желаемый уровень
самооценки личности (уровень Я-образа). Стремление повысить самооценку,
когда у человека есть возможность свободного выбора степени трудности
принимаемых решений, порождает внутренний конфликт двух противоположных
тенденций: либо повысить свои притязания ради достижения максимального
успеха, либо снизить их до такого уровня, который абсолютно гарантирует
от неудачи. Часто уровень притязаний устанавливается где-то между
чересчур трудными и легко достижимыми целями с тем, чтобы самооценка
личности не пострадала

Установление субъектом оптимального уровня притязаний во многом
определяется зрелостью его личности, объективно взвешенной оценкой своих
возможностей, знаний, опыта, личностных качеств. Вот почему человек,
принимающий важные решения и в то же время значительно переоценивающий
эти факторы, нередко демонстрирует свою личностную незрелость, выглядит
беспочвенным прожектером, на которого нельзя полагаться в серьезных
делах. С другой стороны, тот, кто существенно занижает собственный
уровень притязаний, выглядит малоактивным, безынициативным, от которого
чаще всего не приходится ожидать больших успехов в деятельности.
Изучение уровня притязаний людей помогает оценивать их личность,
понимать мотивы поведения.

Тесную связь с Я-образом, самооценкой, уровнем притязания личности имеет
самоуважение человека, в котором отражается соотношение его собственных
притязаний и реальных достижений. Чем выше успех, достигаемый субъектом,
и ниже уровень его притязаний, тем в большей мере возрастает его
самоуважение, являющееся наряду с другими отмеченными выше факторами
важным критерием оценки сфор-мированности и зрелости его личности.
Процесс развития личности, как справедливо подмечено, предполагает
постоянную трансформацию Я-образа, самооценки, самоуважения человека, в
конечном итоге, — динамику его самосознания.

Таковы основные критерии оценки уровня развития и сформированное™
личностной зрелости человека, которыми не исчерпывается еще в полной
мере само определение личности, о чем речь пойдет впереди.

§ 2. Структура и содержание личности

Всестороннее и полное раскрытие структуры и содержания личности
предполагает поиск наиболее точных и в то же время удобных с
практической точки зрения способов ее исследования и описания.

Петровский А В Введение в психологию С. 412—413.

В экспериментальной психологии наибольшее распространение получили
следующие подходы к содержательному описанию личности:

описание личности по ее чертам, качествам, сведенным в отдельные факторы
(так называемый факторный анализ личности);

описание личности в зависимости от ее типа (так называемое
типологическое описание личности).

Черты, качества, факторы личности. Первоначально наиболее активно
развивалось направление, в котором исследовались отдельные черты или
качества личности. Последние рассматривались как независимые друг от
друга признаки, например: умный, общительный, настойчивый и т.д.

При таком подходе в понятие качество личности вкладывается определенная,
длительно существующая, отдельно взятая, стабильная характеристика
конкретного человека, постоянно проявляющаяся в его поведении независимо
от ситуаций. Обычно то или иное качество, черта бывают выражены в
большей или меньшей степени либо они могут вообще не проявляться.

С помощью специально разработанных методик отдельные качества (или
свойства) личности могут быть не только выявлены, но и благодаря тому,
что они поддаются измерению, сопоставляться, подвергаться ранжированию.
Это позволяет сравнивать людей по выраженности у них того или иного
качества. Изучая определенное качество, черту, мы как бы соотносим его с
границами выраженности данного качества у других лиц и в соответствии с
этим даем им различную оценку по этому качеству

Понятно, что качественные характеристики у людей встречаются самые
разнообразные. Они могут быть связаны с их интеллектом, темпераментом,
способностями, интересами, социальными отношениями, особенностями
характера и т.д Поэтому, чтобы удобнее было пользоваться ими при
описании личности того или иного человека, наиболее общие, близко
расположенные друг к другу качества сводятся воедино в какой-то один
общий для них фактор.

С помощью факторного анализа значительно упрощается описание большого
количества однородных черт личности интересующего нас субъекта, легче
отыскиваются связи между свойствами его характера и поступками, точнее
составляется прогноз относительно его дальнейшего поведения, в том числе
и в критических, экстремальных ситуациях. Такое описание свойств
личности с помощью факторного анализа, например, имело место при
составлении словаря терминов на английском языке, используемых при
описании личности. С этой целью было проанализировано около 18 000 слов,
из которых отобрали примерно 4500 слов, обозначающих черты личности, а
также наиболее важные устойчивые характеристики поведения человека,
которые были сведены в синонимичные группы.

В последующем эта работа легла в основу широко применяемого до
настоящего времени созданного в 1946 г. Р.Б. Кеттеллом 16-факторного
личностного опросника. Р.Б. Кеттелл еще более сократил (до 171 признака)
список черт личности и в итоге получил набор из 36 биполярных

44

45

различных личностных признаков (например, эмоциональная устойчивость —
неустойчивость, настойчивость — покорность, беспечность — озабоченность
и т.д.). Каждой биполярной паре характеристик им были даны развернутые
определения1.

Тип личности. В дальнейшем указанное выше направление было дополнено
введением понятия тип личности {личностный тип)

Личностные типы — это качественно различающиеся категории, к которым
можно относить различных людей в зависимости от ведущих, наиболее
устойчивых свойств, положенных в основу той или иной классификации Такой
подход позволяет дать в наиболее общем виде психологический портрет
человека, выделив в нем ведущую роль какого-то одного ярко выраженного
свойства, организующего вокруг себя ряд других качеств. В любом случае,
понятие «личностный тип» предполагает существование определенной связи,
корреляции между отдельными чертами личности, совокупность которых и
характеризует тот или иной тип.

Существует большое число разнообразных типологий личности. Одни из них в
своей основе имеют свойства темперамента, другие — те или иные
поведенческие характеристики человека и т.д. Поэтому принадлежность
человека к тому или иному личностному типу имеет относительный характер
— смотря под каким углом зрения его рассматривать. Кроме того,
необходимо также иметь в виду, что любая типология дает весьма
обобщенный психологический профиль личности, очерчивает лишь некие общие
границы, в которые может быть помещен индивид, даже не представляющий
собой «чистый» в соответствии с принятой классификацией тип личности. В
этих случаях говорят, что он «похож» на данный тип личности, находится
ближе всего к нему. Как тонко подмечено, каждый чем-то похож на всех,
чем-то на некоторых и чем-то не похож ни на кого.

И все же, при всей относительности данного подхода, определение
типологической принадлежности человека имеет большое значение, особенно
когда хотят выделить наиболее главные, ведущие свойства личности и по
ним спрогнозировать его поведение. Тем более что типология человека
сохраняется независимо от происходящих в его жизни перемен. Остановимся
кратко на некоторых из наиболее известных типологических характеристиках
личности, оказавших влияние на современные представления о личности.

К одной из наиболее ранних относится известная типология
древнегреческого врача Гиппократа (IV в. до н.э ), который делил всех
людей по темпераменту на следующие четыре типа: сангвиников,
флегматиков, холериков и меланхоликов — в зависимости от сочетания
основных, как ему представлялось, жидкостей человеческого организма. При
всей своей научной несостоятельности с точки зрения современных
воззрении на роль крови, желчи, различных гормональных выделений и т.п в
жизнедеятельности организма, классификация людей по этим

четырем типам темперамента до сих пор нередко используется, особенно в
научно-популярной литературе1.

Следующая попытка вывести психологическую типологию была предпринята в
начале 20-х гг. нашего века немецким врачом-психиатром, психологом Э.
Кречмером (1888—1964), опубликовавшим в 1921 г. свой широко известный
труд «Строение тела и характер», в котором проблема «соотношения души и
тела», психического и физического была центральной. Ученый обратил
внимание, что два наиболее распространенных психических заболевания _—
шизофрения и маниакально-депрессивный психоз чаще наблюдаются у людей с
определенным типом телосложения В дальнейшем он перенес эту, с его точки
зрения, закономерность и на психически здоровых людей.

Так, наблюдая за больными с различными психическими расстройствами,
Кречмер заметил, что среди них чаще встречаются лица, имеющие «три
постоянно повторяющихся главных строения тела»: пикническое,
астеническое и атлетическое (рис. 2.1). Причем эти морфологические типы
ученый видел и в популяции психически здоровых людей.

Подробнее см главу 3

Рис. 2 1 Конституциональные типы по Э Кречмеру а — пикнический, б —
астенический, в — атлетический

У лиц, больных шизофренией, по мнению Кречмера, чаще наблюдается
астеническое (или лептосомное — буквально узкотелое) телосложение (см.
рис. 2.1,6). Они худощавы, узкоплечи. У них сравнительно с общими
размерами тела длинная узкая плоская грудь, неразвитая мышечная и
жировая ткани с явным отставанием веса от длины тела Причем такой тип
телосложения наблюдается не только среди больных, страдающих
шизофренией, но и у психически здоровых людей, которых Кречмер назвал
шизоидами (или шизотимиками) за их внешнее сходство с больными
шизофренией и за ярко выраженные черты «шизоидного» характера.

Такими наиболее выраженными чертами характера шизоидов, с его точки
зрения, являются: замкнутость, эмоциональная холодность, отчужденность,
сдержанность в проявлении эмоций, несмотря на то, что у них тонко
чувствующая натура. Они полностью погружены в мир

1 Подробнее см главу 6 учебника

46

47

L

У

собственных переживаний, застенчивы, внутренне отгорожены от окружающих.

Страдающие маниакально-депрессивным психозом чаще имеют так называемый
пикнический склад телосложения. У них средний рост, плотная фигура,
более развитая по отношению к телу грудь, крупная голова, широкое с
мягкими чертами лицо, выступающий живот. Такой #тип людей, по мнению
Кречмера, имеет «циклоидный» характер. Они общительные и добросердечные,
веселые и остроумные, беспечные, любят жизнь, прагматики. У них часто
меняется настроение. Их чувства открыты и понятны окружающим. С ними
легко общаться.

К этим двум главным конституциональным типам Кречмер добавил
атлетический и диспластический типы, имеющие не столь характерные черты,
чтобы связывать их с определенными психическими характеристиками, как
это было сделано им при описании астеников и пикников. Так, к
атлетическому типу Кречмером были отнесены люди среднего или высокого
роста, с развитой грудной клеткой, мускулатурой, широкоплечие, статные с
сужающейся книзу формой туловища и т.д.’.

Завершая краткое изложение взглядов Кречмера, следует отметить, что в
психической норме корреляция между приведенными выше типами личности и
строением тела не была выражена столь заметно, как в клинике. Хотя в
целом, в весьма обобщенной форме, можно говорить о том, что «пикники»,
как правило, действительно имеют «циклотимичес-кий» характер, «астеники»
(лептосомы) чаще наделены чертами «шизоидного» (шизотимического)
характера. Значение популярной в свое время теории Кречмера состоит в
том, что она сыграла роль своеобразного стимула для проведения
последующих исследований в поисках связей между телосложением человека и
структурой его личности.

В 1927 г. была предложена типология личности американским психологом
Шелдоном, который также обозначил три соматических типа, два из которых
весьма напоминают циклотимиков и шизотимиков Кречмера, и предложил свою
систему определения людей в соответствии с разработанными им шкалами с
использованием «трех психофизиологических компонентов личности», или,
как он их называл, темпераментов.

Среди других известных типологий личности следует назвать классификацию,
предложенную в 1923 г. швейцарским психологом и психиатром К.Г. Юнгом
(1875—1961), делившим людей на интровертов и экстравертов. В психологии
интроверсия — экстраверсия рассматриваются как способы адаптации
человека к окружающему миру. Если интровертированный тип личности
преимущественно ориентируется на субъективные факторы, собственные
переживания, свой внутренний мир, то экстравертированный тип — на
внешние обстоятельства, окружающие его объекты. Такая внутренняя
(субъективная) или внешняя (объективная) ориентация формирует ту или
иную психическую установку личности по отношению ко всему происходящему.

‘ Подробнее см Кречмер Э Строение тела и характер М , 1995 С 353, 354,
362, 450, 517

48

Таким образом, говоря в общих чертах, интроверт — это человек, у
которого преобладает субъективная ориентация, его интересы в
значительной мере обращены внутрь, к собственным идеям, образам,
созданным его воображением, к своей внутренней духовной жизни. Это —
чувствительный, малообщительный, внешне сдержанный, скрытный,
безучастный или просто неуверенный в себе, порой необоснованно
застенчивый индивид.

Экстраверт, напротив, ориентирован на внешнее окружение, на объективный
мир вещей и явлений. Это деятельный, активный, прагматичный, общительный
человек, легко вступающий и поддерживающий межличностные контакты.

Такое обобщенное деление людей на экстравертов и интровертов вошло в
обыденное сознание. Однако «чистые» интровертированные или
экстравертированные типы (так же, как и «чистые» сангвиники, холерики и
пр.) встречаются намного реже, чем смешанные с преобладанием той или
иной направленности. Впрочем, и сам Юнг отмечал, что каждый индивид в
той или иной мере обладает «механизмами» как ин-троверсии, так и
экстраверсии. «Внешние обстоятельства и внутреннее предрасположение
очень часто благоприятствуют одному механизму и ограничивают и ставят
препятствия другому. Отсюда, естественно, происходит перевес одного
механизма. Если это состояние каким-нибудь образом становится
хроническим, то вследствие этого и возникает тип, т.е. привычная
установка, в которой один механизм постоянно господствует, не будучи в
состоянии, конечно, полностью подавить другой…»’

Дополнительно к этим двум установкам Юнгом были выделены еще четыре
психологические функции, а именно- мышление, эмоции, ощущения, интуиция.
Как писал Юнг, «если привычно господствует одна из этих функций, то
появляется соответствующий тип. Поэтому я различаю мыслительный,
эмоциональный, сенсорный и интуитивный типы. Каждый из этих типов, кроме
того, может быть интровертированным или экстравертированным, смотря по
своему поведению по отношению к объекту»2.

Используя классификацию Юнга, перейдем к более подробному описанию
выделенных им восьми личностных типов.

Экстравертированный мыслительный тип личности. Лица, принадлежащие к
данному типу, свои решения, поступки ставят в зависимость от своих
интеллектуальных выводов. Причем их интеллектуальные оценки, точка
зрения нередко становятся догматически застывшими, а иные, чуждые им
взгляды отвергаются либо отодвигаются на задний план Эмоции, переживания
занимают у них второстепенное место, а иногда и просто подавляются.
Среди этих лиц можно встретить крупных реформаторов, государственных,
общественных деятелей, активных, деятельных людей, фанатично преданных
какой-либо собственной идее.

Юнг К Г Психологические типы М, 1992 С. 6—7. 1 Юнг К Г. Указ соч С 7

4 37 v.

49

Экстравертированный эмоциональный тип личности. Данный тип, в отличие от
предыдущего, наиболее распространен среди женщин. У лиц этой группы
эмоциональная сфера доминирует над мышлением, которое по отношению к
чувствам играет вспомогательную роль. Поэтому их чувства отличаются
пылкостью, сниженной рационалистичностью, в большей мере
демонстративностью, чем глубиной переживаний.

Оба описанных выше типа названы Юнгом рациональными, поскольку жизнь
этих людей в значительной мере подвержена разуму, сознательно-волевому
контролю. В отличие от них два последующих типа личности отнесены
автором рассматриваемой классификации к иррациональным типам, поскольку
они основывают свои действия «не на суждениях разума, а на абсолютной
силе восприятия»1. К ним относятся:

Экстравертированный сенсорный тип личности. Для лиц данной группы
характерной чертой является ориентация на получение новых ощущений,
наслаждений от жизни в различных ее проявлениях.

Экстравертированный интуитивный тип личности. У лиц данного типа
мышление и чувствование уступают интуитивному восприятию различных новых
жизненных обстоятельств. У них «тонкое чутье» к зарождающимся явлениям.
Часто эти люди воодушевляют своими идеями других, но сами никогда не
доводят их до конца. Под воздействием «симптома навязчивости» они легко
увлекаются, нередко разбрасываются в своих начинаниях и в силу этого
непостоянны. Среди них, как считает Юнг, много предпринимателей,
политиков. Более распространен данный тип личности, по его мнению, среди
женщин.

Интровертированный мыслительный тип личности. Юнг пишет, что как Дарвина
можно было бы отнести к экстравертированному мыслительному типу, так
Канта — к противоположному интровертированному мыслительному типу. Если
первый из них оперирует фактами, стремится к расширению сферы познания,
то второй в своем поведении, в высказываемых суждениях основывается на
субъективном факторе, критическом подходе ко всевозможным явлениям, к
углублению познания. Суждения последнего кажутся холодными, негибкими, с
оттенком превосходства над другими, особенно над теми, кто не принимает
их, отчего многими он не понимается и отвергается, что в конечном итоге
приводит человека ин-тровертированного мыслительного типа к
самоизоляции.

Интровертированный эмоциональный тип личности. Как замечает Юнг,
сказанное о предыдущем типе можно отнести и к данному типу личности —
только в этом случае все, что «там продумывалось», «здесь
прочувствуется». Люди данного типа в большей части молчаливы,
труднодоступны, непонятны, меланхоличны. Мотивы их поступков нередко
скрыты. В общении они сдержаны, холодны, эгоистичны, индифферентны до
равнодушия к несчастию или благополучию других. Среди них можно
встретить людей, отличающихся мнительным честолюбием, злобной
жестокостью.

Юнг/С Г. Указ. соч. С. 57.

50

Интровертированные мыслительный и эмоциональный типы личности Юнгом
относятся к рациональным, поскольку в основе поведения людей,
принадлежащих к данным типам, лежат «разумные суждения», основанные как
на объективных, так и на субъективных факторах.

Интровертированный сенсорный тип. Это иррациональный тип личности,
поскольку определяющим в поведении таких людей являются не объективное
видение происходящего, а субъективные ощущения, в основе которых лежат
первоначально сформированные, нередко искаженные образы и представления,
возникшие в результате «бессознательной деятельности фантазии».
Вследствие этого воспринимаемые ими объекты часто недооцениваются, а
происходящие явления искажаются. Вследствие искаженного восприятия такой
тип личности с трудом понимается окружающими. Он отдален от них,
поскольку находится во власти своих искаженных, субъективных восприятий,
возникших образов и фантазий.

Интровертированный интуитивный тип, как и предыдущий, относится к
иррациональному типу личности. Развитая интуиция еще больше отдаляет его
мышление от того, что он видит, а его самого от реальной
действительности, окружающих его людей. Вследствие этого такие люди
выглядят мало приспособленными к жизни.

Мы не случайно столь подробно остановились на концепции Юнга. В свое
время разработанная им типология была положительно воспринята многими
учеными и послужила научной базой для проведения дальнейших исследований
проблемы личности, а введенные им в научный оборот термины, выражающие
такой важный личностный фактор, как «экстраверсия — интроверсия»
используются и поныне. Кроме того, типологическая модель личности Юнга
помогает человеку лучше понять себя, окружающих его людей, увидеть
трудности, которые возникают у него в процессе межличностного общения,
т.е. служит своеобразным инструментом для психологической ориентации в
обществе1.

Среди продолживших разработку типологических моделей личности Юнга
следует назвать известного английского психолога Г.Ю. Айзенка (род. в
1916 г.), создавшего несколько отличающуюся модель личности, основанную
также на факторе «экстраверсия — интроверсия», но дополненную им таким
важным элементом, как «личностная адаптация» в виде эмоционально-волевой
«стабильности — нестабильности». В последующем данная характеристика
получила название фактора невротизма.

По схеме Айзенка на одном полюсе находится тип личности, отличающийся
нервно-психической устойчивостью, эмоциональной зрелостью, прекрасной
адаптивностью. На другом •— эмоционально неустойчивый личностный тип с
низким уровнем адаптации к социальным условиям. Данная характеристика
(фактор невротизма) стала рассматриваться Айзенком наряду с фактором
«экстраверсии — интроверсии» в виде оси

Подробнее см.. Шарп Д. Типы личности. Юнговская типологическая модель.
Воронеж, 1994.

51

второго двумерного личностного пространства. Таким образом, по Г.Ю.
Айзенку, каждому индивиду соответствует какая-то одна точка в этой
системе координат, пользуясь которой можно выделить четыре
типологические модели личности: а) интровертированный — стабильный, б)
интровертированный — нестабильный, в) экстравертированный — стабильный,
г) экстравертированный — нестабильный.

‘ Так, ведущими свойствами экстравертированной нестабильной личности
являются: эмоциональная неустойчивость, склонность к конфликтам,
агрессивным формам реагирования. Напротив, интровертированный
нестабильный тип выделяется своей избыточной стеснительностью,
замкнутостью, неуверенностью в своих действиях и поступках.

Понятие личности успешно разрабатывалось также и в России.
Первоначальное развитие взглядов на природу личности на рубеже конца XIX
— начала XX вв. происходило в рамках философии, социологии,
психофизиологии, физиологии высшей нервной деятельности. Существенный
вклад в этот процесс внесли П.К. Анохин, В.М. Бехтерев, А.Ф. Лазурский,
П.Ф. Лесгафт, И.П. Павлов, И.М. Сеченов, А.А. Ухтомский и другие ученые.

Понятие «личностного» тогда нередко выступало в таких категориях, как
«целостность», «гармоничность», «свобода», «сознание», «душа», «воля». В
этот период стали формироваться психологические концепции личности,
сочетающие философские и конкретно-психологические взгляды на человека.

В 1915 г. А.Ф. Лазурским (1874—1917) была предложена первая в России
классификация личности. Он полагал, что такая классификация должна быть
не только психологической, но и психосоциальной в широком смысле. В
основу своей классификации ученый положил принцип активного
приспособления личности к окружающей социальной среде в зависимости от
«степени одаренности» индивида, под которой понимал «прирожденный запас
физических и духовных сил» человека, «запас его нервно-психической
энергии», его психической активности1

«В то время как бедно одаренные индивидуумы, — писал Лазурский, — обычно
всецело подчиняются влияниям среды, ограничиваясь в лучшем случае чисто
пассивным приспособлением к ее условиям и требованиям, натуры богато
одаренные стремятся, наоборот, активно воздействовать на окружающую их
жизнь, приспособляя и переделывая ее сообразно своим запросам и
стремлениям»2, т.е. он полагал, что личности различаются по преобладанию
в их структуре внешних либо внутренних источников развития или, как он
их называл, экзо- и эндоп-сихикой. Поэтому главным принципом, положенным
в основу созданной им классификации личностных типов на две большие
группы, было

1 Мы еще вернемся к этому очень важному принципу «активного
приспособления к окружающей среде» при рассмотрении понятия стресса, его
влияния на поведение человека, при изложении типологии личности
преступника и увидим, насколько плодотворными были взгляды русского
ученого.

2 Лазурский А.Ф. Классификация личностей // Избранные труды по
психологии. М, 1997. С. 8

52

деление людей по их проявлениям или отношениям, которые он назвал
эндопсихическими и экзопсихическими.

Идея отношения к среде в понимании личности была важным шагом вперед по
сравнению с прежним взглядом на личность как на совокупность только лишь
психических функций. По мнению Лазурского, эндоп-сихические отношения
личности выражают «как бы внутренний механизм человеческой личности».
Это так называемая им эндопсихика, включающая в себя темперамент,
характер, умственную одаренность человека, его способности к восприятию,
память, мышление, воображение, внимание, эмоционально-волевую
устойчивость, психомоторику и т.п.

Экзопсихические проявления личности по своему содержанию определяются
отношениями субъекта к окружающей его среде, происходящим вокруг него
явлениям, духовным благам, т.е. отражают систему отношений личности к
окружающему миру. Создавая свою классификацию личностных типов,
Лазурский в ее основу кладет степень выраженности, интенсивности
вышеупомянутых проявлений, относя человеческие личности на разные (от
высшего к низшему) уровни психического развития.

Отношения личности и окружающей среды, а следовательно, и отношения
между эндо- и экзопсихическими проявлениями на разных уровнях
неодинаковы. На низшем уровне психического развития личности влияние
внешней среды является преобладающим. «Подчиняя себе слабую,
разрозненную психику малоодаренного человека, — пишет А.Ф. Лазурский, —
среда накладывает на нее свой отпечаток, насильственно приспособляя ее к
своим запросам и требованиям… В результате личность часто не дает и
того немногого, что она могла бы дать при более самостоятельном и
независимом отношении к окружающему. Общая приспособленность ее к
окружающей среде оказывается настолько неполной и нестойкой, общий вес и
ценность ее в социальной жизни настолько незначительными, что
представителей низшего уровня можно в общем охарактеризовать как
недостаточно приспособленных».

В противоположность этому люди, находящиеся на среднем психическом
уровне, обладают гораздо большей способностью адаптироваться к
окружающей среде, найти в ней свое место и использовать ее в своих
целях. «Более сознательные, обладающие большей работоспособностью и
инициативой, они выбирают себе род занятий, соответствующий их
склонностям и задаткам, работают продуктивно и с интересом и в конце
концов, будучи полезными обществу, успевают в то же время обеспечить
себе не только материальное благосостояние, но и некоторый комфорт,
физический и духовный. Их можно назвать поэтому приспособившимися»1.

Кроме того, к третьему высшему личностному типу Лазурский относит людей
в еще большей степени талантливых, творческих, одаренных, которые не
только прекрасно приспосабливаются к окружающей среде, но и подчиняют ее
себе, видоизменяют «сообразно своим собственным влечениям и
потребностям»2.

‘ Лазурский А.Ф. Указ. соч. С. 18. Там же С 18.

53

На низшем уровне психического развития личности, в зависимости от
преобладания интеллектуальных, эмоциональных либо волевых процессов,
Лазурский выделяет следующие личностные типы:

рассудочные — склонные к бесплодному резонерству, обстоятельному
обсуждению поступков, мотивов их совершения, их последствий с
преобладанием формы над содержанием;

„ аффективные — подвижные, чувственные с преобладанием органических
влечений и потребностей, мечтатели;

активные — энергичные низшего порядка, характеризующиеся импульсивностью
и беспорядочностью своих действий, покорно-деятельные, упрямые,
аффективно-извращенные, активно-извращенные (насильники), жестокие.

В основе деления людей на среднем уровне психического развития лежит
доминирующее развитие психических процессов. Благодаря этому, по мнению
Лазурского, для данного типа лиц важнее не то, что они делают, а сам
процесс их деятельности, то, как они ею занимаются. К подобным
личностным типам он относит:

непрактичные — теоретики-идеалисты, ученые, люди творческого труда,
религиозные деятели и пр.;

практики-реалисты — общественные деятели, лица, стремящиеся к власти,
хозяйственники и т.п.

Наконец, высший уровень психического развития личности, при котором
полностью доминирует ее «экзопсихическая сторона», а эндопси-хика
составляет лишь естественную ее подоснову. Необходимым признаком
представителей данного высшего уровня является осознанная творческая
направленность их бытия.

Завершая свою типологию, Лазурский дает развернутую программу
эмпирических исследований характерологических особенностей личности,
которая оказала существенное влияние на последующие работы психологов,
посвященные характерологии. Серьезное влияние оказали исследования
Лазурского также и на учение о личности преступника, на создание
классификации преступных типов в трудах отечественных криминологов (СВ.
Познышев и др.).

Широко известна типологическая модель личности, в основу которой
положено учение И.П. Павлова (1849—1936) о соотношении свойств нервной
системы, которые уравновешивают состояние организма, психики во
взаимоотношениях с окружающей средой. Различные свойства нервной системы
человека влияют на особенности его условно-рефлекторной деятельности,
темперамента. Комбинации этих свойств с преобладанием процессов
возбуждения или торможения образуют четыре основных типа нервной
системы, лежащих в основе четырех традиционных типов темперамента
(сангвинический, флегматический, холерический и меланхолический). В
зависимости от типа темперамента стали говорить о личности сангвиника,
флегматика, холерика, меланхолика.

54

В настоящее время широкое распространение получила типология личностных
типов в зависимости от ведущих, наиболее ярко выраженных
(акцентуированных) свойств характера (К. Леонгард, А.Е. Личкои др.)1.

Различные личностные типы можно увидеть и при рассмотрении более частных
задач, связанных с исследованием личности в результате применения
психологом той или иной психодиагностической методики, позволяющей
выявить те или иные характерные особенности личности, например
направленность ее мотивации, уровень самооценки, притязаний и т.д.

Психологическая структура личности. Первым у нас в стране к разработке
структуры личности подошел С.Л. Рубинштейн (1889— 1960), который в 1940
г. писал о том, что «в психическом облике выделяются различные сферы или
области черт, характеризующие разные стороны личности»2. В последующем в
теорию личности свой вклад внесли известные советские психологи Б.Г.
Ананьев, А.Г. Ковалев, А.Н. Леонтьев, В.Н. Мясищев, К.К. Платонов и
другие. Несмотря на несколько различные подходы к этому вопросу, все они
подчеркивали решающее влияние на формирование личности, ее структуры
социальных факторов, ее связей с обществом, включенность субъекта в
межличностные, общественные отношения.

Как писал Б.Г. Ананьев (1907—1972), структура личности складывается
постепенно в процессе социального развития индивида, являясь
своеобразным продуктом этого развития. Структура личности, по его
мнению, включает наиболее общие и актуальные для жизнедеятельности и
поведения человека комплексы его органических свойств, многократно
опосредованные социальными условиями. Наиболее важный из этих комплексов
— интеллектуальный, служащий показателем умственного развития субъекта,
сформированности у него вербального и невербального
(абстрактно-логического) интеллекта, внимания, способности к обучению. В
реальном развитии человека его социальные функции, общественное
поведение, мотивация, подчеркивал он, всегда связаны с процессом
отражения им окружающего мира, познанием общества, других людей и самого
себя3.

Другой известный психолог А.Г. Ковалев полагал, что развитие структуры
личности идет от разрозненных свойств к сложным интегральным
образованиям: направленности, способностям, характеру4. К этим сложным
структурным элементам Ковалев относит и темперамент, который он называет
«структурой природных свойств». Все они, по его мнению, составляют
своеобразный духовный облик и характер человека.

Наибольший интерес для изучающих юридическую психологию может
представлять близкая к приведенным выше взглядам концепция

1 Более подробно вопросы, имеющие отношение к темпераменту, характеру,
рассматриваются в главе 6 учебника.

” Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. Т. II. С. 102.

5 Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды В 2 т. М., 1980. Т. I. С.
150—152.

4 Ковалев А.Г. Психология личности. Л., 1963. С. 38.

55

К.К. Платонова, названная им динамической структурой личности в виде ее
четырех составных компонентов или подструктур. Его концепция удобна в
практическом отношении при изучении личности преступника, различных
участников процесса, при составлении психологической характеристики лиц,
отбираемых в правоохранительные органы. Она проста и понятна для
юриста-практика и поэтому стоит на ней остановиться.

Итак, согласно данной концепции, структура личности включает в себя
следующие основные подструктуры1.

Подструктура направленности. Она представлена совокупностью наиболее
устойчивых и социально значимых качеств личности субъекта: его
мировоззрения, идейных убеждений, нравственных принципов, ценностных
ориентации, интересов, идеалов. Все эти качества социально обусловлены.
Они представляют собой преломление социального в сознании человека и
формируются главным образом в процессе воспитания.

Направленность личности тесно связана с правосознанием, особенно в той
части, которая определяет отношение субъекта к соблюдению норм права.
Изучение направленности личности индивида позволяет определить его
социальные воззрения, образ мыслей, уровень его нравственного развития,
ведущие мотивы, желания, нравственные чувства. Знание направленности
личности позволяет во многом прогнозировать поступки и поведение
человека.

Подструктура опыта. Данная подструктура включает в себя знания, навыки,
умения, привычки. Она также в значительной мере формируется под
воздействием социальных факторов, хотя и не без влияния некоторых
биологически обусловленных свойств: способности к быстрому запоминанию,
определенных физических данных, лежащих в основе образования
двигательных навыков, и т.п. Через данную структуру личность наиболее
отчетливо проявляется в своем развитии, в выборе ведущих форм
деятельности, в достижении определенных результатов. Обычно эту
подструктуру называют индивидуальной культурой (или подготовленностью),
формирующейся в процессе обучения.

Успешность овладения знаниями и умениями во многом определяется
способностями человека. Большую роль в приобретении знаний, опыта играют
направленность личности, мотивация.

Подструктура психических форм отражения. Она объединяет индивидуальные
особенности психических процессов (психических функций): ощущений,
восприятия, памяти, мышления. И хотя указанные процессы развиваются в
ходе овладения человеком знаниями и навыками, тем не менее они в
значительной мере обусловлены биологическими, наследственными факторами.
Сюда же относятся и такие формы отражения, как эмоции, чувства, которые
проявляются в психических состояниях, переживаемых человеком в процессе
какой-либо деятельности.

Платонов К.К. Структура и формирование личности. М., 1986

56

Психические познавательные процессы: восприятие, память, внимание,
мышление и другие формы отражения действительности вместе с
приобретенными человеком знаниями и опытом во многом определяют такое
сложное интегративное образование личности, как интеллект, положительно
коррелирующий с умственным развитием.

Подструктура темперамента и других биологически обусловленных свойств.
Они определяются половыми, возрастными,
конституционально-биохимическими, наследственно обусловленными
признаками, особенностями нервной системы индивида и зависят от
физиологических, нейродинамических, морфологических особенностей мозга.

Различные черты и свойства личности, входящие во все названные
подструктуры, образуют две наиболее общие подструктуры: характер и
способности, понимаемые как общие интегративные качества личности,
которые более подробно рассматриваются в последующих главах учебника.

Все эти вышеперечисленные подструктуры тесно связаны между собой и
проявляются в виде единого целого, выражающего такое сложное
интегративное понятие, как личность.

Теперь после того как мы раскрыли содержание личности, ее основные
структурные компоненты, необходимо показать, каким образом, с помощью
каких методов проводится измерение, оценка личностных качеств и в целом
— личности субъекта при решении задач, возникающих в процессе
профессиональной деятельности юриста.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Что такое личность?

2. Основные научные подходы к изучению личности человека

3. Раскройте правовое значение понятия личности.

4. В чем состоит процесс развития и формирования личности человека?

5. По каким критериям оценивается уровень сформированности личности?

6. Что представляют собой черта, фактор, тип личности?

7. Раскройте психологическую структуру личности.

Глава 3

МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ЛИЧНОСТИ В ЮРИДИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Методы изучения личности, применяемые юристами в правоохранительной
деятельности Методы психологической диагностики, требования,
предъявляемые к ним Классификация наиболее распространенных
психологических методов, используемых психологами в правоохранительной
деятельности, возможности этих методов

§ 1. Методы изучения личности в профессиональной деятельности юриста

Выбор методов изучения личности субъектов различных правоотношений в
профессиональной деятельности юриста, как и адекватность самих методов,
во многом зависят от целей, которые стоят перед ним, от характера
вопросов, требующих разрешения Некоторыми методами юристы пользуются
самостоятельно без какой-либо посторонней помощи, другие же могут
применяться только лишь специалистами в области психологии, как это,
например, бывает при проведении судебно-пси-хологическои экспертизы, в
ходе профессионального психологического отбора лиц на службу в
правоохранительные органы, а также абитуриентов в некоторые юридические
учебные заведения

Остановимся на группе методов, которыми широко пользуются не только
психологи в своих исследованиях, но и сами юристы в своей практической
деятельности в процессе расследования преступлении, в ходе рассмотрения
уголовных дел, гражданско-правовых споров в суде

Беседа. Основное назначение беседы состоит в том, чтобы в процессе
общения с субъектом получить необходимую информацию о нем и других лицах
В ходе беседы составляется мнение об индивидуальном развитии человека,
его интеллекте, психическом состоянии, о его отношении к тем или иным
событиям, людям И хотя с помощью беседы далеко не всегда удается
получить исчерпывающую информацию, тем не менее она помогает лучше
узнать субъекта, определить по отношению к нему наиболее правильную
тактическую линию поведения

Во время беседы юристу следует произвести благоприятное впечатление на
своего партнера по общению, пробудить у него интерес к обсуждаемым
вопросам, желание отвечать на них и участвовать в диалоге Кроме того,
беседа помогает юристу продемонстрировать свои положительные качества,
стремление объективно разобраться в тех или иных явлениях Поэтому она
является важным инструментом налаживания и поддержания психологического
контакта с лицами, которых предстоит допрашивать

Вопросы, относящиеся непосредственно к личности того, с кем про водится
беседа, не следует задавать в самом ее начале Лучше, если они

58

возникнут естественно как следствие разговора на более нейтральные по
своему содержанию темы

Наблюдение. В психологии различают прямое и косвенное наблюдение По
характеру контактов с изучаемыми объектами наблюдение подразделяется на
непосредственное и опосредованное, по характеру взаимодействия —
включенное и невключенное (со стороны) наблюдение

Метод наблюдения широко используется и в юридической практике в
познавательных целях, например следователем в ходе проведения
следственных действий Так, во время осмотра места происшествия, обыска,
допроса, следственного эксперимента, предъявления для опо знания
следователь имеет возможность целенаправленно наблюдать за поведением
интересующих его лиц, их эмоциональными реакциями и в зависимости от
этого менять тактику своего поведения

Наряду с этим следователь использует информацию и от опосредованного
наблюдения Сопоставление результатов непосредственного и опосредованного
наблюдения за поведением тех или иных лиц в различных условиях позволяет
получить дополнительную информацию

В ходе наблюдения юрист может столкнуться и с наиболее распространенными
ошибками (так называемый гала-эффект, или эффект ореола), приводящими к
преувеличению или преуменьшению выраженности наблюдаемых им фактов, с
«ошибками усреднения», с ошибками, возникающими в результате логически
некорректных умозаключений, под воздействием профессиональной
деформации, эффекта группового, внушающего давления

В целях повышения достоверности наблюдения, нейтрализации ошибочных
суждении необходимо строже относиться к своим выводам, объективно
фиксировать полученные конкретные результаты, не поддаваясь искушению
судить о сложных явлениях на основании первых, порой поверхностных
впечатлениях1

Метод самонаблюдения (интроспекции). Данный метод возник на рубеже
XIX—XX вв Он состоит в том, что исследователь одновременно является и
испытуемым, наблюдающим за собой, и лицом, фиксирующим все, что с ним
происходит во время эксперимента В практической деятельности юриста
самонаблюдение носит вспомогательный характер

Самонаблюдение может использоваться юристом как метод самопознания,
позволяющий ему выявлять свои характерологические особенности, свойства
личности с тем, чтобы лучше контролировать собственное поведение,
вовремя нейтрализовывать у себя, например, проявление ненужных
эмоциональных реакций, вспышек раздражительности в экстремальных
условиях, обусловленных нервно-психическими перегрузками

Экспериментальный метод. Эксперимент является одним из распространенных
методов изучения личности Например, следователь в соответствии со ст
183 УПК РСФСР вправе производить следствен-

1 Подробнее см Петровский А В Введение в психологию С 88—96

59

ный эксперимент. В некоторых случаях целью такого эксперимента является
получение данных о способности лица воспринимать то или иное явление,
какой-либо предмет в определенных условиях. В результате этого
следственным путем удается получить информацию психологического
содержания о качественной стороне процессов восприятия у свидетеля, а
также и по некоторым другим вопросам.

Широко используется экспериментальный метод при проведении
судебно-психологической экспертизы в целях исследования психических
процессов испытуемого: восприятия, памяти, мышления, внимания. С помощью
специально разработанных экспериментально-психологических методик
(тестов) исследуются количественные и качественные характеристики
психических процессов.

«Биографический» метод. Основное назначение данного метода состоит в
сборе сведений о фактах и событиях, имеющих социально-психологическое
значение в жизни человека, с момента его рождения и до того периода,
который интересует следователя, суд. В ходе допросов свидетелей, хорошо
знающих данного субъекта, во время бесед с ним выясняются сведения о его
родителях, социальной среде, в которой он рос и воспитывался, его
взаимоотношениях с окружающими, о его учебе, работе, интересах,
склонностях, перенесенных заболеваниях, травмах, характере. В
необходимых случаях изучаются различные медицинские документы,
характеристики из школы, с места работы, личное дело, письма, дневники и
т.д.

Метод обобщения независимых характеристик. Перечисленные выше методы
существенно дополняются методом обобщения независимых характеристик.
Данный метод позволяет увидеть личность во всех ее проявлениях,
оценивать человека объективно, с разных сторон, исключив субъективное к
нему отношение. Так, например, чтобы наиболее полно охарактеризовать
субъекта, совершившего преступление, бывает недостаточно одной лишь
характеристики с его последнего места работы. Существенно дополнят
представление о нем характеристики с других мест, где он учился или
работал, мнение о нем его родных, знакомых. И хотя в каждой из этих
характеристик могут содержаться элементы одностороннего подхода к оценке
его личности, в целом же, поскольку все эти сведения независимы друг от
друга, они позволяют составить о виновном объективное мнение.

Анализ результатов деятельности. Данный методв совокупности с другими
особенно широко применяется при изучении личности разыскиваемых
преступников. Например, по результатам преступной деятельности судят не
только о степени общественной опасности содеянного, но и об определенных
характерологических особенностях личности, интеллекте, психическом
состоянии, в котором мог находиться обвиняемый в момент совершения
преступления, о мотивах преступления.

В последние годы в качестве разновидности данного метода стал
применяться метод составления психологического портрета преступника, с
помощью которого составляется психолого-криминалистическая
характеристика разыскиваемого преступника, включающая в

60

себя не только его психологические, но и поведенческие и даже чисто
внешние, физические признаки.

Весьма эффективным методом изучения личности является
судеб-но-психологическая экспертиза, которой специально посвящена глава
7 учебника.

§ 2. Краткое введение в область психологической диагностики

Термин «психологическая диагностика» (психодиагностика) означает
постановку психологического диагноза относительно психических
особенностей, свойств, состояний человека специалистом-психологом с
использованием различных психологических, тестовых методик (тестов).
Применение методов психодиагностики требует от специалиста
психологического образования и соответствующей подготовки. Использование
психологических тестовых методик непрофессионалами (даже с компьютерным
обеспечением обработки результатов тестирования) может привести к
печальным последствиям, проще говоря, к дискредитации самой идеи
тестирования1.

В таком случае возникает вопрос, насколько нужны юристу знания о методах
психологической диагностики, процедуре тестирования, о самих тестах?
Данный вопрос стал приобретать практическое значение с возрождением в
конце 60-х гг в нашем уголовном процессе судебно-психологической
экспертизы. В этой связи можно однозначно ответить, что такие знания
юристу, безусловно, нужны в таком объеме, который позволял бы ему
профессионально грамотно ставить вопросы перед экспертом-психологом при
разрешении правовых вопросов, насыщенных психологическим содержанием, а
также оценивать заключения судебно-психологической экспертизы по
уголовным и гражданским делам.

Предыстория психодиагностики, тестирования, уходит далеко в глубь веков.
Известно, что еще в Древнем Вавилоне в середине III тысячелетия до н э.
проводились испытания интеллектуального характера лиц, отбираемых на
государственную службу в качестве писцов. Подобного рода испытания
устраивались и в Древнем Египте для тех, из кого готовили жрецов. Помимо
оценки внешних данных кандидатов, их интеллекта оценивались такие
качества, как умение слушать и молчать, вести беседу, эмоциональная
устойчивость в условиях воздействия на них огня, угрозы смерти, страха.

В Древней Греции активным сторонником отбора в созданную им школу был
известный ученый, математик Пифагор (VI в до н.э.), который для оценки
интеллектуальных способностей молодых людей, отбираемых в эту школу,
использовал математические задачи. В Древнем Китае еще за 2200 лет до
н.э. также существовала довольно развитая система проверки способностей
кандидатов, отбиравшихся на должнос-

1 Психологическая диагностика проблемы и исследования / Под ред К.М
Гуреви-ча М, 1981 С. 3.

61

ти правительственных чиновников. Аналогичные факты известны из истории
Древней Индии, средневекового Вьетнама’.

Подлинно научная разработка методов исследований в психологии началась в
первой четверти XIX в. с использования измерительных приемов немецким
физиком и психологом Г.Т. Фехнером (1801 —1887) при изучении им ощущений
человеком света, цвета, звука, запаха. Задавая внешние стимулы, ученый
стал определять разностные пороги ощущений, взяв за эталон измерения
едва заметные в них различия. Благодаря такому подходу Фехнеру удалось
квантифицировать психические явления, которые он исследовал.
Квантифицированному ряду значений, характеризующему исследуемый процесс,
он поставил определенный ряд чисел. Этот числовой (символический) ряд
позволил ему рассматривать в абстрагированном виде степень выраженности
проявлений изучаемого процесса. Такой числовой ряд получил название
«шкала». С тех пор принцип шкалирования положен в основу многих тестовых
методик, с помощью которых исследуются различные психические процессы,
качества, свойства личности2.

Дальнейшее развитие психодиагностики связано с именем выдающегося
немецкого психолога В. Вундта (1832—1920), создавшего в 1879 г. первую в
мире экспериментальную психологическую лабораторию, в которой стали
изучаться закономерности ощущений, время реакции человека на различные
раздражители, ассоциативные связи, внимание.

К началу XX в. одной из актуальных задач становится изучение
способностей людей и исследование в связи с этим их индивидуальных
различий. Работа в данном направлении была начата известным английским
ученым Ф. Гальтоном (1822—1911), который явился инициатором
использования методов статистики в психологии. Занимаясь изучением
наследственности, он в 1884—1885 гг. стал проводить измерения
физиологических возможностей организма людей, находившихся в близком
родстве, их сенсомоторных функций, психических свойств по семнадцати
показателям, применив методы математической статистики при анализе
выявляемых им индивидуальных различий. При этом он полагал, что с
помощью тестов сенсорного различения можно получить данные об
интеллектуальном развитии человека, его одаренности. Как писал Гальтон,
«информация о внешних событиях поступает к нам только от наших органов
чувств, и чем лучше эти органы улавливают различия, тем обширнее поле,
на котором могут действовать наши интеллект и рассудок»3. Заслуга
ученого состояла в том, что он первым применил оценочные шкалы,
анкетирование и технику свободных ассоциаций, предложив использовать в
психологии метод корреляций.

1 Подробнее см.: Общая психодиагностика. Основы психодиагностики,
немедицинской психотерапии и психологического консультирования / Под
ред. А.А. Бодалева, В.В. Столина. М., 1987. С. 25.

2 Петровский А.В. Введение в психологию. С. 101; см. также: Немое Р.С.
Психология: Учебник. Кн. 3. Экспериментальная педагогическая психология
и психодиагностика. М., 1995. С. 73—83.

3 Цит. по: Анастази А. Психологическое тестирование. М , 1982. Кн. 1.
С. 21.

Существенный вклад в создание системы психологического тестирования внес
американский ученый, зачинатель тестирования Дж. М. Кеттелл (1860—1944),
впервые употребивший в научной литературе термин «умственный тест». Им
была создана серия тестов, измерявших уровень интеллектуального развития
человека, его психомоторики, сенсорных функций. С помощью его тестов
стали измерять мышечную силу, скорость движения, объем внимания, память
и некоторые другие психофизиологические функции. Измерением памяти у
школьников, их умственных способностей занимался также немецкий психолог
Г. Эббингауз (1850—1909).

Дальнейшее развитие психологического тестирования связано с именами
таких известных ученых, как немецкий психолог Э. Крепелин, создавший
тесты в виде простейших арифметических операций, предназначенных для
измерения памяти, утомляемости, отвлекаемости (1895), французский
психолог А. Бине (1857—1911), продолживший исследования интеллекта,
умственного развития детей, и другие ученые.

С началом второй мировой войны в США в связи с массовым призывом в армию
новобранцев возникла необходимость оценивать их пригодность к службе в
различных родах войск по уровню интеллекта. Для этих целей были
разработаны тесты, пригодные для группового тестирования призывников.
Так появились известные армейские «Альфа»- и «Бета»-тесты. Наряду с
тестами интеллекта стали разрабатываться тесты достижений, различного
рода тесты-опросники. Среди них наибольшую известность приобретают
личностный опросник Г. Айзенка, 16-факторный личностный опросник Р.Б.
Кеттелла, Миннесотский многофакторный личностный опросник Дж. Маккинли и
С. Хатуэя (MMPI), которые в последующем были адаптированы к нашим
социально-культурным условиям и стали успешно применяться не только при
проведении судебно-психологической экспертизы, но и при приеме на работу
в правоохранительные органы.

Интересные работы в области психологической диагностики проводились и в
России. В 1910 г. Г.И. Россолимо (1860—1928), оценивая психические
процессы и свойства личности, разработал методику количественной их
оценки, а также создал графическую систему измерений психологического
профиля индивида. В 1928 г. А.П. Болтунов предложил измерительную шкалу
для исследования умственного развития школьников. Известны имена и
других выдающихся отечественных ученых: И.Н. Шпильрейна (1891 —1937),
разрабатывавшего проблемы диагностики профессиональной пригодности, Н.А.
Бернштейна (1896— 1966), исследовавшего психомоторику человека, С.Г.
Геллерштейна (1896—1967), изучавшего закономерности сенсомоторных
реакций и др. Однако в 30-е гг. из-за непонимания серьезности
психологического обследования с применением различных тестовых методик
исследования в этой области в нашей стране были прекращены, а ученые, их
проводившие, подверглись репрессиям. •

Термин тест на русский язык переводится как «испытание», «проверка»,
«критерий». В психологии в качестве тестов применяются стан-

62

63

дартизированные психодиагностические методики, с помощью которых удается
получать сопоставимые количественные и качественные характеристики
степени выраженности тех или иных изучаемых свойств личности. С
использованием тестов измеряются различия психологического характера
между людьми или между отдельными реакциями у какого-то одного индивида
в разных условиях.

Разработка и использование любых тестов должны отвечать следующим
основным требованиям:

надежности, исключающей промахи в виде грубых нарушений процедуры
измерения, а также различного рода случайные или систематические ошибки
сбора данных и их измерения;

валидности (или адекватности), т.е., в какой мере тест измеряет то
психическое качество, для оценки которого он предназначен;

стандартизации, представляющей линейное или нелинейное преобразование
тестовых оценок, смысл которого состоит в замене исходных оценок новыми,
производными, облегчающими понимание результатов тестирования;

практичности в виде достаточной простоты, экономичности, эффективности
использования и практической ценности для множества различных ситуаций
(испытуемых) и видов деятельности.

Применение тестов специалистами предполагает соблюдение ими целого ряда
процедурных требований, о чем должен знать юрист, оценивающий результаты
тестирования, изложенные в акте судебно-психологической экспертизы.
Тестирование должно проводиться в благоприятных для испытуемого условиях
с точки зрения времени, обстановки обследования, его самочувствия,
отношения к нему психолога, профессионально грамотно ставящего перед ним
задачи и проводящего обследование.

Отступления от этих обязательных требований могут свидетельствовать о
недостаточной научной компетентности специалиста-психолога и негативно
повлиять на оценку его заключения судом.

§ 3. Классификация психологических методов (тестов) исследования
личности

В настоящее время известно большое число разнообразных тестовых методик,
рассматривать которые в учебнике по юридической психологии
нецелесообразно. Тем более что в судебной практике абсолютное
большинство из них не применяется. Однако юристу важно иметь общее
представление о тех тестах, которые чаще других используются психологами
при проведении судебно-психологической экспертизы, при профессиональном
отборе на службу в правоохранительные органы. Юристу необходимо понимать
сам подход, выбираемый психологом при обследовании той или иной
личности, принципы отбора психодиагностических методик применительно к
той задаче, которую ему предстоит решать по заданию юриста.

Условно существующие тесты и прежде всего те из них, которыми пользуются
специалисты (эксперты) психологи в сфере правоохранительной
деятельности, условно можно разбить на четыре большие группы.

Первая группа — психофизиологические методы диагностики функциональных
состояний индивида. С их помощью исследуются разнообразные показатели
работы центральной, вегетативной нервной системы человека-оператора. К
ним относятся электрофизиологические показатели: электроэнцефалограмма,
электромиограмма, кожно-гальваническая реакция, электрокардиограмма. В
эту же группу можно также включить методики, фиксирующие биохимические
изменения в организме при различных экстремальных состояниях психики.
Например, в качестве информативных признаков при диагностике стресса
выявляют повышенное содержание в крови и моче так называемых гормонов
стресса — адреналина и норадреналина. Поскольку для измерения всех этих
характеристик функциональных состояний, влияющих на психику человека,
необходима специальная аппаратура, тестовые методики данной группы
иногда называют аппаратурными методами исследования ‘.

Указанные психофизиологические методы чаще применяются при проведении
судебно-психологической экспертизы по уголовным делам о нарушениях
правил эксплуатации каких-либо сложных технических устройств,
транспортных средств и т.п., когда решается вопрос о том, соответствовал
ли по своим психофизиологическим качествам управлявший ими оператор
экстремальным условиям деятельности или нервно-психическим перегрузкам,
т.е., в конечном итоге, когда стоит вопрос о виновном либо невиновном
причинении вреда (см. ст. 28 УК РФ). Поэтому, подбирая
эксперта-психолога для проведения судебно-психологической экспертизы по
делам данной категории, необходимо предварительно выяснить, владеет ли
он аппаратурными методами исследования функциональных состояний
человека.

Вторая группа — интеллектуальные психологические тесты, с помощью
которых исследуется интеллектуальный уровень развития человека. К этой
же группе можно отнести методики, позволяющие оценивать сформированность
у испытуемого познавательных процессов: мышления, памяти, восприятия,
внимания, а также развитие речи, его отдельные навыки, умения,
способности.

Интеллект (буквальный перевод с латинского intellectus — разумение,
понимание, постижение) — относительно устойчивая структура умственных
способностей индивида, отождествляемая со стилем его мышления,
стратегией принимаемых решений в проблемных ситуаци-

Подробнее см.: Игнатов НА., Мишурин В.М. и др. Приборы и методики
психофизиологического обследования водителей автомобилей. М., 1978;
Волохов В.Ф., Власов “п. Психологическая экспертиза операторов с
некоторыми заболеваниями внутренних органов и нервной системы. М., 1979;
Основы инженерной психологии- Учебник для техн. вузов / Под ред. Б.Ф.
Ломова. М., 1986.

64

5 37

65

ях, требующих от субъекта нестандартного подхода, высокого уровня
познавательной активности1.

Исследование интеллекта, как уже отмечалось, связано с именем
французского психолога А. Бине, создавшего для этих целей тестовые
задачи различной степени трудности. Один из первых его тестов состоял из
30 таких задач, предназначенных для изучения рассудительности и
понятливости ребенка. Эти качества ученый считал главными составляющими
интеллекта. В последующем для оценки интеллекта им было введено понятие
умственного возраста.

Последняя редакция шкалы А. Бине (1911 г.) была доработана в США, где
испытуемых начали классифицировать по степени умственного развития,
используя в этих целях понятие intelligent quotient (IQ), переводимое
как коэффициент умственного развития, с помощью которого стали оценивать
отношение между умственным и хронологическим возрастами. Это отношение
(а не разницу между ними) назвали коэффициентом интеллекта, который
является постоянной величиной. В последующем результаты обследования
испытуемого стали сравнивать со средним результатом его возрастной
группы. Созданная методика стала инструментом измерения интеллектуальных
способностей, а также использовалась в качестве критерия валидности
новых интеллектуальных тестов. Этим в значительной степени объясняется
тот факт, что IQ стал представляться символом интеллекта2.

Среди различных тестовых методик, которые начали появляться и которые
стали использовать IQ, следует прежде всего назвать тест американского
клинического психолога Д. Векслера «Шкала Векслера для измерения
интеллекта взрослых» (WAIS). Тестовая батарея Векслера состоит из 11
различных заданий — субтестов, из которых первые шесть являются
вербальными. Приведем кратко для общего представления эти субтесты в
порядке их предъявления испытуемому по их названиям3.

«Общая осведомленность». Субтест включает 29 вопросов, ответы на которые
требуют самых разнообразных знании, дающих представление о способности
субъекта сохранять их в долговременной памяти, о приобщении его к
культуре, его общей образованности. Например: «При какой температуре
кипит вода?», «Кто написал «Фауст»?» и т.д.

«Понятливость». Ответы на 14 вопросов данного субтеста характеризуют
практическое мышление испытуемого, его жизненный и социальный опыт,
здравый смысл. Например: «Почему закон не разрешает вступление в брак до
определенного возраста?» Некоторые вопросы

1 Психология: Словарь / Под ред. А В. Петровского, М.Г. Ярошевского.
2-е изд. М.,

1990 С. 142

2 См.: Психологическая диагностика. Проблемы и исследования / Под ред.
К.М. Гу-

ревича. М., 1981. С. 52.

Содержание теста дается по следующим работам: Кабанов М.М., Личко А.Е.,
Смирнов В.М Методы психологической диагностики и коррекции в клинике.
М., 1983. С. 146—150; Практикум по психодиагностике, Конкретные
психодиагностические методики. М., 1989. С. 104—112.

требуют толкования пословиц. Ответы оцениваются в зависимости от полноты
и степени обобщения.

«Арифметика». 14 заданий данного субтеста представляют арифметические
задачи разной степени сложности, которые решаются устно в ограниченное
время, что требует от испытуемого концентрации внимания, оперативной
памяти,сообразительности.

«Сходства». Субтест состоит из 13 вопросов-заданий, выполняя которые
необходимо установить общность различных понятий, что требует от
испытуемого развитого вербального абстрактно-логического мышления,
определенного образовательного уровня.

«Повторение цифр». Задания на воспроизведение испытуемым возрастающих
рядов цифр сначала в прямой, а затем в обратной последовательности
позволяют оценивать его способность концентрировать внимание, объем его
кратковременной памяти.

«Словарь». Данный субтест содержит 40 слов разной степени трудности и
частоты употребления, например «зима, ремонт, регулировать, тирада» и
т.д. Он позволяет проверить понимание испытуемым содержания этих слов,
выявляет его словарный запас, культуру речи, особенности мышления.

«Кодирование». Данный субтест и последующие задания являются
невербальными. «Кодирование» (или «цифровые символы») состоит в том, что
испытуемому предлагается образец, в котором каждой цифре по порядку
соответствует определенный знак. После небольшой тренировки испытуемый
должен, пользуясь образцом, подставить знаки в пустые клетки под
цифрами, которые теперь уже даются в беспорядке. Субтест проверяет
сохранность визуальной перцепции, скорость формирования навыков,
зрительную память, обучаемость, быстроту реакций и моторную активность
испытуемого.

«Недостающие детали». Испытуемый должен заметить и указать отсутствующую
существенную деталь на предъявляемых ему рисунках. Субтест проверяет
перцептивные способности субъекта, его умение видеть существенное.

«Узор из кубиков». Задания субтеста побуждают испытуемого в ограниченное
время воспроизводить с помощью кубиков, стороны которых окрашены в
красный и белый цвета, геометрический узор, изображенный на листе
бумаги. С помощью данного субтеста проверяется конструктивное мышление,
аналитические способности испытуемого.

«Расположение картинок». Испытуемому предлагается набор картинок
расположить последовательно, следуя определенному сюжету. Субтест
позволяет установить особенности мышления, способность испытуемого
анализировать, понимать причинно-следственные связи, ориентироваться в
событиях.

«Складывание фигур». Испытуемый из отдельных фрагментов, частей должен
собрать фигуру того или иного предмета. Выполнение задания требует как
конструктивного, так и эвристического мышления.

После выполнения всех заданий проводится подсчет и оценка результатов,
которые поддаются как качественному, так и количественно-

66

67

il

му анализу. Тест позволяет оценить две важные стороны интеллекта:
вербальное, абстрактно-логическое и невербальное предметно-образное
мышление, дать суммарную оценку общего уровня интеллекта.

Другим хорошо известным тестом, позволяющим устанавливать коэффициент
интеллекта, является Шкала прогрессивных матриц Дж. Равена. Тест
разработан в Англии в 30—40-е гг. и получил широкое распространение
благодаря тому, что не зависит от образовательного, культурного уровня
испытуемых, их национальной принадлежности и т.п. Тест Равена
предназначен для исследования интеллекта субъекта, выявления его
способности логически мыслить, находить существенные связи между
предметами и явлениями, для определения уровня умственной
работоспособности.

Комплект методики, построенной на невербальном материале, состоит из 60
заданий — графических рисунков (матриц), разделенных на пять серий (от
«А» до «Е») по 12 заданий в каждой из них, и регистрационного бланка,
который заполняется обследуемым (рис. 3.1). Задания усложняются
последовательно от серии к серии. Матрица представляет собой графическое
изображение, в котором имеется пробел, и набор фигур — вставок, одна из
которых, если ее поместить в этот пробел, восстанавливает логическую
целостность изображения. При решении задачи обследуемый должен указать
на регистрационном бланке номер этой вставки.

©

©©

© ©

<ЗЕ>

Г) Г)

4

©)

Рис. 3.1. Образцы матриц теста Дж. Равена

При разработке теста был реализован принцип «прогрессивности»,
заключающийся в том, что выполнение предшествующих заданий является
своеобразной подготовкой обследуемого к выполнению последующих,
благодаря чему происходит обучение выполнению более трудных

заданий.

Результаты, полученные с помощью данной методики, зависят от способности
обследуемого логически мыслить, особенностей его вос-

68

приятия, пространственного воображения, умственной работоспособности,
умения концентрировать внимание, от сосредоточенности,
сообразительности. Низкие результаты по методике позволяют выявлять лиц
со сниженным интеллектом. С помощью ключа-шаблона подсчиты-вается число
правильных ответов в каждой серии и по тесту в целом. Полученный
результат (суммарный балл по методике) переводится в стандартные баллы
коэффициента интеллектуального развития (IQ).

Результаты применения данного теста на прокурорских работниках,
студентах и слушателях некоторых юридических вузов показали, что его
можно успешно использовать в батарее с другими тестами при отборе
кандидатов в правоохранительные органы, на должности руководящего
состава, а также абитуриентов в юридические вузы.

Третья группа включает личностные, так называемые анкетные тесты в виде
опросников, предназначенных для измерения и оценки
индивидуально-психологических особенностей личности путем получения от
испытуемого односложных ответов (типа верно — неверно или да — нет — не
уверен) на строго определенные вопросы-утверждения. Например: «я редко
беспокоюсь о своем здоровье», «я никогда не нарушал закона» («да, верно»
либо «нет, не верно»). В подобных случаях испытуемый лишен возможности
давать произвольные ответы. Поэтому подобного рода опросники (вопросы)
называются закрытыми. Выбор краткого ответа на какой-либо вопрос зависит
от степени выраженности того или иного свойства у испытуемого. Благодаря
этому лицо, подвергающееся тестированию, сообщает о себе такие сведения,
анализируя которые можно довольно точно определить свойства его
характера, некоторые способности, ведущие мотивы поведения,
направленность личности.

Среди данной группы методов исследования личности большое
распространение получили: Миннесотский многопрофильный личностный
опросник MMPI в виде двух адаптированных к нашей социокультурной среде
вариантов: СМИЛ (стандартизированный метод исследования личности Л.Н.
Собчик) и ММИЛ (методика многостороннего исследования личности Ф.Б.
Березина), 16-факторный личностный опросник Р.Б. Кэттелла (16-ФЛО),
опросник Г. Айзенка (EPI), патохарактероло-гический диагностический
опросник (ПДО) для подростков А.Е. Личко и некоторые другие1.

Названные методики отличаются своей надежностью, практичностью, высоким
уровнем достоверности. Поэтому их используют не

1 См.: Березин Ф.Б., Мирошников М.П., Соколова Е.Д. Методика
многостороннего исследования личности (структура, основы интерпретации,
некоторые области применения). М., 1994; Бурлачук Л.Ф , Морозов СМ.
Словарь-справочник по психологической диагностике. Киев, 1989; Кабанов
М.М., Личко А.Е., Смирнов В.М. Методы психологической диагностики и
коррекции в клинике. Л., 1983; Кулагин Б.В. Основы профессиональной
психодиагностики М., 1984; Мельников В.М., Ямпольский Л.Т. Введение в
экспериментальную психологию личности. М., 1985; Психологическая
диагностика. Проблемы и исследования / Под ред. К.М. Гуревича. М., 1981;
Собчик Л.Н. Стандартизированный многофакторный метод исследования
личности: Методическое руководство. М., 1990.

69

только при проведении судебно-психологической экспертизы, но и при
проведении профессионального психологического отбора в различных
правоохранительных ведомствах, в ряде юридических вузов страны при
приеме абитуриентов на учебу. Они хорошо зарекомендовали себя, дополняют
друг друга и нередко берутся в качестве базовых в одной батарее в
сочетании с другими тестами.

• Указанные тесты удобны еще и тем, что могут применяться в ходе
психологического обследования достаточно больших групп испытуемых,
например при приеме абитуриентов на учебу, а результаты их тестирования
быстро обрабатываться с помощью ЭВМ.

Ниже на примере использования двух из этих выше перечисленных тестов
(16-ФЛО и СМИЛ) покажем, как это делается психологами и, самое главное,
какую информацию из этого может получить юрист в своей профессиональной
деятельности.

16-факторный личностный опросник Р.Б. Кеттелла (16-ФЛО) предназначен для
диагностики широкого круга личностных характеристик обследуемых, их
психологических особенностей. С его помощью можно оценить уровень
интеллектуального развития, а также такие особенности личности, которые
могут привести к социально дезадап-тивному поведению, алкоголизации,
способствовать возникновению различного рода психических отклонений.

Методика Р.Б. Кеттелла предназначена для обследования психически
здоровых людей. Методика содержит 16 шкал — факторов, диагностирующих
личностные особенности обследуемых. Размерность показателей каждой шкалы
после обработки данных составляет от 1 до 10 баллов (стенов). Низкие
значения по шкалам методики соответствуют 3—4 стенам и ниже, высокая
выраженность диагностируемых факторами качеств эквивалентна значениям
7—8 стенов и выше. Каждый фактор теста биполярен и позволяет судить о
степени выраженности того или иного свойства личности.

Факторы методики позволяют получать представления о следующих личностных
особенностях.

Фактор А. Высокие значения по фактору (А+) свидетельствуют о легкости
общения обследуемого с людьми, гибкости, эмоциональной лабильности,
высокой социальной адаптивности, приспособляемости, добросердечности,
чуткости, доверчивости, беспечности, естественности и непринужденности
поведения, готовности к сотрудничеству, богатстве и яркости
эмоциональных проявлений. Лица с высокими показателями по фактору А
хорошо уживаются в коллективе, активны в установлении контактов, любят
работать с людьми.

Низкие значения по фактору (А-) означают замкнутость, эмоциональную
холодность, скрытность, неразговорчивость, подозрительность,
сдержанность, осторожность, слабость эмоциональных проявлений,
эгоистичность. Люди с такими качествами формальны в контактах с
окружающими, сторонятся их, не интересуются общественной жизнью, не идут
на компромиссы, стараются работать одни, предпочитают

«общаться» с книгами. В делах они точны, обязательны, но в поведении
недостаточно гибки.

Фактор В. Высокие значения по фактору (В+) свидетельствуют о развитом
интеллекте, способности обследуемого к логическому анализу, абстрактному
мышлению, его умении быстро усваивать новый материал, широких
интеллектуальных интересах.

Низкие значения фактора (В—) являются показателем того, что у
испытуемого невысокий уровень интеллектуального развития, снижены
умственные способности.

Фактор С. Высокие показатели фактора (С+) отражают эмоциональную
устойчивость, зрелость, умение управлять своими эмоциями, настроением,
постоянство интересов, уверенность в себе, реалистичность по отношению к
жизни, настойчивость и упорство в достижении целей. Высокие оценки по
фактору свойственны лицам, смело смотрящим в лицо фактам, постоянным в
своих планах и привязанностях, не поддающимся случайным колебаниям
настроения. На вещи такие люди смотрят серьезно и реалистично, хорошо
сознают требования действительности, не скрывают от себя собственных
недостатков, отличаются высоким уровнем социальной адаптации.

Низкие значения фактора (С-) диагностируют эмоциональную неустойчивость,
невротизм, ипохондричность, повышенную тревожность. Лица с (С-)
неспособны контролировать свои эмоции, в особенности проявлять их в
социально приемлемой форме, они переменчивы, неустойчивы в интересах и
склонностях, легко расстраиваются, стремятся уклониться от
ответственности, капризны, не доводят дело до конца. Чаще чувствуют себя
беспомощными, усталыми и неспособными справиться с жизненными
трудностями.

Фактор Е. Высокие значения фактора (Е+) демонстрируют выраженную
склонность к самостоятельности, доминированию, лидерству, властность,
независимость, смелость, самоуверенность. Люди с высокими значениями по
фактору Е действуют смело, энергично. Они игнорируют социальные
условности, живут по собственным законам, активно отстаивают свою
самостоятельность.

Низкие значения фактора (Е-) означают конформность, зависимость,
неуверенность в себе, робость, скромность, послушность, осторожность.
Лица с низкими факторными оценками не стремятся отстоять свою точку
зрения, следуют за более сильными, не верят в себя и в свои способности,
пассивны

Фактор F. Высокий балл по фактору (F+) свидетельствует об активности,
бодрости, беспечности, свободе поведения, жизнерадостности,
общительности, энергичности субъекта. Лица, имеющие высокие показатели
по данному фактору, обычно легко относятся к жизни, верят в удачу, не
заботятся о будущем. Как правило, это оптимисты.

Низкие значения фактора (F-) демонстрируют у испытуемых озабоченность,
скованность, сдержанность, беспокойство о будущем. Люди с низкими
значениями по данному фактору часто озабочены последствиями своих
поступков, постоянно ожидают всевозможных неудач

70

71

и несчастий Поэтому они, как правило, тщательно планируют свои действия.
Они апатичны и молчаливы, выглядят печальными, избегают общества,
пессимистичны.

Фактор G. Высокие значения фактора (G+) выявляют у обследованных лиц:
дисциплинированность, обязательность, стремление к соблюдению
нравственных норм и правил поведения в обществе, ответственное отношение
к делу, добросовестность. Такие люди точны и аккуратны в делах, любят
порядок, педантичны. Высокая добросовестность у них обычно сочетается с
хорошим самоконтролем.

Низкий балл по фактору (G-) отражает недобросовестность, небрежность,
легкомысленность, безответственность. Лица с низкими показателями по
данному фактору склонны к непостоянству, ленивы, эгоистичны, стараются
не следовать общественным требованиям, негативно относятся к соблюдению
моральных норм, способны на обман, могут вести себя нечестно.

Фактор Н. Высокий балл по фактору (Н+) свидетельствует о смелости,
общительности, отзывчивости, дружелюбии, импульсивности, беззаботности.
Лица с высокими оценками по данному фактору решительны, невосприимчивы к
угрозе. Они свободно вступают в контакты, не испытывают трудностей в
общении, не теряются в неожиданных ситуациях. Такие люди часто
становятся лидерами, особенно в случаях, когда деятельность группы
связана с риском. Они легко овладевают профессиями, где необходимо
хорошо ориентироваться в эмоционально напряженной обстановке.

Если испытуемый продемонстрировал низкий балл по фактору (Н-), это
говорит о его робости, застенчивости, сдержанности, чувствительности к
угрозе, боязливости Такие люди не уверены в своих силах, возможностях,
необоснованно терзаются чувством собственной неполноценности, сдержаны в
проявлении своих эмоций, не любят работать в коллективе, обычно
смущаются в присутствии лиц противоположного пола.

Фактор I. Высокие показатели фактора (1+) характеризуют испытуемого как
человека мягкого, сентиментального, эмоционального, чувствительного к
внешним воздействиям, нежного, обладающего утонченным вкусом, образным,
художественным восприятием мира, богатым воображением, романтическим
складом характера. Высокие оценки по фактору обычно имеют люди, склонные
к художественной деятельности: артисты, музыканты, писатели и т.д.

Низкие значения фактора (I—), напротив, свидетельствуют о практичности,
жесткости, независимости, несентиментальности субъекта, присущем ему
рациональном восприятии действительности. Такие лица, как правило,
подчиняют чувства рассудку, эмоционально устойчивы, к жизни подходят с
расчетом, не доверяют первым ощущениям и интуиции

Фактор L. Высокий балл показателя (L+) означает излишнюю
подозрительность, недоверчивость, раздражительность, завистливость,
тревожность. Лица с высокими оценками по фактору L относятся к людям с
предубеждением, настороженно, никому не доверяют, неоткро-

72

венны. В коллективе держатся обособленно, завидуют успехам других, не
терпят конкуренции, не поддаются влиянию других людей, не склонны
разделять групповые нормы и цели.

Низкие значения фактора (L-) говорят о доверчивости, бескорыстии,
покладистости, уступчивости испытуемого. Люди с низкими оценками по
фактору откровенны с окружающими, легко уживаются в коллективе, веселы,
независтливы, не стремятся к конкуренции, доминированию.

Фактор М. Испытуемые, получившие высокие оценки по фактору (М+),
характеризуются мечтательностью, склонностью к фантазированию,
непрактичностью, экстравагантностью, аутичностью, неуравновешенностью.
Подобные оценки присущи лицам с богатым воображением, ориентированным на
свои желания, не обращающим внимания на повседневные дела и обязанности,
интересующимся отвлеченными, абстрактными проблемами. Высокие оценки по
фактору обычно имеют представители творческих, художественных профессий.

Низкие оценки по фактору (М-) говорят о практичности, уравновешенности,
зрелости субъектов. Такие оценки свойственны людям здравомыслящим,
хорошо разбирающимся в житейских делах, трезво оценивающим происходящее,
надежным в практических вопросах.

Фактор N. Высокие оценки по фактору (N+) диагностируют выраженность
таких качеств субъекта, как проницательность, эмоциональная
сдержанность, расчетливость в поведении, способность оценивать мотивы
поведения других людей, хитрость. Лица с высокими оценками по фактору N
обычно ведут себя холодно и рационально, не поддаются эмоциональным
порывам. Прежде чем предпринять что-либо, точно и хладнокровно оценивают
возможные варианты, хитро и умело строят свои отношения, склонны к
интригам, скептичны.

Лица, получившие низкие баллы по фактору (N—), отличаются наивностью,
открытостью, прямотой, иногда доходящей до бестактности,
непосредственностью, естественностью поведения. Подобные люди не умеют
хитрить и ловчить, не вникают в мотивы поведения окружающих, ведут себя
просто, естественно, грубовато.

Фактор О. Высокие оценки по фактору (0+) свидетельствуют о переживаниях
субъектом чувства вины, печали, о его озабоченности, беспокойстве,
впечатлительности, напряженности, подверженности стрессу. Данный фактор
оценивает скорее настроение и состояние человека, нежели глубинные
свойства его личности. Так, высокий балл по фактору диагностирует
доминирующий тревожно-депрессивный фон настроения. Такие люди всегда
подавлены, тяготятся дурными предчувствиями, склонны к необоснованным
самоупрекам, недооценивают собственные возможности, плохо справляются с
жизненными неудачами, ипохондричны.

Лица с низкими оценками по фактору (О—) обычно уверены в себе,
демонстрируют спокойствие, безмятежность настроения, жизнерадостность,
бесстрашие, беззаботность, расслабленность. Низкие оценки ха-

73

рактерны для веселых, довольных жизнью людей, уверенных в собственном
успехе и в своих силах.

Фактор Qi. Высокие значения показателя (Qi+) говорят о гибкости мышления
испытуемого, радикализме его суждений и оценок. Лица с высокими оценками
по данному фактору имеют разнообразные интеллектуальные интересы, хорошо
информированы, ничего не принимают на веру, не склонны к
морализированию, недогматичны, легко воспринимают новые идеи, отличаются
критичностью мышления, никому не доверяют.

Низкие оценки по фактору (Qi~) выявляют ригидность установок,
консерватизм взглядов. Такие люди не любят перемен, являются
противниками нововведений. Они догматичны, склонны к нравоучениям и
наставлениям, следуют традициям и опыту авторитетов.

Фактор 0.2. Высокая оценка по фактору (0.2+) свидетельствует о том, что
испытуемый отличается самостоятельностью, самодостаточностью,
независимостью от группы. Лица с подобными оценками по собственной
инициативе не ищут контактов с окружающими, предпочитают все делать
самостоятельно, не нуждаются в поддержке и одобрении других людей,
готовы пожертвовать любыми удобствами, лишь бы сохранить свою
независимость.

Низкий балл по фактору (Q2~) характеризует зависимость от группы,
несамостоятельность субъекта. Лица, получившие низкие оценки,
ориентируются на групповое мнение, нуждаются в поддержке окружающих, в
совете, одобрении.

Фактор 0_з. Высокие значения фактора (0_з+) свидетельствуют о выраженном
самоконтроле, волевых качествах субъекта. Подобные оценки говорят об его
организованности, умении хорошо контролировать свои эмоции и поведение.
Такие люди хорошо осознают социальные требования, стараются их аккуратно
выполнять, заботятся о своей общественной репутации. Они действуют
планомерно и упорядоченно, упорно преодолевают препятствия, стремятся
довести начатое дело до конца.

Низкий балл (Qj-), напротив, диагностирует отсутствие должного
самоконтроля, спонтанность, импульсивность. Деятельность лиц, имеющих
низкие оценки по данному фактору, неупорядоченна, хаотична. Они часто
теряются, действуют бессистемно, не умеют организовать свое время,
руководствуются своими импульсивными побуждениями, а не групповыми
нормами, нередко игнорируя последние.

Фактор Q4. Высокий показатель (0.4+) означает, что у испытуемого
выражены следующие особенности: сильное внутреннее напряжение,
фрустрированность, возбужденность, раздражительность, эмоциональная
неустойчивость. Человек с высокой оценкой по фактору Qt беспокоен,
неусидчив, чувствует себя усталым, разбитым, но в то же время не может
оставаться без дела даже во время отдыха.

Противоположное значение фактора (Qi~) отражает низкое внутреннее
напряжение, расслабленность, апатичность, спокойствие, медлительность,
удовлетворенность, отсутствие сильных побуждений и

74

желаний у субъекта. Лица с низкими значениями по фактору чаще
безразличны к удачам и неудачам, невозмутимы, не стремятся к достижениям
и переменам, довольны существующим положением дел1.

Во время тестирования с помощью 16-ФЛО Кеттелла испытуемому выдается
регистрационный бланк и брошюра, содержащая 187 вопросов-утверждений. На
каждый вопрос может быть только один из трех предложенных вариантов
ответа, которые даны в брошюре (большинство из них: да — не уверен —
нет).

«На выходе» программа позволяет получить графический профиль личности
обследованного (в стенах) и текстовой материал с описанием характерных
личностных особенностей, расшифровывающих график2.

Стандартизированный метод исследования личности (СМИЛ). Методика
представляет собой модифицированный Л.Н. Собчик вариант разработанного
американскими психологами Дж. Маккинли и С. Хатуэ-ем теста ММР13.

Тест предназначен для количественной и качественной оценки структурных
компонентов личности, характерологических особенностей,
нервно-психической, эмоциональной устойчивости, особенностей мышления,
межличностного поведения, ведущих потребностей, мотивационной
направленности, компенсаторных возможностей обследуемого, его
психического состояния в момент тестирования. СМИЛ также позволяет
прогнозировать уровень социальной, профессиональной адаптации личности,
сформировать коррекционный подход к субъекту.

СМИЛ, как и 16-ФЛО Кеттелла, является многофакторным методом
исследования личности. В отличие от других вариантов адаптации теста
MMPI данная методика в большей степени ориентирована на изучение
психически здоровых лиц. Существенным отличием СМИЛ от 16-ФЛО является
наличие специальных показателей, выявляющих и количественно оценивающих
установку обследуемого представить себя в «лучшем свете», либо просто
уклониться от откровенных ответов.

СМИЛ состоит из трех оценочных шкал (L, F, К), позволяющих определить
степень надежности и достоверности полученных результатов, и десяти
базисных шкал, раскрывающих структуру личности обследуемого. Кроме того,
методика допускает использование более 200 дополнительных шкал.

1 Подробнее см.: Мельников В.М., Ямпольский J1.T. Введение в
экспериментальную психологию личности. М., 1985. С. 29—57.

Подробнее практические результаты использования 16-ФЛО приводятся в гл.
11 учебника

3 Собчик Л.Н. Стандартизированный многофакторный метод исследования
личности- Методическое руководство. М., 1990; Собчик Л Н., Лукьянова
Н.Ф. Изучение психологических особенностей летного состава
стандартизированным методом исследования личности. М., 1978; см. также:
Березин Ф Б , Мирошников М П., Соколова Е.Д. Методика многостороннего
исследования личности (структура, основы интерпретации, некоторые
области применения). М., 1994

75

Результаты тестирования с помощью СМИЛ представляются также в виде
графического профиля личности. Показатели шкал даются в стандартных
Т-баллах. Горизонтальная линия на графике, проходящая на уровне 50
Т-баллов, отражает усредненные данные. Подобным же образом на графике
проведены линии на уровне 30 Т — 70 Т-баллов, что соответствует условным
нижней и верней границам нормы1.

Шкала 1 (сверхконтроля) выявляет тенденцию к повышенному самоконтролю. С
помощью данной шкалы измеряется близость испытуемого к
астено-невротическому типу личности.

Значительное повышение профиля по данной шкале выявляет избыточный
контроль над собственными высказываниями, поведением, повышенную
осторожность. Крайняя степень выраженности такого самоконтроля иногда
выливается в постоянную сосредоточенность на своем здоровье. Для лице
высокими показателями по шкале 1 забота о нем нередко приобретает
сверхценный характер, в результате чего снижается их активность,
обедняются интересы. Такие люди становятся пассивными, безынициативными,
отличаются негибким, консервативным мышлением2.

Шкала 2 (депрессии) свидетельствует о том, насколько выражены у субъекта
пессимизм, неудовлетворенность собой, пониженный фон настроения. Высокие
значения шкалы наблюдаются у лиц чувствительных, застенчивых,
стеснительных, подверженных тревожному состоянию, частым колебаниям
настроения, сомневающихся, неуверенных в себе. Они отличаются
добросовестным отношением к делу, старательны, обязательны, но с трудом
принимают решения.

Шкала выявляет склонность субъекта к волнениям, его заниженную
самооценку, скептицизм, фиксированность на своих неудачах,
разочарованиях, пассивность позиции. Высокие показатели по шкале 2 могут
быть связаны с ситуацией резкого разочарования после пережитой неудачи
или в связи с заболеванием, нарушившим привычный ход жизни, личные
планы. В случае подъема показателей шкалы (65—70 Т и выше) выявляются:
склонность субъекта к острому переживанию неуспеха, обостренное чувство
вины, неуверенности в себе, состояние депрессии.

Умеренное повышение показателей шкалы с наступлением зрелого возраста
рассматривается как естественный «нажитой скептицизм» в противовес
незрелому, беспечному отношению к проблемам лиц молодого возраста, у
которых чаще встречаются низкие показатели шкалы 2 и высокие шкалы 9.

Шкала 3 (эмоциональной лабильности) выявляет склонность к быстрой смене
переживаний, яркость эмоциональных проявлений при отсутствии их
достаточной глубины, демонстративность поведения с тенденцией снискать
признание и положительную оценку у окружающих. Лица данного типа обычно
очень чувствительны к реакциям дру-

‘ Подробнее см. § 3 главы 11 учебника.

2 Здесь и далее интерпретация шкал дается в соответствии с методическим
руководством Л.Н. Собчик.

76

гих людей, легко вживаются в различные роли. Умеренное повышение
показателей шкалы в линейном профиле указывает на живость эмоций,
мягкость и теплоту в общении с окружающими, гибкое поведение в группе,
хорошую житейскую приспособляемость.

Высокие значения шкалы (выше 75 Т) свойственны лицам истеро-идного типа,
склонным проявлять повышенную нервозность, избыточно демонстративным,
драматизирующим события.

Шкала 4 (импульсивности) в пределах нормативного разброса показателей
характеризует испытуемого как активного субъекта, нацеленного на
достижение поставленных целей, уверенного в себе, стремящегося к
достижению успехов, с высоким уровнем притязаний, смелого, решительного,
самостоятельного, независимого.

С повышением показателей шкалы (70 Т и выше) активность субъекта может
сопровождаться сниженным самоконтролем, раскованностью, спонтанностью
поведения, характеризоваться высоким уровнем побуждений к достижению
целей с пренебрежением общепринятыми нормами поведения, отсутствием
щепетильности в вопросах морали, эгоцентричностью позиции, стремлением к
доминированию, эмоциональной незрелостью. В любом случае высокие
показатели шкалы 4 являются признаком плохой социальной адаптации с
выраженной напряженностью, неудовлетворенностью, доминированием в
поведении агрессивных реакций.

Таким образом, значительное повышение показателей шкалы 4 (70 Т и выше)
выявляет неконформность установок, эгоцентризм, сниженный самоконтроль,
агрессивность, легко ранимое честолюбие, стремление к завоеванию
авторитета любой ценой, неумение использовать накопленный опыт, что
особенно важно видеть, оценивая поступки испытуемого.

Шкала 5 (мужественности — женственности). Показатели данной шкалы
интерпретируются различным образом в зависимости от пола испытуемых.
Высокие показатели шкалы у мужчин выявляют определенную утонченность
натуры, эстетическую направленность, чувствительность,
впечатлительность, некоторую сентиментальность. Мужчины с высокими
значениями данной шкалы «хорошо ладят с людьми, способны точно
чувствовать оттенки межличностных отношений, правильно учитывать их в
своем поведении, умеют эффективно излагать свои мысли, потому легко
склоняют людей к своей точке зрения»1.

Низкие показатели шкалы 5 (50 Т и ниже) для мужчин свидетельствуют о
простоте в общении, грубоватой манере поведения, высказываний,
отсутствии чувствительности, определенной черствости характера.

У женщин высокие значения шкалы 5 выявляют такие черты, как
мужественность, решительность, стремление к самостоятельности,
отсутствие потребностей в глубокой дружеской привязанности, постоянстве.
Они наделены трезвым складом ума, самоуверенны, могут проявлять в
общении агрессивность, невыдержанность. Напротив, женщины,

Мельников В.М., Ямпольский Л.Т. Указ. соч. С. 91.

77

имеющие низкие показатели шкалы 5, отличатся мягким характером,
свойствами, традиционно приписываемыми лицам женского пола.

Шкала 6 (ригидности) при высоких значениях отражает склонность субъекта
к негибкой системе разрешения различных проблем с догматическим
упорством. Таких лиц отличает большой эгоцентризм, самодовольство,
чрезмерное самомнение. В интеллектуальной деятельности ригидность
проявляется в недостаточной подвижности, замедленном темпе мыслительных
процессов, сопровождаемых излишней детализацией, педантизмом суждений.
Высокие значения шкалы 6 (более 70 Т) у обследуемых свидетельствуют о
наличии у них повышенной подозрительности, необоснованной ревности,
соперничестве, догматической приверженности какой-либо идее, которая
руководит ими вопреки здравому смыслу, справедливому мнению окружающих.
Поведение таких лиц характеризуется неистовым упорством, конфликтностью,
готовностью к аффективным реакциям в ответ на любое возражение, реальное
или даже мнимое негативное действие по отношению к ним. «Кто не согласен
с ними, кто думает иначе, по-своему, тот или глупый человек, или враг»1.

Поскольку такие лица активно насаждают свои взгляды, несмотря на
справедливое критическое отношение к ним окружающих, у них нередко
складываются конфликтные отношения на работе, в семье. По своему
характеру они агрессивны, злопамятны, безжалостны, мстительны, и в силу
этого при высоких значениях шкалы 6 относятся к так называемому
паранойяльному типу личности, одержимому «сверхценными» идеями.

В норме при умеренном повышении шкалы 6 у таких лиц наблюдается
стремление преодолеть трудности с помощью продуманного плана, с
использованием накопленного опыта, с разумным упорством и
целенаправленностью. Они практичны, аккуратны в работе, упорны в
достижении поставленной цели, устойчивы к стрессу, стремятся к лидерству
и при развитом интеллекте могут проявить себя в качестве незаурядных
руководителей.

Шкала 7 (тревожности) диагностирует лиц с чертами тревожно-мнительного
характера. При высоких показателях шкалы 7 тревожность является
устойчивой чертой характера. Лица данного типа отличаются неуверенностью
в себе, определенной нерешительностью. Обычно ведущей у них является
тенденция к тщательной перепроверке своих поступков и проделанной
работы. Они весьма обязательны и ответственны за порученное дело,
ориентированы на мнение группы. У них развиты чувство долга,
приверженность к общепринятым нормам. В поступках таких людей часто
наблюдаются альтруистические побуждения, избыточно самокритичное
отношение к себе. Поэтому они гораздо труднее для самих себя, чем для
других.

В норме повышение шкалы 7 свидетельствует о некоторой неуверенности,
склонности к волнениям при стрессе (даже по не заслужива-

Мелъников В М., Ямпонъский Л Т. Указ. соч. С. 92.

78

ющим внимания причинам), о совестливом, чутком отношении к окружающим,
повышенном чувстве вины.

Низкие показатели шкалы указывают на отсутствие осторожности в
поступках, неосмотрительность, отсутствие щепетильности в вопросах чести
и совести, эгоцентризм, грубость, жестокость.

Шкала 8 (индивидуалистичности) выявляет выраженность индивидуального,
субъективного начала в поведении, оригинальность, парадоксальность
мышления, причудливость эмоционального реагирования.

В нормативном профиле личности шкала 8 в качестве ведущей при хорошем
интеллекте свидетельствует о творческой направленности, независимых
взглядах, суждениях человека.

Высокие показатели шкалы 8 (около 75 Т) свойственны людям, высказывающим
своеобразные суждения. Такие лица склонны к фантазированию, в большей
мере ориентированы на собственное видение явлений.

Дальнейшее возрастание показателей шкалы 8 (выше 75 Т) связано с
расплывчатостью, непродуктивностью мышления, сопровождаемого
выхолощенным резонерством, которым нередко маскируется интеллектуальная
несостоятельность. Все это может свидетельствовать о шизоидных чертах
характера и даже о возможном психическом расстройстве.

Низкие показатели шкалы 8 (ниже 50 Т ) встречаются у лиц, лишенных
фантазии, интуиции, мыслящих шаблонно, руководствующихся здравым
смыслом.

Шкала 9 (оптимистичности, активности). Высокие показатели шкалы отражают
оптимизм, жизнелюбие, активность, инициативность, энтузиазм, стремление
субъекта быть в центре внимания, разговорчивость, легковесное отношение
к различным проблемам, хвастливость, завышенную самооценку. При
показателях выше 70 Т шкала 9 свидетельствует о беззастенчивости,
ненадежности моральных установок личности, быстро вспыхивающем
недружелюбии к окружающим при малейшем ограничении ее потребностей.
Повышение профиля по шкале 9 усугубляет другие характеристики,
свойственные высоким показателям шкал 3, 4, 6, 8.

Низкие показатели шкалы 9 (45 Т и ниже), особенно при высоких значениях
шкал 2 и 7, связаны с пассивностью обследуемого, отсутствием у него
уверенности в себе.

0 (нулевая) шкала (интроверсии — экстраверсии) определяет степень
вовлеченности субъекта в социальную среду. Высокие показатели данной
шкалы выявляют интроверсию, большую обращенность испытуемого в мир
собственных переживаний, замкнутость, неразговорчивость, нежелание
вступать в межличностные контакты с людьми. Большие значения данной
шкалы могут также являться признаком внутренней дисгармоничности,
стремления скрыть от окружающих своеобразие своего характера,
неловкость, застенчивость. Если такие лица и создают впечатление
общительных, то это дается им ценой значительного напряжения.

Напротив, низкие показатели шкалы (40—45 Т) демонстрируют не только
общительность, но и отсутствие застенчивости, а при значениях

79

ниже 40 Т отражают избыточное дружелюбие, неразборчивость в
межличностных контактах.

Комплект теста СМИЛ, как и 16-ФЛО, состоит из брошюры-опросника,
содержащей 566 утверждений, и регистрационного бланка, разграфленного на
клетки в соответствии с числом этих утверждений. Каждое утверждение
предполагает дихотомическую систему ответов: да, верно — нет, не верно
(согласен — не согласен). Методика может также использоваться в
компьютерном варианте. Она употребляется при индивидуальном и групповом
обследовании.

Данная программа позволяет получить графический профиль личности
испытуемого, текстовой интерпретатор профиля, включающий описание
ведущих личностных особенностей, оценку достоверности результатов
тестирования, а также числовые значения дополнительных шкал в Т-баллах.

Общее правило оценки данных, получаемых с помощью СМИЛ, сводится прежде
всего к тому, чтобы профиль личности интерпретировался как единое целое
в совокупности показателей всех шкал. Полученные данные по каждой шкале
справедливы лишь в том случае, если остальные шкалы профиля, в том числе
и шкалы достоверности (L, F, К), подтверждают качество, выявляемое той
или иной шкалой.

В норме показатели по всем шкалам профиля близки к средней линии на
уровне 50—60 Т. Любое отклонение от средней линии выявляет степень
выраженности тех или иных характерологических особенностей. Нормальным
повышением считается результат в пределах 60—70 Т. Высоким является
показатель от 70 до 80 Т. Очень высоким, заслуживающим пристального
внимания, является показатель шкалы 80 Т и выше.

Любое значительное повышение профиля (выше 80 Т-баллов) требует
пристального внимания к личности обследуемого с возможным проведением
консультации невропатолога и других специалистов (психиатра,
медицинского психолога)’.

Четвертая группа — проективные (прожективные) тесты, в основе построения
которых лежит механизм проекции. В психологии проекция (буквальный
перевод с латинского projectio — бросание от себя) — это психический
процесс бессознательного перенесения, приписывания субъектом другим
людям своих собственных качеств, состояний, взглядов, идей, доминирующих
потребностей, мотивов, «значащих переживаний», «личностных смыслов».
Проекция может также выражаться в неправильных, ошибочных
умозаключениях, принимаемых решениях, обусловленных каким-то прежним,
ранее усвоенным, иногда негативным опытом. Эти психические явления в
виде стимулов, побуждений бывают настолько скрыты, что часто не
отражаются в сознании человека, хотя их влияние на его поведение
чрезвычайно велико. Поэтому, чтобы глубоко разобраться, почему человек
поступил так, а не иначе, нужно выявить эти проекции, а за ними и его
скрытые побуждения, импульсы, чувства, состояния

‘ Более подробно о применении СМИЛ см в главе 11 учебника

80

Этой цели служат различные проективные вербальные и невербальные
(рисуночные, цветовые) методы (тесты).

Как пишет Е.Т. Соколова, «проективные методики позволяют опосредованно,
моделируя некоторые жизненные ситуации и отношения, исследовать эти
личностные образования, выступающие прямо или в форме различных
личностных установок». Эти методики выявляют не просто какую-то одну
психическую функцию, а «своего рода модус личности в ее взаимоотношениях
с социальным окружением»1. Они характеризуются глобальным подходом к
оценке личности. Внимание психолога фокусируется на общей картине
личности как таковой, а не на измерении ее отдельных свойств, как это,
например, имеет место при применении анкетных тестов.

В практике проведения судебно-психологических экспертиз по уголовным
делам среди данной группы тестов наибольшее распространение получили:
тематический апперцептивный тест (ТАТ), методика изучения фрустрационных
реакций человека С. Розенцвейга, методика чернильных пятен Г. Роршаха,
цветовой тест Люшера и некоторые другие методики. Рассмотрим некоторые
из них.

Тематический апперцептивный тест (ТАТ). Данный тест является одним из
распространенных невербальных проективных методов исследования личности.

В психологии апперцепция — это свойство, закономерность восприятия,
проявляющееся в зависимости от прошлого опыта человека, его психической
жизни, индивидуально-психологических особенностей личности.

Впервые ТАТ был описан в 1935 г. американским психологом-клиницистом Г
Мерреем и применен для изучения фантазий. В настоящее время в
юридической практике тест применяется чаще всего, когда перед
экспертом-психологом ставится вопрос о том, какими
индивидуально-психологическими особенностями характеризуется личность
обвиняемого (подсудимого и т.д.), о его мотивационной сфере, ведущих
потребностях, побуждениях, толкнувших его на противоправный путь. С
помощью ТАТ выявляются причины расстройств процессов смысло-образования,
появления внутренних конфликтов, психосоматических заболеваний,
неврозов, психотических расстройств.

Материалы ТАТ включают в себя 30 стандартных таблиц с изображением на
них достаточно неопределенных картин с человеческими фигурами. Причем
чувства и действия этих персонажей выражены с различной степенью
ясности, что допускает большую свободу и разнообразие их интерпретаций.
На некоторых таблицах имеются сюжеты, специально рассчитанные на то,
чтобы вызывать у испытуемого фантазии депрессивного, суицидального либо,
напротив, агрессивного характера, выявлять сексуальные, семейные
конфликты и т.д.

Тестирование с помощью ТАТ проводится в два приема с небольшим
интервалом, но в один день. Сначала обследуемому лицу предъяв-

Соколова Е Т Проективные методы исследования личности М, 1980 С 9, 12.

81

6 37

ляются первые десять таблиц (все они пронумерованы). На втором сеансе
ему предъявляется еще десять таблиц, специально подобранных в
зависимости от пола и возраста. Такой дифференцированный подход
способствует наибольшей идентификации испытуемым себя в изображенных на
картинках персонажах, поскольку все они близки ему по половозрастным
признакам1.

При предъявлении таблиц испытуемому предлагается по каждой изображенной
на них картинке придумать рассказ, в котором нашло бы отражение то, что
думают и чувствуют ее персонажи, чего они хотят, к чему стремятся, что
привело их к тому, что изображено, и чем все это для них окончится. При
этом психолог побуждает испытуемого дать волю своей фантазии. Процедура
тестирования, ответы испытуемого, паузы, интонации, мимические и другие
реакции испытуемого фиксируются.

Наибольшую сложность ТАТ представляет для интерпретации рассказов
испытуемого. Поэтому психолог, проводящий тестирование, должен иметь о
нем необходимые сведения (семейное, социальное положение, возраст,
образование, профессия). Существуют различные принципы интерпретации,
концептуальные подходы к анализу результатов тестирования с помощью ТАТ,
которыми должен руководствоваться психолог (в учебнике по юридической
психологии нет необходимости их рассматривать). Однако в любом случае
юристу необходимо знать, что психолог, применяющий ТАТ, помимо знания
психологии в объеме полученного им высшего образования, должен еще иметь
и соответствующую подготовку, опыт работы с данным методом. Кроме того,
следует также иметь в виду, что данный тест целесообразно применять в
совокупности с другими методами, например из группы анкетных личностных
методик (16-ФЛО, MMPI и др.).

В качестве иллюстрации того, какую помощь может оказать ТАТ
эксперту-психологу, проводящему судебно-психологическую экспертизу по
уголовному делу, в конечном итоге — правоохранительным органам в
установлении истины, можно привести один пример из следственной
практики. Некто С. с целью избавиться от своей семьи и от
соответствующих алиментных обязательств совершил убийство жены, двоих
детей и родителей жены. Будучи изобличенным в этом убийстве, С. заявил,
что содеянному им преступлению предшествовала ночная ссора с женой, во
время которой та, якобы, обвиняла его в супружеской неверности,
оскорбляла словами, унижающими его мужское достоинство. Под воздействием
этих тяжких для него оскорблений, как пояснил С, он почувствовал
признаки аффективного возбуждения, схватил топор и нанес им смертельные
удары жене, затем ее спящим родителям и своим детям. Вот как объяснил
происшедшее виновный:

…в постели между мной и женой по поводу наших интимных отношений
возникла ссора, перешедшая во взаимные оскорбления. Под воздейст-

1 См.: Кабанов М.М. и др. Методы психологической диагностики и
коррекции в клинике. Л., 1983. С. 117.

82

вием ее оскорблений в свой адрес я вскочил с кровати в каком-то
непонятном состоянии. В этот момент у меня выключилось из памяти, что я
сделал, как схватил топор… Помню только, что стою с топором, а что-то
красное расползается вокруг головы Светланы. Я понял, что произошло
что-то ужасное… Я был как в тумане. Не отдавая отчета, но
руководствуясь возникшим страхом, я оказался в комнате тестя. Он не то
сидел, не то вставал с постели. Я сходу нанес ему удар топором куда-то в
область шеи. Сколько я нанес ему ударов, не помню. Работал как автомат.
В таком же диком состоянии я вошел в комнату, где лежала теща… и т.д.1

Для того чтобы разоблачить надуманные преступником объяснения,
досконально исследовать мотивационную сферу, характерологические
особенности его личности, установить подлинные мотивы убийства и
доказать его вину в полном объеме, по делу была проведена комплексная
судебная психолого-психиатрическая экспертиза. В ходе обследования
обвиняемого экспертом-психологом использовались разнообразные
психодиагностические тестовые методики, в том числе и тематический
апперцептивный тест. В этой связи уместно привести выдержки из
заключения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы из
материалов уголовного дела С.2.

«По проективной личностной методике ТАТ у испытуемого выступают
ориентированность на признание и успех, властолюбие, практицизм, высокий
уровень притязаний. Благоприятное развитие и исход получают темы,
связанные с работой, личными достижениями. В темах, связанных с
межличностными отношениями семейного характера и особенно отношениями с
противоположным полом, исход неопределенный или неблагоприятный,
…отчетливо выступают конфликты и трудности, эгоцентрическая позиция
испытуемого…»

Испытуемому были предъявлены таблицы (дается перечень предъявленных
таблиц и объяснения к ним С). Например:

«Таблица 13М (рис. 3.2). По мнению испытуемого, на ней изображен момент
нервного расстройства, ревности, нервного возбуждения. Мужчина совершил
преступление, насколько я понял, он задушил свою жену или любовницу. Ну,
теперь он осознал, что натворил, и переживает. Это видно по его
отчаянной позе, состоянию… у испытуемого звучат темы вины, раскаяния.
Однако депрессивный фон при этом у него не является по-настоящему
глубоким, т.е. эти темы вызываются легко и носят несколько внешний и
даже показной характер».

В качестве вывода по результатам применения ТАТ эксперты констатировали:
«Таким образом, личность испытуемого выступает как внутренне
дисгармоничная, с высокой тенденцией к самоутверждению, успеху,
властолюбивая, агрессивная, с высоким, но недостаточным внешним
социальным контролем, с зоной конфликтов в области межличностных
отношений, особенно с лицами противоположного пола. Его отношения с
людьми холодно

Здесь и далее материалы уголовного дела цитируются без внесения
каких-либо стилистических исправлений.

Авторами психологической части экспертизы являются: руководитель отдела
медицинской психологии Научно-исследовательского психоневрологического
института им. В.М. Бехтерева проф. И.М. Тонконогий, научный сотрудник
И.Н. Гильяшева.

83

рационалистичны и лишены внутренней свободы и непосредственности, стиль
их определяется жесткой авторитарностью и властностью».

Отмеченные в акте экспертизы особенности характера С. (замкнутость,
эмоциональная холодность, подозрительность, жесткая авторитарность при
внутренней эмоциональной нестабильности, неудовлетворенности с
тенденцией в сложных конфликтных ситуациях обвинять других, эгоцентризм
и эгоизм) во многом помогли суду понять психологические причины
совершенного им преступления, разобраться в его мотивационной сфере,
исключить всякие сомнения относительно состояния аффекта у подсудимого
при совершении убийства, что было особенно важно по данному делу.

Методика чернильных пятен Роршаха. Тест создан швейцарским психиатром Г.
Роршахом в 1921 г. для диагностического исследования личности в целом.
Он первым заметил связь между фантазиями и типом личности.

Материал данного проективного невербального теста состоит из десяти
стандартных таблиц, выполненных в виде двусторонних симметрично
расположенных пятен в серо-черных, черно-красных и пастель-

Рис 3 2 Таблица 1SM Тематического апперцептного теста

84

Рис. 3 3 Таблица III теста Г. Роршаха «Два человека»

ных тонах в результате складывания листа, на который попал краситель,
пополам. Предъявляя испытуемому таблицы с пятнами, психолог просит
рассказать его, что он видит, на что может быть похоже пятно.
Рассматривая пятно, испытуемый должен проинтерпретировать его
изображение как имеющее какое-то определенное содержание. На рис. 3.3
показана одна из таблиц теста Роршаха.

Экспериментируя, Г. Роршах выделил два основных типа испытуемых.
Оказалось, что одни из них более склонны воспринимать пятна в виде
образов людей, животных, предметов, находящихся как бы в движении (так
называемый «двигательный» тип восприятия); другие же испытуемые отмечают
цветовой аспект («цветовой» тип восприятия).

Тип восприятия или переживаний воспринимаемых образов, по Г. Роршаху,
помогает раскрыть особенности эмоциональной, познавательной,
интеллектуальной сферы, стиль межличностных отношений человека. Одни
характеризуются тем, что для них ведущими побуждениями являются их
внутренние стимулы, а не влияние окружающей среды. Напротив, у лиц,
относимых к противоположному типу, в качестве ведущих стимулов их
активности выступает внешняя среда.

Интерпретация результатов ответов испытуемого в ходе тестирования с
помощью теста Г. Роршаха является наиболее сложной процедурой, требующей
специальной подготовки психолога, опыта применения данного теста, знаний
психологического смысла основных детерминант теста.

Цветовой тест Люшера. Тест, разработанный швейцарским психологом М.
Люшером, относится также к классу проективных невербальных методик,
предназначенных в первую очередь для изучения неосознаваемых субъектом
тенденций, личностных особенностей, мотивации, которые проявляются в
работе испытуемого с предлагаемым ему слабо структурированным стимульным
материалом1. Данная методика, как и выше описанные проективные тесты,
исключает мотивационные искажения, влияние культурно-образовательных
факторов на поведение обследуемого во время тестирования.

При создании теста в его основу была положена теория восприятия цвета М.
Люшера, согласно которой существует тесная ассоциативная взаимосвязь
между цветовыми предпочтениями человека и его актуаль-

Собчик Л Н. Метод цветовых выборов. Модифицированный цветовой тест
Люше-а. Методическое руководство М , 1990

85

ным психическим состоянием, мотивационно-потребностной сферой,
некоторыми характерологическими, личностными особенностями.

Данный тест также широко применяется в ходе проведения
судеб-но-психологической экспертизы, при профессиональном
психологическом отборе в правоохранительных органах, для оценки
актуального психического состояния обследуемого в момент тестирования,
его индивидуально-психологических особенностей. Сопоставление получаемых
результатов с помощью цветового теста Люшера с данными по тестам СМИЛ и
16-ФЛО позволяет более глубоко и комплексно изучить личностные
особенности испытуемого, определить степень совпадения осознаваемых и
неосознаваемых им тенденций, оценить уровень его волевого самоконтроля
во время обследования.

Поскольку в процессе обследования с помощью цветового теста встречается
большое разнообразие сочетаний цветовых пар, группировок цветов,
размещенных на различных позициях, для интерпретации полученных
результатов используются специальные таблицы.

Среди вербальных проективных психологических тестов, чаще других
встречающихся в актах судебно-психологической экспертизы по уголовным
делам, прежде всего можно назвать следующие.

Методика изучения фрустрационных реакций С. Розенцвейга. Впервые она
появилась в 1944 г. под названием теста рисуночной ассоциации. Тест
предназначался для измерения фрустрационной толерантности, т.е.
способности человека переносить состояние психической напряженности,
вызванное непреодолимыми трудностями на пути к достижению поставленной
цели’.

Тест позволяет выявлять фрустрационную толерантность субъекта,
стереотипы эмоционального реагирования, модальность его эмоций
раздражения, гнева в условиях межличностных конфликтных отношений,
трудностей, возникающих в разнообразных жизненных ситуациях, и благодаря
этому дает возможность прогнозировать поведение человека2.

Стимульным материалом теста являются 24 стандартные карточки со
схематическими контурными рисунками двух-трех людей, один из которых
обращается к другому (рис. 3.4). Испытуемому предлагается ответить на
обращение одного из участников диалога первыми пришедшими ему в голову
словами.

Каждый ответ испытуемого оценивается по двум критериям: по
направленности реакции отвечающего и типу его реагирования. Благодаря
этому ответы испытуемого выявляют устойчивые характеристики его
фрустрационных реакций, направленных либо на окружающую его среду в виде
различных требований к ней, либо на самого себя в каче-

1 Подробно понятие фрустрации рассматривается в главе 5 учебника.

2 Здесь и далее материал излагается по методическому пособию: Тарабрина
Н.В. Экспериментально-психологическая методика изучения фрустрационных
реакций. Л., 1984; см. также: Тарабрина Н.В. Методика изучения
фрустрационных реакций // Иностранная психология. 1994. Т. 2, № 2(4). С.
68.

86

сейчас Бас

принять,

хотялчера

мы оо этом ,

и условились^

а
б

Рис. 3.4. Примеры межличностных конфликтных ситуаций,

вызывающих фрустрацию (из теста С. Розенцвейга): а — ситуация
«обвинения», б — ситуация «препятствия».

стве виновника происходящего, либо нейтральных по своему содержанию и
форме выражения.

С этой точки зрения реакции по направленности делятся на:
экстра-пунитивные (внешнеобвиняющие), инропунитивные (самообвиняющие) и
импунитивные (малозначащие, нейтральные).

По типу реакции подразделяются на: реакции с «фиксацией на препятствии»,
с «фиксацией на самозащите» и с «фиксацией на удовлетворении
потребности».

Из сочетания этих шести категорий получают девять возможных факторов и
два дополнительных варианта. Типы реакций обозначаются различными
символами. В соответствии с ними каждый ответ испытуемого записывается
на специальном бланке в ту или иную графу.

В ситуациях «препятствия» (см. рис. 3.4) реакция субъекта обычно
направлена на «фрустрирующую личность». В ситуациях «обвинения» реакция
испытуемого чаще является выражением протеста, отвержения обвинения или
упрека и выступает в качестве настойчивого самооправдания.

После того как все ответы подсчитаны и проанализированы, определяется
показатель, названный «степенью социальной адаптации», который затем
переводится в проценты1. Количественная величина социальной адаптивности
рассматривается в качестве меры индивидуальной адаптации субъекта к
своему социальному окружению. Каждому человеку присущ определенный
«профиль фрустрационных реакций», оценивая который можно прогнозировать
наиболее вероятное поведение испытуемого в стрессогенных условиях.

1 Система подсчета и оценки фрустрационных реакций проводится таблице
«стандартных ответов».

по специальной

87

По данным Н.В. Тарабриной, лица, отличающиеся высокой степенью
социальной адаптации, например летчики, имеют среднее значение данного
показателя на уровне 60—65% (для сравнения, невротики — 48% и ниже). У
лиц со сниженным уровнем социальной адаптации в конфликтных ситуациях
доминируют реакции экстрапунитивной (внешнеобвиняющей) направленности с
«фиксацией на препятствии», что свидетельствует об отсутствии у них
способности адекватно оценивать окружающую обстановку, их повышенной
требовательности к окружающим по сравнению со сниженной
требовательностью к себе, о неумении в целом разрешать конфликты.

Результаты применения данной методики могут быть особенно полезны при
проведении судебно-психологической экспертизы в ходе расследования
преступлений против жизни и здоровья, чести и достоинства граждан,
поскольку помогают лучше понять причины неадекватно агрессивного
поведения человека, мотивы его необъяснимого с точки зрения здравого
смысла жестокого поведения.

Методика незаконченных предложений. Данная методика также широко
применяется в экспертной практике по уголовным делам, поскольку
позволяет исследовать мотивационную сферу личности, отдельные свойства,
установки, ценностные ориентации испытуемого, уровень его притязаний и
другие особенности в зависимости от того, какие слова или незавершенные
предложения включены в методику.

Незавершенные предложения формулируются таким образом, чтобы
спровоцировать испытуемого на ответы, относящиеся к исследуемым
свойствам личности. Методика считается достаточно информативной,
поскольку допускает большое разнообразие ответов. В экспертной практике
встречаются различные варианты данной методики. Так, широко применяется
методика из 60 незавершенных предложений, которые распределяются на 15
групп, каждая из которых включает четыре незаконченных предложения,
предназначенных для выяснения отношений испытуемого к родителям, лицам
противоположного пола, к окружающим людям и т.д. Например: «Думаю, что
мой отец редко…», «Если все против меня…», «Если бы я занимал
руководящий пост…», «Знаю, что глупо, но боюсь…», «Когда мне
начинает не везти, я…» и т.д. Результаты тестирования, полученные с
помощью данной методики, доступны не только качественному, но и
количественному анализу.

Безусловно, приведенные выше тестовые методики не исчерпывают все их
многообразие. Однако они дают представление о характере работы судебного
психолога, привлекаемого к исследованию тех или иных вопросов
психологического характера, без которых невозможно квалифицированно
принять решение по делу.

Таким образом, мы кратко рассмотрели основные, наиболее распространенные
психодиагностические тестовые методики, которые встречаются в экспертной
практике, показали возможности отдельных методик, о которых необходимо
иметь представление юристу, когда приходится оценивать результаты работы
специалистов в области судебной психологии, привлекаемых в уголовный или
гражданский процессы для

88

решения тех или иных вопросов психологического характера, о чем пойдет
речь в последующих главах учебника.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Назовите методы изучения личности, используемые в правоохранительной
деятельности.

2. Раскройте содержание понятия «психодиагностика», что она дает
юристу?

3. Что такое тест, каким требованиям он должен отвечать?

4. Какие Вам известны наиболее распространенные тестовые методики,
применяемые при проведении судебно-психологической экспертизы?

Глава 4

ПСИХИЧЕСКИЕ (ПОЗНАВАТЕЛЬНЫЕ) ПРОЦЕССЫ, УЧЕТ ИХ ЗАКОНОМЕРНОСТЕЙ ЮРИСТОМ В
ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Перцептивные процессы: ощущения и восприятие, их роль и значение в
профессиональной деятельности юриста Память, мышление, воображение Этапы
мнемической, мыслительной деятельности, способы активизации памяти и
мышления участников уголовного и гражданского процессов. Роль внимания в
работе юриста

§ 1. Ощущения и восприятие. Их роль и значение в профессиональной
деятельности юриста

Как уже отмечалось, одной из содержательных сторон личности является
подструктура психических форм отражения, которая включает психические,
познавательные процессы, имеющие ярко выраженный индивидуальный характер
и в силу этого во многом определяющие личностные особенности человека. К
ним прежде всего относятся перцептивные процессы: ощущения, восприятие,
с помощью которых человек принимает сигналы окружающего мира, отражает
свойства, различает признаки вещей, ощущает состояние собственного
организма1. Рассмотрим их более подробно.

Ощущения. Простейшей формой психического отражения являются ощущения.
Ощущение — это элементарный психический познавательный процесс
непосредственного отражения отдельных свойств предметов и явлений
материального мира, а также состояния собственного организма человеком.

В ощущениях проявляются познавательные, эмоциональные и регу-ляторные
функции психики. Ощущения всегда эмоционально окрашены, поскольку
связаны с жизнедеятельностью организма, сигнализируя человеку о
характере и силе воздействий. Ощущения не только связывают нас с внешним
миром, являются основным источником познания, но и выступают основным
условием нашего психического развития. Например, в искусственно
создаваемых условиях сенсорной изоляции, лишающей субъекта ощущений, его
психическая жизнь, сознание существенно нарушаются, вследствие чего
могут появляться галлюцинации, навязчивые идеи и другие расстройства
психики.

В настоящее время насчитывается большое количество разнообразных
ощущений, которые классифицируются следующим образом:

ощущения, отражающие свойства предметов, явлений внешней среды
(экстероцептивные) в результате воздействия раздражителя не-

посредственно на анализатор (контактные) или на расстоянии от него
(дистантные);

ощущения, фиксирующие состояние внутренних органов (интеро-цептивные);

ощущения, отражающие положение нашего тела (проприоцептив-ные) и
характер его движения (кинестетические).

К контактным экстероцептивным ощущениям относятся, например, вкусовые,
осязательные ощущения. Зрительные, слуховые, обонятельные являются
разновидностью дистантных экстероцептивных ощущений.

Обычно в «чистом» виде отдельные ощущения появляются редко, поскольку
раздражители действуют сразу на несколько анализаторов, вызывая целую
гамму разнообразных ощущений. Примером таких сложных ощущений могут быть
вибрационные, температурные, болевые ощущения.

По силе и длительности воздействия выделяют слабые, средние и сильные
ощущения, измеряя которые можно судить в целом о чувствительности тех
или иных анализаторов к определенным раздражителям, что имеет самое
непосредственное отношение к оценке показаний свидетелей о том, что и
как они слышали, видели и т.д.

Чтобы правильно оценивать показания свидетелей, других участников
уголовного, гражданского процесса, необходимо знать об основных
закономерностях, свойствах ощущений, которые влияют на формирование
показаний. К этим свойствам ощущений необходимо отнести следующие.

Чувствительность анализатора1. Это способность психики к отражению
свойств предметов, явлений с большей или меньшей точностью.
Чувствительность анализатора (зрительного, слухового и т.д.)
определяется минимальной силой стимула, который различает человек, а
также минимальной разницей между двумя стимулами, способными вызвать
изменения в ощущении.

Минимальная сила раздражителя, способная вызвать ощущение, называется
нижним абсолютным порогом чувствительности, который характеризует
уровень абсолютной чувствительности анализатора к раздражителю. Между
абсолютной чувствительностью и величиной порога существует обратно
пропорциональная зависимость: чем ниже порог ощущения, тем выше
чувствительность.

Наряду с нижним существует верхний абсолютный порог чувствительности,
определяемый максимальной силой раздражителя, когда ощущение возникает
адекватно действующему раздражителю. Дальнейшее увеличение силы
раздражителя вызывает ощущение боли.

1 Лурия А Р. Ощущения и восприятие: Материалы к курсу лекций по общей
психологии М., 1975 С 5

90

1 Анализатор — это сенсорная система, с помощью которой осуществляется
анализ и синтез раздражителей. Анализатор состоит: из рецептора,
преобразующего энергию раздражителя в нервный процесс; проводящих путей
в виде центростремительных и центробежных нервов, корковых отделов
головного мозга, в которых происходит переработка нервных импульсов.
Подробнее см.: Петровский А.В. Введение в психологию. М., 1995. С 121.

91

Нижний и верхний пороги определяют зону чувствительности анализатора к
соответствующему раздражителю.

Кроме того, существует порог чувствительности к различению (разностный
порог), определяемый минимальной величиной различения силы (большей или
меньшей) двух раздражителей. С возрастанием силы раздражителя величина
порога различения (разностный порог) возрастает.

* У людей эти пороги чувствительности (нижний, верхний, разностный)
индивидуальны. В зависимости от возраста и других обстоятельств они
меняются. Острота чувствительности нарастает с возрастом, достигая
максимума к 20—30 годам. На временные отклонения чувствительности от
обычной нормы влияют такие факторы, как время суток, посторонние
раздражители, психическое состояние, утомление, болезнь, беременность у
женщины и т.д. Оценивая качество ощущений свидетеля, обвиняемого,
необходимо также выяснять, не подвергался ли субъект воздействию
побочных раздражителей (алкоголя, наркотических или подобных им
фармакологических веществ), которые повышают либо резко притупляют
чувствительность анализаторов.

Все это следует учитывать при допросах, во время следственных
экспериментов, проводимых в целях проверки качества ощущений. Например,
исследуя вибрационную чувствительность у подозреваемого в симуляции
глухоты, можно довольно просто изобличить его во лжи. Достаточно за
спиной «больного» бросить на пол небольшой предмет, чтобы проверить его
симулятивное поведение. Действительно больной человек с пораженным
слухом с ненарушенной вибрационной чувствительностью ответит на этот
раздражитель. Симулянт же, если он не знает о развитом вибрационном
ощущении глухих, не среагирует на этот раздражитель. Разумеется, после
такой предварительной пробы подозреваемый должен быть направлен на
судебно-психологическую либо комплексную медико-психологическую
экспертизу1.

Анализируя свидетельские показания, основанные на ощущениях, следует
помнить, что в рецепторную деятельность различные искажения могут
вноситься подпороговыми раздражителями, которые хотя и не вызывают
четких ощущений в силу своей незначительной величины, однако создают,
особенно при неоднократном воздействии, очаг возбуждения в коре
головного мозга, способный вызывать галлюцинаторные образы, различные
ассоциативные связи с ранее зафиксированными ощущениями. Иногда это
проявляется у свидетелей в том, что первоначальный образ, какое-то
смутное ощущение в последующем трансформируется как бы в реальное
явление. Причем такие возникшие ложные образы, нечеткие ощущения бывают
настолько стойкими, что начинают влиять на формирование ошибочных
свидетельских показаний. И следователю (суду) в подобных случаях
приходится прилагать значительные усилия, чтобы разобраться в том, что
именно соответствует истине, а что является добросовестным заблуждением
допрашиваемого.

См.: Кертес И. Тактика и психологические основы допроса. М., 1965. С.
32.

92

На возможные искажения в ощущениях также может оказывать влияние так
называемый сенсорный эффект, т.е. тот фоновый шум, который периодически
бывает в каждом анализаторе. Это ощущение сенсорным органом самого себя
независимо от того, воздействует на него в данный момент какой-либо
раздражитель или нет. Значение сенсорного эффекта возрастает при
воздействии раздражителей, имеющих небольшую силу, когда трудно бывает
отличить самопроизвольное сенсорное возбуждение анализатора от ощущения
какого-либо слабого сигнала. В подобных случаях возникает ситуация
перцептивной неопределенности, которая чаще всего предрасполагает к
принятию ошибочных решений, особенно в экстремальных ситуациях в системе
«человек — машина», встречающихся во время происшествий, связанных с
эксплуатацией различных технических устройств, транспортных средств.

Адаптация. Данная закономерность выражается в изменениях
чувствительности анализатора под длительным воздействием раздражителя в
виде понижения или повышения порога чувствительности. В результате
адаптации ощущение может полностью исчезать, особенно в процессе
продолжительного действия раздражителя. Примерами этого могут служить:
адаптация к запаху обонятельного анализатора у человека, длительное
время работающего с пахучими веществами; слуховая адаптация к постоянно
воздействующим шумам и т.д.

В некоторых случаях в результате адаптации может наступать притупление
ощущений под воздействием сильного раздражителя, например временное
снижение чувствительности зрительного анализатора, после того как мы из
полутемного помещения попадаем в условия яркой освещенности (световая
адаптация). Эти виды адаптации называют негативными, так как приводят к
снижению чувствительности анализаторов. Отрицательное воздействие
оказывает адаптация к свету и темноте, особенно в условиях тусклого
освещения. В этих условиях у водителей автотранспортных средств
увеличивается время реакции, ухудшается локализация движущихся объектов.
Темновая адаптация приводит к задержке передачи сигнала от затемненного
глаза в мозг. Отсрочка в передаче сигнала ведет к тому, что человек
видит предмет как бы с некоторым запозданием, что иногда способствует
возникновению аварийных ситуаций на дорогах с интенсивным встречным
автомобильным движением1.

Однако проявление адаптации не всегда носит отрицательный характер.
Нередко чувствительность анализатора в результате адаптации может не
только понижаться, но и значительно повышаться. Например, так случается
при воздействии слабого раздражителя на зрительный анализатор в
полутемном помещении (при устойчивости к темновой адаптации) или на
слуховой анализатор в условиях полной тишины, когда наш слуховой
анализатор начинает фиксировать довольно слабые звуковые раздражители
(слуховая адаптация). Иначе говоря, чувстви-

С. 92.

См.- Грегори Р.Л. Глаз и мозг. Психология зрительного восприятия. М.,
1970.

93

тельность анализаторов под воздействием слабых раздражителей повышается,
а под действием сильных — снижается.

Данную закономерность необходимо учитывать в следственной (судебной)
практике при оценке свидетельских показаний, когда, к примеру, субъект,
стремящийся ввести следователя (суд) в заблуждение, ложно утверждает,
что он не видел каких-либо объектов, поскольку «было темно». На самом же
деле с учетом продолжительности его пребывания в условиях относительной
темноты и появления у него темно-вой адаптации это может быть и не
совсем так. Известно, что человек, попавший в затемненную комнату, через
3—5 мин. начинает различать проникающий туда свет, видеть предметы.
Через 20—30 мин он уже достаточно хорошо ориентируется в темноте.
Пребывание в абсолютной темноте повышает чувствительность зрительного
анализатора к свету за 40 мин в 200 тысяч раз1.

Степень адаптации наших анализаторов различна. Высока адаптируемость у
обонятельных, тактильных анализаторов. Несколько медленнее адаптируются
вкусовые, зрительные ощущения.

Взаимодействие ощущений. В повседневной жизни на наши рецепторы
воздействует масса раздражителей, под влиянием которых мы постоянно
испытываем различные ощущения. В результате взаимодействия разных
ощущений чувствительность анализаторов изменяется: либо возрастает, либо
снижается. Этот механизм взаимодействия ощущений может влиять на полноту
и объективность свидетельских показаний, на качество следственного
эксперимента. Например, в условиях воздействия очень сильного шума
авиационного мотора световая чувствительность сумеречного зрения может
падать до 20% своего прежнего уровня2. Также значительно понижается
зрительная чувствительность при воздействии на обонятельный рецептор
неприятного запаха. Последнее обстоятельство следует иметь в виду при
осмотре места происшествия, трупа со значительными трупными изменениями,
во время эксгумации. В подобных случаях приходится прилагать
дополнительные усилия к выполнению на должном уровне всего объема
работы, | чаще делать перерывы.
; ‘

Общая закономерность подобных явлений состоит в том, что слак бые
раздражители одной анализаторной системы повышают чувствиг тельность
других анализаторов при взаимодействии ощущений, а сильные — понижают
ее. Это явление называется сенсибилизацией.

Кроме того, в процессе взаимодействия ощущений под влиянием одного
раздражителя могут появляться ощущения иной модальности, характерные для
другого раздражителя, не воздействующего в данный момент на анализатор.
Данное явление получило название синестезия. Например, у некоторых лиц
под воздействием звуковых раздражителей могут возникать яркие зрительные
образы, различные вкусовые ощущения и т.д.

1 См.: Общая психология / Под ред. В.В. Богословского и др. М., 1981.
С. 187.

2 См.: Кравков С В. Взаимодействие органов чувств. М.; Л., 1948. С. 17.

94

Известный отечественный психолог А.Р. Лурия описал такую необычайную
чувствительность у некоего Ш. Идя как-то с ним из института, А.Р. Лурия
поинтересовался у Ш., не забудет ли тот дорогу. «Что вы, — ответил Ш., —
разве можно забыть? Ведь вот этот забор. Он такой соленый на вкус и
такой шершавый, и у него такой острый и проницательный звук…»1.

При взаимодействии ощущений может иметь место явление, называемое
контрастом ощущений. Это происходит в тех случаях, когда один и тот же
раздражитель ощущается анализатором в зависимости от качественных
характеристик другого раздражителя, действовавшего на этот же анализатор
одновременно с ним или последовательно (например, последовательный
контраст вкусовых ощущений). Иногда контрастные явления приводят к
ошибкам в ощущениях, а следовательно, и в свидетельских показаниях.

Последовательные образы. Нередко при длительном воздействии на
анализатор раздражитель продолжает ощущаться даже после того, как он
прекратил свое действие. Какое-то время человек его еще «видит»,
«слышит» и т.д. Эти ощущения в виде последовательных образов имеют
значение при оценке решений, принимаемых в экстремальных условиях.

Закономерность наших ощущений в виде последовательных зрительных образов
использована при создании кинематографического эффекта, как бы
движущегося на экране изображения. Критическая частота мельканий, когда
мы перестаем замечать смену кадров, соответствует 30 вспышкам в секунду
и более. При кинопроекции обычно частота мельканий достигает 72 вспышек
в секунду, и мы видим объекты в движении, не замечая последовательно
сменяющихся проекций. При низкой же частоте мельканий вспышек, например
5—10 раз в секунду, возможно появление ярких световых пятен, неподвижных
фигур, причем этот эффект может быть исключительно отчетливым.
Стимуляция сетчатки зрительного рецептора яркими вспышками света иногда
доходит до того, что начинает вызывать неприятные ощущения, приводящие к
головной боли и тошноте2.

Знание данной закономерности может пригодиться, например, при оценке
действий водителя, не справившегося с управлением машины в темное время
суток в условиях интенсивного встречного движения транспорта.

Пространственная локализация раздражителя. Пространственная рецепция
осуществляется с помощью дистантных анализаторов, ощущающих сигнал на
расстоянии. Обычно в этом процессе участвует несколько анализаторов с
подключением контактных рецепторов. В некоторых случаях возможны
искажения в результате взаимодействия ощущений, особенно под влиянием
анализатора ведущей модальности.

С. 24.

Лурия А.Р. Маленькая книжка о большой памяти. (Ум мнемониста). М., 1968.
: См.. Грегори Р.Л. Указ. соч. С. 123—124.

95

На точность пространственной локализации раздражителя в значительной
степени может влиять положение тела, головы.

Определенную дезорганизацию в рецепторную деятельность, в ощущения
своего тела, пространства вносят необычные состояния, условия
деятельности, например невесомость. Вот, как описывает свои ощущения в
этом состоянии наш первый космонавт Ю.А. Гагарин, который в первые
секунды невесомости, по его словам, «почувствовал, что самолет
перевернулся и летит в таком перевернутом положении… В течение всего
периода невесомости, — вспоминает он, — испытывал неприятное,
труднохарактеризуемое, незнакомое ранее ощущение неестественности и
беспомощности… Мне казалось, что изменилась не только обстановка в
самолете, но и что-то во мне самом. Чтобы избавиться от этого
неприятного ощущения, пробовал в невесомости писать, дотягиваться руками
до различных предметов. Все это выполнял без особых затруднений. Тем не
менее чувство беспомощности, неуверенности не проходило и мучило меня»1.

Каждый человек имеет свой индивидуальный уровень развития
чувствительности, определенные качественные характеристики анализаторных
систем, составляющие сенсорную организацию его личности. Существенное
влияние на работу органов чувств оказывает тип нервной системы субъекта.
Люди с сильной нервной системой обнаруживают большую выносливость и
устойчивость, чем люди со слабой нервной системой, однако последние
наделены большей чувствительностью (Б.М. Теплов, А.Р. Лурия). Изменяя
интересы, установки субъекта с помощью аутотренинга, речевой инструкции,
меняющей значимость ‘ раздражителя путем придания ему важного
«сигнального» значения, можно добиваться повышения или понижения
чувствительности анализатора, подчинять ее целям и задачам деятельности.

Профессиональная деятельность предъявляет повышенные требования к
сенсорной организации юриста. В его деятельности ведущими видами
чувствительности являются прежде всего зрительная, слуховая,
обонятельная.

Болезненные органические ощущения оказывают отрицательное влияние на
функционирование различных анализаторов, снижают уровень их
чувствительности, что отражается в целом на всей деятельности юриста. В
качестве примера можно привести выдержку из служебной характеристики на
одного молодого следователя, в которой отмечалось, что наблюдающееся у
него «повышенное внимание к болезненным ощущениям, развитая на этой
почве мнительность в отношении своего здоровья отрицательно влияют на
его служебную деятельность, мешают ему выдерживать связанные с работой
физические и психологические перегрузки».

Безусловно, профессиональная деятельность предъявляет повышенные
требования к сенсорной организации сотрудников правоохранительных
органов. Поэтому юристам, особенно прокурорско-следст-

1 Гагарин Ю А., Лебедев В.И. Психология и космос М., 1981. С. 142.

96

венным работникам, необходимо уметь управлять своими ощущениями:
стимулировать положительные и волевыми усилиями нейтрализовать
воздействие на психику отрицательных ощущений.

Восприятие. Более совершенной формой отражения по сравнению с ощущениями
является восприятие.

Восприятие — это психический процесс отражения предметов и явлений во
всей совокупности их свойств и признаков при непосредственном
воздействии этих объектов на органы чувств.

В ходе восприятия в сознании человека возникает целостный образ
различных предметов и явлений. Знание закономерностей процессов
восприятия помогает лучше понимать механизм формирования свидетельских
показаний, выявлять психологические истоки ошибок следователя, суда и на
этой основе давать рекомендации по повышению эффективности их
правоохранительной деятельности.

В зависимости от ведущей роли того или иного анализатора можно назвать
следующие виды восприятия- зрительные, слуховые, обонятельные, вкусовые,
кинестетические.

Исходя из организации процессов восприятия выделяют произвольное
(преднамеренное) и непроизвольное восприятие. Как правило, наиболее
эффективно произвольное восприятие, называемое также наблюдением. Юристу
следует вырабатывать в себе такое производное от данного вида восприятия
качество, как наблюдательность.

К свойствам и закономерностям восприятия относятся следующие.

Предметность, целостность, структурность восприятия. В повседневной
жизни человека окружают разнообразные явления, предметы, наделенные
различными свойствами. Воспринимая их, мы изучаем их в целом. Такое
предметное восприятие оказывает регулирующее воздействие на
познавательную деятельность человека, на развитие его перцептивных
способностей.

Наглядно проявление данной закономерности перцептивной деятельности
можно проследить при рассматривании рис. 4.1. Пятна, не связанные
контуром, создают образ собаки (см. рис.4.1,а). Причем мы отличаем пятна
на теле собаки от сходных пятен фона. И даже в тех случаях, когда пятно
вообще не является изображением конкретного предмета, наше сознание
стремится найти в нем сходство с каким-то объектом, наделить его
некоторой предметностью, как это, например, имеет место при
рассматривании бесформенных пятен теста Г. Роршаха (см. рис. 4.1, б),
напоминающим многим испытуемым летучую мышь. В зависимости от
особенностей восприятия, личного опыта человека у него подсознательно
очень часто происходит своеобразный перебор признаков пятна. Наконец,
среди них выделяются ведущие признаки и в конце концов в зависимости от
нашего воображения мы делаем вывод, что пятно напоминает какой-то
предмет, например бабочку, летучую мышь и т.д.

Все это, может быть, выглядело бы как просто развлекательные опыты, если
бы в жизни, в более сложных условиях практической деятельности не
проявлялись те же самые закономерности восприятия. Например,
следователь, осмотрев труп со смертельными повреждениями

97

7 37

Рис 4 1 Предмет восприятия

головы, должен исследовать и орудие убийства, изъятое у подозреваемого,
выявить на изъятом предмете основные, ведущие признаки, выделяющие его в
качестве орудия убийства, с помощью которого причинена строго
определенной конфигурации черепно-мозговая травма И если следователь
видит среди ведущих признаков совсем не те или вовсе не замечает нужные
из них, то и результат его поисков будет отрицательным на орудии
преступления не будут обнаружены микроследы-наложения, т.е те признаки,
на основании которых можно доказать причастность подозреваемого лица к
совершенному преступлению. Эту, казалось бы, простую истину, наглядно
иллюстрирующую перцептивные истоки некоторых профессиональных ошибок
следователя, не следует забывать. На данную закономерность восприятия
обращал внимание известный французский психолог Ж. Пиаже, который писал,
что «восприятие осуществляется не путем копирования или точного
измерения, а как бы уподобляется процессу отбора, при котором
запечатлеваются не все точки или микросегменты фигуры, а лишь те, на
которые пал выбор, в этом случае выбранные элементы или микроэлементы, т
е. те, которым было отдано предпочтение, будут переоцениваться в
сравнении со всеми остальными»1

В отличие от ощущений в результате восприятия складывается целостный
образ предмета, явления, в том числе и такого сложного, как
преступление. В силу этой закономерности человек обычно при недостатке
информации стремится сам восполнить недостающие элементы воспринятого
объекта, что иногда приводит к ошибочным суждениям Поэтому при допросе
свидетелей нужно выяснять не только, что они, к примеру, видели,
слышали, но и на чем основаны их утверждения о тех или иных свойствах
воспринятого ими объекта.

1

Активность восприятия. Обычно процесс отбора, синтеза признаков предмета
носит избирательный, целенаправленный поисковый характер. В этом
процессе действует активное организующее начало, подчиняющее себе весь
ход познания. Проникая в изучаемое явление, мы по-разному группируем его
сенсорные свойства, выделяем необходимые связи. Это придает
преднамеренный, активный характер восприятию. Активность _восприятия
выражается в участии эффекторных (двигательных) компонентов
анализаторов: движение руки при осязании, движение зрачков глаз,
перемещение тела в пространстве относительно изучаемого предмета
познания. При восприятии знакомых предметов перцептивный процесс может
быть в той или иной мере свернут

Осмысленность восприятия. Восприятие у человека тесно связано с его
мышлением, поскольку перцептивные образы нередко имеют разное смысловое
значение. Мы не только воспринимаем, но и одновременно с этим изучаем
предмет познания, пытаемся найти объяснение его сущности «Сознательно
воспринять предмет — это значит мысленно назвать его, т е отнести
воспринятый предмет к определенной группе, классу предметов, обобщить
его в слове»1

Осмысленный характер воспринимаемых образов можно проиллюстрировать
графическими рисунками, на которых обычно изображаются так называемые
неоднозначные двухмерные фигуры, создающие своеобразный эффект
«стереографической двусмысленности», вызывающие у зрителя впечатление
объема, благодаря чему двухмерное плоскостное изображение превращается в
трехмерный объект. Например, в зависимости от того, как осмысливаем
фигуру (рис. 4 2), как воспринимаем ее, мы по своему желанию видим
попеременно то лестницу, спускающуюся вниз, то уступчатый карниз,
поднимающийся вверх справа налево. И хотя в том и другом случае проекция
изображения на сетчатке глаза остается неизменной, мы видим попеременно
два совершенно различных объемных объекта, имеющих чисто внешнее
контурное сходство

Хорошо прослеживается активная роль нашего мышления при рассматривании
изображения фигуры на рис 4 3, известной как куб Неккера (по имени
исландского ученого, впервые описавшего свойства этой фигуры). Небольшим
волевым усилием можно произвольно «переворачивать» этот куб в
пространстве, попеременно меняя положение его ближней и дальней к
зрителю вертикальных плоскостей

Рис 4 2 Лестница Шредера

1 Фресс П , Пиаже Ж Экспериментальная психология Вып VI С 21

Петровский А В Введение в психологию С 141

98

99

Рис. 4.3. Куб Неккера

Благодаря активной роли нашего мышления, диктующего, что нужно нам
видеть, мы начинаем избирательно реагировать именно на те визуальные
стимулы, на основе которых и создается определенный, «нужный» нашему
сознанию предметный образ, отличающийся от других перцептивных образов.
Таким образом, осмысленный, избирательный перцептивный процесс приводит
нас к тому, что образ восприятия переходит в образ сознания (в том
числе, как нередко случается, и в ошибочный образ), под воздействием
которого мы оказываемся в дальнейшем, к сожалению, и тогда, когда
благодаря этому совершаем досадные промахи и ошибки в познавательной
деятельности.

Активная роль мышления в процессах восприятия дала основание известному
английскому психологу Р.Л. Грегори, посвятившему многие годы изучению
закономерностей зрительного восприятия, образно назвать наш зрительный
анализатор «разумным глазом», подчеркнув неразрывную связь зрительного
восприятия с мышлением и обратив внимание на регуляцию перцептивной
деятельности мыслительными про: цессами. «Восприятие, — писал он, —
своего рода мышление. И в восприятии, как и в любом виде мышления,
достаточно своих неоднозначностей, парадоксов, искажений и
неопределенностей. Они водят за нос даже самый разумный глаз, поскольку
именно они являются причинами ошибок (и сигналами ошибок) как в наиболее
конкретном, так и в наиболее абстрактном мышлении»1.

Благодаря такому механизму восприятия человек нередко, даже не
осознавая, видит_то, что хочет видеть, а не то, что объективно есть на
самом делеТЭтйм свойством восприятия можно в ряде случаев объяснить
многие изъяны поисковой деятельности следователя во время осмотра места
происшествия, когда он «видит» далеко не все то, что необходимо для
установления истины. Это подтверждает и проведенный нами анализ
нераскрытых дел, связанных с убийствами. Одна из причин того, что
некоторые тяжкие преступления оказываются нераскрытыми, лежит именно в
отсутствии должной перцептивной организации

1 Грегори Р.Л. Разумный глаз. С. 68.

100

зрения, в психологической неподготовленности следователя к такому
многоплановому восприятию, каким является восприятие обстановки места
происшествия.

Существенной стороной осмысленности перцептивной деятельности является
вербализация воспринятого. «Процесс восприятия предмета никогда не
осуществляется на элементарном уровне, в его состав всегда входит высший
уровень психической деятельности, в частности речь»1.

Вербализация увиденного обостряет восприятие, помогает выделить
существенные признаки и их отношения. Пожалуй, нет лучшего способа
увидеть объект, чем заставить себя воспроизвести его, используя
различные способы. При этом велико значение не только монологической
внутренней или устной, но и письменной речи. Вот почему требование
законодателя о протоколировании следственных действий, изготовлении
слепков и оттисков следов, вычерчивании планов и схем имеет под собой не
только криминалистическую, но и психологическую основу.

Практика убедительно подтверждает: посредственное качество протокола
осмотра места происшествия, как правило, свидетельствует о поверхностной
познавательной деятельности следователя. То есть, уже на начальном
перцептивном уровне нередко создаются предпосылки для возникновения в
последующем очень серьезных осложнений по делу2.

Организация поля восприятия. Существенное значение в перцептивной
стороне познавательной деятельности имеет также организация поля
восприятия, благодаря чему отдельные элементы объединяются в единое
целое и в результате возникает целостный образ изучаемого объекта.

Человек всегда стремится организовать поле восприятия таким образом,
чтобы видеть тот или иной образ, связанный с его прежними
представлениями, некоторыми знакомыми ему предметами, с определенными
личными предпочтениями, установками. Иногда это приводит к воссозданию
некоего синтетического образа, далеко не соответствующего, особенно в
деталях, тому реальному предмету, который воспринимается.

Активное мыслительное организующее начало перцептивного процесса
особенно легко выявляется при рассматривании рис. 4.4. С небольшим
напряжением можно произвольно различным образом группировать зрительную
информацию, переходя от одного варианта к другому, выявляя хотя и
простейшие, но различные образы: группировки из четырех квадратов, из
девяти, крест из двух рядов квадратов, рассекающий поле по вертикали и
горизонтали, при том что проекция данного чередования квадратов на
сетчатке глаза нисколько не меняется.

Тенденция к мысленной организации зрительного поля положена в основу
разработанной в криминалистике методики использования идентификационного
комплекта рисунков для получения собирательных ри-

Лурия А.Р. Ощущения и восприятия. М., 1975. С. 47.

К этому мы еще вернемся, когда будем говорить о психологии осмотра места
происшествия.

101

Рис. 4.4. Организация поля восприятия

| сованных портретов разыскивае-‘ мых лиц по показаниям
свидетелей с использованием различных I фрагментов человеческого
лица.

Апперцепция. Данное свой-I ство проявляется в особой зави-‘
симости восприятия от содержания психической жизни человека, |
особенностей его личности, опыта, знаний, интересов. В тече-

|ние жизни человек постоянно подвергается воздействию различных стимулов
(раздражите-| лей). Постепенно у него накапливается определенный
перцептивный опыт взаимодействия с ними, а также предметный,
интеллектуальный опыт определения (узнавания) количественных и
качественных характеристик различных раздражителей, своего рода банк
перцептивных гипотез, позволяющий ему быстро реагировать на действия
всевозможных стимулов, своевременно выбирая из этого, условно говоря,
банка ту из гипотез, которая более всего соответствует качественным
характеристикам очередного стимула. С обогащением перцептивного опыта
процесс определения характера раздражителя и выработки реакции на него с
последующим принятием решения приобретает все более свернутый характер.
И чем богаче такой опыт, чем разнообразнее накопленные перцептивные
гипотезы, тем быстрее происходит восприятие и опознание стимула.

Простейшим наглядным примером смены перцептивных гипотез в процессе
восприятия является чередование зрительных образов, когда мы
рассматриваем, например, графические рисунки с так называемой
пиктографической двусмысленностью (рис. 4.5). В первом случае это
известный рисунок В.Е. Хилла «Моя жена и теща», на котором попеременно
видятся то пожилая, то молодая женщины; на втором рисунке — то лицо
индейца, то фигура мальчика-эскимоса в зимней одежде.

Перцептивные гипотезы могут приобретать чувственную форму, и тогда мы
видим не столько объект, сколько саму перцептивную гипотезу. Не этим ли
психологическим феноменом объясняются те очевидные ошибки, когда
следователь «видит» на месте происшествия следы не убийства, а
самоубийства, хотя фактически материальная обстановка противоречит
такому «видению»?

Особенно быстрые ответы и решения приходят на привычные, знакомые
человеку сигналы. Но так бывает далеко не всегда, особенно когда субъект
контактирует с новым объектом кратковременно. Вспомним, как иногда
медленно выбирает свидетель из группы предъявленных ему для опознания
лиц. В этой ситуации восприятие людей и сличение их с ранее воспринятым
образом разыскиваемого проходит как

102

Рис. 4.5. Примеры пиктографической двусмысленности

бы в несколько этапов. Запечатленный в сознании образ прежде
воспринятого человека наряду с другими образами (гипотезами) в ответ на
новый стимул (предъявление следователем лиц для опознания)
подтверждается не сразу.

К данному вопросу мы еще вернемся в последнем разделе учебника при
рассмотрении психологических особенностей проведения следственных
действий.

Константность восприятия. Данное свойство состоит в способности
перцептивной системы воспринимать объекты с определенным, близким к
реальному постоянством их формы, величины, цвета и т.д., независимо от
условий, в которых это происходит. Например, под каким бы ракурсом мы ни
смотрели на тарелку, независимо от ее проекции на сетчатку глаза в виде
круга или эллипса, она все равно воспринимается круглой. Белый лист
бумаги и при ярком свете, и в условиях пониженной освещенности
воспринимается белым.

Константность восприятия вырабатывается в процессе усвоения человеком
жизненного, профессионального опыта. Она является необходимым условием
его жизнедеятельности, обладая механизмом обратной связи, с помощью
которого перцептивная система постоянно подстраивается к нужному объекту
и условиям его восприятия. Однако константность сохраняется лишь до
определенных пределов. При резком изменении освещения, при воздействии
на воспринимаемый предмет контрастного по цвету фона константность может
нарушаться, а это, в свою очередь, может приводить к отдельным ошибкам в
свидетельских показаниях.

Разрушающее воздействие на константность может оказывать состояние
эмоциональной напряженности, например аффект. Поэтому, допрашивая
свидетеля, целесообразно выяснить не только особенности воспринятого им
объекта, т.е. что он видел, слышал, но и его состояние, а также условия,
в которых протекала его перцептивная деятельность,

103

и только после этого следует давать оценку его утверждениям о форме,
величине, цвете и других свойствах того или иного предмета.

Иллюзии. Искажение воспринятых предметов является одной из наиболее
интересных проблем, с которой сталкивается следователь во время
проведения следственных действий, в процессе оценки показании
свидетелей. Так как значительное количество информации участники
уголовного процесса получают с помощью зрительного анализатора,
наибольшую актуальность приобретают зрительные иллюзии.

Причины иллюзий носят как объективный, так и субъективный характер. К
объективным предпосылкам появления иллюзий относятся: отсутствие
контрастности между предметом и фоном, эффект иррадиации, приводящий к
тому, что светлые предметы выглядят большими по сравнению с такими же по
размеру темными предметами и т.д. Например, белый квадрат на черном фоне
кажется большим, чем такой же квадрат, но на белом фоне (рис. 4.6,а)
Совершенно одинаковые по диа-меру круги, обрамленные разными по диаметру
кружками, кажутся также разными (рис. 4.6,6) Параллельные линии,
пересеченные линиями, пересекающимися в центре, воспринимаются
непараллельными (рис 4.6,е) и т.п.

о2р °о§о°

Рис 4 6. Примеры зрительных иллюзии

К причинам субъективного характера, способствующим появлению иллюзий,
следует отнести адаптацию анализаторов, утомление рецеп-торного
механизма и т.п.

Если иллюзии возникают под влиянием реально воздействующих сенсорных
раздражителей, но ошибочно расшифрованных нашими анализаторами, то это
галлюцинации — результат патологических нарушений перцептивных
процессов, приводящих к тому, что возникновение образов не обусловлено в
данный момент воздействием каких бы то ни было объектов на рецепторы.

Особенности восприятия различных объектов.

Восприятие предметов. Ведущую роль в восприятии материальных объектов
играют зрительные, тактильные, кинестетические анализаторы. Наиболее
информативными признаками предметов являются их форма, величина, а также
взаимное расположение предметов в пространстве.

Поскольку 90% информации мы получаем с помощью зрения, рассмотрим
некоторые особенности зрительного восприятия предметов. Известно, что
восприятие предметов, лиц происходит двояким образом. Простые, хорошо
знакомые объекты воспринимаются обычно сразу. Так бывает, например, при
узнавании свидетелем различных предметов, которые он хорошо запомнил
(симультанное узнавание). В других, более сложных случаях процесс
восприятия предмета носит развернутый, осмысленный характер
(сукцессивное узнавание). Иногда свидетелю удается запомнить характерные
опорные признаки предметов, людей, например отдельные броские черты,
дефекты лица И прежде чем ему предъявят для опознания людей, он может
назвать эти признаки. Но так бывает далеко не всегда.

В процессе восприятия зрачок глаза совершает как бы ощупывающие предмет
мелкие движения, останавливаясь на его различных точках, выделяя
смысловые центры. В основе механизма восприятия лежит свойство нашего
зрительного анализатора при строго неподвижном фиксированном положении
зрачка через 1—2 с утрачивать полученное изображение на сетчатке глаза.
Поэтому зрачок самопроизвольно находится в постоянном движении,
перемещая тем самым проекцию отражаемого объекта по различным смежным
участкам сетчатки. Это первый вид движения глаза. Второй вид проявляется
в более крупных движениях глаза с одной информативной точки на другую,
напоминая скачкообразные (саккадические) или плавные (дрейфовые)
перемещения.

Поскольку движение глаз, сопровождающее перцептивную деятельность, тесно
связано с мышлением, наблюдение за человеком с «бегающими глазами» может
подсказать следователю об активизации зрительного восприятия,
мыслительных процессов, связанных с той ситуацией, в которой оказался
субъект, подозреваемый в даче ложных показаний при предъявлении
изобличающих его доказательств. Многопред-метность восприятия,
стремление в ограниченный отрезок времени «схватить» главные,
существенные признаки предъявленных доказательств, поведение самого
следователя могут вызвать у такого лица ускоренное движение зрачков глаз
Все это может свидетельствовать о его повышенном интересе к возникшей в
кабинете следователя ситуации, о его личной заинтересованности в
результатах расследования.

При восприятии сложных, многомерных объектов меняется направление взора
с выделением наиболее важных «узлов» и деталей. Таким образом, полнота
зрительного восприятия во многом обеспечивается движением, перемещением
относительно друг друга воспринимаемого объекта и зрительного рецептора.

Чтобы больше расширить возможности зрительного восприятия, следует
изменять не только положение зрачка, но и сам предмет относительно
глаза, преодолевая иной раз те отрицательные эмоции, которые возникают
при контактном осмотре не очень приятных с эстетической точки зрения
криминалистических объектов.

104

105

Основными факторами, влияющими положительно или отрицательно на
восприятие сложных объектов, каким, в частности, может быть место
происшествия, являются:

перцептивная задача, стоящая перед следователем, формирующая, по
существу, целевую установку его предстоящей деятельности;

сюжетное осмысление им возникшей ситуации;

объективная и субъективная (с точки зрения самого следователя)
значимость отдельных признаков места происшествия;

и наконец, опыт следователя (апперцепция) и особенности его мышления.

Анализируя воспринятые свидетелем различные события, мы также наблюдаем
воздействие на его перцептивные процессы перечисленных выше
закономерностей, что иногда приводит к полным или частичным искажениям
(иллюзиям).

Например, по одному уголовному делу об автопроисшествии разыскивалась
автомашина, на которой вечером был совершен наезд на людей. Очевидец
события некто Н., смотревшая вслед удалявшейся на большой скорости с
места происшествия машине, утверждала, что это был «грузовик с прицепом
в виде фургона, покрытого брезентом». В результате кропотливой розыскной
работы установили автомашину, на которой действительно был совершен
наезд, однако никакого прицепа у нее не было. Только благодаря тому, что
следователь критически отнесся к показаниям свидетельницы, допустив
возможность искажения ее зрительного восприятия, дело не зашло в тупик.
Осматривались не только грузовые автомашины с прицепами, но и подобного
типа машины без прицепов. В последующем свидетельница объяснила ошибку
своего восприятия тем, что «хлопающий на ветру сзади кузова быстро
ехавшей машины брезент тента» создал у нее искаженное представление о
том. что машина была с прицепом. Подобных примеров следственная практика
знает немало. Это, по существу, те «поразительные эффекты зрительных
искажений, которые не нарастают, а возникают мгновенно. Они необычайно
реалистичны, практически неизменны при повторениях и почти одинаковы для
всех, кто их когда-либо наблюдал»’.

Говоря о восприятии объектов, следует также упомянуть еще и об
искажающем влиянии фона как на конфигурацию, так и на цвет предмета.

Восприятие пространства. Более сложным видом перцептивной деятельности,
по сравнению с восприятием отдельных предметов, является восприятие
пространства, которое включает в себя как отражение формы, величины,
взаимного расположения предметов, их рельефа, так и удаленности и
направления, в котором они расположены относительно друг друга. По
некоторым уголовным делам, таким, например, как дела об
автопроисшествиях, восприятие и правильная оценка пространственных
координат движущихся объектов имеет исключительно важное значение.

Грегори Р.Л. Разумный глаз. С. 92.

106

В основе пространственного восприятия лежит деятельность вестибулярного,
глазодвигательного аппаратов, участие бинокулярного зрительного
восприятия, ощущения мышечных усилий от сведения зрительных осей на
фиксируемом предмете (конвергенция) и ощущения от изменения преломляющей
способности хрусталика глаза путем изменения его кривизны (аккомодация).
Также активную роль в восприятии пространства в сочетании со зрительным
анализатором играют слуховые, тактильные, кинестетические анализаторы.
Большое влияние на точность пространственного восприятия оказывает опыт.

Существенно облегчают восприятие пространства дополнительные зрительные
сигналы, т.е. система пространственных координат, с помощью которой мы
как бы расчленяем пространство на его составные элементы и затем
оцениваем их в отдельности. Поэтому, когда свидетель затрудняется
определить в целом пространственное поле, можно воспользоваться этой
системой, предложив ему последовательно определить расстояние до
отдельных точек, а уж затем, суммировав данные анализа, попытаться
определить искомую величину.

Также большое значение для восприятия пространства имеют: положение
субъекта относительно воспринимаемого объекта, условия восприятия,
воздействие посторонних раздражителей. Например, наличие теней на
предметах способствует более точному восприятию. Расположение свидетеля
в плоскости оси движущегося транспорта по сравнению с положением
свидетеля перпендикулярно направлению его движения при прочих равных
условиях может привести к большему искажению пространственного
восприятия движущегося объекта.

Восприятие времени — это отражение в сознании человека
последовательности, длительности, скоротечности явлений
действительности. Это, наконец, ориентировка человека в самом времени. В
основе восприятия времени лежат ритмические процессы жизнедеятельности
организма.

На восприятие последовательности событий влияют следующие факторы:
перцептивная установка субъекта, выражающаяся в готовности его к
восприятию событий; объективная упорядоченность событий, проявляющаяся в
естественной организации стимулов; упорядоченность событий самим
субъектом с использованием определенной последовательности событий,
обладающих какими-то значимыми для субъекта признаками. Например,
экспериментальным путем установлено: если на нас одновременно
воздействуют два стимула, то тот из них, к восприятию которого мы
подготовились, будет восприниматься в качестве предшествующего, более
раннего стимула. Точно также раздражитель, к которому мы проявляем
интерес, будет воспринят как предшествующий по сравнению с другим,
«неинтересным» стимулом1. Это свойство восприятия объясняет причину
появления некоторых ошибок в

См.: Фресс П., Пиаже Ж Экспериментальная психология. Вып. VI. С. 92.

107

свидетельских показаниях, особенно о фактах, существенно отдаленных от
момента допроса. ‘

Значительное влияние на восприятие продолжительности какого-либо события
во времени также может оказать степень занятости субъекта в данный
временной интервал Время, заполненное активной деятельностью, кажется
протекающим намного быстрее, по сравнению со временем, не заполненным
интересными делами, проведенным в ожида-ни-и неприятных событий, занятым
малоинтересными, однообразными действиями. Особую роль в оценке времени
играет мотивация. Время, насыщенное деятельностью, направленной на
удовлетворение личност-но значимых мотивов, воспринимается более
коротким.

Также меняется восприятие продолжительности времени в зависимости от
возраста Это влияние, как считают некоторые авторы, проявляет себя при
восприятии длительностей свыше одного дня. Для людей преклонного
возраста время течет быстрее, чем для ребенка. Поэтому при допросе
свидетелей мы можем столкнуться с расхождениями в их показаниях

Как показывает следственная практика, нередко восприятие времени
свидетелем, потерпевшим, обвиняемым происходит в состоянии
эмоциональной, психической напряженности, что также оказывает искажающее
влияние на оценку продолжительности события. Подобное можно наблюдать,
например, при допросе обвиняемого, который находился в момент совершения
преступления в состоянии аффекта. В таких ситуациях можно использовать
разработанный в психологии прием оценки времени по методу
воспроизведения. В этих случаях в ходе следственного эксперимента
обвиняемому (потерпевшему, свидетелю) предлагается воспроизвести те
действия, которыми он был занят в интересующий период. Одновременно
проводится хронометрирование. Оценивая данный метод, следует сказать,
что он хотя и точнее обычной количественной оценки субъектом
продолжительности событий, но все же не исключает ошибок, которые могут
колебаться в пределах 12—28%

Иногда при расследовании преступлений, связанных с применением
огнестрельного оружия, возникает необходимость оценить интервалы между
услышанными выстрелами. Предлагая свидетелям дать временную оценку
интервалов, мы нередко сталкиваемся с существенными искажениями в
оценках их длительности В основе таких искажений лежат психологические
закономерности восприятия времени.

Дело в том, что короткие интервалы, не превышающие 0,5 с, практически не
воспринимаются. При интервалах в 0,5—1 с границы выстрелов и интервал
образуют единство И лишь при интервалах свыше 1 с преобладающим является
восприятие интервала Наряду с этими эмпирически установленными данными
известно, что короткие интервалы переоцениваются, а длинные —
недооцениваются. Интервал кажется более коротким, если первый выстрел
был более громким. И наоборот, он кажется более длинным, если второй
выстрел слышался сильнее первого Это явление связано с тем, что при
одинаковой длительности

108

громкий звук кажется более длительным. Интервалы, ограниченные высокими
звуками, кажутся более длинными, чем интервалы, ограниченные низкими
звуками1 Чтобы помочь свидетелю с наибольшей точностью определить
интервалы между выстрелами, следует не только попросить его дать
количественную оценку, но и предложить отстукиванием воспроизвести
интервалы между выстрелами с одновременным хронометрированием
следователем его действий Практика показывает, что оценки интервалов
свидетелем в первом и втором случаях будут существенно отличаться друг
от друга.

По одному уголовном уделу важно было установить интервал между двумя
выстрелами. Допрошенный по делу свидетель А. заявил, что он слышал два
выстрела, похожих на хлопки, с интервалом в 20— 30 с. Когда же
следователь предложил ему постукиванием воспроизвести услышанные хлопки
выстрелов, оказалось, что интервал между ними не превышал и 5 с.
Следовательно, метод воспроизведения оказался точнее в 4—6 раз метода
количественной оценки интервалов. В связи с этой особенностью некоторые
авторы рекомендуют, прежде чем задавать вопрос о продолжительности
интервала, предложить свидетелю постукиванием обозначить границы
интервала с одновременной фиксацией его в единицах времени2.

Восприятие движения — это отражение в сознании человека изменений
положения предмета в пространстве: его скорости, ускорения и
направления. Поскольку восприятие движения в своей основе имеет
восприятие предметов и пространства, то в нем участвуют те же
анализаторы (зрительный, слуховой, кинестетический и т.п )

Движение воспринимается нами на основе непосредственного восприятия и
восприятия, опосредствованного умозаключением, когда скорость движения
при определенных перцептивных способностях человека восприниматься им не
может, а о ее параметрах можно судить по результатам движения объекта. В
последнем случае воспринимается, по существу, не сама скорость, а
результат движения и по нему уже дается оценка скорости С этим явлением
следователь сталкивается при расследовании автопроисшествий. В подобных
случаях свидетели, добросовестно заблуждаясь, иногда судят о скорости
автомашины по результатам аварии и той динамичной обстановке, в которой
она произошла Трупы, кровь, деформированный транспорт, визг тормозов,
сильные удары могут значительно исказить восприятие скорости, полностью
подчинить ее оценку ошибочным умозаключениям

Поэтому, выясняя скорость движения, следует поинтересоваться-на
основании чего свидетель пришел к тому или иному выводу; каков его
личный опыт восприятия движущихся объектов Ответы на эти вопросы
объяснят причины его возможных ошибок в показаниях о скорости движения
транспорта.

‘ См Фресс П , Пиаже Ж Экспериментальная психология Вып VI С 99—102 См
Кертес И Тактика и психологические основы допроса М , 1965 С 64

109

Не полагаясь целиком на метод количественной оценки, можно прибегнуть к
методу сравнения. Во время следственного эксперимента водителю
предлагается ехать определенное расстояние сначала со скоростью 10,
затем 20, 30, 40 и т.д. километров в час. Сравнивая скорости движения,
свидетель может определить, в какой момент скорость машины примерно
соответствует той скорости, с которой она ехала раньше.

Индивидуальные различия людей, особенности их восприятия обусловливают
необходимость проведения в некоторых случаях судебно-психологических
исследований перцептивных способностей свидетеля, потерпевшего для
последующей более точной оценки их показаний следователем, судом.

К тому, как проявляются закономерности перцептивных процессов, мы еще
вернемся при рассмотрении психологических особенностей проведения
следственных (судебных) действий, таких, как осмотр места происшествия,
предъявление для опознания и некоторые другие в последнем разделе нашего
учебника.

§ 2. Память.

Учет юристом закономерностей памяти участников процесса

Понятие и значение памяти. Память — один из основных психических
процессов, без которого не может быть индивидуального развития,
становления личности. «Без памяти мы были бы существами мгновения. Наше
прошлое было бы мертво для будущего. Настоящее, по мере протекания,
безвозвратно исчезало бы в прошлом. Не было бы ни основанных на прошлом
знаний, ни навыков. Не было бы психической жизни, смыкающейся в единстве
личного сознания, и невозможен был бы факт по существу непрерывного
учения, проходящий через всю нашу жизнь и делающий нас тем, что мы
есть»1

Память — сложное психическое явление, проявляющееся в способности
человека запоминать, сохранять в сознании и в последующем воспроизводить
различные обстоятельства, имевшие место в прошлом. Память включает в
себя ряд процессов: запечатление и сохранение, узнавание и
воспроизведение, а также забывание. Она проявляет себя в любом
психическом процессе, поскольку в деятельности человека актуализируется
его прошлый опыт и знания. Память связана с восприятием, мышлением, с
ориентированием человека во времени и среде. Она играет решающую роль в
развитии самосознания личности, обеспечивая ее целостность и единство.

Велика роль памяти в профессиональной деятельности юриста. Его память
должна отличаться достаточным объемом, прочностью запоминания, точностью
воспроизведения важных для него обстоятельств, высокой мобилизационной
готовностью припоминать требуемые сведения и факты в нужный момент.
Важную роль играет память в формировании

Рубинштейн СМ Основы общей психологии В 2 т. М, 1989 Т I. С. 302.

110

1

свидетельских показаний. Умение извлекать из памяти свидетелей,
потерпевших, обвиняемых информацию, пользуясь знаниями о закономерностях
запоминания, сохранения и воспроизведения, является профессионально
важным качеством следователя, прокурора, судьи, адвоката.

Виды памяти. По характеру психической активности различают: образную
(зрительную, слуховую, двигательную и т.д.), эмоциональную и
вербально-логическую память.

Образная память основана на различных представлениях, зрительных,
слуховых, вкусовых и других образах. Это наиболее активный вид памяти
свидетелей, очевидцев происшествия. Возникающие в памяти представления
сопровождаются различными эмоциями, которые оставляют след в нашем
сознании. Особой разновидностью образной памяти является двигательная
память.

Двигательная память — это память, в основе которой лежат процессы
запоминания, сохранения в сознании двигательных актов, совокупности
движений, передвижения человека в пространстве. Иногда свидетели,
затрудняясь определить время какого-либо события, вспоминая характер и
очередность своих действий, дают очень важные показания о длительности
того или иного события, его последовательности и о других, связанных со
своими действиями обстоятельствах.

Эмоциональная память состоит в запечатлении и сохранении в сознании
переживаний и чувств. Она тесно связана с образной памятью.
Эмоциональная память является необходимой предпосылкой в развитии
способности к сочувствию и сопереживанию.

Вербально-логическая память — это вид памяти, основным содержанием
которой являются наши мысли, выраженные в словесной форме.
Вербально-логическая память — ведущий вид памяти. Особенно велика ее
роль в процессе обучения, в деятельности, например следователя,
расследующего сложное, многоэпизодное дело.

По целям деятельности выделяют память непроизвольную и произвольную.

Непроизвольная память чаще всего сопровождает деятельность, которая не
преследует цели запомнить и сохранить сопутствующие ей обстоятельства.
Обычно данный вид памяти проявляет себя в ситуации допроса свидетеля,
который случайно оказался очевидцем какого-либо происшествия.

Произвольная память опосредована целью и задачами запечатлеть, сохранить
в сознании, а иногда и воспроизвести какие-то факты, знания. Это
наиболее продуктивный вид памяти. Поэтому юрист должен обладать развитой
произвольной памятью и умело использовать ее в своей профессиональной
деятельности.

И наконец, по продолжительности закрепления и сохранения следов
раздражителей память подразделяют на кратковременную, долговременную и
оперативную.

Кратковременная память характеризуется очень коротким временем
сохранения следов после однократного воздействия раздражителя.
Воспроизведение следа с помощью кратковременной памяти воз-

111

можно в первые секунды после восприятия. В результате повторения она
постоянно обновляется и может преобразовываться в долговременную память.

Долговременной памяти присуще длительное сохранение полученных знаний,
приобретенных навыков. Она безгранична по времени, действует в течение
всей жизни человека. В долговременной памяти материал семантически
обрабатывается и организуется. Происходит его смысловое
структурирование. Это одна из причин того, что мы с помощью ключевых
слов, имеющих смысловую связь с заложенным в долговременную память
материалом, извлекаем нужную информацию В долговременной памяти хранится
очень большой объем информации Вся сложность состоит в том, чтобы
получить доступ к ней. И этим искусством должен владеть юрист.

Оперативная память обеспечивает сохранение и воспроизведение той
информации, которая необходима для достижения цели определенного
действия, с выполнением которого она перестает функционировать. Она
включает в себя некоторые признаки как долговременной, так и
кратковременной памяти, занимая среди них промежуточное место. Велика
роль оперативной памяти в деятельности следователя, занятого
расследованием уголовного дела. С окончанием предварительного следствия
многие детали по делу полностью утрачиваются из памяти как потерявшие
актуальность и значение

Закономерности памяти и их проявление в профессиональной деятельности
юриста. Мнемическая деятельность (от «мнемоника» — искусство
запоминания) складывается из следующих процессов: запоминание,
воспроизведение, забывание.

Запоминание — это процесс памяти, в результате которого происходит
закрепление и сохранение в сознании новой информации Запоминание
начинается с запечатления различных сенсорных признаков, образов, в
процессе которого происходит их отбор, кодирование и включение в систему
уже усвоенных знаний.

Объем памяти у людей в зависимости от индивидуальных особенностей,
возраста различен. Установлено, что в среднем человек запоминает 7 (±2)
отдельных элементов из десяти. Люди с хорошей памятью удерживают 7—9
элементов, люди с плохой памятью — всего лишь 4— 5 изолированных
элементов. Существенное влияние на запоминание оказывает семантическая
(смысловая) организация материала, благодаря которой количество
элементов, которые мы запоминаем, может увеличиваться. В этом
проявляется положительная роль вербально-логи-ческой памяти, которая
очень тесно связана с мышлением.

Элементарной формой непроизвольного запоминания как одной из
разновидностей образной памяти являются последовательные образы. Это те
результаты отражения, которые сохраняются в сознании в течение очень
короткого времени после того, как раздражитель уже перестал действовать
на анализатор. Поэтому последовательные образы представляют собой
проявление кратковременной памяти в элементар-

112

ной форме. Чаще всего последовательные образы появляются в результате
воздействия на зрительные, слуховые анализаторы.

Для следственной, судебной практики могут представлять интерес наглядные
(эйдетические) образы. Некоторые люди обладают способностью
непроизвольно запечатлевать какой-либо объект настолько хорошо, что для
них не составляет никакого труда воспроизвести его потом во всех
мельчайших подробностях, как будто они его продолжают видеть перед
собой. «Отличие эйдетических образов от последовательных образов
заключается в том, что они сохраняются без всяких изменений четкости, не
обнаруживают никаких явлений расплывания и флюктуации, могут произвольно
вызываться в любой момент, в том числе и через очень большие промежутки
времени, после того, как они были зафиксированы»1. И если такой
способностью обладает свидетель, у следователя, незнакомого с этим
явлением, могут возникнуть сомнения в отношении правдивости его
показаний только на том основании, что они отличаются гораздо большими
подробностями, чем показания других лиц. Чаще эйдетические образы
возникают в детском и юношеском возрасте.

Наконец, запечатление может происходить в виде образов-представлений. У
каждого человека в памяти содержится большое количество самых различных
представлений. И когда, например, следователь спрашивает свидетеля, не
видел ли он нож у подозреваемого, у допрашиваемого возникает в сознании
определенный образ ножа. Если он действительно видел нож, то возникший
образ будет наделен какими-то признаками, отличающими его от всех других
предметов (не ножей), либо выделяющими его среди различных ножей. Как
считал наш известный ученый А.Р. Лурия, образы-представления состоят из
следов различных восприятий (зрительных, осязательных и т д.)

Множественность признаков образа, усвоенных в ходе повседневной
практики, делает представление о нем гораздо богаче, чем просто его
внешний вид Это объясняется тем, что представление несет на себе печать
интеллектуальной переработки впечатления о предмете. Возникает его
обобщенный образ. «В образе-представлении наша память не пассивно
сохраняет отпечаток раз воспринятого, но проделывает с ним глубокую
работу, объединяя целый ряд впечатлений, анализируя содержание предмета,
обобщая эти впечатления, объединяя собственный наглядный опыт со
знаниями о предмете»2.

Образ-представление является, по существу, свернутым продуктом нашей
перцептивной и мнемическои деятельности с вычленением в нем его наиболее
обобщенных, существенных признаков. Представление о предмете является
результатом глубокой переработки хранящегося в памяти образа. Эта
закономерность образной памяти, связанная с продуцированием
образов-представлений, должна побуждать следователя

‘ Лурия А Р Внимание и память. М , 1975 С 65. 2 Там же С 68

113

I

критически оценивать показания любого свидетеля, какими бы убедительными
они ни казались.

Образы-представления могут возникать не только у свидетеля, но и у
следователя, например во время осмотра места происшествия. Искаженно
трансформируясь в результате интеллектуальной переработки следователем,
такие представления иной раз могут увести его далеко в сторону от
истины.

• Определенные искажения при запоминании события преступления может
носить эмоциональная память, особенно память, связанная с отрицательно
окрашенными аффективными переживаниями, в результате которых некоторые
события могут гиперболизироваться, а иногда, наоборот, вообще
вытесняться из сознания. Однако эмоциональная память играет не только
отрицательную, но и положительную роль, являясь своего рода пусковым
механизмом в последующем припоминании событий.

Запоминание всегда связано с действиями человека, его целевой
установкой, которой они сопровождались. Этим во многом объясняется
избирательный характер мнемической деятельности. Хорошо запоминается то,
что включено в целенаправленную деятельность. Опыты отечественных
психологов П.И. Зинченко, А.А. Смирнова убедительно доказали
существование этой закономерности памяти: непроизвольно запоминается
лучше то, что имеет прямое отношение к достижению поставленной цели, к
решению конкретной задачи, что особенно связано с преодолением
препятствий на пути к достижению этой цели. Включение новой деятельности
также положительно влияет на запоминание. Среди различных действий лучше
запоминаются те промежуточные действия, которые находятся в русле
целенаправленной, мотивированной деятельности.

Исследования памяти этими учеными подтвердили плодотворность
деятельностного подхода, суть которого состоит в том, что психические
явления (в данном случае память) необходимо рассматривать под углом
зрения структуры, последовательности, предметного содержания
деятельности. Более того, и сами психические явления, в частности
память, также становятся видами деятельности со своими мотивами,
сопутствующими им целями. Это дает ключ к пониманию психологии
свидетельских показаний, лежащего в их основе преднамеренного или, что
чаще бывает, непреднамеренного запоминания важных для дела
обстоятельств. Вот почему «некоторые из показаний людей, бывших
случайными свидетелями происшествия, оказываются так бедны, а иногда и
недостаточно достоверны»1.

В ходе исследования памяти было установлено еще одно любопытное явление,
имеющее также значение для психологии свидетельских показаний, которое
получило название «эффекта Зейгарник» по имени отечественного психолога
Б.В. Зейгарник, изучавшей зависимость запоминания от
эмоционально-мотивационной сферы. Общий вывод, к которому она пришла,
состоял в том, что незавершенные, прерванные дей-

1 Лурия А Р. Внимание и память С. 81.

114

ствия запоминаются почти в два раза чаще, чем законченные. Данная
закономерность связана с тем, что эмоционально окрашенные впечатления,
сопровождающие незавершенные действия, вызывают более стойкие очаги
возбуждения в коре головного мозга. Поэтому, опрашивая свидетеля,
который затрудняется что-то вспомнить, следует спросить, чем он
занимался в интересующий следователя период, помочь ему вспомнить важные
для дела обстоятельства, отталкиваясь от его занятий, личных дел.

В тех случаях, когда приходится допрашивать свидетелей о фактах,
расположенных в определенном временном ряду, мы можем встретиться с так
называемым фактором края. Как показали опыты, первые и последние
элементы в ряду удерживаются в памяти лучше, чем элементы, расположенные
в середине. Хуже всего запоминаются элементы, несколько смещенные от
центра к концу ряда. Это связано с тормозящим влиянием, которое
оказывают элементы друг на друга.

Тормозящее воздействие предшествующих элементов на последующие
называется проактивным («вперед действующим») торможением. Тормозящее
влияние последующих элементов на предыдущие — ретроактивным («назад
действующим») торможением. Под воздействием этих видов торможения
средние элементы хуже всего сохраняются в памяти. Чтобы их все же
восстановить, следует активизировать вербально-логическую память
свидетеля, попытаться найти связи между выпавшими из памяти элементами и
теми из них, которые сохранились в сознании.

Если при анализе свидетельских показаний мы чаще имеем дело с
непроизвольной памятью, то в работе самого юриста гораздо больший
удельный вес занимает произвольная, долговременная и оперативная память.
Характер профессиональной деятельности юриста диктует необходимость
удержания в памяти продолжительное время (определяемое хотя бы сроками
раследования, рассмотрения дела в суде) различных фактов, событий
Поэтому в ряде случаев прокурор, следователь, судья и т.д. должны,
пользуясь определенными приемами, повышать качество запоминания.
Перечислим некоторые приемы, улучшающие запоминание, которые могут
использоваться в практической деятельности юриста:

? смысловая (семантическая) организация материала с выделением в нем
основных опорных пунктов, слов;

? составление плана, в котором раздельно отражаются: исходная
информация; что необходимо сделать; вопросы, подлежащие выяснению; при
запоминании сложного материала смысловая группировка материала
проводится по различным основаниям: по интересующим следователя лицам,
по расследуемым эпизодам;

? составление вспомогательных схем и таблиц с графическим отражением
связей между различными элементами схемы, с фиксацией временных и
пространственных координат исследуемого события;

? сравнение сходных явлений, фактов, например выявление общего и
расхождений в показаниях свидетелей, документах и в других источниках
доказательств;

115

? классификация, систематизация материала; неоценимую помощь данный
прием может оказать юристу в изучении следственной и судебной практики,
текущего законодательства и других нормативных материалов.

Воспроизведение можно охарактеризовать как процесс памяти, в результате
которого актуализируется ранее усвоенный материал. В психологии изучены
два основных вида воспроизведения: узнавание и собственно
воспроизведение (припоминание).

Узнавание — это воспроизведение объекта при повторном его восприятии с
опорой на запечатленный образ данного объекта. Узнавание может быть
непроизвольным (с чем мы сталкиваемся постоянно в нашей житейской
практике) и произвольным процессом. Типичным примером узнавания является
опознание лиц, предметов свидетелями. Узнать объект — это значит
включить его в систему ранее усвоенных знаний, идентифицировать его с
помощью имеющегося в нашем сознании образа. Существуют разные уровни
узнавания. Наиболее элементарный из них — ощущение знакомости, которое
возникает при восприятии какого-либо объекта. Однако отождествить его на
данном уровне невозможно.

Собственно воспроизведение проводится без вторичного предъявления
объекта. Оно также бывает непроизвольным, например в ходе обычной
деятельности, которой занят человек, и произвольным, когда свидетелю
предлагается рассказать о том, что ему известно по дглу. В тех случаях,
когда воспроизведение затруднено и требуются усилия в решении
непродуктивной задачи, мы говорим о припоминании. Разновидностью
воспроизведения являются воспоминания, связанные с извлечением из памяти
событий, образов прошлого из жизни человека, общества.

В следственной практике в целях активизации памяти свидетелей,
потерпевших используются возможности и узнавания, и собственно
воспроизведения. Например, свидетелю предлагается, осмотрев
предъявленные предметы, рассказать, есть ли среди них искомый, по каким
признакам он его опознает, при каких обстоятельствах он его ранее видел.
Примером комбинированного вида воспроизведения может служить выход
обвиняемого на место преступления с одновременным пояснением
подробностей своего пребывания там.

Особое криминалистическое значение приобретает особенность
воспроизведения, получившая в психологии название реминисценции,
сущность которой состоит в усилении в памяти новых смысловых связей при
отсроченном воспроизведении. Проведенные отечественным психологом Б.П.
Красилыциковым исследования выявили реминисценцию в 40,5% опытов. Более
того, в ряде случаев наблюдалось улучшение качества воспроизведения не
только во второй, но и в третий раз. Данное явление объясняется
процессами торможения в коре головного мозга, которые появляются сразу
же после события под влиянием сильного раздражителя, каким может быть
акт преступного поведения. И лишь после угасания этих процессов
заторможенные следы начинают

116

восстанавливаться в сознании. Поэтому повторные допросы свидетелей,
потерпевших с интервалом в несколько дней и более нередко дают
положительные результаты.

Воспроизведение строго индивидуально. Объем, последовательность
воспроизведения зависят от отношения субъекта к воспринимаемым событиям,
его интереса, интеллекта, возраста, жизненного опыта, занятий. Однако,
несмотря на индивидуальные особенности личности, в каждом случае
прослеживаются общие тенденции искажения воспринятой реальности.

Английский психолог Ф.Ч. Бартлетт установил закономерности, влияющие на
искажение воспринятых образов при передаче перцептивной информации
людьми друг другу в процессе их общения между собой. Каждый опыт с
определенным постоянством подтверждал тенденцию опускать испытуемыми
побочные детали. В процессе добросовестного воспроизведения выявлялось
большое количество неточностей относительно расположения предметов,
происходило их смещение к центру. Наблюдалась большая путаница и
забывание качественной характеристики предметов, особенности их цвета,
размера и формы. При воспроизведении фраз отмечалось искажение
формулировок. Это позволило сделать вывод, что запоминание с
воспроизведением является в большей степени реконструкцией, чем точным
повторением1. Данная закономерность воспроизведения является одной из
причин появления слухов, формирования ошибочных мнений, добросовестных
заблуждений свидетелей.

Объем, последовательность воспроизведения зависят от отношения субъекта
к воспринимаемым событиям, от его интересов, интеллекта, возраста,
жизненного опыта.

У некоторых лиц в процессе воспроизведения может проявляться такое
качество, как склонность к фантазированию, т.е. стремление сознательно
или бессознательно дополнить запечатленные в памяти образы элементами
вымысла. Это явление чаще наблюдается у несовершеннолетних, особенно у
малолетних свидетелей. Отрицательно влияет на процесс воспроизведения
внушаемость, подверженность субъекта чужому воздействию без достаточно
критического отношения к фактам и событиям.

Большое влияние на качество воспроизведения оказывают также и
объективные факторы: обстановка, в которой проходит допрос, формулировка
вопросов следователем и некоторые другие обстоятельства.

Забывание — процесс памяти, обратный запоминанию и сохранению. Забывание
тем активнее, чем реже усвоенный материал используется человеком в своей
деятельности. На забывание действуют и другие факторы: ослабление
интереса к усвоенному материалу, перенапряжение нервно-психической
деятельности, употребление алкоголя, недо-

См.. Бартлетт Ф.Ч. Человек запоминает: Хрестоматия по общей психологии М
1979. С. 96—102.

117

статок сна. Также влияет на забывание проактивное и ретроактивное
торможение.

В процессе расследования преступлений следователю приходится допрашивать
людей с нарушениями памяти (амнезия). Чаще наблюдаются нарушения памяти
на текущие события у людей преклонного возраста. Однако это не является
абсолютным правилом. Среди них есть люди, ведущие активную, творческую
жизнь, которые сохраняют хорошую профессиональную память.

Серьезное разрушающее воздействие на память оказывают травмы головного
мозга, например при автомобильных авариях Вследствие этого события,
которые предшествовали травме и следовали за ней, в памяти полностью или
частично утрачиваются. Обычно травма черепа с потерей сознания вызывает
полное забывание того, что ей предшествовало (ретроградная амнезия) и
тех событий, которые следовали за ней (антероградная амнезия).

В одной из своих работ А.Р. Лурия описывает случай с мотоциклистом,
попавшим в аварию на 78 км дороги. В результате травмы из его памяти
выпали все воспоминания начиная с 64 км пути. Если учесть, что скорость
его движения была 60 км в час, то получается, что травма привела к
потере следов в памяти, возникших за 10—15 мин до аварии. На этом
основании ученый приходит к важному для следственной практики выводу:
«человеку нужно 10—15 мин, чтобы следы памяти прочно закрепились, или,
как принято говорить в психологии, «консолидировались»1.

Последующие эксперименты, при проведении которых в качестве раздражителя
использовалась резкая световая вспышка, подтвердили эту закономерность,
т.е. необходимость определенного времени на закрепление следов в памяти
Со всей очевидностью проявилось также разрушающее воздействие на процесс
запоминания сильных, травмирующих память раздражителей, что, безусловно,
надо учитывать при проведении допросов потерпевших.

Приемы активизации памяти участников уголовного и гражданского
процессов. Зная закономерности запоминания, воспроизведения и забывания,
особенности различных видов памяти, прокурор, следователь, судья,
адвокат могут активизировать память участников процесса в целях
установления истины по делу. К приемам активизации памяти можно отнести:

а создание объективных условий, исключающих воздействие на свидетеля
посторонних раздражителей, вызывающих отрицательно окрашенные эмоции,
снимающих состояние эмоциональной напряженности; этому способствует
спокойный, заинтересованный в установлении истины тон допроса,
исключение слов и выражений, травмирующих психику допрашиваемого;

? обращение к образной памяти, использование следователем, судом
наглядности, умелое сочетание узнавания с собственно воспроизведением;
характерным примером такого приема является допрос сви-

1 Лурия А Р. Внимание и память С 50

118

детеля на месте происшествия, предъявление ему во время допроса
необходимых фотографий, схем, оживляющих его образную память;

? использование вида памяти, который у допрашиваемого развит лучше либо
который является у него доминирующим в конкретной ситуации, например
эмоциональной памяти при восприятии убийства, двигательной памяти при
установлении временных параметров исследуемого события и т.д.;

? установление опорных (ключевых) мест в запечатленном событии и
смысловых (семантических) связей между ними, выявление между
разрозненными фактами ассоциаций по смежности во времени и в
пространстве, по сходству, по контрасту;

п оказание помощи свидетелю и другим лицам в воспроизведении события в
прямом или обратном хронологическом порядке; при допросе свидетеля
следует спросить о фактах, имевших место накануне интересующего события,
а также о том, что произошло потом, либо, наоборот, начав допрос с конца
интересующих событий;

? проведение в необходимых случаях повторных допросов в расчете на
возможную реминисценцию.

§ 3. Мышление и воображение. Их роль в деятельности юриста

Мышление и его роль в деятельности юриста. Среди различных
познавательных процессов, представляющих собой отражение в сознании
человека объективной реальности, высшим и наиболее сложным процессом
является мышление, которое активно влияет на формирование личности.

Мышление — это опосредованное отражение в сознании человека существенных
свойств, связей и отношений предметов и явлений окружающего мира. Среди
других психических процессов мышление является наиболее сложным
познавательным процессом, благодаря которому в сознании человека
отражаются не только форма, но и сущность тех или иных объектов, их
внутренние связи и закономерности развития. Благодаря мышлению мы судим
о предметах, явлениях по их внешним проявлениям. Например, не зная еще о
том, кто совершил преступление, следователь при осмотре места
происшествия по результатам преступной деятельности опосредованно
составляет мнение о возможных свойствах личности преступника, определяет
круг возможно причастных к совершенному преступлению лиц.

Процесс мышления не исключает перцептивных процессов. Более того, во
многих случаях чувственное познание является своеобразным толчком к
активизации мышления, которое начинает функционировать, когда
чувственное познание оказывается бессильным и необходимо выйти за его
пределы, решить более сложную, чем перцептивная, задачу, найти ответы на
вопросы в сложной, проблемной ситуации, не исключающей нескольких
альтернативных вариантов решения.

119

Поэтому мышление можно определить еще и как процесс решения задачи,
поиска выхода из проблемной ситуации, устраняющий неопределенность в
деятельности субъекта познания. Ситуация неопределенности, кого бы она
ни касалась — следователя или преступника, побуждает к активной
мыслительной деятельности.

Нестандартные задачи, допускающие различные варианты решений, выбор
оптимального пути достижения цели, пробуждают творческое мышление как
наиболее сложный вид мыслительной деятельности. В мышлении участников
судопроизводства проявляется социальный опыт людей. Поэтому их мышление
носит социальный характер.

Виды мышления. В психологии принята следующая условная классификация
видов мышления: наглядное, практическое (наглядно-действенное,
наглядно-образное) и вербально-логическое (дискурсивное).

Наглядное, практическое мышление. Оно чаще проявляется в практической
деятельности людей. При опоре человека на приобретенные знания, навыки,
опыт мышление помогает принимать различные решения о том, как поступить
в сложившихся условиях. Данный вид мышления лежит в основе многих
репродуктивных действий, которые совершает человек, получивший
определенный социальный и профессиональный опыт, например опыт
совершения действий следователя, отыскивающего с помощью различных
технических средств криминалистики следы на месте происшествия.

При наглядно-образном мышлении субъект познания чаще прибегает к
образному представлению окружающего мира, мыслит образами. Важную роль
играет наглядно-образное мышление в процессе обучения.

Вербально-логическое (дискурсивное) мышление. Более сложной формой по
сравнению с наглядно-образным, наглядно-действенным является
вербально-логическое мышление, «посредством которого человек, опираясь
на коды языка, оказывается в состоянии выходить за пределы
непосредственного чувственного восприятия внешнего мира, отражать
сложные связи и отношения, формировать понятия, делать выводы и решать
сложные теоретические задачи»1.

Данный вид мышления служит основным средством сложной познавательной
деятельности человека, в том числе, разумеется, и юриста. Подчеркивая
его важную роль, необходимо отметить, что вербально-логическое мышление
всегда связано с языком, речью, с понятиями, которые имеют различные
смысловые связи, скрытые за каждым нашим словом. Вот почему, следя за
тем, что и как говорит человек, мы нередко составляем мнение о характере
его мыслительной деятельности, оцениваем уровень развития его мышления в
целом.

Прибегая к данному виду мышления, мы широко используем отвлеченные
понятия, обобщенные категории. Путем рассуждений, построения различных
логических операций выявляем закономерности изучаемых явлений, отношения
между объектами, прогнозируем дальнейшее

‘ Лурия А.Р. Речь и мышление. С. 19.

120

развитие событий, благодаря чему выходим за пределы непосредственного,
чувственного познания мира.

Особенно велика роль дискурсивного мышления при доказывании виновности
лица в совершении преступления, при установлении причин преступности,
при решении других вопросов, требующих глубокого анализа, вскрытия
внутренних связей и противоречий в исследуемых явлениях, фактах.

Одним из проявлений дискурсивного мышления в следственной практике
являются рефлексивные рассуждения, основанные на анализе следователем
собственных мыслей и сопровождаемые имитацией рассуждений и действий
обвиняемого, подозреваемого, свидетеля. «Так, следователь отражает в
динамической модели конфликтной ситуации и себя самого, и
подследственного, имитирует ход его мыслей и его поведение и, оперируя
этой моделью, принимает решение. При этом он должен представить не
только самого себя с точки зрения подследственного, но и представления
самого подследственного о себе в понимании следователя»1. Преимущество в
ходе рефлексивных рассуждений позволяет следователю управлять процессом
принятия своих решений и решений подследственного. При этом не следует
забывать, что к рефлексивным размышлениям прибегает не только
следователь, но и обвиняемый. Поэтому следователь с помощью своего
дискурсивного мышления должен превзойти его в ранге рефлексии.

Развитые в достаточной мере перечисленные выше виды мышления позволяют
следователю, судье творчески решать сложные, проблемные задачи по
уголовным делам, при разрешении гражданско-правовых споров. Поэтому,
когда специалист решает нестандартные задачи наиболее коротким и
рациональным способом при наличии других возможных вариантов, говорят о
его умении творчески мыслить, о выраженном у него творческом
(эвристическом) мышлении, о его способности находить оптимальные
решения, устанавливать совершенно новые закономерности и свойства
явлений, предметов. В настоящее время появилось самостоятельное
направление в науке — эвристика как совокупность знаний о творческих
способностях человека, помогающих ему находить истину не путем простого
перебора различных вариантов решения, а двигаясь к цели наиболее
кратчайшим путем.

Например, расследуется преступление в ситуации обнаружения трупа со
следами насильственной смерти. При минимальной исходной информации можно
заподозрить в причастности к убийству достаточно большое количество лиц
и после долгих поисков путем их проверки выйти на того, кто совершил
преступление. Однако это время можно значительно сократить, наиболее
рационально определив последовательность проведения
следственно-розыскных действий.

1 Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной
практике // Правовая кибернетика. М., 1970. С. 189.

121

Исследования Н.Л. Гранат и Д.П Котова показали, что опытные следователи
значительно сокращают путь к истине, не прибегая подобно ЭВМ к
механическому перебору всех возможных вариантов1.

Как пишет А.В. Петровский, «мышление никогда не работает по способу
такого слепого, случайного, механического перебора всех или. некоторых
возможных вариантов решения. По ходу мышления хотя бы в минимальной
степени предвосхищается, какой именно признак рассматриваемого объекта
будет вычленен, проанализирован и обобщен. Отнюдь не любое, не
безразлично какое, а лишь определенное свойство объекта выступает на
передний план и используется для решения. Остальные же свойства просто
не замечаются и исчезают из поля зрения… Следовательно, хотя бы
минимальное, самое приблизительное и совсем предварительное
предвосхищение неизвестного в процессе его поисков делает излишним
слепой, механический перебор всех подряд или многих свойств
рассматриваемого объекта»2.

Аналогичную мысль в отношении следственного мышления высказывает и А.Р.
Ратинов. «Концепция механического перебора вариантов по методу «проб и
ошибок» не оправдывает себя, — считает он, — ибо полный перебор всех
возможностей в сложных случаях неосуществим, неэффективен и не
соответствует реальному процессу решения мыслительных задач человеком…
Исследование методом перебора применимо лишь в процессе ориентировки в
ходе первоначальных следственных действий при чрезвычайно ограниченном
объеме информации»3. И это тем более оправдано, если у следователя
имеется достаточно знаний и профессионального опыта.

В этом проявляется способность человеческого разума к свертыванию
мыслительных операций, когда длинная цепь рассуждений заменяется одной
обобщающей операцией, которую характеризуют направленность,
избирательность, детерминированность мышления.

Как считают некоторые ученые, мысль исследователя в процессе познания
должна не только углубляться в предмет познания, но и как бы скользить
по его поверхности, задерживаясь не только на нем, но и около него. В
подобных случаях, по аналогии с «боковым» зрением, говорят о так
называемом боковом мышлении как о разновидности творческого мышления.
Такое мышление освобождает нас от привычных, ранее усвоенных суждений,
принявших догматические формы, извлекая из нашей памяти различные
ассоциации, которые ведут нашу мысль в совершенно ином направлении,
неожиданно подсказывая нужное решение. «Боковое мышление оказывается
действенным и помогает найти решение проблемы при одном непременном
условии: проблема должна стать устойчивой целью деятельности, стать
доминантной»4. Только

1 См • Гранат НЛ. О механизмах следственного мышления // Вопросы
судебной психологии- Материалы Всесоюзной конференции по судебной
психологии М, 1971 С. 79—81

2 Петровский А В Введение в психологию С 213

3 Ратинов А.Р Судебная психология для следователей С. 120.

4 Лук А.Н. Психология творчества М , 1978 С 13.

122

тогда, когда мысль о нераскрытом преступлении и возможных путях
установления истины будет в сознании следователя постоянно
активизировать его мыслительную деятельность, только тогда можно
рассчитывать на продуктивность такого мышления.

Существенную роль в процессе творческого мышления играет интуиция, т.е.
знание, возникающее как бы неосознанно за пределами тех или иных
привычных стереотипов мышления, логических программ, принятых алгоритмов
решения задач. Обычно интуиция проявляет себя в проблемных ситуациях,
требующих нестандартных решений.

Этапы мыслительной деятельности в процессе творческого поиска. Мышление
появляется, когда в создавшейся проблемной ситуации возникает задача, не
имеющая готового решения. Такая задача может выступать как цель
деятельности, например задача — раскрыть преступление, установить истину
по делу Чтобы мышление активизировать, необходима соответствующая
мотивация мыслительной деятельности. И чем она сильнее, тем более
продуктивно мышление.

Рассмотрим подробнее этапы мыслительного процесса.

Подготовительный этап. На данном этапе осознается определенная цель
деятельности, формулируются вопросы, которые предстоит решить. У
следователя этот начальный этап мыслительной деятельности нередко
предшествует возбуждению уголовного дела.

Ориентирование в условиях задачи. За подготовительным этапом следует
анализ возникшей проблемной ситуации, ее составных частей, их связей,
предпринимаются первые попытки объяснить их причинную обусловленность.
Поскольку исходных данных бывает недостаточно, эти объяснения чаще носят
гипотетический (предположительный) характер. Данный этап мышления имеет
место, например, в процессе изучения поступивших к следователю
материалов, исходных данных о каком-либо совершенном преступлении. В это
время строятся гипотетические суждения, выдвигаются версии о механизме
происшедшего события, о возможно причастных к нему лицах и т.д Все эти
суждения, версии соотносятся с имеющейся информацией, и те из них,
которые не подтверждаются, отбрасываются.

Определение путей, средств и методов решения задачи. На данном этапе
определяется направления поисков, а также способы решения частных задач,
что обычно отражается в развернутом плане расследования по уголовному
делу.

Решение задачи. Решение познавательных задач по делу продолжается на
всем протяжении следствия. На каждом этапе расследования преступления
следователь активно использует результаты всей своей предшествующей
деятельности по делу, новую поступающую к нему информацию. Применительно
к различным следственным ситуациям следователь использует те или иные
тактические комбинации, своеобразную программу деятельности в виде
определенной совокупности следственно-розыскных действий, нацеленных на
раскрытие преступления.

Сопоставление полученных результатов с исходными условиями задачи. Если
полученные результаты соответствуют объективным

123

условиям задачи и получают доказательственное подтверждение,
мыслительный процесс завершается; если же нет — продолжается до тех пор,
пока не будет достигнут положительный результат, соответствующий
поставленной задаче.

В ходе мыслительного процесса широко используются различные операции:
анализ, синтез, сравнение, обобщение, абстрагирование, индукция,
дедукция и др.

* Характеристика мыслительной деятельности юриста (следователя,
прокурора, судьи). Многие вопросы, в разрешении которых принимают
участие юристы, имеют остроконфликтный характер. Все это, безусловно, не
может не оказывать определенного влияния на характер мышления юриста.
Перечислим основные качества, которыми оно должно характеризоваться.

Познавательная активность, легкость генерирования идей. В этом свойстве
проявляются поисковая активность сознания, отражение в нем различных
явлений, их свойств и связей. Например, приступая к расследованию
преступления, следователь активно стремится найти нужные доказательства,
выдвигая различные идеи, объясняющие суть происшедшего. Важную роль в
этом процессе играет желание и умение взглянуть на исследуемое событие
под разными углами зрения, проанализировав различные варианты объяснения
данного явления.

Познавательная активность мышления следователя проявляется также в
способности к «сцеплению» идей — свойстве мышления объединять различные,
порой ничем внешне не связанные сведения и на этой основе находить новые
объяснения происшедшего.

Глубина, широта мышления. Эти качества дополняют друг друга. Глубина
мышления определяется степенью проникновения в сущность изучаемого
объекта. Напротив, широта мышления характеризуется охватом не только
границ изучаемого явления, но и смежных с ним областей познания. Если
юрист не привык глубоко вникать в исследуемые события, у него
вырабатывается поверхностное отношение к делу. При отсутствии широты
мышления, затратив много времени и сил на изучение отдельных, частных
вопросов, можно упустить главное

Прогностичность, рефлексивность мышления. Данное качество тесно связано
с активностью мышления, его глубиной и широтой. Принимая решение по
любому делу, опытный юрист всегда предвидит последствия своих действий,
прогнозирует возможное поведение участников процесса, иных лиц,
заинтересованных в результатах рассмотрения спора, готовит
соответствующие контрдоводы, аргументы для того, чтобы отстоять
собственную точку зрения или вовремя от нее отказаться, предусмотрев
заранее дополнительные, компромиссные варианты.

Гибкость, подвижность мыслительных процессов. То есть способность
увидеть изучаемый объект под новым углом зрения, обнаружить его новые
свойства, предназначение, способность своевременно переключаться с
одного изучаемого явления на другое В противном случае говорят об
инертности, ригидности мыслительных процессов. Ригидность (скованность)
мышления связана с функциональной фикси-

124

рованностью, при которой субъект познания в изучаемом объекте упорно
видит только какие-то одни признаки, не замечая других. Такая
фик-сированность, например, нередко препятствует качественному осмотру
места происшествия, иногда приводит к ошибочным оценкам личности
заподозренного в преступлении, заставляет следователя длительное время
заниматься проверкой бесплодных версий. Напротив, юрист, наделенный
живостью, гибкостью, критичностью мышления, в состоянии своевременно
разглядеть допущенные ошибки и быстро перестроиться в своей поисковой
деятельности, отказавшись от прежних стереотипов мышления.

Самостоятельность мышления. Данное качество мышления проявляется в
самостоятельном, критическом отношении юриста к различным явлениям, в
его умении невзирая на чужие мнения заметить в процессе расследования
(рассмотрения любого дела в суде) неисследованные вопросы, по-новому
взглянуть на установленные факты, дав им соответствующую правовую
оценку.

Напротив, склонность в своих суждениях и поступках не отличаться от
других, боязнь показаться «белой вороной», недостаточно
квалифицированным специалистом, вызвать негативное к себе отношение
из-за своих взглядов, а также повышенная тревожность — качества,
существенно снижающие эффективность мыслительной деятельности юриста,
свидетельствующие о конформности его мышления.

Способы активизации мыслительной деятельности юриста. Кратко остановимся
на некоторых из них.

Стимуляция мотивов мыслительной деятельности. В любой деятельности,
чтобы достичь поставленной цели, необходимо сильное желание, четкое
осознание, актуализация потребности в достижении этой цели. Осознание
того, что без активизации мышления не может быть достигнута цель, что
поставленная субъектом задача должна быть решена, является важным
стимулом мыслительного процесса. Например, получив сложное уголовное
дело, следователь своим эмоционально-волевым настроем должен
сформировать в своем сознании установку — раскрыть преступление.
Осознанию этой необходимости придается личностный смысл, вербализируемый
примерно в таких словах: «Я должен раскрыть данное преступление, я не
имею права не выполнить поставленную задачу ..». Переходя затем в
подсознание, данная установка становится важным стимулом, сильным
побудительным мотивом, своего рода доминантой мыслительной деятельности,
направленной на раскрытие преступления.

Активное включение в поисковую деятельность. Известно, что плодотворные
мысли чаще появляются тогда, когда человек увлечен своей работой. Важно
сделать первый шаг. В последующем достигаются промежуточные результаты,
которые вызывают положительные эмоции, стимулирующие дальнейшую
познавательную активность.

Начинающему следователю, получившему материалы сложного уголовного дела,
можно рекомендовать: активно включайтесь в расследование, не
откладывайте дело даже под самыми благовидными предлогами «на потом».
Необходимо приступать к выполнению следственных

125

действий, какими бы трудоемкими они ни казались. После этого постепенно
начнут вырисовываться и первые контуры отдельных фактов, появятся
какие-то новые детали, придут и первые успехи. А это, в свою очередь,
принесет удовлетворение работой, станет положительным фактором,
активизирующим мышление.

Вербализация мыслительных процессов в сочетании с упорядочением
информации. Нередко рассуждения вслух, обмен мнениями с коллегами по
поводу изучаемого явления обостряют проблему, вскрывают имеющиеся в ней
скрытые противоречия и неполноту знаний о ней. Этому также помогают
классификация, систематизация полученной информации.

Метод проигрывания ролей. Данный метод применяется в целях раскрытия
преступления, лучшего понимания поведения лиц, участвовавших в
исследуемом событии. Мысленно проигрывая роли различных сторон, на время
отождествляя себя с ними, следователь пытается понять мотивы и поведение
преступника, потерпевшего, старается найти ответы на другие вопросы.
Эффективность метода повышается, если в мысленном моделировании
принимает участие другой работник прокуратуры в качестве собеседника.
Данному методу сопутствуют рефлексивные рассуждения. Метод проигрывания
ролей помогает также прогнозировать процесс рассмотрения любого спора в
суде.

Отсрочка. В процессе познания истины возникают ситуации, при которых,
несмотря на большие усилия, задача все же остается нерешенной. В
подобных случаях бывает полезно на короткое время отложить поиск
решения, переключившись на другой вид деятельности. Иногда просто
рекомендуется на время отвлечься, побывать в гостях, в театре, на
выставке, посмотреть спортивные соревнования и т.п. Подсознательно мысли
сами начнут возвращаться к предмету познания, неожиданно появятся и
новые подходы к проблеме, нестандартные решения.

Метод группового стимулирования мыслительных процессов. Хотя обычно
следователь самостоятельно расследует уголовное дело, в сложных случаях,
когда расследование заходит в тупик, бывает целесообразно передать дело
для изучения другому, более опытному работнику прокуратуры, чтобы он
поделился своими мыслями и суждениями по данному вопросу со
следователем, в производстве которого находится это уголовное дело.

В некоторых случаях, когда к обсуждению дела привлекаются другие
прокурорские работники, оно может принять коллективный характер.
Эффективность такого подхода во многом зависит от методики проведения
обсуждения. Важно, чтобы стиль обсуждения способствовал раскрепощению
мыслительной деятельности всех его участников, чтобы опытные работники
своим тоном, манерой поведения не подавляли, не сковывали своих более
молодых коллег, а наоборот, вовлекали их в дискуссию.

В литературе описан так называемый метод мозговой атаки, применяющийся
при решении сложных проблем. Основные правила его сводятся к исключению
категорических суждений, чем поощряется свободное ассоциирование идей во
время дискуссии всех ее участников. В

этих случаях допускаются любые предложения. Чтобы эти правила
соблюдались, участники обсуждения делятся на две независимые друг от
друга группы: группа генерации идей и группа их оценки. Если участники
первой группы только предлагают идеи, то участники второй проводят после
выдвижения идей их критический отбор. При этом руководитель обсуждения
должен играть роль доброжелательного собеседника, одинаково проявляющего
интерес к суждениям каждого участника независимо от его служебного
положения и опыта.

Конечно, речь не идет о полном копировании этой методики в работе
юристов, хотя некоторые ее приемы были бы полезны, особенно при
групповом (бригадном) методе расследования, разрешении какой-либо
сложной конфликтной ситуации правового характера.

Воображение и его значение в деятельности юриста.

Воображение — это психический процесс, состоящий в создании новых
образов объектов, явлений на основе имеющихся знаний и представлений.
Воображение занимает как бы промежуточное положение между восприятием,
мышлением и памятью. Оно всегда сопутствует творческой, поисковой
мыслительной деятельности следователя, судьи. Воображение, как и
мышление, возникает в проблемной ситуации, когда необходимо решить
творческую задачу, выразить свое отношение к определенным фактам,
предметам. Поэтому процесс воображения сопровождается различными
эмоциями, переживаниями человека.

Особенно велико значение воображения в деятельности следователя,
направленной на раскрытие преступления, когда отсутствие исчерпывающей
информации, неопределенность ситуации побуждают его к мысленной
реконструкции механизма совершенного преступления, образа разыскиваемого
преступника. С помощью воображения, которое в известной мере может
компенсировать недостаток сведений, следователю удается активизировать
мышление, находить правильные решения, прогнозируя конечные результаты
своих действий.

Большое влияние воображение, склонность к фантазированию оказывают на
процесс формирования и искажения свидетельских показаний. И это,
безусловно, необходимо учитывать юристам, участвующим в уголовном или
гражданском процессе.

С точки зрения активности, действенности воображение бывает пассивным и
активным {воссоздающим, творческим). В правоприменительной деятельности
у различных лиц чаще проявляется активное, воссоздающее воображение.
Так, у свидетелей во время допроса обычно функционирует активное,
воссоздающее воображение, направленное на создание образов,
представлений тех лиц, фактов, явлений, которые они наблюдали в прошлом.
Если эти образы соответствуют воспринятым объектам, показания свидетеля
представляют большую ценность для установления истины и служат
доказательством по делу.

К сожалению, иногда воображение бывает настолько активным, что У
свидетелей начинает проявляться качество, известное как склонность к
фантазированию. Под этим понятием в юридической психологии
подразумевается непреднамеренное (неумышленное) воссозда-

126

127

ние свидетелем образов, не соответствующих тем объектам, которые они
воспринимали. Такое искажающее фантазирование чаще проявляется у детей в
силу особенностей развития их психики. Однако склонность к
фантазированию может быть и у некоторых взрослых свидетелей, искренне
стремящихся оказать помощь следствию, суду в установлении истины.

Искажения как результат аналитико-синтетического характера во-,
ображения могут проявляться в различных формах синтезирования образов.
Наиболее распространенной формой искажения представлений у потерпевших,
у лиц, переживших страх, аффект, находящихся в состоянии
посттравматического стрессового расстройства, является гиперболизация
воспринятого, которая выражается в преувеличении, изменении размера,
формы и других качеств объекта. Например, люди, на которых совершено
нападение, нередко преувеличивают рост, силу преступника и другие его
особенности.

Чаще искаженные представления в результате активного воображения
возникают у людей впечатлительных, эмоционально подвижных. Живое
воображение иногда способствует некоторым расстройствам психической
деятельности, особенно под влиянием психотравмирующих обстоятельств. В
медицинской, следственной практике известны случаи, когда человек
начинает ощущать болезненные симптомы, практически оставаясь здоровым.
Эти психогенные расстройства получили название ятрогении, т.е
нежелательные изменения и расстройства психики в результате
неправильного поведения врача. Наряду с ними вследствие неправильной,
подчас невежественной оценки функциональных особенностей своего
организма у мнительных по характеру людей иногда возникают различные
пагубные самовлияния — эгогении.

Эти факторы (ятрогения и эгогения) в сочетании с искаженным
воображением, повышенной тревожностью в некоторых случаях столь сильно
травмируют психику, что человек может решиться на самоубийство. Поэтому,
в подобных случаях следователь должен обращать внимание на особенности
психики лица, покончившего жизнь самоубийством. Искаженное воображение
иногда также является одной из причин различных противоправных
конфликтов на семейно-бытовой почве.

Под влиянием искаженного образа, мнимой опасности человек может
неадекватно реагировать на совершенно нейтральные раздражители, действуя
в соответствии с созданной его воображением ситуацией нападения на него.
Этому в значительной мере, как показывает практика, может способствовать
посттравматическое, стрессовое расстройство психики субъекта. Поэтому
при расследовании происшествий, возникающих на этой почве, необходимо
обращать внимание на особенности психики обвиняемого, потерпевшего,
свойства их мышления и воображения и другие обстоятельства.

Активное, творческое воображение — профессионально важное качество
личности юриста. Особенно оно необходимо следователю, познавательная
деятельность которого связана с прогнозированием ее ре-

128

зультатов, поведения различных участников уголовного процесса в
ситуациях наибольшей неопределенности.

Например, осматривая место происшествия, следователь должен представить
себе, что здесь могло быть, как вели себя участники преступного события.
Если не известен виновный, по отдельным следам следователь стремится
составить себе его образ, с тем чтобы потом более целенаправленно вести
его розыск. Отдельные черты разыскиваемого, по крупицам собранные путем
допросов многочисленных свидетелей, дополняют созданный воображением
следователя образ.

Готовясь к предстоящему допросу неизвестного лица, следователь может
представить, как тот будет реагировать на подготовленные вопросы, какие
возражения допрашиваемый будет высказывать, как будет себя вести и в
зависимости от этого намечает свою тактическую линию поведения.

Также активно проявляет себя воображение при подготовке к обыску и в
ходе его проведения, когда следователь пытается по отдельным отрывочным
данным составить себе общую картину обыскиваемого помещения и в
соответствии с этим планирует все необходимые поисковые мероприятия.

Положительное влияние на развитие и плодотворность воображения юриста
оказывают приобретенные знания, опыт, чтение художественной и
специальной литературы, знакомство с произведениями искусства.

§ 4. Внимание в профессиональной деятельности юриста

Внимание. Направленность психических познавательных процессов
обеспечивает выделение в изучаемых объектах существенных признаков,
наилучший контроль за ними в ходе любой деятельности. Такая направленная
активность познавательных процессов, сознания человека получила название
внимания

Внимание — это психическое явление, состоящее в сосредоточенности
сознания, отельных психических процессов на определенном объекте с
одновременным отвлечением от посторонних раздражителей.

Благодаря вниманию человек отбирает нужную информацию, обеспечивает
избирательность различных программ своей деятельности, сохраняет должный
контроль над своими действиями. Первоначально внимание возникает как
настороженность, своего рода готовность к восприятию того или иного
объекта, постепенно перерастающая в его созерцание и дальнейшее
углубленное изучение (С.Л. Рубинштейн).

Внимание проявляется в различных психических (восприятие, мышление),
двигательных процессах Не имея своего особого содержания, внимание
сопутствует всякой деятельности как составной элемент этих процессов.
Характеризуя динамику (направленность, избирательность) познавательных
процессов, внимание неотделимо от них. С одной стороны, оно предстает
как сложный познавательный процесс, тесно связан-

129

9 37

ный с психическими процессами, особенно с восприятием, памятью,
мышлением. С другой стороны, внимание является психическим состоянием, в
результате которого улучшается деятельность. Внимание порождается
деятельностью и сопутствует ей. За ним всегда стоят потребности,
интересы, желания, установки, направленность личности.

В условиях профессиональной деятельности юриста значение внимания
особенно велико. Во-первых, оно непосредственно влияет на качество
выполнения им своих функциональных обязанностей. Во-вторых, умение
следователя, судьи, прокурора правильно определить качественную сторону
внимания участников уголовного и гражданского процессов помогает более
объективно оценить их показания.

Факторы, определяющие внимание. Факторы, обеспечивающие избирательный
характер познавательных процессов, объем и устойчивость сознательной
деятельности, могут быть объединены в две основные группы1.

Внешние факторы, определяющие направленность внимания. К ним прежде
всего относятся интенсивность, сила раздражителя. Любой сильный
раздражитель (резкий звук, яркий свет, неприятный запах и т.д.)
привлекает внимание человека. Особую роль в привлечении внимания играет
контраст раздражителей. Поэтому, если субъект утверждает, что он не
обратил внимание на какой-либо сильный раздражитель, то это может
свидетельствовать о том, что он либо находился в каком-то необычном
психофизиологическом состоянии, или просто не желает по какой-то причине
говорить правду.

Другим внешним фактором, влияющим на качество внимания, может быть
новизна раздражителя (абсолютная или относительная) либо вовсе полное
отсутствие привычного раздражителя.

Одним из внешних факторов, положительно влияющих на общий уровень
внимания, является структурно упорядоченная организация раздражителей,
действующих на разные анализаторы. Поэтому в процессе любой деятельности
необходимо обеспечивать наиболее рациональные формы организации потока
информации (А.Р. Лурия). Данная рекомендация имеет особо актуальное
значение, например для следователя, действующего в ситуации проведения
обыска, осмотра места происшествия, когда умение организовывать свое
внимание во многом обеспечивает качественное выполнение им своих
служебных обязанностей, получение наиболее полного объема
доказательственной информации.

Субъективные факторы, определяющие направленность внимания. К этим
факторам относятся: соответствие внешних раздражителей потребностям
человека, та значимость, которую он придает этим раздражителям. К
субъективным факторам, влияющим на поддержание внимания, также относятся
чувства, эмоции, которые вызываются воспринимаемыми объектами, интерес
человека к изучаемому явлению. Сильный интерес делает соответствующие
сигналы доминирующими,

‘ См.: Лурия А.Р. Внимание и память: Материалы к курсу лекций по общей
психологии. Ч. III. M., 1975. С. 5.

тормозя при этом побочные раздражители, не относящиеся к сфере интересов
человека.

Субъект, который совершает противоправные действия, находится под
интенсивным воздействием внешних и субъективных факторов, которые порой
мешают ему сосредоточиться и целенаправленно управлять своим вниманием
на месте происшествия, в результате чего ему не удается полностью
уничтожить или скрыть следы своей причастности к совершенному
преступлению.

Усвоение следователем этой очевидной истины должно мобилизо-вывать все
его интеллектуальные силы, знания, опыт на поиск следов преступления в
самой, казалось бы, безнадежной с точки зрения раскрытия преступления
следственной ситуации. При решении подобных сложных задач особую роль
играют волевые усилия следователя, позволяющие ему сосредоточить свое
внимание на тех или иных предметах обстановки места происшествия.

На уровень внимания в значительной степени влияют: общее состояние
здоровья человека, психофизиологические расстройства, усталость,
приводящие к снижению объема внимания, к появлению рассеянности.

Если внешние факторы во многом определяют уровень непроизвольного
внимания, которое сказывается на процессах восприятия событий
свидетелями, потерпевшими, то субъективные факторы, особенно воля,
формируют высшую форму внимания, присущую человеку, — произвольное
внимание, которым юрист должен управлять.

В процессе деятельности напряженность внимания изменяется и может
наступить момент, когда для поддержания его на должном уровне уже не
требуются волевые усилия. В таких случаях говорят о наиболее развитой,
устойчивой, социально обусловленной форме внимания — послепроизвольном
внимании, направляющем познавательные процессы человека в личностно
значимой для него деятельности.

Характеристика внимания. Внимание представляет собой сложное психическое
явление, наделенное целым рядом характеризующих его признаков, среди
которых можно выделить следующие.

Объем внимания. Объем внимания определяется количеством изолированных
элементов, одновременно воспринимаемых субъектом. Для взрослого человека
объем внимания охватывает примерно 6 элементов. Если между этими
элементами устанавливаются смысловые связи, то объем внимания
возрастает. Однако чрезмерное увеличение объема внимания может
отрицательно отразиться на его интенсивности и, следовательно,
отрицательно повлиять на результаты деятельности. Данную особенность
внимания следует учитывать во время осмотра места происшествия, обыска.
Стремление быстрее завершить работу за счет расширения объема внимания,
как правило, приводит к тому, что из поля зрения ускользают более мелкие
объекты, различного рода следы и т.п.

Концентрированность и распределяемость внимания. Концент-Рированность
внимания выражается в том, что при необходимости со-

130

131

знание человека, как правило, направляется на один объект или
контролирует один вид деятельности.

Однако концентрация внимания на одном объекте приводит к положительному
результату только в том случае, если субъект способен своевременно и
последовательно переключать его и на другие объекты. Поэтому такие
свойства внимания, как концентрированность, распреде-ляемость, объем
тесно связаны между собой.

Распределяемость внимания позволяет одновременно совершать несколько
действий, следить за несколькими независимыми процессами. Умение
распределять внимание является профессионально важным качеством юриста,
особенно следователя, прокурора, судьи. В условиях возрастающих
нагрузок, когда у следователя может находиться в производстве
значительное количество уголовных дел, очень важно, чтобы эти дела со
своими сроками движения постоянно были в сфере внимания следователя и по
каждому из них он мог планировать и своевременно проводить следственные
действия, укладываясь в установленные законом сроки расследования.

Устойчивость внимания. Данное качество внимания определяется
продолжительностью сосредоточенности сознания на каком-либо одном
объекте. Хорошо известно, что внимание подвержено периодическим
непроизвольным колебаниям. Периоды таких колебаний в среднем составляют
от 2 до 12 с. Они связаны с утомлением и адаптацией органов чувств. Это
еще раз подтверждает, что внимание в своей физиологической основе
неустойчиво.

С точки зрения решения практических задач нас больше интересуют
колебания внимания, которые имеют место при продолжительных занятиях
человека какой-либо деятельностью. Замечено, что в этих условиях
непроизвольное отвлечение внимания от объекта происходит через 15—20
мин.

Наиболее простым способом поддержания устойчивости внимания является
волевое усилие. Но оно действует до тех пор, пока не будут исчерпаны
возможности психики, после чего неизбежно появляется состояние
утомления, которое можно предупредить кратковременными перерывами в
работе, особенно если она однообразна и сопряжена со значительными
психофизиологическими перегрузками.

Можно также продлить устойчивость внимания на определенное время, если
попытаться отыскать в том или ином предмете новые признаки, посмотреть
на него как бы со стороны, под другим углом зрения. В ином случае наше
сознание заходит «как бы в тупик», и тогда «создаются предпосылки для
легкой отвлекаемости и неизбежно наступают колебания внимания»1.

Таким образом, сохранить на должном уровне устойчивость внимания к
изучаемому предмету можно, как бы заставляя этот предмет «развиваться»
на наших глазах, чтобы он обнаруживал перед нами каждый

раз свое новое содержание. «Лишь изменяющееся и обновляющееся
содержание, — пишет об этом процессе С.Л. Рубинштейн, — способно
поддерживать внимание»1. Данное положение психологии лежит в основе
разработанной в криминалистике динамической стадии осмотра места
происшествия.

Переключаемость внимания. Устойчивость внимания не исключает его
гибкости, переключаемости, лежащей в основе способности субъекта быстро
ориентироваться в изменяющейся обстановке, перестраиваться по ходу
запланированной работы.

Весьма распространенным приемом, позволяющим в течение всего рабочего
дня поддерживать на должном уровне внимание, является смена действий
(видов деятельности), например, чередование допросов с составлением
процессуальных документов, изучение поступивших материалов с приемом
посетителей.

Внимательность является профессионально важным свойством личности
юриста. Внимательность формируется в ходе активного участия в
профессиональной деятельности, в результате развития юристом воли,
целеустремленности, осознания им важности решаемых задач. Внимание лежит
в основе таких значимых в профессиональном отношении свойств личности
юриста, как любознательность, наблюдательность, высокая
работоспособность и творческая активность.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Что такое ощущение и восприятие? В чем их сходство и различие?

2. Виды ощущений, их основные свойства.

3. Виды восприятия, основные свойства, закономерности восприятия.

4. Значение перцептивных процессов в профессиональной деятельности
юриста.

5. Что такое память?

6. Виды памяти, их характеристика.

7. Основные процессы памяти, учет закономерностей памяти юристом.

8. Мнемические приемы, улучшающие запоминание, использование их юристом
в своей профессиональной деятельности.

9. Приемы активизации памяти участников судопроизводства.

10. Что такое мышление, его виды?

11. Охарактеризуйте вербально-логическое мышление, покажите его роль в
деятельности юриста.

12. В чем состоят особенности творческого мышления?

13. Охарактеризуйте этапы мыслительного процесса. Как они проявляются в
деятельности следователя?

14. Какими качествами должно отличаться мышление юриста?

15. Перечислите способы активизации мыслительной деятельности, которые
могут использоваться юристами в своей профессиональной деятельности.

16. Что представляет собой воображение и каково его значение в
деятельности юриста?

17. Что такое внимание? Перечислите характеризующие его признаки и
виды.

18. Какие факторы влияют на объем и качество внимания? 10. Роль
внимания в профессиональной деятельности юриста.

1 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии // Хрестоматия по вниманию.
М., 1976 С. 235.

132

1 Рубинштейн С.Л. Указ. соч. С. 235—236.

133

Глава 5

ЭМОЦИИ, ЧУВСТВА, ПСИХИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ, ИХ ПСИХОЛОГО-ПРАВОВАЯ ОЦЕНКА

Общее представление об эмоциях, чувствах, психических состояниях
Состояния эмоциональной напряженности тревоги, страха, стресса,
фрустрации Посттравматические стрессовые расстройства психики Аффект и
его разновидности Страдания Учет и правовая оценка эмоциональных
состояний в уголовном и гражданском процессах при расследовании
преступлений, в ходе разрешения гражданско-правовых споров в суде
Нейтрализация негативного воздействия на психику состояний эмоциональной
напряженности

§ 1. Общее представление об эмоциях, чувствах, психических состояниях

1 Установление истины по уголовным делам, разрешение гражданско-правовых
споров в суде нередко сопровождаются различными эмоциональными
явлениями, во многом определяющими поведение людей, их поступки
Некоторые психические, эмоциональные состояния, чувства тяжело
переживаются, вызывают у них нравственные страдания, порой нанося им
непоправимый моральный и даже физический вред Иногда такие состояния
могут проявляться в качестве побудительной силы, которая толкает
человека к агрессивным формам реагирования, в том числе и к совершению
противоправных действий насильственного характера.

Поэтому данное обстоятельство учитывается в практике борьбы с
преступностью при решении вопросов, связанных с привлечением к уголовной
ответственности, при назначении наказания, при изучении мо-тивационной
сферы личности субъекта, совершившего преступление, во многом
объясняющей причины его противоправного поведения

Более того, в некоторых статьях Уголовного кодекса РФ необычные
состояния психики признаются квалифицирующим признаком некоторых
преступлении, например внезапно возникшее сильное душевное волнение
(аффект), вызванное насилием, издевательством или тяжким оскорблением,
либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием), а
равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с
систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего
(ст 107, 113 УК РФ) Необычное состояние психики виновного в момент
совершения им преступления в некоторых случаях может учитываться судом в
качестве обстоятельства, смягчающего наказание, — закон не запрещает
этого (ст 61 УК РФ)

134

При разрешении гражданско-правовых споров в ряде случаев следует также
оценивать влияние различных эмоциональных состояний на поведение сторон
в некоторых конфликтных ситуациях

Все это, безусловно, требует понимания данного класса психических
явлений, профессионально грамотной их оценки юристами при изучении
поведения субъектов различных правоотношений, учета этих психических
состояний в коммуникативных процессах с различными участниками процесса

2 К наиболее простой форме рассматриваемых эмоциональных проявлений
психики относятся эмоции (в буквальном переводе с латинского emoveo —
потрясаю, волную)

Эмоция — это форма психического отражения окружающего мира в виде
кратковременных переживаний человека, выражающих его субъективное
отношение к происходящему Эмоции имеют отчетливо выраженный ситуативный
характер, т е выражают личностное оценочное отношение человека к
складывающимся или возможным ситуациям1 Причем на возникновение эмоций
существенное влияние оказывают необычность, новизна этих ситуаций
Поэтому любая новая, личностно значимая для субъекта ситуация нередко
приобретает для него в той или иной мере эмоционально окрашенный тон

Эмоции всегда связаны с удовлетворением либо неудовлетворением
каких-либо важных для человека потребностей Появлению эмоций также могут
способствовать избыточная нереализованная мотивация субьекта, недостаток
информации о каких-то значимых для него явлениях См Выходя из-под
контроля сознания, эмоции оказывают сильное воздействие на поведение
человека, его настроение, мышление, нередко препятствуя осуществлению им
своих намерений, выполнению профессиональных обязанностей, влияют на его
здоровье Иногда эмоциональные реакции носят довольно неопределенный,
«диффузный» характер, смешиваясь, частично изменяясь, вследствие чего
возникают новые эмоциональные состояния2.

В результате этого человек может переживать целый комплекс эмоций,
обусловленных не только удовлетворением физиологически важных для него
потребностей, но и различными обстоятельствами, связанными с условиями
его бытия. Например, такие эмоции, как гнев, отвращение и презрение
образуют своеобразный эмоциональный комплекс враждебности, который может
перерасти в чувство враждебности, лежащее в основе агрессивного
противоправного поведения

Доминирование в мотивационной сфере личности подобных эмоций по-разному
влияет на поведение людей, увеличивая либо, напротив, уменьшая, с
учетом, разумеется, и других факторов, вероятность совершения
насильственных действий

См Леонтьев А Н Потребности мотивы и эмоции Конспект лекции М
Изд-во МГУ,^1971 С 37

” См Рейковский Я Экспериментальная психология эмоции М , 1979 С 22,
96

135

3. Более емким и в большей степени социально, интеллектуально
насыщенным проявлением психики по сравнению с эмоциями являются чувства,
которые так же, как и эмоции, представляют собой одну из форм
психического отражения действительности, выражающую отношение человека к
окружающему миру. Однако если эмоции чаще всего ситуативно обусловлены,
то чувства в отличие от них в большей мере определяются социальными,
нравственными, общественно-историческими условиями, влияющими на
формирование личности, характеризуются большей устойчивостью, глубиной,
продолжительностью переживаний. Именно поэтому мы говорим не об эмоциях,
а о чувствах патриотизма, любви, сострадания, нравственного долга и т.д.

Воспитание чувств является важной задачей в формировании личности
современного человека.

4. Длительное переживание эмоций (эмоциональных комплексов), чувств
нередко переходит в довольно стойкие, сложные, порой внутренне
противоречивые эмоциональные состояния психики (психические состояния),
которые рассматриваются как целостные, динамические, относительно
устойчивые личностные образования, во многом определяющие своеобразие
психической жизни человека на определенном этапе его жизненного пути.

Эмоциональные состояния формируют настроение, окрашивающее
продолжительное время психические процессы, определяющее направленность
субъекта и его отношение к происходящим явлениям, событиям, людям.

Некоторые чувства, эмоциональные состояния становятся ведущими,
доминирующими в структуре личности и в силу этого могут серьезно влиять
на формирование характера.

В повседневной жизни эмоции и чувства своевременно сигнализируют
человеку о воздействующей на него окружающей среде, свидетельствуют о
происходящих в его организме процессах, изменениях. Иногда эмоция
выступает в качестве признака какого-либо заболевания, которое она
сопровождает’. Эмоции, чувства оказывают серьезное влияние на поведение,
познавательную активность людей. «Давно известно, что эмоции, как и
другие мотивационные состояния, влияют на восприятие. Обрадованный
субъект склонен воспринимать мир сквозь «розовые очки». Для страдающего
или опечаленного человека характерна тенденция интерпретировать
замечания других как критические. Испуганный же субъект склонен видеть
лишь пугающий объект (эффект «суженного» зрения). У разгневанного
человека появляются лишь «сердитые мысли»2.

Повышение эмоциональной напряженности воздействует на сознание, и
постепенно познавательная активность может определяться уже не
объективными условиями и реальными возможностями субъекта, а качеством,
силой доминирующих у него эмоциональных переживаний, что

1 См.: Рейковский Я Указ. соч С 85

2 ИзардК Е Эмоции человека М, 1980. С 21—22

иногда приводит к свертыванию процесса познания и, как следствие этого,
к субъективизации, одностороннему подходу к принятию решений.

Динамика эмоциональных состояний имеет фазовый характер. Возбуждение,
активизация сменяются торможением, разрядкой, степень которых зависит от
характера воздействующих раздражителей, от особенностей личности.

В случае возникновения ситуации, имеющей неопределенный, противоречивый
характер, субъект может испытывать двойственные (амбивалентные)
эмоциональные состояния, чувства, нарушающие его привычную деятельность,
вызывающие озабоченность, повышенную тревожность. Такое психическое
состояние может переживать, например, подозреваемый, когда испытываемые
им угрызения совести, чувство вины за содеянное и одновременно страх
перед наказанием сопровождаются надеждой избежать ответственности из-за
недоказанности причастности его к совершенному преступлению.

Состояние повышенной тревожности, неопределенности отрицательно влияет
на критическое осмысление сложившейся ситуации, лишает подозреваемого
возможности обдуманно противодействовать усилиям следователя. Именно на
это рассчитывал известный персонаж романа Ф.М. Достоевского
«Преступление и наказание» следователь Пор-фирий Петрович, умышленно
оставлявший в этом состоянии Расколь-никова, не желая его, как он
говорил, «психологически определять и успокаивать».

О переживании человеком сильных эмоциональных состояний свидетельствуют
различные изменения в деятельности его нервной, эндокринной,
сердечно-сосудистой систем, выражение лица, речь, психомоторика. Во
многом это связано с вегетативной нервной системой, влияющей на
функционирование внутренних органов, частоту сердечных сокращений,
артериальное давление, ритм дыхания, интенсивность потоотделения и т.д.

Экспрессивная сторона эмоциональных состояний нередко бывает наполнена
смысловым содержанием, что выражается в различных формах общения людей.
Например, следователю приходится сталкиваться с таким довольно
распространенным явлением, когда некоторые заподозренные лица умышленно,
чтобы не проявить свою заинтересованность в деле, вызвать к себе
жалость, убедить в своей непричастности к преступлению, скрывают
подлинные переживания, симулируют эмоции и чувства, которых у них нет, с
помощью мимики, жестов и т.п.

5. Эмоции, чувства оказывают большое влияние на эффективность
правоохранительной деятельности юриста. Велика роль эмоциональных
состояний в развитии межличностных отношений следователя, прокурора,
судьи, защитника с различными участниками уголовного, гражданского
процесса, в установлении с ними психологического контакта,
взаимопонимания.

Владение языком эмоций и чувств — профессионально важное умение юриста.
С одной стороны, оно выражается в способности распознавать эмоциональные
проявления, переживания других лиц, выявлять си-

136

137

мулятивныи характер демонстрируемых ими чувств и эмоции, с другой — это
умение проявляется в правильном выборе наиболее выразительных форм
реагирования, в демонстрации юристом своего эмоционального состояния,
адекватного той или иной коммуникативной ситуации.

Таким образом, эмоции, чувства, эмоциональные состояния являются
фактором, повышающим либо, когда они игнорируются, напротив, понижающим
результативность профессиональной деятельности.

Руководители правоохранительных органов должны заботиться о том, чтобы
их подчиненные имели деловое, приподнятое настороение, создавать
условия, исключающие появление у них негативных эмоций, и всячески
поддерживать положительные психические состояния, к числу которых
следует прежде всего отнести состояние деловой, познавательной
активности.

§ 2. Состояния эмоциональной напряженности,

их роль и значение в уголовном

и гражданском процессах

К состояниям эмоциональной напряженности, активно влияющим на поведение
лиц, вовлеченных в сферу правоохранительной деятельности, следует прежде
всего отнести: состояния тревоги (тревожность), страха, стресса и его
разновидности — фрустрации, аффект, а также страдания. Эти эмоциональные
проявления чаще наблюдается в указанной сфере социально-правовых
отношений именно потому, что многие конфликты между людьми, требующие
стоогого и четкого правового регулирования, связаны, как правило, с
удовлетворением (либо, напротив, с неудовлетворением) тех или иных
жизненно важных для них потребностей материального, социального,
нравственного и т.п. характера. Более того, конфликтные ситуации, в
которые вовлечены участвующие в них лица, нередко усугубляются
опасностью для их жизни, здоровья, материального благополучия,
неопределенной перспективой развития событий при отсутствии ясного
осознания путей устранения возникшей опасности — существует ли она
реально или имеет чисто субъективный характер. Рассмотрим данный класс
психических явлений более подробно.

Состояние тревоги. Состояние тревоги (тревога, тревож-^ ность) — особое
эмоциональное состояние психической напряжен-,, ности человека,
возникающее в результате предчувствия им неопределенной, иногда
неосознаваемой, неотвратимо приближающейся опасности. Тревога вызывает
активизацию внутренних ресурсов организма, психики человека до того, как
наступает ожидаемое событие, помогая субъекту адаптироваться к
изменяющимся условиям своего существования, выстоять в любой кризисной
ситуации1.

Тревога (состояние тревожности) нередко рассматривается в качестве
эмоциональной реакции тревожного ожидания, несоразмерной

опасности, в ряде случаев как реакция на воображаемую угрозу, возможную
неудачу. То есть состояние тревожности часто бывает обусловлено не
только самой ситуацией, имеющей место в действительности, но и тем,
какой она представляется индивиду, какое он ей придает значение и какой
смысл вкладывает в нее.

Поэтому роль субъективного фактора при оценке влияния состояния
тревожности на поведение того или иного участника процесса исключительно
велика. Одна и та же ситуация для одного субъекта может быть совершенно
заурядной, не вызывающей никаких эмоций, а для другого — с учетом его
индивидуально-психологических особенностей — явится источником сильных
эмоциональных переживаний. В этом проявляется своего рода иррациональный
характер тревожности, понимание которого помогает увидеть подлинные
побуждения людей, их порой внутренне противоречивые, необъяснимые с
точки зрения здравого смысла поступки, неадекватные формы поведения.

Весьма важная особенность данного эмоционального состояния психики
объясняется еще и тем, что оно не лежит на поверхности в мо-тивационной
сфере личности. Более того, состояние тревоги может даже и не
осознаваться самим субъектом, что требует от суда еще большей
проницательности на пути установления истины. Как метко подметила
известная современная американская исследовательница личности К. Хорни,
«тревога может быть определяющим фактором нашей жизни, оставаясь в то же
самое время не осознанной нами». Вследствие этого «многие затруднения, —
продолжает она, — обычно приписываемые чрезмерной работе, вызываются в
действительности не самой работой, а порой тревогой, которая связана с
работой или отношением к коллегам»1.

В этой связи интересно отметить, что еще 3. Фрейд с позиций психоанализа
рассматривал состояние тревожности как «готовность к страху», как «страх
ожидания», «боязливое ожидание». А поскольку это состояние в
значительной мере связано с особенностями психики людей, отличающихся от
других по складу своего характера большей чувствительностью,
боязливостью, пессимизмом, нежели с объективными обстоятельствами, он
называл тревожность «невротическим страхом» (в отличие от «реального
страха»)2.

Компонентами тревожного состояния обычно являются такие эмоции, как
умеренный страх, стыд, вина и некоторые другие. Однако в этом комплексе
эмоций доминирующими являются умеренно выраженные опасения,
беспредметный страх по самым различным поводам.

О переживании субъектом состояния тревоги обычно свидетельствуют
различные физиологические, а также определенные внешне наблюдаемые
поведенческие признаки (напряженное выражение лица, сниженная
активность, заторможенность), нарушения вегетативной нервной системы,
познавательной деятельности, нередко проявляемые

См.: Годфруа Ж. Что такое психология. В 2 т. М., 1992. Т. II. С. 125.

1 Хорни К. Невротическая личность нашего времени. М., 1993. С. 34—35,
37, 45. Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции. М., 1991. С. 250—252.

138

139

Рис. 5.1. Из серии«Самоубийство» (X. Бидструп)

в неадекватной оценке угрожающей обстановки в сторону ее еще большего
усложнения, в несоответствующих реальным условиям принимаемых решениях,
вплоть до принятия решений суицидального характера. Весьма образно
состояние глубочайшей тревоги, предрасполагающей к самоубийству, передал
известный датский художник Х.Бидструп (рис. 5.1).

Эмоциональные реакции на опасность в состоянии тревоги могут
сопровождаться такими физическими ощущениями, как дрожь, учащенное
дыхание, сердцебиение, усиленное потовыделение, удушье, частые
побуждения к мочеиспусканию, понос, рвота, в психологической сфере —
чувство нетерпения и т.п. Все эти ощущения могут быть настолько
интенсивными, что сильная тревога (равно как и страх) может завершиться
сердечным приступом либо даже летальным исходом1.

Человек, переживающий тревогу, ощущает свою беспомощность,
неопределенность собственного положения, неуверенность, беззащитность
перед надвигающейся опасностью. При этом состояние тревоги нередко
усиливается в ситуации мотивационного конфликта, когда субъект,
пытающийся найти правильное решение, находится под воздействием
взаимоисключающих мотивов достижения и одновременно мотивов избегания
(боязни) неудачи, что еще более отрицательно воздействует на его
активность, а порой и парализует ее вовсе.

Поэтому сильную тревогу вполне обоснованно некоторые психологи называют
самым неопределенным и поэтому самым мучительным состоянием
эмоциональной напряженности, вызывающим у человека страдания2.
Чрезмерное эмоциональное возбуждение, прежде всего тревоги, считают
другие, — может привести к патологическим нарушениям, вплоть до
появления симптомов некоторых психических расстройств и заболеваний3.
«Интенсивная тревога является одним из самых мучительных аффектов,
которые мы можем испытывать… Некоторые составляющие аффекта тревоги
могут быть особенно непереносимыми для человека. Одной из них является
беспомощность. Можно быть активным и храбрым перед лицом большой
опасности. Но в состоянии тревоги чувствуешь себя — и на самом деле
являешься — беспомощным»4.

‘ См.: Хорни К. Указ. соч. — С. 33, 39—40.

2 См.: Собчак Л.Н. Стандартизированный многофакторный метод
исследования личности. М., 1990. С. 44.

3 См.: Рейковский Я Указ. соч. С. 100.

4 Хорни К. Указ. соч. — С. 37.

Все это, представляется, нужно учитывать при оценке психического
состояния виновного по уголовным делам в качестве обстоятельства,
смягчающего наказание, тем более что законодатель не исключает такой
возможности (см., например, п. «е» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ), при
расследовании уголовных дел, связанных с самоубийствами, а также при
разрешении гражданско-правовых споров, связанных с компенсацией
морального вреда гражданину, перенесшему нравственные и физические
страдания (ст. 151,1101 ГК РФ).

Кроме того, говоря о состоянии тревоги как о факторе, вызывающем
страдания у потерпевшего, следует обратить внимание на содержание ст.
117 УК РФ, предусматривающей уголовное наказание за истязание. Как видно
из этой статьи уголовного закона, одним из составных элементов истязаний
законодатель признает «психические страдания», которые в свою очередь
могут быть обусловлены состоянием тревоги, являющейся следствием
различных насильственных действий, в том числе и психического характера,
например в виде угроз совершить убийство, похитить ребенка и т.п.
Поэтому установление того факта, что потерпевший в результате этих
действий подсудимого пережил состояние сильной тревоги, послужившей
причиной его психических страданий, может служить одним из доказательств
виновности последнего по ст. 117 УК РФ.

Равнозначными по смыслу и значению с понятиями тревоги, тревожности в
психологии являются термины «волнение», «беспокойство», которые
(особенно последнее) нередко употребляются либо как составные элементы
состояния тревоги, либо в качестве синонимов в контексте с
неблагоприятно развивающимися для субъекта или его близких событиями,
хотя в этих терминах предусматриваются и некоторые смысловые оттенки.
Так, если состояние тревоги (тревожность) имеет некоторый
пессимистический оттенок, обусловленный ожиданием возможной опасности,
то состояние волнения может связываться не только с негативными
обстоятельствами, но и с ожиданием чего-то приятного, радостного.

Некоторые отличия имеются и между состояниями тревоги и беспокойства. В
психологической литературе первое из них обычно употребляется в
контексте с угрозой собственной личности, второе — в связи с
переживаниями за других лиц.

Таким образом, состояние тревоги (тревожность) чаще бывает связано с
ожиданием возможной опасности, неудачи. Оно сигнализирует человеку о
надвигающейся угрозе и в этом смысле играет важную роль своеобразного
«сторожа», побуждающего нас к целенаправленному поведению, поиску
источников опасности и путей ее преодоления. С этой точки зрения тревога
как вполне нормальное психическое состояние (если она не «зашкаливает»)
имеет положительное значение.

С другой точки зрения, состояние тревоги, как отмечалось выше, у
некоторых людей, несмотря на то, что оно сигнализирует о надвигающейся
опасности, вместо активности вызывает состояние беспомощности,
неуверенности в своих силах. Это приводит к дезорганизации целе-

140

141

направленного поведения, свертыванию активности, снижению продуктивности
деятельности, к появлению неврозов. В этом проявляется отрицательная
роль состояния тревожности (тревоги).

Воздействие на психику, сознание человека состояния тревоги зависит не
только от его индивидуально-психологических особенностей, его
конституциональной предрасположенности к переживанию тревоги, но и от
культурной, социальной среды, оказавшей ранее и продолжающей оказывать в
данной ситуации свое огромное воздействие на рациональное мышление и
поведение субъекта. Поэтому оценка судом состояния тревожности у того
или иного участника процесса должна проводиться с учетом личности
субъекта, его социального статуса, самооценки, ценностных ориентации,
уровня интеллектуального развития, приобретенного опыта и т.п.

Известно, например, что некоторые люди вообще не склонны остро
переживать состояние тревоги. Она как бы неведома им, не проявляется у
них даже в минуты реальной опасности. У таких лиц отсутствует должная
осторожность и предусмотрительность в поведении, значительно снижен
уровень самоконтроля. В большей мере это свойственно молодым, беспечным
по своему характеру, социально незрелым людям, к тому же не имеющим
достаточного жизненного опыта, а иногда и просто со сниженным уровнем
интеллекта, с неразвитыми когнитивными, прогностическими способностями.
Нередко эти качества отражаются на их легкомысленном, небрежном
отношении к своим поступкам. При определенных условиях все это может
способствовать совершению такими лицами противоправных действий по
неосторожности. Такой оценочный подход не исключается содержанием ст. 26
УК РФ.

Кроме того, сниженный уровень тревожности у субъекта может
благоприятствовать формированию так называемого виктимного поведения1
потерпевших в ситуациях возможных сексуальных посягательств на них.
Установлено, что трагическая развязка в подобного рода криминальных
ситуациях в значительной мере бывает связана с так называемым
«способствующим поведением» потерпевшей, составными элементами которого
являются: легкое вступление будущей жертвы в контакт с незнакомыми
людьми, легкомысленное, некритическое принятие ею различных знаков
внимания от посторонних лиц, рискованность поведения в незнакомой
обстановке и т.п.2 И все это в значительной мере объясняется
неразвитостью у потерпевшей тревожности, ее неспособностью ощущать
тревогу в опасных для себя ситуациях, что говорит о ее потенциальной
психической беспомощности перед лицом неожиданно возникающей опасности.

Именно поэтому отсутствие тревожности (наряду со сниженным интеллектом,
с некоторыми другими особенностями личности) точно так же, как и
высокий, значительно превышающий норму показатель тревожности,
парализующий волю, активность потерпевшей, следует рассматривать в
качестве одного из составляющих элементов психологического содержания
такого уголовно-правового понятия, как «беспомощное состояние
потерпевшей» (см. ст. 131, 132 УК РФ).

Опасность в случае тревоги обычно усиливается психологическими
факторами, а беспомощность еще более усугубляется собственным отношением
к ней человека. Эту закономерность важно учитывать при расследовании
указанных выше преступлений, когда с точки зрения здравого смысла,
житейской психологии невозможно объяснить поведение потерпевшей, а также
когда требуется юридически грамотно оценить действия лица, находившегося
в ситуации превышения необходимой обороны, крайней необходимости, а
также в каких-либо иных экстремальных условиях деятельности.

При рассмотрении тревожности различают: личностную тревожность (ЛТ) в
качестве константного, устойчивого свойства индивида и ситуативную
тревожность (СТ) как временное состояние психики в виде реакции человека
на возникшую угрозу, которая появляется и исчезает вместе с ней.

Личностная тревога в отличие от ситуативной определяется в первую
очередь особенностями, свойствами характера, темперамента субъекта и
отражает внутренний динамический конфликт его личности. Подмечено, что
чем беззащитнее человек, тем большей представляется ему возникающая
опасность, тем тревожнее он чувствует себя, тем шире круг ситуаций,
которые переживаются им как угрожающие и вызывающие состояние тревоги.

Лица с высоким уровнем ЛТ проявляют повышенную тревожность даже в
отношении мелких житейских проблем. Они более склонны к застреванию на
негативных переживаниях, сопровождаемых чувством собственной вины,
невыполненного долга и т.д. Такие люди из-за своей избыточной
тревожности часто бывают нерешительными, неуверенными в себе, живут в
постоянном беспокойстве, а иногда и в страхе за свое будущее. Они
постоянно озабочены последствиями своих поступков, пребывают в ожидании
всевозможных неудач, для защиты от которых , принимают излишние меры
предосторожности. Повышенная чуткость к опасности у них обычно
сочетается с неверием в собственные силы и возможности. В то же время
они весьма обязательны и ответственны, более склонны к частым сомнениям,
перепроверке сделанного. Будучи в значительной мере подвластными
средовым воздействиям, имеют сниженный порог сопротивляемости к
стрессу1.

J Виктимология — учение о жертве преступления, наука о потерпевшем,
потенциально обладающем способностью стать жертвой преступного
посягательства.

2 Подробнее см.: Конышева Л П. Судебно-психологическая экспертиза
психического состояния несовершеннолетней жертвы изнасилования: Дисс.
… канд. юрид. наук. М., 1988. С. 17.

‘ См.: Мельников В.М , Ямпольский Л.Т. Введение в экспериментальную
психологию личности. М., 1985. С 38; Собчак Л.Н. Указ. соч. С. 42—45:
Березин Ф.Б., Мирош-ников М.П., Соколова Е.Д. Методика многостороннего
исследования личности. М., 1994. С. 72—79.

142

143

Таким образом, если СТ — это типичное состояние эмоциональной
напряженности, обусловленное конкретной ситуацией, то ЛТ в отличие от СТ
— постоянное свойство характера, черта личности, проявляющаяся в
склонности индивида испытывать тревогу вне зависимости от силы
угрожающего фактора, в значительной мере влияющая на выработку им
тактики поведения и всей своей жизненной стратегии в целом. Это
приобретенная субъектом поведенческая диспозиция, побуждающая его
воспринимать широкий круг объективно безопасных для него явлений в
качестве угрожающих и реагировать на них повышением тревожности,
объективно не соответствующей масштабу действительной опасности’.

Повышенный уровень ЛТ свидетельствует также о сниженной эмоциональной
устойчивости индивида, его невысоких социально-адаптивных качествах,
недостаточной активности, целеустремленности в достижении успехов, что
представляет несомненный интерес, когда проводится
профессионально-психологический отбор на службу в правоохранительные
органы.

Личностная тревожность развивается из ситуативной, особенно если
последняя часто переживается человеком. В результате этого периодически
повторяющееся состояние тревоги постепенно переходит в новое качество
личности — свойство характера. Примером такой личности является
небезызвестный персонаж рассказа А.П. Чехова «Человек в футляре» учитель
Беликов, который угнетал всех своей «осторожностью, мнительностью,
своими чисто футлярными соображениями» по всякому поводу, руководствуясь
принципом «как бы чего не вышло».

Таким образом, личностная тревожность в свою очередь проявляется через
ситуативную, которая дает для нее как бы выход в конкретных
обстоятельствах. Поэтому, чтобы оценить уровень личностной тревожности
человека, следует выявить у него ситуативные проявления тревоги.

Именно такой подход использован при конструировании целого ряда
личностных опросных диагностических методик, о которых шла речь в главе
3 (MMPI, 16-ФЛО Р.Б. Кеттелла и др.), позволяющих выявлять и оценивать
личностную тревожность как черту, свойство, особенность характера
(низкое значение фактора F по 16-ФЛО; пик 2-й, 7-й шкалы в пределах
нормативного профиля личности по MMPI) и одновременно как временное
психическое эмоциональное состояние в виде ситуативной тревожности,
например высокое значение фактора О по 16-ФЛО на момент обследования
испытуемого.

Тревожность оказывает влияние на формирование личности, ее самосознание,
самооценку, уровень притязаний, мотивы, побуждающие человека к различным
формам активности. Периодически переживаемое субъектом чувство тревоги
влияет на выработку им личностной стратегии поведения, на его поступки в
состоянии стресса, фрустрации в условиях конфликтного выбора принимаемых
решений, в том числе криминального характера. Последнее, безусловно,
нельзя не учитывать

при оценке мотивов совершенного преступления, квалификации содеянного,
индивидуализации наказания с учетом обстоятельств, смягчающих
ответственность виновного.

Состояние тревожности нередко бывает связано с другими эмоциями,
психическими состояниями, такими, например, как страх, состояние
психической напряженности (стресс) и с некоторыми другими, часто
предшествуя их появлению, являясь их своеобразной прелюдией.

Состояние (эмоция) страха. Весьма близкой по характеру своего
происхождения к состоянию тревожности является эмоция страха. Как и
тревога, страх также во многом связан с прогнозированием, ожиданием
субъектом надвигающейся опасности. Однако в отличие от тревоги страх в
большей мере является эмоциональной реакцией на конкретную, чаще
объективно существующую, реальную угрозу. Как писал С.Л. Рубинштейн,
«человеку может быть «вообще» тревожно, но боятся люди всегда
чего-то…»1.

3. Фрейд придавал большое значение страху, видя в нем проявление
инстинкта самосохранения, «узловой пункт, в котором сходятся самые
различные и самые важные вопросы, тайну, решение которой должно пролить
яркий свет на всю нашу душевную жизнь»2.

Страх, по мнению известного исследователя эмоциональных состояний
Кэррола Е. Изарда, является наиболее опасной из всех эмоций3. Страх
мешает людям использовать свои способности, добиваться поставленных
целей, быть счастливыми и довольными. Переживание страха обычно
варьируется от предчувствия опасности, боязни, до ощущения испуга,
ужаса. В последнем случае ситуация, вызывающая интенсивный страх (аффект
страха), может даже завершиться летальным исходом.

Обычно страх зарождается, когда источник тревоги невозможно устранить, и
она переходит, постепенно трансформируясь, в состояние страха, который
является своего рода производным продуктом воздействия на психику,
сознание человека переживаемой им тревоги и ее интеллектуальной
переработки.

Наиболее общими причинами появления страха считаются следующие: ощущение
субъектом непреодолимой опасности для себя и своих близких, ощущение
приближающейся неудачи, чувство собственной беспомощности, беззащитности
перед ней.

Установление указанных факторов в суде при рассмотрении уголовных дел о
преступлениях, содержащих угрозу, запугивание, при разрешении
гражданско-правовых споров о признании недействительности сделок,
совершенных под влиянием угрозы, заблуждения, когда лицо не было
способно на должном когнитивном уровне понимать значение своих действий
или руководить ими, может явиться, на наш взгляд, убедительным
доказательством того, что субъект (потерпевший, граждан-

1 См.: Хекхаузен X. Мотивация и деятельность. В 2 т. М., 1986. Т. I. С.
247.

‘ Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. Т. II. С. 167. 2 Фрейд 3.
Указ. соч. С. 251.

Изард К.Е. Указ. соч. С. 313.

144

145

Ю 37

ский истец и т.д.) действительно пережил состояние страха. А это в свою
очередь может быть использовано в процессе доказывания совершенного
преступления, а также при признании недействительности сделки,
причинении субъекту морального вреда.

Одной из распространенных причин, вызывающих у человека страх, является
также физическая боль и прогнозируемые в связи с ней негативные
последствия для его жизни, здоровья. Боль может вызывать физические
страдания, которые в еще большей степени усугубляются страхом. Боль,
страдания, страх создают, таким образом, определенней устойчивый
эмоциональный симптомокомплекс.

Поэтому признаки страха, как и признаки сильной тревоги, свидетельствуют
и о пережитом субъектом страдании. Вот почему, когда суду приходится
решать вопросы, связанные с компенсацией морального вреда гражданину, с
оценкой степени физических и нравственных страданий (ст. 151,1101 ГК
РФ), установление (в необходимых случаях с помощью эксперта-психолога)
факта, что пострадавший пережил эмоции страха (равно как и состояние
сильной тревоги) может быть признано в качестве доказательства
причинения ему нравственных страданий.

Кроме того, следует учитывать, что появление страха, как и состояния
тревоги, во многом связано с индивидуальными особенностями человека, его
возрастом, с так называемыми врожденными детермината-ми, своего рода
«природными стимулами», унаследованными или приобретенными им на своем
жизненном пути, начиная с раннего детского возраста (страх одиночества,
наказания, боязнь темноты и т.д.). Все это, безусловно, следует выяснять
во время допроса тех или иных участников конфликтной ситуации, задавая
вопросы об их субъективных переживаниях в интересующей следователя (суд)
ситуации, об условиях формирования личности допрашиваемого.

Проявления страха во многом зависят от его глубины и выражаются в
различных объективных, поведенческих признаках, а также в субъективных
переживаниях человека (рис. 5.2). Внешними, поведенческими проявлениями,
своего рода индикаторами сильного страха являются: испуганное выражение
лица (широко открытые глаза, приподнятые брови, сдвинутые внутренние
углы бровей, горизонтальные морщины на лбу, открытый, эллиптической
формы рот, напряженные губы); напряжение мышц, сильно сокращающее число
степеней свободы в движениях, двигательные расстройства, нарушения
поведения от не требуемой обстоятельствами гиперактивности,
импульсивности в виде совершения бесцельных, панических малоэффектив-

146

Рис. 5 2. Из серии

«Плоды цивилизации»

(X. Бидструп )

ных действий до состояния ступора, когда человек как бы застывает на
месте, старается «уменьшиться», садится на корточки, обхватывает голову
руками, принимая так называемую эмбриональную позу.

Субъективные переживания страха выражаются в расстройстве психических
познавательных процессов: снижается уровень и острота восприятия,
искажается оценка расстояния между предметами, их размеров и формы;
нарушаются мышление, которое становится более узким по объему и более
ригидным по содержанию, память; воспоминания о пережитом становятся
фрагментарными, отрывочными; сознание носит суженный характер, в
результате чего пострадавшие испытывают растерянность, ощущают
оглушенность, не понимают до конца, что происходит. У них учащается
дыхание, сердцебиение. Некоторые люди в состоянии сильного страха
ощущают тошноту, головокружение, частые позывы к мочеиспусканию, теряют
сознание’.

Все эти признаки имеют немаловажное значение при расследовании
преступлений против жизни и здоровья граждан в ходе доказывания:
неосторожной формы вины; внезапно возникшего сильного душевного волнения
(аффекта), какого-либо иного временного особого психического состояния в
качестве обстоятельства, смягчающего наказание; превышения пределов
необходимой обороны; в случаях, когда то или иное должностное лицо
(оператор) не справилось со своими функциональными обязанностями в
экстремальных условиях деятельности; при рассмотрении в суде вопросов о
недействительности сделки, совершенной гражданином под воздействием
угрозы (вызывающей страх) (ст. 179 ГК РФ), о компенсации морального
вреда при причинении нравственных страданий потерпевшему (ст. 151, 1101
ГК РФ).

Особой разновидностью страха на уровне пограничных состояний психики,
неврозов, психозов являются фобии (по греч. фобос — страх) — навязчивые
неадекватные, иррациональные переживания, имеющие в своей основе боязнь
конкретного содержания (высоты, открытого пространства, каких-либо
животных, микробов и т.д.). Однако, несмотря на некоторые отклонения от
средней психической нормы, человек все же сохраняет способность
осознавать необоснованность терзающих его страхов, беспочвенность своих
опасений по тому или иному поводу. В случае же полной утраты
критического отношения к подобного рода страхам, понимания их
неадеквадности сложившейся ситуации и неразумности своих опасений речь
уже может идти о том, что у субъекта проявляются признаки бреда,
причиной которого обычно является более серьезное расстройство или
заболевание психики.

Эмоции страха, нравственные страдания, переживаемые субъектом в той или
иной криминальной ситуации, могут быть составным элементом мотивационной
сферы личности, рассматриваться в качестве психологического мотива,
побудительной силы, толкнувшей его на совершение преступления (убийства,
причинения телесных повреждений и т.п.).

1 Александровский ЮЛ. Пограничные психические расстройства. М,
С 253—260; Изард К.Е. Указ. соч. С. 322—323.

1993.

147

Выявление субъективных и объективных признаков указанных эмоциональных
состояний (тревожности, страха) является необходимым условием
всестороннего исследования обстоятельств совершенного преступления,
доказывания вины подсудимого, определения меры его ответственности.

Кроме того, изучив с помощью некоторых психодиагностических методик
уровень личностной тревожности человека, его склонность к переживанию
эмоций страха, можно сделать достаточно объективный прогноз относительно
поведения субъекта в ситуациях повышенной сложности, дать оценку
(разумеется, в совокупности с другими данными обследования) его
профессиональной пригодности к правоохранительной деятельности.

Состояние эмоциональной напряженности (стресс). Длительно переживаемые
эмоции тревоги, страха могут свидетельствовать о том, что субъект
находится в состоянии психической напряженности или в состоянии стресса.

Стресс и его воздействие на сознание, деятельность современного человека
— одна из актуальных проблем, которая в настоящее время привлекает
внимание не только психологов, но и специалистов из других областей
знаний.

В литературе понятия стресс (или эмоциональный стресс), психическая
напряженность нередко употребляются как синонимы. Эти понятия
характеризуют особенности психической деятельности, функционирования
психики человека в сложных, экстремальных условиях1. Такими условиями
деятельности могут быть как обстоятельства, связанные с совершением
противоправных действий, так и сама процедура расследования, вызывающая
состояние психической напряженности не только у обвиняемого, свидетеля,
потерпевшего, но порой и у следователя, прокурора, адвоката, судьи.

В основе учения о стрессе лежит теория гемеостаза, т.е. относительного
равновесия, постоянства внутренней среды организма в качестве важнейшего
условия его жизнедеятельности. Это состояние равновесия поддерживается
путем противодействия внешним (средовым) и внутренним факторам с
последующей к ним адаптацией. Вот почему то, что теперь называют
стрессом, ранее определялось основоположником учения о стрессе Г. Селье
как общий адаптационный синдром2.

Таким образом, стресс — это состояние психической напряженности,
обусловленное адаптацией (приспособлением) психики человека, его
организма в целом к сложным, изменяющимся условиям его
жизнедеятельности.

Возникая, стресс первоначально до известных пределов мобилизует
внутренние резервы психики, всего организма человека, его
приспособительные возможности, волевую, познавательную активность и в
силу этого является своеобразным стимулирующим фактором, положитель-

но влияющим на эффективность его жизнедеятельности. За счет этого,
особенно на первых порах, обычно улучшаются показатели выполнения
субъектом не только простых, но и более сложных для него задач. Именно в
этом проявляется мобилизующий эффект стресса.

Однако при длительном воздействии неблагоприятных факторов, по мере
истощения защитных, адаптационных резервов организма стресс может
привести к противоположному — отрицательному результату и оказать
разрушительное, дезорганизующее влияние на психику, нередко приводящее к
расстройству ее деятельности, вплоть до полного срыва. С этой

точки зрения можно говорить о деструктивном воздействии стресса на
психику, сознание, общее самочувствие человека.

Эмоциональный стресс может сопровождаться эмоциями гнева (ярости),
страха (ужаса), горя (страдания), тревоги, подавленности, депрессии, что
внешне проявляется в мимике, жестах, речи, поведении человека (Рис.
5.3).

Важно отметить, что возникновение психической, эмоциональной
напряженности (стресса) часто бывает связано с необходимостью решения
человеком субъективно важных и сложных

Рис. 5.3. Из серии «Самоубийство» (X. Бидструп)

задач, в которых для него заключен глубоко личностный смысл. Этому в
значительной мере способствуют актуальные для субъекта, сверхбыстрые
изменения социальной среды, экстремальные условия деятельности: острый
дефицит времени, сил и средств; неопределенность сложившейся ситуации,
неполная информированность о происходящих событиях; остроконфликтный
выбор решения, особенно при несовместимых побуждениях; избыточная
мотивация социального происхождения; завышенная самооценка субъекта при
отсутствии у него реальных возможностей для достижения поставленной
цели.

Физическими стрессорами могут быть высокие температуры, различного вида
промышленные интоксикации, шумы и т.п. Стресс может возникать под
воздействием монотонности трудового процесса, длительной изоляции,
одиночества, неудачного выбора профессии, межличностных конфликтов и
т.п. Сильным стрессором может явиться реально воспринимаемая человеком
угроза его жизни, здоровью, благополучию, а также аналогичная угроза его
родным и близким, экологическая катастрофа и т.п.1

1 См.: Наенко НИ. Психическая напряженность. М.. 1976. С. 7—8.

2 Подробнее см.: Селъе Г. Стресс без дистресса. М , 1982.

См.: Ушаков Г.К. Пограничные нервно-психические расстройства. 2-е изд.
М., 1987. С. ПО

148

149

Эмоциональный стресс бывает кратковременным, насыщенным яркими
аффективно окрашенными, импульсивными поведенческими реакциями (в
подобных случаях происходит бурное расходование адаптационной энергии
человеком), и длящимся, имеющим затяжной по времени характер. В
последнем случае адаптационные резервы организма расходуются постепенно.
Человек, его психика успевают мобилизовать свои ресурсы, «подстроиться»
к уровню длительных экстремальных требований среды. Вот почему,
указывают исследователи данного процесса, симптоматика длящегося стресса
нередко напоминает начальные общие симптомы соматических, а подчас и
психических оо-лезненных состояний’.

Серьезное влияние на возникновение и развитие стресса оказывают
индивидуальные различия, психофизиологические особенности человека,
имеющийся у него запас устойчивости и приспособляемости к воздействующим
раздражителям, адаптационные резервы психики, т.е. в конечном итоге —
порог его индивидуальной стрессо-устойчивости, или, как еще говорят
специалисты, уровень толерантности к стрессу.

Особый интерес в уголовно-правовом отношении «представляют факты,
свидетельствующие о том, что в стрессовом состоянии у человека заметно
затрудняется оценка силы угрожающего фактора, наблюдается тенденция к
завышению этой оценки»2. Данную закономерность необходимо учитывать при
расследовании преступлений, связанных с превышением пределов необходимой
обороны, при оценке суицидных поступков, поведения потерпевших по делам
о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы
личности, когда есть основания полагать, что потерпевшая могла
находиться в психически беспомощном состоянии (ст. 131, 132 УК РФ).

В гражданско-правовых спорах при обсуждении вопросов, например о
признании недействительности заключенной сделки «гражданином хотя и
дееспособным, но находившемся в момент ее совершения в таком состоянии,
когда он не был способен понимать значение своих действий…» (ч. 1 ст.
177 ГК РФ), а также под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ), может
также возникнуть необходимость в психологических знаниях о стрессе,
чтобы разобраться в причинах того, почему субъект согласился заключить
на явно невыгодных для него условиях сделку, лишившись способности
прогнозировать неблагоприятные от этого последствия. Из-за этого в
подобных случаях некоторые авторы такие соглашения называют «сделки с
пороками воли»3.

Появление стресса у потерпевшего под воздействием противоправных
действий, совершенных виновной стороной, может свидетельство-

1 См.: Китаев-Смык Л.А. Психология стресса. М., 1983. С. 13.

2 Коченов ММ. Введение в судебно-психологическую экспертизу. М., 1980.
С. 98.

3 См. например: Новицкий П.Б. Сделки. Исковая давность. М, 1954. С.
103: Сахнова Т.В. Основы судебно-психологической экспертизы по
гражданским делам. М., 1997. С. 52—55.

150

вать о его нравственных страданиях, о нанесении ему морального вреда,
что часто бывает необходимо устанавливать как по уголовным, так и по
гражданским делам.

В динамике стресса Г. Селье выделяет следующие три стадии (фазы) его
развития (рис. 5.4).

Стадия тревожности

Стадия сопротивления

Стадия истощения

Рис. 5.4. Динамика стресса

Стадия тревожности. Данная стадия характеризуется тем, что под
воздействием психотравмирующих факторов у субъекта возникает состояние
беспокойства, тревоги, начинают перестраиваться физиологические функции
организма, что проявляется в изменении частоты дыхания, пульса, в
повышении артериального давления и т.д. На определенное время несколько
снижается сопротивляемость организма. Однако затем постепенно начинается
мобилизация его внутренних адаптационных резервов, защитных сил,
раскрываются дополнительные возможности психики человека, активизируются
его психические процессы (восприятие, память, мышление и др.). За счет
этого до известных пределов повышаются его поисковая, творческая
активность, эффективность деятельности.

Стадия сопротивления. Постепенно начальная стадия (фаза) стресса
перерастает в его вторую стадию. Организм человека, его
психика.перестраиваются, приспосабливаются, адаптируются к новым
усложненным условиям деятельности, активно расходуя свои внутренние
ресурсы. При этом активизируются мыслительные процессы, его
познавательная деятельность. С течением времени после относительной
стабилизации в результате продолжающегося воздействия экстремальной
ситуации наступает ослабление сопротивляемости организма, снижаются
критичность мышления, работоспособность и начинается спад, переход к
заключительной стадии.

Стадия истощения. Заключительная стадия характеризуется, по словам Г.
Селье, истощением «адаптационной энергии», приводящим к Дезорганизации
деятельности, нервно-эмоциональному срыву и даже может закончиться
смертельным исходом1.

I

Селье Г. Указ. соч. С. 35.

151

Признаками, свидетельствующими о переходе стресса в завершаю-‘ щую
стадию развития, являются: постепенное ослабление физической, волевой
активности человека; ухудшение, провалы памяти; уменьшение объема
внимания; сужение, ошибки восприятия; затруднения в осмыслении,
понимании ситуации; замедление темпа мыслительной деятельности;
нарушение процесса целеполагания, частичная утрата сложных
интеллектуальных навыков, когнитивных, прогностических способностей;
заторможенность при принятии решений и в то же время — неадекватные
реакции на изменения ситуации, иногда парадоксально\ сочетающиеся с
неоправданной обстоятельствами спешкой, суетливостью вплоть до полного
срыва целенаправленной деятельности с потерей должного самоконтроля.

В этот период субъект может испытывать беспричинное раздражение,
беспокойство, усталость, страх. У него нарушается сон, теряется аппетит,
появляются головные боли, возникают различного рода вегетативные
реакции, функциональные психосоматические расстройства, неврозы и другие
так называемые «болезни стресса». При этом в поведении субъекта могут
отмечаться такие психические явления, как повышенная обидчивость,
вспыльчивость, импульсивные реакции, неадекватные представления об
отрицательном к нему отношении окружающих, сниженный самоконтроль, «уход
в себя», утрата связей с реальными условиями вплоть до полной
дезорганизации поведения.

Возникновение отрицательной, направленной на себя активизации
мыслительных процессов может привести к резкому снижению надежности в
системе «человек — машина», в которую включен субъект1. Подобный
отрицательный эффект воздействия стресса в виде его крайнего
разрушительного для интеллектуальной сферы варианта, обозначенного Г.
Селье как дистресс (на рис. 5.5 один из персонажей X. Бидструпа явно
находится в состоянии дистресса) , может проявляться в случаях, когда
субъект причиняет вред, будучи не в состоянии до конца всесторонне
оценивать значение своих действий, неумышленно допуская нарушение правил
эксплуатации различного рода технических устройств, техники безопасности
и т.п., на что необходимо обращать внимание при расследовании подобного
рода правонарушений, совершенных в экстремальных условиях, когда налицо
имеются признаки, свидетельствующие о несоответствии его
психофизиологических ка-

Рис. 5.5. Из серии «Самоубийство» (X. Бидструп)

1 См.: Китаев-Смык Л.А. Указ. соч. С 208.

152

честв требованиям экстремальных условий или нервно-психическим
перегрузкам (см. ч. 2 ст. 28 УК РФ).

Посттравматические стрессовые расстройства — ПТСР

(posttraumatic stress disorder — PTSD). В современных условиях особое
актуальное значение приобретают постстрессовые нарушения психики,
негативные психологические последствия пережитого субъектом сильного
эмоционального стресса под воздействием событий, выходящих за пределы
обычного человеческого опыта (массовая гибель людей во время природных
катаклизмов, экологических катастроф, боевых действий, вооруженных
нападений, террактов, под воздействием ионизирующей радиации,
отравляющих веществ и т.д.).

Об этих расстройствах как о самостоятельном синдроме начали говорить в
конце 70-х гг., когда в США обратили внимание на то, что значительную
часть лиц, отбывающих наказание в американских тюрьмах, составляют
участники вьетнамской войны. В литературе стали появляться выражения
«вьетнамский синдром», «синдром участников войны»1. В последующем с
подобными расстройствами психики у людей, переживших такого рода
катаклизмы, столкнулись и отечественные специалисты, обследовавшие
участников боевых действий в различных «горячих точках» бывшего СССР, в
Афганистане, в Чечне. Как было установлено, особо разрушительные для
психики человека последствия начинаются уже после месяца
непосредственного участия в боях. Причем ощущение несправедливости войны
еще более усугубляет ее негативное воздействие2.

Характерной особенностью ПТСР является прежде всего то, что эти
расстройства возникают в экстремальных условиях, охватывая большое число
людей, когда их жизнь, здоровье и благополучие подвергаются серьезной,
нередко смертельной опасности вследствие воздействия множественности
внезапно действующих на них психо-травмирующих факторов. В результате
этого, отмечает Ю.А. Александровский, у большого числа пострадавших
возникают психические расстройства и заболевания различной степени
тяжести. При этом состояние психики в еще большей мере усугубляется тем,
что пострадавшие, несмотря на развитие у них психогенных расстройств,
какое-то время продолжают оставаться в жизнеопаснои ситуации и даже
участвуют в ликвидации последствий постигшего их бедствия.

Среди негативных эмоций, переживаемых людьми в подобных экстремальных,
стрессогенных ситуациях, на первом месте стоят: тревога (тревожная
напряженность), страх различной интенсивности, необоснованная боязнь
преследования, сменяемые приступами ярости, агрессивности либо
депрессивным состоянием, апатией, подавленностью, в еще большей мере
усиливаемыми в результате неполной информиро-

Обстоятельный обзор данной проблемы содержится в работе: Съедин СИ.,
Абу-рахманов Р.А. Психологические последствия воздействия боевой
обстановки. М., 1992. ” См.- Гессен М., Перевозкина М. PTSD — плата за
войну. Посттравматическое стрессовое расстройство // Итоги. 1996. № 11.
С. 29.

153

ванности населения о характере, масштабах, к примеру, экологической
обстановки и о ее последствиях

Человека, находящегося в состоянии посттравматического стресса, начинают
преследовать различного рода кошмары во сне и наяву, мысли о
самоубийстве, своеобразный комплекс «вины выжившего»

Наблюдения, о которых сообщают исследователи данной проблемы, позволяют
выделить три периода (этапа) развития экстремальной ситуации, в которой
возникают ПТСР, с сопутствующими этим периодам эмоциональными
проявлениями психики

Первый, наиболее острый период. Данный период характеризуется внезапно
возникшей угрозой жизни и гибели людей, их родных и близких Он
продолжается от момента воздействия угрожающего фактора до начала
проведения спасательных работ. В этот период у человека особенно остро
проявляется инстинкт самосохранения и развиваются острые психогенные
реакции, основу которых составляют тревожное напряжение и страх
различной интенсивности, возникают психогенные реакции психотического
(реактивные состояния) и непсихотического характера в виде различного
рода неврозоподобных расстройств при хронических психоматических
заболеваниях (гипертоническая болезнь, сердечно-сосудистые нарушения и
т.д.), невротические проявления, декомпенсация, обострение личностных
акцентуаций характера

Вот, например, как описывает свое состояние один из участников
Чернобыльской трагедии, когда началась авария на атомном энергоблоке:

В момент нажатия кнопки АЗ-5 (аварийная защита) пугающе вспыхнула яркая
подсветка шкал сельсинов — указателей Даже у самых опытных и
хладнокровных операторов в такие секунды сжимается сердце В первый миг —
онемение, в груди все обрушивается лавиной, обдает холодной волной
невольного страха прежде всего от того, что застигнут врасплох и вначале
не знаешь, что делать, пока стрелки самописцев и показывающих приборов
разбегаются в разные стороны, а твои глаза разбегаются вслед за ними,
когда не ясна еще причина и закономерность аварийного режима, когда
одновременно (опять же невольно) думается где-то в глубине, третьим
планом, об ответственности и последствиях случившегося1

Некоторые люди, по их описанию, при внезапном возникновении различных
жизнеопасных ситуаций ощущали оглушенность, испытывали ужас, утрату
тактильной чувствительности, чувствовали нереальность происходящего, как
будто время застыло, остановилось сердце, появилось ощущение
парализованности. Головокружение, сильный шум в ушах, тошнота, темнота в
глазах, сильная усталость — вот далеко не полный перечень субъективных
переживаний людей в первый, начальный период развития ситуации острого
экстремального воздействия, ситуации, следствием которой являются ПТСР.
В этот же период

См Медведев Г У Чернобыльская тетрадь//Новый мир 1989 №6 С 32—33

154

может возникать паника, которая в еще большей мере усиливает состояние
страха.

Второй период. Он начинается с начала развертывания спасательных работ;
это своего рода «нормальная жизнь в экстремальных условиях». В этот
период наибольшее значение приобретают индивидуально-психологические
особенности личности пострадавших, а также влияние на их состояние новых
стрессогенных факторов, таких, как гибель родных, потеря жилья,
имущества, опознание погибших родственников Все это еще больше усиливает
стресс, ощущение тревоги, страха, состояния подавленности, депрессии,
усугубляет переживаемые страдания

Третий период. Данный период определяется началом эвакуации пострадавших
в безопасные районы. С этого времени начинается сложная эмоциональная и
когнитивная переработка происшедших событий, их последствий. Сознание,
психика пострадавших, находящиеся под воздействием событий,
дополнительно травмируются еще и тем, что у них резко изменяются прежние
привычные для них жизненные стереотипы, круг общения. Эти факторы
дополнительно способствуют формированию у пострадавших относительно
устойчивых психогенных расстройств. С одной стороны, соматизации
различных невротических проявлений и, с другой — невротизации,
психопатизации, обусловленных осознанием полученных телесных
повреждений, различного рода травм, соматических заболеваний, утрат, а
также возникшими трудностями жизни в новых условиях. У пострадавших
нарушается сон, который носит поверхностный, непродолжительный характер,
сопровождается кошмарными сновидениями. Появляются интенсивные сдвиги в
функциональной активности вегетативной нервной системы в виде колебаний
артериального давления, лабильности пульса, озноба, головной боли,
вестибулярных нарушений, желудочно-кишечных расстройств и т.п При этом,
как отмечает Ю.А Александровский, динамика этих расстройств во многом
зависит также от решения социальных проблем, в которые оказываются
вовлеченными пострадавшие1.

В этот наиболее продолжительный период у лиц с посттравматическими
стрессовыми расстройствами особенно остро начинают обнаруживаться
признаки социальной дезадаптации. Такие люди стараются избегать всего
того, что может напоминать им о пережитом, нередко стремятся к
уединению. Безобидные шутки порой могут восприниматься ими как тяжкое
оскорбление и вызывать аффективно окрашенную агрессию, немотивированную
жестокость, поскольку в подобном состоянии пострадавшие лица отличаются
повышенной ранимостью, обидчивостью, эффективностью, большей
конфликтностью в отношениях с окружающими. При этом, как считают
некоторые исследователи данной проблемы, посттравматический стресс
начинает про-

С 264

См Александровский ЮА Пограничные психические расстройства М, 1993

155

являться не раньше чем через полгода, например у военнослужащих,
побывавших в боях1.

В этих особенностях динамики ПТСР у пострадавших лиц в ряде случаев
следует искать объяснение причин совершения ими в последующем различного
рода противоправных поступков конфликтного характера. Оценивая содеянное
такими людьми, нельзя не принимать во внимание, что человека,
переживающего посттравматические стрессовые расстройства, на протяжении
длительного периода после трагических событий нередко преследуют
повторяющиеся навязчивые воспоминания о пережитом, тяжелые сны, ночные
кошмары. По малейшему поводу, под влиянием каких-то звуков, случайно
оброненных кем-то слов у него могут возникать ассоциативные связи с
пережитым, появляться неадекватные гипертрофированные реакции, возникать
аффективные вспышки гнева, приводящие к конфликтам с окружающими.
Другими словами происходит внезапное, нередко без каких-то видимых
причин, «воскрешение в памяти с патологической достоверностью и полным
ощущением реальности травматического события или его эпизодов»2. Тяжелая
депрессия, в которой находится человек под влиянием пережитого, иногда
приводит к самоубийству.

К данной группе психических явлений следует также относить длительно
переживаемые состояния глубокой депрессии людьми, потерявшими работу,
утратившими свои прежние социальные связи, что также может
способствовать проявлению у них различных форм дезадаптив-ного,
противоправного поведения, агрессии, подталкивать к алкоголизму,
самоубийству.

Учитывая сильное воздействие указанных психических состояний,
стрессогенных факторов на психику человека, законодатель оставил
возможность судам с учетом обстоятельств дела, личности виновного
оценивать состояние психической, эмоциональной напряженности (стресс),
посттравматические стрессовые расстройства в качестве обстоятельств,
смягчающих наказание виновному (см. ч. 2 ст. 61 УК РФ).

И последнее замечание. Подобные психические состояния, возникающие под
влиянием неправомерных действий, как указывалось выше, могут
подтверждать тот факт, что потерпевший действительно испытывал
нравственные страдания и в соответствии с законом имеет право

‘ См.: Гессен М , Перевозкина М. Указ. соч. С. 29. В последние,
наполненные трагическими событиями годы появился целый ряд научных
публикаций, посвященных ПТСР, которые могут представлять практический
интерес для юристов. См.. например: Решетников ММ. и др.
Психофизиологические аспекты состояния, поведения и деятельности
пострадавших в очаге стихийного бедствия // Психологический журнал.
1989. Т. 10, № 4. С. 125—134; Уфимская катастрофа: особенности
состояния, поведения и деятельности людей // Психологический журнал.
1990. Т. 11, № 1. С. 95—101; Моляко В.А. Психологические последствия
Чернобыльской катастрофы // Психологический журнал. 1992. Т. 13, № 1. С.
135—146; Пельцман Л. Стрессовые состояния у людей, потерявших работу //
Психологический журнал. 1992. Т. 13, № 1. С. 126—130 и другие работы.

– Тарабрина Н.В., Лазебная Е.О. Синдром посттравматических стрессовых
нарушений: современное состояние и проблемы // Психологический журнал.
1992. Т. 13, № 2. С. 14—29.

на компенсацию причиненного ему морального вреда (ст. 151, 1101 ГК РФ).
В этом состоит правовое значение рассмотренных выше экстремальных
состояний психики.

Фрустрация. Среди других эмоционально насыщенных состояний,
представляющих профессиональный интерес для юристов, является
фрустрация.

Жизнь современного человека полна всевозможными ограничениями и
запретами, и любые препятствия на пути удовлетворения его желаний
вызывают естественные ответные эмоциональные реакции. Эти реакции,
возникающие в условиях конфликта как следствие противоречия между
неудовлетворенными желаниями и существующими в обществе ограничениями и
запретами, получили название фрустрации. В буквальном переводе
фрустрация — это обман, лишение чего-либо обманным путем, крушение
планов1.

Как пишет Н.Д. Левитов, «фрустрация — это состояние человека,
выражающееся в характерных особенностях переживаний и поведения,
вызываемое объективно непреодолимыми (или субъективно так понимаемыми)
трудностями, возникающими на пути к достижению цели или к решению
задач»2.

Французкий психолог П. Фресс отмечает, что фрустрация возникает каждый
раз, когда физическое, социальное или даже воображаемое препятствие
мешает действию, направленному на достижение цели, или прерывает его.
«Фрустрация создает, таким образом, наряду с исходной мотивацией новую
защитную мотивацию, направленную на преодоление возникшего
препятствия»3.

Г. Селье назвал фрустрацию еще короче — «стрессом рухнувшей надежды».
Фрустрация, по его мнению, превращает стресс в дистресс.

Рассматривая фрустрацию, необходимо видеть: причину, вызывающую это
состояние, фрустрационную ситуацию и ответную реакцию на нее.

Описывая фрустрацию, многие авторы наибольшее внимание уделяют ее
негативному влиянию на психику, сознание человека. Однако это не совсем
точно, поскольку фрустрация играет в поведении многих людей и
определенную конструктивную роль, способствуя достижению поставленной
цели. Благодаря ее воздействию на психику субъекта в мотивационной сфере
его личности нередко доминирующее значение приобретают мотивы
достижения, усиливается привлекательность поставленной цели (Д. Креч, Р.
Кратчфилд и др.)4.

Конструктивное воздействие фрустрации на человека проявляется в виде
следующих особенностей его поведения. Прежде всего происхо-

‘ Психология: Словарь. 2-е изд. М., 1990. С. 434.

– Левитов Н Д. Фрустрация как один из видов психических состояний //
Вопросы психологии 1967. № 6. С. 120.

Экспериментальная психология. Вып V / Ред.-сост. П. Фресс Ж Пиаже
М 1975. С. 139.

См.: Психологическое самообразование: читая зарубежные учебники //
Проблемы психологии личности. М., 1992. С 82.

156

157

дит интенсификация усилий на пути достижения поставленной цели. Давно
подмечено, что у многих чем более сложные возникают препятствия, тем
активнее происходит мобилизация внутренних резервов для их преодоления.
Нередко брошенный нашим устремлениям вызов приводит к еще большей
активности. Именно такой механизм преодоления преграды, своеобразной
пружиной которого является фрустрация, имеет место в следственной
ситуации со строгим соперничеством, когда следователь поставил перед
собой цель раскрыть преступление в условиях активного ему
противодействия со стороны преступника. \

К сожалению, не всегда интенсификация усилий завершаетсяшре-одолением
препятствий на пути к установлению истины с использованием «лобовой»
атаки, и следователь, находясь в состоянии фрустрации, вынужден менять
тактику своего поведения. В подобных случаях происходит своеобразная
замена средств достижения цели и производится пересмотр предыдущих
действий, направленных на ее достижение, переоценка всей ситуации с
одновременным поиском обходных путей с последующим выходом из состояния
фрустрации.

И наконец, может производиться замена цели. Пребывая в состоянии
фрустрации, субъект может пойти на поиск альтернативной цели, частично
удовлетворяющей его потребности и желания. Однако это возможно только
путем достижения компромисса. Поэтому изначальное напряжение,
обусловленное фрустрацией, может остаться неразрешимым до конца,
особенно в тех случаях, когда субъект сохраняет свой прежний завышенный
уровень притязаний, не считаясь с собственными возможностями и
обстановкой, в которой он оказался.

Если интенсификация усилий, замена средств достижения поставленной цели
и даже замена самой цели не приводят к успеху и состояние фрустрации
остается, субъект должен будет (безусловно, при развитом интеллекте,
устойчивой нервной системе) переоценить ситуацию и произвести выбор
между возможными альтернативами, обеспечивающий ему адаптацию к новой
ситуации с последующим выходом из состояния фрустрации.

Последний вариант наиболее сложный, так как далеко не каждый в состоянии
продолжительное время сохранять самообладание, взвешенно оценивать
конфликтную ситуацию и свои возможности для ее разрешения.

При достаточно низком уровне (пороге) сопротивляемости (толерантности) к
фрустрации, зависящей от величины эмоционального напряжения,
психологических особенностей индивида и типа ситуации, может проявиться
ее характерное деструктивное воздействие на личность.

Деструктивное воздействие фрустрации проявляется: в нарушениях тонкой
координации усилий, направленных на достижение цели; в когнитивной
ограниченности, из-за которой субъект не видит альтернативных путей или
какой-либо другой подходящей цели; в эмоциональном возбуждении,
аффективно окрашенных агрессивных действиях с частичной утратой контроля
над собой и ситуацией.

158

Рис 5.6 Характерные проявления

состояния фрустрации

(X. Бидструп)

Достаточно наглядно поведение человека в состоянии фрустрации передано
X. Бидструпом в одной из его карикатур (рис. 5.6).

В подобного рода конфликтных ситуациях типичными эмоциональными
реакциями на действие фрустраторов являются: а) агрессия, в том числе в
виде так называемых замещающих действий, нередко направляемых на
совершенно посторонние объекты (так называемая реакция замещения); б)
депрессия, сопровождаемая беспочвенными самообвинениями, которые могут
перерасти в аутоагрессию с попытками самоубийства, причинения себе боли,
увечий. При этом агрессивные действия могут перемещаться по ассоциации
смежности на другой, близкий к первоначальному раздражителю, либо даже
вообще на совершенно случайный объект В этой закономерности нередко
кроется объяснение агрессивного поведения человека, отличающегося своей
какой-то непонятной для окружающих с точки зрения здравого смысла
неадекватности реагирования, немотивированностью, особой жестокостью.

С усилением фрустрации происходит генерализация агрессии, усиливается
расплывчатость, неуловимость ее источника. В подобных ситуациях действия
виновного могут сопровождаться аффективно окрашенными эмоциями гнева,
импульсивными, беспорядочными действиями агрессивного характера, а сама
фрустрация может рассматриваться как одна из причин, объясняющая
агрессивное поведение виновного

Известно, что реакции агрессивного характера, связанные с фрустрацией,
чаще наблюдаются у людей недостаточно воспитанных, несдержанных в
проявлении эмоций, грубых в обращении с окружающими,
психопатизированных. Депрессивные реакции при фрустрации более
распространены у лиц невротического склада, неуверенных в себе,
тревожно-мнительных по складу своего характера. Деструктивное
воздействие фрустрации на поведение таких лиц может усугубляться
употреблением алкоголя.

У каждого человека свой порог индивидуальной толерантности к фрустрации.
Юрист должен обладать высоким уровнем фрустрацион-нои устойчивости,
поскольку правоохранительная деятельность нередко сопровождается
большими нервно-психическими перегрузками, связанными с принятием
ответственных решений, достижением различных по важности целей в
условиях активного противодействия заинтересованных лиц.

Разумеется, фрустрация ни в коей мере не ставит вопрос об освобождении
виновного от ответственности за совершенное преступление. Воспитанный
человек никогда не совершит агрессивных, тем более про-

159

ш

тивоправных действий из-за того, что находился в состоянии фрустрации.
Напротив, он сумеет подавить, направить в иное, безопасное для
окружающих русло возникшее беспокойство, эмоциональное напряжение и
раздражение.

Знание психологических предпосылок возникновения фрустрации . помогает
понять причины, побудительные силы, мотивы некоторых опасных
насильственных преступлений против личности, которые по своей жестокости
могут, на первый взгляд, показаться «безмотивными» либо даже
совершенными психически неполноценным человеком. Представляется, что в
некоторых случаях, особенно когда фрустрация возникла у виновного под
воздействием неправомерных действий потерпевшего, она может
рассматриваться в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. Тем
более что законодатель предоставил такую возможность судам (см. ч. 2 ст.
61 УК РФ).

Длительное состояние эмоциональной напряженности, стресс, переходящий в
дистресс, фрустрация могут приводить к эмоциональным срывам, одним из
которых является аффект. Поэтому перейдем к более подробному
рассмотрению данного класса эмоциональных явлений.

Аффект (физиологический аффект). Это одно из тех эмоциональных
состояний, к которому давно обращено внимание юристов. В Уголовном
кодексе РФ понятие аффекта (наряду с понятием внезапно возникшего
сильного душевного волнения) введено законодателем в правовые нормы,
предусматривающие уголовную ответственность за умышленное совершение
убийства, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью
потерпевшего «в состоянии аффекта» (ст. 107, 113 УК РФ).

Что же представляет собой данное эмоциональное состояние, каковы его
признаки и значение для установления истины по уголовным делам? Аффект
(от лат. afectus — душевное волнение, страсть) — это кратковременный
эмоциональный процесс взрывного характера, стремительно овладевающий
человеком, бурно протекающий, характеризующийся значительными
изменениями сознания, частичным снижением волевого контроля.

Как считает автор данного определения аффекта один из видных
отечественных психологов С.Л. Рубинштейн, аффект дает не подчиненную
сознательному волевому контролю разрядку в действии. «Действие в
состоянии аффекта, т.е. аффективное действие как бы вырывается у
человека, а не вполне регулируется им»1. Аффективную форму могут
приобретать различные эмоциональные переживания страха, гнева, радости и
т.д.

Аффект, несмотря на свою необычную форму выражения, нормальное
психическое явление. Его следует отличать от патологического аффекта,
который изучается в психиатрии. Чтобы избежать смешения этих понятий, в
юридической психологии к термину «аффект» иногда добавля-

1 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии Т 1. С. 173.

160

ют «физиологический», подчеркивая тем самым, что его основу составляют
естественные физиологические, нейродинамические процессы1.

Аффективное поведение человека предстает как целостное психическое
явление, своеобразный симптомокомплекс вегетосоматических, поведенческих
признаков, дополняемых субъективными переживаниями, ощущениями,
частичными изменениями сознания. Совокупность всех этих объективных
(внешне наблюдаемых) признаков и субъективно переживаемых ощущений
позволяет распознавать действительный физиологический аффект с
достаточной надежностью и отличать его от си-мулятивного, установочного
поведения. Знание диагностических признаков аффекта помогает следователю
(суду) путем допроса свидетелей, потерпевших, самого обвиняемого
(подсудимого) собирать необходимую информацию для ее оценки на предмет
установления с помощью судебно-психологической экспертизы состояния
аффекта с последующей квалификацией правоохранительными органами
содеянного виновным. Диагностическими признаками аффекта являются: а
субъективная внезапность возникновения аффективного возбуждения прежде
всего для самого субъекта, у которого возник аффект;

? кратковременный, взрывной характер эмоциональной разрядки;

? интенсивность, напряженность эмоциональных переживаний,
проявляющиеся в мышечном напряжении, двигательном возбуждении в виде
импульсивных, стереотипизированных действий (так называемые привычные
автоматизмы);

о специфические изменения сознания, его «суженность», концентрация
мышления на аффективно окрашенных переживаниях, вследствие чего
субъектом осознаются лишь ближайшие цели и принимаются неадекватные
возникшей ситуации решения в ущерб собственным интересам и планам, о чем
он сам впоследствии обычно сожалеет;

? нарушения психических познавательных процессов (фрагментарность
восприятия, частичная амнезия происшедшего и т.п.);

? внешне наблюдаемые признаки расстройства вегетативной нервной
системы (изменение цвета кожных покровов лица, аффективно окрашенная
мимика, прерывистая речь с нарушенной артикуляцией, измененным тембром
голоса, замедленным темпом произнесения слов в стадии спада);

? снижение эмоционально-волевой регуляции поведения, самоконтроля;

0 постаффективное истощение нервной системы, упадок сил, снижение
активности, оглушенность, заторможенность в стадии спада (М.М. Коченов,
О.Д. Ситковская и др.).

1 См.: Печерникова Т.П., Гульдан ВВ., Остришко ВВ. Особенности
экспертной оценки аффективных реакции в момент совершения правонарушения
у психически здоровых и психопатических личностей: Методические
рекомендации. М., 1983. С. 9, см также- Сафуанов Ф.С.
Судебно-психологическая экспертиза аффекта в свете нового УК РФ:
проблемы и перспективы // Психологический журнал. 1997 Т. 18, № 2. С.
50—57

161

1-37

Для правильного решения вопроса о том, находился ли обвиняемый
(подсудимый) в состоянии аффекта, помимо отмеченных выше признаков
необходимо исследовать:

п характер аффектогенной ситуации;

? индивидуально-психологические особенности личности обвиняемого
(подсудимого);

а его психофизиологическое состояние накануне преступления,

? характер действий обвиняемого в момент совершения преступления;

\

? особенности поведения виновного сразу же после преступления, его
реакция на слова окружающих, отношение к своим противоправным действиям
и наступившим последствиям

Аффектогенная ситуация обычно носит неожиданный, остроконфликтный
кратковременный характер Она сопровождается реальными угрозами,
насилием, оскорблениями в отношении субъекта или его близких Причем сила
воздействия негативных раздражителей, как справедливо отмечает О Д
Ситковская, «определяется в первую очередь субъективным смыслом событий
и ситуации, в которых действует человек»1.

Неожиданно оказавшись в угрожающей, психотравмирующей обстановке,
субъект испытывает острую потребность действовать, однако не может найти
адекватные формы поведения. Это противоречие между сильной потребностью
действовать и неспособностью быстро найти наиболее подходящий способ
реагирования служит одной из причин возникновения аффекта. В противном
случае аффект просто может не наступить.

К индивидуально-психологическим особенностям личности субъекта,
предрасполагающим к аффекту, относятся, значительное преобладание у него
процессов возбуждения над процессами торможения, эмоциональная
неустойчивость, повышенные чувствительность (сенситивность), ранимость,
обидчивость, склонность к застреванию на психотравмирующих фактах,
высокая, но неустойчивая самооценка

На появление аффективной реакции также влияют возрастные особенности
субъекта, его временные функциональные психофизиологические состояния,
нарушающие устойчивость психики к воздействию аффектогенной ситуации
(усталость, бессонница, посттравматические расстройства психики, о
которых говорилось выше и т п) У разных людей с учетом их
характерологических особенностей, того или иного физического состояния
«порог» аффективного реагирования различен, и это, безусловно, нельзя не
учитывать при диагностике аффекта

В динамике аффекта выделяют три следующие друг за другом фазы, или
стадии (рис. 5.7).

Первая фаза (подготовительная) — нарастание эмоциональной напряженности
(ЭН). Развитие данной стадии определяется временем

1 Ситковская ОД Судебно-психологическая экспертиза Автореф дисс
канд психол наук М, 1979 С 18

162

существования конфликтных отношений: от психотравмирующих действий до
аффективного взрыва. Несмотря на возрастание эмоциональной
напряженности, первые признаки эмоциональной расторможенности,
неврастенической симптоматики иногда проявляются не сразу.

Вторая фаза — кульминация. Переход ко второй стадии происходит внезапно.
Фактор внезапности в качестве обязательного признака аффективного взрыва
должен оцениваться с учетом индивидуально-психологических особенностей
личности субъекта. В подобных случаях речь идет не об абстрактной, а о
субъективной внезапности возникновения аффекта у конкретного человека с
учетом его индивидуально-психологических особенностей.

Фаза нарастания ЭН

Фаза истощения ЭН

Фаза кульминации

Рис 5 7. Динамика развития аффекта

Данная стадия самая кратковременная Это собственно аффективный взрыв в
виде резких, неупорядоченных, повторяющихся, стереоти-пизированных
действий агрессивного характера с привычными двигательными автоматизмами
на фоне общего интенсивного двигательного возбуждения Сопутствующими
признаками являются: «суженность» сознания, сопровождаемая
фрагментарностью восприятия, непоследовательностью, «разорванностью»
мышления (принимаемые решения носят неадекватный ситуации характер,
процессы целеобразования, мотивации непоследовательны, сумбурны). Резко
снижаются волевая регуляция действий, самоконтроль.

Большое количество повреждений, наносимых потерпевшему, нередко создает
внешне обманчивую картину (с точки зрения объективной стороны состава
преступления), будто виновный действовал с особой жестокостью, хотя на
самом деле он находился в состоянии аффекта. Иногда это приводит к
ошибочной квалификации содеянного, например как убийства, совершенного с
особой жестокостью, а не в состоянии аффекта (внезапно возникшего
сильного душевного волнения) с назначением уголовного наказания,
несоразмерного вине подсудимого.

Третья фаза — истощение аффективного возбуждения На данной
заключительной стадии наступает угасание аффективного возбуждения,
происходит резкий спад, торможение физической активности

163

Ввиду значительной затраты внутренних энергетических ресурсов организма
активные формы поведения резко сменяются пассивными. Человек, переживший
аффект, ощущает усталость, испытывает апатию, растерянность. Его
поведение заторможено, что внешне проявляется в замедленном реагировании
на обращения к нему окружающих и даже в сонливости.

Нередко обвиняемый, совершивший убийство, причинивший телесные
повреждения в состоянии аффекта, искренне сожалеет о случившемся,
стремится сам оказать помощь своей жертве. Причем эта помощь также
зачастую носит сумбурный, неадекватный ситуации и содеянному характер.

В ходе расследования преступлений могут встретиться и несколько иные
ситуации, когда аффект возникает не сразу после первого отрицательного
воздействия, а при многократных повторениях. «Именно повторение ситуаций
ведет к накоплению, аккумуляции переживаний, которые могут в дальнейшем
вызвать аффективный взрыв. Весьма показательно, что последнее по времени
действие потерпевшего может быть и не столь резким и оскорбительным, как
показалось бы, но оно-то и вы-х зывает аффект, являясь «последней
каплей», тем пусковым сигналом, который приводит к аффективной
вспышке»1. Подобного рода физиологические аффекты получили название
кумулированных (накопительных) аффектов.

Такое своеобразное развитие аффекта становится часто источником
заблуждений при рассмотрении уголовных дел о преступлениях против жизни
и здоровья граждан. При этом «последняя капля» недооценивается
правоохранительными органами, ошибочно полагающими, что человек,
систематически подвергавшийся оскорблениям, в какой-то мере должен был к
ним привыкнуть, тем более что последнее унижение его достоинства по
своему характеру выглядело, возможно, даже менее тяжким по сравнению со
всем тем, что он уже перенес. В подобных случаях забывается, что любой
психически нормальный человек с развитой личностью не может «привыкнуть»
к оскорблениям и побоям. Он может терпеть, но не привыкнуть! А это
далеко не одно и то же.

Не замечая этой особенности в динамике развития аффективного напряжения
накопительного характера, органы правосудия иной раз приводят признаки
развития у подсудимого кумулированного аффекта в качестве подтверждения
отсутствия фактора внезапности возникновения аффекта, поскольку-де
последнее оскорбление по сравнению со всеми предыдущими было не столь
тяжким, а все, что было ранее, достаточно отдалено от трагической
развязки. Такому ошибочному подходу к оценке эмоционального состояния
аффектанта способствует еще и низкий научный уровень многих заключений
судебно-психологической экспертизы, с чем нередко приходится
сталкиваться при изучении уголовных дел данной категории.

Коченов ММ. Введение в судебно-психологическую экспертизу. С. 88—89.

Высказанную мысль уместно проиллюстрировать одним поучительным в этом
отношении примером из уголовного дела по обвинению военнослужащего Т.,
совершившего убийство своей жены на семейно-бытовой почве. Его действия
были квалифицированы по ст. 103 ранее действовавшего УК РСФСР
(окончательная мера наказания — 5 лет лишения свободы).

Т. проходил службу на территории военного городка, где проживал со своей
семьей На протяжении более чем десятилетней совместной жизни между
супругами постоянно происходили ссоры. Поводами для них служили
различные обстоятельства- низкий заработок мужа, грубость, высокомерие
жены, всевозможные разногласия по любым причинам. Во время этих ссор
потерпевшая допускала оскорбления его родителей, выражения непристойного
сексуального характера в адрес Т., унижающие его мужское достоинство.

События развивались следующим образом. Накануне праздника Т. заступил на
дежурство по части. В 21 час, оставив за себя помощника, отлучился домой
поужинать. Дома жена рассказала, что знакомые, сослуживцы мужа,
проживающие там же, на территории военного городка, приглашают их к себе
отмечать праздник, и стала уговаривать мужа пойти к ним.

Как пояснил на суде Т., чтобы избежать очередной ссоры, он согласился
отвести жену к своим сослуживцам, а затем решил вернуться в штаб части
Однако, когда супруги пришли к своим знакомым, Т решил побыть немного у
них. Начались танцы, во время которых он пригласил хозяйку квартиры
танцевать. Приревновав к ней мужа, жена нанесла ему при всех пощечину.
После этой сцены супруги ушли. По пути домой, по словам Т., жена
оскорбляла его нецензурными словами.

Дома оскорбления продолжались в присутствии 13-летней дочери. Жена
плюнула мужу в лицо и ударила его своим сапогом в плечо. После этого Т
взял оставленный им на шкафу пистолет и, наставив его на жену, угрожающе
сказал: «Ну, продолжай дальше1» Испугавшись, жена выбежала из квартиры,
хлопнув дверью.

Услышав через несколько минут стук в дверь, Т., продолжая держать
пистолет руках, пошел ее открывать Как только дверь открылась, в
прихожую вошла жена и тут же снова плюнула ему в лицо и нанесла
пощечину. Однако в этот момент, увидев у него в руках пистолет,
испугалась и бросилась бежать вниз по лестнице. Т. побежал за ней,
стреляя на ходу. Два полученных его супругой ранения оказались
смертельными.

О своем состоянии в момент убийства Т. показал следующее: «…я открыл
дверь. На пороге стояла жена, которая, матерясь и оскорбляя меня, с
силой ударила меня по щеке и плюнула в лицо. Когда я стал стирать слюну,
она увидела у меня в руке пистолет и бросилась бежать. В это время у
меня что-то помутилось в голове, и я потерял рассудок. Как снял
предохранитель, как стал стрелять — не помню. Все было как во сне.
Слышал только выстрелы. Я ничего не соображал. Казалось, что во мне
лопнула какая-то пружина, и я стал неуправляемым. Я был как
сумасшедший…»

Чтобы оценить уровень проведенной по делу судебно-психологической
экспертизы, стоит дословно привести хотя бы вывод, к которому пришел
эксперт: «Т. мог находиться в состоянии психологического аффекта, и
можно предположить, что психологический аффект возник в начальный момент
ссоры Т. с женой в квартире и мог продолжаться

164

165

длительный период времени, но какой именно — ответить не представляется
возможным». (Акт экспертизы написан на одной странице, результаты
исследования в нем не указаны.)

Эксперты-психиатры были более категоричны. И хотя диагностика
физиологического аффекта не входит в их компетенцию, тем не менее они
определили у Т. одновременно и физиологический аффект, и сильное
душевное волнение, что, кстати, тоже не относится к их комТтетен-цйи,
поскольку решение вопроса о «сильном душевном волнении» — это
прерогатива суда.

Вместо того чтобы в данной ситуации назначить повторную комплексную
психолого-психиатрическую экспертизу для устранения неполноты, получения
более весомой научной аргументации выводов экспертов (их допрос в суде
не устранил отмеченных недостатков), суд по существу подменил собой
специалистов в области психологии и самостоятельно без их помощи пришел
к выводу о том, что внезапности возникновения «аффективного состояния» у
Т. не было, поскольку ссора имела продолжительный характер (дома, потом
в гостях, затем опять дома), а последние пощечина и плевок в лицо Т. не
являются ни насилием, ни тяжким оскорблением (?!), тем более что
подобные поступки жены имели место и ранее, в том числе в присутствии
посторонних, но они не вызывали столь бурного ответа».

Таким образом, обстоятельства, свидетельствовавшие о развития у
виновного кумулированного аффекта, судом были приведены в обоснование
того, что аффекта, а следовательно, и внезапно возникшего сильного
душевного волнения не было. К сожалению, адвокат не заметил ошибочность
аргументации суда в приговоре и не использовал при его обжаловании1.

С принятием нового УК РФ проблема квалификации убийства (причинения
тяжкого или средней тяжести вреда здоровью), совершенному в состоянии
кумулированного аффекта, получает более определенное разрешение,
поскольку в новый уголовный закон введен дополнительный квалифицирующий
признак, которого ранее не было в ст. 104 и 110 УК РСФСР, а именно:
«длительная психотравмирующая ситуация, возникшая в связи с
систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего»
(ст. 107, 113 УК РФ). Представляется, что именно такая ситуация и
является необходимым условием, предпосылкой формирования и разрешения
кумулированного физиологического аффекта у виновного.

Не менее сложным в практическом отношении является процесс установления
аффекта у лиц, совершивших правонарушения насильственного характера с
признаками аффективного возбуждения в состоянии простого алкогольного
опьянения. Наибольшую трудность с уголовно-правовой точки зрения
представляет оценка поведения обвиняемого, находившегося в легкой
степени алкогольного опьянения, так как

1 См.: Романов В.В. Последняя капля… // Домашний адвокат. 1996. № 6.
С. 6; см. также. Аффект // Домашний адвокат. 1996. № 4. С. 6—7.

в случаях, когда имела место средняя или тяжелая форма алкогольной
интоксикации, вопрос об аффекте, как правило, не ставится. В подобных
случаях сознание, интеллект, эмоционально-волевая сфера, психические,
мотивационные процессы субъекта настолько искажаются под воздействием
алкоголя, что практически лишают его возможности адекватно оценивать
обстановку, принимать решения на должном интеллектуальном уровне,
выбирать оптимальные варианты поведения. Поэтому в целом следует
полностью согласиться с утвердившимся в настоящее время мнением о том,
что основной причиной совершения насильственных действий лицом,
находившимся в состоянии алкогольного опьянения средней или тяжелой
степени, является, как правило, алкогольная интоксикация, и оценивать
действия виновного следует как действия, совершенные им под влиянием
обычного алкогольного опьянения.

Иное дело с оценкой ситуации, в которой субъект, подвергшийся насилию,
издевательствам или тяжким оскорблениям либо иным противоправным или
аморальным действиям потерпевшего, а равно находившийся под воздействием
длительной психотравмирующей ситуации, возникшей в связи с
систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего
(ст. 107, 113 УК РФ), совершил ответные насильственные действия, будучи
в легкой степени опьянения.

Безусловно, что, несмотря даже на легкую степень алкогольного опьянения,
под его влиянием у человека происходят некоторые нарушения в структуре
сознания, эмоциональной регуляции поведения, приводящие к большей
субъективизации познавательных процессов, к более упрощенному восприятию
происходящих событий, к переоценке своей деятельности, причин и существа
допускаемых ошибок; к неадекватно завышенной самооценке, снижению
самоконтроля; к генерализации агрессивного смысла ситуации с переоценкой
ее как более опасной, более конфликтной, с предпочтением
внешнеобвиняющих форм реагирования1. Однако эти изменения не столь
значительны, чтобы можно было говорить о полной деформации мыслительных
процессов, о значительно искаженном восприятии действительности.

Такой более гибкий подход позволил выделить из класса аффективных
состояний аффекты, развивающиеся на фоне простого алкогольного опьянения
легкой степени, и ввести новое, отличное от патологического и более
близкое к физиологическому аффекту понятие аномального аффекта, или
просто — «аффекта в состоянии алкогольного опьянения»2.

В этой связи уместно сослаться на мнение известных
специалистов-психологов, всесторонне исследовавших данную проблему:
«одна лишь

См.: Кудрявцев И.А. Судебная психолого-психиатрическая экспертиза. С.
117. 2 Сиг Там же. С. 118; Кудрявцев И.А., Сафуанов Ф.С., Голев А.С.
Нарушения поведения лиц в состоянии алкогольного опьянения:
психологические механизмы и правовые аспекты профилактики //
Психологический журнал. 1986. Т. 7, № 6. С. 75—85.

166

167

констатация употребления обвиняемым алкогольных напитков в период
времени, предшествующий правонарушению, без учета временног4^ промежутка
между употреблением алкоголя и совершением правонарушения, а также без
учета данных о наличии или отсутствии физических признаков опьянения,
изменениях поведения, эмоционального состояния, связанных с
употреблением алкоголя, без анализа сложившейся конфликтной ситуации и
повода, вызвавшего эмоциональное возбуждение, а также без исследования
характера и особенностей течения самой аффективной реакции, является
недостаточным для безоговорочного суждения об отсутствии
физиологического аффекта. Наличие данных об употреблении обвиняемым
алкогольных напитков в период, предшествующий аффективному деликту, не
снимает с экспертов обязанности тщательного анализа всех обстоятельств
дела в каждом конкретном t случае для заключения о наличии или
отсутствии аффекта»1.

Другой разновидностью аномального аффекта является аффект, развивающийся
у психопатических личностей, у которых отклонения психики от психической
нормы не носят характер патологии, но вместе с тем не исключают и
определенных нарушений эмоционально-волевой, моти-, вационной сферы.
Аффективные реакции у таких лиц существенно отличаются от аффекта тех, у
кого психика не отягощена психопатическими аномалиями, некоторыми ярко
выраженными акцентуированными свойствами характера. Во время аффекта у
психопатических личностей «возможность осознавать, рефлексировать свои
действия, отдавать себе в них отчет и произвольно их регулировать,
«руководить» ими снижается в значительно большей мере, чем у здоровых,
хотя и не утрачивается полностью…»2.

Следует также учитывать и то, что тип психопатизации таких лиц в каждой
фазе развития аффекта придает ему характерную эмоциональную
окрашенность. Так, например, для психопатических личностей возбудимого
круга наиболее типичен непосредственно взрывной характер реагирования,
для тормозных — кумулятивно-взрывной, для истерических —
демонстративно-подчеркнутый, внешне преувеличенный аффективный разряд3.
Характерной чертой для всех этих случаев, как писал в свое время еще
В.П. Сербский, является то, что аффекты у лиц психопатического круга
возникают легко и по своей силе далеко не соответствует вызвавшей их
причине. Аффективная раздражительность у таких лиц нередко достигает
такой степени, что даже ничтожное противоречие может вызывать у них
бурную вспышку гнева4.

Диагностика аффекта имеет некоторые особенности, которые определяются
прежде всего тем, что пережитое человеком состояние невозможно ни
фактически, ни по этическим соображениям воспроизвести.

1 Печерникова Т.П., Гульдан В.В., Остришко В.В. Особенности экспертной
оценки аффективных реакций в момент совершения правонарушения у
психически здоровых и психопатических личностей … С. 13—14.

2 Кудрявцев И.А. Указ. соч. С. 114.

3 См.: Печерникова Т.П., Гульдан В.В., Остришко В.В. Указ. соч С. 11.

4 См.: Ушаков Г.К. Пограничные нервно-психические расстройства. 2-е
изд. М., 1987. С. 190.

И тем не менее за последние годы накоплен большой опыт установления
аффекта у лиц, совершавших различные по тяжести преступления против
личности. Трудами отечественных психологов (В.В. Гульдан, М.М. Коченов,
И.А. Кудрявцев, В.В. Остришко, Т.П. Печерникова, Ф.С. Сафуанов, О.Д.
Ситковская и др.) на современном научном уровне создана солидная
методическая база, разработаны необходимые рекомендации для диагностики
аффекта.

Основными методами, которыми пользуются при установлении аффекта
специалисты-психологи, являются:

психологический анализ ситуации, в которой совершено преступление, по
материалам уголовного дела;

изучение анамнестических сведений о лице, совершившем противоправное
деяние;

беседа с обвиняемым, его близкими, родными, хорошо знающими, в каких
условиях он рос, жил, воспитывался;

психологическое тестирование испытуемого с применением тестовых методик,
выявляющих индивидуально-психологические особенности его личности,
самооценку, уровень нервно-психической, эмоционально-волевой
устойчивости, фрустрированности, импульсивности, тревожности,
чувствительности к эмоциогенным раздражителям; к тестам, положительно
зарекомендававшим себя в подобного рода ситуациях, прежде всего можно
отнести: MMPI, 16-ФЛО Р.Б. Кеттелла, фрустра-ционный тест С.
Розенцвейга, тест незаконченных предложений и некоторые другие методики;

ретроспективный анализ поведения испытуемого в криминальной ситуации с
использованием результатов его психологического тестирования,
анамнестических сведений, информации о происшедшем событии по материалам
уголовного дела.

Более подробно эти вопросы рассматриваются в главе 7, посвященной
судебно-психологической экспертизе.

Страдание. Рассмотренные выше эмоции, эмоциональные состояния:
тревожности, страха, напряженности (стресса, фрустрации), аффекта
нередко сопровождаются страданиями. Законодатель в ряде правовых норм
уголовного и гражданского законодательства использует понятия:
«психические страдания» (ст. 117 УК РФ), «нравственные страдания» (ст.
151, 1101 ГКРФ).

В настоящее время суды при рассмотрении уголовных и гражданских дел,
определяя размеры компенсации морального вреда, стали чаще обращать
внимание на вопросы, относящиеся к установлению признаков, которые
подтверждают пережитые субъектом физические или нравственные страдания.

Подобная судебная практика в полной мере соответствует требованиям
закона. Так, в ст. 151 ГК РФ судам предписывается при решении вопросов,
связанных с компенсацией морального вреда, «учитывать степень физических
и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями
лица, которому причинен вред».

168

169

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10
«Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального
вреда», специально посвященном вопросам компенсации морального вреда,
указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические
страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на
принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные
блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация,
неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или
нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим
именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с
законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности)
либо нарушающими имущественные права гражданина1.

Таким образом, страдание, будучи чисто психологическим понятием, в
настоящее время приобрело достаточно актуальное правовое значение,
понимание сущности и раскрытие содержания которого при рассмотрении
целого ряда уголовных дел, гражданско-правовых споров становится
непременным условием юридически грамотного применения норм права.

Поэтому попытаемся ответить на вопросы: что же представляет собой данное
психическое явление, каковы его признаки и, следовательно, что может
служить доказательством пережитых субъектом страданий, а также
подтверждать его право на компенсацию морального вреда?

В толковом словаре страдание определяется как «физическая или
нравственная боль, мучение». В свою очередь боль связывается с
«ощущением страдания»2. То есть и боль, и страдание неразрывно связаны
между собой.

В психологии страдание рассматривается как одна из фундаментальных
эмоций, которая при всем своем негативном характере вместе с тем
выполняет очень важную в биологическом и психологическом отношении
функцию, сигнализируя человеку о воздействии на него неблагоприятных
факторов и тем самым побуждая его принимать те или иные меры,
направленные на устранение причин их возникновения. По существу,
страдание — самая первая эмоция, которую переживает человек, отторгаемый
от матери в момент своего появления на свет. Этим, видимо, объясняется,
что отчуждение человека (физическое или психологическое) на протяжении
всей его последующей жизни является одной из распространенных причин
страданий3.

И другая сторона рассматриваемого эмоционального явления, нисколько не
противоречащая предыдущей, более того, существенно дополняющая ее,
состоит в том, что страдание выступает не только в качестве отдельно
взятой эмоции, но и как процесс неприятных переживаний субъектом
воздействующих на него неблагоприятных факторов физичес-

1 Российская газета. 1995. 8 февр.

2 Ожегов СИ. Словарь русского языка.

3 См.: Изард И.К. Указ. соч. С. 251—289.

170

кого, социального (или, как мы говорим, нравственного, морального)
характера, вызывающих у него «инстинктивное напряжение».

В таком как бы двойственном взгляде на страдание нет никакого
противоречия, поскольку эмоции в психологии рассматриваются именно
сквозь призму переживаний, которые «всегда носят у человека личностный
характер, особо интимно связанный с «Я», близкий ему и его
захватывающий…». Как писал С.Л. Рубинштейн, «всякое переживание, т.е.
психическое явление с подчеркнуто личностным характером, обязательно
включено в сферу эмоциональности»2.

С учетом выше приведенных рассуждений можно дать следующее определение
страдания:

Страдания — это чувства, эмоция человека в виде отрицательных
переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику
событий, глубоко затрагивающих его личностные структуры, настроение,
самочувствие, здоровье.

Эмоциональный профиль страдания считается одним из сложных, поскольку
собственно страдание отдельно, в чистом виде наблюдается крайне редко.
Обычно страданию сопутствуют: страх, напряженность (стресс), гнев,
импульсивность, аффект, вина, стыд и другие негативные эмоции. Наиболее
распространена связь страдания и страха, страдания и стресса.

Угроза реальная или мнимая (запугивание) совершить то или иное
преступление против личности может вызвать страх. Последний, действуя
парализующим образом на волю субъекта, его мотивационную сферу
(мотивацию достижения), способствует утрате смелости, активности, а
следовательно, приводит к нравственным страданиям. Все это способствует
появлению эмоциональной напряженности, стресса. Некоторые психологи
напрямую связывают страдание со стрессом, рассматривая страдание в
качестве одной из форм эмоционального стресса, его характерного
признака. С другой стороны, глубокий эмоциональный стресс (дистресс),
особенно достигший своей третьей стадии (истощения), а также различные
виды посттравматического стрессового расстройства могут вызывать и
нравственные, и физические страдания.

Весьма тесная взаимосвязь существует между страданиями и эмоциями гнева,
аффекта. Страдание, по мнению ряда психологов, является своего рода
внутренним возбудителем гнева, а затем и агрессии, что можно наблюдать
при развитии аффекта с его разрушительной второй стадией эмоционального
«взрыва» (фаза кульминации).

Поэтому установление у субъекта с помощью судебно-психологи-ческой
экспертизы сильного эмоционального стресса, аффекта может служить
подтверждением, доказательством того, что тот действительно пережил и
страдания.

Характерными признаками страдания, которые могут быть установлены и
доказаны в суде, являются следующие: внешне страдающий

См.: Райкрофт Ч. Критический словарь психоанализа. СПб., 1995. С. 188. 1
Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. Т. II. С. 165

171

человек выглядит печальным, отрешенным от происходящих событий,
оторванным от людей; испытывает одиночество, изолированность особенно от
тех, кто заботится о нем; чувствует себя неудачником, несчастным,
потерпевшим поражение, неспособным к достижению прежних успехов; уныние,
упадок духа, мысли о своей профессиональной некомпетентности, об утрате
смысла жизни все чаще посещают его; понижается и общий физический тонус,
появляются сопутствующие этому различного рода функциональные
расстройства, нарушаются сон, аппетит и т.д. Подмечено, что глубина
страданий, равно как и стресса, во многом зависит не только от того, что
произошло, но и в не меньшей мере от нашего отношения к этому.

Переживаемые человеком страдания отрицательно отражаются на его
профессиональной деятельности, познавательной активности, что обычно не
остается без внимания со стороны его ближайшего окружения.

В законе упоминаются две разновидности данного класса эмоций: страдания
нравственные и страдания физические. Понятие «нравственность» и
производное от него прилагательное «нравственный» имеют несколько
смысловых оттенков. Прежде всего «нравственность — это правила,
определяющие поведение человека в обществе. Кроме того, в понятие
нравственности вкладываются «духовные, душевные качества, необходимые
человеку в обществе, а также выполнение этих правил, поведение»’.

Понятие «нравственный» употребляется не только по отношению к человеку,
соблюдающему требования нравственности, но и как прилагательное,
характеризующее то или иное явление, «относящееся к внутренней, духовной
жизни человека»2. С этой точки зрения нравственные (душевные) страдания
человека напрямую связаны с его личностными, глубинными структурами,
которые подвергаются посягательствам, что и вызывает у него столь
сильную ответную эмоциональную реакцию в виде отрицательных переживаний,
называемых страданиями.

Поскольку с помощью понятий «личность», «личностный» раскрывается
включенность человека в общественные отношения, его социальная сущность,
его положение в обществе, есть все основания полагать, что источником
нравственных страданий субъекта нередко являются прежде всего
посягательства на его социальный статус, авторитет, честь и достоинство,
личностные убеждения (если они, разумеется, не носят антиобщественный,
противоправный характер), на его самооценку, положение, место в
обществе, сложившуюся систему его межличностных отношений.

Все это, безусловно, связано с правами человека и его свободами,
гарантированными Конституцией РФ. Поэтому посягательства на его
неприкосновенность, свободы, мировоззрение, ценностные ориентации, т.е.
на все то, что позволяет ему быть личностью, могут вызывать нравственные
(душевные) страдания.

1

Например, принудительное лишение глубоко верующего человека возможности
принимать участие в отправлении им тех или иных религиозных обрядов, его
принуждение выполнять действия, противоречащие его религиозным взглядам
и убеждениям, несомненно, посягают на его мировоззрение, ценностные
ориентации, личностные установки, свободу совести (ст. 28 Конституции
РФ) и вследствие этого не могут не вызывать у него ответной негативной
реакции, неприятных переживаний в виде нравственных, душевных страданий.
Лица, виновные в этом, представляется, должны по закону компенсировать
причиненный своими противоправными действиями моральный вред его
личности.

Моральный вред также может выражаться, как подчеркивается в упомянутом
постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 10, в нравственных
переживаниях, страданиях человека, связанных «с утратой родственников,
невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы,
раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не
соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство
и деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением
каких-либо прав»1.

В отличие от нравственных физические страдания связаны с причинением
человеку физической боли, мучений, всегда сопутствующих нанесению
телесных повреждений, различного рода увечий, с истязаниями, с
заражением какой-либо инфекцией, с заболеванием, которое может быть
результатом в том числе и перенесенных нравственных страданий.

При определении размера компенсации морального вреда суды должны
учитывать «степень физических и нравственных страданий, связанных с
индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред» (ст. 151 ГК
РФ), а также выяснять, «чем подтверждается факт причинения потерпевшему
нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и
какими действиями (бездействием) они нанесены»2.

С учетом этих требований судом могут быть признаны в качестве
доказательств, подтверждающих факт причинения лицу физических страданий,
различного рода медицинские документы, в которых отражены полученные им
телесные повреждения, перенесенные заболевания, функциональные,
психосоматические расстройства, его жалобы на самочувствие, а также
характер оказанной ему медицинской помощи. Существенно дополнить эту
картину могут показания свидетелей, общавшихся с потерпевшим,
относительно его внешних, поведенческих признаков, того, что он им
говорил о своих переживаниях. Так же подробно следует допросить самого
пострадавшего о его ощущениях, мыслях, которые у него были в
интересующий период. В некоторых особо сложных случаях потерпевший может
быть направлен на дополнительное медицинское обследование либо на
судебно-медицинскую экспертизу.

При доказывании факта причинения потерпевшему нравственных страданий
требуется больше обращать внимания на индивидуально-

1 Ожегов СИ Словарь русского языка.

2 Там же

1 Российская газета. 1995. 8 февр. Там же

172

173

психологические особенности его личности: нравственные, ценностные
ориентации, установки, самооценку, социальный статус, его стремление к
самоактуализации, характерологические особенности, наличие у него
акцентуированных свойств характера того или иного типа1.

Известно, что повышенная тревожность, сенситивность, психасте-ничность,
неврастеническая симптоматика и т.п. являются весьма благоприятной
почвой для развития всевозможного рода глубоких переживаний,
травмирующих психику, в том числе и негативного характера в виде
страданий. И в этих случаях помимо допроса самого потерпевшего, а также
лиц, близко знающих его, существенную помощь суду, несомненно, может
оказать судебно-психологическая экспертиза аналогично тому, как это
делается при установлении аффекта.

Завершая рассмотрение эмоциональных проявлений у различных субъектов
правоотношений, следует подчеркнуть важное значение эмоций и чувств,
поскольку они оказывают сильное влияние на поведение человека, особенно
в конфликтных, экстремальных ситуациях, являются составной частью
мотивационной сферы его личности.

Понимание роли эмоциональных явлений у субъектов уголовного,
гражданского процессов помогает следователю, суду наиболее эффективно, с
точки зрения задач правосудия, проводить следственные (судебные)
действия, объективно оценивать поступки людей, их мотиваци-онную сферу,
принимать правильные решения по делу.

Существенное влияние эмоциональные состояния оказывают на эффективность
и качество профессиональной деятельности самих юристов, которые должны
владеть приемами саморегуляции собственной эмоциональной сферы, уметь
вовремя нейтрализовать отрицательные и стимулировать положительные
эмоции и чувства, о чем пойдет речь в следующем параграфе.

§ 3. Способы преодоления отрицательных

психических состояний в профессиональной

деятельности юриста

Профессия юриста предъявляет повышенные требования к психике,
интеллекту, эмоционально-волевым качествам человека. В какой бы области
правоприменительной деятельности он не занимался, его рабочий день
нередко бывает насыщен разнообразными проблемными ситуациями, различного
рода конфликтами, требующими принятия решений правового характера, что
уже само по себе в гораздо большей мере, чем в других профессиях,
способствует повышенной утомляемости, избыточному раздражению, появлению
стресса.

Так, в ходе одного исследования выяснилось, что больше половины
опрошенных прокурорских работников под воздействием перегрузок в работе
постоянно испытывают отрицательные психические состояния,

усталость, апатию, растерянность. Многие из них переживают повышенную
тревожность, ощущают малозначительность, ненадежность своего
социального, профессионального положения. Практически половина из них
жалуется на раздражительность, головную боль, нарушения сна1.

Все это объясняет достаточно широкую распространенность среди работников
правоохранительных органов различных психосоматических расстройств и
заболеваний, возникающих под воздействием отрицательных эмоций и
состояний, которые можно было бы значительно уменьшить, если бы сами
юристы умели использовать естественные защитные механизмы своей психики
от возрастающего давления нервно-психических перегрузок, владели бы
достаточно простыми и в то же время доступными приемами нейтрализации
ситуативной усталости, снятия психического напряжения (релаксации).

Методам релаксации в настоящее время посвящено огромное число
публикаций, издано много специальной, в том числе переводной, литературы
по психотренингу, в которой при желании всегда можно найти большое
количество разнообразных полезных советов, различного рода физических
расслабляющих упражнений. Однако, несмотря на все эти методические
разработки и рекомендации, прежде всего следует помнить о правильном
режиме труда, разумном чередовании его с отдыхом. Иногда стоит даже
незначительно изменить свой образ жизни, отказаться от некоторых вредных
привычек, чтобы резко поднять порог устойчивости к нервно-психическим
перегрузкам.

Кроме того, с учетом своих индивидуально-психологических особенностей
следует знать, как наиболее разумно вести себя в стрессо-генных
ситуациях, каким образом можно самому снимать у себя состояние
избыточной тревожности, эмоциональной напряженности, усталости, повышая
при этом эффективность своего труда, улучшая самочувствие и настроение.
Проще говоря, необходимо научиться оказывать самому себе неотложную
психологическую помощь, уметь своевременно пользоваться легкодоступными
приемами и средствами снятия психической напряженности. Рекомендации
здесь несложны, и каждый при необходимости может ими воспользоваться.

Итак, какие наиболее простые советы, не требующие специальной
подготовки, посторонней помощи, можно дать? Вот некоторые из них.

Лучше своевременно предупредить нарастающее состояние эмоциональной
напряженности, чем бороться с ним. Обычно наиболее распространенными
предвестниками наступающего ухудшения психического состояния являются
все более частые ощущения усталости, раздражения. Снижается острота
восприятия, ухудшается память, эффективность мыслительной деятельности.

Первый, достаточно простой совет: если позволяют условия, сделайте во
время работы небольшой, неплановый перерыв.

1 См.: Романов В.В. О наших с вами страданиях // Домашний адвокат. 1996.
№ 2. С. 12—13.

174

‘ См.: Панчихин О.Н., Романов В.В., Кроз М.В. Профессиональный
психологический отбор // Законность. М., 1993. № 4. С. 40.

175

Проветрите помещение (особенно если в вашем кабинете накурено). Сядьте
на стул (еще лучше в кресло). Расстегните ворот рубашки, ослабьте пояс.
Слегка откиньте голову назад таким образом, чтобы затылок свободно лег
на спинку стула. Опустите руки вдоль тела (если позволяет ваш рост,
можно опереться локтями о сиденье стула).

Сняв обувь, положите ступни ног на другой стул, поставленный напротив.
Закройте глаза. Расслабьте мышцы. Дышите спокойно, равно-*мерно.
Постарайтесь ни о чем тревожащем вас не думать.

Если вы беспокойный по характеру человек и сами себе не даете покоя,
воспользуйтесь избирательностью своего мышления, используйте механизм
вытеснения из сознания всего того, что вас сейчас тревожит, успокойте
себя тем, что «все равно всех дел не переделаешь». В течение 20—30 мин,
необходимых для того, чтобы привести себя в работоспособное состояние,
за эти мысленно произнесенные слова, помогающие избавиться от
напряжения, вас никто не осудит. В конце концов, подумайте о чем-нибудь
приятном, вызовите в своем сознании наиболее весомые ценности в жизни и
сравните: как много у вас есть из того, чего нет у других.

Если почувствуете сонливое состояние, не препятствуйте ему. Крепко вы
все равно не заснете, но за это короткое время вскоре почувствуете
облегчение.

Переходя в обычное состояние, сделайте легкий массаж поглаживанием лица
(вокруг глаз, между бровей, виски, носогубные складки, подбородок), шеи,
затылка, легкие кругообразные движения и наклоны головы, повороты
вправо, влево. Затем ополосните лицо, ушные раковины холодной водой1.

Объективно оценивайте то, что с вами происходит. Не будьте (хотя бы на
время!) максималистом по отношению к себе. Как часто оказавшись в той
или иной непростой обстановке, люди реагируют не на нее, а на свое
отношение к ней. Порой, переживая свое неблагополучное психическое
состояние (например, повышенную тревожность, раздражение и т.п.), мы не
задумываемся над тем, что оно нередко является следствием не той
ситуации, в которой мы оказались, а результатом нашего отношения к ней,
т.е. того, как мы воспринимаем происходящие события, какую ценность сами
приписываем им, образно говоря, сквозь какие очки смотрим на то или иное
явление.

Еще две тысячи лет тому назад стоики в Древней Греции, отыскивая прочное
разумное основание для нравственной жизни общества, разделяя все
человечество на два класса — мудрых и безумных, считали: не существует
вещей, которые могли бы так беспокоить нас, как наши собственные
впечатления, представления, взгляды на вещи. Поэ-

1 Более подробные рекомендации содержатся в различной справочной
литературе. См. например: Леонова А.Б., Кузнецова А С. Психопрофилактика
стрессов. М., 1993: Каппони В., Новак Т. Сам себе психолог СПб . 1994;
Стресс жизни: Сборник. ТОО «Лейла». СПб., 1994; Шнайдер К. Как снять
стресс: 30 способов улучшить свое самочувствие за 3 минуты. М., 1993;
Рейф И.Е. Полчаса, побеждающие усталость. М., 1994.

тому стоит поменять их, изменить свое отношение к происходящему, хотя бы
несколько снизив его значение (спросите себя в этот момент: с кем этого
не происходит?), как сила воздействующих на наше сознание факторов
снизится. И как следствие этого уменьшится и характер нашего
эмоционального реагирования.

Как писал Г. Селье, чаще для нас имеет значение не то, что с нами
происходит, а как мы это воспринимаем1, т.е. причины появления состояний
эмоционального напряжения нередко кроются в нас самих и объясняются в
первую очередь нашими индивидуально-психологическими особенностями. В
этой связи можно воспользоваться еще одним советом. Если нас что-то в
данный момент сильно задевает и к чему-то очень обязывает, из-за чего мы
испытываем сильное беспокойство, тревогу, раздражение, иногда бывает
полезно спросить себя: будет ли данное событие по-прежнему волновать нас
через несколько дней? А через пять лет? И если мы на эти вопросы ответим
отрицательно, тогда, право, не стоит так сильно огорчаться и в настоящий
момент.

Постарайтесь внушить себе, что вы не только «жертва» экстремальной
ситуации, но и ее участник, посмотрите на себя со стороны. Осознание
себя только в качестве «жертвы», пишет Л.А. Ки-таев-Смык, исследовавший
поведение летчиков-испытателей в критических ситуациях, еще более
усиливает дистресс со всеми сопутствующими этому последствиями2.

Поэтому, воздав должное себе, мысленно отметив свои достоинства,
несомненно, имеющиеся у вас, вспомните, как вам уже не раз приходилось
выходить из трудных ситуаций, вспомните пережитые вами ранее чувства
радости при преодолении трудностей и на этом фоне посмотрите на себя со
стороны. Почувствуйте себя участником и одновременно ответственным за
ход того, что происходит. И вам станет легче, потому что вы почувствуете
себя сильнее. «Даже после сокрушительного поражения, — писал Г. Селье, —
бороться с угнетающей мыслью о неудаче лучше всего с помощью
воспоминаний о былых успехах. Такое преднамеренное припоминание —
действенное средство восстановления веры в себя… Даже в самой скромной
карьере есть что-то, о чем можно с гордостью вспомнить. Вы сами
удивитесь, как это помогает, когда все кажется беспросветным»3.

Как часто нашим злейшим врагом является недостаточное самоуважение. В
этой связи совершенно справедливо рекомендуется обращать внимание в
первую очередь на те возможности, которые у нас есть, использовать их,
вместо того чтобы придавать значение тем, которых нет4.

Отступитесь на время от решения стрессогенных проблем. Расслабьтесь,
выкиньте из головы все, что вас тревожит. Скажите себе: сейчас, в данный
момент мне это не нужно. На какое-то время сведите

1 См. также: Эверли Дж. С, Розефелъд Р. Стресс: природа и лечение. М.,
1985. С. 16.

2 Китаев-Смык Л.А. Указ. соч. С. 38—39.

3 Селье Г. Указ. соч. С. ПО.

Меркл Р. Депрессия? Больше никогда! М., 1996. С. 50.

176

177

12 37

к минимуму вашу активность. Наконец, переключитесь на совсем другие
занятия, не имеющие никакого отношения к стрессу, более того, вызывающие
положительные эмоции, удовольствие. Проще говоря, займитесь тем, что
приятно.

Такие занятия, увлечения, безусловно, есть почти у каждого. Ну а если их
нет, делайте любую посильную работу (эффект «смещенной активности»,
«замещающих» действий по 3. Фрейду), которая всегда найдется дома: мойте
посуду, убирайте квартиру и т.д. Подобная физическая активность в
стрессогенных ситуациях выполняет роль своеобразного громоотвода,
помогающего отвлечься от внутреннего перенапряжения. В конце концов,
сходите на выставку, в театр, просто прогуляйтесь, поболтайте с
приятелем. Подумайте о чем-либо приятном, что есть или было в вашей
жизни. Иногда одного сравнения ваших проблем в этот момент с проблемами
других людей хватает, чтобы понять, что не все так уж плохо и
безнадежно, как, может быть, кажется.

Положительный эффект в нейтрализации негативных эмоциональных состояний
оказывают встречи с близкими и даже незнакомыми людьми, помогающими
по-иному взглянуть на мир, переориентироваться с трагического настоящего
на события, которые предстоят в будущем. В эти моменты огромную роль
играет семья, близкие друзья, благодаря психологической помощи которых
снимаются отрицательные эмоции и неблагоприятные психические состояния.

Активизируйте мотивы достижения. Не последнее по значению место в
профессиональной деятельности юриста в качестве стрессоре-гулирующего
фактора имеет мотивация. Установлено, что, несмотря даже на тяжелую
ситуацию, при сохранности на должном уровне мотивации достижения,
альтруизма, побуждающих нас к целенаправленной деятельности, имеет место
значительное улучшение целого ряда психических показателей. И в этом
процессе не последнее место занимает формирование уверенности человека в
себе, в своих силах, его активность. Недаром говорят, что чувство
уверенности — это ключ к успеху. Для того чтобы быть уверенным в
достижении поставленных целей, представьте себе реально желаемый
результат, вплоть до наглядного образа того, к чему вы стремитесь, чего
желаете достичь. Сконцентрируйтесь на этом мысленном образе, повторяя
про себя: я чувствую сильное желание добиться поставленной цели. Я
должен это сделать! Я верю в то, что это можно сделать потому, что я
могу это сделать!

Без веры в успех нельзя преодолеть свое негативное настроение,
подавленное психическое состояние. Необходимо верить в свои силы, в
собственные возможности добиться успеха, и тогда вера вызовет решимость,
которая нам так бывает необходима.

Еще лучше, если это будет подкреплено кем-либо из близкого, значимого
для вас окружения:

— Я верю в твой успех, ты молодец! — как часто такие слова, сказанные
матерью сыну, женой мужу, просто другом, побуждают нас добиваться того,
чего бы мы никогда не достигли, не будь этой психологической поддержки
со стороны близких людей.

I

Разумеется, все это далеко не полный перечень рекомендаций, которыми
можно воспользоваться. Тем более что каждый сам выбирает для себя то,
что ему более всего подходит.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Что представляют собой эмоции и чувства? В чем их сходство и
различия?

2. Дайте психологическую характеристику состоянию тревожности. Какие
существуют причины возникновения состояния тревоги?

3. Что такое страх? Назовите признаки, свидетельствующие о переживании
человеком страха.

4. Какое значение могут иметь эмоции тревоги, страха при оценке
поведения лиц, участвующих в уголовном и гражданском процессах?

5. Дайте определение состояния психической напряженности (стресса).

6. Какое влияние оказывает стресс на поведение человека?

7. Динамика развития стресса и его признаки.

8. Какое правовое значение может иметь установление стресса у
обвиняемого, потерпевшего?

9. Что представляют собой посттравматические стрессовые расстройства?

10. Какие существуют причины возникновения у людей посттравматических
стрессовых расстройств? Охарактеризуйте периоды развития данного
состояния.

11. Что такое фрустрация, какое влияние она оказывает на поведение
человека? Что общего между стрессом и фрустрацией, в чем состоит
различие между ними?

12. Дайте психологическую характеристику аффекта. Назовите его признаки,
опишите динамику его развития.

13. Какие вам известны виды аффективных состояний, в чем состоят их
особенности?

14. Какое уголовно-правовое значение имеет аффект?

15. Что представляют собой страдания? Дайте определение данного
эмоционального состояния, перечислите его признаки.

16. Какие правовые последствия предполагает установление у потерпевшего
страданий в результате совершения в отношении него неправомерных
действий?

17. Какие Вам известны способы преодоления отрицательных эмоциональных
состояний?

178

Глава 6

ИНДИВИДУАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ

ЛИЧНОСТИ. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЗНАНИЙ О НИХ ЮРИСТОМ

В ПРАКТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Темперамент. Какое влияние оказывает он на формирование личнос-*
ти, поведение человека? Основные типы и свойства темперамента. Характер
и его роль в профессиональной деятельности юриста. Акцентуированные
свойства характера, психолого-криминологическая характеристика различных
типов акцентуированных личностей Воля. Направленность, мировоззрение,
правосознание, мотивационная сфера в структуре личности субъектов
правоприменительной деятельности Мотивы и мотивация поведения.

§ 1. Темперамент, его влияние на поведение субъектов правоприменительной
деятельности

Темперамент. Важнейшими структурными компонентами, определяющими
личностные особенности каждого человека, являются темперамент и
характер. Рассмотрим их подробнее, проследим как они влияют на поведение
людей, вовлеченных в сферу правоохранительной деятельности.

Темперамент (от лат. temperamentut — надлежащее соотношение частей,
соразмерность) — это совокупность индивидуальных, относительно
устойчивых психодинамических свойств психики человека, проявляющихся в
его поведении и деятельности.

Темперамент в отличие от других особенностей психики относительно
устойчив, поскольку его физиологической основой являются унаследованные
человеком свойства нервной системы, которые влияют на быстроту усвоения
знаний, формирования навыков. От этих свойств зависит динамика
психических процессов и состояний, психической деятельности в целом.
«Психологически они проявляются прежде всего в особенностях темперамента
человека, окрашивающего самые различные поведенческие акты, создающего
более или менее определенный индивидуальный стиль деятельности,
специфическую для каждого человека динамику приобретения, например
профессиональных навыков и т.п.»1.

Свойства нервной системы и обусловленные ими свойства темперамента
влияют на перцептивные процессы, память, внимание, двигательные навыки
человека. Эти свойства в большей степени определяют не то, что он
делает, а то, как это делает.

Темперамент оказывает существенное влияние на формирование характера, на
динамические особенности поведения человека, на инди-

1 Равич-Шербо И.В. Возможный экспериментальный подход к изучению
биологического и социального в человеке // Биологическое и социальное в
развитии человека. М, 1977 С. 160.

180

видуальность последнего. Вот почему темперамент нельзя отделить от
личности. Темперамент выступает своеобразным связующим звеном между
организмом, познавательными процессами и личностью1.

История возникновения учения о темпераментах относится к V в. до н.э.,
когда древнегреческий врач Гиппократ выдвинул идею о том, что
жизнедеятельность, здоровье человека зависят от четырех основных соков
организма: крови (sanguis), лимфы (phlegma), желчи (chole) и черной
желчи (melan chole). Опираясь на эти представления, древнеримский врач
Гален (II в. н.э.) сформулировал гуморальную теорию, согласно которой
различное соотношение этих жидкостей влияет не только на здоровье, но и
определяет психическое состояние, поведение человека. Гален предложил
первую классификацию видов темперамента. В зависимости от преобладания в
организме той или иной жидкости люди, согласно его теории, отличаются
друг от друга силой, скоростью, темпом, ритмом движений,
экспрессивностью выражения чувств. Отсюда пошли названия четырех типов
темперамента: сангвинический, флегматический, холерический и
меланхолический.

В последующем на смену гуморальной пришла конституциональная, или
соматическая, теория, на основе которой пытались связать различные типы
темпераментов с конституцией, строением тела человека, с соотношением
его отдельных частей и тканей, о чем мы уже писали в главе 2,
посвященной личности, ссылаясь на взгляды Э. Кречмера, У. Шелдона и др.

Рациональным зерном во всех этих взглядах, как сейчас это видно с
позиций современной науки, является то, что и тип строения тела, и
динамические свойства психики в значительной мере обусловлены
воздействием гормонов, выделяемых железами внутренней секреции.

В дальнейшем обусловленность того или иного темперамента стали объяснять
деятельностью центральной нервной системы, ее возбудимостью и
чувствительностью. В создании и развитии этой теории важную роль сыграли
исследования свойств головного мозга, проведенные в 20—30-е гг. нашим
великим физиологом И.П. Павловым, который создал учение о типах высшей
нервной деятельности, определяющих типы и свойства темпераментов.

И.П. Павлов теоретически обосновал и экспериментально подтвердил ведущую
роль в динамических процессах центральной нервной системы —
«единственной из всех систем организма, обладающей способностью к
универсальным регулирующим и контролирующим влияниям»2. Он считал, что
«темперамент есть самая общая характеристика каждого отдельного
человека, самая основная характеристика его нервной системы, а эта
последняя кладет ту или другую печать на всю деятельность каждого
индивидуума»3. Им было выделено три основных

1 См.- Немое PC. Психология. Учебник в 3 кн. Кн. 1. Общие основы
психологии 2-е изд М , 1995. С. 333.

Цит. по: Небылицын В.Д. Психофизиологические исследования индивидуальных
различий. М , 1976. С. 182—183.

3 Павлов И.П. Поли. собр. соч. М., Л , 1951. Т. III, кн. 2. С. 85.

181

свойства нервной системы: сила, уравновешенность и подвижность нервных
процессов.

Сила нервной системы. Это самый важный показатель типа нервной системы.
Она проявляется в способности нервной системы выдерживать длительное
воздействие, не приходя в состояние запредельного торможения. Сила
нервной системы — показатель работоспособности нервных клеток, их
функциональной выносливости, способности задерживать реакцию на
воздействие одних раздражителей под влиянием других, еще более значимых.

Уравновешенность нервной системы. Данное свойство означает соответствие
силы возбуждения силе торможения. Значительное преобладание одного из
этих процессов над другим свидетельствует о неуравновешенности нервных
процессов.

Подвижность нервных процессов. Подвижность характеризуется быстротой и
легкостью сменяемости процессов возбуждения и торможения.
Противоположной этому свойству является инертность нервных процессов,
исключающая их быструю и легкую перестройку.

Различные сочетания силы, уравновешенности, подвижности нервных
процессов определяют, по И.П. Павлову, индивидуальные особенности
условно-рефлекторной деятельности, темперамент. Эти сочетания составляют
разные типы нервной системы, служат физиологической основой традиционно
описываемых в литературе четырех типов темперамента (рис. 6.1):

1) сильный, уравновешенный, подвижный тип нервной системы, лежит в
основе сангвинического темперамента;

2) сильный, уравновешенный, инертный тип нервной системы, соответствует
темпераменту флегматика;

3) сильный, неуравновешенный тип нервной системы с преобладанием
возбуждения над процессами торможения, соответствует холерическому
темпераменту;

4) слабый тип нервной системы, соответствует меланхолическому
темпераменту.

Уравновешенный

Подвижный

Сильный

Тип нервной системы

А.

Слабый

Неуравновешенный

Инертный

Рис. 6.1 Типы нервной системы по И П. Павлову 182

В последующем учение И.П. Павлова было развито и дополнено. Исследования
Б.М. Теплова, В.Д. Небылицына и др., проведенные в 50—60-х гг.,
показали, что «сама структура свойств нервной системы как
нейрофизиологических изменений темперамента много сложнее, чем это
представлялось ранее, а число основных комбинаций этих свойств гораздо
больше, чем это предполагалось И.П. Павловым»1.

Так, оказалось, что сила нервных процессов является показателем не
только работоспособности нервной системы, но и ее чувствительности
(сенситивности). Если работоспособность нервной системы определяется
верхним «пределом» силы нервной системы, то уровень ее чувствительности
соответствует нижнему «пределу».

Значительно расширилось и понятие подвижности, которое стало означать
подвижность не только в узком смысле этого слова (как способность
нервных процессов переходить из одного состояния в другое), но и как
лабильность, характеризующуюся скоростью возникновения и прекращения
нервных процессов. Так было выявлено еще одно важное свойство нервных
процессов — динамичность, выражающаяся в легкости, быстроте генерации
процессов возбуждения или торможения.

В настоящее время традиционные комбинации свойств нервной системы
дополнены новыми свойствами, наметилась 12-мерная классификация свойств
нервной системы человека на основе сочетаний по крайней мере восьми
первичных (сила, подвижность, динамичность и лабильность по отношению к
возбуждению и соответственно к торможению) и четырех вторичных
(уравновешенность по силе, подвижности, динамичности и лабильности)
свойств2.

Кроме указанных выше были выявлены и другие свойства нервной системы,
связанные с темпераментом:

реактивность — свойство нервной системы, проявляющееся в
непроизвольности реакций различной интенсивности в ответ на какие-либо
посторонние воздействия;

активированность (активность) нервной системы — свойство,
свидетельствующее о том, насколько энергично человек воздействует на
окружающий мир, познает его, преодолевает препятствия на пути к
поставленной цели.

Реактивность и активированность характеризуют энергетический уровень
поведения человека. Их соотношение показывает’ чем в большей степени
определяется поведение человека — случайными факторами (настроение,
поведение окружающих и т.д.) или его стойкими намерениями, убеждениями.
Преобладание реактивности нередко наблюдается в поведении так называемых
«случайных», «ситуационных» правонарушителей.

Пластичность и противоположное этому свойству — ригидность нервных
процессов выражают подвижность либо инертность нервной

1 Небылицын В Д Указ соч С 183 Подробнее см . Русалов В М Биологические
основы индивидуально-психологичес-

ких различии. М., 1979 С 78

183

системы, определяют, насколько человек легко, гибко приспосабливается к
изменяющейся обстановке (ситуации). Пластичность — профессионально
важное свойство темперамента, необходимое юристу, поскольку оно влияет
на гибкость его поведения при выборе различных форм реагирования.

Экстравертированность — интровертированность — характеристика
индивидуально-психологических различий, также в определенной мере
связанных с темпераментом, проявляющаяся в большей обращенности человека
либо на внешний, окружающий мир, либо на свой внутренний мир, что также
в значительной мере влияет на его поведение.

Между свойствами нервной системы и темпераментом существует тесная и
неоднозначная взаимосвязь. От одного и того же свойства нервной системы
может зависеть несколько различных свойств темперамента. В результате
этого образуются своеобразные симптомокомплексы различных свойств
нервной системы, коррелирующих между собой. Причем в совокупности
различных признаков того или иного свойства один из них является
ведущим, определяющим. Этим во многом объясняются достаточно прочные
компенсаторные возможности психики, позволяющие человеку
приспосабливаться к окружающей среде.

Ввиду большого разнообразия сочетаний различных свойств нервной системы
наряду с четырьмя традиционными типами темперамента, которые в чистом
виде встречаются крайне редко, существует большое количество
промежуточных типов, различных вариантов темперамента. Поэтому проблема
четкого деления людей по общим признакам нервной системы, исходя только
из четырех типов темперамента, уступила место более углубленному
изучению отдельных свойств нервной системы, лежащих в основе
индивидуального темперамента конкретного человека, у которого могут
наблюдаться черты разных традиционно выделявшихся ранее типов
темперамента

И тем не менее, основываясь на анализе перечисленных выше свойств, все
же полезно дать следующую общую психологическую характеристику четырем
традиционно описываемым в литературе типам темперамента с тем, чтобы
потом их использовать при сравнительном анализе
индивидуально-психологических особенностей различных людей.

Итак, обладатель сангвинического темперамента характеризуется несколько
пониженной сенситивностью, высокой реактивностью и активностью,
уравновешенностью, эмоциональной подвижностью, пластичностью,
лабильностью, экстравертированностью, что проявляется в гибкости
поведения.

Обладатели этих свойств темперамента обычно весьма деятельны,
продуктивны в работе, особенно если она вызывает у них живой интерес.
Они подвижны, легко приспосабливаются к новым условиям, умеют легко
вступать в контакты с людьми, однако испытывают затруднения при
выполнении длительных, монотонных операций.

Холерик отличается повышенной возбудимостью, высокой реактивностью и
активностью с преобладанием реактивности, повышенной

эмоциональной возбудимостью, ригидностью, экстравертированностью,
ускоренным темпом реакций.

Холерики нередко демонстрируют повышенную возбудимость,
неуравновешенность поведения, определенную цикличность в работе — от
страстного увлечения делом до полной апатии, сопровождающейся временной
бездеятельностью. При отрицательном воспитательном воздействии в
поведении холерика чаще могут проявляться: несдержанность, неспособность
к самоконтролю в эмоционально напряженных ситуациях, агрессивность в
конфликтных ситуациях, что может стать одним из условий, способствующих
совершению такими лицами противоправных действий насильственного
характера.

Флегматик характеризуется пониженной сенситивностью, низкой
реактивностью, ригидностью, пониженной эмоциональной возбудимостью,
замедленным темпом реакций, интровертированностью.

Люди, наделенные чертами флегматического темперамента, обычно спокойны,
более уравновешенны, основательны в работе, успешно трудятся там, где
требуется методичность, упорство, кропотливое отношение к делу.

Из недостатков флегматика следует отметить некоторую инертность,
малоподвижность, необходимость дополнительного времени для переключения
от одного вида занятий на другой.

Меланхолический темперамент обусловлен слабым типом нервной системы.
Темперамент меланхолика характеризуется повышенной сенситивностью,
невысокой реактивностью и низкой активностью, ригидностью, пониженной
эмоциональной возбудимостью, отрицательной окраской эмоций,
эмоциональной ранимостью, интровертированностью.

В силу того, что торможение у меланхолика преобладает над процессами
возбуждения, сильные отрицательные раздражители могут воздействовать
деструктивным образом на его поведение и деятельность в целом. Поэтому
люди, наделенные в значительной мере свойствами меланхолического
темперамента, чаще испытывают тревогу, страх, нередко переоценивают
характер угрозы, легче становятся жертвами правонарушений
насильственного характера. Иллюстрацией темпераментов может служить
карикатура известного датского художника X. Бидструпа «Четыре
темперамента» (рис. 6.2). По тому, как реагируют на смятую шляпу ее
владельцы, можно определить тип темперамента каждого из них.

Учет особенностей, свойств темперамента в профессиональной деятельности
юриста. Каким образом оценивать свойства темперамента? Данный вопрос
оказывается не таким простым. В психологической литературе высказывается
обоснованное возражение против ценностного подхода к тому или иному
темпераменту, тем более против того, чтобы делить их на «плохие» и
«хорошие», «лучшие» и «худшие»1.

1 См., например- Стреляу Я. Роль темперамента в психическом развитии. М
1982 С. 162-164.

184

185

Рис. 6.2. Четыре темперамента (X. Бидструп)

Более продуктивным представляется иной подход к оценке того или иного
темперамента, его отдельных свойств — с точки зрения изучения адаптивных
возможностей индивида в процессе поддержания им равновесия между
организмом и средой. Поэтому с социальной, тем более с правовой, точки
зрения темперамент не подлежит оценке, так как не определяет социальную
ценность человека, поскольку не связан с его

мировоззрением, убеждениями, правосознанием. «Никакой темперамент не
служит препятствием для развития общественно ценных свойств личности,
равно как и отрицательных ее свойств. Генетически детерминированные
свойства темперамента — это лишь предпосылки воспитания, обучения,
формирования характера, развития умственных и физических способностей»1.

Исходя из основных динамических свойств нервной системы, темперамента
человека, необходимо видеть, к какой деятельности он более всего
предрасположен. В этом состоит одно из направлений учета человеческого
фактора в решении вопроса о повышении эффективности и качества труда
любого работника, в том числе, разумеется, и юриста.

Правоохранительная деятельность, как и любая другая, имеет свои
особенности2. С ними коррелируют различные свойства темперамента. Она
предъявляет определенные требования к психике, нервной системе,
темпераменту юриста. Игнорирование этих факторов, психологическая
неподготовленность к их воздействию на психику, избыток отрицательных
раздражителей при определенных свойствах темперамента может приводить к
неоправданно повышенной нервно-психической напряженности, к различным
психосоматическим расстройствам. Например, установлено, что у
высокореактивных индивидов быстрее наступает фаза перегрузки, нервного
истощения. Напряжение, являющееся для низкореактивных людей оптимальным,
у высокореактивных может вызвать резкое снижение эффективности их
деятельности.

Способность организма противостоять отрицательным воздействиям внешних
факторов во многом определяется свойствами нервной системы,
темперамента. Например, труд человека со слабым типом нервной системы,
быстрее истощающего свои нервно-психические ресурсы в эмоционально
насыщенных ситуациях, будет менее продуктивен, особенно по временным
показателям. А такие сопутствующие данному типу свойства темперамента,
как низкая активность, ригидность, повышенная эмоциональная
возбудимость, эмоциональная чувствительность, значительно осложняют
выполнение функциональных обязанностей юристом с указанными свойствами
темперамента и нервной системы, создают для такого человека
дополнительные трудности в работе и скорее всего отрицательно отразятся
на ее результатах и на состоянии его здоровья.

В этой связи в литературе высказываются различные мнения о возможности
успешно заниматься любой, в том числе и следственной, деятельностью
независимо от типа нервной системы и темперамента. Так, А.Р. Ратинов
полагает, что нет оснований ставить вопрос «о наиболее предпочтительном
для следственной работы типе высшей нервной деятельности или
темпераменте», поскольку «различные ситуации в одной

1 Дубинин Н.П., Карпец И.И., Кудрявцев В.Н. Генетика, поведение,
ответственность: (О природе антиобщественных поступков и путях их
предупреждения). М., 1982. С 21.

2 Подробнее см. главу 11 учебника.

186

187

и той же деятельности делают предпочтительными разные темпераменты». В
принципе, это правильно, поскольку «отрицательные в той или иной
ситуации расследования свойства темперамента компенсируются
положительными, нейтрализуются соответствующими навыками и привычками.
Темперамент человек может обуздать и подчинить своему характеру»1.

Да, в общем это так. Но какой ценой будет достигнуто «обуздание»
темперамента? Не лучше ли заранее выявить у данного человека
симп-томокомплекс свойств его темперамента, нервной системы, более
предрасполагающий к другой, менее напряженной деятельности? В противном
случае недооценка этого фактора в дальнейшем может привести такого
субъекта к нервно-психическим, соматическим заболеваниям либо побудит
его перейти на другую работу ввиду утраты для него привлекательности
юридической профессии. Тот факт, что 30% опрошенных следователей
высказали мнение о том, что они ошиблись в выборе профессии2, говорит о
многих просчетах при отборе абитуриентов в юридические вузы страны, в
том числе и о недооценке индивидуально-психологических особенностей
личности будущих следователей.

Следователь должен быть осведомлен о свойствах своей нервной системы и
темперамента, уметь компенсировать отрицательные проявления отдельных
свойств, поскольку нет людей, наделенных только положительными
свойствами. И в этом отношении следует полностью согласиться с точкой
зрения А.Р. Ратинова. Однако когда человек обладает целым
симптомокомплексом отрицательных с точки зрения профессиональных
требований к нему свойств, видимо, нецелесообразно ориентировать его на
работу в правоохранительных органах, требующую тех свойств нервной
системы, темперамента, которых у него нет и для компенсации которых он
не располагает необходимыми компенсаторными возможностями. Поэтому правы
те авторы, которые считают, в частности, что следователь должен обладать
определенными свойствами психики, темперамента, которые не осложняли бы,
а напротив, облегчали его и без того чрезвычайно сложную
профессиональную деятельность.

В настоящее время со всей очевидностью установлено, что свойства нервной
системы, темперамента оказывают существенное влияние на успешность
деятельности, особенно в профессиях, предъявляющих повышенные требования
к нервной системе3. Более того, для некоторых профессий (и к ним вполне
можно отнести профессию следователя, прокурора, судьи) слабая нервная
система может рассматриваться как профессиональное противопоказание.

Таким образом, темперамент с его свойствами следует оценивать не
абстрактно, а с точки зрения адаптивных возможностей человека к

‘ Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 72.

2 См.: Найденов В.В. Советский следователь. М, 1980. С. 59.

3 См.: Гуревич КМ. Профессиональная пригодность и свойства нервной
системы.

М., 1970.

тому или иному виду профессиональной деятельности с типичными для этой
деятельности ситуациями, предъявляющими к психике человека определенные
повышенные требования.

Руководителю органа юстиции следует правильно оценивать свойства
темперамента своих подчиненных, умело распределять между ними
функциональные обязанности, организовывать их взаимодействие, например
при групповом методе ведения следствия, таким образом, чтобы свойства
темперамента разных следователей дополняли друг друга, взаимно
компенсировали свои отрицательные особенности в сложных следственных
ситуациях.

Известно, например, насколько отличается с динамической стороны
расследование преступлений, которое начинается с ведения розыска
преступника «по горячим следам» при получении сигнала о происшедшем
убийстве, разбойном нападении, изнасиловании, от расследования так
называемых «хозяйственных» преступлений, совершенных в сфере экономики.

Если расследование первых характеризуется быстроменяющейся обстановкой,
мобильным, оперативным принятием и выполнением тактических и
процессуальных решений по делу, то расследование вторых обычно не носит
столь динамичный характер, поскольку установление истины по таким делам
во многом определяется кропотливой работой с бухгалтерскими, финансовыми
документами.

В первом случае большое значение имеют свойства, которые в своей
традиционной совокупности объединяются сангвиническим и холерическим
темпераментами: высокая активность и реактивность, эмоциональная
подвижность, пластичность и т.п. Во втором случае наряду с активностью
не менее важную роль играют свойства, присущие флегматику с его
уравновешенностью и основательностью в работе, способностью к
методичному выполнению однотипных операций, необходимых, например, при
внимательном изучении большого объема документов, хозяйственных операций
и т.п.

Как в том, так и в другом случае весьма ценным свойством темперамента,
которое традиционно относилось к меланхолическому темпераменту (слабому
типу нервной системы), является повышенная сенси-тивность
(чувствительность), лежащая в основе интуиции. Более того, как сейчас
установлено, индивиды со слабой нервной системой в условиях монотонной
работы демонстрируют более высокую эффективность, допускают меньшее
количество ошибок. «При переходе от монотонной, однообразной
деятельности к деятельности с элементами «драматизма», т.е. с
нерегулярным возникновением раздражителей, неравномерным распределением
сенсорной нагрузки, наличием неожиданных стимулов, стрессовых ситуаций,
преимущества получают лица с сильной нервной системой»1.

188

1 Русалов В.М. Биологические основы индивидуально-психологических
различий М, 1979. С. 270—271.

189

Такой же дифференцированный подход можно наметить и при сравнительном
психологическом анализе следственных действий, например осмотра места
происшествия и допроса, особенно в остро конфликтных ситуациях.

Говоря о таких профессионально важных для юриста свойствах темперамента,
как активность, динамичность, уравновешенность, сен-ситивность,
эмоциональная подвижность, пластичность, мобильность, следует также
выделить экстравертированность, которая лежит в основе такой черты
характера юриста, как коммуникабельность, определяет его умение
устанавливать психологические контакты с различными людьми, оптимальным
образом поддерживать и в нужном русле развивать с ними общение.
Неразвитость этого свойства, нежелание формировать в себе эти качества
могут стать серьезной преградой для успешного выполнения своих
обязанностей лицом, занимающим должность следователя, прокурора и т.д.

Общепризнанно, что прирожденные свойства нервной системы, темперамент
наряду с другими, и в первую очередь с социальными факторами играют
важную роль в формировании личности. Однако правильно отмечается, что
«быстрота реакции, подвижность нервных процессов имеют одинаковое
отношение как к плохим, так и к хорошим поступкам человека»1. Свойства
нервной системы, темперамента не влияют на содержательную сторону
личности, а отражают лишь динамическую характеристику поведения, на что
мы уже обращали внимание.

Однако крайние варианты некоторых свойств темперамента при
неблагоприятных условиях формирования личности нередко бывают связаны с
нежелательными формами поведения, особенно в детском и юношеском
возрасте. При отсутствии направленного воспитательного воздействия такие
крайние черты темперамента, как гипервозбудимость, психомоторная
нестабильность, могут серьезно затруднять процессы социальной адаптации.
Например, индивид с неуравновешенным типом нервной системы, со
значительным преобладанием процессов возбуждения над процессами
торможения, наделенный гиперактивностью, к тому же еще и не получивший
должного воспитания и в силу всех этих обстоятельств не сформировавший в
себе привычку корректировать недостатки своего темперамента, сложнее
адаптируется к новым для него условиям, труднее привыкает к требованиям
дисциплины и правопорядка, существенно ограничивающим его произвольную и
плохо управляемую активность. Эмоциональная невыдержанность,
эффективность таких лиц может стать причиной межличностных конфликтов в
семье, на работе, в общественных местах и т.п.

Таким образом, свойства темперамента нередко проявляются в способах
совершения преступления, в тех импульсивных действиях, которые в
экстремальной обстановке совершения противоправных действий хуже
поддаются сознательной волевой регуляции. Более заметны свойства
темперамента в преступлениях, носящих остроконфликтный ха-

Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. М., 1968.
С. 20.

190

рактер (убийства, нанесение телесных повреждений и т.п.),
сопровождающихся яркими проявлениями аффективно окрашенных эмоций,
которые бывает трудно скрыть от окружающих.

В ходе проведения допроса, других следственных судебных действий
необходимо учитывать свойства темперамента свидетелей, потерпевших,
обвиняемых (подсудимых), чтобы наиболее продуктивно развивать с ними в
нужном направлении диалог.

§ 2. Характер, его свойства и черты

Когда мы оказываемся не в состоянии объяснить логику поведения человека,
когда трудно бывает с позиций житейской психологии понять причины его
поступков, мы начинаем (нередко подсознательно) обращать внимание на
характер субъекта, пытаемся найти в нем объяснение его действиям, иногда
настолько противоречивым, жестоким и несоразмерным тем внешним поводам,
которые толкнули его к их совершению, что наш здравый смысл, обыденное
сознание оказываются бессильными. И только изучив характер человека,
постепенно начинаем понимать подлинные причины его поступков и
поведения, их мотивы.

Что же тогда представляет собой характер человека? Каким образом он
влияет на то, как мы ведем себя, на мотивы, побуждающие нас к той или
иной деятельности? Попытаемся ответить на все эти вопросы.

Понятие о характере. Характер, как известно, имеет тесную связь с
темпераментом, который является его природной основой, динамической
стороной. Более того, характер развивается на базе темперамента. Поэтому
он, как и темперамент, достаточно устойчивое личностное образование.

История развития представлений о характере уходит далеко в глубь веков.
Еще древнегреческий философ Аристотель (384—322 гг. до н.э.) предлагал
определять характер человека по его лицу, внешности, имеющей сходство с
различными видами животных. В последующем взгляды на характер и подходы
к его изучению, естественно, менялись. Одни ученые связывали особенности
характера с соматическим типом человека (Э. Кречмер, Шелдон и др.),
другие видели в характере конгломерат различных черт, образованных
сексуальными влечениями (3. Фрейд и др.), связанных со стремлением к
господству (А. Адлер), с влечением к самостоятельности и равновесию
(К.Г. Юнг). Третьи видели в характере предрасположенность к той или иной
форме деятельности (эстетической, практической и т.п.).

Трудности в определении характера побуждали представителей одних научных
школ отождествлять характер с понятием личности, других —
интерпретировать характер в качестве моральной оценки личности, относя
учение о характере в область этики, давая различные, порой
противоречивые, оценки процесса формирования характера то как сугубо
социального образования, то как наследственно предопределенной структуры
личности.

191

В отечественной психологии под влиянием марксистского объяснения
сущности личности как совокупности общественных отношений сформировался
подход к интерпретации характера как выражения
индивидуально-специфического способа отношения и действия (Б.Г. Ананьев,
С.Л. Рубинштейн, А.Г. Ковалев, Н.Д. Левитов и др.).

Все сказанное выше предопределило то, что до настоящего времени не
сформировано единого взгляда на характер, нет общепризнанной его
формулировки. И это надо иметь в виду при изучении данной темы. Наиболее
приемлемым определением характера для юридической психологии, с учетом
тех целей и задач, которые она решает, является следующее определение:
Характер — это совокупность устойчивых индивидуально-психологических
свойств, проявляющихся в жизнедеятельности, поведении человека в виде
его отношения к окружающим людям, к самому себе, к делу, другим
различным обстоятельствам бытия.

Как считает А.Ф. Лазурский, характер представляет собой целостное
образование воедино слитых свойств индивида. В нем «все переплетено так
тесно, что трудно, почти невозможно изучать отдельные качества, не
изучая всего человека»’.

Характер проявляется в деятельности, общении, в манере поведения
человека. В нем выражается отношение субъекта к явлениям
общественно-трудовой, личной жизни в различных ситуациях, в которых
субъект проявляет себя в целом как личность. Эти отношения формируют
индивидуальный стиль поведения.

Зная характер индивида, легче прогнозировать его поведение в любых,
самых неожиданных ситуациях. И наоборот, по тому, как ведет себя
субъект, каким способом, например, обвиняемый совершил преступление,
можно в определенной мере судить о его характере и в зависимости от
этого выбирать тактические приемы допроса, более целенаправленно вести
розыск преступника, решать вопросы, связанные с его наказанием и
перевоспитанием.

Характер в отличие от темперамента обусловлен не только свойствами
нервной системы, наследственными факторами, но он также формируется и в
условиях активного воздействия на человека социально-культурной среды,
зависит бт воспитания, общественных, межличностных отношений, в которые
он вовлечен и в которых активно участвует.

Свойства, черты характера. Существуют различные подходы к описанию,
классификации свойств, черт характера. Условно их можно сгруппировать
следующим образом.

Черты, в которых отражается отношение человека к другим людям (к родным,
близким, знакомым и незнакомым, к лицам противоположного” пола, к людям,
которые к нему относятся хорошо или настроены враждебно).

Аналогичный подход может иметь место и при изучении отношений субъекта к
различным формальным и неформальным группам, в кото-

1 Лазурский А.Ф. Классификация личностей. 2-е изд. М., Пг., 1923. С.
310.

192

рых протекает его жизнедеятельность. Эти отношения помогают выявлять
такие свойства характера, как доброжелательность, отзывчивость,
общительность, коллективизм либо, напротив, высокомерие, зависть,
агрессивность, жестокость, эгоцентризм, конфликтность, авторитарность и
властолюбие, аутизм (замкнутость), индивидуализм.

Черты, в которых проявляется отношение человека к самому себе (к своему
социальному статусу, своей внешности, собственному здоровью и т.п.). Они
тесно переплетаются с чертами характера, проявляющимися в отношениях с
людьми. По тому, как человек относится к себе, можно сказать и о его
отношении к окружающим. Отношение к другим людям во многом формирует
отношение человека к самому себе. К таким чертам характера относятся:
скромность, отзывчивость, альтруизм и, напротив, эгоизм, высокомерие,
самолюбие, тщеславие, обидчивость и т.д., которые проявляются в
самооценке личности.

Черты, выражающие отношение к делу, работе, служебной, профессиональной
деятельности (трудолюбие, добросовестность, аккуратность, леность,
безответственность и т.п.). Эти черты характера влияют на авторитет,
социальный престиж человека. Среди них необходимо также выделить черты
характера, выражающие отношение к дисциплине, правопорядку:
исполнительность, пунктуальность.

Черты, в которых отражается отношение к вещам, материальному
благополучию (щедрость, жадность, корыстолюбие, бережливость и некоторые
другие).

Кроме того, черты характера иногда довольно ярко проявляются в
отношениях индивида к различным общественно-политическим институтам,
праву. Иногда в каких-то случайно возникших обстоятельствах характер
может буквально засверкать своими удивительными гранями сквозь призму
отношений человека к животным, природе, к произведениям искусства,
литературы. Узнав о том, как относится к ним субъект, можно иногда
сделать предварительные выводы о его отзывчивости, доброте,
чувствительности либо о совершенно противоположных качествах.

В характере человека проявляются его потребности, интересы, убеждения,
мировоззрение. По отдельным свойствам характера иногда можно определить,
что именно доминирует в структуре ценностей человека: духовные или
материальные, узкокорыстные потребности, интересы; имеют ли
общественно-полезную направленность его убеждения, мировоззрение или в
их основе лежат стяжательство, стремление к обогащению любыми средствами
вплоть до нарушения нравственно-этических или уголовно-правовых норм.

Как уже отмечалось, значительное влияние на характер человека оказывают
свойства его темперамента. Так, темперамент определяет в характере такие
его черты, как уравновешенность, подвижность, динамичность, активность.

Акцентуации характера. Количество разнообразных черт, особенностей,
свойств характера у людей достаточно велико. Какой-либо единой
классификации их нет. Поэтому все зависит от того, какой прин-

193

13-37

цип берется за основу, чтобы тем или иным образом сгруппировать
различные варианты особенностей и свойств характера человека. Причем,
как отмечает А.В. Петровский, «вариативность черт характера проявляется
не только в их качественном многообразии и своеобразии, но и в
количественной выраженности… Когда количественная выраженность той или
иной черты характера достигает предельных величин и оказывается у
крайней границы нормы, возникает так называемся акцентуация характера»1.

Проблема акцентуированных свойств характера человека (употребляются
также термины: акцентуация характера, акцентуированная личность)
представляет профессиональный интерес не только для психологов, но и в
неменьшей степени для юристов, особенно работающих в сфере борьбы с
преступностью, поскольку некоторые типы акцентуаций лежат в основе
дезадаптивного типа личности, близкого к кругу лиц, наделенных
психопатиями разной степени выраженности. Однако, несмотря на свою
близость к ним, акцентуации характера — это тем не менее варианты
психической нормы (в отличие от патологических типов характера —
психопатий). Особенность акцентуаций состоит в том, что акцентуированные
или крайние варианты отдельных свойств характера психически здорового
человека, пограничные с психопатиями, особенно ярко проявляются только в
определенных, сложных для субъекта обстоятельствах, предъявляющих
«повышенные требования к месту наименьшего сопротивления в характере
данного типа»2.

Данное обстоятельство нередко способствует различным асоциальным формам
поведения, тем более при отсутствии должного сдерживающего
воспитательного воздействия в отношении лиц, наделенных такими чертами.

В контексте рассматриваемой проблемы возникает по крайней мере три
вопроса. Что представляют собой с психологической точки зрения лица,
наделенные акцентуированными свойствами характера? Каким образом
выявляются эти особенности характера и как они влияют на поведение
человека, в том числе в конфликтных ситуациях, требующих правового
регулирования? То есть возникает необходимость в подобных случаях дать
рассматриваемому психическому явлению квалифицированную оценку, которая
послужила бы основанием для правильного разрешения целого ряда правовых
вопросов, тем более что новый Уголовный кодекс содержит достаточно много
правовых норм, понятий и терминов с психологическим содержанием, которые
имеют отношение к рассматриваемой проблеме акцентуированных свойств
характера (акцентуированных личностей).

В качестве иллюстрации приведем некоторые из таких формулировок
Уголовного кодекса РФ:

Петровский А.В. Введение в психологию. С. 456.

2 Личко А.Е. Психопатии и акцентуация характера у подростков. Изд. 2-е
Л., 1983. С. 9; см. также: Леонгард К. Акцентуированные личности. Киев,
1981.

194

• психическое расстройство, не исключающее вменяемости (ч. 2 ст. 22);

• деяние, совершенное по легкомыслию (ч. 1,2 ст. 26);

• несоответствие… психофизиологических качеств требованиям
экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам (ч. 2 ст. 28);

• лишение права… заниматься определенной деятельностью, …если с
учетом характера и степени общественной опасности совершенного
преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за
ним права… заниматься определенной деятельностью (ч. 3 ст. 47);

• при назначении наказания учитываются характер и степень общественной
опасности преступления и личности виновного… (ч. 3 ст. 60);

• совершение преступления с особой жестокостью… (п. «и» ч. 1 ст. 63,
п. «д» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 131).

Очевидно также и то, что установление экстремальных состояний психики
участников как уголовного, так и гражданского процесса в ряде случаев
также невозможно без изучения индивидуально-психологических, в том
числе, разумеется, и характерологических, особенностей личности
субъектов различных правоотношений, а именно:

аффекта у виновного при совершении убийства (ч. 1 и 2 ст. 107), при
причинении тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего (ст.
113);

беспомощного состояния потерпевшей (потерпевшего) по делам об
изнасилованиях (ч. 1 ст. 131), о насильственных действиях сексуального
характера (ч. 1 ст. 132);

такого состояния гражданина, участника сделки, когда он не был способен
понимать значения своих действий или руководить ими (ч. 1 ст. 177ГКРФ).

Таким образом, знакомство с различными типами акцентуаций характера,
знание закономерностей их проявления и особенностей их воздействия на
поведение участников процесса поможет не только юридически грамотно
квалифицировать содеянное, но и понять механизм совершения
противоправных действий виновным, причины поведения потерпевшей стороны,
принятия тех или иных решений участниками гражданско-правовых сделок и
обоснованности их претензий друг к другу.

Как считает один из ведущих исследователей данной проблемы А.Е. Личко,
акцентуация характера (акцентуированные свойства характера) — «это
крайние варианты его нормы, при которых отдельные черты характера
чрезмерно усилены, отчего обнаруживается избирательная уязвимость в
отношении определенного рода психогенных воздействий при хорошей и даже
повышенной устойчивости к другим»1. Поэтому акцентуация всегда
предполагает усиление степени выраженности определенной черты характера
субъекта на фоне других особенностей, свойств его характера. Вследствие
этого данная черта и становится акцентуированной2. Это усиление степени
выраженности опреде-

1 См.: Личко А.Е. Указ. соч. С. 10.

2 Леонгард К. Указ. соч. С. 15.

195

ленной черты, эта ее своеобразная «уязвимость» обычно обнаруживаются
только под воздействием каких-то одних стрессогенных (психогенных)
факторов, и то лишь в определенных условиях. И тогда мы видим, какие
трудности социальной адаптации испытывает субъект, какие побуждения в
его мотивационной сфере являются ведущими, какие формы
социально-дезадаптивного поведения для него наиболее характерны именно с
данной формой акцентуации.

Все же другие воздействия на психику, сознание человека, не направленные
на наиболее уязвимые точки характера человека, обычно переносятся им без
осложнений, не доставляя никаких неприятностей ни ему самому, ни
окружающим.

Из этого следует, что «каждый тип акцентуации характера имеет свое
слабое место, свою «ахиллесову пяту». Если психическая травма,
эмоциональный стресс или просто трудная ситуация в жизни задевает эту
уязвимую черту, то возникают разного рода срывы — от невротических
реакций до состояния тяжелой и длительной психической дезадаптации с
асоциальным поведением»1. Таким образом, диагностика определенного вида
акцентуации характера человека позволяет прогнозировать его поведение,
особенно в социально неблагоприятных, осложненных ситуациях. Да и сам
субъект, знающий «трудности» своего характера, может при желании
сознательно осуществлять волевой самоконтроль за своим поведением,
вовремя подавляя те или иные нежелательные для себя и окружающих формы
реагирования.

И последнее не менее важное замечание, которое необходимо сделать:
проявление акцентуированных свойств характера может получить не только
негативную оценку, но и свидетельствовать о социально положительных
качествах личности, о невозможности совершения субъектом определенных
форм противоправного поведения, например, из корыстных, хулиганских
побуждений, с особой жестокостью и т.д.

Виды акцентуаций характера. Рассмотрим наиболее распространенные
акцентуированные свойства характера, представляющие интерес для судебной
практики.

Так, для субъектов, имеющих крайне возбудимый — гипертимный тип
характера с присущими ему чертами (большая подвижность, активность,
избыточная общительность, повышенная речевая продуктивность, стремление
к лидерству), отрицательными обстоятельствами, провоцирующими, по
существу, проявление негативных форм поведения, являются отсутствие
неформальных контактов и строгая регламентация образа жизни. При наличии
неблагоприятного социального влияния, серьезных дефектов воспитания
такие «возбудимые» личности легче вовлекаются в групповые формы
развлечений, сопровождающиеся употреблением спиртных напитков, азартными
играми, с последующей трансформацией этих развлечений в групповые
преступления против общественного порядка, против жизни и здоровья
граждан. Лица с

подобными чертами характера более других склонны к групповым формам
противоправного поведения и нередко сами становятся вдохновителями
правонарушений не только ради развлечений, из корыстных побуждений, но и
ради желания самоутвердиться среди своих сверстников, из желания
пережить ощущения, связанные с риском1.

Помимо «чистого» гипертимного типа характера встречаются и различные
смешанные с ним типы. Наиболее распространенным из них является
гипертимно-неустойчивый тип характера. Кроме него известны:
гипертимно-истероидный (демонстративный) тип личности, для которой
склонность к демонстративному поведению, стремление произвести
впечатление на других являются ведущими; гипертим-но-эксплозивный тип
личности, в структуре характера которой доминируют раздражительность,
гневливость, агрессивность, вспыльчивость, аффективная окрашенность
эмоций. Однако их агрессивные, импульсивные, эмоционально насыщенные
реакции, внешне напоминающие взрывчатость эпилептоидов, о которых речь
пойдет впереди, не носят такого глубокого, застойного характера, как у
последних. Поэтому лица, наделенные чертами характера по гипертимному
типу, весьма отходчивы, не злопамятны, легко прощают причиненные им
обиды.

Близким к гипертимному является неустойчивый тип акцентуации характера,
нередко выступающий как смешанный гипертимно-неустойчивый тип. «Все
дурное словно липнет к ним», образно характеризует таких людей А.Е.
Личко. Они довольствуются примитивными развлечениями и живут без
каких-либо устойчивых жизненных планов на будущее. Их эмоции крайне
нестабильны. Субъекты с такими чертами характера чаще других противятся
требованиям дисциплины и в силу этого в большей мере нуждаются в
контроле. Любимыми развлечениями таких лиц являются азартные игры,
быстрая езда и т.п. Как считает Личко, молодые люди с чертами характера,
относящимися к неустойчивому типу акцентуации, наиболее подвержены
противоправному поведению. Так, среди обследованных им подростков с
чертами неустойчивого типа характера 75% совершали противоправные
действия.

О том, что у субъекта ярко выражены свойства характера по гипертимному
(гипертимно-неустойчивому) типу, обычно свидетельствует высокое значение
шкалы 9 MMPI, в том числе в сочетании с пиком по шкале 4 в
психологическом профиле личности (70 Т-баллов и выше).

С возрастом у таких лиц черты характера могут трансформироваться в
циклоидный тип акцентуации. Субъекты, характер которых отличается
свойствами циклоидной акцентуации, чаще других без видимых причин бывают
раздражительны, в большей мере подвержены апатии, беспричинным переменам
настроения без какого-либо серьезного повода. То они весьма деятельны и
болтливы, то вдруг становятся медлительными, скупыми на слова,
подавленными. Причем такая смена настроения может вызываться не только
значимыми для них событиями, но и происходить под влиянием каких-то
трудноуловимых обстоя-

1 Личко А.Е., Лаекай И.Ю. Акцентуации характера у подростков //
Психологический журнал. 1987. Том 8, № 2. С. 113.

См.: Личко А.Е. Указ. соч. С. 94—95.

196

197

тельств. Циклы смены настроения у них могут различаться от нескольких
дней, недель до нескольких месяцев и даже лет (у людей преклонного
возраста). В фазе субдепрессивного состояния они избегают межличностных
контактов, погружаясь в мир собственных представлений и переживаний. Им
труднее адаптироваться к новой обстановке, в эмоциональном отношении они
более ранимы, быстрее переутомляются. В это время все у них буквально
как будто валится из рук.

Попадая в условия коренной ломки привычного жизненного стереотипа,
например на военную службу, лица данного круга более подвержены затяжным
субдепрессивным реакциям, которые могут приводить к суицидным попыткам
по различным, даже малозначительным поводам. Поэтому такие субъекты
требуют к себе большего внимания, оказания определенной
психокоррекционной помощи и поддержки.

Близким к описанному выше типу характера является сенситивный тип
акцентуации. Лица, наделенные свойствами сенситивной акцентуации,
отличаются чрезмерной чувствительностью, повышенной впечатлительностью.
У них резко выражено чувство собственной неполноценности, снижен уровень
притязаний. В поведении они робки, излишне застенчивы, замкнуты. Их
слабым звеном является обостренное восприятие отношений к ним со стороны
окружающих. Непереносимой для них оказывается ситуация, в которой они
становятся объектом насмешек, подозрений в каких-то неблаговидных
поступках, несправедливых обвинений. По этой причине лица данного круга
могут совершить самоубийство даже по ничтожному поводу.

Среди различных акцентуаций определенный профессиональный интерес для
юриста может представлять психастенический тип акцентуации характера,
напоминающий своими отдельными чертами (повышенная чувствительность,
впечатлительность, замкнутость, застенчивость), сниженным уровнем
стрессоустойчивости (толерантности к стрессу) сенситивный тип
акцентуации. Однако главной отличительной чертой психастенического
варианта характера является повышенная тревожность, мнительность.
Поэтому такой характер нередко называют еще тревожно-мнительным. Причем
применительно к личности таких субъектов тревожность, о которой мы
подробно писали в предыдущей главе, рассматривается не только как
психическое состояние, в котором они нередко пребывают по поводу самых
различных, порой совершенно малозначительных, обстоятельств, но и как
ведущее свойство их характера, накладывающее свой заметный отпечаток на
принятие ими решений, на их поведение в целом. Из-за этого такие люди
гораздо труднее бывают для самих себя, чем для окружающих1.

В то же время лица данного круга отличаются более развитым чувством
ответственности, совестливостью. Они обязательны, добросовестны в делах,
тщательно выполняют свои обязанности и при развитом интеллекте,
достаточных знаниях обычно являются хорошими исполни-

телями, которые не нуждаются в дополнительном контроле. Однако при
принятии решений они часто проявляют склонность к необоснованным
сомнениям, навязчивому беспокойству, вследствие чего бывают
нерешительны. Ситуации с непредсказуемым исходом, с быстрой сменой
привычной обстановки, неупорядоченные, не поддающиеся планированию для
лиц с тревожно-мнительным характером являются стрессовыми1. «Всякие
перемены и нарушения привычного стереотипа жизни переносятся ими с
трудом. В этих случаях еще больше обостряются все психастенические черты
характера: тревожность, неуверенность в себе, склонность к сомнениям»2.
Вот почему обстановка, которая резко меняется и может расцениваться ими
как опасная для их жизни и здоровья, может неожиданно привести их к
аффективному срыву. Таким людям гораздо труднее контролировать свое
поведение в экстремальных условиях, в ситуации необходимой обороны.

Поучительным примером, иллюстрирующим недооценку судом психастенической
акцентуации характера у подсудимого, послужившей причиной вынесения
неправосудного приговора, является уголовное дело по обвинению одного
молодого человека в совершении убийства, которое суд необоснованно
квалифицировал по пункту «г» ст. 102 УК РСФСР (умышленное убийство с
особой жестокостью).

К автору этих строк обратилась гражданка Н., которая рассказала, что ее
сын за совершенное им убийство с особой жестокостью приговорен к 12
годам лишения свободы. Не отрицая самого факта совершенного им убийства,
Н. никак не могла согласиться с тем, что суд квалифицировал его
действия, как совершенные с особой жестокостью, поскольку сын, по ее
словам, «всегда был мягким, добрым, отзывчивым, никогда никому не
причинял зла». Безусловно, ее доводы нуждались в проверке.

Судя по материалам уголовного дела, кратко обстоятельства совершенного
Н. преступления выглядели следующим образом. Между Н. и его сокурсником
по институту Д., который оказался его случайным попутчиком на рыбалку,
ночью во время следования к месту подледного лова рыбы возникла ссора.
Поводом для нее послужили слова, сказанные Н. в ответ на реплику Д. о
том, что его, Д. никто не уважает в институте:

— Ты сам в этом виноват!

Будучи в нетрезвом состоянии, Д. обиделся на Н. и пригрозил ему, что
«замочит» его. Последний, не предполагая, что тот действительно имеет
серьезные намерения его «замочить», бросил:

— Ну что ж, попробуй!

После этого Д. неожиданно для Н. выхватил у себя из-за пояса туристский
топор и нанес Н. удар по голове, причинив последнему небольшую (2 см)
рану в теменной области головы. От удара топор вылетел из руки Д., после
чего он ударил Н. еще один раз кулаком в плечо. От этого удара Н.

1 См.: СобчикЛ.Н. Стандартизированный многофакторный метод исследования
личности: Методическое руководство. С. 42—45.

198

‘ См.: Березин Ф.Б., Мирошников М.П., Соколова Е.Д. Методика
многостороннего исследования личности (структура, основы интерпретации,
некоторые области применения). С. 74.

Мельников В.М., Ямполъский Л.Т. Введение в экспериментальную психологию
личности. С. 92.

199

потерял равновесие и упал на снег. В этот момент его рука случайно
коснулась топора. Н. схватил его, вскочил и стал, защищаясь, наносить им
удары Д. Всего на трупе погибшего было обнаружено 28 телесных
повреждений на голове, спине, других частях тела различного
происхождения. На основании только лишь объективного критерия (28
повреждений на теле убитого) и не оценив должным образом субъективную
сторону содеянного (из приговора даже не видно, какие суд установил
мотивы и цели убийства!), суд пришел к выводу о том, что Н. совершил
убийство «с особой жестокостью».

В ходе проведения по делу судебно-психиатрической экспертизы у Н. была
выявлена акцентуация характера по психастеническому типу («повышенные
чувства тревожности, совестливости, застенчивости, непрерывный контроль
за собой»).

Как видно из этого примера, отмеченные психиатрами в акте экспертизы
характерологические особенности личности Н. полностью противоречили
версии суда о возможности убийства Д. подсудимым Н. «с особой
жестокостью». Однако на указанное противоречие в судебном заседании не
было обращено никакого внимания и оно не было устранено (объяснено) в
суде. Эксперт-психолог также не дал своей научно аргументированной
оценки данному существенному противоречию, так и не устраненному в ходе
судебного следствия.

В связи с рассматриваемым примером уместно привести слова известного
немецкого ученого в области пограничной психиатрии К. Леонгарда,
писавшего о «тревожных (боязливых) личностях». «Временами к (их) робости
присоединяется пугливость, которая может иметь чисто рефлекторный
характер, но может быть и проявлением внезапного страха. Чем ярче
выражена пугливость, тем более вероятна сопровождающая ее повышенная
возбудимость автономной нервной системы, усиливающая соматическую
реакцию страха, которая через систему иннервации сердца может сделать
страх еще более интенсивным» .

По существу, данная мысль ученого применительно к рассматриваемым
обстоятельствам является убедительным подтверждением того, что Н. в
момент неожиданного на него нападения оказался в состоянии аффекта
страха, которым (но отнюдь не особой жестокостью!) и можно было
объяснить большое количество телесных повреждений на трупе убитого.

К сожалению, несмотря на жалобы ни областной суд, судивший Н., ни
Верховный Суд РСФСР, ни соответствующие надзирающие прокурорские
инстанции вплоть до Генеральной прокуратуры СССР, не посчитали нужным
пересмотреть вынесенный неправосудный приговор в отношении Н. И только
лишь постановлением Пленума Верховного Суда СССР частично была устранена
судебная ошибка: приговор был изменен и действия виновного были
переквалифицированы с пункта «г» ст. 102 на ст. 105 УК РСФСР, по которой
Н. вместо 12 лет было назначено 2 года лишения свободы, которые он к
этому моменту уже отбыл, и его освободили из-под стражи.

В последующем при психологическом обследовании автором этих строк
освобожденного из-под стражи Н. с применением тестовых методик MMPI,
16-ФЛО в его психологическом профиле в качестве ведущих оказались шкалы
7, 3, 2, 1 (более 70 Т-баллов) по MMPI, а также были выявлены средние,
ниже средних значения факторов Е, F, Н по 16-ФЛО, что достаточно

Леонгард К. Указ. соч. С. 131.

объективно и убедительно подтверждало наличие у него ярко выраженных
психастенических свойств характера, несовместимых с формами поведения,
отличающихся «особой жестокостью».

Выявление психастенических, сенситивных свойств характера может также
иметь важное значение по делам о преступлениях против половой
неприкосновенности личности. Так, например, установление у потерпевшей
(потерпевшего), подвергшейся изнасилованию, насильственным действиям
сексуального характера, акцентуации характера по психастеническому,
сенситивному типам может косвенно (разумеется, с учетом всех других
обстоятельств исследуемого события) подтверждать, что она действительно
могла находиться в психически беспомощном состоянии (ч. 1 ст. 131, ч. 1
ст. 132 УК РФ). Это особенно важно иметь в виду в тех спорных случаях,
когда есть основания полагать, что подозреваемый оговаривает
потерпевшую, утверждая противоположное, будто их интимные отношения
развивались по взаимному согласию, и не он, а она его оговаривает и
шантажирует.

Особое место среди различных акцентуаций характера занимает так
называемый эпилептоидный тип, названный так за чисто внешнее сходство
некоторых его черт с отдельными чертами характера эпилептиков: их
гневливостью, раздражительностью, вспыльчивостью, склонностью к
импульсивным поведенческим реакциям. Это один из самых трудных и
неблагоприятных для социальной адаптации, воспитательного воздействия и
социальной коррекции типов людей, занимающий второе (после неустойчивого
типа) место по количеству лиц, подверженных противоправному поведению
(по данным Личко 61 %)’. К. Леонгард называет их «возбудимыми»
личностями, черты характера которых формируются в связи с их
недостаточной управляемостью. Решающим для образа жизни и поведения
таких лиц является, по его мнению, «не благоразумие, не логическое
взвешивание своих поступков, а влечения, инстинкты, неконтролируемые
побуждения. То, что подсказывается разумом, не принимается во
внимание»2.

Наиболее яркими чертами характера таких лиц являются: избыточная
агрессивность, гневливость, аффективная без достаточных поводов
окрашенность настроения, импульсивность, постоянная конфликтность с
окружающими. Поводами для конфликтов могут быть самые незначительные
ущемления их интересов. Аффекты у таких лиц часто сопровождаются
безудержной яростью, жестокими избиениями жертвы, несмотря на ее
слабость и беззащитность. Причем во время аффективного состояния
возбудимая личность не столько эмоционально напряжена, сколько
сосредоточена на самом аффекте. При отсутствии внешнего повода такие
лица ищут тех, на ком можно сорвать зло. Иногда обладатели такого
характера проявляют садистские наклонности, становятся, по словам К.
Леонгарда, «зверски жестокими», чему нередко способствует

Личко А.Е. Указ. соч. С. 54. 2 Леонгард К. Указ. соч. С. 93.

200

201

их физическая сила, которая значительно возрастает под влиянием
аффективного возбуждения и сниженного самоконтроля.

По наблюдениям Личко, подростки с акцентуированными чертами характера по
эпилептоидному типу легко переходят грань между обычными
правонарушениями и совершением опасных преступлений с нанесением ножевых
ранений, сексуальной агрессией, совершением грабежей, краж со взломом и
т.п. Многие правонарушения совершаются ими в группе.

Говоря о таких лицах, следует отметить, что эпилептоидные черты
характера у них до поры до времени могут быть скрыты от окружающих.
Нередко они могут выглядеть даже подчеркнуто корректными,
гиперсоциальными, выделяться своей сверхаккуратностью, педантизмом в
соблюдении правил поведения, в других же ситуациях могут неожиданно
проявить крайнюю озлобленность, какую-то непонятную, как будто
немотивированную жестокость, изощренную мстительность.

Кроме того, у некоторых лиц данного круга вспышки аффективно окрашенного
гнева сменяются депрессивным состоянием, которое так же, как и
возбуждение, требует своей разрядки, порой толкающей субъекта на
самоубийство.

Еще одной особенностью лиц с эпилептоидными чертами является характер их
мышления, который также влияет на их поведение, формирует определенный
тип личностного реагирования. Их мышление отличается излишней
скрупулезностью, педантичностью, тяжеловесностью, замедленностью
мыслительных процессов. «Задавая простейшие вопросы, приходится подолгу
ждать ответа. Если же предоставить такому человеку возможность говорить,
не перебивая его, то замедленность проявляется в чрезмерной
обстоятельности. Они рассказывают о мелких подробностях, «размазывают»
их, а на информацию по существу их все равно приходится «наводить»1. «Не
должен вводить в заблуждение и тот факт, — пишет далее К. Леонгард, —
что эпилептоиды не раскаиваются в своих преступлениях… Ведь истинное
раскаяние предполагает взвешивание, анализ, в результате чего можно
осознать значение проступка и представить себе его возможные
последствия. Эпилептоидам такой анализ не свойствен»2.

Тем не менее более смягченный эпилептоидный вариант характера человека
позволяет ему не идти на обострение отношений с окружающими, создавая
поведенческие трудности только лишь для самого себя. Его излишняя
скрупулезность, педантичность, эмоциональная холодность может
восприниматься окружающими всего лишь как «трудный» характер. Такие люди
могут быть даже достаточно социально благополучными. Но когда мы с ними
общаемся, нельзя не обратить внимание на то, как они не могут что-либо
рассказывать, не начав издалека, не вплетая в канву своего повествования
массу ненужных, не относящихся к делу подробностей. Перебивать их,
напоминать, чтобы они были

1 Леонгард К. Указ. соч. С. 92.

2 Там же. С. 100—101.

202

«ближе к делу», равносильно тому, чтобы заронить у них подозрение в том,
что их не желают слушать, не уважают и т.п. (не путать со старческой
болтливостью).

В более сложных случаях, особенно при расследовании преступлений,
установление эпилептоидных черт характера имеет значение прежде всего
для понимания мотивационной сферы личности, процесса мотивации,
механизма, причин совершения противоправных действий, которые по своей
агрессивности, жестокости нередко бывают столь неадекватны их внешнему
поводу, что порой, особенно на уровне обыденного сознания, вызывают
сомнения относительно болезненных нарушений психики у виновного. И лишь
после заключения психиатров о психическом здоровье направленного на
судебно-психиатрическую экспертизу такого обвиняемого делаются попытки с
помощью судебных психологов докопаться до подлинных психологических
причин его поведения, объясняемых особенностями его характера,
мотивационной сферы.

Выявление эпилептоидных черт характера в структуре личности виновного
(разумеется, в совокупности с другими обстоятельствами, с объективной
стороной преступления) может служить дополнительным доказательством
того, что, к примеру, убийство (изнасилование) действительно совершено
«с особой жестокостью» (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Интересным с точки зрения выраженности эпилептоидных черт характера и
влияния их на поведение человека представляется личность осужденного к
высшей мере наказания военнослужащего Ф., курсанта одного из военных
училищ МВД, совершившего преступление, предусмотренное п. «г», «д» и «з»
ст. 102 УК РСФСР, в тот период, когда открыто об этом писать было
нельзя.

Как видно из материалов уголовного дела, у Ф. во время учебы в училище
сложились неприязненные отношения со своими однокурсниками по учебной
группе. Последние, несмотря на завышенную самооценку Ф. и его весьма
высокий, но совершенно не соответствующий его возможностям уровень
притязаний быть неформальным лидером в группе по учебе, весьма средне
оценивали его способности и не скрывали этого. Поскольку Ф. не удавалось
учиться лучше других в группе, его товарищи по учебе открыто подшучивали
над ним и, иронизируя, уничижительно называли его «Федькой» (хотя Ф.
звали Анатолием), что обижало и задевало самолюбие последнего.

Особенно конфликтными складывались у Ф. отношения со старшим учебной
группы, бывшим войсковым сержантом 3., который, видя стремление Ф. к
неформальному лидерству в группе, стал предъявлять к нему по сравнению с
другими курсантами повышенную требовательность и даже придирчивость,
говоря Ф., что ему «надо еще послужить в войсках, повзрослеть, а потом
уж поступать в училище» (Ф. был принят в училище сразу после школы).

И наконец, третий, более скрытый и глубокий конфликт, о котором знали
немногие, развивался у Ф. с отцом и мачехой, которые категорически
возражали против его стремления жениться во время учебы на втором курсе
училища.

Не умея гибко вести себя, будучи неспособным адекватно оценивать свои
скромные способности и возможности, Ф. шел на обострение конфликтных
отношений со всеми. Товарищи по учебе, несмотря на его настойчивые
требования прекратить давать друг другу прозвища, открыто в глаза

203

и за глаза продолжали звать его «Федькой». Старший группы сержант 3. за
малейшие нарушения дисциплины постоянно объявлял ему наряды вне очереди,
что небезосновательно воспринималось Ф. как явные придирки к нему. А
отец с мачехой стояли на своем, предупредив сына, что если он все же
вопреки их воле женится, то они порвут с ним всякие отношения. Однако
внешне ничто не предвещало надвигающейся трагической развязки.

Трагедия произошла во время несения караульной службы. В первом часу
ночи в караульном помещении раздались автоматные очереди. Ф. первым убил
сержанта 3. Затем такая же участь постигла еще пятерых его сокурсников,
находившихся в караульном помещении. Двое других получили тяжкие
огнестрельные телесные повреждения. В завязавшейся перестрелке был
тяжело ранен и сам Ф.

По делу была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая
экспертиза. Психиатры признали, что Ф. во время совершения преступления
был вменяем, никакими психическими заболеваниями и расстройствами
психики не страдал.

В распоряжение экспертов помимо самого обвиняемого были представлены
материалы уголовного дела, из которых были видны черты и свойства
характера Ф., их внутренняя противоречивость, акцентуированность по
эпилептоидному типу, особенно обострившиеся в период, непосредственно
предшествующий преступлению, в результате воздействия внешних
фру-стрирующих факторов на наиболее восприимчивые, чувствительные места
в его психике, мотивационной сфере личности.

Судя по характеристике из местной школы, Ф. считался там одним из лучших
учеников, был выбран старостой класса. В числе ведущих свойств его
характера отмечались «сильная, целеустремленная воля, проявляемая в
любом деле», аккуратность, добросовестность, трудолюбие,
профессиональная ориентация стать работником органов МВД. Также в целом
положительно оценивался он и по службе в военном училище.

Те, кто знал его ближе, говорили о том, что он с пяти лет после смерти
матери воспитывался мачехой, которая достаточно жестко обращалась с ним
(«била куда попало и чем попало, иногда палкой, совком по голове», — как
он показал на суде). Дома на него как на старшего ребенка в семье
возлагались многочисленные обязанности. Особенно обращала на себя
внимание еще с детства его «чрезмерная аккуратность, доходящая до
педантизма».

По показаниям курсантов, Ф. «обладал исключительно сильной волей,
являлся человеком эгоистичным. Не имея особых способностей, он за счет
большей усидчивости, работы над собой, добивался успехов в учебе и
поэтому не мог терпеть курсантов, которые были способнее, учились не
хуже его, хотя и значительно меньше занимались».

В ходе психологического обследования Ф. «в структуре его личности были
выявлены такие черты инфантильной психики, как чрезмерная
прямолинейность и негибкость суждений в сочетании с тенденцией к
самоутверждению, искаженная самооценка, что свидетельствовало о
недостаточной психической зрелости его личности. В характере Ф.
установлено преобладание эпилептоидных черт, таких, как эмоциональная
холодность, жестокость, склонность к накоплению отрицательных эмоций,
злопамятность, инертность, педантизм, приверженность к аккуратности и
порядку» .

1 Психологическая часть заключения комплексной судебной
психолого-психиатрической экспертизы составлена врачом-психологом
Ленинградской детской психиатрической больницы Л.И. Лычагиной.

204

Кроме того, эксперт-психолог констатировала, что испытуемый в период,
непосредственно предшествующий совершенному им преступлению, находился в
состоянии фрустрации, в которой он «отходит от наиболее адаптивных форм
поведения и реагирует преимущественно в экстрапунитивной
(внешнеобвиняющей) манере, направляя агрессию на социальное окружение».
В поведении Ф. она усмотрела «привычные для него стереотипы
деятельности, прежде всего гиперкомпенсацию, т.е. стремление
ликвидировать отставание в любой области. Другой особенностью проявления
психической деятельности Ф. следует считать реакции психически незрелой
личности, проявившиеся в его неспособности избрать тактику гибкого
реагирования в травмирующих его ситуациях. В конечном итоге это
способствовало накоплению отрицательно окрашенных эмоций и осознанию Ф.
сложившейся ситуации как конфликтной, в которой давлению подверглась
наиболее значимая для него потребность: стремление к самоутверждению».

Наличие эпилептоидной акцентуации характера Ф. проявилось достаточно
наглядно и в его поведении на суде. Вот некоторые фрагменты из его
показаний: «Меня стали называть «Федькой». Я говорил, чтобы меня звали
по имени. Я считаю это издевательством. Выходом из создавшегося
положения было покончить с собой, но это было бы расценено всеми как
малодушие. Поэтому я решил рассчитаться со своими обидчиками — убить их,
а потом уже покончить с собой. Я решил, что это хотя и преступление, но
иного выхода у меня нет. У меня была такая злость и ненависть к своим
обидчикам, что я к ним был беспощаден…» и т.п. Характерным для
личности Ф. был и его отрицательный ответ на вопрос
председательствующего в судебном заседании: раскаивается ли он в
совершенном преступлении? На что он не только не выразил раскаяния, но и
заявил, что если бы ему снова пришлось решать, как поступить, то он
сделал бы то же самое.

Вопросы, которые получили отражение в материалах рассмотренного выше
уголовного дела, имеют не только чисто уголовно-правовое значение. Они
имеют отношение и к другой весьма важной для юридической психологии
проблеме: профессиональному психологическому отбору в правоохранительные
органы, различные государственные, властные структуры, в юридические
вузы, готовящие кадры для этих подразделений, в которых субъекту с
описанными выше свойствами характера легче всего удовлетворять свои
скрытые нередко в подсознании побуждения, питаемые завышенным уровнем
притязаний, неуемной жаждой к лидерству, к власти над другими ради
своего собственного избыточного, гипертрофированного честолюбия. К чему
это приводит, хорошо видно, когда лица с подобными чертами характера
оказываются во властных структурах, получают власть и возможность таким
образом самоутверждаться.

В связи с изложенным, естественно, возникает вопрос: возможно ли при
расследовании преступлений выявлять подобный тип акцентуации характера у
субъектов, совершивших то или иное деяние? Безусловно, можно, используя
целый ряд специально подобранных для этих целей личностных, проективных
и некоторых других тестовых методик. Так, большую ценность для оценки
эпилептоидных черт характера у субъекта могут иметь результаты
применения MMPI, соответствующие высоким значениям (более 75 Т-баллов)
шкалы 4, особенно в сочетании

205

с пиками шкал 6, 9, имеющим также высокие показатели в психологическом
профиле личности. У лиц такого профиля, возрастают трудности социальной
адаптации, уменьшается эффективность корригирующих мероприятий. Они, как
правило, отличаются своей угрюмостью или дисфори-чески-злобным аффектом,
склонностью к упорным возражениям и в этой связи трудны и неприятны в
общении1.

Помимо описанных выше типов акцентуированных свойств характера для
работников правоохранительных органов профессиональный интерес могут
представлять также лица с чертами характера «застревающей» личности (по
К. Леонгарду) или, что равнозначно, с чертами так называемой
паранойяльной акцентуации. Тем более что подобного рода люди нередко
сами активно добиваются встреч с представителями судебных,
государственно-правовых органов, с постоянным упорством занимаясь
всевозможного рода судебными тяжбами, порой малозначительными по своему
поводу, либо совершают преступления под влиянием преследующих их страха,
ревности, в состоянии аффекта, фрустрации и т.п.

Данный тип акцентуации в чем-то даже несколько похож на эпилеп-тоидный
тип, поскольку также негативным образом влияет на процесс социальной
адаптации личности, на совместное социальное сосуществование
«застревающей» личности с окружением.

Однако лица, наделенные свойствами характера по данному типу, выделяются
прежде всего своей аффективной захваченностью, одержимостью какой-либо
сверхценной, на их взгляд, идеей, которая становится для них
доминирующей. Как правило, у них ранимое самолюбие, выраженное
честолюбие, завышенная самооценка. Их поведение отличается
самоуверенностью, временами переходящей, особенно когда их мнение не
разделяют другие, в заносчивость. А поскольку большинство, которое их
окружает, равнодушно к их одержимости, лица данного круга начинают
подозревать, как говорится, «всех и вся» в различных кознях против них,
и постепенно подозрительность у них из состояния становится устойчивой
особенностью их личности, приобретая всеохватывающий характер,
подчиняющий себе все, что есть в таком субъекте. Таким образом, их
подозрительность коренится прежде всего в самой личности, а не во
внешних обстоятельствах, которые для таких субъектов служат всего лишь
формальным поводом. Поэтому возникающее на этой почве аффективно
окрашенное возбуждение приобретает у них постоянный, застревающий
характер. Благодатной почвой для развития такого состояния возбуждения
может служить, к примеру, ревность, случайно задетое честолюбие,
болезненная фантазия и т.п. «Они повышенно чувствительны ко всему, что
задевает их личность»2.

‘ См.: Березин Ф.Б., Мирошников МЛ., Соколова Е.Д. Методика
многостороннего исследования личности (Структура, основные
интерпретации, некоторые области применения). М., 1994. С. 72; см.
также: СобчикЛ.Н. Стандартизированный многофакторный метод исследования
личности: Методическое руководство. С. 34—35.

2 Мельников В.М., Ямпольский JI.T. Введение в экспериментальную
психологию личности. С. 91.

206

Помимо «ревнивцев» среди данной категории людей можно встретить довольно
распространенный тип личности «борца за справедливость», «неутомимых
жалобщиков», анонимщиков и истцов, конфликтующих на ниве
правдоискательства»1. Характерно, что эта борьба у них, как правило, не
выходит за пределы удовлетворения их со