.

Луспеник Д.Д. 2005 – Судопроизводство по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации (книга)

Язык: украинский
Формат: книжка
Тип документа: Word Doc
0 34119
Скачать документ

Луспеник Д.Д. 2005 – Судопроизводство по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 5

I. ВОЗБУЖДЕНИЕ ГРАЖДАНСКИХДЕЛОЗАЩИТЕЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ
РЕПУТАЦИИ

Честь, достоинство и деловая репутация

как объекты судебной защиты 12

Субъекты права на возбуждение гражданских дел

о защите чести, достоинства и деловой репутации 30

Предпосылки права на предъявление иска по делам о защите чести,
достоинства

и деловой репутации 47

Порядок реализации права на предъявление иска по делам о защите чести,
достоинства

и деловой репутации 74

И. СТОРОНЫПОДЕЛАМОЗАЩИТЕЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ

Правовое положение сторон по делам

о защите чести, достоинства и деловой репутации 94

Процессуальное соучастие по делам

о защите чести, достоинства и деловой репутации 119

III. ДОКАЗЫВАНИЕ, ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
ПОДЕЛАМОЗАЩИТЕЧЕСТИ,ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ

3.1. Предмет доказывания по делам о защите чести,

достоинства и деловой репутации 138

3.2. Средства доказывания по делам о защите чести,

достоинства и деловой репутации 192

3.3. Судебное решение по делам о защите чести,

достоинства и деловой репутации 218

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 255

Приложение А. Постановление Пленума

Верховного Суда Украины № 11 від 29.12.76

«Про судове рішення» 275

Приложение Б. Постановление Пленума Верховного Суда Украины № 7 від
28.09.90 «Про застосування судами законодавства, що регулює захист
честі, гідності

і ділової репутації громадян та організацій» 282

Приложение В. Постановление Пленума Верховного Суда Украины № 4 від
31.03.95 «Про судову практику в справах

про відшкодування моральної (немайнової) шкоди» 293

Приложение Г. Рішення Конституційного Суду України у справі за
конституційним зверненням громадянина

Сердюка В А про офіційне тлумачення положення

частини першої статті 7 ЦКУРСР (справа

про поширення відомостей) від 10 квітня 2003 року. 306

Приложение Д. Закон України «Про внесення змін

до деяких законодавчих актів України

з питань забезпечення та безперешкодної реалізації

права людини на свободу слова» 313

Да здравствует право читать,

Да здравствует право писать.

Правдивой страницы

Лишь той и боится,

Кто вынужден правду скрывать.

Роберт Берне

Замало сказати: “Ти маєш право”; необхідно надатиможливості, датизасоби
користування цим правом» М.Г. Черншиевськш

ВВЕДЕНИЕ

Всеобщая декларация прав человека, которая принята Организацией
Объединенных Наций 10 декабря 1948 г., провозгласила как фундаментальное
право человека на неприкосновенность от своевольных посягательств на его
достоинство и репутацию, закрепив, что каждый имеет право на защиту
закона от вмешательства или других посягательств (ст. 12 Декларации).

Действующее гражданское законодательство предусмотрело, что каждый имеет
право на уважение к его достоинству, чести и деловой репутации.
Достоинство и честь физического лица являются неприкосновенными.
Физическое лицо имеет право обратиться в суд с иском о защите его
достоинства, чести и своей деловой репутации (статьи 297 и 299 ГК
Украины).

Юридическое лицо имеет право на неприкосновенность ее деловой репутации
(ст. 94 ГК Украины).

В новом ГК права на эти ценности определяются как таковые, которые
обеспечивают социальное бытие физического лица. При этом ГК впервые
рассматривает эти личные неимущественные права не только в аспекте
охранительной (негативной) функции права, связанной с регулированием
этих прав в нарушенном состоянии, но и в процессе их нормального
осуществления, что является следствием дальнейшего развития положения
ст. 28 Конституции Украины о том, что каждый имеет право на уважение
своего достоинства. Вместе с тем, законодательное развитие положительных
аспектов составных субъективного личного неимущественного права, а
именно правомочности владеть и пользоваться им самим уполномоченным
лицом, должно корреспондироваться с правом на защиту этих прав в случае
их нарушения.

Наиболее часто честь, достоинство и деловая репутация могут быть
нарушены в результате распространения о лице недостоверной информации.

В соответствии со ст. 4 ГПК, осуществляя правосудие, суд защищает права,
свободы и интересы физических лиц, права и интересы юридических лиц,
государственные и общественные интересы способом, определенным законами
Украины.

Как правило, собственник нарушенного права имеет право использовать не
любой, а конкретный способ защиты своего права. Чаще всего защита
нарушенного права прямо определена специальным законодательством,
которое регламентирует конкретные гражданские правоотношения.
Относительно защиты чести, достоинства и деловой репутации
законодательство использует одновременно с наиболее распространенными
общими способами защиты — возмещение материального и морального вреда
(деликтные правоотношения) и так называемые специальные способы защиты.

Такими специальными способами, согласно ст. 277 ГК, являются
опровержение недостоверной информации и право на ответ.

Новый ГКв некоторой степени более детально, но, с другой стороны,
сложнее для восприятия и применения судебной практикой подошел к
правоотношениям относительно защиты достоинства, чести и деловой
репутации, урегулировав их в отдельной Книге второй «Личные
неимущественные права физического лица». При этом, в ГК сначала
определены общие положения о личных неимущественных правах физического
лица (глава 20) и отдельно зафиксировано регулирование личных
неимущественных прав, обеспечивающих естественное существование
физического лица (глава 21), и его социальное бытие, куда входит право
на уважение достоинства и чести, право на неприкосновенность деловой
репутации (глава 22).

Целью данной монографии является не анализ того, насколько разумно,
целесообразно и полно законодатель урегулировал эти отношения, поскольку
в работе исследуется только вопросы судопроизводства относительно защиты
личных неимущественных прав, таких как честь, достоинство и деловая
репутация , в случае распространения недостоверной информации способом
их опровержения и права на ответ (ст. 277 ГК).

Такие существенные правовые блага как честь и достоинство стали
предметом регулирования конституционных норм (статьи 3, 28 Конституции
Украины). Статья 32 Конституции Украины определяет, что каждому
гарантируется судебная зашита права опровергнуть недостоверную
информацию о себе и членах своей семьи и право требовать изъятия любой
информации, а также право на возмещение материального и морального
вреда, причиненного собиранием, хранением, использованием и
распространением такой недостоверной информации.

Такое же право предоставляется и статьями 94, 277 ГК Украины для
юридических и физических лиц.

Наряду с этим следует отметить, что конституирование и реальный механизм
осуществления фундаментальных прав, предусматривает эффективную судебную
защиту, поскольку в соответствии с Конституцией Украины каждому лицу
гарантирована судебная защита его прав и свобод (ст. 55), а право на
справедливый суд, как международный стандарт правосудия, предусмотрен
Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод, которая
является частью действующего законодательства Украины (ст. 9 Конституции
Украины).

Важность затронутой темы исследования усиливается в связи с тем, что в
последние годы, после принятия Конституции Украины, наблюдается
увеличение в судах количества гражданских дел по искам о защите чести,
достоинства и деловой репутации. Как пример, в 2002 г. по данным
судебной статистики по делам по искам о защите чести, достоинства и
деловой репутации постановлено 1978 решений (удовлетворены иски по 1116
делам), в том числе к средствам массовой информации — 356 (удовлетворено
исков — 223). Иски удовлетворены на сумму 1 млн. 191 тыс. грн.1 В 2003
г. поданным судебной статистики по делам по искам о защите чести,
достоинства и деловой репутации постановлено 2000 решений (удовлетворены
иски по 1100 делам), в том числе к средствам массовой информации — 308
(удовлетворено исков — 187). Иски удовлетворены на сумму 4 млн. 535 тыс.
грн.2

Разумеется, при этом возникают вопросы применения как материального, так
и процессуального права, нормы которых действуют в структуре права.

При этом нормы материального права обеспечивают возникновение, развитие
ипрекращение правоотношений, анор-мы процессуального права определяют
механизм правоприменения в случае отклонения от установленного правом
порядка реализации материальных норм права.

Проблема защиты чести, достоинства и деловой репутации изучалась
цивилистами лишь в материально-правовом аспекте, хотя не меньшее
значение имеет гражданско-процессуальный аспект ее исследования в
контексте реализации права на судебную защиту,
какконституционномуправукаждого. Этапробле-ма является актуальной и
потому, что она непосредственно связана с принятием 18 марта 2004 г.
нового Гражданского процессуального кодекса Украины, который вступает в
законную силу с 1 января 2005 года, но не ранее вступления в силу
Админист-

1 Вюник Верховного СудуУкраши. – № 3. – 2003. – С. 51.

2 Вюник Верховного СудуУкраши. – № 5. – 2004. – С. 33.

ративного процессуального кодексаУкраины (п. 1 Заключительных и
переходных положений к ГПК).

Известно, что судебная власть при защите гражданских прав судами
осуществляется посредством гражданского судопроизводства.

Автором монографии исследовался механизм функционирования
судопроизводства по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации вследствие распространения недостоверной информации в аспекте
применения его общих правил и процессуальных особенностей рассмотрения и
разрешения дел данной категории; а также определялись и исследовались
основные компоненты судопроизводства по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации, исходя из характеристики объекта
судебной защиты, предмета судебной деятельности и средств судебной
защиты по этим делам.

Указанные аспекты процессуальной судебной деятельности при рассмотрении
дел данной категории исследовались с учетом нового ГПК. Однако не
зависимо оттого, когда данный кодекс вступит в законную силу,
практически все основные аналогичные судебные процедуры предусмотрены и
в действующем на январь 2005 г. ГПК.

Целью исследования являлось определение и научный анализ вопросов
применения институтов гражданского судопроизводства применительно ктаким
специфическим объектам судебной защиты, как честь, достоинство и деловая
репутация; формулирование теоретическихположений и практическихвыводов,
направленных на эффективное судопроизводство по этимделам.

С учетом цели научного исследования автором были поставлены и разрешены
следующие задачи:

• исследовать механизм функционирования судопроизводства по делам о
защите чести, достоинства и деловой репутации в результате
распространения недостоверной информации в аспекте применения его
общихправил и процессуальные особенности рассмотрения и разрешения дел
данной категории;

• определить и исследовать основные компоненты судопроизводства по этим
делам, исходя из характеристики объекта судебной защиты, предмета
судебной деятельности и средств судебной защиты по этим делам.

Объектомисследованияявляетсяпроцессуальная форма судебной зашиты права
на честь, достоинство и деловую репутацию при заявлении иска об
опровержении недостоверной информации.

Предмет исследования — процессуальные особенности судебной процедуры
рассмотрения и разрешения дел данной категории.

Исследование построено на использовании ряда научных методов в той мере,
в какой они адекватны объекту, предмету и задачам исследования.

Теоретической базой исследования стали труды ученых в области
гражданского процессуального права: М.А. Гурвича, A.A. Добровольского,
П.Ф. Елисейкина, И.А. Жеруолиса, СЮ. Каца, А.Н. Кожухаря, В.В.
Комарова,АА. Мельникова, Л.Я. Носко, Е.Г. Пушкаря, В.И. Тертышникова,
М.К. Треушни-кова, Д.М. Чечета, Н.А Чечиной, В.М. Шерстюка, М.И.
Ште-фана и других ученых, а также теоретиков права и специалистов иных
отраслей права.

Эмпирической базой исследования стала опубликованная судебная практика
по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации, правовые
позиции Верховного Суда Украины и постановления Пленума Верховного Суда
Украины. Автором также использованы материалы проведенного им обобщения
судебной практики за 2002-2004 годы рассмотрения судами Харьковской
области и некоторых других областей Украины дел о защите чести,
достоинства и деловой репутации (более 400 дел).

Практическое значение предлагаемая читателю работа определяется
задачами, новизной исследования и состоит в разработке актуальных
вопросов гражданского процессуального и гражданского права, формирования
судебной практики при рассмотрении гражданских дел данной категории.

РАЗДЕЛ I

Возбуждение

гражданских дел

о защите чести,

достоинства

и деловой репутации

1.1.

Честь, достоинство и деловая репутация как объекты судебной защиты

Защита прав человека становится одной из доминант общественного
прогресса, основой которого является приоритет общечеловеческих
ценностей.

Согласно ст. 3 КонституцииУкраинь1честьидостоинство признаются наивысшей
социальной ценностью, а ее ст. 28 предусматривает, что каждый имеет
право на уважение его достоинства.

Право человека на защиту от посягательств начесть, достоинство и деловую
репутацию закреплено в таких актах, как Всеобщая декларация прав
человека от 10 декабря 1948 года, Европейская Конвенция о защите прав
человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и др. Согласно ст. 12
Всеобщей декларации прав человека никто не может подвергаться
произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным
посягательствам на неприкосновенность его

жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый
человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких
посягательств.1

По действующему законодательству защита чести, достоинства и деловой
репутации осуществляется гражданско-правовыми средствами.

Статья 277 ГК Украины предусматривает, что физическое лицо, личные
неимущественные права которой нарушены в результате распространения о
нем и (или) членов его семьи недостоверной информации, имеет право на
ответ, а также право на опровержение этой информации.

Право на неприкосновенность деловой репутации имеет и юридическое лицо в
соответствии со ст.ст. 94,201 ГК.

Отдельные нормативные акты также рассматривают честь, достоинство и
деловую репутацию как объекты охраны и защиты. Например, в Законе
Украины «Об информации» в ст. 47 указано, что ответственность за
нарушение законодательства об информации несут лица, виновные в
распространении сведений, не соответствующих действительности, порочащих
честь и достоинство лица. Статья 37 ЗаконаУкраины «О печатных средствах
массовой информации (прессе) в Украине» предоставляет гражданам,
юридическим лицам и государственным органам, атакже их законным
представителям право требовать от редакции сред-ствамассовой информации
опубликования ими опровержения о них сведений, которые не соответствуют
действительности либо унижают их честь и достоинство.

Непременным условием единообразного и правильного применения судами норм
ГК и других законов при рассмотрении и разрешении дел о защите чести,
достоинства и деловой репутации является уяснение правовой сущности
таких понятий как «честь», «достоинство» и «деловаярепутация». В
судебной практике, в том числе и в обобщениях, постановлени-

1 Правачеловека: Сборникмеждународныхдокуменгов. — М.: Юрвд-лит., 1998.
— С. 14.

ях Пленума Верховного Суда Украины, даются различные толкования этих
ключевых понятий.

Понятия «честь», «достоинство», «репутация» определяют близкие между
собой нравственные категории.

С И. Ожеговым честь определяется как достойные уважения и гордости
моральные качества человека, его соответствующие принципы,
какхорошая,незапятнаннаярепутация,доб-рое имя, как целомудрие,
непорочность, почет, уважение.2

В цивилистике под честью понимают устойчивую моральную оценку личности.3
Причем оценка ее достоинства должна быть дана обществом, другими людьми4
и отражают качества лица в общественном сознании.5

Некоторые авторы определяют честь как определенную социальную оценку
личности, которая формируется в процессе деятельности общения людей и
организаций по таким объективным показателям, какпоступки, взгляды
идругие явления общественнойжизни.6

Таким образом, честь — объективная оценкаличности, определяющая
отношение общества к гражданину, это социальная оценка моральных и иных
качеств личности.

Достоинство — положительное качество, совокупность моральных качеств
личности, а также уважение этих качеств в самом себе.7 Под достоинством
понимается также ценность и

2ОжеговСИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. -М.:АЗЪ 1995
-С.870.

‘БелявскийА.В. Судебная защита чести и достоинства граждан. – М.: Юрид
лит 1966. – С. 6

4 Цивільне право України: Заред.Ч.Н.Азімова,СН. ПриступиіВ.М. Ігнатенка.
-Харків: Право, 2000. – С. 137

5 Гобешия Н. Носителичести идостоинства или деловой репутации: в
общетеоретическом и юридическом смысле// Судова практика у справах за
позовами до’ЗМІ: Матеріалинауково-практичноїконференції 13-14травня
1999. – К., 1999.Т.2. – С.285.

Домбровский I. Понятая честі і гідності та ділової репутації за
законодавством України. Особливості підготовки справ до судового
розгляду. Підвідомчість справ // Судова практика у справах за позовами
до ЗМІ: Матеріали науково-практичної конференції 13-14травня 1999. –
Київ, 1999.Т. 1. – С 104.

‘Ожегов СИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – М.:АЗЪ,
1995. общественная значимость человека (какчеловека вообще, как
конкретнойличности, какпредставителя общественной социальной группы,
страны) и осознание им своей значимости.8

Некоторые авторы уже определяют понятие достоинства. Так, Н. Полуденный
полагает, что достоинство это самооценка лицом своих социальных и
моральных качеств, как члена общества.9

Следует согласиться с тем, что достоинство — внутренняя самооценка
личности своих личных качеств, способностей мировоззрения, выполненного
долга, котораядолжнаосновы-ваться на социально-значимых критериях оценки
моральных и иных качеств личности.

Категории чести и достоинства определяют отношение к человеку, как
значимой общественной ценности.

Понятия чести и достоинства имеют определённую направленность. Их
объектом является, прежде всего, человек или группа людей, или
коллектив, или в более широком плане говорят о чести нации.

Чувства чести и достоинства не только переживаются, но и осознаются,
поэтому при толковании понятия чести разграничивают чувство чести и
осознание собственного достоинства. У человека сознание и чувство чести
и достоинства как бы органически слиты воедино, но их нельзя
отождествлять.

Так, честь как философская категория выражает, с одной стороны, высокую
оценку обществом деятельности и поведения человека, а с другой, —
самооценку, т.е. понимание и осмысление человеком своего общественного
значения.10

При определении понятия чести, на наш взгляд, необходи-

8 Белявский A.B. Судебная защита чести и достоинства граждан.-М.: Юрид.
лит.,1966.-С5-6.

‘ Полудьонний М. Юридичні особи як об’єкт посягання з боку засобів
масової інформації// Судова практика у справах за позовамидо З МІ
(Матеріали науково-практичної конференції 13-14 травня 1999р.).-К.,
1999.Т.1.-С.93.

10 Стремякова И. Честь и достоинство – категории марксистской этики //
Категории марксистской этики.-М.:Мысль,1965.-С97.

мо различать такие два аспекта — объективный и субъективный, то есть
личностный. Честь — это и общественная оценка общественного признания и
стремление поддержать свою репутацию. Её поддержание является
социальным, то есть не зависящим от индивидуального человека, а
принадлежащим нравственным принципам. Честь, прежде всего, выступает как
оценочная категория, направленная от общества кличности.

Источникомданной оценки является информация о конкретных деяниях лица и
его поведении в целом, поскольку его внутренний мир, который не имеет
объективированной формы выражения, не может расцениваться какисточник
информации. При этом во внимание должны приниматься только социально
значимые факты.11

Что же касается субъективной, то есть личностной стороны чести, то она
заключается в способности человека оценивать свои поступки, подавлять в
себе эгоистические, безнравственные стремления и намерения,
осуществление которых в данном обществе расценивалось бы как бесчестье,
и в его способности действовать в соответствии с принятыми в этом
обществе моральными нормами, правилами и требованиями.12

Личностная сторона чести всегда неразрывна с социальной, подчиняется и
обуславливается последней и оказывает на неё определённое воздействие,
так как человек не может «уклониться» от суждений окружающих его людей,
которые оценивают его поступки, от общественного мнения.

Положительная оценка деятельности и поведения человека со стороны
общества возвышает его в глазах окружающих, благотворно воздействует и
на чувство собственного достоинства.

Таким образом, честь является категорией, отражающей достоинство
индивида в сознании других людей, общественная его оценка, положительная
репутация человека.

ь Стефанчук P.O. Захист честі, гідності та ділової репутації в
цивільному праві. -К.: Науковий світ, 2001. – С. 8.

12 Огремякова. И. Честь идостоинство – категории марксистской этики //
Категории марксистской этики. – М.: Мысль, 1965. – С. 99-100.

Вместе с честью, понимаемой в обществе как определённая социальная
оценка человека, находится категория достоинства.

Идея человеческого достоинства как большой ценности, независимо от
социального предназначения лица, была выдвинута и разработана ещё
гуманистами 16-18 веков.13 В философской науке понятие «достоинство»
определяет моральную ценность и общественную значимость личности, и
осознание ею этой значимости.14

Достоинство — это самооценка личности, основанная на его оценке
обществом. Такая неразрывная связь чести и достоинства вполне объяснима
и естественна, так как, находясь в определённом коллективе, в обществе в
целом лицо (человек) не может не считаться с тем, как оценивает его
коллектив, общество. В силу этой общественной оценки в сознании человека
складывается представление о себе, как члене определённого коллектива,
общества, и своём месте и значении для коллектива и общества в целом.

Достоинство того или иного человека заключается в духовных и физических
качествах, ценных с точки зрения потребностей общества. Эти личные
качества и составляют то, что принято называть личным достоинством.
Однако человек обладает определённой ценностью и безотносительно к его
индивидуальным качествам, социальному положению, профессиональной
принадлежности. Такой ценностью и является человеческое достоинство.

Достоинство, также какичесть, сочетаете себе и социальную, и
индивидуальную стороны. Его социальный характер проявляется в том, что
как моральная ценность и общественно-значимое качество личности
достоинство определяется существующими общественными отношениями и
нередко не зависит от человека. Но данная категория выступает ещё и как
сознание и

13 Анисимов А.Л. Честь, достоинство, деловая репутация:
гражданско-правовая

защита. – М.: Юристь, 1994. – С. 14-16.

14 Серебрешкова-Миготіна С А. Гідність як об’єкт соціально-етичного
досліджен-

ня: Автореф. дис канд. філос. наук: 09.00.05 /Київський гос. ун-т. – К.,
1993. — 14 с.

чувство собственного достоинства. Эти субъективные стороны достоинства
представляют собой осмысление и переживание человеком своей моральной
ценности и общественной значимости, они обуславливаются общественными
отношениями и зависят от них.

Признание обществомдостоинстваличности, означает определённую оценку
моральных качеств, которыми она обладает.

В литературе вопрос о соотношении чести и достоинства является спорным.
Одни авторы считают, что данные категории охватываются одна одной. Так,
ВА Лозовой и М.Б. Цен-ко полагают, что понятия чести и достоинства тесно
взаимосвязаны и очень сложно чётко определить их содержание.15 М А.
Цанава не относит честь и достоинство к самостоятельным понятиям. По его
мнению, достоинство является внутренней, субъективной стороной чести16,
и посягательство, по мнению Безлепкина Б.Т., направлено не на
достоинство, а на чувство достоинства.17

Другие авторы считают, что понятие «достоинство» охватывает понятие
«честь».18

С мнением вышеуказанных авторов трудно согласиться, поскольку ими так
широко трактуется названные категории, что не позволяет определить их
сущность.

Честь и достоинство между собой имеют неразрывную связь в силу того, что
в их основе лежит единый критерий нравственности. Междутем, несмотря на
неразрывную связь, существующую между общественной оценкой лица и его
са-

15 Етика. – К.: Юршком 1нтер, 2002. – С. 99.

16 Цанава МЛ. Уголовная ответственность за преступления против чести и
досто-

инства граждан по советскому уголовному праву: Автореф. дисс. канд.
юрид. наук. —

М., 1990. – С. 12.

17 Безлепкин Б.Т. Судебная защита чести и достоинства граждан в
охранительном

правоотношении// Правоведение. – 1990. – № 1. – С. 33.

18 Мархотин В.И. Охрана чести и достоинства личности по советскому
уголовно-

муправу: Автореф. дисс..канд. юрид. наук:12.00.08 /Киевск. гос. ун-т. –
К., 1980. – 25

с; Марогулова И.Л. Защита чести идостоинстваличности. -М.: Правовое
просвеще-

ние, 1998.- 76 с.

мооценкой, между честью и достоинством существуют различия. Они
заключаются в том, что честь — объективное общественное свойство, а в
достоинстве на переднем плане — субъективный момент, самооценка. Отсюда
можно сделать вывод, что достоинство человека находится в определённой
зависимости от его воспитания, внутреннего духовного мира, особенностей
психического склада.

Неразрывно с честью и достоинством и такое понятие, как репутация.

Репутация (фр. Reputation //лат. Reputatio — обдумывание,
размышление)—создавшееся общее мнение о достоинствах или недостатках
кого-либо, чего-либо, общественная оценка.19 Репутация на сегодняшний
день является наименее исследованной категорией какв философии, таки в
правовом понимании.

При этом, как уже отмечалось, если представление о достоинстве личности
исходит из принципа равенства всех людей в моральном отношении и их
самооценки, то понятием чести, наоборот, дифференцировано оценивает
людей, что тем или иным образом находит отражение в их репутации.
Поэтому понятие репутации в известном смысле совпадает с понятием чести
в её внешнем, объективном значении.

Однако это нетождественные понятия, как полагают некоторые авторы.20
Отличие чести от репутации заключается в том, что честь определяет
человека, какличность, гражданина, индивидуума без указания на
определённый род занятий, профессию или другую социальную роль в
обществе, тогда как репутация напрямую зависит от того, каклицо
исполняет возложенные на него профессиональные, служебные либо другие
обязанности, а не вообще придерживается этико-моральных норм, как член
общества.

Отличается честь от репутации и тем, что честь может быть

” Словарь иностранных слов: Под ред. Лехина И.В., Локшиной СМ., Петрова
Ф.Н. и ШаумянаЛ.С. – М.: Русскийязык, 1983. – С. 431.

20Тагайназаров Ш. Проблемы фажданско-правового регулирования личных
неиму-щественньгхправ граждан: Автореф. дисс… канд. юрид. наук. –
Ташкент, 1993. — С. 33.

лишь положительной, а её объём может изменяться в пределах, так сказать,
от нуля до бесконечности, тогда как репутация может быть как
положительной, так и отрицательной. В этой связи некоторые авторы
считают, что закон защищает только положительную репутацию.21 С таким
мнением трудно согласиться, поскольку в законе отсутствует такое
указание. Судебная практика таких примеров также не знает.

Кроме сказанного, честь отличается от репутации и тем, что честью
наделено только физическое лицо, а репутация характерна как физическим,
таки юридическим лицам.22

Относительно понятия «деловая репутация» в литературе существуют
различные мнения. Одни авторы под «деловой репутацией» понимают оценку
любых профессиональных качеств лица. Так, М.Н. Малеина считает, что под
деловой репутацией следует понимать совокупность качеств и оценок, с
которыми их носитель ассоциируется в глазах своих контрагентов,
клиентов, потребителей, коллег по работе, почитателей (для шоу-бизнеса),
избирателей (для избирательных должностей) и персонифицируется
средидругих профессионалов в этой сфере.23 Л.О. Красавчикова также
определяет деловую репутацию как общественное мнение, сложившееся о
профессиональной, производственной, торговой, коммерческой,
посреднической и другой служебной деятельности лица.24

Другие авторы несколько уже толкуют понятие «деловой репутации».
Например, В.П. Нагребельный полагает, что понятие «деловая» указывает на
то, что оценивается не любая деятельность физического или юридического
лица, а имен-

21 Тагайназаров Ш. Указанная работа. – С. 33; Гражданское право:
Подред.ТИ. Илларионовой, Б.М. Гонгало, ВА. Плетнёва. – М.: Норма-Инфра,
1998. – Ч. 1. – С. 186.

!! Стефанчук Р.О. Захист честі, гідності таділової репутації в
цивільному праві. — К.: Науковий світ, 2001. – С 18.

23 Малеина М.Н. Защита чести, достоинства и деловой репутации
предпринима-

теля // Законодательство и экономика. – 1993. – №№ 23-24. – С. 18.

24 Красавчикова Л. О. Понятие и система личных, не связанных с
имущественны-

ми, прав граждан (физических лиц) в гражданском праве Российской
Федерации:

Дисс.д-раюрид.наук: 12.00.03. – Екатеринбург, 1994. – 43с.

но та, которая связана местом (ролью) в предпринимательских
отношениях.25

Следует согласиться с мнением первых авторов, поскольку в правовом
государстве, в котором господствующим конституционным принципом является
принцип равенства всех перед законом и судом, не имеет значения, какая
репутация пострадала — служебная, профессиональная или иная. На все
сферы деятельности, где возможно причинить ущерб лицу, вследствие
нарушения права на адекватную оценку со стороны общества или других
социальных групп, не как ординарного субъекта права, как субъекта
определённой деятельности, наделённого в данной отрасли знаниями,
навыками и умением, должна распространяться гражданско-правовая защита
репутации.

Репутация человека зависит от него самого, так как формируется на основе
его поведения. С учётом того, что человек дорожит своей репутацией,
судят по его поступкам.

Репутация может быть положительной или отрицательной и поэтому имеет
подвижный характер в зависимости от того, на какой информации она
формируется.

Репутация «завоёвывается» делом, отсюда, вероятно, и было введено в
законодательстве такое понятие, как деловая репутация. Его возрождение
естественно и, более того, — необходимо. Некоторые исследователи
связывают это с развитием делового оборота, расширением
предпринимательских прав и свобод субъектов рыночных отношений. Нам
представляется, что это само по себе не обуславливает появления таких
тонких аспектов отношений в жизнедеятельности общества.

На наш взгляд, можно выделить несколько отличий деловой репутации от
чести и достоинства.

Первое — это субъектный состав правоотношений. Носителем деловой
репутации может быть только субъект — производитель материальных благ
(товаров, услуг, работ). Хотя дело-

25 Нагребельний В.П. Ділова репутація //Юридична енциклопедія. – К.:
Українська енциклопедія, 1999, — Т.2. – С. 211.

вая репутация — термин общегражданский и все-таки, учитывая сказанное,
его необходимо конкретизировать применительно к специфическому кругу
субъектов. Носителем же чести и достоинства может быть любое лицо.

Второе отличие состоит в том, что деловая репутация не является личным
благом, принадлежащим всем и каждому, а является специфическим по
субъекту и по содержанию. Честь и достоинство приобретаются
автоматически. Деловая репутация формируется в течение определённого
времени в той или иной среде деятельности, и в известной мере
идентифицирует субъект деловой активности.

Третье отличие заключается в том, что нарушение деловой репутации
возможно не только в конкретной среде деятельности, но и в конкретный
момент деятельности, и не связываться с общей оценкой в сфере деловой
или иной активности того или иного субъекта права.

Деловая репутация представляет собой частный случай репутации вообще и
отражает сложившееся мнение о качествах (дос-тоинствахинедостатках)
коллектива, организации, предприятия, учреждения, конкретного
физического лица в сфере делового оборота, в том числе в сфере
предпринимательства, иных сферах.

Носителем деловой репутации может быть любой индивидуально-определённый
субъект права: а) гражданин-предприниматель; б) гражданин, работающий по
общегражданскому договору. (При этом не имеет значение то, насколько
систематичен такой труд и какую роль играют для гражданина доходы от
такой деятельности (последние могут быть минимальными), важна именно
известность работника в среде потребителей продуктов его деятельности);
в) гражданин, работающий по контракту; г) юридическое лицо.

Таким образом, в каждом конкретном случае можно и нужно говорить
отдельно о защите чести, достоинства и деловой репутации как объектах
судебной защиты, что позволит отграничить случаи защиты чести,
достоинства или деловой репутации как таковых друг от друга, а также от
требований об опровержении информации, не соответствующей
действительности, однако не ущемляющей честь, достоинство или деловую
репутацию. В таких случаях речь может идти, в частности, об опровержении
этой информации в порядке ст. 37 Закона Украины «О печатных средствах
массовой информации (прессе) в Украине».

Примером того, что честь, достоинство и деловая репутация могут быть
самостоятельными объектами судебной защиты, свидетельствует судебная
практика. Так, с иском в суд обратил ся директор ЧСХП (частное
сельскохозяйственное предприятие) «Г.» кШ. и П. о защите чести,
достоинства и деловой репутации, возмещении морального вреда, ссылаясь
нато, что для производственной деятельности он использует земельные и
имущественные паи граждан, в том числе и ответчиков. Ш., учредив
собственное ЧХСП, которое не работало, создав инициативную группу
граждан, при помощи работника исполкома П., длительный период
дискредитируют его среди жителей сел, членов его частного предприятия,
распространяя о немне-достоверную информацию, связанную с его
деятельностью, унижая его честь, достоинство и деловую репутацию, чем
причинили ему моральный вред. Решением Двуречанского районного суда
Харьковской области от 6.05.2003 г. исккШ. был удовлетворен частично, в
иске к П. было отказано. Районный суд признал не
соответствующимидействительности часть сведений, распространенных об
истце ответчиком Ш., как порочащие деловую репутацию директора частного
предприятия, поскольку они подрывают его авторитет среди подчиненных. В
то же время, суд признал, что эти сведения не унижали его честь
идостоинство, так какие влекли отрицательныхдля него последствий с точки
зрения оценки и самооценки его качеств как физического лица.

Не вдаваясь в подробности распространенных сведений, поскольку все они
касались только деятельности Б., какдиректора предприятия, следует
отметить, что Апелляционный суд Харьковской области в своем определении
от 23.07.2003 г. по делу № 22-а-2208 согласился с мнением районного суда
о том, что честь, достоинство и деловая репутация могут быть
самостоятельными объектами судебной защиты. Вместе с тем, апелляционная
инстанция отменила решение суда в части удовлетворения иска и своим
решением отказала в иске по тем основаниям, что, так званая
«инициативная группа Щ.» имела право критиковать должностное лицо,
производственную деятельность директора предприятия по оплате арендной
платы, таккакимелась задолженность по оплате, по процессу распаевания
земель, о нецелевом использовании кредитов, об убыточности предприятия и
т.п. Судебная коллегия указала на то, что эти вопросы имели общественное
значение для жителей сел и работников предприятия.26

Кроме того, в судебной практике имеют место и иные случаи, когда следует
различать требования о защите чести, достоинства и деловой репутации от
других требований о нарушении прав в сфере информационной деятельности,
в частности, в случае распространения информации, но без согласия лица,
которого она касается. Примером такой ситуации является решение
Ильичёвского городского суда Одесской области по иску Б. к Ильичёвскому
морскому торговому порту и редакции газеты «1шпч1вець» о защите чести,
достоинства и деловой репутации и возмещении морального вреда. Сущность
иска: в публикации «Кто есть кто» была помещена информация отдела кадров
порта, в которой без согласия истца изложены данные о его личности (дата
и место рождения, национальность, изменение фамилии, прежняя судимость).
Суд отказал в иске о защите чести, достоинства и возмещении морального
вреда, считая, что опубликованная информация соответствовала
действительности. Судебная коллегия областного суда при рассмотре-

26АрхивДвуречанскогорайсудаХарьковской области за 2003 г.

нии дела в кассационном порядке согласилась с таким решением, но в
обобщении Одесского областного суда указанное решение суда и определение
коллегии квалифицированы как ошибочные, поскольку истец ссылался в
исковом заявлении на публикацию как сведений, соответствующих
действительности, но распространённых без его согласия, так и тех,
которые не соответствуют действительности и порочат его честь,
достоинство и деловую репутацию. Однако суды безотносительно к этому
приняли решения только относительно требований о защите чести,
достоинства и деловой репутации.27

Как видно, судам в каждом конкретном случае необходимо отграничивать
требования о защите чести, достоинства и деловой репутации, связанные с
распространением информации, от других нарушений прав граждан и
юридических лиц в сфере информационной деятельности.

Гражданско-правовое понимание и толкование чести, достоинства и деловой
репутации как объектов судебной защиты и правовых благ основывается на
ст. ст. 200,269,270 ГК, которые, устанавливая право начесть, достоинство
и деловую репутацию, относят их к гражданским неимущественным правам,
разновидности субъективных прав.

В юридической литературе относительно правовой природы права на честь,
достоинство и деловую репутацию сложилось, в основном, две точки зрения.
Одни авторы полагают, что личные неимущественные права, в том числе и
право на честь, достоинство и деловую репутацию, являются элементами
правоспособности28, другие – квалифицируют эти права

“Домбровський І.П. Розгляд судами справ за позовами до засобів
масовоїінфор-маціїпрозахистчесті,
гідностійділовоїрепутаціїтакомпенсаціюморальноїшкоди// Вісник Верховного
Суду України. – 1998. – № 2(8). – С 45.

28 Иоффе О.С. Советское гражданское право: Общая часть. — Л.: ЛГУ, 1958.
-С. 101; МицкевичА.В. Субъекты советско го права. — М.: Юрид. лит.,
1962. — С. 59; Гражданское право Украины: Подред.АА. Пушкина, В.М.
Самойленко. —Харків: Основа, 1996. – Ч. 1. – С. 199.

как самостоятельный вид субъективных прав.

Теория о том, что личные неимущественные права являются элементами
правоспособности, приобрела своё развитие через определённые тенденции в
литературе, что субъективные права не являются единственным видом
гражданских прав.

Конечно, в правоспособности заключена известная правовая возможность
(возможность иметь право, быть его носителем, обладателем), но это вовсе
не та возможность, которая выступает как субъективное право,
предполагающее юридическую обязанность надругой стороне.
Правоспособность как возможность не имеет самостоятельного значения, она
не представляет и не обеспечивает сама по себе никакого реального блага,
а служит лишь предпосылкой правообладания.

Как правильно отметил О А Красавчиков, в понятии правоспособности
существо заключается не «в праве», а «в способности».30

Сторонники указанной теории едины в том, что личные неимущественные
субъективные права реализуются не в правоотношении, а помимо него и по
своей сущности являются элементом гражданской правоспособности и, что
включение этих прав в элементы правоспособности снимает проблему
абсолютного правоотношения относительно неимущественных благ.

Право на честь, достоинство и деловую репутацию, как субъективное право,
включает в себя возможность гражданина требовать, чтобы правовая,
нравственная, профессиональная и иная оценка его личности формировалась
на основе правильного восприятия его поступков и уважения его какчело-

2,Малеина М.Н. Загщтталичныхнеимущественныхправсоветскихграждан. – М.:
Знание, 1991 .-С. 14-15; Егоров Н.Д. Личные неимущественные
праваиихзащита//
Проблемысовершенствованиязаконодательстваозащитесубъективныхгражданс-ких
прав. – Ярославль:Ярославск. гос.ун-т, 1988. – С. 25-31; РафиеваЛ .К.
Граждане-ко -правовая защита чести и достоинстваличности в СС СР:
Автореф. дисс… канд. юрид. наук.-Л.,
1966.-С.7-Ю;Цившьнеправо:Пщред.Д.В.Боброво1,О.ВДзери,Н.С.Куз-нецово1,
ОА. Пщопригори,. – К.: Вентур1, 1997. – С. 403.

30 Красавчиков О А Социальное содержание
правоспособностисоветскихграж-дан. – Правоведение. – 1960. – № 1. – С.
22.

века вообще.31 Каждый гражданин, как отметил Н.С. Мале-ин, имеет
субъективное право на честь и достоинство. Это право относится к
абсолютным правам: оно неотделимо от личности, непередаваемо
(неотчуждаемо), ему корреспондирует обязанность всех и каждого не
умалять честь и достоинство другого, оно подлежит защите от всяких
нарушений, не зависимо от их давности.32 При этом государством
охраняются не названные выше блага (честь, достоинство, деловая
репутация), а прежде всего право на них, что с юридической точки зрения
важнее. Разумеется, субъективное право на честь, достоинство и деловую
репутацию и их объект тесно взаимосвязаны, но не тождественны. Как
отмечал Г.Ф. Шер-шеневич, субъективное право есть средство для
обеспечения пользования благами, но последние также мало принадлежат к
понятию прав, как сад к садовой ограде.33

Субъективное право — гарантированная законом мера поведения и вместе с
тем мера обладания социальным благом. В мере поведения выражается
функциональное, а в мере обладания благом — социальное назначение
субъективного права. При этом само благо (в какой бы конкретной форме
оно не выступало) в содержание субъективного права не входит, а служит
лишь его объектом.34

Специфичностью права на честь, достоинство и деловую репутацию, на наш
взгляд, является то, что оно всегда возникает и функционирует в рамках
общерегулятивных правоотношений. Эти правоотношения определяют
фундаментальность правового статуса личности, выражают её
взаимоотношения с государством, с другими членами общества, способствуют
реализации предоставленных правом возмож-

31Г5щиевВ.Е.,РудинскийФ.М.Демократияидоиоинстволичности.-М.,1983.-С.150.

32 Малеин Н.С. Охранадостоинства, здоровья итайны личнойжизни граждан //

Социализм и личность. – М.: ИГПАН СССР, 1979. – С. 98.

33 ШершеневичГ.Ф. Общаятеорияправа. — М: Изд-воБр. Башмаковьгх, 1912. —
С. 613.

34МатузовН. И.Теоретические проблемы субъективного права: Автореф. дисс.

д-раюрид. наук. — Харьков, 1973. — С. 21.

ностей. Когда же права нарушаются, то на основе общих возникают
конкретные правоотношения, связанные с защитой и восстановлением этих
прав. После разрешения конфликта конкретное правоотношение прекращается,
а общее остаётся и продолжает функционировать дальше.

Таким образом, право начесть, достоинство и деловую репутацию является
субъективным правом и относится к
разновид-ностиличныхнеимущественныхправ. Оно есть абсолютным правом,
возникающим и существующим в общерегулятивном правоотношении до момента
его нарушения, после чего вступает в силу субъективное право на защиту
вышеуказанного права.

Между тем в юридической литературе высказаны и другие мнения
относительно правовой природы чести, достоинства и деловой репутации.
Так, P.O. Халфина пришла к выводу, что закреплённые в Конституции личные
права — это не права, а фактические социальные блага и употреблять к ним
термин «право» нельзя, поскольку он не соответствует существу отношений.
Обеспечивается и охраняется государством, по её мнению, не право на
неприкосновенность, честь, достоинство, а сами эти социальные блага.35

С таким выводом трудно согласиться потому, что традиционно эти и другие
социальные блага называются правами и свободами. Конституционные права
являются определёнными субъективными правами. Конституция не содержит
норм, которые закрепляли бы за гражданами не права, а нечто иное, что не
поддаётся не только определению, но и наименованию при помощи принятых
юридических категорий и обычной терминологии.

Кроме того, следует отметить, что социальные блага являются объектами
субъективных прав, а не самими правами. Благо — это то, на что
направлено данное право или что составляет его цель. Социальные блага —
это материальные, духовные и иные ценности, обладание которыми связано с

“Халфина P.O. Общее учение о правоотношении. – М.: Юрид.лит., 1974. – С.
124.

удовлетворением потребностей людей, развитием их способностей.
Стремление пользоваться благом — центральный элемент в содержании и
структуре субъективного права, ибо только он способен предоставить
субъекту то, что ему нужно для нормальной жизнедеятельности. При этом
пользование социальным благом надо понимать в широком смысле. Оно может
состоять не просто в обладании теми или иными предметами (ценностями),
но, прежде всего, в самой свободе поведения, в свободе совершения (в
рамках закона) определённых действий и поступков. Само благо находится
вне содержания и структуры субъективного права.

Как правильно отметил Н.И. Матузов, честь, достоинство,
неприкосновенность личности и другие права и свободы — это действительно
фактические социальные блага, а гарантированная государством возможность
пользоваться ими — это субъективное право, право на обеспечение
названных ценностей, право требовать их должной охраны, защита от
нарушений, причём не только тогда, когда они нарушены, но и постоянно.36

В связи с этим, по нашему мнению, названные социальные блага
неправомерно выделять в самостоятельную специфическую категорию наряду с
субъективным правом.

36 Матузов Н.И. Правовая система и личность. — Саратов: Изд-во
Саратовского ун-та, 1987. – С. 96.

1.2.

Субъекты права на возбуждение гражданских дел о защите чести,
достоинства и деловой репутации

Конституция Украины предусматривает, что права и свободы человека и
гражданина защищаются судом (ч. 1 ст. 55).

Право на обращение в суд за судебной защитой – важнейшее субъективное
право в области правосудия. Как справедливо отмечает Л.А. Ванеева, право
на судебную защиту – это обеспеченная законом возможность пользоваться
таким социальным благом, как правосудие.1

1 Ванеева Л А. Реализация конституционного права граждан на судебную
защиту в гражданском судопроизводстве. Владивосток, 1988. – С 15-16.

Поэтому в ст. 3 ГПКуказано, что каждый имеет право в порядке,
установленным настоящим Кодексом, обратиться в суд за защитой своих
нарушенных, непризнанных или оспариваемых прав, свобод или интересов.

В случаях, предусмотренных законом, в суд могут обращаться органы и
лица, которым предоставлено право защищать права, свободы и интересы
других лиц, или государственные или общественные интересы. Отказ от
права на обращение в суд за защитой недействителен.

Это означает, что заинтересованное лицо, считающее своё право
нарушенным, имеет право выбора: обратиться или не обратиться в суд за
защитой. Но субъекты права, вступая в те или иные правовые отношения, не
могут обусловить, что в случае спора о праве они не будут обращаться в
суд. Именно такой отказ от обращения в суд за защитой недействителен.

Право на обращение в суд принадлежит только действительно
управомоченному лицу. По действующему гражданско-процессуальному
законодательству этим правом обладают лица, утверждающие, что спорное
право принадлежит им или иным лицам, в отношении которых есть основание
предполагать, что спорное право принадлежит им и что имеются
предпосылки, которые необходимы для предъявления иска.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 ГПК, определяющей диспози-тивность
судебного разбирательства, суд рассматривает гражданские дела не иначе
как по обращениям физических или юридических лиц, поданных в
соответствии с настоящим Кодексом, в пределах заявленных ими требований
и на основании доказательств, представленных сторонами и иными лицами,
участвующими в деле.

Эта нормадаёт основание сделать вывод о том, что заинтересованным лицом
является лицо, которое обращается в суд за защитой своих прав или
охраняемых законом интересов, а также лицо, обращающееся в установленных
законом случаях в суд за защитой прав и охраняемых законом интересов
другого лица.

В науке гражданского процессуального права является традиционным
исследование проблем судопроизводства отдельных категорий гражданскихдел
с анализом общих положений гражданского процесса, особенностей
рассмотрения и разрешения такихдел. Это касается и круга лиц,
управомоченных возбудить дело о защите чести, достоинства и деловой
репутации.

Правильное определение круга лиц, управомоченных возбудить дело о защите
чести, достоинства и деловой репутации в результате распространения
недостоверной информации, имеет важное теоретическое и практическое
значение. Оно позволяет в значительной мере избежать ошибок в применении
норм материального и процессуального права и тем самым способствует
повышению качества судопроизводства по этой категории дел.

С учётом норм, содержащихся в ст. ст. 94,277,297 и 299 ГК, к правомочным
субъектам, которые вправе требовать по суду опровержения
распространенной недостоверной информации2 , а также права на ответ,
относятся физические или юридические лица, личные неимущественные права
которых нарушены. Из содержания данных статей, по нашему мнению,
вытекает, что круг субъектов, имеющих право возбуждать дела о защите
чести, достоинства и деловой репутации является ограниченным.3 Ими могут
быть лишь граждане (физические лица) и организации (юридические лица).
Поэтому непосредственно из указанных норм права не вытекает право на
судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации иностранных
граждан, лиц без гражданства, иностранных предприятий и организаций.

В соответствии со статьями 410 и 411 ГПКиностранцам, ино-

2 По ст. 7 ГК Украины 1963 г. опровержению подлежали сведения, не
соответствующие действительности или неправдиво изложенные.

3 Луспеник Д.Д. Субъекты права на возбуждение в суде гражданскихдел о
защите чести и достоинства// Проблеми вищої юридичної освіти: Тези доп.
та наук, повідом, учасників наук.-метод, конф. (м.Харків 18-19 грудня
2001 року)/За ред. В.В. Комарова. – Харків: Нац. юрид. акад. України,
2002. – С. 153-154.

странным юридическим лицам и лицам без гражданства предоставляется
процессуальная защита принаддежашдх им прав и охраняемых законом
интересов наравне с гражданами Украины. В судопроизводстве иностранные
граждане, а равно и лица без гражданства, как участники процесса,
пользуются такими же процессуальными правами, как и граждане Украины.

Таким образом, на иностранных граждан и лиц без гражданства, иностранные
предприятия и организации распространяется национальный режим
законодательства Украины, а поэтому они могут возбуждать гражданские
дела о защите чести, достоинства и деловой репутации. Но при этом
следует сделать одну оговорку: если международным договором Украины
установлены иные правила, чем те, которые содержатся в законодательстве
Украины о гражданском судопроизводстве, то применяются правила
соответствующего международного договора (ст. 8, ч. 2 ст. 410 ГПК).

Иск об опровержении недостоверной информации, может быть предъявлен
лицом, в отношении которого эта информация распространена, а также
близкими родственниками этого лица и другими заинтересованными лицами,
когда сведения прямо или опосредствованно порочат их. К близким
заинтересованного лица необходимо относить не только членов семьи и
родственников, но и не являющихся таковыми соавторов, соратников по
организации, партии, движению, иныхлиц.4

В этой связи возникает вопрос о возможности защиты чести, достоинства
или деловой репутации третьих лиц (например, в случаях, когда лицо не
желает защищать эти блага в силу служебной или иной зависимости) или
заступничество брата за брата, отца за сына и т.п. Имеют ли в таких
случаях эти субъекты право на возбуждение дела в суде? На наш взгляд, в
случае распространения информации, затрагивающей интересы семьи, с иском
может обратиться в суд кто-либо из её чле-

4 Николаев С. Лица, участвующие в делах по спорам о защите чести и
достоинства // Российская юстиция. – 1995. – № 4. – С. 42.

нов, поскольку плохая репутация одного из членов семьи, как правило,
влияет на добрую репутацию других членов семьи. Этот вывод базируется на
общепринятых моральных представлениях, а также на конституционном
положении о том, что каждому гражданину гарантируется судебная защита
права опровергать недостоверную информацию о себе и членах своей семьи
(ст. 32 Конституции Украины).5 Между тем следует учесть существенное
дополнение некоторых авторов, которые считают, что возбуждение дела
такого типа возможно лишь в случаях согласования с правомочными
субъектами,6 которое должно опосредствоваться поручением, устной
просьбой или соглашением этих лиц.7

Заинтересованное лицо имеет право на судебную защиту в указанном порядке
также в случае распространения сведений относительно члена его семьи или
иного родственника, который умер (ч. 2 ст. 277 ГК).

Иск об опровержении распространенной недостоверной информации или иск о
праве на ответ в отношении несовершеннолетнего или лица, признанного
недееспособным, может быть предъявлен законным представителем
(родителями, усыновителями, опекунами, попечителями), а также
прокурором, органами государственной власти, органами местного
самоуправления в случаях, предусмотренных ст. 45 ГПК.8

Так, в случае распространения сведений, порочащих

5 Прянишников ЕЛ. Совершенствование гражданско-правовьж норм о защите
честиидостоинстваграждан//Советскоегосударство и право. — 1990. —№ 7. —
С. 31; Гражданское право Украины. В 2 частях. Ч. 1. / Под ред. А А.
Пушкина, Самойленко В.М. – Харьков: Основа, 1996. – С. 201.

6 Ерошенко АА Гражданско-правовая защита чести и достоинства //
Советское государство и право. – 1990. – № 7. – С. 138.

7 БелявскийА.В., ПридворовНА. Охрана чести и достоинства личности в
СССР. – М.: Юрид. лит., 1971. – С. 94.

8 См.: п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28.09.1990
г. «О применении судами законодательства, регулирующего защиту чести,
достоинства и деловой репутации граждан и организаций»: Постанови
Пленуму Верховного Суду України в кримінальних та цивільних справах //
Бюлетень законодавства і юридичної практики України. – 1995. — № 1. — С.
106.

честь, достоинство малолетних в возрасте до 14 лет, а также
недееспособных физических лиц, защищают эти права в суде их законные
представители – родители, усыновители, опекуны или иные лица,
определенные законом (ч. 1 ст. 39 ГПК). Между тем некоторые авторы
полагают, что условием защиты в таком случае должно быть понимание
лицом, относительно которого распространены сведения, порочащие его
честь, достоинство и репутацию, сущности порочащих сведений. Если лицо
не понимает порочащего характера этих сведений (то есть сути
недостоверности распространенной информации), то нельзя возбуждать дело
в суде.9

Другие авторы связывают это право с пониманием порочащего характера
сведений в моменты просветления.10 Существует мнение, что не всегда
порочащие сведения для здорового человека являются таковыми для
душевнобольного,11 а поэтому дела должны решаться с учётом степени
деградации больного как личности.12

На наш взгляд, защита чести, достоинства и репутации недееспособных лиц
в суде во всех случаях может осуществляться законными представителями
независимо от осознания недееспособным порочащего
характерараспространенных о нём сведений и других условий. Вопрос о
возбуждении дел о защите чести, достоинства и репутации недееспособных
должен зависеть от волеизъявления законного представителя.

Этот вывод объясняется тем, что согласно ст. 29 ГПК несовершеннолетние
лица в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, а также лица,
гражданская дееспособность которых ограничена, могут лично осуществлять
гражданские

‘ Гродзинский М.М. Преступления против личности //Уголовный кодекс
РСФСР. Практический комментарий. – М., 1924. — С. 55.

10 Сергеев А.П. Право на защиту репутации. – Л.: Знание, 1989. – С. 8.

11 Ной И.С. Охрана чести идостоинстваличности в советском уголовном
праве. –

Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1959. — С. 13.

12 Белявский A.B., Придворов НА. Охрана чести и достоинства личности в
СССР.

-М.:Юрид.лит., 1971.-С.90-91.

процессуальные, права и исполнять свои обязанности в суде по делам,
возникающим из отношений, в которых они лично принимают участие, если
иное не установлено законом. Исходя из содержания указанной статьи,
несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, а
также лица, гражданская дееспособность которых ограничена, могут
защищать в суде свою честь, достоинство и деловую репутацию только через
своих законных представителей. Между тем несовершеннолетние в этом
возрасте активизируют свою трудовую и общественную деятельность. По
достижении шестнадцати лет несовершеннолетние обладают в полном объёме
трудовой дееспособностью, вправе быть членами и учредителями
общественных и иных организаций в соответствии с законодательством о
таких организациях и их уставами.

Некоторые авторы полагают, что законные представители должны ставить
вопрос о защите чести, достоинства и деловой репутации
несовершеннолетних лишь с их согласия.13 Другие считают, что нужно
ввести правило, в соответствии с которым, если обращение за
представительством к законным представителям является усложнённым
различными обстоятельствами (нахождение в другой местности, на учёбе и
т.д.), защита чести, достоинства и деловой репутации лиц от пятнадцати14
до восемнадцати лет может проводиться ими самостоятельно.15 Нам
представляется, что с учётом специфики объектов судебной защиты защита
чести, достоинстваиделовой репутации

13 БелявскийА.В. Судебнаязащитачестиидостоинстваграждан. – М.: Юрид.
лит.,

1966.-С. 19.

14 По ГПК 1963 г. неполная дееспособность наступала с 15 лет.

15 Чефранова ЕА. Охрана личных прав несовершеннолетних //Вопросы
граждан-

ского права и процесса. – М., 1977. – С. 65; Суховерхий В.Л. Личные
неимуществен-

ные права в советском гражданском праве: Автореф.дис…канд.юрид.наук –
Сверд-

ловск, 1970. — С. 9; БелявскийА.В., Придворов НА. Охрана чести
идостоинствалич-

ности в СССР. – М.: Юрид. лит., 1971. – С. 90; РафиеваЛ.К.
Гражданско-правовая

защитачести и достоинстваличностив СССР: Автореф.дисс… канд. юрид.
наук. -Л.,

1966. – С. 19; Стефанчук P.O. Захистчесті, гідності та репутації в
цивільному праві. –

К.: Науковий світ, 2001. – С. 106.

несовершеннолетних в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет должна
осуществляться в суде самими несовершеннолетними во всех случаях.
Привлечение к участию в таких делах законныхпредставителей
несовершеннолетнихдля оказания им помощи должно зависеть от суда. В
связи с изложенным представляется необходимым дополнить ч. 2 ст. 29 ГПК.

Также является спорным вопрос о субъекте, который может возбудить в суде
дело о судебной защите чести, достоинства и деловой репутации лиц,
гражданская дееспособность которых ограничена, которые злоупотребляют
спиртными напитками, наркотическими средствами, токсическими веществами
и т. п. итем ставят себялибо свою семью, а также других лиц, которых они
по закону обязаны содержать, в тяжелое материальное положение. Нам
представляется, что они могут обратиться в суд с требованием об их
защите самостоятельно,16 поскольку ограничения касаются его права на
совершение сделок по распоряжению имуществом, права на получение
заработной платы, пенсии и других видов дохода и распоряжение ими. Эти
действия он вправе осуществлять лишь с согласия попечителя (ст. 37 ГК).

Такой вывод вытекает из содержания дееспособности, которая включает в
себя способность лица своими действиями осуществлять все другие права,
исполнять обязанности, атакже способность нести ответственность за
противоправное поведение.

Длительное время к спорным в литературе относился вопрос о защите чести,
достоинства и репутации умерших лиц. Некоторые авторы категорически
исключают возможность судебной защиты этих неимущественных прав,
поскольку они тесно связаны с личностью и прекращаются с прекращением её
существования.17 Другие, наоборот, признают право на защиту чести,
достоинства и деловой репутации умерших лиц.18

16 Пронина М.Г., Романович А.Н. Зашитачести и достоинства граждан. –
Минск:

Белоруск. гос. ун-т, 1976. — С. 39.

17 РазиньН.Н. Обьоскорбленшчести. Общаячасть. Опозореніе. -Томск, 1910.
— С. 359.

18 Стефанчук P.O. Захистчесті, гідності та репутації в цивільному праві.
— К.: Нау-

ковий світ, 2001. – С. 107.

Так, P.O. Стефанчук считает, что круг лиц, имеющих право защищать честь,
достоинство и репутацию умершего, следует ограничивать наследниками. При
этом, отмечает автор, что целесообразно было бы обеспечить право
умершего на назначение в завещании лиц, на которых он возлагает защиту
своих личных неимущественных прав в том числе — чести, достоинства и
репутации.19 В данном случае автор связывает право по защите чести,
достоинства и репутации умершего с его прижизненным волеизъявлением.

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990
г. «О применении судами законодательства, регулирующего защиту чести,
достоинства и деловой репутации граждан и организаций» указано, что
заинтересованное лицо имеет право на судебную защиту чести, достоинства
и в том случае, когда порочащие сведения распространены в отношении
умершего члена его семьи или другого родственника.20 Как видно, Пленум
Верховного Суда Украины право на обращение в суд о защите чести,
достоинства и деловой репутации умершего связывает только с родственными
отношениями истца и умершего. Такой подход, на наш взгляд, является
половинчатым, ибо он ущемляет право на судебную защиту других граждан.

Некоторые авторы более широко толкуют это право и считают, что право на
обращение в суд за защитой чести, достоинства и репутации умершего
должны иметь не только наследники и родственники умершего, но и другие
лица: соавторы, соратники по партии, движению, однополчане и другие
лица.21

По нашему мнению, перечень лиц, имеющих право обра-

” Стефанчук P.O. Там же. – С. 109.

20 Постанови Пленуму Верховного Суду України в кримінальних та цивільних
спра-

вах//Бюлетень законодавстватаюридичноїпрактики України.- 1995. —№ 1.—С.
106.

21 Новый гражданский кодекс Российской Федерации. Краткий научно-практи-

ческий комментарий. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1995. — С. 180;
МолочковЮ.В. За-

щита чести и достоинства в гражданском процессе: Автореф. дисс… канд.
юрид. наук.

– Екатеринбург, 1993. – С. 7.

щаться в суд за защитой чести, достоинства и репутации умершего не
должен быть ограничен. Всякое заинтересованное лицо может обращаться в
суд с таким иском. Любое другое решение этого вопроса будет ущемлять
право на судебную защиту, что является недопустимым с конституционной
точки зрения о всеобщности судебной формы защиты.

Именно такая позиция закреплена в ч. 2 ст. 277 ГК, гласящая, что право
на ответ, а также на опровержение недостоверной информации об умершем
лице принадлежит членам его семьи, близким родственникам и другим
заинтересованным лицам. В связи с изложенным, представляется необходимым
внести изменения в вышеизложенный пункт постановления Пленума Верховного
Суда Украины.

При рассмотрении проблем возбуждения гражданских дел о защите чести,
достоинства и деловой репутации возникает вопрос о возможности судебной
защиты чести, достоинства и деловой репутации лица как члена
определённого-кол-лектива в случаях, когда распространённая
недостоверная информация касаются не самого лица, а коллектива или
социальной группы в целом, членом которой это лицо является. По сути
речь идёт об использовании косвенного иска.22 В законодательном порядке
этот вопрос не разрешён. В литературе же он освещается по-разному.

Так, P.O. Стефанчук считает, что вопрос о том, имеет ли лицо право на
защиту чести, достоинства и деловой репутации должен решаться только
судом.23 Н. Шарыло и Л. Про-кудина полагают, что если в критических
публикациях речь идёт не о том или ином гражданине, а о неопределённых
лицах, круг которых ограничен, то в таких случаях следует при-

22 Колесов П. П. Многосторонние (множественные) иски в США// Проблемы
за-

щиты прав и законных интересов граждан и организаций: Материалы
международ-

ной научно-практической конференции 23-26 мая 2002 г. — Краснодар:
Кубанский

государственный ун-т, 2002. – С. 208-214.

23 Стефанчук P.O. Захистчесті, гідності та репутаціїв цивільному праві.
— К.: Нау-

ковий світ, 2001. – С. 97.

нимать заявления от лиц, которые считают, что речь идёт именно о них.24
Р. Вандерет несколько уточняет это положение, считая, что этот вопрос
должен быть решён как в США. Суды США не удовлетворяют требования лица о
восстановлении его репутации, когда сведения распространены относительно
определённой группы, членом которой лицо является, когда численность
этой группы более 25 человек.25

Представляется, в данном случае право на предъявление иска в суде о
защите чести, достоинства иделовой репутации не должно зависеть от
субъективной оценки судом порочащих сведений, то есть распространенной
недостоверной информации, которая нарушает личные неимущественные права
субъектов права. Не должно оно связываться и с количественным
показателем группы, членомкоторойявляетсясубъектправанапредъявлениеиска.
По нашему мнению, единственным критерием этого правадол-жно быть
субъективное восприятие лицом распространенной недостоверной информации,
которая порочит его честь, достоинство или деловую репутацию. Иное
решение этого вопроса в той или иной мере будет ограничивать право на
судебную защиту чести, достоинства или деловой репутации.

Именно таким образом разрешено дело по иску супругов Б. к ЗАО
«Комсомольская правда Украины», С. о защите чести, достоинства, деловой
репутации и возмещении морального вреда решением Дзержинского районного
суда г. Харькова от 4.10.2002 г., которым иск был удовлетворен частично.
Судом было установлено, что ответчики опубликовали в газете статью под
названием «Кровавая ванная для гомосексуалистов», в которой речь шла о
том, что убитый в результате совершенного преступления оказался
гомосексуалистом и преступление было совершено на этойже почве. Истцы,
родители погибше-

24 Шарьгао Н., ПрокудинаЛ. Гражданско-правовая защитачести и
достоинстваграж-

дан: проблемы, проблемы… // Вестник Верховного Суда СССР. – 1991. – №
2. – С. 23.

25 Вандерет Р. Американское диффамационное право и судопроизводство.
Обзор

законодательства и практики судебной защиты чести и достоинства в США //
Зако-

нодательство и практика средств массовой информации. – 1997. – № 1. – С.
11.

го, считали, что данной публикацией распространены сведения, которые не
соответствуют действительности, унижается их честь, достоинство и
деловая репутация, так и светлая память их сына. Ответчики иск не
признали по тем основаниям, что в публикации не указывались фамилии
участников имевшего место события, преступления, поэтому она не могла
затронуть неимущественные права истцов.

Судебная коллегия Апелляционного суда Харьковской области, оставляя
указанное решение суда первой инстанции без изменения в основной его
части и уменьшив сумму морального вреда, в своем определении от
27.02.2003 г. по делу № 22-а-648 относительно изложенных выше возражений
ответчиков указала следующее. Действительно в указанной публикации
изложено только то, что труп 33-летнего нейрохирурга был найден в его
квартире в центре города Харькова, с изложением дальнейших подробностей
преступления, по их мнению, на гомосексуальной почве. Вместе с тем,
апелляционная инстанция определила, что указание в публикации наместо
события, профессию погибшего, изложение обстоятельств его смерти, не
вызывало сомнений у лиц, которые были знакомы с убитым и его родителями,
о ком шларечь. Данная информация не соответствоваладействительности,
порочила честь и достоинство как погибшего, так и его родителей, истцов
по делу.26

В ст. 7 ГК Украины 1963 г., которая действовала довольно длительное
время и которую некоторое время дословно применяла судебная практика,
указано, что, наряду с гражданами, и организации вправе требовать по
суду опровержения сведений, не соответствующих действительности или
неправдиво изложенных, которые порочат их честь, достоинство или деловую
репутацию. Исходя из этого законодательного положения, некоторые авторы
делали вывод о том, что законодатель очень широко толкует это положение
закона, считая, что не только граждане, но и юридические лица вла-

26 АрхивД зержинского районного суда г. Харькова за 2002 г.

деют правом на честь, достоинство и требованием их защиты в судебном
порядке.27

Своеобразную позицию занимает В.К. Волчинский. По его мнению, честь
организации — это оценка её со стороны общества, которая основывается на
сопоставлении результатов деятельности данной организации с
предъявленными обществом к ней требованиям, а достоинство — совокупность
степени технического вооружения, степени применения новейших технологий
и передовых методов в организации процесса производства, а также степени
осознания трудовым коллективом данной организации поставленных обществом
социально-экономических задач на данном этапе своего развития.28

С таким мнением вряд ли можно согласиться, поскольку данная
характеристика чести и достоинства организации ничем не отличается от
характеристики её деловой репутации.

М.Г. Пронина и А. Н. Романович полагают, что говорить о защите чести и
достоинстве юридического лица можно с учётом лишь того, что юридическое
лицо — совокупность граждан, которые являются носителями чести и
достоинства. При этом, очевидно, что авторы исходят из теории
юридического лица как «теории коллектива»29 и допускают, что честь и
достоинство юридического лица — совокупность чести и досто-инствалиц —
граждан, стоящих за этим юридическим лицом.

К тому, что говорилось в предыдущем подразделе добавим, что
невозможность зашиты чести и достоинства юридического лица связано с его
сущностью. Юридическое лицо, в отличие от физического, — это
искусственная правовая конструкция, не имеющая телесной оболочки и не
обладающая ни сознанием, ни психикой. Всё, что совершается юридическим
лицом в сфе-

“ЭрделевскийА.О. Окомпенсацииморальноговредаюридическимлицам//Хозяйство
и право. -1996.-№ П.—С. 104; Гражданское право’Украиныв 2 частях. Часть
1 / Подред.А/7/. Пушкина, В.М. Самойленко. —Харків: Основа, 1996. — С.
201.

28 Волчинский В. К. Неимущественные права хозяйственных организаций:
Авто-

реф.дисс.канд. юрид. наук. — М., 1973. — С. 23.

29 Пронина М.Г, Романович А.Н. Защитачести и достоинства граждан. –
Минск:

Белоруск. гос. ун-т, 1976. – С 40-41.

ре гражданского оборота является результатом действий физи-ческихлиц,
являющихся органами или работниками юридического лица. Поэтому волевые и
виновные действия физических лиц могут лишь считаться (а не являться)
действиями самого юридического лица, и только в тех случаях, когда
соответствующая норма права предписывает считать их таковыми.30

Так, например, ст. 92 ГК предусматривает, что юридическое лицо
приобретает гражданские права и обязанности и осуществляет их через свои
органы, действующие в соответствии с учредительными документами и
законами. Именно эта норма позволяет считать волеизъявление физического
лица, действующего в качестве органа юридического лица, волеизъявлением
самого юридического лица. Если бы в законе не было специального
указания, неправомерно было бы говорить о совершении юридическим лицом
волевых действий.

К сожалению, судебная практика не всегда обращает на это внимание. Так,
решением Печерского районного суда г. Киева от 5.05.2003 г.
распространенные ДП «СМ Столичні новини», А. и К. сведения признаны
такими, которые не соответствуют действительности, которые порочат
честь, достоинство и деловую репутацию юридических лиц — Межрегиональной
Академии управления персоналом и Международной Кадровой Академии,
которые причиняют им вред. Указанное решение районного суда в этой своей
части осталось без изменения определением Апелляционного суда г. Киева
от 7.10.2003 г., определением Верховного Суда Украины от 9.12.2003 г.31

В литературе высказывалось мнение, что субъектом права на защиту чести,
достоинства и деловой репутации может быть коллектив, не являющийся
юридическим лицом, но обладающий организационным единством.

Так, к примеру, порочащие сведения могут затрагивать интересы группы
граждан (например, бригады) либо структур-

30ЭрделевскийА.О.Заггштаделовойреггутаггии//Закон.-1998. — № 11-12.-С.
104. 31 Архив Печерского районного суда г. Киеваза2003г. (дело№
2-106/03).

ных подразделений организации (кафедры, цеха и т.д.)- Представляется,
что защита деловой репутации в этом случае должна осуществляться
юридическим лицом, частью или структурным подразделением которого они
является. Кроме того, каждый член коллектива индивидуально может
требовать судебной защиты чести, достоинства или деловой репутации при
условии, что те или иные сведения порочат его лично как члена этого
коллектива.

Некоторые авторы в таком случае предлагали для защиты коллективных
интересов ввести институт соучастия, а также институт группового иска.
Такое нововведение, по их мнению, было бы положительным моментом при
защите личных неимущественных благ участников манифестаций, собраний,
митингов, других образований, которые имеют разовый или нестабильный
характер, когда круг заинтересованных лиц большой и невозможно
установить всех соучастников.32 Использование данных институтов
представляется необоснованным, поскольку основанием для их применения
является наличие общего блага, чего в данном случае нет. Совокупность
личных неимущественных благ не создаёт новое совместное неимущественное
благо, хотя бы потому, что каждое указанное благо является строго
индивидуализированным и принадлежащим исключительно одному носителю.33 А
поэтому и в данных случаях следует говорить о защите индивидуального
интереса определённого лица, которое вправе обращаться в суд за защитой
чести, достоинства или деловой репутации.

Таким образом, в связи с тем, что честь и достоинство напрямую связаны с
осознанием общественной оценки, что характерно лишь физическим лицам,
следует прийти к выводу, что юридическое лицо может иметь право на
предъявление в

32 Молочков Ю.В. Защита чести и достоинства в гражданском процессе:
Автореф.

дисс… канд. юрид. наук – Екатеринбург, 1993. – С. 8.

33 Стефанчук P.O. Захист честі, гідності та ділової репутації в
цивільному праві. –

K.: Науковий світ, 2001. – С.

суде иска о защите только деловой репутации. Данное положение
поддерживается рядом учёных34 и должно применятся судебной практикой.
Так, например, в п. 5 постановления №7 Пленума Верховного Суда Украины
от 28 сентября 1990 г. «О применении судами законодательства,
регулирующего защиту чести, достоинства или деловой репутации граждан и
организаций» указано, что в случаях распространения сведений, которые
порочат репутацию организации, последняя, если она является юридическим
лицом, имеет право обратиться в суд с требованием об их опровержении,
независимо от того, каким лицом (юридическим или физическим)
распространены эти сведения.

В связи с изложенным, полностью целесообразным представляется
регулирование в ГК Украины 2003 г. права физического лица на обращение в
суд в иском о защите его достоинства, чести и своей деловой репутации
(статьи 297, 299), а юридического лица — права на неприкосновенность его
деловой репутации (ст. 94). При этом способы зашиты указанного личного
неимущественного права юридического лица определяются по правилам,
установленными главой 3 ГК.

Несмотря на вышеизложенное, сознательно трудно воспринять новое
регулирование права юридического лица на защиту только деловой
репутации, поскольку суды длительное время приучали к тому, что
юридическое лицо может защищать честь, достоинство. Поэтому ничем иным
невозможно объяснить, что, зная о такой трактовке права юридического
лица на защиту только своей деловой репутации, зная о наличии такого
регулирования права юридического лица в ГК, законода-

34 Дудник А. Моральный вред: понятие и порядок возмещения // Юридическая
практика. – 1997. – № 12. – С. 1-2; ШимонС.І. Відшкодування моральної
(немайно-вої) шкоди як спосіб захисту суб’ективнихцивільних прав:
Авторефдис… канд. юрид. наук. – К., 1998. – С 72; ГуменюкВ. Розгляд
справ про захист честі, гідності і ділової репутації громадян та
організацій за позовами до засобів масової інформації. Постановления
рішень та проблеми їх виконання // Судова практика у справах за позовами
до ЗМІ: Матеріали науково-практичної конференції 13-14 травня 1999 р. Т.
1. – К., 1999.-С 123.

тель все же снова Законом Украины от 3 апреля 2003 г. № 676-1У«0
внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины по вопросам
обеспечения и беспрепятственной реализации права человека на свободу
слова», внося изменения в ст. 49 Закона Украины «Об информации»,
указывает о праве юридического лица (органов государственной власти и
местного самоуправления) на предъявление исков о защите чести,
достоинства и деловой репутации.35

Кроме этого, статьей 91 ГК указывается, что юридическое лицо способно
иметь такие же гражданские права и обязанности (гражданскую
правоспособность), как и физическое лицо, кроме тех, которые по своей
природе могут принадлежать лишь человеку.

Відомості Верховної Ради України. – 2003. – № 28. – Ст. 214.

1.3.

Предпосылки права на предъявление иска по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации

Деятельность юрисдикционных органов по разрешению юридических дел, как
правило, начинает осуществляться в связи с обращением к этим органам
лиц, заинтересованных в защите своих прав, свобод или интересов.
Конституция Украины закрепляет право каждого на судебную защиту (статьи
55,124).

Каждый имеет право в порядке, установленным настоящим Кодексом,
обратиться в суд за защитой своих нарушенных, непризнанных или
оспариваемых прав, свобод или интересов (ст. 3 ГПК).

Как отмечает Л.А. Ванеева, изучение механизма осуществления права на
судебную защиту является одной из централь

ных проблем науки процессуального права, поскольку, будучи само
субъективным правом и элементом правового статуса наряду с другими
правами, в то же время служит гарантией реальности последних.1

Наиболее глубокому анализу правоведов подвергался важнейший этап в
осуществлении судебной защиты — возбуждение дела в суде первой
инстанции. Распространенным в науке процессуального права является
понимание права на предъявление иска (права на обращение в суд) как
субъективного процессуального права, которое возникает у
заинтересованного лица при наличии указанных в законе обстоятельств,
именуемых в процессуальной литературе предпосылками.

Таким образом, в теории гражданского процессуального права право на
предъявление иска связывают с наличием определённых предпосылок.
Предпосылки права на предъявление иска — это обстоятельства, при наличии
или отсутствии которых у лица имеется право на обращение в суд за
судебной защитой.

Предложенная впервые в процессуальной литературе М.А. Гурвичем система
предпосылок дифференцировалась на общие и специальные в зависимости от
характера их действия, а также по иным критериям.2 К общим автор
относит: процессуальную правоспособность; подведомственность дела суду;
отсутствие вступившего в законную силу постановленного по спору между
теми же сторонами о том же предмете и по тем же основаниям решения суда
либо определения суда о принятии отказа истца от иска или об утверждении
мирового соглашения сторон и отсутствие между сторонами договора о
передаче данного спора на разрешение третейского суда.

Первые две из названных предпосылок носят положительный характер, две
остальные — отрицательный характер. Кспе-

1 Ванеева Л А. Реализация конституционного права граждан на судебную
защиту в гражданском судопроизводстве. Владивосток, 1988. — С. 4.

2 Гурвич МЛ. Право наиск. – М.: Изд-воАН СССР, 1949. – С. 87; Советский
гражданский процесс: Подред. МА. Гурвича. — М.: Высшая школа, 1975. — С.
112-113.

циальным — возможность предъявления иска может быть обусловлена
предварительным внесудебным разрешением дела.

Е.Г. Пушкарь, рассматривая проблему права на обращение в суд в
комплексе, как право на возбуждение судебной деятельности во всех видах
гражданского судопроизводства, пришёл к выводу, что предпосылки
реализации права на обращение в суд следует делить на:

универсальные, необходимые во всех видах судопроизводства;

специальные, необходимые для отдельных категорий дел.

К универсальным он относит процессуальную правоспособность
заинтересованных лиц, подведомственность дела суду, правовой характер
требования, отсутствие вступившего в законную силу судебного решения,
вынесенного по делу между теми же сторонами, о том же предмете и по тем
же основаниям, отсутствие определения суда о принятии отказа
заинтересованного лица от заявленного требования и отсутствие в суде
дела между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

К специальным — наличие спора о праве или о факте, отсутствие
определения суда об утверждении мирового соглашения между сторонами,
отсутствие заключённого между сторонами договора о передаче данного
спора на разрешение третейского суда, невозможность осуществления
субъективных прав без установления определённых обстоятельств,
невозможность получения или восстановления утраченныхдокументов,
удостоверяющих юридический факт.3

Учитывая современное состояние судебной власти, а также факт
законодательного закрепления и последовательной реализации принципа
приоритетности судебной защиты перед иными формами разрешения
юридических дел, теория предпосылок требует переосмысления. Долгое время
эта теория

3 Пушкарь Е.Г. Конституционное право на судебную защиту. – Львов:
«Вищашко-ла», 1982. – С. 29-30.

была исторически оправдана и имела прогрессивное значение, позволяя при
помощи достаточно определенных критериев (предпосылок) ограничить
свободное усмотрение судей при разрешении вопроса о возбуждении или об
отказе в возбуждении производства по делу.

Однако сейчас, в условиях признания права каждого на судебную защиту
конституционным и установления общей судебной юрисдикции на разрешение
практически любого спорного вопроса, теория предпосылок права на иск не
выглядит в полной мере отвечающей современным требованиям процессуальной
науки. По справедливому замечанию К. И. Комиссарова, теория предпосылок
права на иск создает ложное впечатление, будто возможность обращения с
иском в суд является делом весьма сложным.4

Поэтому, на наш взгляд, проблема предпосылок имеет прикладной характер и
её все таки важное значение определяется правоприменительной
деятельностью судов. К общим (универсальным) предпосылкам следует
отнести: 1) процессуальную правоспособность заинтересованных лиц и 2)
гражданскую юрисдикцию, то есть подведомственность дела суду.

Для того чтобы физическое либо юридическое лицо имело право обратиться в
суд с исковым заявлением о защите чести, достоинства или деловой
репутации в результате распространения недостоверной информации, оно
должно обладать гражданской процессуальной правоспособностью.

Под гражданской процессуальной правоспособностью понимается признанная
государством законная возможность быть истцом, ответчиком, третьим лицом
и другим участником процесса, т.е. возможность обладания
соответствующими гражданскими процессуальными правами и обязанностями.
Таким образом, гражданская процессуальная правоспособность как правовое
свойство может относиться только к тем,

4 Комиссаров К. И. Полномочия суда второй инстанции в советском
гражданском процессе. Автореф. дис…канд. наук. М., 1962. – С. 7-8.

кто в будущем при определённых условиях займёт в процессе положение того
или иного субъекта процессуальных прав и процессуальных обязанностей.

Вместе с тем в теории гражданского процессуального права сделан
обоснованный вывод, что, специфика гражданской процессуальной
правоспособности состоит в том, что онадиф-ференцируется применительно
ктем или иным субъектам процессуальной деятельности. Другими словами,
процессуальная правоспособность устанавливается применительно к каждому
конкретному участнику процесса.5

В юридической литературе иногда процессуальная правоспособность
отождествляется с гражданской правоспособностью6 или же отрицается
вообще.7

Эти суждения являются спорными: гражданская правоспособность и
гражданская процессуальная правоспособность неразрывно связаны между
собой, так как материальное право не может существовать без возможности
его принудительного осуществления и без процесса, но они не
тождественны. Как правильно подчёркивал М А Гурвич, процессуальная
правоспособность тесно связана с материальной правоспособностью: тот,
кто способен быть субъектом гражданских прав, не может не быть
правоспособен и к защите этихправ, и, наоборот, —тот, ктоспо-собен
защищать свои права, не может не быть правоспособен, иметь защищаемь1е
права. Однако связь обоих видов правоспособности не означает их
тождества.8

5 Викуг МА. Проблема правового регулирования процессуального положения и
деятельности сторон в советском гражданском судопроизводстве: Автореф.
дисс… д-ра юрид. наук. — Свердловск, 1971. — С.7-8; Гукасян P.E.
Соотношение материальной и процессуальной правоспособности //
Материальное право и процессуальные средства егозащиты. — Калининград,
1981. — С. 11; ОсокинаГЛ. Проблемыискаиправанаиск. – Томск: Томский
ун-т, 1989. – С. 174.

6 Флейшиц ЕА. Соотношение правоспособности и субъективных прав //
Вопросы общей теории права. — М., 1960. — С. 274.

7 Ринг М.П. К вопросу о гражданских процессуальных отношениях//Учёные
записки ВИЮН, 1969, вып. 16. – С. 56.

8 Гурвич МА. Право на иск. – М.:ВЮЗИ, 1978. – С.15.

М.С. Шакарян, анализируя мнения авторов, отрицающих самостоятельное
значение гражданской процессуальной правоспособности, правильно пишет,
что они не учитывают, во-первых, что суд осуществляет защиту не только
гражданских прав и что правоспособность в различных отраслях
материального права возникает не одновременно; во-вторых, что не все
гражданские права защищаются в судебном порядке; в-третьих, что закон
наделяет процессуальными правами и обязанностями не только стороны, но и
других участников процесса.9

Есть и другое отличие гражданской от гражданско-процессуальной
правоспособности. Известно, что в отличие от физических лиц организации,
признаваемые юридическими лицами, обладают специальной
правоспособностью. Так, в силуч. 3 ст. 91 ГКюридическое лицо может
осуществлять отдельные виды деятельности, перечень которых
устанавливается законом, после получения им специального разрешения
(лицензии).

Не вызывает сомнения, что юридические лица могут иметь лишь такие
гражданские права и обязанности, которые отвечают целям их деятельности,
предусмотренных в уставе (положении), в других учредительных документах.
В этих документах имеется и конкретный перечень гражданских
правоотношений, участником которых может быть данное юридическое лицо в
соответствии с его целями и задачамидеятельности, хотя этот перечень не
является исчерпывающим. Юридические лица вправе вступать и в другие
правоотношения, которые не предусмотрены в этом перечне. В системе
рыночной экономики все юридические лица имеют право без ограничений
принимать решения и осуществлять самостоятельно любую деятельность, не
противоречащую действующему законодательству (ст. 3 Закона Украины «О
предпринимательстве»). Однако законодательство Украины не допускает
свободного отступления от принципа специальной правоспособности
юридических лиц.

‘ШакарянМ.С. Субъекты советского гражданского процессуального права. –
М.: Юрид.лит, 1970. – С . 10.

Выбор видов деятельности свободен, но выбранный и надлежащим образом
закреплённый в учредительных документах вид деятельности связывает
юридическое лицо и обязывает его действовать только в рамках избранного
вида деятельности.10 Однако это не означает, что юридические лица не
могут принимать участия в гражданском процессе по сделкам, если они
вышли за пределы своей правоспособности. Применительно к гражданскому
процессу, как правильно отметили А.А. Добровольский и С.А Иванова,
указанные юридические лица обладают неограниченной способностью искать и
отвечать в суде. Поэтому понятие специальной правоспособности в процессе
неприменимо.11

Гражданская процессуальная правоспособность, то есть способность иметь
гражданские процессуальные права и обязанности стороны, третьего лица,
заявителя, заинтересованного лица принадлежит всем физическим и
юридическим лицам (ст. 29 ГПК). При этом суд обязан уважать честь и
достоинство всех участников гражданского процесса и осуществлять
правосудие на началах их равенства перед законом и судом независимо от
расы, цвета кожи, политических, религиозных и иных убеждений, пола,
этнического и социального происхождения, имущественного положения, места
проживания, языковых и иных признаков.

В данных положениях ГПК определена гражданская процессуальная
правоспособность только физических и юридических лиц, которые имеют
право участвовать в гражданском деле в качестве истцов, ответчиков,
третьих лиц, заявителей, заинтересованных лиц и правопреемников, и
которая является предпосылкой права на предъявление иска, в том числе и
по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Однако, как отмечалось выше, с заявлением в суд может

10 Гражданское право Украины: Под ред. АА Пушкина, В.М. Самойленко. –
М.:

Юридлит., 1970.-С. 10.

11 Добровольский АА., Иванова С А. Основные проблемы исковой формы защи-

ты права. – М.: МГУ, 1979. – С. 95.

обратиться не только участник спорного правоотношения по защите чести,
достоинства и деловой репутации, но и лица, не являющиеся таковыми:
представители, наследники, другие заинтересованные лица, а в случаях,
предусмотренных законом, Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам
человека, прокурор, органы государственной власти и местного
самоуправления, физические и юридические лица в защиту прав и охраняемых
законом интересов других лиц. Для указанных субъектов недостаточно одной
правоспособности. Для того, чтобы получить судебную защиту, нужно
вступить в процесс и самостоятельно осуществлять свои права.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что предпосылкой
права на предъявление иска в суд о защите чести, достоинства и деловой
репутации, выступает не процессуальная правоспособность, а
правосубъектность — специфическое свойство субъектов гражданского
процессуального права, котораяде-лает ихносителями прав и обязанностей,
даёт возможность вступать в гражданские процессуальные правоотношения.12

Право на предъявление иска о защите чести, достоинства и деловой
репутации зависит не только от наличия гражданской процессуальной
правосубъектности.

В соответствии сп. 1 ч. 2 ст. 122 ГПК судья отказывает в возбуждении
производства по делу, если заявление не подлежит рассмотрению в судах в
порядке гражданского судопроизводства. В приведенной правовой норме
законодатель не употребляет понятие «подведомственность», хотя это имеет
в виду. Поскольку этоттермин, взятый из ГПК 1963 г., противоречил
конституционному положению о всеобщности судебной формы защиты (статьи
55,124 Конституции), в ГПК2004г. вместо понятия подведомственности,
имевшее место в ст. 24 ГПК 1963 г., введено понятие гражданской
юрисдикции, что следует признать верным (глава 2 ГПК).

12 Комаров В.В.,РадзенкоПЛ. Цивільні
процесуальніправовідносинита&суб’єии. -К.:НМКВО,1991.-С. 15.

То есть понятие «подведомственности» трансформировано в понятие
«гражданская юрисдикция», которая и определяет компетенцию судов по
рассмотрению гражданских дел (ст. 15 ГПК). Таким же образом это сделано
в проекте Хозяйственного процессуального кодекса Украины (глава 3, ст.
26), таки в проекте Административного процессуального кодекса Украины
(глава 2, ст. 17). То есть, законодатель дает определение
«подведомственность» через «юрисдикцию и компетенцию», ставя между ними
знак равенства.

Следует заметить, что твердо устоявшей терминологии терминов
«подведомственность», «юрисдикция» ни в законе, ни в правовой науке не
существует. Часто как равнозначные употреблялись термины
«подведомственность», «подсудность», «компетенция», «юрисдикция»,
«ведомство», «власть».13

Следует также заметить, что в юридической литературе под
подведомственностью (а в настоящее время гражданской юрисдикцией)
понимается круг споров о праве, возникающих из гражданских, жилищных,
земельных, семейных, трудовых, кооперативных и иных правоотношений, а
также требований об установлении юридических фактов и состояний,
разрешение которых отнесено на основании общих правил, установленных
гражданским процессуальным кодексом, к ведению суда.14

С учетом положений ГПК и проектов ХПК, АПК можно говорить, что
законодатель пошел на разграничение предметной компетенции судов общей
юрисдикции, но разной специализации.

Юрисдикцию, как элемент гражданской процессуальной правосубъектности
суда, которая конституционно определяет сферу деятельности органов
судебной власти, Чечина НА от-

13 Осипов Ю.К. Подведомственность юридических дел. – Свердловск, 1973. —
С. 7.

14 Тимченко П.М. Проблеми судової підвідомчості: Автореф. дис… канд..
юрид.

наук. – Харків, 2000. – С. 9.

носила к весьма сложным, неоднозначно рассматриваемым понятиям,
требующим тщательного анализа.15

В переводе с латинского языка юрисдикция означает «судоговорение», то
есть разбирательство правовых вопросов судом.16 В.П. Воложанин под
юрисдикцией понимает деятельность всех правоприменительных органов по
рассмотрению и разрешению гражданских, уголовных и административных
дел.17 То есть, существенным признаком юрисдикционной деятельности
является то, что она осуществляется в связи с реализацией
правоохранительной функции. Юрисдикционная деятельность суда в
гражданском судопроизводстве характеризуется только правоохранительной
функцией, поскольку правосудие имеет место там, где осуществляется
юрисдикцион-ные полномочия, то есть когда рассматривается спор о праве.

Таким образом, юрисдикция и подведомственность (равно как и компетенция)
являются тесно связанными категориями, но выражают различные плоскости
правового явления одного порядка.

Нормы права, закрепляющие правила о гражданской юрисдикции или же о
подведомственности суду споров и иных правовых требований составляют
институт гражданского процессуального права. На основании этих правил
суд решает вопрос о возбуждении гражданского дела. Иначе говоря,
подведомственность или гражданская юрисдикция является предпосылкой
реализации права на предъявление в суде иска, в том числе и о защите
чести, достоинства и деловой репутации.

Подтверждением сделанного вывода являются санкции, применяемые судом за
нарушение норм о подведомственное-

15 Чечина НА. Основные направления развития гражданского процессуального
права // Проблемы защиты субъективных прав и советское гражданское
судопроизводство. – Ярославль.” Изд-во Ярославского государственного
университета, 1978. — С. 107-118.

” Воложанин В.П. Понятие юрисдикции погражданскимделам//проблемы защиты
гражданских прав и советское гражданское судопроизводство. Ярославль,
1979. – С. 105.

17 Воложанин В.П. Понятие юрисдикции по гражданскимделам//проблемы
защиты гражданских прав и советское гражданское судопроизводство.
Ярославль, 1979. – С. 10.

ти (гражданской юрисдикции), которые по своей сути являются
процессуальными.

Так, согласно п. 1 ч. 2 ст. 122 ГПК судья отказывает в возбуждении
производства по делу, если требование, о защите которого просит истец,
неподведомственно суду, то есть не подлежит рассмотрению в судах в
порядке гражданского судопроизводства.

Например, К. обратился в Одесский областной суд с иском к прокурору
Любашовского района и Любашовскому районному суду о защите чести и
достоинства. В исковом заявлении он указал, что прокурор внёс в
управление государственного страхования Одесской области представление о
совершении им преступления, а районный суд постановил обвинительный
приговор, который был отменен и уголовное дело в отношении его было
прекращено по п. 2 ст. 6 УПК из-за отсутствия состава преступления.
Поскольку как представлением, так и приговором суда унижены его честь и
достоинство, истец просил удовлетворить его требования.

Определением Одесского областного суда в принятии искового заявления
отказано на основании п. 1 ст. 136 ГПК (1963 г.) по неподведомственности
спора суду.

Жалобу К. на определение областного суда судебная коллегия по
гражданским делам Верховного Суда Украины оставила без удовлетворения и
в определении указала следующее. В исковом заявлении К. ссылался на то,
что изложенные в представлении прокурора и приговоре суда сведения о
совершении им преступления унижают его честь и достоинство и стали
основанием увольнения его с работы. Отказывая в принятии искового
заявления, областной суд правильно исходил из того, что такие действия
прокурора и суда обжалуются в порядке, установленном уголовным
процессуальным законодательством, а не путём предъявления иска по
основаниям ст. 7 ГК (1963 г.).18

” Практика судів України в цивільних справах // Бюлетень законодавства і
юридичної практики України. – Ч. 1. – 1995. – № 2. – С 19.

В том случае, когда суд вынесет решение по делу при условии, что
требование истца суду неподведомственно, апелляционный суд или суд
кассационной инстанции должен отменить такое решение и прекратить
производство по делу (ст.ст. 310, 340 ГПК).

При определении подведомственности суду требований о защите чести,
достоинства или деловой репутации (гражданской юрисдикции), суды нередко
допускают ошибки.

Для решения вопроса о возбуждении производства по делу о защите чести,
достоинства или деловой репутации в результате распространения
недостоверной информации, суд должен определить его гражданскую
юрисдикцию (как ранее говорили — его подведомственность). Общие правила
(критерии) гражданской юрисдикции, то есть компетенции судов по
рассмотрению гражданскихдел, установлены в ст. 15 ГПК. Согласно части
первой указанной статьи суды рассматривают в порядке гражданского
судопроизводства дела о защите нарушенных, непризнанных или оспариваемых
прав, свобод или интересов, возникающих из гражданских, жилищных,
земельных, семейных, трудовых отношений, а также из иных правоотношений,
крое случаев, когда рассмотрение таких дел осуществляется по правилам
иного судопроизводства. Часть вторая этой же статьи указывает, что
законом может быть предусмотрено рассмотрение иных дел по правилам
гражданского судопроизводства.

Из содержания ст. 15 ГПК следует, что судам подведомственны исковые
требования по спорам о праве гражданском. По тем требованиям, где
отсутствует спор о праве, законодатель либо исключает их из судебной
подведомственности, либо устанавливает упрощенный порядок разрешения.

Таким образом, первым критерием, при наличии которого суд положительно
решает вопрос о том, что требования о защите чести, достоинства или
деловой репутации подлежат гражданской юрисдикции, является наличие
спора о праве между истцом и ответчиком.

Относительно сущности этого критерия в науке процессуального права нет
единого мнения. Так, одни учёные полагают, что понятием спора о праве
охватываются такие реальные явления, как различного рода сопротивления,
намёки и препятствия осуществлению права, а, кроме того, самое
правоотношение, пришедшее в состояние спорности вследствие перечисленных
обстоятельств.19

Другие утверждают, что понятием спора охватываются взаимоисключающие
утверждения заинтересованных лиц по поводу своих прав и обязанностей.
Само же материально-правовое отношение, относительно которого
высказываются такие утверждения, составляет предпосылку спора и для
возникновения гражданского процесса нужны лишь упомянутые утверждения,
тогда как существование самого материально-правового отношения в этом
случае может только предполагаться.20

По мнению П.Ф. Елисейкина, спор о праве представляет собой известное
общественное отношение, возникающее в сфере правового регулирования
между субъектами юридических прав и обязанностей. Это общественное
отношение (спор о праве) может быть следствием как правонарушений, так и
разногласий субъектов по поводу своих прав и обязанностей. Сами
правонарушения и разногласия в этой связи, по мнению автора, правильнее
бы рассматривать в качестве значимых обстоятельств, с наступлением
которых закон связывает возникновение спора о праве.21

19 Гурнич МЛ. Лекции по советскому гражданскому процессу. – М.:
Госюриздат, 1950. – С. 68-69; КурылёвС.В.
Формьгзагцитыипринудительногоосугцествленияправа и право на иск//Труды
Иркутского ун-та. — Т. 22, вып. 3. — Иркутск, 1957. – С. – 60; ЧечинаНА.
Нормыправаи судебное решение. —Л.:ЛГУ, 1961. —С. 13-14.

203ейдер И.Б. Судебное решение по гражданскому делу. — М.: Юрид.лит.,
1966. – С. 10.

21 Елисейкин П.Ф. Спор о праве как общественное отношение // Вопросы
эффективности судебной защиты субъективных прав. -Свердловск: УрГу,
1978.-С. 116,119.

Некоторые учёные полагают, что спор о праве возникает всегда как
известное состояние субъективного права.22

Следует согласиться с мнением вышеуказанных авторов, что для спора
характерно наличие двух элементов: 1) обстоятельств, создающих спорную
ситуацию и 2) невозможности для определённого лица осуществить своё
субъективное право.

В этой связи гражданско-правовой спор можно определить как разногласия
между участниками общественных отношений по поводу наличия или
отсутствия самого правоотношения или по поводу совершения
определённыхдействий, связанных с исполнением обязательства, а также как
любая помеха в осуществлении права или создание неопределённости в
праве.

Процессуальное понятие спора, как правильно отметил H.A. Земченко,
несколько шире материально-правового и, кроме двух элементов, присущих
последнему – обстоятельств, создающих конфликтную ситуацию, и
невозможности для определённого лица осуществить своё субъективное
право, имеет ещё один признак — принятие его к рассмотрению,
соответствующим компетентным органом.23

Такого мнения придерживаются и другие учёные.24

Таким образом, спору о праве присущи три элемента: 1) обстоятельства,
создающие спорную ситуацию, 2) невозможность для определённого лица
осуществить своё субъективное право и 3) принятие его к рассмотрению
соответствующим компетентным органом. Поэтому наличие спора о праве
следует

22Жеруолис И А. К вопросу о сущности исковой формы советского
гражданского процесса//Правоведение. – 1966. – № 4. – С. 61; Онже.
Сущность советского гражданского процесса. — Вильнюс: Минтис, 1969. — С.
93-101; МорейнИ. Б. Квопросуо понятии трудового спора // Правоведение. –
1966. – № 4. – С. 90; Елисейкин П.Ф.
Понятиеспораоправе//Советскаяюстиция. – 1969.-№ 10.—С. 17; Онже. Предмет
судебной деятельности в советском гражданском процессе: Автореф. дисс…
д-ра юрид. наук.-Л., 1974.-С. 13.

23 Земченко М А. Деятельность суда первой инстанции по предупреждению
граж-

данско-правовыхспоров:Автореф.дисс… канд. юрид. наук.—Свердловск,
1970.-С. 5.

24 Матиевский М .Д. Спор о праве в советском гражданском процессе:
Автореф.

дисс… канд. юр. наук. — М.,1978.-С.13; Тимченко П. М. Проблеми судової
підвідом-

чості: Автореф. дис…канд. юр. наук. – Харыв, 2000. – С. 12.

рассматривать как один из признаков (критерия), определяющих гражданскую
юрисдикцию, то есть подведомственность суду исковых требований, в том
числе и требований о защите чести, достоинства и деловой репутации.

При определении гражданской юрисдикции споров о защите чести,
достоинства и деловой репутации берётся во внимание также характер
материального правоотношения, из которого возник спор, под которым
следует понимать положение субъектов в материальных правоотношениях по
отношению друг кдругу. Этот критерий позволял до принятия нового УК
Украины разграничивать гражданскую юрисдикцию и уголовную. Так,
например, в один из судов г. Минска поступило исковое заявление Кирковой
к Грузневич о защите чести и достоинства. В заявлении истица указала,
что ответчица сообщила в адрес института сведения, порочащие её честь и
достоинство, и просила суд обязать ответчицу принести извинения,
признать сведения не соответствующими действительности.

В судебном заседании было установлено, что истица ранее уже обращалась в
суд с заявлением о привлечении ответчицы к уголовной ответственности. По
нему было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного
дела.

Районный суд пришёл к выводу, что истица уже использовала своё право на
защиту чести и достоинства, поэтому прекратил производство по делу,
ссылаясь на то, что в случае, когда действия лица, распространившего
порочащие другое лицо измышления, содержат признаки преступления,
предусмотренного уголовным законом, потерпевший вправе просить суд
привлечь виновного к уголовной ответственности либо предъявить иск о
защите чести и достоинства в порядке гражданского судопроизводства.

Кассационная инстанция определение районного суда обоснованно отменила,
так как отказ суда в возбуждении уголовного дела в отношении лица,
распространившего порочащие сведения, не препятствует возбуждению дела
по защите чести и достоинства в порядке гражданского судопроизводства.

Примерно аналогичный случай ошибочной судебной практики имел место в
одном их судов г. Харькова. Ленинский райсуд г. Харькова своим
определением от 28.11.2001 г. отказал в приеме искового заявления К. к
Д. и др. о защите чести, достоинства и возмещении морального вреда,
полагая, что по основаниям ст. 7 ГК Украины (в редакции 1963 г.)
подобный иск может быть предъявлен только гражданином к органу СМИ, но
не к такому же гражданину (физическому лицу), который имеет право только
требовать привлечения лица (ответчика) к уголовной ответственности за
ложный донос. Определение было отменено в апелляционном порядке, по делу
вынесено частное определение.26

В настоящее же время названный выше критерий имеет ограниченное значение
и конкуренция гражданской и уголовной юрисдикции возможна лишь в
случаях, аналогичных приведенному ранее в этом подразделе работы примеру
судебной практики по иску К. к прокурору, рассмотренном Одесским
областным судом.

Кроме спора о праве и характера правоотношений, из которых он возник,
критерием определения подведомственности суду исковых дел, то есть
гражданской юрисдикции, выступает и субъектный состав спорного
правоотношения. Практически субъектный критерий необходим для
разграничения предметной компетенции споров о защите чести, достоинства
и деловой репутации между судом общей юрисдикции и специализированным —
хозяйственным судом.

В п. 5 постановления № 7 Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября
1990 г. “О применении судами законодательства, регулирующего защиту
чести, достоинства и деловой репутации граждан и организаций” указано,
что в случаях распро-

25 Шарило Н., ПрокудинаН. Гражданско-правовая
защитачесшидостоинстваграж-

дан: проблемы, проблемы… // Вестник Верховного Суда СССР. – 1991. – №
2. — С. 22.

26 АрхивЛенинскогорайонногосудаг.Харьковаза 2002г. (дело№ 2-840).

странения сведений, унижающих репутацию организации, последняя, если она
является юридическим лицом, имеет право обратиться в суд с требованиями
об их опровержении, независимо оттого, какимлицом (физическим или
юридическим) распространены эти сведения.27

Несмотря на то, что данное разъяснение высшего судебного органа Украины
является для судебной системы обязательным и оно применяется, следует
заметить следующее. В данном случае Пленум Верховного Суда Украины
сделал исключение из общих правил подведомственности, установленных в
ст. 24 ГПК 1963 г., отнеся к юрисдикции гражданских судов споры, в
которых сторонами являются юридические лица. На наш взгляд, Верховный
Суд Украины несколько превысил свои полномочия, ибо в указанной статье
было определено, что исключения из общих правил подведомственности
должны содержаться в законе. Споры о защите деловой репутации, в которых
сторонами являются юридические лица, по нашему мнению, должны
рассматриваться хозяйственными судами. В подтверждение этого тезиса
свидетельствует практика рассмотрения дел хозяйственными судами. Так,
согласно п. 4 разъяснения президиума Высшего арбитражного суда Украины
от 29.02.1996 г. №02-5/95 “О некоторых вопросах практики разрешения
споров, связанных с возмещением вреда” указано, что хозяйственные суды
рассматривают дела о возмещении морального вреда, связанного с
нарушением неимущественных прав. Наиболее характерными случаями
причинения морального вреда является распространение информации, не
соответствующей действительности или неправдиво изложенной, которые
порочат их деловую репутацию либо причиняют вред их интересам (ст. 7 ГК
1963 г., ст.49 Закона Украины “Об информации”).28

27 Постанови Пленуму Верховного Суду України в кримінальних справах //
Бюле-

тень законодавства і юридичної практики України. — 1998. – № 11. – С.
37.

28 Роз’яснення Вищого арбітражного суду України (1991-1998) //
Правовісник. –

1998. – № 1(4). – С 156.

В связи с вышеизложенным, следовало бы дополнить часть первую ст. 12
Хозяйственного процессуального кодекса Украины пунктом «2-1» указанием
«дела о защите деловой репутации». Вместе с тем, следует отметить, что
данное предложение частично уже воспринято, так как в ст. 26 проекта
ХПКУкраины, определяющей юрисдикцию хозяйственных судов, до компетенции
хозяйственных судов отнесены дела о защите деловой репутации в сфере
хозяйственной деятельности. При этом указано, что эти дела
рассматриваются хозяйственными судами и в случаях, когда субъектами
спорных правоотношений является физическое лицо, не являющееся
предпринимателем.29

Таким образом, наличие спора о праве, его характер и субъектный состав
спорного правоотношения — основные критерии гражданской юрисдикции или
подведомственности суду споров о защите чести, достоинства и деловой
репутации.

В юридической литературе ряд авторов рассматривает юридическую
заинтересованность в качестве предпосылки права на предъявление иска.30
Так, В.М. Семёнов прямо указывает, что закон рассматривает юридическую
заинтересованность в судебной защите как общее условие возникновения
самого права конкретного лица на обращение в суд.31

Наиболее крайнюю точку зрения высказала М.Ю. Розова, которая считает,
что юридическая заинтересованность выступает в качестве единственного
обстоятельства, определяющего возникновение права на обращение в суд.32

Учёные, полагающие, что юридическая заинтересованность

29 Газета «Законі бізнес”. № 33 (657) за 14-20 серпня 2004 р.

30 Пушкарь Е.Г. Конституционное право на судебную защиту. —Львов:
Вищашкола,

1982. – С. 42-46; КожухарьА.Н. Право на судебную защиту в исковом
производстве. –

Кишинёв: Штиинца, 1989. — С. 69-84; Щеглов В.Н. Иско судебной защите
гражданско-

го права. – Томск.: Изд-во Томск, ун-та, 1987. – С. 62-68; Викут МА.
Предпосылки

права на участие в гражданском процессе //Правоведение. – 1967. — № 3. –
С. 103.

31 Семёнов В.М. Конституционные принципы гражданского судопроизводства.

М.:Юрид.лит., 1982.-С. 111-112.

32 Розова М.Ю. Обращение за судебной защитой по советскому гражданскому
про-

цессуальномуправу: Автореф. дисс… канд. юрид. наук, Свердловск, 1983.
– С. 2,8.

является предпосьглкой права на обращение в суд, вкладывают в это
понятие различное содержание.

Так, М.А. Викут пишет, что юридическая заинтересованность истца имеет
как материально-правовое, так и процессуальное значение.
Материально-правовое значение юридического интереса стороны, основанное
на её связи со спорным материально-правовым отношением, состоит в том,
что судебное решение способно принести стороне положительный правовой
результат. Процессуальное значение юридического интереса состоит в том,
что он обуславливает право на участие в качестве стороны. Для
обращающегося в суд лица, по мнению автора, это означает, что 1) наличие
юридической заинтересованности в деле будущий истец должен удостоверить
своим заявлением, сославшись на связь со спорным правоотношением и 2)
отсутствие юридической заинтересованности является основанием для отказа
в принятии искового заявления.33

Такой же позиции придерживается и Е.Г. Пушкарь, считающий, что в своём
заявлении лицо, обратившееся в суд, должно указать на свою
заинтересованность. При этом отсутствие заинтересованности он
рассматривает как основание для отказа в принятии заявления по п. 1 ст.
136 ГПК (в редакции 1963 г.).34

С таким пониманием юридической заинтересованности трудно согласиться.
Если юридическая заинтересованность в деле — простое утверждение лица,
не имеющее никаких объективных оценочных критериев, то его нельзя
рассматривать в качестве обстоятельства, имеющего процессуальное
значение. Лицо, обращающееся в суд за защитой прав, всегда утверждает,
что оно заинтересованное в деле. Такое утверждение естественно. Если бы
лицо такие считало, то оно и не обращалось бы в

33 Викут МА. Стороны – основные лица искового производства. — Саратов:
Изд-во Саратовск. ун-та, 1968. – С. 10.

“Пушкарь Е.Г. Конституционное право насудебную защиту. -Львов:
«Вищашко-ла», 1982. – С. 42,43.

суд. Признание заинтересованности в качестве предпосылки при указанном
подходе чревато негативными последствиями, ведь речь идёт о субъектах,
возбуждающих дело о защите чести, достоинства или деловой репутации. В
этом случае для определения заинтересованности необходимо установить
наличие субъективного права на защиту чести, достоинства или деловой
репутации, составляющего предмет защиты. Сделать-же это в момент
принятия заявления невозможно.

Таким образом, улиц, обращающихся в суд за защитой чести, достоинства
или деловой репутации, наличие юридической заинтересованности не может
служить предпосылкой права предъявления иска, так как у таких лиц
незаинтересованности в деле быть не может. Они все заинтересованы. Что
касается прокурора и других лиц, которые вправе в случаях,
предусмотренных законом, обращаться в суд за защитой прав, свобод и
интересов других лиц, или государственных либо общественных интересов
(ст. ст. 3, 45 ГПК), то они реализуют не собственное право обращения в
суд, а право другого лица.

При возбуждении дела указанными субъектами речь идёт не об их
заинтересованности, и не о выделении, как считает М.С. Шакарян,
специальной предпосылки в виде прямого указания закона.36 Выделяемая
специальная предпосылка есть не что иное, как само закрепление
непосредственно в законе в каждом конкретном случае права на обращение в
суд прокурора, органов государственной власти, органов местного
самоуправления, физических и юридических лиц в защиту прав и свобод
других лиц.

Судья же при принятии заявления от указанных субъектов проверяет не
наличие юридической заинтересованности, а наличие самого права на
обращение в суд, которое закреплено в норме права. Поэтому, P.E. Гукасян
правильно отме-

35 Защита прав личности в социалистическом гражданском процессе: Под
ред.

A.A. Мельникова. – М.: Наука, 1986. – С. ПО.

36 Шакарян М.С. Участие в советском гражданском процессе органов
государствен-

ного управления. – М.: ВЮЗИ, 1978. – С. 9.

чает, что нормативная конкретизация юридической заинтересованности и
определение ее с помощью других признаков может привести к тому, что
лица, заинтересованные в разрешении дела, окажутся лишенными возможности
обратиться в суд, поскольку все допустимые случаи заинтересованности
законодатель не может предусмотреть.37

Таким образом, вряд ли можно придавать правообразующее значение
заинтересованности для возникновения права на обращение в суд. Она
служит обстоятельством, обуславливающим потребность в судебной защите.

В юридической литературе в качестве предпосылки права на предъявление
иска для отдельных категорий гражданских дел указывается на то, что
процессуальное законодательство предусматривает соблюдение
предварительного внесудебного порядка разрешения споров. Несоблюдение
предварительного внесудебного порядка разрешения спора, который по
указанию закона обязательно должен предшествовать предъявлению иска в
суд исключает право истца на предъявление иска и влечёт за собой отказ
судьи в принятии искового заявления.

В пункте 2 ст. 136 ГПК 1963 г. содержался перечень категорий дел, по
которым был предусмотрен предварительный внесудебный порядок их
разрешения. Указанное процессуальное законодательство предусматривало
последствия несоблюдения этого порядка. Так, если это было выявлено во
время принятия заявления, судья отказывал в его принятии (п. 2 ст. 136
ГПК 1963 г.). Если несоблюдение этого порядка было выявлено в судебном
заседании, суд должен быт установить, утрачена ли возможность соблюдения
предварительного внесудебного порядка разрешения спора, что связано с
истечением определённого срока, указанного в законе. Если возможность
обращения в соответствующий орган для урегулирования спора уже утрачена,
суд прекращал производство по делу (п. 2 ст. 227 ГПК

37 Гукасян P.E. Проблема интереса в советском гражданском праве.
Автореф. дис… докт. юрид. наук. М., 1971. – С. 12-13.

1963 г.), а если такая возможность ещё не утрачена, суд оставлял
заявление без рассмотрения (п. 1 ст. 229 ГПК 1963 г.).

С учётом конституционного положения о том, что правосудие в Украине
осуществляется исключительно судами, юрисдикция которьгхраспространяется
на все правоотношения, возникающие в государстве (ст. 124
КонституцииУкраиньї), судамподведомствен-ны все споры о защите прав и
свобод граждан. Суд не вправе отказать лицу в принятии искового
заявления или жалобы лишь по тем основаниям, что его требования могут
бьпь рассмотрены в предусмотренном законом досудебном порядке, о чем
указал в своем постановлении Пленум Верховного Суда Украины.38

Такой вывод также следует из решения Конституционного Суда Украины от 9
июля 2002 г. № 15-рп / 2002, в котором указано, что положения части
второй ст. 124 Конституции Украины относительно распространения
юрисдикции судов на все правоотношения, возникающие в государстве, нужно
понимать так, что право лица (гражданина Украины, иностранца, лица без
гражданства, юридического лица) на обращение в суд для разрешения спора
не может быть ограничено законом, другим нормативно-правовым актом.
Установление законом либо договором досудебного урегулирования спора по
волеизъявлению субъектов правоотношений является ограничением юрисдикции
судов и права на судебную защиту.39

Поэтому несоблюдение предварительного внесудебного порядка разрешения
дела не могло являться предпосылкой права на предъявление иска по делам
о защите чести, достоинства и деловой репутации, в связи с чем суды
указанную процессуальную норму (п. 2 ст. 136 ГПК 1963 г.) фактически не
применяли,

38 Постановление Пленума Верховного Суда Украины от 1.11.1996 г. № 9 «О
прак-

тике применения Конституции Украины при осуществлении правосудия» //
Право

Украины. – 1996. – № 12.

39 Рішення Конституційного Суду України у справі за конституційним
звертанням

Товариства з обмеженою відповідальністю “Торговий Дім” Кампус Котгон
Клаб” щодо

офіційного тлумачення положення частини другої статті 124 Конституції
України

(справапродосудовеврегулювання спорів)//ЮридичнийвісникУкраїни. -2002. —

№ 30(370). – С 22-24.

так как в соответствии с принципом диспозитивности сторонам
предоставлялось право совершить определенные действия с целью
согласования взаимных действий и ликвидации конфликта без вмешательства
органов правосудия. В редких случаях применения данной процессуальной
нормы вышестоящие суды отменяли такие акты правосудия. Так, определением
Новгород-Си-верского районного суда от 16.03.2001 г., оставленного без
изменения определением судебной коллегии по гражданским делам
Черниговского областного суда от 17.04.2001 г. производство по делу по
иску Е. к Новгород-Сиверскому районному военному комиссариату о защите
чести, достоинства и деловой репутации, возмещении морального вреда
прекращено. Иск обосновывался тем, что заключением аттестационной
комиссии от 1 августа 1996 г. Е. быт признан таким, что не отвечает
занимаемой должности и наказом от 18 ноября 1996 г. уволен в запас.
Полагая, что данное заключение не отвечает действительности, унижает его
честь, достоинство, истец просил признать его не соответствующим
действительности и возместить моральный вред. Отменяя вышеуказанные
судебные решения с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой
инстанции, Верховный Суд Украины в своем определении от 24.04.2003 г. по
делу № 6-4084кс01 указал следующее. Прекращая производство по делу в
связи с тем, что дело не подлежит рассмотрению в судах, суды исходили из
наличия внесудебного порядка обжалования заключения аттестационной
комиссии и преждевременности возбуждения спора о защите чести,
достоинства и деловой репутации и возмещении морального вреда. Вместе с
тем, суды не учли, что в силу ст. 4 ГПК (в редакции 1963 г.) всякое
заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законом,
обратиться в суд за зашитой нарушенного права или оспариваемого права
или охраняемого законом интереса. Согласно ст. 124 Конституции Украины
юрисдикция судураспространяется на все правоотношения, которые возникают
в государстве.40

°АрхивНовгород-СиверскогорайонногосудаЧерниговскойобластиза2001г.

Необходимо также отметить, что еще в 1996 г. был изменен п. 7
постановления Пленума Верховного Суда Украины «О применении судами
законодательства, которое регулирует защиту чести, достоинства и деловой
репутации граждан и организаций» от 28.09.1990 г. предусматривавший
ранее право на обращение в суд с иском к органу СМИ о защите чести,
достоинства и деловой репутации после предварительного обращения в орган
СМИ с требованиями об опровержении недостоверных сведений, что
предусматривает ст. 37 Закона Украины «О печатных средствах массовой
информации (прессе) в Украине» и отказа в этом.

Поскольку право выбора способа защиты предоставлено истцу и в силу ст.
124 Конституции Украины он имеет право обратиться непосредственно в суд
даже без предварительного обращения в орган СМИ.

Изложенное указывает на то, что законодателем установлены две формы
защиты чести, достоинства и деловой репутации: через суд или путем
непосредственного обращения с требованием об опровержении к органу СМИ
информации, осуществившему распространение оспариваемых сведений.
Процедура опровержения недостоверных сведений, установленная в ст. 37
указанного Закона, должна рассматриваться как альтернативный порядок
защиты нарушенных прав, а не как обязательный внесудебный порядок.

Ввиду этого ГПК 2004 г. не предусматривает вышеизложенного основания
(внесудебный порядокразрешения спора) для отказа в возбуждении
производства по делу или прекращения производства по делу.

К числу предпосылок права на предъявление иска по делам о защите чести,
достоинства или деловой репутации относятся обстоятельства,
перечисленные в п. 2 ст. 122 ГПК. Судья отказывает в возбуждении
производства по делу, если имеется вступившее в законную силу решение
или определение суда о прекращении производства по делу в связи с
отказом истца от иска или заключением мирового соглашения сторон по
спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

При анализе данной нормы права обращает на себя внимание неоднозначность
указанных в нём оснований, так как вступившее в силу решение или
определение суда об утверждении мирового соглашения сторон, является
препятствием для предъявления тождественного иска не только для истца,
но и для ответчика, поскольку спор между сторонами разрешён по существу.

Определение же суда о принятии отказа истца от иска является
препятствием для предъявления им повторного тождественного иска, но не
препятствует предъявлению того же иска бывшим ответчиком к бывшему
истцу, потому что спор между сторонами не был разрешён по существу. В
связи с этим, как правильно отметила ГЛ. Осокина, отказ истца от иска
как основание к отказу в принятии искового заявления и прекращения
производства по делу следует выделить в самостоятельный пункт ст. 136
ГПК (имелся в виду ГПК 1963 г.), так как отказ истца от иска, принятый
судом, препятствует предъявлению и принятию эквивалентного иска.41

В связи с применением этой предпосылки права на предъявление иска Е.Г.
Пушкарь, например, полагает, что если в момент предъявления иска у судьи
возникнут сомнения в тождественности данного иска, ранее рассмотренному,
судья не вправе отказать в принятии искового заявления, а обязан принять
дело к производству и в зависимости от конкретных обстоятельств либо
решить его по существу, либо прекратить его производством.42 Если
согласиться с автором, то предъявление иска не будет считаться
предпосылкой пра-

41 Осокина ГЛ. Понятие тождества исков//Вопросы теории и практики
граждан-

ско-правового регулирования. -Томск, 1985. – С. 220-221.

42 Пушкарь Е.Г. Исковоепроизводствовсоветскомгражданскомпроцессе. —
Львов:

«Вищашкола», 1978. – С. 84-85.

ва на предъявление иска, а скорее всего условием. Думается, что с таким
толкованием п. 3 ст. 136 ГПК 1963 г. нельзя было согласиться, поскольку
вопрос о праве на предъявление иска судья решает в момент подачи
искового заявления. При этом закон чётко определяет тождественность
исков: если в них совпадают стороны, основания и предмет. Изменение хотя
бы одного из этих элементов даёт право заинтересованным лицам обратиться
в суд.

Научной дискуссии по данному вопросу дан ответ в последнем предложении
п. 2 ст. 122 ГПК 2004 г., в котором однозначно указывается, что отказ от
иска не лишает другую сторону права предъявить такой же иск клипу,
отказавшему от иска.

Согласно п. 3 ст. 122 ГПК судья отказывает в возбуждении производства по
делу, если в производстве этого или иного суда имеется дело по спору
между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.
Указанное основание относится к числу предпосылок права на предъявление
иска, так как является препятствием к возбуждению гражданского дела и не
включено в перечень тех, которые могут быть устранены. Из этого можно
сделать вывод, что в п. 3 ст. 122 ГПК речь идёт о предпосылке, а не об
условии реализации права на предъявление иска. Однако данный вывод не
находит законодательно подкрепления, потому что перечень оснований
прекращения производства по делу (ст. 205 ГПК) в отличие от перечня
оснований оставления заявления без рассмотрения (ст. 207 ГПК) является
исчерпывающим. Статья 205 ГПК не предусматривает в качестве основания
прекращения производства по делу обстоятельство, указанное в п. 3 ст.
122 ГПК. Указанное основание является предпосылкой права на предъявление
иска, поскольку ч. 6 ст. 122 ГПК не допускает возможность повторного
обращения в суд лишь по основаниям. В то же время анализ ст.ст. 205 и
207 ГПК свидетельствуют о том, что наличие в производстве суда
тождественного искового требования законодатель отнёс к числу условий
реализации права на предъявление иска. Наличие в производстве того же
суда тождественного иска должно быть однозначно отнесено к числу
предпосылок права на предъявление иска, в связи с чем ст. 205 ГПК
следовало бы дополнить пунктом, предусматривающим такое основание для
прекращения производства по делу, как нахождение в производстве суда
тождественного искового требования, а из ст. 207 ГПК исключить пункт 4.

Таким образом, перечисленные предпосылки права на предъявление иска о
защите чести, достоинства и деловой репутации учитываются судьёй при
принятии исковых заявлений по этой категории дел.

1.4.

Порядок реализации права на предъявление иска по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации

Наличие права на предъявление иска о защите чести, достоинства и деловой
репутации, как было выяснено в подразделе 1.3. данной монографии,
обуславливается определёнными предпосылками, указанными в законе. Наряду
с этим, гражданское процессуальное законодательство предусматривает и
то, что право на предъявление иска должно быть осуществлено в
определённом процессуальном порядке (ст. 3 ГПК).

Если заинтересованное лицо обладает правом на предъявление иска, то при
его реализации должны быть соблюдены определённые условия, которые в
теории гражданского процессуального права называются условиями
осуществления (реализации) права на предъявление иска. Наличие этих
условий

судьёй проверяется при принятии искового заявления.

Такими условиями являются: 1) подсудность дела; 2) предъявление иска
дееспособным лицом; 3) при предъявлении иска представителем последний
должен обладать полномочиями на ведение дела; 4) исковое заявление
должно бьпь оплачено судебным сбором и расходами на
информационно-техническое обеспечение рассмотрения дела; 5) исковое
заявление должно отвечать предъявляемым к нему требованиям.

Согласно ст. 6 Закона Украины “О судоустройстве Украины” всем субъектам
правоотношений гарантируется защита их прав, свобод и законных интересов
независимым и беспристрастным судом, основанным в соответствии с
законом.

Подсудность дела данному суду — непременное условие реализации права на
предъявление иска о защите чести, достоинства и деловой репутации.
Подсудность — это относимость подведомственных судам дел к ведению
конкретного суда судебной системы для их рассмотрения и разрешения по
первой инстанции. В зависимости от рода дел, подлежащих разрешению, и от
территории, на которой действует тот или иной суд, подсудность
подразделяется на родовую и территориальную.

В юридической литературе есть и другие мнения относительно понятия
подсудности и её классификации. Так, М.И. Ште-фан считает, что
подсудность — это разграничение компетенции между отдельными звеньями
судебной системы и между судами одного звена относительно рассмотрения и
разрешения подведомственных им гражданских дел.1

Автор понимает несколько шире подсудность гражданских дел. Этот институт
регулирует вопросы, связанные не только с рассмотрением дел по первой
инстанции, но и в апелляционном, кассационном порядке, а также по вновь
открывшимся и в связи с исключительными обстоятельствами. Об этом
свидетельствует то, что автор наряду с родовой и территориальной
подсудностью, выделяет и функциональную. Функцио-

1 Штефан М.Й. Цшільний процес: Підручник. – К.: ІнЮре, 1997. – С. 200.

нальная подсудность определяет компетенцию отдельных звеньев судебной
системы Украины на основании исполняемых ими функций: рассмотрение и
разрешение дел по существу, проверка законности и обоснованности
судебных постанов-ленийв,, апелляционном икассационном порядке и
пересмотр вступивших в силу актов суда по вновь открывшимся и в связи с
исключительными обстоятельствами.

С таким мнением следует согласиться, поскольку любые гражданские дела, в
том числе и дела о защите чести, достоинства и деловой репутации, могут
быть рассмотрены судами по первойинстанции, вапелляционном,
кассационномпорядкеи по вновь открывшимся или исключительным
обстоятельствам.

Родовая подсудность — это установленные в ГПК правила, в силу которых
распределяется вся совокупность гражданских дел, подведомственных суду,
между отдельными звеньями судебной системы.

Согласно ст. 107 ГПК все дела, подлежащие разрешению в порядке
гражданского судопроизводства, рассматриваются районными, районными в
городах, городскими и межрайонными судами.

Ранее, в соответствии с ч. 2 ст. 123 ГПК 1963 г. военным судам
гарнизонов в качестве судов первой инстанции были подсудны гражданские
дела о защите чести и достоинства, сторонами в которых являлись
военнослужащие или военные организации. Вместе с тем ГПК 2004 г. данной
подсудности не предусматривает в связи с ликвидацией военных судов.2

Другие звенья судебной системы в порядке гражданского судопроизводства
дела о защите чести, достоинства и деловой репутации по первой инстанции
не рассматривают.

Территориальная подсудность — это установленные в ГПК правила,
позволяющие распределять гражданские дела между

2 Следует обратить внимание на то, что Комитетпо вопросам правовой
политики внес на рассмотрение Верховной Рады Украины
законопроектнародногодепутатаД. Рудков-ского о внесении изменений в ст.
107 ГП К о подсудности дел военным судам, как судам первойинстанции
(см.: газета «Юридическая практика». – № 51 за 21.12.2004 г. – С. 5).

однородными судами одного и того же звена судебной системы. Подсудность
дела зависит от административной территории, на которую распространяется
юрисдикция данного суда.

С помощью территориальной подсудности разграничивается компетенция
однородных судов, т.е. судов одного звена судебной системы.

Гражданское процессуальное законодательство предусматривает следующие её
разновидности: общая, альтернативная, договорная, исключительная и
подсудность нескольких требований, связанных между собой.

Общее правило территориальной подсудности закреплено в ст. 109 ГПК.
Согласно этому правилу, иски к физическому лицу подаются в суд по месту
его проживания. Иски к юридическим лицам подаются в суд по месту их
нахождения.

На дела по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации
распространяются правила общей территориальной подсудности. Эти дела
рассматриваются судами по месту жительства ответчика.

В соответствии со ст. 29 ГК местом жительства физического лица являются
жилой дом, квартира, другое помещение, пригодное для проживания в нем, в
соответствующем населенном пункте, в котором физическое лицо проживает
постоянно, преимущественно или временно.

Местом жительства физического лица в возрасте от десяти до четырнадцати
лет является место жительства его родителей (усыновителей) или одного из
них, с кем оно проживает, опекуна или местонахождение учебного заведения
либо учреждения здравоохранения и т.п., в котором оно проживает, если
другое место жительства не установлено соглашением между ребенком и
родителями (усыновителями, опекуном) или организацией, выполняющей в
отношении его функции опекуна.

Местом жительства физического лица, не достигшего десяти лет, является
место жительства его родителей (усыновителей) или одного из них, с кем
оно проживает, опекуна или местонахождение учебного заведения либо
учреждения здравоохранения, в котором оно проживает.

Местом жительства недееспособного лица является место жительства его
опекуна или местонахождение соответствующей организации, выполняющей в
отношении его функции опекуна.

Определенной сложностью для судебной практики будет иметь положение ч. 6
ст. 29 ГК, в которой указывается, что физическое лицо может иметь
несколько мест жительства. Однако в данном случае следует четко выходить
из требований ч. 1 этой же статьи, а в случае изменения своего места
жительства стороны и другие лица, участвующие в деле, обязаны уведомлять
суд об изменении своего места жительства или места нахождения во время
производства по делу (ст. 77 ГПК).

С местом жительства связывается общее предположение о том, что гражданин
находится в месте жительства, хотя бы в данный момент он находится в
другом месте. Последующая, после предъявления иска, перемена ответчиком
места жительства, не меняет подсудности дела.

Иски к ответчику, место проживания которого неизвестно, предъявляются по
месту нахождения имущества ответчика или по месту его пребывания, или по
последнему известному месту проживания ответчика или постоянного его
занятия (работы). Иски к ответчику, не имеющему в Украине
местожительства, могут быть поданы по месту нахождения его имущества или
по последнему известному месту его проживания или пребывания в Украине.

Не является местом жительства пребывание граждан, например, в
следственном изоляторе или в местах отбывания наказания. Иски к лицам,
отбывающим наказание, либо находящимся в следственном изоляторе,
предъявляются по последнему известному месту жительства или нахождения
имущества.

Местонахождение имущества и последнее известное место жительства или
пребывания ответчика должны быть в каждом случае достоверно установлены.
При установлении этих фактов решающее значение будет иметь регистрация и
место нахождения имущества.

Следует также обратить внимание на положения ст. 93 ГК, в соответствии с
которой местонахождение юридического лица определяется местом его
государственной регистрации, если иное не установлено законом.
Местонахождение юридического лица указывается в его учредительных
документах.

Альтернативная, договорная, исключительная и подсудность по связи дел,
как виды территориальной подсудности, не применяются к делам о защите
чести, достоинства и деловой репутации.

Вопрос о подсудности гражданского дела разрешается судьёй единолично при
открытии (возбуждении) производства по делу. Если судья признаёт, что
дело данному суду не подсудно, он возвращает исковое заявление истцу для
его подачи в надлежащий суд со всеми приложениями к нему вместе с
мотивированным определением о причинах возвращения искового заявления
(п. 4 ч. 3 ст. 122 ГПК). Возвращение искового заявления не препятствует
повторному обращению с заявлением в суд, если прекратят существовать
обстоятельства, которые стали основанием для возвращения заявления.

Всилуч. Зет. 116 ГПК запрещается передавать другому суду дела,
рассматриваемые судом, за исключением случаев, предусмотренных настоящим
Кодексом. Частью 1 этой же статьи предусмотрены случаи передачи дела на
рассмотрение другого суда, если: 1) удовлетворено ходатайство ответчика,
местожительство которого ранее не было известно, о передаче дела по
месту его проживания или нахождения; 2) после возбуждения производства
по делу и до начала судебного рассмотрения выяснилось, что заявление
было принято с нарушением правил подсудности; 3) после удовлетворения
отводов (самоотводов) невозможно создать новый состав суда для
рассмотрения дела; 4) ликвидирован суд, рассматривавший дело.

Ранее гражданское процессуальное законодательство допускало в отдельньгх
случаях еще дополнительные возможности передачи гражданского дела из
одного суда в другой. Так, согласно ч. 1 ст. 133 ГПК 1963 г.
председатель Верховного Суда Украины, его заместители, а также
председатель Верховного Суда Республики Крым, областного, Киевского и
Севастопольского городских судов, военного суда региона, Военно-Морских
Сил вправе в пределах своей компетентности по ходатайству сторон и
других участвующих в деле лиц, по заявлению прокурора или по собственной
инициативе истребовать любое гражданское дело, находящееся в
производстве того или иного суда, и передать его на рассмотрение в
другой суд Украины.

В литературе высказывалось мнение о том, что указанные в ч. 1 ст. 133
ГПК 1963 г. должностные лица Судане связаны правилами не только
территориальной, но и родовой подсудности и могут, например, истребовать
любое гражданское дело израйонного суда и передать в производство
другого местного суда или апелляционного суда.3 С таким мнением трудно
было согласиться, поскольку оно противоречило действующему
законодательству. Исходя из буквального толкования указанной нормы
процессуального права можно было прийти к выводу, что вышеуказанные
должностные лица судебной системы могли осуществлять такое
распорядительное действие только в пределах своей компетенции и при этом
не нарушая компетенцию возглавляемого суда.

В Законе Украины “О судоустройстве Украины” определены полномочия
апелляционных судов, где в п. 2 ст. 26 указано, что апелляционные суды
рассматривают по первой инстанции только те дела, которые определены
законом. То же можно сказать и о полномочиях судебной палаты по
гражданским делам Верховного Суда Украины (ст. 53 Закона Украины “О
судоустройстве Украины”). Из сказанного можно сделать вывод, что
должностные лица суда, перечисленные в ч. 1 ст. 133 ГПК 1963 г., вправе
были истребовать гражданское дело из суда и

3 Гражданский процессуальный кодекс Украины: Научно-практический
комментарий (автор комментария В. И. Тертышников). – Харьков: Консум,
2001. – С. 132.

передать на рассмотрение в другой, не нарушая при этом правил родовой
подсудности.

Вместе с тем ГПК 2004 г. не предусматривает таких полномочий должностных
лиц вышестоящих судов, в связи с чем и научные споры, подобные
изложенному, перестанут существовать.

Условием реализации права на предъявление иска, кроме подсудности,
выступает и процессуальная дееспособность заявителя. Согласно
действующего гражданского процессуального законодательства, в суд за
зашитой чести, достоинства и деловой репутации могут обратитьсятолько
лица, обладающие гражданской процессуальной дееспособностью. Процесс,
возбуждённый по заявлению недееспособного лица, является ничтожным, не
порождает для истца каких-либо процессуальных последствий.4

Гражданская процессуальная дееспособность — это способность лица лично
осуществлять гражданские процессуальные права и исполнять свои
обязанности в суде (ст. 29 ГПК).

В отличие от процессуальной правоспособности, процессуальной
дееспособностью обладают не все граждане — она принадлежит гражданам,
достигшим совершеннолетия, а также юридическимлицам. С моментадостижения
гражданами совершеннолетия они могут лично выступать в суде в качестве
сторон, третьих лиц, представителей сторон и третьих лиц, самостоятельно
распоряжаться принаддежашттми им процессуальными правами и нести
процессуальные обязанности.

Несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет
обладают ограниченной процессуальной дееспособностью. Они могут
выступать в суде лично как сторона только по делам, возникающим из
отношений, в которых они лично принимают участие, если иное не
установлено законом. Привлечение к участию в таких делах родителей,
усыновителей или попечителей несовершеннолетних для оказания им помощи
зависит от суда.

4АнисимоваЛ. Оставление иска без рассмотрения//Советская юстиция. –
1960. – № 6 . – С 5 3 .

Законодательное ограничение в процессуальнойдееспособно-сти граждан в
возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет в некоторой степени
противоречит интересам несовершеннолет-нихграждан. Вельвет. 29
ГПКуказано, что такие несовершеннолетние могут выступать в суде лично
как сторона только по делам, возникающим из отношений, в которых они
лично принимают участие, если иное не установлено законом. Не могут они
самостоятельно возбуждать и дела о защите их чести, достоинства и
деловой репутации, о чем указано в ст. 272 ГК.

Такое решение вопроса о процессуальной дееспособности граждан в возрасте
от четырнадцати до восемнадцати лет не соответствуют интересам самих
несовершеннолетних, а поэтому их следует наделить правом выступать в
суде лично как сторона и по делам о защите личных неимущественных прав,
о чём уже говорилось в подразделе 12 данной работы.

Исходя из толкования ст. 29 ГПК, дееспособность присуща сторонам — истцу
и ответчику. При этом закон предусматривает, что в случае
недееспособности истца судья возвращает заявление, поскольку в силу этих
причин истец не может быть субъектом гражданского процесса (п. 2 ч.З ст.
121 ГПК). М.А. Гурвич в своё время обосновал, что в отличие от
процессуальной правоспособности, наличие которой для возникновения
процесса требуется на стороне как истца, так и ответчика,
недееспособность ответчика не служит препятствием юридической
действительности обращения в суд.5

Условием реализации права на предъявление иска о защите чести,
достоинства и деловой репутации является наличие полномочий на ведение
дела у судебного представителя, если в суд обращается не сам истец, а от
его имени другое лицо.

Согласно ст. 38 ГПК, сторона, третье лицо, лицо, которое в соответствии
с законом защищает права, свободы или интересы других лиц, а также
заявители и иные заинтересованные лица в делах особого производства
(кроме дел об усыновлении)

s Гурвич МЛ. Правонаиск. – М.: Изд-во АН СССР, 1949. – С. 88.

могут участвовать в гражданском деле лично или через представителя.6
Личное участие в деле лица не лишает его права иметь в этом деле
представителя.

Дела юридических лиц ведут в суде их органы, действующие в пределах
полномочий, предоставленных им законом, уставом или положением, или их
представители.

Законодательное формулирование этого правила свидетельствует о том, что
органы юридических лиц не являются судебными представителями,
осуществляемые ими действия являются действиями самого юридического
лица, поскольку орган юридического лица и само юридическое лицо
составляют единый субъект права.7

Судебное представительство — это правоотношение, в силу которого одно
лицо (представитель) осуществляет в суде в пределах предоставленных ему
полномочий процессуальные действия от имени и в интересах другого лица
(представляемого) с целью предоставления юридической помощи при
рассмотрении гражданских дел и осуществления защиты субъективных прав и
охраняемых законом интересов.8

Необходимость в судебном представительстве обусловлена различными
обстоятельствами. Чаще всего потребностью заинтересованных лиц получить
квалифицированную помощь при рассмотрении гражданских дел в суде.

В юридической литературе довольно длительное время спорным являлся
вопрос о том, кто из субъектов процесса может иметь представителя,
поскольку в этом отношении ГПК 1963 г. быт не вполне совершенен. Так,
если исходить из буквального толкования содержания его статей 98, 112,
113, 117, то такое право имели только стороны и третьи лица.

‘ Следует обратить внимание на то, что в ст. ПО ГПК 1963 г. указывалось
о праве граждан вести свои дела через своих представителей, а не
представителя, что для судебной практики будет иметь определенное
практическое значение.

7 Цивільний процесуальний кодекс України: Науково-практичний коментар /
За ред. В.В. Комарова. – Харків: Одісей, 2002. – С. 234.

8 Гражданский процесе. Учебник: Под ред. В.В. Комарова – Харьков:
Одиссей, 2001.-С. 136.

По мнению профессорам. И. Штефана, положения ст.ст. 98, 112,113,117 ГПК
(1963 г.), которые предоставляют возможность осуществлять
представительство только сторон и третьих лиц, не отражают реальную
действительность и входят в коллизию с другими нормами ГПК, в частности,
статьями 100,121,255 ГПК 1963 г. Представительство, по его мнению,
возможно в любой стадии гражданского процесса и по любому делу, которое
рассматривается судом в порядке гражданского судопроизводства, начиная с
возбуждения дела и заканчивая исполнением судеб-ногорешения.9

Следует согласиться с мнением М.И. Штефана о необходимости
расширительного толкования норм, регулирующих институт
представительства. Однако, учитывая, что право на представительство не
является общим полномочием всех субъектов гражданского процессуального
права, им пользуются только те субъекты, реализация процессуальных прав
и обязанностей которых не требует обязательного личного участия их в
процессе исполнения своих функций.10

Исходя из вышеизложенного, судебная практика исходила из того, что вести
дела в суде через представителя могли стороны, третьи лица, а также
заявители и заинтересованные лица по делам, возникающим из
административно-правовых отношений, иделам особого производства. Именно
изтакихполо-жений судебной практики исходит и новый ГПК (ст. 38).

Представителями истцов по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации могут быть: адвокаты по делам граждан Украины, иностранных
граждан, лиц без гражданства, юридических лиц (ст. 1 Закона Украины “Об
адвокатуре”); любое другое лицо, достигшее 18 лет, имеющее гражданскую
процессуальную дееспособность и надлежащим образом удостоверенные
полномочия на осуществление представительства в суде, за

9 ШтефанМ.Й. Цивільний процес: Підручник. – К.:Інюре, 1997.-С. 140.

10 Цивільний процесуальний кодекс України: Науково-практичний коментар /
За

ред. B.B. Комарова. – Харків: Одісей, 2001. – С 232.

исключением лиц, указанныхв ст. 41 ГПК; один из соучастников по
поручению других соучастников (ст. 32 ГПК).

Решая вопрос о полномочиях представителей по этим делам, суд учитывает
вышеизложенное, что дает основание утверждать, что представителями в
суде не могут быть: 1) лица, не достигшие совершеннолетия; 2) лица, над
которыми установлена опека, попечительство. Кроме этого, в ст. 41 ГПК
определено, что не могут быть представителями в суде лица, участвующие в
деле в качестве секретаря судебного заседания, переводчика, эксперта,
специалиста, свидетеля.

Судьи, следователи, прокуроры не могут бьпь представителями в суде,
кроме случаев, когда они действуют в качестве представителей
соответствующих органов, являющихся стороной или третьим лицом в деле,
или в качестве законных представителей.

Полномочия договорных представителей (ст. 42 ГПК) подтверждаются
доверенностью. В ч. 4 ст. 42 ГПК указано, что полномочия адвоката в
качестве представителя могут также удостоверяться ордером, выданным
соответствующим адвокатским объединением, или договором. Указ Президента
Украины от 30 сентября 1999 г. № 1240 “О некоторых мерах по повышению
уровня работы адвокатуры” предложил Высшей квалификационной комиссии
адвокатуры разработать и внедрить новый образец ордера, выдаваемый
адвокату для подтверждения полномочий по представительству.11

На наш взгляд, приведённая норма противоречит сущности адвокатуры в
Украине, на что уже обращалось внимание. В соответствии с Законом
Украины «Об адвокатуре» (ст. ст. 1,4, 6) при осуществлении
профессиональной деятельности адвокат имеет право представлять и
защищать права и интересы граждан и юридических лиц по их поручению,
следовательно, его полномочия как судебного представителя также могут
подтверждаться доверенностью.

11 Адвокатура в Україні // Бюлетень законодавства і юридичної практики в
Україні. – 2000.-№ 1. – С 38.

Вместе с тем в судебной практике имеют место случаи, когда суды не
допускают адвокатов в судебный процесс по тем основаниям, что они не
предъявили ордер юридической консультации.12

Анализ норм ГПК о представительстве указывает на то, что полномочия
представителя-адвоката могут удостоверяться как ордером (ч. 4 ст. 42),
так и доверенностью (п. 1 ч. 1 ст. 42). При этом в соответствии со ст.
44 ГПК адвокат на основании ордера (или доверенности) имеет право
совершать от имени лица, которое он представляет, все процессуальные
действия, которые может совершать это лицо.

Ограничения полномочий представителя на совершение определенного
процессуального действия должны быть предусмотрены в выданной ему
доверенности. То есть, только при ограничении какого-либо
процессуального действия лицо должно выдать адвокату доверенность с
указанием этого ограничения.

В том случае, когда по делу о защите чести, достоинства и деловой
репутации принимает участие адвокат, необходимо учитывать и действующее
законодательство об адвокатуре. В ст. 7 Закона Украины “Об адвокатуре”
указано, что адвокат не имеет права принять поручения об оказании
юридической помощи в случаях, когда он по данному делу оказывает или
ранее оказывал юридическую помощь лицам, интересы которых противоречат
интересам лица, обратившегося с просьбой о ведениидела, или участвовал в
качестве следователя, судьи, секретаря судебного заседания, эксперта,
специалиста, представителя потерпевшего, гражданского истца,
гражданского ответчика, свидетеля, переводчика, понятого, атакже, когда
в расследовании или рассмотрении дела участвует должностное лицо, с
которым адвокат находится в родственных отношениях.

Условием реализации права на предъявление иска о защите

12 Право на представника інтересів // Юридичний вісник України. – 2002.
– № 50. ^С^13;В. О/даков. Ордерное доверие к адвокату/ДОридическая
практика,-2004 чести, достоинства и деловой репутации является
надлежащее оформление искового заявления.

Ст. 119 ГПК указывает, что исковое заявление подаётся в письменной
форме13 и должно содержать следующие реквизиты: наименование суда, в
который подаётся заявление; имя (наименование) истца и ответчика, а
также имя представителя истца, если исковое заявление подается
представителем, их место жительства или местонахождение, почтовый
индекс, номер средств связи, если таковой известен; содержание исковых
требований; цену иска в отношении требований имущественного характера;
изложение обстоятельств, которыми истец обосновывает свои требования;
указание доказательств, подтверждающих каждое обстоятельство, наличие
оснований для освобождения от доказывания; перечень документов,
прилагаемых к заявлению; подпись истца или его представителя с указанием
времени подачи искового заявления.

К исковому заявлению, предъявляемому представителем истца, прилагается
доверенность или инойдокумент, подтверждающий его полномочия.

В случаяхпредъявления искалицами, действующими в защиту прав, свобод и
интересов другого лица, в заявлении должны быть указаны основания такого
обращения (ч. 6 ст. 119 ГПК). Данного императивного требования кисковому
заявлению в ГПК 1963 г. не было, что приводило кнеоднозначности судебной
практики в части принятия заявлений от таких лиц.

Статья 120 ГПК обязывает истца приложить к исковому заявлению его копии
и копии всех документов, прилагаемых к нему, в соответствии с
количеством ответчиков и третьих лиц.

13 В ч. 1 ст. 124 проекта ГПК содержалось требование о том, что исковое
заявление должно бьпь оформлено печатным образом, а статья 8 проекта ГПК
предоставляла право суду требовать от истца, подавшего заявление и иные
документы не на украинском языке, официального перевода на украинский
язык. Однако при окончательном принятии ГПК эти нормы не были приняты,
скорее всего, ввиду того, что они противоречили принципу доступности
судебной защиты, затрудняли бы реализацию права на предъявление иска,
являющегося важнейшим диспозитивньгм полномочием заинтересованных лиц.

Следует заметить, что в силу ст. 138 ГПК 1963 г. истец обязан был
представить только копии исковых заявлений и только по числу ответчиков,
а судья имел право, когда он признаёт необходимым, в зависимости от
сложности и характера дела, истребовать от истца копии всех документов,
приобщённых к исковому заявлению, соответственно числу ответчиков.

Положение ст. 120 ГПК 2004 г. более совершенно, направлено на
оптимизацию судопроизводства и отвечает дальнейшему развитию
принципадиспозитивности, так как приложение к иску копий всех
документов, прилагаемых к нему, необходимо для того, чтобы вручить копии
искового заявления и документы, прилагаемые к нему, ответчикам и третьим
лицам ещё до начала рассмотрения дела по существу, подготовиться к
защите против требований истца, собрать необходимые доказательства,
представить возражения против иска. В конечном итоге это направлено
надисцишпширование участников процесса, обеспечивает своевременность
ознакомления суда и сторон с доказательственным материалом и ускорить
рассмотрение дела по существу.

Вместе с тем, следует обратить внимание на то, что новый ГПК впервые
закрепляет процедуру раскрытия доказательств или так называемые в
научной среде или в хозяйственном судопроизводстве «процедуру обмена
состязательными бумагами». Однако законодателем это сделано в некоторой
степени непоследовательно и с технико-юридической точки зрения в
контексте развития стадий процесса не совсем логично.

Так, в ст. 120 ГПК указывается о необходимости приложения к исковому
заявлению всех документов, прилагаемых к нему. В таком звучании это
означает, что эти документы не обязательно должны быть
документами-доказательствами, подтверждающие обстоятельства, которыми
истец обосновы-ваетсвоитребования,таккакэтого не требует ст. 119 ГПК.
Тем не менее, понимается, что это должны быть именно такими документами,
их перечень должен определяться характером дела, подлежащего
рассмотрению в суде, и зависят оттого материально-правового требования,
которое истец предъявляет к ответчику, так как к иску не могут
прилагаться документы, не имеющее значения для дела (ч. 3 ст. 58 ГПК).

Вышеуказанный анализ следует из дальнейших норм процессуального права,
однако он закреплен в последующих стадиях процесса, а не на стадии
возбуждения производства по делу. В стадии производства по делу до
судебного рассмотрения (глава 3 ГПК) законодатель обязывает стороны
предоставить свои доказательства об обосновании своих доводов или
возражений или уведомить о них суд до или во время предварительного
судебного заседания по делу (статьи 130,131 ГПК). Важным является и то,
что законодатель закрепляет обязанность раскрытия доказательств,
поскольку в силу ч. 2 ст. 131 ГПКдоказательства, представлены с
нарушением требований, установленных частью первой настоящей статьи, не
принимаются, если сторона не докажет, что доказательства предоставлены
несвоевременно по уважительным причинам.

Учитывая изложенную некую непоследовательность законодателя в
констатации процедуры раскрытия доказательств и его четкого момента, с
учетом обязанности суда создать условия для действительно
состязательного процесса и оказывать содействие сторонам в осуществлении
их прав, то есть оказывать помощь сторонам в истребовании доказательств
(ст. 10 ГПК) и положения ст. 121 ГПК, определяющей основания для
возвращения заявления истцу, следует сделать вывод, что судьи не имеют
права оставлять исковые заявления, в том числе и по делам о защите
чести, достоинства и деловой репутации, без движения, а впоследствии
признавать их неподанными, если истец не предоставил необходимые по делу
доказательства.

Отсутствие указания на доказательства (п. 6 ст. 119 ГПК) и
непредоставление их при предъявлении иска – действия, различные по
характеру, по содержанию и по последствиям. Если в исковом заявлении
доказательство указано, но не представлено, то это не может служить
основанием для отказа в возбуждении производства по делу. Если же истец
не указывает в заявлении доказательств, подтверждающих его требования,
то судья не может осуществить подготовку дела к судебному
разбирательству.14 Такое исковое заявление должно признаваться
неподанным и возвращаться истцу.

К числу обстоятельств, которые проверяются судьёй при возбуждении
гражданского дела, относится и уплата судебного сбора (за ГПК 1963 г. —
государственной пошлины), и уплата расходов на информационно-техническое
обеспечение рассмотрения дела. В силу п. 5 раздела XI ГПК
«Заключительные и переходные положения» до вступления в законную силу
закона, который регулирует порядок оплаты и размеры судебного сбора,
судебный сбор при обращении в суд оплачивается в порядке и размерах,
установленных законодательством для государственной пошлины.

Согласно подпункту «ж» п. 1 ст. 3 Декрета Кабинета Министров Украины от
21 января 1993 г. “О государственной пошлине” в редакции Закона Украины
«О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины по
вопросам обеспечения и беспрепятственной реализации права человека на
свободу слова» от 3 апреля 2003 г.15 по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации установлена ставка государственной
пошлины в размере 1 необлагаемого налогом минимума доходов граждан.

Как уже было сказано, к числу обстоятельств, которые проверяются судьёй
при возбуждении гражданского дела, относится и оплата расходов на
информационно-техническое обеспечение рассмотрения дела, чего не было в
ГПК 1963 г.

Исходя из положений ст. 79 ГПК расходы на информационно-техническое
обеспечение относятся красходам, свя-

14 Логинов П.В. Предварительная подготовка гражданских дел к слушанию в
суде.

– М.: Госюриздат, 1960. – С. 44.

15 Газета „Урядовий кур’єр” за 6 травня 2003 р.

занным с рассмотрением дела. В силуч. 1 ст. 81 ГПК к расходам на
информационно-техническое обеспечение рассмотрения дела относятся
расходы, связанные с информированием участников гражданского процесса о
ходе и результатах рассмотрения дела, а также расходы, связанные с
изготовлением и выдачей копий судебных решений.

Размер и порядок уплаты расходов на информационно-техническое
обеспечение рассмотрение дела в зависимости от категории дел
устанавливается Кабинетом Министров Украины.

ГПК не относит дела о защите чести, достоинства и деловой репутации к
категориям дел, по которым не оплачиваются расходы на
информационно-техническое обеспечение (части Зи4ст. 81).

Суд, исходя из имущественного положения стороны, может уменьшить размер
подлежащих уплате судебных расходов, связанных с рассмотрением дела, или
освободить от их уплаты (ч. 3 ст. 82 ГПК). Для решения этого вопроса не
установлена специальная процедура. По существу, уменьшение или
освобождение истца от уплаты судебных расходов по времени совпадает с
возбуждением дела. Вынося определение о возбуждении дела, судья должен
мотивировать как уменьшение, так и освобождение от судебных расходов.
Если же судья отклоняет ходатайство истца об уменьшении или об
освобождении от судебных расходов, исковое заявление должно быть
оставлено без движения и установлено строк для уплаты судебного сбора и
расходов на информационно-техническое обеспечение рассмотрения дела.

Многие судьи забывают положение гражданско-процессуального права о том,
что определение суда об оставлении иска без движения может быть
обжаловано только в одном случае, а именно – при решении вопроса об
определении размеров судебных расходов. Об этом указано в п. 9 ст. 293
ГПК, как и ранее указывалось в ст. 81 ГПК 1963 г.

Несоблюдение порядка предъявления иска по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации, может влечь различные процессуальные
последствия. Если дело неподсудно данному суду, если заявление подано
недееспособным лицом или если заявление от имени заинтересованного лица
подано лицом, не имеющим полномочий на ведение дела, судья возвращает
исковое заявление, о чём постановляет определение, в котором должны быть
указаны способы устранения обстоятельств, препятствующих возбуждению
дела. Возвращение искового заявления истцу по указанным основаниям не
препятствует повторному обращению в суд с заявлением по тому же делу,
если будет устранено допущенное нарушение (ст. ст. 122,123 ГПК).

На определение судьи о возвращении заявления истцу может быть подана
жалоба (п. 3 ст. 293 ГПК).

Несоблюдение требований, предъявляемых к исковому заявлению как
процессуальному акту—документу, как к его форме, так и к содержанию,
судья постановляет определение об оставлении заявления без движения, о
чём извещает истца и предоставляет ему срок для исправления недостатков.

Если истец в соответствии с указаниями судьи и в установленный
сроквыполнит все требования, исковое заявление считается поданным в день
первоначального предъявления его в суд. В противном случае заявление
считается неподанным и возвращается истцу, о чём судья постановляет
мотивированное определение (ст. 121 ГПК). Такое определение также может
быть обжаловано в силу п. 3 ст. 293 ГПК.

После возбуждения дела о защите чести, достоинства и деловой репутации в
результате распространения о лице недостоверной информации возникает
гражданское судопроизводство, в котором у суда и лиц, участвующих в
деле, возникают предусмотренные ГПК процессуальные права и обязанности,
подлежащие осуществлению в ходе процесса.

РАЗДЕЛ II

Стороны по делам

о защите чести,

достоинства

и деловой репутации

2.1.

Правовое положение сторон по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации

Гражданское процессуальное законодательство не содержит общего понятия
сторон. Согласно ст. 30 ГПК сторонами являются истец и ответчик. Стороны
— необходимые субъекты процесса, без них невозможно гражданское дело
искового производства.1

Некоторые учёные понятие сторон в гражданском процессе связывают с
субъектами материальных правоотношений по тем основаниям, что они
участвуют в деле как участники ма-

1 ВикугМА Стороны – основные лица искового производства. — Саратов:
Изд-во Саратовского ун-та, 1968. – 76 с.

териально-правового спора, поступившего на рассмотрение и разрешение
суда.2

Вместе стемлица, выступающие как стороны, не обязательно должны быть
участниками материальных правоотношений, из которых возник спор о праве.
Нередко имеют место случаи, когда суд устанавливает, что истцу не
принадлежит право требования, а лицо, привлечённое как ответчик, не
всегда является обязанным лицом в материальных правоотношениях. Поэтому
понятие сторон не может выводится из субъектного состава материальных
правоотношений, и не может быть сведено к субъектам материальных
правоотношений, хотя в большинстве случаев стороны — субъекты
материально-правовых отношений. Стороны – институт процессуального
права,3 а поэтому при определении сторон нужно соединять
материально-правовые и процессуальные признаки этого понятия. В
противном случае можно прийти к выводу, что при отсутствии материально
заинтересованных лиц в процессе нет и сторон.4

В юридической литературе многие авторы утверждают, что стороны —
предположительные участники спорныхматериаль-ныхправоотношений.5

Такая постановка вопроса, какправильно отметил В.В. Комаров,
противоречит законодательству. Действующее гражданско-процессуальное
законодательство не содержит норм, в которых это обстоятельство было бы
учтено и каким-то образом влияло на правовой статус сторон. Напротив,
ст. 105 ГПК 1963 г. позво-

2 Советский гражданский процесс: Подред. СЮ. Каца, Л.Я. Носко. – К.:
«Вища школа», 1982. – С. 47.

3 Шакарян М.С. Субъекты советского гражданского процессуального права. –
М.: ВЮЗИ, 1970.-С. 120.

4 Шакарян М.С. Субъекты советского гражданского процессуального права.
-М.:ВЮЗИ, 1970.-С.120.

5 Викуг М А. Стороны – основные лица искового производства. – Саратов:
Изд-во Саратовск. ун-та, 1968. – С.4; Советский гражданский процесс:
Подред. АЛ. Добровольского. – М.: Изд-во Московского ун-та, 1979. – С.
40; Советский гражданский процесс: Подред. М.К. Треушникова. – М.:
Изд-во Московского ун-та, 1989. – С. 59; Штефан М.Й. Цивільний процес. –
К.: Ін Юре, 1997. – С. 82.

ляла сделать противоположный вывод, поскольку, согласно этой статье,
суд, установив во время рассмотрения дела, что иск предъявлен не тем
лицом, которому принадлежит право требования, или не ктомулицу, которое
должно отвечать по иску, мог с согласия истца, не прекращая дела,
допустить замену первоначального истца или ответчика надлежащим истцом
или ответчиком. Если истец не согласен на замену, суд не может лишить
ненадлежащих истца или ответчика возможности принимать участие в
гражданском процессе.6

Учитывая положение принципа диспозитивности и то обстоятельство, что
надлежащий истец не может быть привлечен в процесс без его согласия и
то, что ненадлежащий истец при несогласии на замену не может быть
устранен из процесса, а продолжает участвовать в деле, естественно с
вынесением решения об отказе ему в иске, новый ГПК даже не регулирует
вопросы замены ненадлежащего истца, а только замену ненадлежащего
ответчика (ст. 33 ГПК).

Таким образом, понятие стороны в гражданском процессе нельзя сводить
только к участникам материальных правоотношений. Правосубъектность
стороны могут иметь лица, не являющиеся участниками спорного
материального правоотношения, алишь предполагающие об их существовании.

Исходя из этого, по нашему мнению, истцами и ответчиками в гражданском
процессе могут быть как действительные субъекты материального
правоотношения, так и предполагаемые и в случаях не только
существовавшего в действительности, но и предполагаемого нарушения или
оспаривания их прав или охраняемых законом интересов. Д.Р. Джалилов
правильно пишет, что в момент возбуждения дела суд исходит из
предварительного суждения о нарушении материального права и
принадлежности его истцу и о причастности к этому нарушению лица,
привлекаемого в качестве ответчика. Предположе-

6 Гражданский процесс: Под ред. В.В. Комарова. – Харьков: Одиссей, 2001.
-С. 81-82.

ние суда основывается на сообщаемых в исковом заявлении данных, которые,
не будучи проверены в судебном заседании, не могут полностью исключить
возможности несоответствия этого предположения действительности.7

Таким образом, одним из существенных признаков сторон является то, что
они — участники спора о праве. Однако для выяснения сущности правового
положения сторон в гражданском процессе этого мало. Поскольку
предполагаемое гражданско-правовое отношение является спорным и,
следовательно, неопределённым, так как требуется решение суда, которое
могло бы внести ясность и определённость в отношения между истцом и
ответчиком, обе стороны должны иметь юридическую заинтересованность в
исходе дела. Эта юридическая заинтересованность имеет и
материально-правовой, и гражданско-процессуальный характер.

Материально-правовой интерес сторон выражается в получении или
сохранении того правового блага, по поводу которого суд вынес решение об
удовлетворении иска (для истца) или об отказе в нём (для ответчика).
Процессуальный интерес состоит в получении от суда решения, которым спор
между сторонами будет разрешён.8

Когда речь идёт о юридической заинтересованности сторон, трудно
разграничить материально-правовой и процессуальный интерес, т. к., по
существу, для сторон он является единым, органично соединяющим эти два
понятия, что отличает стороны от иных лиц, участвующих в деле. Так, не
вызывает сомнения, что Уполномоченный Верховной рады Украины по правам
человека, прокурор, органы, которые вправе в случаях, предусмотренных
законом, обращающиеся в суд за защи-

7 Джалилов Д.Р. Лица, участвующие в гражданских делах искового
производства. -Душанбе: Изд-во Душанбинского ун-та, 1965. – С. 13.

8 ЧечотД.М. Участники гражданского процесса. — М.: 1осюриздат, 1960. —
С. 29; МельниковАА. Правовое положение личности в гражданском процессе.
— М.: Наука, 1969. — С. 124; Гукасян P.E. Проблема интереса в советском
гражданском процессуальном праве. – Саратов: Приволжское книжное изд-во,
1970. – С. 42-44.

4 5-103

той прав, свобод и интересов других лиц, или государственных либо
общественных интересов (ст. 3 ГПК) материально-правового интереса в деле
не имеют, но процессуальная заинтересованность у них имеется, ибо они
добиваются постановления решения определённого содержания.

Несмотря на сущностное единство юридической заинтересованности сторон,
следует отметить, что истец и ответчик имеют противоположные,
взаимоисключающие друг друга материально-правовой и процессуальный
интересы, которые характеризуют исковое производство. Как правильно
отметил СВ. Курылев, юридический интерес сторон — это не только их
определённое правовое положение, в силу которого они имеют право на
обращение в суд за судебной защитой, но и определённая субъективная
направленность лица, стороны по делу, мотив, заставляющий его возбуждать
деятельность по осуществлению правосудия и добиваться вынесения решения
в свою пользу.9

К признакам сторон следует отнести и обязательность для них вступившего
в законную силу решения суда. По вступлении решения в законную силу
стороны не могут заявить в суде те же исковые требования по тем же
основаниям, а также оспаривать в другом суде уже установленные судом
факты. В случаях, когда дело рассмотрено по заявлению лиц, указанных в
статьях 3 и 11 ГПК, решение суда, вступившее в силу, обязательно для
лица, в интересах которого было начато дело.

Следует также отметить, что стороны несут по делу судебные расходы. Это
также существенный признак сторон, который характеризует их
процессуальное положение.

Таким образом, к характерным признакам сторон относятся: 1) стороны
находятся в состоянии спора о материальных правах и охраняемых законом
интересах; 2) они имеют материально-правовую и процессуальную
заинтересованность в

‘ Курылев СВ. Объяснения сторон как доказательство в советском
гражданском процессе. – М.: кююриздат, 1956. – С. 11, 12.

разрешении спора; 3) вступают в процесс для защиты своих субъективных
прав и охраняемых законом интересов; 4) прямое распространение на них
силы судебного решения; 5) несение судебных расходов по делу.

Гражданское процессуальное законодательство предоставило сторонам
широкие процессуальные права, позволяющие защищать в суде свои права и
охраняемые законом интересы.

Согласно ст. 27 ГПК стороны каклица, участвующие вделе, имеют право
знакомиться с материалами дела, делать из них выписки, снимать копии
приобщенных е делу документов, получать копии решений, определений,
участвовать в судебных заседаниях, представлять доказательства,
участвовать в исследовании доказательств, задавать вопросы другим лицам,
участвующим в деле, а также свидетелям, экспертам, специалистам,
заявлять ходатайства и отводы, давать устные и письменные объяснения
суду, представлять свои доводы, соображения по вопросам, возникающим во
время судебного рассмотрения, и возражения против ходатайств, доводов и
соображений других лиц, пользоваться правовой помощью, ознакомиться с
журналом судебного заседания, снимать с него копии и подавать письменные
замечания по поводу его неправильности или неполноты, прослушивать
запись фиксации судебного заседания техническими средствами, делать с
нее копии, подавать письменные замечания по поводу ее неправильности или
неполноты, обжаловать решения и определения суда, пользоваться другими
процессуальными правами, предоставленными законом.

Ст. 31 ГПК предусматривает процессуальные права, которыми наделены
только стороны, это ихдиспозитивные права. В соответствии с этой статьёй
истец имеет право в течение всего времени рассмотрения дела изменить
основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых
требований, отказаться от иска, а ответчик имеет право признать иск
полностью или частично, предъявить встречный иск. Стороны могут
заключить мировое соглашение на любой стадии гражданского процесса.

Наряду с общими правами, стороны наделены рядом процессуальных прав,
используемых ими в той или иной стадии процесса: права, связанные с
непосредственным участием сторон в деле; права, связанные с
самостоятельным определением объёма и определением способов защиты своих
прав и интересов; права сторон требовать пересмотра судебного решения в
апелляционном порядке; права сторон требовать проверки законности и
обоснованности судебного решения в кассационном порядке; права,
связанные с принудительным исполнением судебного решения.

Стороны, как лица участвующие в деле, обязаны добросовестно осуществлять
свои процессуальные права и исполнять процессуальные обязанности (ч. 3
ст. 27 ГПК).

Изложенные признаки сторон, их права и обязанности носят общий характер
и распространяются на стороны по делам о защите чести, достоинства и
деловой репутации. Вместе с тем при определении сторон по этой категории
дел имеются и некоторые особенности, изучение которых имеет важное
теоретическое и практическое значение. Оно позволяет в значительной мере
избежать ошибок при применении норм материального и процессуального
права и тем самым способствует повышению качества судопроизводства по
этой категории дел.

Выявление процессуальных особенностей рассмотрения и разрешения
гражданскихдел происходит отысканием, уяснением смысла и содержания
нормы материального права, регулирующей спорное правоотношение. Данная
норма является, так сказать, моделью правоотношения, из которой возник
спор.10

Исходя из материального правоотношения, определяется, прежде всего,
субъектный состав гражданского процесса. В частности, от нормы
материального права, подлежащей при-

10 Особенности рассмотрения отдельных категорий гражданских дел. Под
ред. М.К. Треушникова. – М.: Изд-во МГУ, 1987. – С. 6-7.

менению, зависит решение вопроса о надлежащих сторонах, о месте, которое
должно в процессе занять то либо иное лично заинтересованное лицо.11
Например, с субъектным составом спорного правоотношения связана
легитимация по делу. Это значит, что надлежащим истцом признаётся
предполагаемый субъект права требования, а надлежащим ответчиком —
предполагаемый субъект ответственности.12

Длительное время судебная практика пользовалась общей правовой нормой,
определявшей правоотношение по защите чести, достоинства и деловой
репутации – ст. 7 ГК 1963 г. Согласно этой статье гражданин или
организация вправе были требовать по суду опровержения сведений, не
соответствующих действительности или неправдиво изложенных, которые
порочили их честь, достоинство или деловую репутацию либо причиняли вред
их интересам. Из содержания этой статьи следовало, что основанием
возникновения правоотношения по защите чести, достоинства или деловой
репутации являлись совокупность таких условий: 1) распространение
информации; 2) информация должна не соответствовать действительности или
быть неправдиво изложенной; 3) информация должна порочить честь,
достоинство или деловую репутацию.13

Новый ГКв некоторой степени более детально, но, с другой стороны,
сложнее для восприятия и применения судебной практикой подошел к
правоотношениям относительно защиты достоинства, чести и деловой
репутации, урегулировав их в отдельной книге второй «Личные
неимущественные права

11 ГромошинаНА. Процессуальные особенности рассмотрения и разрешения дел

о возмещении вреда, причинённого источником повышенной опасности:
Автореф.

дисс… канд. юрид. наук. — М., 1980. — С. 8.

12 Шакарян М.С. Учение о сторонах в советском гражданском процессе. –
М.,

1983. – С. 36.

13 Следует напомнить данные правоотношения по ГК 1963 г., который
утратил за-

конную силу, поскольку судьи им длительное время пользовались, и сразу
же пере-

ориентироваться на некоторое иное регулирование данных правоотношений в
новом

ГКдовольно сложно. Тем более, что комментарии некоторых научных точек
зрения

ученыхдается именно с позиции ГК 1963 г.

физического лица». При этом, в ГК сначала определены общие положения о
личных неимущественных правах физического лица (глава 20) и отдельно
зафиксировано регулирование личных неимущественных прав, обеспечивающих
естественное существование физического лица (глава 21), и его социальное
бытие, куда входит право на уважение достоинства и чести, право на
неприкосновенностьделовой репутации и право на их защиту (глава 22).

Целью данной монографии не является анализ того, насколько разумно,
целесообразно и полно законодатель урегулировал эти отношения, поскольку
в работе исследуется только вопросы судопроизводства относительно защиты
таких неимущественных прав, как честь, достоинство и деловая репутация,
в случае распространения недостоверной информации.

Согласно ст. 277 ГК физическое лицо, личные неимущественные права
которого нарушены в результате распространения о нем и (или) членах его
семьи недостоверной информации, имеет право на ответ, а также на
опровержение этой информации.

Таким образом, основаниями возникновения правоотношения по защите чести,
достоинства или деловой репутации в результате распространения
недостоверной информации по новому ГК являются практически совокупность
таких же условий, как и по ст. 7 ГК 1963 г. Это: 1) распространение
информации; 2) информациядолжна быть недостоверной илиже неправдиво
изложенной; 3) информация должна нарушать личные неимущественные права,
то есть порочить честь, достоинство или деловую репутацию, или же иным
образом причинять вред указанным правам и т.п.

Так, К.Б. Ярошенко считает, что правоотношения по защите чести,
достоинства или деловой репутации могут возникать также и в случаях,
когда лицо имело реальную возможность осуществить или осуществлять
действия, направленные на восстановление чести, достоинства или деловой
репутации.14 Представляется, что данные суждения противоречат закону и
могут способствовать неправильному определению и безосновательному
возложению ответственности на субъектов обязательства.

P.O. Стефанчукв этой связи обоснованно полагает, что следует ввести и
нормативно закрепить «персонификацию лица» как четвёртое условие защиты
чести, достоинства или деловой репутации, сущность которого заключается
в том, чтобы с распространённой информации, унижающей честь, достоинство
илиде-ловую репутацию и не соответствующей действительности или
изложенной неправдиво, можно было бы точно установить, что она касается
конкретного лица или, по крайней мере, это лицо включаетсявкруглиц,
которыхданнаяинформациякасается. Эти предложения включены в комментарий
к ГК.15

Изучение судебной практики свидетельствует, что суды иногда не
разграничивают отношений, регулируемых нормами ГК о защите чести,
достоинства или деловой репутации и Законом Украины «Об информации»
относительно защиты от вмешательства в личную и семейную жизнь.

Характерным примером является дело по иску Б. к газете «Гллічівець» о
защите чести, достоинства и деловой репутации и взыскании морального
(неимущественного) вреда, рассмотренное Ильичёвским городским судом
Одесской области. Обратившись в суд с иском, истец указал, что 2 ноября
1996 г. газета «Гллічівець», которая является структурным подразделением
Ильичёвского морского порта, под рубрикой «Кто есть кто» напечатала
информацию отдела кадров порта относитель-

14 Ярошенко К.Б. Совершенствование гражданско-правовьж форм защиты лич-

ных неимущественных прав граждан по советскому законодательству:
Автореф. дисс…

д-раюрид. наук. – М., 1990. – С. 29.

15 Стефанчук P.O. Захист честі, гідності та ділової репутації в
цивільному праві. –

К.: Науковий світ, 2001. – С 95; Цивільний кодекс України:
Науково-практичний ко-

ментар/За заг. ред. Я.М. Шевченко. – K.: Концерн „ВидавничийДім „Ін
Юре”, 2004.

– С. 375; Цивільний кодекс України: Коментар. – X.: TOB „Одіссей”, 2003.
– С 180

но личной жизни истца. В статье были указаны адрес, дата и
месторождения, национальность, которые согласно ст. 23 Закона Украины
«Об информации» являются основными данными о лице и охраняются законом.
Публикация основных данных о лице без его на то согласия запрещена. В
этой статье также было указано на изменение фамилии истца. Кроме того,
ему были приписаны действия, которых он не совершал.

Ссылаясь на то, что информацию о личной жизни напечатали без согласия
истца, кроме того, ему приписали действия, имеющие оконченный состав
преступления, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию, истец
просил суд удовлетворить его иск, а также взыскать моральный ущерб в
сумме 15 тыс. грн. Представители порта и редакции газеты «Іллічівець» в
судебном заседании иск признали частично и пояснили, что личные данные
распространены без согласия истца, моральный вред составляет примерно
200 грн. и согласились извиниться перед истцом.

Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что факты
изменения истцом фамилии, а также совершение преступления соответствуют
действительности, распространенная информация является правдивой и она
не нарушает его прав и законных интересов. По мнению суда, такой вывод
соответствует ст. 32 Конституции Украины, гарантирующей судебную защиту
права опровергать недостоверную информацию и право на взыскание
морального (неимущественного) вреда, причинённого этой информацией. Суд
признал безосновательными аргументы истца о публикации данных о нём без
его согласия, поскольку они правдивые и не причиняют морального вреда.16

Такие выводы следует признать ошибочными. Суду следовало выяснить
правовое основание исковых требований, обратить внимание на то, что
отношения сторон относительно защиты

16 Судова практика у справах за позовами до ЗМІ: Матеріали
науково-практичної конференції 13-14 травня 1999 р. – К., 1999. – Т. 1.
– С. 70,71.

чести, достоинства и деловой репутации при распространении сведений, не
соответствующихдействительности или изложенные неправдиво, регулируются
ст. 7 ГК 1963 г. Отношения же сторон в случае распространениядостоверной
информации без согласия истца регулируются ст.ст. 23, 47, 49 Закона
Украины «Об информации». Выяснив это, суд должен был разграничить
требования о защите чести, достоинства и деловой репутации от требований
о нарушении прав истца в сфере информационной деятельности, правильно
определить участников спорных правоотношений и разрешить спор.

Согласно ст. 30 ГПК сторонами по гражданским делам могут быть граждане и
юридические лица, а также государство.

Истцами по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации
являются субъекты права на предъявление иска (физические и юридические
лица), в отношение которых в момент возбуждения дела имеется
предположение, что они являются носителями субъективного права на честь,
достоинство и деловую репутацию и которым причинён вред. Истец всегда
преследует личный правовой интерес, который является поводом для
возбуждения этой категории дел и основанием занятия процессуального
положения истца.

Понятие юридической заинтересованности в деле так тесно связано с правом
на обращение в суд за судебной защитой, что соотношение между ними
учеными-процессуалистами выражалось формулой: «без интереса нет иска»,
или «интерес — это мерка иска».17

В юридической литературе некоторыми авторами юридический интерес истца
истолковывается только с субъективной стороны. Так, К.И. Комиссаров
полагает, что в гражданском процессуальном законодательстве о
процессуальной заинтересованности истца говорится в смысле наличия у
него цели добиться посредством обращения в суд определённого
материально-пра-

17 Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 1914. — С.
304-305.

вового удовлетворения. Вместе с тем интерес истца к процессу имеет и
объективную сторону, которая состоит в удовлетворении потребности истца
в гражданском судопроизводстве и эта потребность может удовлетворяться в
порядке, установленном законом. Как правильно отметил А.Н. Кожухарь,
отрыв интереса от его объективной основы, его субъективизапия искажает
действительную сущность, цель, направленность интереса.19

В этой связи следует согласиться с мнением P.E. Гукасяна, полагающего,
что юридическая заинтересованность в деле объективно выражается в том,
что решение по делу должно оказать влияние на субъективные права или
охраняемые законом интересы обращающегося в суд лица, что она
аккумулирует в себе два момента: выступление лица в защиту своего права
или охраняемого законом интереса и наличие правового характера спора,
находящегося на рассмотрении суда.20

Таким образом, юридическая заинтересованность истца к обращению за
судебной защитой состоит в необходимости устранения спорности права.
Право на судебную защиту призвано удовлетворить потребность истца в
защите права, а отсюда – интерес в защите права.

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990
г. №7 «О применении судами законодательства, регулирующего защиту чести,
достоинства и деловой репутации граждан и организаций» указано, что иск
об опровержении сведений, порочащих честь и достоинство может быть
предъявлен лицом, о котором распространены такие сведения, а также
близкими родственниками этого лица, когда

18 Комиссаров К.И. Право на иски прекращение производства по делу//Сбор-

ник учёных трудов Свердловского юридического института. Вып. 9. —
Свердловск,

1969. – С. 165.

19 Кожухарь А.Н. Юридическая заинтересованность истца к процессу как
предпо-

сылка праванапредъявление иска// Проблемы совершенствования гражданского
и

уголовно-правового законодательства в свете решений XXVсъезда КПСС и
новой

Конституции СССР. – Вильнюс: Вильнюск. гос. ун-т, 1979. – С. 172.

20ГукасянР.Е.Проблемаинтересавсоветскомгражданскомпроцессуальномпра-ве.
– Саратов, 1970. – С. 50.

сведения непосредственно или опосредствованно их порочат.

Так, одна телерадиокомпания в своём объективном и доброжелательном
репортаже из дома-интерната для умственно отсталых детей затронула
проблему разлуки детей с родителями. В этой связи вспомнила о
трагическом случае, происшедшим незадолго до съёмки в этом интернате.

Один из воспитанников в январе месяце, не дождавшись своих родителей
возле ворот интерната, вышел им навстречу. Ребёнок был болен психически
и заблудился. Администрация учреждения вместе с родителями и милицией
отыскали ребёнкалишь на третий день, но мальчик уже был мёртв, поскольку
замёрз. В передаче быта названа фамилия мальчика и его мать обратилась в
суд с иском к ТРК о компенсации морального вреда в сумме 100000 грн. за
причинённый ей моральный вред от распространения информации, в которой
она характеризовалась как плохая мать, избавившаяся от своего больного
ребёнка.22

Не является обязательным, чтобы истец конкретно быт назван в той или
иной распространённой информации. Надлежащим истцом по этой категории
дел закон признаёт любого, о ком распространен определённый объём
информации, и по которому можно идентифицировать это лицо (детали личной
жизни, особые приметы или обстоятельства, должность, населённый пункт и
т.д.). При чём возможность идентификации лица возможна не только истцом,
но и другими лицами.

Аналогичное право бьпь истцом по делу может иметь заинтересованное лицо
относительно члена его семьи или иного родственника, который умер.

В связи с этим следует указать, что в соответствии с ч. 2 ст. 277 ГК
право на ответ, а также на опровержение недостоверной информации об
умершемлице принадлежитчленам его семьи, близ-

21 Постанови Пленуму Верховного СудуУкраїнивкримїнальнихсправах(1973-

1998)//БюлетеньзаконодавстваіюридичноїпрактикиУкраїни.-1998.- №11.-

С.36.

22 Місьо М., Петрова Н., Ситцевой В. Правничі засади діяльності
журналістів в

Україні. – К.: ІІШХ Про Медіа Україна, 2000. – С 26.

ким родственникам и другим заинтересованным лицам.

Ответчиком по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации
являются субъекты, которые обязаны отвечать за распространение
недостоверной информации, то есть такой, которая не соответствует
действительности или неправдиво изложена, которая нарушает личные
неимущественные права, то есть является негативной или же, что то же
самое, порочит честь, достоинство или деловую репутацию либо причиняют
вред физическим или юридическим лицам.

В практике имеют место случаи, когда распространяют негативную
(порочащую) информацию несовершеннолетние, не достигшие четырнадцати
лет. При этом исковые требования о защите чести, достоинства или деловой
репутации предъявляются к их родителям, усыновителям или опекунам. Если
же распространителем негативной (порочащей) информации являются
несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, то,
на наш взгляд, они и должны быть ответчиками по делу. Привлечение к
участию в таких делах родителей, усыновителей или попечителей
несовершеннолетних для оказания им помощи зависит от суда.

В юридической литературе спорным является вопрос о том, кто будет
ответчиком в случаях распространения информации, являющейся основанием
для защиты чести, достоинства или деловой репутации, недееспособными
лицами. Некоторые авторы считают, что в таких случаях у истца
отсутствует право требования.23 Другие авторы считают, что в тех
случаях, когда порочащие сведения распространяются недееспособными
лицами, ответчиками должны быть их родители или опекуны.24

23 Л ипецкер М. Гражданская ответственность зараспространение
несоответству-

ющихдействительности сведений, порочащих честь и достоинство граждан и
органи –

заций//Материалынаучно-практическойконференции:Защитаправличностипо

гражданскимделам. – М., 1966. – С. 6.

24 Белявский A.B.,ПридворовНА.ОхраначестиидостоинстваличностивСССР.

-М.:Юрид.лит.,1971.-С.Ю5; СтефанчукР. О.
Захистчестіігідностітаділовоїрепу-

таціїв цивільному праві. – К.: Науковий світ, 2001. – С. 111.

Следует согласиться с последней точкой зрения. Поскольку такое суждение
соответствует как гражданскому, так и гражданскому процессуальному
законодательству и направлено на восстановление нарушенного права.

В юридической литературе поднимается вопрос об ответчике, когда
негативная информация, то есть такая, которая порочит честь, достоинство
или деловую репутацию распространяется самим лицом25 или сказана «по
секрету».26

В таких случаях, по мнению некоторых авторов, лицо, распространяющее
измышления о себе, может предъявить иск о защите чести, достоинства или
деловой репутации только в том случае, если имеет место распространение
этих же сведений другим лицом, которое и будет ответчиком.27
Представляется, что во всех случаях, если лицо само распространяет
сведения, которые порочат его честь, достоинство или деловую репутацию,
оно не вправе возбуждать такого рода дела, поскольку одно и то же лицо
не может занимать одновременно процессуальное положение истца и
ответчика.

Ответчиками по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации
могут быть и юридические лица. В литературе ставится вопрос об
определении ответчика по этой категории дел, если распространение
недостоверной и негативной информации осуществляется должностным лицом.
Некоторые авторы этот вопрос решают двояко: при устном распространении
этой информации должностным лицом ответственность возлагается на это
должностное лицо, а в случае её распространения в письменной форме —
наюридичес-

25 Пронина М.Г., РомановичА.Н. Защита чести идостоинства граждан. –
Минск,

1976. – С. 42,43; Белявский А. В., Придворов НА Охрана чести
идостоинства личности

в СССР. – М.: Юрид. лит., 1971. – С. 115.

26 Л ипецкер М. Гражданская ответственность зараспространение
несоотвегству-

ющихдействительности сведений, порочащихчестьидостоинство граждан и
органи-

заций//Материалынаучно-практическойконференции:Защитаправличностипо

гражданским де лам. — М., 1966. — С. 5.

11 СтефанчукР.О. Захист честі і гідності таділовоїрепутацїїв цивільному
праві. -K.: Науковий світ, 2001. – С 116.

кое лицо, которое это должностное лицо представляет.

С таким суждением трудно согласиться, поскольку при определении
ответчика по этой категории дел учитывается не форма распространения
такой информации, ато, отчьего имени должностное лицо выступает.
Независимо от формы распространения должностным лицом недостоверной и
негативной информации юридическое лицо будет отвечать, если это лицо
выступает от имени юридического лица. Если же должностное лицо выступает
от своего имени или от имени юридического лица, но когда должностное
лицо превысило свои полномочия, ответчиком будет это должностное лицо.29

С учетом вышеизложенного и следует применять положение ч. 4 ст. 277 ГК,
в которой определено следующее: распространителем информации, которую
представляет должностное или служебное лицо при исполнении своих
должностных (служебных) обязанностей, считается юридическое лицо, в
которой оно работает.

Показательным является следующий пример судебной практики. Так,
определением Верховного Суда Украины от 22.08.2002 г. по делу № 6-6023
кс02 отменено с направлением дела на новое рассмотрение решение
Богодуховского районного суда Харьковской области от 13.11.2001 г. по
иску Ц. к М. о защите чести, достоинства и возмещение морального вреда.
По делу было установлено, что директор МП «Викорт» М. направил в адрес
областного автотранспортного предприятия и районной ГНИ письма, в
которых изложил информацию о том, что Ц., по его мнению, нарушает
порядок перевозки пассажиров и налоговое законодательство при совершении
предпринимательской деятельности. Отменяя

28 Липецкер М. Гражданская ответственность за распространение
несоответству-ющихдействительностисведений,порочащихчестьидостоинствогра
жданиорга-низаций. – С. 5;ЛеснякВ. В. Защита чести, достоинства и
деловой репутации в гражданском законодательстве России//Юрист. — 1999.
– № 1. — С. 54.

29СтефанчукР.О. Захистчесті, гідності таділовоїрепутацїїв цивільно му
праві. -K.: Науковий світ, 2001. – СЛІЗ.

решение районного суда, суд кассационной инстанции указал, что М.
направил письма относительно предпринимателя Ц. как должностное лицо,
представитель юридического лица МП «Викорт», директором которого он
является, тогда как истец предъявил иск к М., как к физическому лицу. То
есть, суд первой инстанции не установил всех обстоятельств дела, не
определил правовой статус сторон, не привлек к участию в деле
юридическое лицо.30

Практическое значение имеет вопрос о возможности участия в процессе в
качестве ответчика организаций, которые не являются юридическими лицами.

Некоторые авторы категорически утверждают, что обращение в суд с иском к
организации, не являющейся юридическим лицом, он будет недействителен.31

Другие же учёные вопрос о влиянии процессуальной правоспособности
организаций на способность быть ответчиком по делу, хотя и связывают с
признаками юридического лица, однако практические выводы делаются в
зависимости оттого, когда будет установлено отсутствие у организации
этих признаков. По мнению МА. Викуг, если в момент возбуждения дела
судья видит, что привлекается к ответу организация, не являющаяся
юридическим лицом, он отказывает в принятии заявления. Если же
отсутствие у ответчика-организации процессуальной правоспособности
установлено в стадии судебного разбирательства, необходимо применять
правило замены ненадлежащей стороны. Это утверждение автор подкрепляет и
тем, что нецелесообразно прекращать производство по делу только потому,
что ответчиком привлечена организация, которая не является юридическим
лицом. Иначе истцу придётся снова предъявлять иск, что затруднит
получение судебной защиты. И только при невозможности произвести замену
процессуально неправоспособного ответчикадругим, обладающим

30 Архив Богодуховского районного суда Харьковской области за 2001 г.

31 Гурвич МА. Право наиск. – М.: АН СССР, 1949. – С. 57.

этой правоспособностью, суд должен прекратить, по мнению МА Викут,
производство по делу.32

С таким выводом трудно согласиться хотя бы потому, что в законе дан
исчерпывающий перечень оснований прекращения производства по делу и в
нём не упоминается отсутствие процессуальной правоспособности у
ответчика (ст. 205 ГПК). Более того, трудно представить такую ситуацию,
когда принятие искового заявления было правомерным, а в судебном
заседании при тех же обстоятельствах необходимо прекращать производство
по делу.

По вопросу участия в гражданском процессе организаций, не являющихся
юридическими лицами, на наш взгляд, следует исходить из того, что
возможность быть ответчиком по делу — это один из признаков юридического
лица, а не характеристика его правоспособности, которая обуславливается
нормами материального права. Предпосылками для участия в материальном
правоотношении являются все признаки юридического лица, которые и
определяют его гражданскую правоспособность. Для участия же организации
в качестве ответчика достаточно её организационного единства и
возможности выступать в процессе от своего имени.33

Однако следует отметить, что решение вопроса о возможности участия в
деле в качестве ответчика организации, не являющейся юридическим лицом,
зависит от характера ответственности и от того, кто может бьпь субъектом
этой ответственности. Так, например, по делам о защите чести,
достоинства или деловой репутации к ответчику предъявляется иск без
имущественного содержания и требования истца предполагают совершение

32 Викут МА. Стороны — основные лицаискового производства. – Саратов:
Сара-

товскийун-т, 1968. – С. 17-18.

33 Примеромтого, что вгражданскомпроцессевсуде действительно участвуютот

своего имени организации или учреждения, не являющиеся юридическим
лицом, яв-

ляется деятельность в суде участковых избирательных комиссий по Закону
Украины

«О выборах Президента Украины» (ч. 5 ст. 22) или же по Закону Украины «О
выборах

народныхдепутатов Украины» (ч. 4ст. 19) иряддругих случаев.

ответчиком отдельных действий, не связанных с передачей денег или
имущества, а поэтому ответчиками могут быть организации без признаков
юридического лица. Стало быть, признаквозмож-ной имущественной
ответственности ответчикадолжен быть критерием участия в деле
организации.

Н.И. Авдеенко отмечала, что организация, обладающая признаками
юридического лица, должна быть ответчиком по делу только по искам,
направленным на защиту имущественных или связанных с ними личных
неимущественных субъективных прав.34

Таким образом, возможность участия в деле ответчика — организации
определяется характером (содержанием) его ответственности.
Следовательно, надлежащим ответчиком по делам о защите чести,
достоинства или деловой репутации нужно считать организацию (в том числе
и печатный орган) независимо от наличия у неё признаков юридического
лица.

В тех случаях, когда ответчик — юридическое лицо прекратило своё
существование путём слияния, присоединения, разделения или
преобразования, права и обязанности переходят к юридическому лицу,
являющемуся правопреемником реорганизованного юридического лица (статьи
104-109 ГК), в том числе и по защите чести, достоинства и деловой
репутации.

При этом следует учитывать, что если ответ и опровержение недостоверной
информации в том же средстве массовой информации невозможны в связи с
его прекращением, такой ответ и опровержение должны быть обнародованы в
другом средстве массовой информации, за счет лица, распространившего
недостоверную информацию (абз. 2 ч. 6 ст. 277 ГК).

Некоторые особенности определения надлежащего ответчика имеются и тогда,
когда ответчиком является средство массовой информации, которое
ликвидировано, а физическое лицо (журналист, комментатор, корреспондент
и т.п.),

34 Авдеенко Н.И. Механизм и пределы, регулирующие воздействия
гражданско-процессуального права. — Л: ЛГУ, 1968. — С. 62,63.

распространившее недостоверную информацию, участвует в судебном
процессе. Согласно ч. бет. 277 ГК, физическое лицо, личные
неимущественные права которого нарушены в печатных или других средствах
массовой информации, имеет право на ответ, а также на опровержение
недостоверной информации в том же средстве массовой информации в
порядке, установленном законом.

В изложенном случае правомерно было бы требовать опровержения такой
информации в другом издании, похожем затематикойстем, которое
ликвидировано, за аналогией закона и в силу абз. 2 ч. 6 ст. 277 ГК.
Иногда в таких случаях ответчиками могут быть учредители
ликвидированного средства массовой информации, если их ответственность
по делам указанной категории предусмотрена их Уставом или
законодательством. Такая ответственность учредителя является исключением
из общего правила, согласно которому учредители и юридическое лицо не
несут ответственности по взаимным обязательствам (ст. 96 ГК). Суды в
нарушение этой статьи иногда привлекают к ответственности учредителей
юридического лица.

Так, например, Центрально-городскойрайонныйсудг. Горловки Донецкой
области удовлетворил иск ЗАО «Рекламно-информационное агентство
«Комсомольская правда» к автору публикации Ц., редакции газеты
«Спадщина» и её учредителей АООТ «Хвиля» и фирмы «СхщнаУкраша» — о
защите чести, достоинства и возмещении морального вреда. Судебная
коллегия областного суда обосновано отменила это решение и в определении
указала, что согласно устава редакции газеты она не несёт
ответственности по обязательствам издателей, а учредители — по
обязательствам редакции.35

При действии ГК 1963 г. некоторые авторы полагали, что

“Домбровський І.П. Розгляд судами справ за позовами до засобів масової
інформації про захист честі, гідності й ділової репутації та компенсацію
моральної шкоди // Вісник Верховного Суду України. – 1998. – № 2. – С
46.

защита чести, достоинства или деловой репутации в случае ликвидации
средствамассовойинформации, распространившего неправдивую информацию,
могла осуществляться путём признания информации не соответствующей
действительности либо неправдиво изложенной в порядке особого
производства путём установления фактов, имеющих юридическое значение.
Такое мнение тогда являлось необоснованным и судебная практика таких дел
не знала.

С заявлением об установлении юридического факта действительно вправе
обратиться любое заинтересованное лицо. Однако, как разъяснил Пленум
Верховного Суда Украины в п. 1 постановления «О судебной практике по
делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» от 31 марта
1995 г №5, суды могут принимать заявления об установлении фактов,
имеющих юридическое значение, и рассматривать их в порядке особого
производства при соблюдении определённых условий: а) согласно закону
такие факты порождают юридические последствия (возникновение, изменение
или прекращение личных либо имущественных прав граждан); б) действующим
законодательством не предусмотрен иной (внесудебный) порядок их
установления; в) заявитель не имеет другой возможности получить или
восстановить надлежащие документы, удостоверяющие факт, имеющий
юридическое значение; г) установление факта не связывается с последующим
разрешением спора о праве.36

В порядке особого производства, стало быть, устанавливаются юридические
факты и состояния, с которыми заявитель связывает реализацию в будущем
субъективных прав. То есть, деятельность суда в этом производстве
приобретает ус-тановительный характер. И. Удальцова обоснованно
указывала, что стремление законодателя отнести дела особого производства
к юрисдикции гражданских судов не соответствует

36 Постанови Пленуму Верховного Суду України в цивільних справах //
Бюлетень законодавства і юридичної практики України. – 1999. – № 5. — С.
172,173.

предметной характеристике судебной власти, ибо предметом судебного
рассмотрения в гражданском процессе по существу могут быть только
гражданские дела по спорам в связи с защитой субъективных прав, а не
установление юридических фактов или состояний.37

Когда же лицо обращалось в суд в порядке ст. 7 ГК 1963 г., то в таком
случае речь шла о нарушенном субъективном праве начесть, достоинство или
деловую репутацию, о восстановлении которого лицо просит суд постановить
решение. Иначе говоря, требование о защите чести, достоинства или
деловой репутации имело исковой характер и могло быть рассмотрено только
в исковом порядке.

С принятием нового ГКданная ситуация относительно наличия спора о праве
при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации не
изменилась, однако законодатель представил право устанавливать факт
распространения недостоверной информации при неизвестности лица,
распространившего эту информацию.

Так, в силу ч. 4 ст. 277 ГК опровержение недостоверной информации
осуществляется лицом, распространившим информацию.

Еслилицо, распространившее недостоверную информацию, неизвестно,
физическое лицо, право которого нарушено, может обратиться в суд с
заявлением об установлении факта неправдивости этой информации и ее
опровержении.

Это должно привести, во-первых, к изменению вышеуказанного постановления
Пленума Верховного Суда Украины и, во-вторых, внесению изменений в ГПК,
поскольку такие дела в ст. 234 «Особое производство» не определены.
Вместе с тем эта статья указывает, что особое производство — это вид
неискового гражданского судопроизводства, в порядке кото-

37 щальцова И .В. Проблема судебного признания гражданина ограниченно
дееспособным или недееспособным: Учебное пособие. – Харьков:
Национальная юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого. —
1999. — С. 3-15.

рого рассматриваются гражданские дела о подтверждении наличия или
отсутствия юридических фактов, имеющих значение для охраны прав и
интересов лица или создании условий осуществления им личных
неимущественных или имущественных прав, либо о подтверждении наличия или
отсутствия неоспоримых прав.

До внесения четких изменений в ГПК такие дела возможно рассматривать к
порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих
юридическое значение (глава 6 ГПК).

Установление факта неправдивости распространенной информации и ее
опровержение возможно будет при доказанности заявителем, то есть лицом,
в отношении которого такая информация распространена, того факта, что
лицо, распространившее такую информацию, неизвестно. На это же лицо
возлагается бремя доказывания неправдивости распространенной информации
и несения иных расходов по делу, так как ответчика нет.

Наличие таких дел возможно при распространении недостоверной информации,
например, анонимом или под псевдонимом, а также в случае смерти
физического лица или ликвидации юридического лица, распространивших
такую информацию. По нашему мнению количество таких дел в порядке
особого производства об установлении факта неправдивости
распространенной информации возрастет в связи со все более возрастающем
использовании компьютерной сети ИНТЕРНЕТ, где особенно часто (в основном
в период общенациональных кампаний — выборов и т.п.) анонимно
распространяется недостоверная информация, которая порочит честь,
достоинство и деловую репутацию того, о ком эта информация, и при
невозможности установить, как автора этой информации, так и владельца
Интернет-сайта, зачастую эти сайты создаются на непродолжительное время.

Примером использования Интернет-технологий для распространения
недостоверной информации, которая нарушает личные неимущественные права
субъектов права, является также и интерактивные «гостевые книга»,
который открываются на сайтах для того, чтобы каждый посетитель мог
высказать свое мнение о расположенной там информации. При этом
установить лицо, разместившего такую недостоверную информацию,
невозможно. Более подробно об этом будет изложено в разделе 2.2 этой
работы при обсуждении вопросов соучастия по делам данной категории.

Представляется, что судебная практика столкнется с проблемой определения
юрисдикции (компетенции по рассмотрению) таких дел между гражданскими и
хозяйственными судами, поскольку ни в ГПК, ни в ХПК (или проекте ХПК)
эти вопросы не решены. Это связано с тем, что автор распространенной
недостоверной информации неизвестен (физическое или юридическое лицо),
то и невозможно будет определить, подлежит ли рассмотрению заявление об
установлении факта неправдивости этой информации судами общей юрисдикции
или хозяйственными судами, так как ст. 26 проекта ХПК предусматривает
возможность рассмотрения таких дел, о чем ранее в работе уже
указывалось.

2.2.

Процессуальное соучастие по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации

В исковом производстве по каждому делу, как правило, имеются две стороны
— истец и ответчик. Однако в соответствии со ст. 32 ГПК иск может быть
предъявлен совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам.
Каждый из истцов имеет спор с противоположной стороной.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства или деловой репутации,
нередко возникает проблема процессуального соучастия. Участие в деле
нескольких истцов или ответчиков может в некоторых случаях осложнить
рассмотрение и разрешение спора по существу, и в силу этого оно

допустимо только в тех случаях, когда может привести к более быстрому и
правильному рассмотрению спора.’

В науке гражданского процессуального права соучастие определяется как
множественность лиц на истцовой или ответной стороне.2 Множественность
лиц на стороне истца или ответчика — черта, характеризующая
процессуальное соучастие, но не определяющая полностью сущность этого
института. К тому же множественность лиц на стороне истца или ответчика
возможна и при отсутствии процессуального соучастия. Речь идет об
участии на стороне истца и ответчика третьих лиц, не заявляющих
самостоятельных требований, участие на стороне ответчика вторых и
дополнительных ответчиков.

Для соучастия характерно, кроме множественности лиц, также то, что
соучастие — такая множественность лиц на стороне истца или ответчика,
при которой право требования любого из соистцов является
самостоятельным, то есть право требования одного истца существует наряду
с правом требования другого также, как РІ обязанность отвечать по иску
другого ответчика. Поэтому важным признаком соучастия является наличие у
нескольких истцов или ответчиков в деле одинаковых по направленности
материально-правовых требований или юридических обязанностей.

Наконец, признаком процессуального соучастия является и то, что оно
возможно только при условии, когда требования нескольких истцов или
требования к нескольким ответчикам заявлены для совместного рассмотрения
в одном производстве в момент возбуждения дела.3

Исходя из вышеизложенного, можно определить процессуальное соучастие как
участие в одном и том же процессе

1 ЛуспеникД.Д. Некоторые вопросы процессуатьного соучастия по делам о
защите чести, достоинства и деловой репутации // Вісн. Нац. ун-ту внутр.
справ. – Харків. 2003.-Вил. 21.-4.1.-С. 129-135.

‘ Юделъсон К.С. Советский гражданский процесс. – М.: Госюриздат, 1956. –
С. 65. 3 Комаров В.В., Радчеико ПЛ. Цивільні процесуатьні правовідносини
та їх суб’єкти. – К.: НМКВО, 1991.-С.32,33.

на стороне истца или ответчика нескольких субъектов, интересы которых не
противоречат между собой.

Процессуальное соучастие возможно как на истцовой, так и на ответной
стороне. В первом случае речь идёт о процессуальных соистцах, а во
втором — о процессуальных соответчиках.

Предъявление иска несколькими соистцами к одному ответчику называется
активным соучастием, а предъявление иска одним истцом к нескольким
ответчикам — пассивным соучастием. Предъявление иска несколькими
соистцами к нескольким соответчикам именуется смешанным соучастием. При
этом в процессе будут оставаться две стороны: истцовая и ответная.

Как правило, процессуальное соучастие имеет место тогда, когда в
качестве соучастников выступают родственники истца. Например, согласно
п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990
г. №7 «О применении судами законодательства, регулирующего защиту чести,
достоинства и деловой репутации граждан и организаций» указано, что
согласно п. 1 ч. 1 ст. 5 ГПК (в редакции 1963 г.) иск об опровержении
сведений, порочащих честь идостоинство, может бьпь предъявлен лицом,
относительно которого распространены такие сведения, а также
родственниками этого лица, если сведения прямо или косвенно их порочат.4

В юридической литературе было высказано мнение о том, что в основе
деления соучастия на три вида лежит чисто внешний признак, не влекущий
ни материальных, ни процессуальных последствий, а поэтому оно не имеет
практического значения.5

С таким мнением трудно согласиться. Особенностью активного
процессуального соучастия является то, что оно, как правило, возможно
только по инициативе соистцов. Активное соучастие специфично ещё в том
отношении, что всех соист-

4 Постанови Плеї гуму Верховного Суду України в кримії іатьних справах
(197 3-199S) // Бюлегснъ законодавства і юридичної практики України. –
1998. -№11.- С. 36.

s Курс советского гражданского процессуатьного права. – М.: Паука, 19S1.
– Т. 1. – С. 254, 255.

цов обязательно объединяет общность материально-правовых требований к
ответчику.

Особенностью пассивного соучастия является то, что оно возможно как по
инициативе истца, так и по инициативе суда, который может привлечь лицо
в качестве соответчика для участия в деле.6

Так, решением Ковельского городского суда Волынской области от 6.08.2001
г. удовлетворен иск Ш. к управлению сельского хозяйства и
перерабатывающей промышленности райгосад-минстрации,
Ковельскойрайгосадминистрации о защите чести, достоинства и деловой
репутации за распространение в газете «Вісті Ковелыцина» ведомостей
относительно деятельности ООО “Сузір’я”, директором которого она
является, которые не соответствуют действительности и порочат ее честь,
достоинство и деловую репутацию. Отменяя данное решение суда с
направлением дела на новое рассмотрение Верховный суд Украины в своем
определении от 23.04.2003 г. по делу № 6-8204кс02 указал следующее. В
нарушение ст.ст. 202, 203 ГПК (в редакции 1963 г.) об обязанности суда
определить сторон по делу, указать в решении требования истца,
возражения ответчика и установленные судом факты и соответствующие им
правоотношения, с которыми закон связывает наличие нарушенного права,
вопреки разъяснениям, данными в п.п. 5,6 постановления Пленума
Верховного Суда Украины «О применении судами законодательства,
регулирующего защиту чести, достоинства и деловой репутации граждан и
юридических лиц», удовлетворяя иск Ш. суд не установил чьи права были
нарушены распространением недостоверной информации — истицы или ООО
“Сузір’я”, характер и стороны этих правоотношений, не привлек к участию
в деле автора публикации та соответствующий орган массовой информации и
рассмотрев дело в отсутствие представителя газеты “Вісті Ковелыцини”,
фак-

6 Комаров В.В., РадченкоП.І. Цивільні процесуальні правовідносини та &
суб’єкти. -К..НМКВО, 1991.-С. 34.

тически решил вопрос о правах и обязанностях лица, которое не принимало
участие в деле.7

ГПК 1963 г. не устанавливал оснований соучастия, но практика и
разъяснения Пленума Верховного СудаУкраины по конкретным категориям
гражданских дел в связи с осложнением процесса по субъектному составу
позволяли считать, что основанием соучастия являлись характер спорного
материального правоотношения, определяемый множественностью либо
обязанных, либо управомоченныхлиц и однородность требований.

Новый ГПК подтвердил устоявшуюся длительное время судебную практику и в
его ч. 2 ст. 32 указано на такие основания соучастия: 1) предметом спора
являются общие права или обязанности нескольких истцов или ответчиков;
2) права и обязанности нескольких истцов или ответчиков возникли из
одного основания; 3) предметом спора являются однородные права и
обязанности.

Соучастие может быть обязательным и факультативным. Обязательное
соучастие имеет место в том случае, когда характер спорного
материального правоотношения не позволяет решить вопрос о правах или
обязанностях одного из участников процесса без привлечения остальных
субъектов материально правоотношения.

Наиболее часто обязательное соучастие имеет место при рассмотрении
судами дел о защите чести, достоинства или деловой репутации в случаях
распространения недостоверной информации, то есть информации, которая не
соответствует действительности или неправдиво изложена средствами
массовой информации.

Деятельность средств массовой информации урегулирована Законом Украины
от 2 ноября 1992 г. “Об информации”, Законом Украины от 16 ноября 1992
г. “О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине”,
Законом Украины от 21 декабря 1993 г. “О телевидении и радиовещании”,

7 Архив Ковельского городского суда Волынской области за 2001 г.

Законом Украины от 28 февраля 1995 г. “Об информационных агентствах”,
Законом Украины от 23 сентября 1997 г. “О государственной поддержке
средств массовой информации и социальной защите журналистов”, Законом
Украины от 23 сентября 1997 г. “О порядке освещения деятельности органов
государственной власти и органов местного самоуправления в Украине
средствами массовой информации”, Законом Украины от 28 февраля 1995 г.
“Об информационных агентствах”, другими законами и иными
нормативно-правовыми актами.

В деятельности средств массовой информации принимают участие как
субъекты информационной деятельности учредители (соучредители) средств
массовой информации, его редактор (главный редактор), редакционная
коллегия, редакция, трудовой коллектив редакции, журналист,
журналистский коллектив, автор, издатель, информационное агентство и т.
д. А поэтому при рассмотрении дел о защите чести, достоинства или
деловой репутации, когда порочащая информация исходит от средств
массовой информации, трудно определить ответчиков по делу, хотя,
какправило, на стороне ответчика имеет место обязательное процессуальное
соучастие. Это вытекает из анализа законодательства и судебной практики.

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990
г. № 7 “О применении судами законодательства, регулирующего защиту
чести, достоинства и деловой репутации граждан и организаций” указано,
что если иск предъявлен об опровержении сведений, опубликованных в
прессе или распространенных другими средствами массовой информации (по
радио, телевидению), в качестве ответчиков привлекаются автор и
соответствующий орган массовой информации (редакция, агентство, другой
орган, осуществляющий выпуск информации). При публикации или ином
распространении сведений без указания автора орган массовой информации
по требованию суда обязан назвать лицо, представившее информацию об
опровержении которой предъявлен иск.8

Статья 42 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации
(прессе) в Украине» предусматривает случаи, когда редакция, журналист не
несут ответственности за публикацию сведений, не
соответствующихдействительнос-ти, унижающих честь и достоинство граждан
и организаций, нарушающих права и законные интересы граждан. Это случаи,
когда: 1) эти сведения получены от информационных средств или от
учредителей (соучредителей); 2) они содержатся в ответах на
информационный запрос относительно доступа к информационным документам;
3) они являются дословным отображением официальных выступлений
должност-ныхлиц государственных органов, организаций и объединений
граждан; 4) они являются дословным отражением материалов, опубликованных
другими печатными средствами массовой информации со ссылкой на него; 5)
в них разглашается тайна, охраняемая законом, однако эти сведения не
были получены журналистом незаконным путём.

Если указанные обстоятельства будут установлены судом при рассмотрении
дела, то суд должен обсудить вопрос о привлечении к участию в деле в
качестве ответчика организацию или должностное лицо, предоставившие
оспариваемые истцом сведения,9 освободив от ответственности журналиста и
редакцию средства массовой информации. В том случае, если
позаимствованный материал не является дословным отображением материала,
опубликованного другим печатным средством массовой информации,
ответственность должны нести автор и редакция, которые опубликовали эти
сведения.

8 Постанови Пленуму Верховного Суду України в кримінальних справах
(1973-1998) // Бюлетень законодавства і юридичної практики України. —
1998. — № П. —С 37.

‘ Пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября
1990 г. № 7 «О применении судами законодательства, регулирующего защиту
чести, достоинства и деловой репутации» // Бюлетень законодавства і
юридичної практики України. — 1998.-№11.-С 37.

Например, в июле 1993 г. представитель Президента Украины в Волынской
области Б. обратился в суд с иском кредакции газеты «Волинь-експрес» и
Ч. о защите чести и достоинства, взыскании морального вреда. Истец
указал, что 2 июля 1993 г. указанная газета опубликовала статью Ч.
«Президенту Украины Л.М. Кравчуку», которая по своему содержанию
порочила его честь и достоинство, причинила ущерб интересам областной
государственной администрации, должностным лицам и отдельным гражданам.
В этой публикации автор безосновательно заявляет, что предоставление
Маяковским сельсоветом земельных участков гражданам под строительство
является преступлением, осуществлению которого покровительствует
представитель Президента в области, прокуратура и др.

При рассмотрении дела установлено, что газета «Волинь-експрес»
использовала сведения о взяточничестве из другого органа массовой
информации, но вопреки требованиям п. 4 ст. 42 Закона Украины от 16
ноября 1992 г. «О печатных средствах массовой информации (прессе) в
Украине» не сделала дословного отображения материала опубликованного в
газете «Волинь-експрес» от 18 февраля 1993 г. под названием «Навар від
бартеру». А поэтому редакция должна нести ответственность за публикацию
сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь и
достоинство истца.10

Примерно аналогичные случаи освобождения от ответственности за
распространение данных11, которые не соответствуют действительности,
изложены в ст. 48 Закона Украины «О телевидении и радиовещании». В ней
указано, что телерадиокомпания и телерадиоработники не несут
ответственности за распространение по телевидению или радио данных,
которые не соответствуют действительности, в случаях: 1) если эти

10 Практика судів України в цивільних справах // Бюлетень законодавства
і юридичної практики в цивільних справах. – 1995. – № І – С.15-17.

“В ст. 42 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации
(прессе) в Украине» указывается на случаи освобождении от
ответственности за распространения сведений, а не данных.

данные содержались в официальных сообщениях; 2) если их получено от
информационных агентств или пресс-служб государственных органов и
органов объединений граждан; 3) если они являются дословным цитированием
выступлений народных депутатов, а также официальных выступлений
должностных лиц государственных органов; 4) если они содержались в
авторских выступлениях, которые транслируются в эфир без предварительной
записи.

Так, определением Верховного Суда Украины от 18.09.2003 г. по делу №
6-11093кс02 отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд
первой инстанции решение Шевченковского районного суда г. Киева от
4.03.2002 г. и определение Апелляционного суда г. Киева от 3.06.2002 г.,
которыми отказано в иске Т. к общенациональному каналу вещания Украины
«Перший національний” та автора программы «Казна держави» Б.-Д. о защите
чести, достоинства, деловой репутации и возмещении морального вреда.
Истец указывала на то, что в вышеуказанной программе Первого
общенационального канала вещания Украины, которая вышла в эфир 9 и 10
октября 2001 г., автором которой быта Б.-Д., о ней были распространены
сведения, которые унижали ее честь, достоинство и деловую репутацию и
причинили ей моральный вред. Отказывая в иске, суды первой и
апелляционной инстанций исходили из того, что к данным правоотношениям
следует применить ст. 48 Закона Украины «О телевидении и радиовещании»,
в соответствии с которой телерадиокомпания и телерадиоработники не несут
ответственности за распространение по телевидению или радио данных,
которые не соответствуют действительности, в случаях, если эти данные
содержались в официальных сообщениях, если их получено от информационных
агентств или пресс-служб государственных органов и органов объединений
граждан, если они являются дословным цитированием выступлений народных
депутатов, а также официальных выступлений должностных лиц
государственных органов. При этом суд кассационной инстанции указал, что
ни суд первой, ни суд апелляционной инстанций в нарушение требований
статей 62, 202,202-1,203 ГПК Украины (в редакции 1963 г.) не сослались
на конкретный, предусмотренный ст. 48 Закона Украины «О телевидении и
радиовещании», источник информации относительного дословного отражения
информации, которую, как недостоверную, просила опровергнуть истица.
Утверждение судов о недоказанности истицей недостоверности информации,
которую она просила опровергнуть, противоречит ст. 7 ГК Украины (в
редакции 1963 г.), так как закон не возлагает такой обязанности на
истца.12

Кроме этого, Законом Украины «О внесении изменений в некоторые
законодательные акты Украины по вопросам обеспечения и беспрепятственной
реализации права человека на свободу слова» от 3.04.2003 р. Закон
Украины «Об информации» дополнен ст. 47-1 «Освобождение от
ответственности». Согласно этой статьи, никто не может бьпь привлечен к
ответственности за высказывание оценочных суждений. Оценочными
суждениями, за исключением оскорбления или клеветы, являются
высказывания, которые не содержат фактических данных, в частности
критика, оценка действий, а также высказывания, которые не могут быть
истолкованы кактакие, которые содержат фактические данные, учитывая
характер использованных языковых средств, в частности употребление
гипербол, аллегорий, сатиры. Оценочные суждения не подлежат опровержению
и доказыванию их правдивости.

Лицо освобождается от ответственности за разглашение информации с
ограниченным доступом, если суд установит, что эта информация является
общественно значимой.

Дополнительные основания освобождения от ответственности средств
массовой информации и журналистов определяются законами «О печатных
средствах массовой информации (прессе) в Украине», «О телевидении и
радиовещании»,

12 Архив Шевченковского районного суда г. Киева за 2002 г.

«Об информационных агентствах» и «О государственной поддержке средств
массовой информации и социальной защите журналистов».13

Следует обратить внимание на то, что новый ГК в ст. 302 «Право на
информацию» по сравнению со ст. 42 Закона Украины «О печатных средствах
массовой информации (прессе) в Украине» и ст. 48 Закона Украины «О
телевидении и радиовещании» существенно ограничил перечень источников
информации, достоверность которых журналист не обязан проверять. Это: 1)
информация, предоставленная должностным, служебным лицом при исполнении
им своих служебных обязанностей, 2) информация, содержащаяся в
официальных источниках (отчеты, стенограммы, сообщения средств массовой
информации, учредителями которых являются государственные органы или
органы местного самоуправления).

В теории права имеется понятие о коллизии (или конкуренции) норм права
(или коллизии нормативных актов) и выработанное общепринятое правило о
приоритете специальных норм перед общими нормами. Поскольку и изложенная
норма ГК, и вышеуказанные Законы Украины являются законодательными
актами одной направленности – в сфере информационной политики, судебная
практика, по нашему мнению, должна применить иное общепринятое правило
при коллизии норм, то есть применять закон, регулируюшцй спорные
правоотношения, принятый позже, которым является ГК. Вместе с тем при
рассмотрении конкретных дел по указанным спорам суды вынуждены обращать
внимание и учитывать прецедентную практику Европейского суда по правам
человека, как и положение ст. 34 Конституции Украины, как нормы прямого
действия, о праве каждого на свободу слова, свободное выражение мнений
сбор и распространение информации.

В некоторых случаях вместе с текстом, опубликованным в средствах
массовой информации, печатается фотография лица,

13 Нове законодавство // Право Украши. – 2003. – № 6. – С. 150-152.

в отношении которого напечатан материал, рисунок. Если в связи с этим
предъявляется иск об опровержении сведений, которые унижают честь,
достоинство, напечатанной фотографией, воспроизведённым рисунком, в
качестве ответчика, наравне с печатным органом, привлекается и автор
напечатанной фотографии, воспроизведённого рисунка.14 А при рассмотрении
таких дел следует исходить также из положений статей 307, 308 ГК,
регушрующих защиту интересов физического лица при проведении фото-,
кино-, теле- и видеосъемок и охрану интересов физического лица,
изображенного на фотографиях.

В юридической литературе нет однозначного мнения относительно того, кто
должен быть ответчиком, если истец просит опровергнуть сведения,
опубликованные в стенной печати или многотиражной газете. Некоторые
авторы считают, что ответчиками в таких случаях будут те предприятия,
учреждения или организации, для работников которых они издаются.15
Другие учёные полагают, что такой ответственности предприятия,
учреждения , организации нести не должны.16

По этому вопросу следует согласиться с Л .Е Гузь, полагающем, что, если
истец просит опровергнуть сведения, опубликованные в стенной печати или
в многотиражной газете, в качестве ответчиков должны быть привлечены
авторы опубликованных материалов и предприятия, общественные
организации, органомко-торых является стенная или многотиражная
газета.17 То есть в данном случае имеет место обязательное
процессуальное соучастие на стороне ответчика.

Согласно ст. 21 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации
(прессе) Украины» редакция печатного средства

14 Гузь Л .Е. Подготовка некоторых категорий гражданскихдел к слушанию и
осо-

бенности их рассмотрения. Книга 3. – X.: Харьков юридический, 2001. -С.
19.

15 Рафиева Л.К. Гражданско-правовая защита чести и достоинства личности
в

СССР:Автореф. дисс…канд. юрид. наук. – Л., 1966. — С. 21.

16 БелявскийА.В. О гражданско-правовой защите чести// Советское
государство

и право. -1966. -№ 9. – С. 117.

” Гузь Л.Е. Подготовка некоторых категорий гражданскихдел к слушанию и
особенности их рассмотрения. КнигаЗ.-Харьков, 2001. – С. 20.

массовой информации приобретает статус юридического лица со дня
государственной регистрации. Однако иногда имеет место существование
редакции без образования юридического лица. Это те случаи, когда один
учредитель имеет несколько редакций, имеющих один счёт в учреждении
банка, общее имущество, работников, которые работают во всех редакциях.

В случае еслиредакция не является юридическимлицом, ответчиком, по
мнению некоторых авторов, должен быть учредитель (соучредитель).18
Другие авторы считают, что ответчиком в таких случаях должно быть
юридическое лицо, органом которого является данное средство массовой
информации.19

Представляется, что редакция средства массовой информации является
надлежащим ответчиком во всех случаях рассмотрения исков о защите чести,
достоинства или деловой репутации путём опровержения порочащих сведений,
распространённых через данное средство массовой информации. В том
случае, если редакция не является юридическим лицом, представлять её
интересы, наряду с учредителем средства массовой информации (если
редакция не является учредителем средства массовой информации — ст. 7
Закона Украины «О печатных средствах массовой информации (прессе) в
Украине»), должен главный редактор как должностное лицо той организации,
которая содержит сотрудников редакции, оплачивает редакционные расходы и
финансирует деятельность средства массовой информации.

Такой вывод обосновывается тем, что если редакция не является
юридическимлицом и не привлекается к участию в процессе, а в качестве
ответчика привлечён учредитель, то решение суда об обязывании учредителя
средства массовой инфор-

18 Батурин Ю. Защита чести и достоинства по российскому праву:
ситуативная

матрица // Законодательство и практика средств массовой информации. –
1997. —

№12.-С. 6.

19 Постанови Пленуму Верховного Суду Украши (1995-1998). Правові позиції
щодо

розгляду судами окремих категорій цивільних справ // Бюлетень
законодавства і юри-

дичної практики України. – 1998. — № 8. – С. 143.

мании к публикации опровержения сведений, не соответствующих
действительности, реально не всегда выполнимо, поскольку учредитель не
вправе вмешиваться в деятельность средства массовой информации, за
исключением случаев, предусмотренных законом, уставом редакции,
договором между учредителем и редакцией. Поэтому в таких случаях
редактор (главный редактор) редакции должен привлекаться судом к
процессу во всех случаях в качестве соответчика, поскольку решение суда
о публикации опровержения должно касаться непосредственно редакции.

Известные трудности в определении ответчика по делу о защите чести,
достоинства или деловой репутации возникают в случае, когда журналист
написал статью, заметку, снял передачу и не подписался (аноним) или
подписался псевдонимом.

Некоторые авторы считают, что в этих случаях, как исключение из общего
правила, истец, предъявив первоначально исккредакции, – вправе требовать
раскрытия псевдонима или анонима, после чего автор должен быть привлечён
в качестве соответчика.20

Другие авторы более категоричны в решении этого вопроса. По их мнению,
необходимо в любом случае раскрывать имя автора, что обусловлено более
важным принципом — установления объективной истины по делу и принципом
равенства всех перед законом.21

Представляется, что такие суждения противоречат как ст. 438 ГК, такп.п.
2 и 3 ст. 14 Закона Украины «Об авторском праве и смежных правах», в
которых закреплены личные неимущественные права автора, а именно:
запрещать во время публичного

20 Тоболовская М.М., Топорова З.Н. К вопросу о ведении адвокатами дел о
защите

чести и достоинства // Вопросы гражданского права и процесса. —
Ленинград: ЛГУ,

1969.-С. 178-179.

21 Придворов НА. Общая и специальная гражданско-правовая защита чести
идос-

тоинстваграждан:Автореф.дисс…канд.юрид.наук. —Харьков, 1967.-С. 10;
Чернико-

ва СА. Защита чести и достоинства граждан. — М.: Московский рабочий.
1974. – С. 32;

Иоффе О. С. Новая кодификация советского гражданского законодательства и
охрана

честиидостоинстваграждан// Советское государство и право. — 1962. – № 7.
— С. 68.

использования произведения упоминание своего имени, если он, как автор
произведения, желает остаться анонимом; выбирать псевдоним, указывать и
требовать указания псевдонима вместо настоящего имени автора на
произведении и его экземплярах и во время любого его публичного
использования.

С учётом указанных законоположений в п. 6 постановления Пленума
Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990 г. №7 «О применении судами
законодательства, регулирующего зашиту чести, достоинства и деловой
репутации граждан и организаций» предусмотрено, что если опубликованы
сведения без указания автора (это касается не только редакционных
статей, но и статей, написанных анонимными авторами), ответчиком по делу
должен быть орган, осуществивший выпуск массовой информации.22

По этому вопросу следует согласиться с мнением P.O. Сте-фанчука,
полагающего, что если речь идёт лишь об опровержении информации и
взыскании (компенсации) ущерба, право на разглашение анонима не должно
быть нарушено, поскольку основным в этом случае должно быть опровержение
порочащих сведений. Сущность гражданского права должна сводиться к
восстановлению нарушенного права, а поэтому невозможно нарушать другое
право, если первичное право можно восстановить другим способом.23

Проблема определения ответчика (или ответчиков) по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации может возникнуть при пользовании мировой
компьютерной сетью ИНТЕРНЕТ. При использовании этих технологий
происходит обмен информацией, который может привести к нарушению чести,
достоинства или деловой репутации, так как ИНТЕРНЕТ бесспорно является
фактором настоящего времени, который существенно влияет на разные
стороны социальной жизни.

22 Бюлетень законодавстваіюридичноїпрактикиУкраїни. – 1998. — № 11. — С.
37.

23 Стефанчук P.O. Захист честі, гідності та ділової репутації в
цивільному праві. –

K.: Науковий світ, 2001. – С 120.

Не вызывает возражений мнение А. Вайшнурса о том, что ИНТЕРНЕТ сегодня
«явшетсяярковыраженнымпримеромпро-изволав области правачеловеканадоброе
имя. Тому есть несколько причин: новизнаданного средствараспространения
массовой информации, скудность специального законодательства в этой
области, отсутствие широкой судебной и административной практики,
отсутствие значительного числа квалифицированных в области
интернет-технологий юристов, как в судейском, так и в адвокатском
корпусе».24

Подтверждением этому является следующий пример судеб-нойпрактики. Так,
Киевским районным судом г. Харькова при рассмотрении иска АКБ «Базис» к
П. и Б. об опровержении сведений, не соответствующих действительности и
возмещении морального вреда, к участию в деле не был привлечен владелец
сайта в Интернете, на котором были опубликованы сведения, оспоренные
истцом по делу, как недостоверные. Вызывает удивление тот факт, что ни
истец, ни ответчики, ни суд даже не ставили вопроса о привлечении
владельца сайта в Интернете к участию в деле, как средство массовой
информации, которое распространило оспоренную истцом информацию.25

В связи с отсутствием на данное время специального законодательства в
этой области, все-таки возможно, как правильно указывает И. Жилинкова,
приспособить определенные специфические отношения, возникающие с
Интренет-простора, кустоявшимся юридическим конструкциям, терминам и
принципам и, одновременно, следует искать адекватные юридические
механизмы, способные эффективно воздействовать на отношения, возникающие
в связи с использованием Интернет.26

В таком процессе коммуникативного обмена информаци-

24 Вайшнурс АА. Способы защиты чести, достоинства и деловой репутации в

случае публикации ложных порочащих сведений в Интернет // Кодекс-птго.
2002. –

№11.-С. 140.

25 Архив Киевского районного суда г. Харькова за 2002 г. (дело№ 2-4152).

26 Жилшкова I. Правове регулювання гнтернет-вщносин // Право Украши. —
2003.

-№ 5.-С 124-128.

ей через сеть ИНТЕРНЕТ субъектами онлайновых (услуги электронной связи,
осуществляемой в системе постоянного подключения) и офлайновых (услуги
электронной связи, осуществляемых путём одноразового забора определённой
информации с отведенного места и последующей её обработки) услуг
являются пользователи. Пользователями являются лица, которые создают и
обмениваются информацией в данной сети при помощи определённых
электронных устройств. Пользователи отвечают за ту информацию, которую
они создали и дали возможность свободного доступа к ней со стороны
других пользователей, а поэтому они и будут ответчиками, если в их
информации содержатся сведения, порочащие честь, достоинство или деловую
репутацию других лиц.

Пользователи ИНТЕРНЕТ получают доступ к этой сети благодаря провайдерам
(компании, обеспечивающие за определённое вознаграждение доступ к
пользованию ресурсами данной сети и поддержку серверов и создание
сайтов). Они не могут контролировать весь поток информации, а поэтому
они и не могут быть ответчиками по делам о защите чести, достоинства или
деловой репутации, если порочащая информация содержится в определённом
электронном объекте, вышедшего от одного из пользователей, который
получил доступ в ИНТЕРНЕТ через данного провайдера.

По иному должен решатся вопрос относительно провайдеров хостовых услуг
(производители, владельцы определённой информации, оформленной в
соответствии со стандартами передачи информации в ИНТЕРНЕТ, а в случае,
когдаданная информация размещена на их компьютере, доступно в сетевом
режиме для пользователей ИНТЕРНЕТ). Эта категория субъектов
непосредственно представляет содержание для WWW (электронные страницы,
содержащие информацию), а поэтому и должны нести ответственность за
содержание распространённой информации. Они будут отвечать зато, что не
блокировали доступ к данному каналу, чем распространили информацию,
унижающую честь, достоинство или деловую репутацию, не соответствующую
действительности.27

Вопрос о процессуальном соучастии возникает в связи с распространением
недостоверной информации, которые порочат честь, достоинство или деловую
репутацию в случае ошибки в результате несовершенства или сбоя
программного обеспечения. Например, еслилицо отправляло информацию
другому лицу, которого она касалась, но вопреки его желанию, вследствие
сбоя в компьютерной сети или ошибки при компьютерной рассылке
информации, она была доставлена другим адресатам. В таком случае
правильным будет вместе с лицом, распространившим информацию, привлечь в
качестве соответчика фирму-разработчика данного программного
обеспечения, или лицо, отвечающее за его качество. Однако решение этого
вопроса таким образом будет правильным, если данный программный продукт
является лицензированным.28

Таким образом, процессуальное соучастие по делам об опровержении
недостоверной информации, которая нарушает личные неимущественные права,
в том числе, которая порочит честь, достоинство или деловую репутацию,
имеет некоторые особенности при распространении такой информации
средствами массовой информации, определёнными социальными группами без
создания юридического лица и через компьютерную сеть ИНТЕРНЕТ.29

Стелл Л. Юридическая ответственность nWeb: путешествие по проблемным
за-конам//Украинскиймедиа-бюллетень. – 1997.-№ 1-2.-С. 4.

28 Стефанчук P.O. Захистчесті, гідностітаділовоїрепутацїїв цивільному
праві. –

К.: Науковий світ, 2001. – С 125-126.

29 ЛуспеникД.Д. Соответчики по делам о защите чести, достоинства и
деловой

репутации// Пробл. законності: Респ. міжвіцом. наук. сб. /Відп. ред.
В.Я. Тацій. —

Харків: Нац. юрид. акад.України, 2003. – Вил. 58. – С. 173-179.

РАЗДЕЛ III

Доказывание, доказательства и судебное решение по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации

3.1.

Предмет доказывания по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации

Вопрос о предмете доказывания по делам о защите чести, достоинства и
деловой репутации предполагает предварительное исследование ряда
проблем, касающихся судебного доказывания в гражданском процессе:
сущности, содержания и субъектов доказывания. В гражданском и
хозяйственном процессуальном кодексах определение понятия доказывания
отсутствует, хотя наличие этой дефиниции, как нам кажется, является
необходимым. Главы 4 ГПК 1963 г., 5 ГПК 2004 г., раздел 5 ХПК называются
«Доказательства» и в нихидется о доказывании, тем не менее, что есть
доказыванием, не раскрывается.

В юридической литературе существует два направления в разработке теории
судебного доказывания. Одни авторы счи

тают, что доказывание представляет собой процесс получения истинного
знания об искомых обстоятельствахдела, реализуемый в деятельности судаи
лиц, участвующих в деле, с использованием предусмотренныхзаконом
средств. Так, К.С. Юдель-сон — автор первой из фундаментальных работ,
полагает, что под доказыванием следует понимать деятельность субъектов
процесса по установлению при помощи указанных законом процессуальных
средств и способов объективной истинности наличия или отсутствия фактов,
необходимых для разрешения спора между сторонами.1

Данная позиция нашла своё развитие и в работах других учёных. Так, С.С.
Алексеев полагал, что главная функция юридических доказательств, как и
вообще любых доказательств, состоит в том, чтобы установить объективную
истину и тем самым предопределить обоснованность принимаемого решения. А
доказывание, по его мнению, представляет собой исследовательскую
деятельность, образующую самое содержание опосредствованного
юридического познания.2

П. П. Гуреев также рассматривает судебное доказывание как способ
познания обстоятельств, подтверждающих требования и возражения сторон и
иных обстоятельств, имеющих значение для дела.3

По мнению М.К. Треушникова, доказывание — это логико-практическая
деятельность лиц, участвующих в деле, а также суда, направленная на
выяснение действительных фактических обстоятельств дела, осуществляемая
путём утверждения о фактах, представленных, собранных, исследованных и
оценки судебных доказательств.4

1 Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. —
М.: Госюриздат, 1951. – С. 33, 34.

2Алексеев С.С. Общаятеория права. Т. 2. – М.: Юрвд. лит., 1982. – С.
335, 336.

‘Курс гражданского процессуального права. Т. 1. — М.: Наука, 1981. — С.
336

4 Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском
процессе. —М.: Московский ун-т, 1982. — С. 25; Онже. Судебные
доказательства. — М.: ОАО «Издательский дом «Городец», 2004. – С. 36.

В.В. Комаров считает, что судебное доказывание — это процессуальная
деятельность суда и лиц, участвующих в деле, направленная на
установление обстоятельств, которые имеют значение для разрешения спора
между сторонами.5

С этих же позиций исследуют проблему доказывания М.И. ШтефаниЛ.И.
Анисимова. Так, М.И. Штефан считает, что доказыванием является
процессуальная и умственная деятельность субъектов доказывания,
осуществляемая в урегулированном гражданском процессуальном порядке, и
направленная на выяснение действительных обстоятельств дела, прав и
обязанностей сторон, установление определённых обстоятельств путём
утверждения юридических фактов, указания доказательств, а также
представление, принятие, собирание, истребование, исследование и оценка
доказательств.6

По мнению Л.И. Анисимовой, доказывание является способом познания и под
ним понимается не только установление фактических обстоятельств, но и
правовая квалификация, вывод по делу.7

О.В. Баулин, проанализировав изложенные точки зрения, считает, что под
доказыванием в гражданском судопроизводстве следует понимать
деятельность лиц, участвующих в деле, и суда, осуществляемую в
предписанной гражданским процессуальным законодательством форме, по
установлению юридически значимых фактов.8

Второе направление в разработке теории судебного доказывания сводится к
разграничению понятий судебного доказывания и познания. При этом
обосновывается ограничение круга субъектов доказывания либо
противопоставляются от-

5 Гражданский процесс: Подред. В.В. Комарова. -Харьков: Одиссей, 2001. –
С. 217.

6 Штефан М.Й. Цивільний процес: Підручник. – К.: Ін Юре, 1997. – С. 249.
‘АнисимоваЛ.И. Доказывание по гражданским делам // Советское государство
и

право. – 1983. – № 10. – С. 112-114.

8 Баулин О.В. Бремядоказывания при разбирательстве гражданских дел. —
М.: ОАО «Издательскийдом «Городец», 2004. – С. 37.

дельные элементы деятельности по установлению фактических обстоятельств
дела, следствием чего является ограничение содержания доказывания.
Очевидно, что если не рассматривать некоторых участников процесса как
субъектов доказывания, то в этом случае их функции идеятельность будут
исключены из содержания доказательственной деятельности. Аналогичный
результат получится и при ограничении содержания доказывания (например,
путем исключения из него некоторых элементов процессадоказывания —
оценкидоказательств, формулирования выводов об обстоятельствах дела) — в
этом случае неизбежно ряд участников процесса не будет рассматриваться в
качестве субъектов доказывания.

Так, С В. Курылев полагает, что доказывание — не познание, доказывание –
для познания.9

Такого же мнения, по сути, придерживается и МА Гур-вич, который
указывал, что под доказыванием подразумевается деятельность, имеющая
целью убедить суд в истинности рассматриваемых им фактов.10

А.Ф. Клейнман считал, что субъектами деятельности по убеждению суда
являются стороны, и поэтому в понятие судебного доказывания не следует
включать исследование, проверку и оценку доказательств судом, поскольку
из них складывается судебное разбирательство, судебное рассмотрение
обстоятельств дела.11

ЛА Ванеева, анализируя проблему соотношения понятий познания и
доказывания, рассматривает судебное познание только применительно
кдеятельности суда, адоказывание — к деятельности сторон и других лиц,
участвующих в деле, цель

‘ Курылев С В . Доказывание и его место в процессе судебного познания
//Труды Иркутского государственного университета. – 1955. -Т. 13. – С.
65.

10 Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессу. — М.: ВЮЗИ,

1950.-С.99.

11 КлейнманА.Ф. Основные вопросы теории доказательстве советском
граждане –

компроцессе. – М.: Изд-воАН СССР, 1950. – С. 41; Онже. Новейшие течения
в со-

ветской науке гражданского процессуального права. — М., 1967. — С. 47.

которых доказать свои требования и возражения. Мотивируя свою точку
зрения, Л.А. Ванеева указывала, что толкование норм права к выявленному
взаимоотношению сторон нельзя назватьдоказыванием, но это познание. По
ее мнению, невозможность отождествления судебного познания и доказывания
состоит и в том, что установление истины по делу является обязанностью
только суда.13

В данном исследовании, с учетом поставленных задач и цели, учитывая
предмет и объект исследования, нет необходимости в подробном изложении
аргументации авторов, исследующих судебное доказывание. Вместе с тем
представляется важным высказать некоторые суждения по этой проблеме,
имеющей определяющее значение для дальнейшего рассмотрения вопросов
доказательственного права по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации, в том числе вопросы распределения обязанностей по доказыванию
(бремя доказывания).

Если подходить буквально к толкованию правовых норм, регулирующих
отношения, связанные с установлением фактических обстоятельств дела,
можно предположить, что взгляд на су-дебноедоказывание какпроцессуальную
деятельность, инструмент убеждения суда нашёл отражение в действующем
законодательстве, поскольку термин «доказывание» употребляется
применительно кдеятельности субъектов гражданского процесса.

В ч. 1 ст. 7 ГК 1963 г. указывалось, что граждане или организации вправе
требовать по суду опровержения сведений, не соответствующих
действительности или неправдиво изложенных, которые порочат их честь,
достоинство или деловую репутацию либо причиняют вред их интересам, если
распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют
действительности.

Таким образом, законодателем было четко изложено, что

12 Ванеева Л.А. Судебное познание в науке гражданского процессуального
права:

Автореф. дис… канд. юрид. наук. – Л., 1969. — СП.

13 ВанееваЛА. Судебное познание в советском гражданском процессе. —
Влади-

восток, 1972. – С. 39-40,43.

факт распространения сведений и их порочащий характер обосновывался и
доказывался истцом в соответствии с общими правилами распределения
доказательственного бремени. Доказывание же соответствия сведений
действительности возлагалось на ответчика, поскольку именно он при
распространении информации утверждал, что сведения являются
достоверными.

В отличии от указанной выше нормы материального права, которая утратила
свою силу, в соответствии со ст. 277 нового ГК физическое лицо, личные
неимущественные права которого нарушены в результате распространения о
нем и (или) членах его семьи недостоверной информации, имеет право на
ответ, атакже на опровержение этой информации. Считается, что негативная
информация,распространеннаяолице,являетсянедостоверной.

Именно последнее предложение законодателя (в ГК это ч. 3 ст. 277)
вызвало массу возмущений, негодований и закономерных вопросов, как
юристов, так и других граждан, полагая, что законодательное обеспечение
свободы слова в Украине под угрозой.14 Даже в комментарии к ГК учеными
указывается, что законодатель допустил существенную ошибку.15

Естественно, было бы полностью оправданным с точки зрения юридической
техники, если бы законодатель вышеизложенную ч. 3 ст. 277 ГК изложил в
более привычной для нас правовой конструкции: «Считается, что негативная
информация, распространенная о лице, является недостоверной, если
распространивший такую информацию не докажет, что она соответствуют
действительности или же, что она достоверна».

Вместе с тем, в гражданском процессе, науке гражданского процессуального
права в институте доказывания существует подинститут о правилах
распределения доказательственных обязанностей, который имеет весьма
существенное значение

14 Ю. Моторний. Забезпечення свободі слова: проблеми цивільного
законодавства//

Юридичний вісник України. – № 5 за 31 січня – 6 лютого 2004р.; В.
Якубенко. Зашита

свободы слова в суде // Юридическая практика. – № 48 за 2 декабря 2003
г. и другие.

15 Цивільний кодекс Украши: Науково-практичний коментар / За заг. ред.
Я.М.

Шевченко. – К.: Концерн „Видавничий Дім „Ін Юре”, 2004. – С. 376.

в условиях усиления состязательного процесса, на который направлен новый
ГПК. В любом деле возникает необходимость определить субъект, который
должен привести доказательства в подтверждение определенного факта,
решить вопросы о соотношении общего и специальных правил распределения
бремени доказывания. При этом распределение и сообщение сторонам их
обязанностей по доказыванию, как мы уже указывали, – это функция суда.
Не следует забывать и то, что доказывание, помимо того его
содержательного наполнения, о котором уже говорилось выше в этом
подразделе, также и право лица, участвующего в деле, а не его
обязанность.16 Хотя вернее было бы сказать, что доказывание является
одновременно и правом, и обязанностью сторон.

В юридической литературе правильно отмечается, что распределить
доказательственное бремя — означает сделать предположение о наличии либо
отсутствии юридических фактов в пользу одной из сторон. Если другая
сторона утверждениями и доказательствами не сможет убедить суд в
ложности такого предположения, то предположение трансформируется в
утверждение о наличии искомого факта, которое будет отражено в
мотивировочной части судебного решения.

В литературе распространена точка зрения о том, что содержание бремени
доказывания неоднородно и в зависимости от
направленностидоказательственнойдеятельностираспадаетсяна два
неравнозначных элемента — бремя утверждения, то есть необходимость для
стороны обосновать иск фактически, что означает сформулировать и в
установленной форме довести до суда основание иска либо возражения
против него, и бремя представ-лениядоказательств, что означает
необходимость для стороны не только сослаться на юридически значимые
обстоятельства, но и подтвердить эти обстоятельства доказательствами.

Распределение доказательственного бремени производится в соответствии с
законодательно закрепленными общими и

“Треушников М.К. Судебные доказательства. – М.: Городец, 1997. – С. 49.

специальными правилами. Общие правила действуют для всех дел независимо
от их материально-правовой природы, так как не ответчик должен доказать
необоснованность требований истца, а наоборот, истец доказывает
обстоятельства, которыми обосновывает свои исковые требования.

В соответствии с ч. 3 ст. 10 ГПК, в которой содержится базовая норма
доказательственного права, каждая сторона должна доказать те
обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих
требований и возражений, кроме случаев, установленных настоящим
Кодексом.

Специальные правила (презумпции и фикции) применяются в отношении
определенной категории дел либо при решении отдельных процессуальных
вопросов. Содержанием и тех и других являются предположения о наличии
либо отсутствии искомых фактов.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации в
результате распространения недостоверной информации о лице действуют,
наряду с общими, и специальные правила доказательственного бремени –
презумпции.

Доказательственные презумпции обстоятельно исследовались как
процессуалистами, так и учеными, рассматривающими проблемы различных
отраслей материального права. Вместе с тем многие аспекты этого
правового явления до настоящего времени не нашли однозначного решения.
Наиболее распространенное мнение, что презумпцией следует считать
закрепленное нормой материального или процессуального права
предположение о наличии либо отсутствии юридически значимого
обстоятельства, перераспределяющее доказательственные обязанности
участников процесса. То есть, прав В А Ойгензихт, называвший
презумпциями не любые, а только правовые предположения17 и, что
существенным признаком презумпций является их предположительный
характер.18

“ОйгензизсгВА. Презумпциивсовегском1раяданскомправе. -Душанбе, 1976, –
С. 9. 18 Там же. – С. 9.

Следует заметить, что среди ученых нет единого мнения о том, существует
ли презумпция с материально-правовым содержанием по делам о защите
чести, достоинства и деловой репутации путем опровержения недостоверной
информации. Так, М. Треушников считает, что здесь нет презумпции, таккак
ответчик обязан доказать соответствие порочащих сведений
действительности и закон установил эту норму, исходя из целей защиты
неимущественных прав, а также из того, что распространивший такие
сведения еще до процесса располагает доказательствами, а поэтому и
должен это доказать.19 Все же большинство ученых считает, что по
указанной категории дел в полной мере действует специальное
доказательственное правило — презумпция, с чем мы в полной мере
согласны.20

Как верно указывает О. Баулин, презумпция всегда имеет двойственный
характер: с одной стороны — это процессуальное правило, устанавливающее
особый порядок распределения доказательственных обязанностей, с другой —
предположительное, вероятное знание о существовании какого-либо факта,
события, действия либо состояния.21

Способы правового закрепления презумпций различны. Часто в
законодательстве презумпция формулируется с указанием каждого из двух
элементов. Таким образом и была закреплена презумпция несоответствия
действительности сведений, порочащихлицо в ст. 7 ГК1963 г., в которой
содержалось как предположение о несоответствии распространенных
сведений, так и доказательственное правило о том, что тяжесть

“Треушников M.K. Судебные доказательства. — М: ОАО «Издательский дом
«ГЬ-родец», 2004. – С. 70.

20 Боннер AT. Установление обстоятельств гражданскихдел. – М.:Городец,
2000.

– С. 125; Кузнецова OA Презумпции в гражданском праве. 2-е изд., испр. и
доп. –

СПб.: Изд-во «Юридический центр «Пресс», 2004. — С. 224-225; Решетникова
И.В.

Курс доказательственного права в российском гражданском
судопроизводстве. — М.:

Издательство НОРМА, 2000. – С. 216-217; Цивільний кодекс України:
Коментар. –

Х.:ТОВ „Одіссей”, 2003. – С. 180 и др.

21 Баулин О.В. Бремя доказывания при разбирательстве гражданскихдел. –
М.:

ОАО «Издательскийдом«Городец», 2004. – С. 225.

доказывания соответствия распространенных сведений возлагается налицо,
их распространившее.

В некоторых случаях в текстах законов, содержащих презумпцию, не
обязательно отражаются оба вышеназванных элемента, более того, во многих
случаях законодатель, формулируя презумпцию, использует лишь один
признак. Именно подобным образом в ст. 277 нового ГК закреплена
вышеуказанная презумпция. Указывается следующее: «Считается, что
негативная информация, распространенная о лице, является недостоверной».

Очевидно, что в данном случае в законе закреплено только предположение о
недостоверности распространенной негативной информации о лице. Из этого
предположения выводится содержание процессуального правила о том, что
доказывание того, что распространенная информация является достоверной,
возлагается налицо, ее распространившей, утверждавшем об этом. Понятно,
что данное лицо и будет нести последствия недоказанности своего
утверждения.

Поэтому, несмотря, как некоторые считают, на недосказанность
законодателем вышеизложенной ч. 3 ст. 277 ГК, и с учетом положения ст.
34 Конституции Украины, как нормы прямого действия, с учетом наличия в
ст. 3 ГК презумпции добросовестности, из указанной анализируемой нормы
права четко следует, что негативная информация, распространенная о лице,
будет считаться недостоверной, если распространивший такую информацию,
не докажет, что она соответствует достоверности. Это обязанность
ответчика в силу принципа состязательности и никто его этого права
лишить не может. Поэтому, на наш взгляд, в правоприменительной
деятельности и в судебной практике сложности в применении ч. 3 ст. 277
ГКне будет.

По указанной категории дел в судебной практике возможны не только
применение специальных правил распределения доказательственного бремени.
Также применяются и так называемое правило общеизвестных фактов. Эти
обстоятельства в предмет доказывания не входят, хотя и имеют юридическое
значение, но в силу прямого указания закона не нуждаются в доказывании.
В силуч. 2 ст. 61 ГПК обстоятельства, признанные судом общеизвестными,
не требуют доказывания.

Факт может быть признан судом общеизвестным и в силу этого исключен из
состава предмета доказывания при наличии двух критериев—известности
факта широкому неопределенному кругу лиц и известности составу суда,
рассматривающего дело.

Предложения о признании факта общеизвестным могут выдвигать участники
процесса, однако окончательный вывод, результатом которого является
исключение факта из предмета доказывания, делает суд. Безусловно, вывод
об общеизвестности факта должен содержать в судебном решении. Кроме
того, на наш взгляд, поскольку участники процесса и в ходе
разбирательства дела вправе знать, считается лит тот или иной факт
общеизвестным или нет, суд должен довести свое мнение об этом до
участников процесса и закрепить его в журнале (протоколе) судебного
заседания.

В этом отношении примечательным является следующий пример из судебной
практики. Печерским районным судом г. Киева 5.05.2003 г. рассмотрено
дело по иску Межрегиональной Академии управления персоналом и
Международной Кадровой Академии, Щ. и С. кДП «СМ Столичні новини», А. и
К. о защите чести, достоинства и деловой репутации и возмещении
морального вреда. Решением суда иск в части признания распространенных
сведений недействительности был удовлетворен полностью, ответчики
обязаны опровергнуть эти сведения, иск в части возмещения морального
вреда удовлетворен частично. При удовлетворении иска, признавая не
соответствующими действительности определенные сведения,
распространенные ответчиками в отношении истцов и обязывая ответчиков их
опровергнуть, суд признал общеизвестным факт, не подлежащим доказыванию,
в соответствии с которым идеология сионизма осуждена Генеральной
Ассамблеей и Советом Безопасности ООН, Парламентской

Ассамблеей Совета Европы и многими другими авторитетными международными
организациями. В этой части решение суда первой инстанции осталось без
изменения определением Апелляционного суда г. Киева от 7.10.2003 г.,
определением Верховного Суда Украины от 9.12.2003 г.”

В контексте отмеченных выше положений решающим фактором является то
обстоятельство, что суд не должен ничего доказывать по своей инициативе,
поскольку это — обязанность и право сторон. При этом стороны и другие
лица, участвующие в деле, пользуются равными правами в отношении
представления доказательств, их исследования и доказывания перед судом
их убедительности, и выполняют ролевые функции субъектов доказывания при
установлении юридически значимых фактов.

Из сказанного можно сделать вывод о том, что содержанием доказывания
является процессуальная деятельность лиц, участвующих в деле, цель
которой состоит в сборе и представлении доказательств и тем самым
влиянии на формирование убеждения суда, являющегося субъектом познания
фактических обстоятельств дела. Такое понимание доказывания наиболее
адекватно отражает реальное правовое положение суда и лиц, участвующих в
деле, и соответствует требованию принципа состязательности гражданского
процесса.

Процессуальное (или судебное) доказывание, кроме субъектов,
характеризуется и специфическим предметом доказывания, с которым
неразрывно связано и определение судебных доказательств, и решение
вопросов относимости доказательств и допустимости средств доказывания.
Вместе с тем в юридической литературе не дано однозначного ответа на
вопрос, что такое предмет доказывания. Гражданский процессуальный закон
вообще не употребляет этот термин.

Сложилось и получило значительное распространение определение предмета
доказывания как совокупности юридичес-

22 Архив Печерского районного суда г. Киева за 2003 г. (дело №
2-106/03).

ких фактов, установление которых необходимо для правильного разрешения
дела.23 В отличие от такого подхода, О.В. Иванов считает, что предмет
доказывания — это не совокупность юридических фактов, поскольку суд,
приступая крассмотрению дела, не знает, какие факты существуют в
действительности. Факты, входящие в предмет доказывания, могут и не
существовать, поэтому предмет доказывания, по мнению О.В. Иванова, –
совокупность версий, предположений о существовании определённых фактов.
Проверка версий предметадоказывания, установление их соответствия
действительности является главным содержанием судебной познавательной
деятельности.24

На наш взгляд, представление о предмете доказывания как совокупности
версий является спорным. Предмет доказывания – это категория,
определяющая объем доказательственной деятельности по гражданскому делу,
а версия — способ познанияпредметадоказывания. Крометого, назначение
предметадоказывания — определить круг обстоятельств
материально-правового значения, установление которых необходимо для
правильного разрешения дела и обязанность доказывания которых лежит на
сторонах. Кроме того, выдвижение версий и предположений,
ихпроверка—способы оценкидоказательств и формирования на их основе
итоговых выводов по делу, но отнюдь не элемент предметадоказывания.

Обращаясь в суд, истец должен в исковом заявлении изложить
обстоятельства, которыми он обосновывает свои требования и указать
доказательства, подтверждающие иск (п.п. 5 и 6 ст. 119 ГПК). Никаких
версий здесь быть не может. Закон требует определённости при изложении
обстоятельств, из которых выводятся требования истца.

23ГуреевП.П. Судебное разбирательство гражданскихдел. — М.: 1осюриздат,
1958. – С. 116; ШтутинЯ.Л. Предмет доказывания в советском гражданском
процессе. -М.: Юрид. лит., 1963. – С. 6; Курылев СВ. Основы теории
доказывания в советском правосудии. – Минск: Изд-во БГУ, 1969. – С. 38.

24 Иванов О.В. Судебныедоказательствавгражданскомпроцессе. — Иркутск:
Иркутск, гос. ун-т, 1973. – С. 49.

Некоторые авторы полагают, что содержание предмета доказывания
необходимо дифференцировать в зависимости от лиц, участвующих в деле.
Предметом доказывания истца является основание иска, а предметом
доказывания ответчика — обстоятельства, положенные им в основание
возражений против иска. Содержание предмета доказывания в деле
обуславливается целью участия каждого из них в процессе. Что касается
суда, то его предмет доказывания охватывает все обстоятельства дела,
необходимые для вынесения законного и обоснованногорешения.25

М.К. Треупшиков определяет четыре вида фактов, являющихся объектом
познания суда: юридические факты материально-правового характера;
доказательственные факты; факты, имеющие исключительно процессуальное
значение; факты, установление которых суду необходимо для выполнения
воспитательных и предупредительных задач правосудия.26 И.В. Решетникова,
кроме указанных фактов, включает в предмет доказывания и проверочные
факты.27

СВ. Васильев в предмете доказывания различает три ряда фактов: 1) факты,
образующие права и обязанности, имеющие для данного требования
преобладающее значение; 2) факты легитимации, т.е. связывающие истца с
его притязанием и ответчика с соответствующей обязанностью; 3) факты
повода к иску, наличие которых делает возможным судебную защиту права.28

Представляется, что выделение предметов доказывания для лиц, участвующих
в деле и суда, или включение в предмет доказывания всех обстоятельств
(фактов), которые так или ина-

25 Курс советского гражданского процессуального права. – М.: Наука,
1981. -Т. 1.

С. 392-399.

26ТреушниковМ.К. Судебныедоказательства. — М.: Городец, 1997. – С. 9-Ю.

27 Решетникова И.В. Доказательственное право в гражданском
судопроизводстве.

Екатеринбург: Гуманитарный ун-т, 1997. – С. 241.

28 Васильев С В. Судопроизводство по делам о возмещении вреда,
причинённого

жизнииздоровьюгражданинаприисполненииимтрудовьгхобязанностей. -Харь-

ков: Факт. 1999. – С. 63.

че устанавливается при рассмотрении гражданского дела, является
необоснованным.

Предмет доказывания, как правильно отметил В.В. Комаров, – специфическая
категория, которая очерчивает круг фактов материально-правового
значения, которые необходимо установить для разрешения гражданского дела
по существу, то есть только для решения вопросов о правах и обязанностях
сторон.29 Факты предметадоказывания тем и выделяются среди других
фактов, которые суд устанавливает, что они доказываются сторонами в
процессе их доказательственной деятельности. В этом проявляется связь
предметадоказывания с доказательственной деятельностью сторон, с
доказыванием. Спорящие стороны заинтересованы в доказывании наличия или
отсутствия именно материально-правовых юридических фактов, поскольку
сторонам это необходимо для убеждения суда в наличии или отсутствии
между ними определённого правоотношения.

Источником формирования предметадоказывания являются нормы материального
права, которые будут применяться судом, а также основание иска и
возражения против него.

Нормативными актами, регулирующими правоотношения по защите чести,
достоинства и деловой репутации вследствие распространения недостоверной
информации является Конституция Украины (ст. ст. 3, 32,34,68), ст. ст.
94,277,277,279 и ряд других статей ГК, ст. ст. 2, 43,47 Закона Украины
«О телевидении и радиовещании», ст. ст. 37, 42 Закона Украины «О
печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине», ст. ст.
13,24,25,26 Закона Украины «Об авторском праве и смежных правах» и
многие другие.

Общими правовыми нормами, определяющими правоотношения относительно
защиты в таком случае чести, достоинства и деловой репутации, являются
ст. ст. 94,277,297,299 ГК. В со-

25 Гражданский процесс. Учебник: под ред. В.В. Комарова. – Харьков:
Одиссей, HYPERLINK “http://2UU1.-C.223″ 2UU1.-C.223 .

ответствии со статьями 297,299 ГК физическое лицо имеет право обратиться
в суд с иском о защите его достоинства, чести и своей деловой репутации.
В силу ст. 94 ГК юридическое лицо имеет право на неприкосновенность его
деловой репутации и это его право защищается в соответствии с главой 3
настоящего Кодекса, регулирующего защиту гражданских прав и интересов
(способы защиты).

Как уже указывалось во вступлении, в работе исследуются процессуальные
аспекты защиты чести, достоинства и деловой репутации относительно
опровержения недостоверной информации и сопутствующий ему способ защиты
– возмещение морального вреда.

Статья 277 ГК закрепляет право физического лица, личные неимущественные
права которого были нарушены, в результате распространения о нем и (или)
членах его семьи недостоверной информации, на ответ, а также на
опровержение этой информации. При этом считается, что негативная
информация, распространенная олице, является недостоверной. Естественно,
что лицо, распространившее такую информацию, имеет право доказать ее
правдивость.

В аспекте доказательственного права и, в частности, предмета доказывания
по этим делам основным для суда является: 1) установление факта
распространения информации, об опровержении которых предъявлен иск, 2)
является ли она негативной, то есть нарушает ли личные неимущественные
права, в том числе порочит ли она честь, достоинство или деловую
репутацию либо причиняет вред интересам субъектов права, 3)
соответствует ли эта информация достоверности, а также, как связан с
этим факт возможного причинения имущественного и (или) морального
(неимущественного) вреда.

При установлении предметадоказывания по этой категории дел в
периоддействия ГК 1963 г. достаточно много проблем возникало с
толкованием понятий «сведения», «распространение сведений». По новому ГК
в предмет доказывания входят понятия «информация» и «распространение
информации».

В ст. 1 Закона Украины «Об информации» указано, что под информацией
понимается документированные или публично оглашённые сведения о событиях
и явлениях, происходящих в обществе, государстве и окружающей среде.
Статья 37 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации
(прессе) в Украине», регулирующая порядок опровержения сведений,
несоответствующих действительности или унижающих честь, достоинство,
называется «опровержение информации». В новом ГК ст. 277 также
называется «Опровержение недостоверной информации». Таким образом,
законодатель пошел на терминологическую унификацию законодательства, что
является с точки зрения юридической техники оправданным.

Кроме того, в ст. 200 ГКдано определение того, что понимается под
информацией, аналогичное ст. 1 Закону Украины «Об информации». Это –
документированные или публично объявленные сведения о событиях и
явлениях, которые имели или имеют место в обществе, государстве и
окружающей среде.

Вместе с тем, нередко суды удовлетворяли и те иски, в которых,
фактически, не было никаких сведений (или информации), а изложены только
эпитеты или общая оценочная информация о субъекте, что едвали возможно
признать за сведения и они, по нашему мнению, не подлежали опровержению.

Так, Изюмский районный суд Харьковской области рассмотрел иск Г. к К. о
защите чести, достоинства, деловой репутации и возмещении морального
вреда. Причиной обращения истца в суд стало высказывание ответчика о
нем, что он является «неграмотным юристом», что, по мнению истца,
порочит его деловую квалификацию в глазах соседей, возможных клиентов,
которые эти высказывания слышали. Суд отказал в иске, мотивируя это тем,
что истец не представил письменных объяснений граждан, то есть
доказательств, в присутствии которых это высказывание прозву-

30 На наш взгляд семантика слов «сведения» и «информация» являются
идентичными.

чало. Сам по себе такой отказ является неправомерным, поскольку судом
были опрошены свидетели, которые это подтвердили, однако эпитет
«неграмотный юрист» не является какими-то сведениями (или информацией)
применительно к ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.).31

В судебной практике длительное время неоднозначно решался вопрос о том,
подпадают ли под действие ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.) сведения,
содержащие выражение мнения и оценки какого-либо лица о действиях,
событиях и явлениях окружающей действительности.

Некоторые учёные полагают, что предметом опровержения в порядке
указанной статьи ГК, который уже утратил силу, могли быть не только
фактические сведения, но также мнения и оценки. Так, A.B. Белявский и
H.A. Придворов отмечали, что значительная, если не большая, часть
информации о человеке поступает и доводится до общественного мнения в
форме оценок. Оценка является результатом двух видов информации — о
поступках человека и о нравственных требованиях. Любая моральная
характеристика человека подразумевает оценку каких-либо действий,
поступков, поведения данного лица. Суддолжен определить, имеются ли о
лице факты, которые послужили основанием для данной оценки, а
правильность моральных оценок может быть предметом судебного
разбирательства. В качестве критериев оценки предлагались требования
общества в форме норм закона, правил социалистического общежития и
морали.32

Созвучные суждения высказал судья Верховного Суда РФ В. Кнышев, который
отмечал, что суды, признавая безусловное право журналиста на изложение
своего личного мнения по поводу публикуемых им материалов, должны
исходить из того, что личные суждения автора должны быть основаны не

” Архив Изюмского районного суда (в настоящее время горрайсуца)
Харьковской области за 2002 г. (Дело № 2-61).

32 Белявский А. В., Придворов НА. Охрана чести и достоинства личности в
СССР. – М.: Юрид. лит., 1971. – С. 55.

только на конкретных сведениях, но при этом не должны порочить честь и
доброе имя истца.33

Противоположную точку зрения высказал А. Эрделевский, по мнению которого
указанная норма права (то есть ст. 7 ГК 1963 г.) может быть применена
лишь в случае, когда содержанием сведений является сообщение о фактах,
но не мнение, выражающее их оценку.34 Этуже позицию поддержал и С.
Потапенко, счжающий, что мнения и убеждения человека — это часть его
внутреннего мира, определяющая своеобразие и неповторимость личности.
Возможность из выражения — вопрос свободного самоопределения личности,
на которое никто не должен оказывать насильственное воздействие — ни
другой человек, ни государство, ни общество.35

Нам представляется, что любое публичное выступление с распространением
информации по тому или иному предмету может быть отображением взглядов
или мнений отдельного лица, а может отображать мнения, убеждения
определённой группы лиц, объединённых по какому-нибудь признаку, и тогда
публичные выступления своим предметом будут иметь общественное мнение. С
этой точки зрения распространение информации (сведений), в том числе
освещение средствами массовой информации общественного мнения,
исходящего от совершенно законного, непосредственно предусмотренного
законом источника информации, пологике, не может считаться основанием
для гражданско-правовой ответственности.

Правильность мнения или оценоктого или иного лица, на наш взгляд, может
быть предметом мнений и оценок иных лиц, но не предметом полномочий
судебной власти. Опреде-

” Кнышев В. Вопросы защиты чести и достоинства в практике Верховного
Суда РФ // Законодательство и практика средств массовой информации. –
Вып. 12 (40). Декабрь, 1997. – С. 6.

34 Эрделевский А. Утверждение о факте ивыражение мнения — понятияразного

рода//Российская юстиция. – 1997. -№ 6. – С. 17-19.

35 Потапенко С. Фактьг и мнения в делах о защите чести//Российская
юстиция. —

2001.-№7.-С. 28-29.

лять правильность мнений и оценок в судебном порядке, означает
насильственное вторжение в правовой статус гражданина. Они могут быть
оспорены в порядке полемики, в том числе и в печатном средстве массовой
информации, по радио или в телепередаче.36

Статья 34 Конституции Украины гарантирует каждому право на свободу мысли
и слова, свободное выражение своих взглядов и убеждений. Эта
конституционная норма корреспондирует ст. 10 Европейской Конвенции о
защите прав человека и основных свобод, провозгласившей, что каждый
человек имеет право на свободу выражения своего мнения, получать и
распространять информацию и идеи без вмешательства со стороны
государственных органов и независимо от государственных границ.

Европейский Суд по правам человека вынес немало решений, касаюпгихся
названной статьи Конвенции, последовательно проводя при этом границу
между констатацией фактов и оценочными суждениями.37

Например, 14и21 октября 1975 г. Питер МихаэлЛингенс опубликовал в
венской газете «Профиль» две статьи, содержащие критику Бруно Крайского,
в то время федерального канцлера страны, за его благосклонное отношение
к одному политическому деятелю, который во время второй мировой войны
принадлежал к подразделению войск СС. По требованию Б. Крайского, против
журналиста было возбуждено уголовное дело за диффамацию в прессе. 26
марта региональный суд г. Вены осудил Лингенса к штрафу в размере 20
тыс. австрийских шиллингов. После апелляционного обращения сторон суд
первой инстанции подтвер-

36ЛуспеникД.Д.Розмежуванняоцшочнихсудженьтаствердженьпрофактипри
розгляді справ про захистчесті, гідностітаділовоїрепутації//
ПравоУкраши. — 2003.

№ 12. – С 57-59.

“ЛуспеникДД. Застосування ст.10 Конвенції про захист прав и основних
свобод людинитарішень Європейського суду прирозгляді справ запозо вами
про захистчесті, пцності та ділової репутації// Вісн. Акад.правов. наук
Украши. -Харків, 2002. – № 4(31).

С. 106-109.;ЛутковськаВ.
ПравонасвободувираженняпоглядівурішенняхЄвропейсь-когосудузправлюдини//П
равоУкраши. — 2003. – № 12. – С. 30-32.

дил приговор, а в результате второго обращения к апелляционному суду
последний уменьшил сумму наложенного штрафа до 15 тыс. австрийских
шиллингов.

Не соглашаясь с выводом Венского Суда о том, что Лин-генс порочил
репутацию Крайского, поскольку не смог обосновать «подлый оппортунизм» в
суде, Европейский суд указал, что свобода выражения взглядов составляет
одну из основ демократического государства, причём осуществление этой
свободы возможно в формах и по содержанию, которые не являются
нейтральными, необидчивыми, а являются таковыми, что вызывают чувство
обиды, возмущения или неспокойствие. Таковыми являются требования
плюрализма. Общественность имеет право получать, а средства массовой
информации — распространять подобную информацию и идеи. Более того,
преследование журналиста за высказанные им суждения суд квалифицировал,
как своеобразную цензуру, которая должна бы удерживать его от повторения
подобной критики в будущем и оттолкнуть от участия в общественных
дискуссиях. Бруно Крайский настаивал, что характер высказываний
журналиста Лингенса обидчивый, и ссылался на ст. 8 Европейской Конвенции
по правам человека, которая защищает личную жизнь лица. С этим Суд не
согласился и сформулировал такое принципиальное положение: свобода
прессы является хорошим орудием для формирования общественного мнения
относительно поведения и идей руководителей. В связи с этим пределы
допустимой критики значительно шире, если речь идёт о политическом
деятеле, нежели это касается обычного гражданина. Политический деятель
имеет право на защиту своей личной жизни по п. 2 ст. 10 Конвенции, но
пределы защиты его репутации должны быть такими, чтобы обеспечить
свободное обсуждение политических вопросов. Политические деятели с
неизбежностью открываются для щепетильного освещения их слов и поступков
и должны осознавать это.

Суд, по существу, признал, что высказывания Лингенса причиняли вред
репутации канцлера Крайского, но это не должно быть основанием для
осуждения журналиста. Венский суд признал оценки Лингенса
клеветническими и не соответствующими действительности. Европейский Суд
по правам человека с такими подходами не согласился. Он обратил внимание
на необходимость отличать факты и оценочные суждения. Наличие фактов
можно установить, а правдивость оценочных суждений — невозможно.38

В США по этому вопросу имеются прецедентные решения Верховного Суда,
позволяющие также отделить факт от мнения. В частности, судья Паул в
деле Герца высказывался так: «… не существует понятия ложной идеи.
Сколь бы вздорным ни казалось мнение, не дело суда поправлять это
мнение. Оно может быть оспорено лишь в конкуренции с другими
мнениями».39

Верховный Суд Украины также считает, что критическую оценку определённых
фактов и недостатков, имевших место, нельзя считать сведениями,
порочащими лицо и опровергать в предусмотренном ст. 7 ГК (в редакции
1963 г.) порядке. Например, в июне 1999 г. П. предъявил к редакции
газеты «Измаильские ведомости», а также к автору статей в этой газете О.
иск о защите чести, достоинства, деловой репутации и возмещении
морального вреда, ссылаясь на то, что 5 июня 1998 г. в № 43 газеты быта
опубликована подборка статей «Две истории из зала суда». В них изложены
сведения, не отвечающие действительности и порочащие его честь,
достоинство и деловую репутацию как гражданина и судьи. В статье
указывалось, что гражданин М. ранее быт дважды судим за убийство,
однако, несмотря надоказанность вины в совершении убийства Г.
подсудимому повезло, поскольку судья П. оказался
«добреньким-добреньким». Этот вывод автора, по мнению П.,

38 Справа “Лінгенс протиАвсгрії”: кримінальне
засудженняжурналісіазадифамацію

федерального канцлера// Судовапрактикаусправахзапозовамидо ЗМІ.
Матеріалина-

уково-практичноїконференції 13-14травня 1999 р. – К., 1999. – Т. 2. – С.
236-238.

39 Честь, достоинство и репутация: Журналистика и юриспруденция в
конфликте

(результатъгисследованияиматериальгконференции). – М: Юрид. лит., 1998.
– С. 102.

порочит его честь и достоинство. В другой статье автор неверно изложил
содержание обвинительного заключения в отношении Ш. и сделал вывод о
том, что причиной избрания относительно Ш. меры наказания явилось плохое
настроение судьи, в связи с тем, что «…судебным крючкотворцам просто
не заплатили… заработную плату, ведь правосудие не продаётся,
правда?». Судья П. полагал, что высказывание является обидчивым для него
как судьи.

Решением судебной коллегии по гражданским делам Одесского областного
суда от 19 мая 2000 г. в иске отказано. Судебная коллегия по гражданским
делам Верховного Суда Украины, отказывая в удовлетворении кассационной
жалобы истца, отметила, что к порочащим сведениям, которые могут
опровергаться в предусмотренном порядке, следует отнести информацию о
гражданине или определённые факты, данные, унижающие честь, достоинство
и деловую репутацию лица перед общественностью либо отдельными
гражданами с точки зрения соблюдения законов, общепризнанных правил
общежития, принципов человеческой морали и которые не соответствуют
действительности или неправдиво изложены.

Вместе с тем в ст. 34 Конституции Украины провозглашено право каждого на
свободу мнений и слова, на свободное выражение своих взглядов и
убеждений. Такое право печатных средств массовой информации закреплено в
ст. 2 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации (прессе)
в Украине». Поэтому критическая оценка имевших место определённых фактов
и недостатков не могут признаваться сведениями, порочащими лицо и
опровергаться в порядке, предусмотренном ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.).

Что же касается имевших в статьях выводов относительно оценки отдельных
действий и черт характера истца, то они не являются сведениями, которые
могут быть оспорены и опровергнуты в порядке, предусмотренном ст.7 ГК,
поскольку являются отражением взглядов журналиста, его оценочными
суждениями об определённыхдействиях, право на которые гарантированы
законом.40

Таким образом, мнения, оценки не могут быть опровергнуты по решению
суда, как не соответствующие действительности или неправдиво изложенные.
Они могут оспариваться в порядке полемики, в том числе в печатном
издании, радио или телепередаче либо иным адекватным способом.

Вышеизложенные спорные суждения как в научной среде, так и в судебной
практике относительно того, могут ли оценочные суждения бьпь
опровергнутыми судом, в некоторой степени сняты Законом Украины «О
внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины по вопросам
обеспечения и беспрепятственной реализации права человека на свободу
слова» от 3.04.2003 р., которым Закон Украины «Об информации» дополнен
ст. 47-1 «Освобождение от ответственности». Согласно этой статьи, никто
не может быть привлечен к ответственности за высказывание оценочных
суждений. Оценочными суждениями, за исключением оскорбления или клеветы,
являются высказывания, которые не содержат фактических данных, в
частности критика, оценка действий, а также высказывания, которые не
могут быть истолкованы кактакие, которые содержат фактические данные,
учитывая характер использованных языковых средств, в частности
употребление гипербол, аллегорий, сатиры. Оценочные суждения не подлежат
опровержению и доказыванию их правдивости.41

Вместе с тем в юридической литературе отмечается, что в судебной
практике продолжают иметь место сложности разграничения оценочных
суждений и утверждений о фактах. Кроме того, в вышеизложенной норме
права имеется некое несовершенство, поскольку указывается, что
оскорбление или клевета не могут быть оценочными суждениями. В тоже
время, данные уголовно-наказуемые деяния декриминализованы, а некоторые

40 Рішення Верховного Суду України: Щцред. В.Ф. Бойка – К., 2001. – С.
11-13.

41 Відомості Верховної Ради України. – 2003. – № 28. – Ст. 214.

публикации, которые по своему выражению являются оценочными суждениями,
и, одновременно являются оскорбительными, клеветническими, порочащими
честь и достоинство.42

j

&

&

F

&

F

$1$a$gdm(”

&

&

d? ¤

&

1$gdAqo

doth ¤s1$

hAqo0Jo

„ ¤51$`„

hAqo0Jh

hAqo0Jg

hAqoCJ aJ

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

hAqo0Jj

hAqo0Jm

hAqoCJ aJ

hAqo0J^

hAqo0Jo

hAqo0J`

hAqoCJ aJ

hAqo0J^

1$`„% (

ae oeiaOA3/4·® ?x3/4 (

hAqoCJ aJ

yA (

1$]„M`„3 (

y1$^„=

1$`„%

`„%
RTOWj[oe_hcPeReTeVeXeZe\e^e`ebedefehejelenepereoeYOE3/43/43/43/43/43/43/
43/43/43/43/43/43/43/43/43/43/4

1$`„%

hAqo0Jo

hAqoCJ aJ

hAqoCJ aJ

hAqo0Jo

y1$`„3

dEy ¤H1$`„.

hAqo0J^

1$`„%

*

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

„% ¤+1$`„%

dyth ¤51$

4

1$`„%

4

¤”1$`„

`„.

1$`„th

1$`„

*

,

hAqo0Jh

hAqoCJ aJ

hAqo0Jo

hAqo0Jo

hAqo0JoH*

hAqoCJ aJ

H

L

¤

¦

?

hAqo0Jo

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

4

4

4

„ ¤”1$`„

`„%

5

5

„% ¤”1$`„%

4

4

4

oeiaOA?±¤??‰?u

hAqo0Jh

hAqo0Jh

hAqoCJ aJ

4

4

dyth ¤51$

hAqoCJ aJ

d

hAqo0Jo

hAqoCJ aJ

eaeweweweweUp?oe

hAqo0Jt

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

hAqo0Jo

8

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

hAqo0Jo

7

7

‹‚u

hAqo0J^

hAqo0Jo

hAqoCJ aJ

hAqo0Jh

[email protected]?

hAqo0Jh

hAqo0Jo

?eaO?C3/4µ¬?•?e

hAqo0Jh

hAqoCJ aJ

???0????$?странение информации» содержится в Законе Украины «Об
информации». Так, в ст. 14 Закона указано, что распространение
информации — это обнародование, реализация в установленном законом
порядке документированной или публично оглашаемой информации.

Более широкое определение этого понятия содержится в постановлении
Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990 г. «О применении
судами законодательства, регулирующего защиту чести, достоинства и
деловой репутации граждан и организаций». В п. 3 этого постановления
указано, что под распространением сведений следует понимать
опубликование их в прессе, передачу по радио, телевидению, с
использованием других средств массовой информации, изложение в
характеристиках, заявлениях, письмах, адресованным другим лицам,
сообщения в публичных выступлениях, а также в другой форме
неопределённому кругу лиц или одному человеку. Распространением сведений
является также вывешивание (демонстрация) в общественных местах
плакатов, лозунгов, других сочинений, а также само распространение среди
людей листовок, которые своим содержанием порочат честь, достоинство
иделовую репутацию граждан или организаций.43

Отдельные авторы трактуют понятие распространение сведений с точки
зрения объективного фактора их распространения и субъективного фактора
их распространенности. P.O. Сте-фанчук отмечает, что для того, чтобы
факт распространения

42 Луспеник Д.Д. Розмежування оціночних суджень та стверджень про факти
при

розгляді справ про захист честі, гідності та ділової репутацііу/Право
України. – 2003.

– № 12. – С 57-59.

43 Постанови Пленуму Верховного
СудуУкраїнивкримінальнихсправах(1973-1998)

// Бюлетень законодавства і юридичної практики України. – 1998. – № 11.
– С 3.

информации имел юридическое значение, влекущим ответственность в
соответствии со ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.), наряду с субъектом
распространения информации необходим и реципиент (объект
распространения). Поскольку информация передаётся определённым способом,
то для восприятия этой информации реципиент должен иметь способ
восприятия, идентичный способу распространения, т.е. он должен «считать
информацию». Поэтому возможность восприятия информации зависит от
способности понимать способ её распространения.44 Только в таком случае
факт распространения информации будет иметь юридическое значение. В этой
связи абзац 2 п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28
сентября 1990 г. №7 «О применении судами законодательства, регулирующего
защиту чести, достоинства и деловой репутации граждан и организаций», по
мнению P.O. Стефанчука, следует дополнить такими словами: «…при
условии восприятия ими содержания этой информации». Об этом же ученый
указал в комментариях к ст. 277 ГК «Опровержение недостоверной
информации».45

Нам представляется, что высказанные автором суждения и предложения
являются спорными. Ключевыми моментами юридической квалификации есть сам
факт распространения недостоверной информации
олиценеопределённомукругулиц, атак-же содержание этой информации
(сведений). Что же касается вопроса восприятия этих сведений
(информации) лицом, которого они касаются, то этот вопрос в юридической
плоскости поглощается гражданской правосубъектностью этого лица.

Пределы распространения сведений относительно того или иного лица могут
быть разными, однако если информация ста-

44 Стефанчук Р. Щодо захистучесті, гідності таділовоїрепутщїїв
цивільному праві

// Право України. – 1999. – № 1. – С. 86; Вінже. Захистчесті,
гідностітаділовоїрепу-

таціївцивільномуправі. – K.: Науковий світ, 2001. — С. 65-66.

45 Цивільний кодекс Мсраши: Коментар. -X.: TOB „Одіссей”, 2003. – С 180;
Цивіль-

ний кодекс України: Науково-практичний коментар / За зал ред. Я.М.
Шевченко. – K:

Концерн „ВидавничийДім „Ін Юре”, 2004. – С. 375.

ладостояниемхотя бы одного третьего лица, то факт распространения имел
место.

Иногда порочащие человека измышления сообщаются только ему одному.
Некоторые авторы полагают допустимым предоставления лицу права требовать
по суду признания такого рода высказываний не соответствующими
действительности. Представляется, в таком случае распространения
неверных сведений нет.46

Сообщение информации только лицу, которой она касается, не может быть
признано как ее распространение. К примеру, А. обратился в Апелляционный
суд Одесской области с иском к Киевскому районному суду г. Одессы об
опровержении сведений, не соответствующих действительности на основании
ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.), и возмещении морального вреда в сумме
5000 грн. Истец указывал, что 20.02.2002 г. получил в местном суде
письмо за подписью председателя суда о том, что дело по его иску к
Государственной инспекции охраны Черного моря о восстановлении на работе
находится в производстве суда с июня 2000 г., тогда как это дело
находится в производстве суда с 1995 г. Указывал, что изложенные
сведения не соответствуют действительности, причиняют ему моральный
вред. Апелляционный суд Одесской области решением от 22.05.2002 г. в
иске отказал. Верховный Суд Украины, оставляя данное решение в силе, в
своем определении от 7.11.2002 г. поделу№ 6-11136кс02 указал, что
районным судом письмо было направлено непосредственно истцу А., то есть
ответчикне распространял об истце сведений, которые бы унижали его
честь, достоинство и деловую репутацию или причиняли бы вред его
интересам.47

Относительно доказывания факта распространения информации в судебной
практике нет единообразия в части распро-

46 Ерошенко АА. Гражданско-правовая защита чести и достоинства личности
// Советское государство и право. – 1980. – № 10. – С. 139. “Архив
Апелляционного суда Одесской области за 2002 г.

странения информации в официальных выступлениях, документах, исходящие
от государственных органов, в том числе изложенные в судебных,
следственных процессуальных актах или же при обращении с заявлением в
компетентные органы власти о расследовании преступления или иных
сведений, входящие в их компетенцию.

Является ли фактом распространения информации, ее изложение в
возражениях на иск, в исковом (встречном) заявлении, адресованные суду,
или в пояснениях суду в судебном заседании?

Так, Фрунзенский райсуд г. Харькова, рассматривая иск 3. к автору статьи
в газете «Время» Ш. о защите чести, достоинства, деловой репутации и
возмещении морального вреда и аналогичный встречный иск, предъявленный
вследствие подачи основного иска, указывая, что в основном иске имеются
сведения, не соответствующие действительности, порочащие истицу по
встречному иску, те не мене суд отказал в удовлетворении обоих исков.
При этом, отказывая в удовлетворении встречного иска районный суд, как и
суд апелляционной инстанции, оставляя решение суда в силе, указали, что
это исковое заявление нельзя расценить как документ, распространяющий
какие-либо сведения, поскольку он адресован непосредственно суду, а не
какому-то третьему лицу.48

По-иному, с этим необходимо согласиться, быт рассмотрен иск К.
кдиректору Ленинского центра занятости населения Т. о защите чести,
достоинства и возмещении морального вреда в Ленинском райсуде г.
Харькова. Истица указывала, что, давая пояснения в предыдущем судебном
заседании при рассмотрении ее жалобы на неправомерные действия
ответчика, Т. допустил высказывания, не соответствующие
действительности, которые ее порочат. Как районный суд, так и суд
апелляционной инстанции, указали, что пояснения ответчика в части
сведений о истице в предыдущем судебном разбирательстве нашли свою
оценку в самом решении суда от 28.02.2001 г., в

48 Архив Фрунзенского районного суда г. Харькова за 2001 г. (Дело№
2-203).

котором указывается, что сведения соответствовали действительности и
данное решение ею обжаловано не было.49

Указанные разночтения судебной практики вызваны тем, что необходимо
дополнить разъяснение, данное в постановлении Пленума Верховного Суда
Украины от 28.09.1990 г. №7 «О применении судами законодательства,
регулирующего защиту чести, достоинства и деловой репутации граждан и
организаций», который в п. 4 указал, что в порядке, предусмотренном ст.
7 ГКУкраины (в редакции 1963 г.), не могут рассматриваться требования об
опровержении сведений, содержащихся в решениях, приговорах, иных
судебных документах и т.п., для обжалования которых законом установлен
иной порядок.50

По нашему мнению, данное разъяснение следует понимать следующим образом.
В том случае, если порочащие честь, достоинство и деловую репутацию лица
сведения, содержащиеся в исковом заявлении, отзыве на иск или во
встречном иске, в других представленных суду документах, не нашли свое
отражение и оценку в соответствующих судебных актах (решениях,
постановлениях, определениях), подлежащих обжалованию в установленном
законом порядке, то сторона, которой были адресованы такие сведения,
имеет право обратиться в суд за защитой в порядке ст. 277 ГКУкраины,
поскольку эти документы, в которых были изложены те сведения, в судебном
заседании оглашались неопределенномучислулиц, стали известны судьям,
работникам суда.

Если же они были предметом обсуждения суда (как в предыдущем случае с
иском К.) и нашли свое отражение в конкретном судебном акте, им дана
оценка, то лицо, чьи интересы нарушены таким актом, вправе обжаловать
его в соответствии с требованиями ГПК Украины.

Во всех иных случаях, изложенная информация в иске, в

49 АрхивЛенинскогорайонногосудаХарьковаза 2002г. (Цело№ 2-286).

50 Постанови Пленуму Верховного
СудуУкраптивкримшальнихсправах(1973-1998)

// Бюлетень законодавства1юридично1 практики Украши. – 1998. – № 11. –
С. 3.

отзыве на иск и т.п. должна считаться распространенной и нарушенные ее
распространением честь, достоинство и деловая репутация лица подлежит
защите в установленном ст. 277 ГК Украины порядке, так как доведение тех
сведений до судей, сотрудников суда, иных участников процесса, даже и в
порядке, установленным процессуальным законом, не является исключением
из общего правила.

Примером изложенному может служить определение Верховного Суда Украины
от 11.04.2002 г. по делу № 6-3110кс01, которым отменено с направлением
дела на новое рассмотрение определения Дарницкого районного суда г.
Киева от 18.12.2000 г. и судебной коллегии по гражданским делам
Киевского областного суда от 17.01.2001г. Указанные суды прекратили
производство по делу по иску П. к Р. о защите чести, достоинства и
возмещении морального вреда по тем основаниям, что дело не подлежит
рассмотрению в суде. Из дела усматривалось, что основанием обращения
истицы в суд послужил тот факт, что 28.02.2000 г. при рассмотрении дело
по иску ЗАО «Фармацевтическая фирма «Дарница» к Р. о расторжении
договора, в помещении Дарницкого райсуда г. Киева ответчица
распространила относительно истицы информацию, которая не соответствует
действительности и ее унижает, в присутствии судьи, секретаря,
представителя сторон по делу и присутствующих работников ЗАО, и которая
была занесена к протокол судебного заседания. Отменяя постановленные по
делу судебные акты, Верховный Суд Украины указал, что в данном случае,
сведения, об опровержении которых быт заявлен иск, не содержатся в
приговорах или иных судебных решениях, или же в постановлениях
следователей и иных соответствующих органов, для обжалования законом
которых установлен иной порядок, о чем разъяснено в п. 4 постановления
Пленума Верховного Суда Украины от 28.09.1990 г. № 7 «О применении
судами законодательства, регулирующего защиту чести, достоинства и
деловой репутации граждан и организаций».

Кроме того, в соответствии со ст. 28, ч. 4 ст. 32 Конституции Украины,
каждый имеет право на уважение к своему достоинству и право опровергнуть
недостоверную информацию о себе, а также на возмещение морального вреда,
причиненного распространением недостоверной информации. Вследствие этого
истица вправе была предъявить иск в порядке ст. 7 ГКУкраины (в редакции
1963 г.).51

В литературе длительное время обсуждались вопросы о невозможности
признания какпротивоправного распространения информации, если оно входит
в обязанность распространителя (например, передача редакцией материала
для проверки в иные органы)52 или же обращение граждан в
правоохранительные органы или иные компетентные органы с заявлениями о
совершении преступления, о проведении проверок, если это входит в их.
компетенцию.

Судебная практика должна исходить из следующего. Если обращение граждан
в правоохранительный орган содержит в себе определенные сведения
(информацию) о несоблюдении законов иными гражданами, должностными или
служебными лицами и передаются или уведомляются с целью их проверки
уполномоченными на это законом иные должностными лицами, а не доведение
таких сведений до общественности или отдельных граждан, то такие
обращения по содержанию ст. 277 ГК не могут считаться распространением
информации, которая нарушает честь, достоинство и деловую репутацию
лица. Одновременно с этим наличие в обращении до правоохранительного
органа заведомо неправдивых сведений влечет ответственность,
предусмотренную действующим законодательством Украины.

Так, в июне 1999 г. К. обратилась в суд с иском к К.В. о защите чести,
достоинства, деловой репутации и возмещении мораль-

51 Архив Дарницкого районного суда г. Киева за 2000 г.

52 Чернышева СА. Защита чести идостоинствагравдан. — М.: Московский
рабо-

чий, 1974-С.21.

ного вреда, указывая, что, ответчица в марте и мае 1999 г. обратилась с
заявлением к прокурору г. Дзержинска с обвинениями ее в том, что она
купила удостоверение водителя для своего мужа, в торговле ворованною с
поля кукурузой, а в заявлении в адрес райотдела милиции г. Донецка
указала, что ее муж хранит дома боеприпасы, привезенные с Абхазии.
Вследствие этих заявлений работники милиции провели в ее доме обыски, о
чем стало известно соседям и ее сотрудникам.

Последним решением Дзержинского городского судаДонец-кой области от
21.11.2000 г., оставленного без изменения определением судебной коллегии
по гражданским делам Донецкого областного суда от 15.01.2001 г., иск был
частично удовлетворен. Отменяя постановленные по делу акты правосудия и
направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Верховный
Суд Украины в своем определении от 19.12.2002 г. указал следующее. Судом
было установлено, что ответчица обратилась в правоохранительные органы с
заявлениями, в которых уведомляла о возможном нарушении законов истицей
и требовала восстановления законности. Компетенция органов милиции и
прокуратуры, а также порядок проверок таких обращений этими
правоохранительными органами определены Законами Украины от 20.12.1990
г. «О милиции», от 5.11.1991 г. «О прокуратуре», от 2.10.1996 г. «Об
обращении граждан», положениями УПК и иными нормативными актами.

Суд кассационной инстанции обратил внимание нато, что, разрешая спор,
суды не учли, что нельзя применять ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.) в
случае, когда лицо обращается в суд, иной правоохранительный или
государственный орган, организацию, наделенных в соответствии с законом
властными полномочиями (например, в исполком), с заявлением о
неправомерных действиях иного лица, если этот орган или организация
наделена властными полномочиями относительно восстановления законности в
соответствующих отношениях или применения предусмотренных законом
санкций до правонарушителя. Такое обращение для разрешения спора,
восстановления прав или защита законных интересов или для восстановления
законности не является распространением информации, как это понимается в
ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.).53

Учитывая неоднозначную судебную практику и нечеткость законоположений,
Конституционный Суд Украины подтвердил правильность вышеизложенной
позиции Верховного Суда Украины, который именно таким образом нацеливал
судебную практику на применение ст. 7 ГК 1963 г. относительно
доказывания факта распространения информации в случае направлении
информации в компетентные органы. В своем Решении от 10 апреля 2003 г.
Конституционный Суд Украины по делу о распространении информации (№
8-рп/2003) указал, что положение части первой статьи 7 ГКУкраины (в
редакции 1963 г.) «распространил такие сведения» в аспекте
конституционного обращения следует понимать так, что изложение в
письмах, заявлениях, жалобах в правоохранительный орган сведений лицом,
по мнению которого должностными или служебными лицами этого органа при
исполнении функциональных обязанностей нарушено их право, не может
считаться распространением сведений, которые порочат честь, достоинство
и деловую репутацию или причиняет вред интересам этих лиц.

Изложение в письмах, заявлениях, жалобам в правоохранительный орган
заведомо неправдивых сведений влечет за собой ответственность,
предусмотренную действующим законодательством .54

Практика судебного рассмотрения дел о защите чести, досто-инства и
деловой репутации в рамках применения ст. 7 ГК 1963 г. свидетельствовала
еще об одной проблеме. Некоторые суды толковали понятие «сведения,
распространённые относительно гражданина или организации» расширительно
и под сведения-

53 Рішення Верховного Суду України. Щорічник. 2003 /Підред. ВТ.
Маляренка. –

К., 2003.-С. 8-9.

54 Рішення Консштуційного суду Україні від 10 квітня 2003 р. //
Юридичний вісник

України. – № 18-19 за 9-16 травня 2003 р. – С 26-27.

ми, распространёнными относительно истцов, понимали любую информацию,
которая так или иначе касалась истца или затрагивала его интересы. Такое
толкование противоречило, прежде всего, Конституции Украины. В ст. 32
Конституции провозглашено право опровергнуть недостоверную информацию о
себе и членах своей семьи, т.е. в соответствии с Конституцией предметом
такого правонарушения является «информация о лице», а не «информации
относительно лица».

Аналогичное правило закреплено и в ст. 37 Закона Украины «О печатных
средствах массовой информации (прессе) в Украине», определяющей
основания для возникновения у граждан, юридических лиц и государственных
органов права требования от редакции печатного средства массовой
информации опубликования опровержения распространённых о них сведений,
не соответствующих действительности или унижающих их честь и
достоинство. Здесь также можно вычленить формулу «сведения,
распространённые о личности».

На первый взгляд, может показаться, что это лишь незначительная
терминологическая коллизия: «сведения относительно личности» — по ст. 7
ГК (в редакции 1963 г.) и «информация или сведения о личности» — по
Конституции и Закону «О печатных средствах массовой информации (прессе)
в Украине». Однако эти коллизии имели принципиальный характер, поскольку
в ст. 18 Закона Украины «Об информации», наряду с другими видами
информации, выделяется как самостоятельный вид информации «информация
оличности». Информация других видов (статистическая, массовая, правовая,
социологическая идр.) также может касаться личности, а поэтому подпадает
под действие формулы «информация относительно личности», но в
соответствии с классификацией видов информации не относится к
«информации о личности». В связи с этим распространение информации,
которая не является информацией о личности, как это указано в ст. 32
Конституции Украины, в точном правовом значении слова, не могло быть
основанием для предъявления иска о защите чести, достоинства и деловой
репутации.

Поэтому законодатель в ч. 1 ст. 277 нового ГК вышеуказанную коллизию
терминов в законодательных актах устранил и указывается, что физическое
лицо, личные неимущественные права которого нарушены в результате
распространения о нем и (или) членах его семьи недостоверной информации,
имеет право на ответ, а также на опровержение этой информации.

Решающую роль при определении того, что составляет предмет доказывания
по делу и что было предметом распространения информации, соответственно,
естьли объективные основания для ответственности по ст. 277 ГК, должно
быть правильное и точное определение действия, явления, факта, на
который направлен материал, и определение непосредственного или
опосредствованного характера связи этого действия, явления, факта с
личностью истца. Если этот факт из жизни личности преподносится от имени
автора материала или редакции и на его освещение непосредственно
направлен этот материал, то это будет распространением информации о
личности. Если определённые мысли и убеждения относительно личности
опосредствованно освещаются при непосредственном освещении событий в
общественной жизни через призму мнений определённых групп людей, то в
таком случае нельзя говорить о распространении информации о личности в
правовом значении. Это будет распространение информации (сведений) о
действиях, явлениях, фактах общественной жизни, предметом которых будет
общественное мнение.55

Так, например, в июне 1998 г. К. обратился в Ленинский районный суд г.
Черновцы с иском к редакции газеты «Буковинське віче» и Д. о защите
чести, достоинства иделовой репутации, а также возмещении морального
вреда, ссылаясь на

55 Жуковська О. Правовий зміст поняття “відомостей, що не відповідають
дійсності”, поширення яких є підставою цивільної відповідальності ЗМІ //
Судова практикау справах за позовами до З МІ. – K., 1999. – Т. 1. – С
54.

то, что в публикации «У єдності — сила народу» относительно него были
распространены обидчивые намеки и сведения, не соответствующие
действительности и унижающие его честь, достоинство и деловую репутацию
как депутата областного Совета.

Отказывая в иске, Ленинский районный суд г. Черновцы в своём решении от
19 марта 2001 г. указал, что суд исходил из того, что сведения,
содержащиеся в публикации, не относятся к порочащим честь, достоинство и
деловую репутацию ответчика, являются отображением фактов, имевших место
на заседании сессии областного Совета, состоявшейся 25 декабря 1997 г. В
статье ответчиком изложены оценочные суждения относительно работы
сессии, в том числе и мнение об убеждениях и взглядах ответчика К.,
которых большинство депутатов не поддержали,56 т.е. автор статьи быт
солидарен с большинством депутатов областного Совета.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации и
применении законодательства при действии ст. 7 ГК 1963 г. суды
практически не обращали внимания на терминологические отличия в этом ГК,
других законах и Конституции Украины относительно предмета спора, что
следовало учитывать в доказательной деятельности. Как уже отмечалось, в
Конституции Украины провозглашено, что каждому гарантируется судебная
защита права опровергать недостоверную информацию (ст. 32). В ст. 7 ГК
1963 г. и других законах (например, в действующих ст. 37 Закона Украины
«О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине» и ст. 17
Закона Украины «О государственной поддержке средств массовой информации
и социальной защите журналистов») говорится об информации, которая не
соответствует действительности. Между этими двумя терминами имеются
известные отличия. Понятие «недостоверный» означает не заслуживающий
веры и характеризует качествен-

ж Архів Ленінського районного судум. Чернівці. Справа№ 2-333. — 2001 р.

ную оценку факта или информации без элемента категоричности с
субъективной точки зрения.

Так, к примеру, возможны случаи, когда пресса распространяет достоверную
информацию, обладая известными фактами, но которые впоследствии
оказались не соответствующими действительности либо такими, которые не
могут быть доказаны в суде. Но это вовсе не означает, что в момент её
распространения она была недостоверной в значении ст. 32 Конституции
Украины.

В отличие от термина «достоверность» для словосочетания «не
соответствует действительности» характерен такой элемент
каккатегоричность. «Действительность» — это нечто такое, что на самом
деле существует или существовало, реальность. Это более узкий по
содержанию, более требовательный по смыслу стандарт, нежели
«достоверный».

В силу этого Верховный Суд Украины в 1996 г. дополнил п. 5 своего
постановления от 28 сентября 1990 г. №7 «О применении судами
законодательства, регулирующего защиту чести, достоинства и деловой
репутации граждан и организаций», указав, что в соответствии с ч. 4 ст.
32 Конституции Украины каждый имеет право требовать в судебном порядке
опровержения лишь той недостоверной информации, которая порочит честь и
достоинство.5!

Отмеченное положение имеет особое значение для установления
обстоятельств по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации,
когда те или иные сведения распространяются в средствах массовой
информации. Тем не менее, в юридической литературе отмечается, что
единого мнения среди юристов по этому вопросу нет.58

Нам представляется, что установление «действительности» не является
задачей ни журналистов, ни средств массовой ин-

57 Постанови Пленуму Верховного Суду України вкримінальних справах
(1973-1998)

// Бюлетень законодавства і юридичної практики України. – 1998. – № 11.
– С 3.

58 Якубенко В. Защита свобода слова в суде // Газета «Юридическая
практика». –

№ 48 за 2декабря 2003 г. – С. 13-14.

формации, поскольку законодательство об информации обязывает средства
массовой информации руководствоваться принципами объективности и
достоверности. Поэтому неоправданно возлагать ответственность на
средства массовой информации, когда они, соблюдая указанные принципы,
всё же распространяют информацию, которая не соответствует
действительности.

Следует отметить, что термин «действительность», который быт использован
в ст. 7 ГК 1963 г. и еще используется в ряде действующих законов,
регулирующих данные правоотношения, является юридической «фикцией»,
которая подтверждается или опровергается доказательствами, поданными в
судебном процессе при разрешении спора. Согласно правилам распределения
обязанностей по доказыванию, если ответчик не может подтвердить при
помощи доказательств действительность распространённой информации, он
несёт ответственность. Но это при том вовсе не означает, что данная
информация не соответствовала действительности.

Если же исходить из того содержания термина «действительность»,
содержащихся в некоторых законах, то по их логике средства массовой
информации не вправе распространять что-либо о возможном истце, если не
имеют доказательств для подтверждения этого в суде. Вместе с тем
становится общепризнанным, что это приводило бы к умолчанию прессы и
лишало бы граждан права на информацию.

Из сказанного можно сделать вывод о том, что право на информацию не
ограничено Конституцией Украины. Недостоверность информации приобретает
правовое и конституционное значение только в тех случаях, когда её
распространение причиняет ущерб конкретному лицу. Представляется
целесообразным, что при рассмотрении дел по искам к средствам массовой
информации суды должны применять конституционную норму достоверности как
таковую, которая в наибольшей мере, чем отраслевое законодательство,
учитывает объективные особенности работы средств массовой информации и
журналистов, обеспечивает права граждан на информацию и соответствует
европейским нормам, а не норму «действительность», применяемую
специальными законами о СМИ.

Кроме того, в ст. 277 нового ГК четко указывается, что опровержению
подлежит именно недостоверная информация. При этом следует обратить
внимание на то, что в этой статье употребляется и иной термин —
«неправдивость информации». То есть, если лицо, распространившее
недостоверную информацию, неизвестно, физическое лицо, права которого
нарушено, может обратиться в суд с заявлением об установлении факта
неправдивости этой информации и ее опровержении (абз. 3 ч. 4 ст. 277
ГК). Представляется, что для единообразия юридической терминологии,
когда смысл должен быть один и тот же, в одной и той же статье
законодатель не должен был употреблять различные выражения.

Европейский Суд внедрил принцип, что санкции зараспро-странение
информации, правдивость которой не доказана в суде, нарушают ст. 10
Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, когда:

ошибка не существенная в контексте полного распространённого материала;

материал касается темы, имеющей общественный интерес

журналист, хотя и ошибался, сделал это добросовестно, не нарушая
профессиональных норм.59

Этот принцип подлежит внедрению и в практику судов Украины.

В контексте отмеченного, а именно о добросовестности использования
свободы выражения своего мнения относительно общественного деятеля и,
особенно, когда это касается общественного интереса, Европейский Суд по
правам че-

5’ Дело Торгейрсон против Исландии // Судова практика у справах за
позовами до 3MI: Матер1алинауково-пракшчно1конференцн 13-14травня 1999р.
– К., 1999. – Т. 2. – С. 241,242.

ловека вынес немало решений, при этом последовательно придерживается
своих правовых позиций, прецедентов, все более обосновывая стандарты на
выражение взглядов в Европе и к такому уровню защиты должны стремится в
Украине. Примером также может служить и следующее дело «Vides
Aizsardzibas Klubs v. Latvia», решение по которому вынесено совсем
недавно — 27 мая 2004 г.

Так, Рижская неправительственная организация по защите окружающей среды
(природозащитньгй Клуб) в ноябре 1997 г. приняла резолюцию о защите дюн
на побережье Рижской затоки, распространенной в газете «TalsuVestis»
(«Новости Талей»). В тексте документа содержалось утверждение о
подписании мэром г. Мерсрагса незаконных актов, решений и сертификатов.
При этом отмечалось, что служебное лицо, мэр, своевольно не
придерживается инструкции органов государственной власти о прекращении
незаконных строительных работ. По иску мэра районный суд г. Талей в
августе 1999 г. принял решение в его пользу. Суд указал, что Клуб не
довел правдивости своих утверждений, поэтомудолжен быт официально, через
СМИ, извиниться перед мэром и выплатить ему компенсацию морального вреда
за распространение клеветнических сведений. Указанное решение осталось
без изменения вышестоящими судебными инстанциями.

Европейский Суд, рассмотрев дело, установил нарушение ст. 10 Конвенции.
Суд указал, что решения национальных судов против общественной
организации является вмешательством в ее право на свободу выражения
мнения. Однако такое вмешательство предусмотрено законом и имеет
оправданную цель защиты репутации и прав других лиц. Судьи отметили, что
главной целью распространенной резолюции Клуба было обратить внимание
общественности к болезненному вопросу ненадлежащего функционирования
одной из важных сфер, контролируемой органами государственной власти.
Поскольку Клуб специализировался в этой сфере, он в соответствии с
законом об охране окружающей среды исполнял роль «надзирателя,
контролера». По мнению, Суда, такая деятельность общественной
организации является чрезвычайно важной в демократическом обществе.
Поэтому, ради эффективного исполнения своих обязанностей Клуб должен
быть способным сообщать факты, которые затрагивают интересы
общественности, давать им оценку и таким образом вносить свой вклад в
прозрачность функционирования государственной власти. В решении Суд
акцентировал внимание о том, что Клуб был обвинен в распространении
информации относительного подписания мэром документов и неисполнении им
инструкции регионального управления по делам защиты окружающей среды о
прекращении строительства в прибрежной зоне. Принимая во внимание то,
что опубликованные факты касались отдельного лица, Клуб должен быть
ожидать, что он него потребуют доказать правдивость своих утверждений,
что она и сделала, и судьи не усматривают необходимости приводить
дополнительные доказательства.

В решении указывается, что национальные суды расценили резолюцию как
оскорбительную, поскольку она направлена на мэра лично, хотя решение
принималось городским советом, то есть коллегиальным органом. Однако,
учитывая полномочия мэра при принятии решения и дозволенные пределы
критики общественного деятеля, Суд считает, что критика мэра за
введенную региональной властью политику не может расцениваться как
ненадлежащее использование свободы выражения мнения.

Суд также дал оценку доводам национальных судов о том, что поведение
мэра в резолюции указывалось как незаконное. Судьи посчитали, что
Клуб-заявитель изложил свое оценочное мнение. По этому поводу в решении
отмечено, что в демократическом обществе органы государственной власти,
как правило, поддаются более пристальному вниманию со стороны граждан и
каждый должен иметь возможность, действуя по доброй воли, обращать
внимание общественности к ситуациям, которые он считает незаконными.

С учетом изложенного, несмотря на свободу действий, разрешенную
национальным властным органам, Суд считает, что между ограничениями,
наложенными на организацию-заявителя, и преследованной целью не было
установлено принятое соотношение пропорциональности.60

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации
суды применяют принцип презумпции вины ответчика, исходя из того, что
вина входит в предмет доказывания по делу. Если ответчик не может
доказать, что информация соответствует действительности, он несет
ответственность, даже если он не виновен, например, действовал в
пределах закона, поскольку ст. 7 ГК 1963 г., как и ст. 277 нового ГК
исходит из презумпции вины ответчика, прежде, чем это будет установлено
судом. По этому поводу возможно высказать следующие соображения. Это в
какой-то мере было допустимым до принятия Конституции. Однако
ответственность без вины противоречит ст. 129 Конституции Украины, в
которой закреплён общий принцип обеспечения доказанности вины, как
основной постулат судопроизводства.

Кроме того, такой подход также, по нашему мнению, нарушает принцип
состязательности сторон, поскольку освобождает истца от предоставления
доказательств в подтверждение вины ответчика (п. 4 ст. 129 Конституции
Украины, ст. 10 ГПК).

В развитие конституционного принципа судопроизводства – обеспечения
доказанности вины, законодатель принял норму, в которой содержится
требования о доказывании вины средств массовой информации по некоторым
делам о возмещении морального вреда (включая дела по диффамации). Так,
согласно ранее действовавшей (до 6.05.2003 г.) ч. 4 ст. 17 Закона
Украины «О государственной поддержке средств массовой информации и
социальной защите журналистов» в слу-

* Газета “Закон і Бізнес”. – № 24 за 12-18 червня 2004 p. – С. 12.

чае конфликта относительно причинённого морального (неимущественного)
ущерба между журналистом и средством массовой информации, с одной
стороны, и органом государственной власти или местного самоуправления
либо официальным лицом (официальными, должностными лицами) — с другой,
суд определяется относительно наличия злого умысла журналиста и средства
массовой информации.

Вместе с тем, применительно к общим принципам гражданско-правовой
ответственности, с учетом как ГК 1963 г., так и нового ГК, классификация
умысла как «злого умысла» была невозможной. Гражданскому
законодательству этот термин не был неизвестен и не известен в настоящее
время, в отличие от термина умысла. В силу этого 3.04.2003 г.
законодатель внес изменения в ч. 4 ст. 17 вышеуказанного Закона Украины
и указал о применении судами не «злого умысла», а «умысла», что
юридико-терминологически более верно. При этом в ч. 4 этой же статьи
дано определение умысла. Умыслом журналиста и (или) служебного лица
средства массовой информации является такое их (его) отношение к
распространению информации, когда журналист и (или) служебное лицо
средства массовой информации осознавали недостоверность информации и
предвидели ее общественно опасные последствия. А в ч. 5 этой же статьи
указано, что журналист и (или) служебное лицо средства массовой
информации освобождаются от ответственности за распространение
информации, что не соответствует действительности, если суд установит,
что журналист действовал добросовестно и совершал ее проверку.

В правоприменительной практике до последнего времени не учитывался злой
умысел или в настоящее время умысел как форма вины по этой категории
дел. Между тем, по делам о диффамации форма вины, на наш взгляд, должна
определяться статусом истца и общественным интересом вокруг оспариваемой
информации. Истцами в таких случаях должны быть должностные лица и
частные лица, вовлечённые в общественно значимые события и они должны
доказать так называемый «умысел».

Наличие умысла может быть доказано тем, что ответчик, к примеру,
придумал распространённую информацию; обосновал информацию лишь с
указанием на анонимный источник; распространил информацию несмотря на
наличие серьёзных причин не доверять источнику; не пытался проверить
информацию с наиболее достоверных источников. Такие критерии могут быть
использованы судами при применении умысла по конкретным делам.

Следует отметить, что внедрение в судебную практику по данной категории
дел конституционно определённого требования доказывания вины ответчика
приведёт к повышению профессиональной этики работников средств массовой
информации и улучшению информированности общества, поскольку возложение
ответственности без вины содействует появлению такого негативного факта,
как заказные статьи. Если средства массовой информации несут
ответственность, невзирая на соблюдение ими профессиональных норм и
вины, в таких случаях можно надеяться только на совесть и репутацию
журналиста или средства массовой информации, чего недостаточно для
правовой определённости. Требование доказывать вину как раз и
способствует соблюдению профессиональных норм под страхом наступления
юридической, в том числе и материальной ответственности.

Как мы уже указывали, в предмет доказывания по данной категории дел
входит установление факта нарушения личных неимущественных прав лица, в
частности, установление порочит ли распространенная о нем информация
честь, достоинство и деловую репутацию.

В связи с этим и в контексте доказывания вины журналистов и средств
массовой информации, следует ответить на вопрос, который в судебной
практике встречается довольно часто и однозначности в нем нет. Допустимо
ли в СМИ обличать кого-либо в совершении уголовно наказуемых деяний при
отсутствии судебного признания данного лица виновным, а его действий —
преступными? Не нарушается ли при этом провозглашенный Конституцией
Украины и нормами уголовно-процессуального законодательства принцип
презумпции невиновности? Частично, ответ на этот вопрос содержится в
Решении Европейского Суда от 27 мая 2004 г. по делу «Vides Aizsardzibas
Klubsv. Latvia», приведенному выше, то есть ответ на последний вопрос
отрицательный.

Существующая отечественная судебная практика, в основном, такие иски
удовлетворяет и наказывает журналистов и СМИ. При этом, в обоснование
решений суды зачастую приводят единственный аргумент, ссылаясь на
положения ст. 62 Конституции Украины, согласной которой лицо считается
невиновным в совершении преступления и не может быть предан уголовному
наказанию, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном
законом порядке и установлена обвинительным приговором суда, и на
аналогичного содержания статьи 5, 14,43 УПК Украины, что, по нашему
мнению, является неверным толкованием правила допустимости
доказательств.

Естественно, что разрешение поставленных вопросов полностью зависит от
обстоятельств каждого конкретного дела, однако на следующее хочется
обратить внимание. В случаях, если журналист действовал добросовестно и
проверял полученную им информацию о том, что какое-то лицо занимается
незаконной, преступной деятельностью, или же по полученной информации
проводилось детальное журналистское расследование и имеет
доказательственные подтверждения этому, а не сообщал голословно о
фактах, которые ему не были известны, то применение судом в обоснование
решения суда вьппеуказанную норму ст. 62 Конституции Украины и
соответствующих норм УПК является не совсем верным.

Конституционная норма о презумпции невиновности помещена в том блоке
статей, которые определяют положение личности в уголовном
судопроизводстве, регулируемом УПК. Презумпция невиновности — это
уголовно-процессуальный термин и эта презумпция, по теории права,
является опровержимой. Что же касается внепроцессуальных отношений, то
ссылка в решении суда на презумпцию невиновности не всегда является
уместной и не может служить основанием для запрета СМИ сообщать сведения
об известных им преступлениях и лицах, из совершивших, как общественно
значимых событиях. Более того, это гражданский и профессиональный долг
журналистов. Согласно ст. 94 УПК такие сообщения средств массовой
информации являются поводом к возбуждению уголовных дел.

Кроме того, несомненно, что степень доказанности обличающих выступлений
прессы не может быть столь же высокой и, естественно, не влечет за собой
техже правовых последствий, как предъявление обвинения в уголовном
процессе. При этом даже для возбуждения уголовного дела закон
ограничивается требованием «достаточных данных, указывающих на признаки
преступления», а отнюдь не абсолютной доказанности всего состава
уголовного деяния, что достигается только к моменту окончания
расследования.

К изложенному следует добавить, что в силу ст. 34 Конституции Украины
каждому гарантируется свобода слова, свободное выражение мнений, сбор и
распространение информации. Журналист в демократическом обществе призван
привлечь общественное внимание к порокам общества, обозначить проблему,
высказать свое суждение по тому или иному вопросу. Что же касается
уголовно-правовой оценки деяния лица и утверждения истцов о нарушении
публикациями его презумпции невиновности, наличие или отсутствие в его
действиях состава преступления, то законом это отнесено к компетенции
судебно-прокурорских органов.

Таким образом, газетные публикации, различные мнения, высказываемые в
сообщениях СМИ, в силу вышеизложенной конституционной нормы не может
повлиять на право человека считаться невиновным, пока его виновность не
будет доказана и установлена в соответствии с законом. Защита чести,
достоинства и деловой репутации в данном случае может быть реализована
путем предоставления в СМИ иных точек зрения, путем реализации права на
ответ.

Вместе с тем, если же в публикациях утверждается о конкретных фактах
преступной деятельности того или иного лица (с указанием места, времени,
точных обстоятельств совершения преступления, правовая квалификация
состава преступления и т.п.) это может быть основанием для привлечения
лица, которое распространило такую утверждающую информацию к
ответственности идля опровержения недостоверной информации.

Из разъяснений, данных в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда
Украины от 28 сентября 1990 г. № 7 «О применении судами
законодательства, регулирующего защиту чести, достоинства и деловой
репутации», следует, что под сведениями, которые порочат лицо, следует
относить те из них, которые унижают честь, достоинство и деловую
репутацию в общественном мнении или мнении отдельных граждан с точки
зрения соблюдения законов, общепризнанных правил общежития и принципов
человеческой морали.61

Так, решением Апелляционного суда Харьковской области от 30.01.2003 г.
отменено решение Дзержинского районного суда г. Харькова от 8.10.2002 г.
об отказе в иске К. к Д. и И. о защите чести, достоинства и деловой
репутации и возмещении морального вреда и постановлено новое решение об
удовлетворении иска.

По делу истец, наряду с другими сведениями, просил обязать ответчиков
опровергнуть распространенные ими сведения о том, что он, являясь
председателем правления ЖСК, обокрал ЖСКтем, что выделенные исполкомом
деньги на ремонт лиф-

61 Постанови Пленуму Верховного Суду України у цивільних справах
(1972-2003) / Зазаг. ред. В. Маляренка. – Київ, 2004. – С. 44.

тов и кровли домов, присвоил и на эти деньги провел ремонт в своей
квартире. Истецуказывал, что онявляется общественным деятелем, главой
общепризнанной одной из правозащитньгх организаций г. Харькова и такая
информация унижает его честь, достоинство, причиняет моральные
страдания. Удовлетворяя в этой части иск, судебная коллегия
апелляционной инстанции исходила из того, что распространенная
информация былакон-кретной, четко указывала и утверждала о нарушении К.
закона, о совершении К. определенного уголовно-наказуемого деяния, кражи
путем присвоения при отсутствии обвинительного приговора и иных
доказательств такой информации.62

На основании вышеизложенного, представляется необходимым дополнить ч. 6
ст. 277 ГК следующим предложением «В случае, когда недостоверная
информация распространена через средства массовой информации, суд
устанавливает наличие умысла журналиста или средства массовой
информации».

При всем этом суды должны учитывать новеллу нового ГК, закрепленную в ч.
7 ст. 277, указывающей на то, что опровержение недостоверной информации
осуществляется независимо от вины лица, ее распространившего.

Данное законоположение представляется абсолютно верным, поскольку
опровержение недостоверной информации не является видом юридической
ответственности. Если ст. 32 Конституции Украины гарантирует каждому
право на опровержение недостоверной информации о нем, то реализация
этого права, не может зависеть от того, распространена недостоверная
информация сознательно или случайно.

В ряде случаев в предмет доказывания по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации может быть включён факт причинения
морального вреда в случае заявления такого правового требования.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9 постановления
Пленума Верховного Суда Украины №4 от 31

и Архив Апелляционного суда Харьковской области. — Дело № 22-а-90 за
2003 г.

марта 1995 г. с изменениями от 25 мая 2001 г. «О судебной практике по
делам о возмещении морального (неимущественного) вреда», при
установлении указанного факта судом учитывается характер и объем
страданий (физических, душевных, психических и т.п.), которые причинены
истцу, характер неимущественных потерь (их продолжительность,
возможность восстановления и т.п.) и иные обстоятельства. В частности,
учитывается состояние здоровья потерпевшего, тяжесть вынужденных
изменений в его жизненных и производственных отношениях, степень
уменьшения престижа, деловой репутации, времени и усилий, необходимыхдля
восстановления прежнего состояния, добровольное — по собственной
инициативе или в связи с обращением потерпевшего — опровержение
информации редакцией средства массовой информации. При этом суд должен
исходить из принципов разумности, взвешенности и справедливости.63

Учитывая специфику морального вреда при распространении информации,
ущемляющих честь, достоинство и деловую репутацию, представляется, что
следовало бы ввести и другие критерии определения морального вреда,
кроме названных в постановлении Пленума Верховного Суда Украины. Такими
может быть масштаб распространения информации, повтор-ность информации,
индивидуальные особенности потерпевшего, последствия распространения
информации, общественный резонанс, последовавший от такой информации.
Размер морального (неимущественного) вреда должен зависеть также оттого,
каким действием он был причинён.

В этой связи нельзя признать достаточно обоснованным вывод Николаевского
районного суда о взыскании с редакции газеты «Миколаївський вісник» в
пользу М. 1000 грн. Суд в своём решении указал, «что такой размер
взыскания морального вреда соответствует существу иска и характеру

63 Постанови Пленуму Верховного Суду України у цивільних справах
(1972-2003) / Зазаг. ред. В. Маляренка. – Київ, 2004. – С. 52-53.

действий лица, причинившего моральный вред».

Нельзя согласиться и с мотивацией кассационной инстанции по данному
делу, которая в определении отметила: «В части взыскания суммы
морального вреда судебная коллегия считает возможным уменьшить эту сумму
до 500 грн., поскольку истец просил взыскать 1000 грн. с редакции и
автора поровну. Истец, отказавшись от взыскания 500 грн. с автора
статьи, должен получить 500 грн. с редакции в пределах заявленного
иска».64

Данные решения свидетельствуют, что в судебной практике нет единого и
обоснованного подхода не только в обосновании морального вреда, но и в
определении его размера.

С учетом особенностей споров о возмещении морального вреда, причиненного
вследствие распространения о лице недостоверной информации, ущемляющей
ее честь, достоинство идело-вую репутацию суды обязаны учитывать
разъяснения Пленума Верховного Суда Украины, данные в постановлении от
28 сентября 1990 г. № 7 «О применении судами законодательства,
регулирующего заіМтучестидостоинстюиделовойреиутаігии граждан и
организаций». Об этом указывается в п. 11 постановления Пленума
Верховного Суда Украины №4 от 31 марта 1995 г. с изменениями от 25 мая
2001 г. «О судебной практике по делам о возмещении морального
(неимущественного) вреда». Так, при возмещении морального вреда
учитывается степень вины автора, средства массовой информации, которые
распространили недостоверную информацию, а в предусмотренных законом
случаях и степень вины служебного лица этого органа. Если же истец не
желает привлекать кого-либо из них к ответственности, на остальных
причинителей морального вреда возлагается обязанность по возмещению той
ее части, которая соответствует степени их вины. В случае, если орган
массовой информации не назы-ваетавтора, суд исходит из того, что вину за
распространение указанной информации этот орган взял на себя.

я Судова практика у справах за позовами до ЗМІ: Матеріали
науково-практичної конференції 13-14травня 1999р.-К., 1999.-Т. 1.-С.75.

Критическая оценка определенных фактов и недостатков. Мнения и суждения,
критические рецензии произведений не могут быть основанием для
удовлетворения требований о возмещении морального (неимущественного)
вреда. Вместе с тем, если при этом допускается оскорбление или нарушение
иных защищенных законом прав лица (разглашение без ее согласия
конфиденциальной информации, вмешательство в частную жизнь и т.п.),
тогда это может влечь за собой возмещение морального вреда.

Также в этом же разъяснении Пленум Верховного Суда Украины обратил
внимание судом не необходимость при разрешении споров о возмещении
морального вреда, причиненного журналистами и (или) средствами массовой
информации распространением недостоверной информации, учитывать
положения ст. 42 Закона «О печатных средствам массовой информации
(прессе) в Украине», ст. 48 Закона «О телевидении и радиовещании»
относительно освобождения от ответственности, атакже ст. 17 Закона «О
государственной поддержке средств массовой информации и социальной
защите журналистов» относительно обязанности суда выяснять умысел
журналиста или средства массовой информации.65

Так, определением Верховного Суда Украины от 11.09.2002 г. отменены с
направлениемдела на новое рассмотрение в суд первой инстанции решение
Лупкого городского суда Волынской области от 1.11.2001 г. и определение
Апелляционного суда Волынской области от 17.01.2002 г. по делу по иску
С. к редакции газеты “Сім’я ідім. Народна трибуна” об опровержении
недостоверной информации и возмещении морального вреда в сумме 30000
грн. Истица в иске указывала, что 15.09.1999 г. в № 15 указанного
издания опубликована информация, в которой освещены неправдивые сведения
о гибели ее сына, что причинило ей моральные страдания, просила
неправдивую информацию опровергнуть и извиниться перед родными и
близкими погиб-

65 Вісник Верховного Суду України. – 2001. – № 3. – С. 5-6.

шего. Решениями указанных судов в иске об опровержении недостоверной
информации отказано, искв части возмещения морального вредаудовлетворен
районным судом в размере 5000 грн., уменьшенный апелляционной инстанцией
до 1000 грн.

Отменяя постановленные по делу акты правосудия, кассационная инстанция
указала следующее. В соответствии с п. 3 постановления Пленума
Верховного Суда Украины от 31.03.1995 г. № 4 «О судебной практике по
делам о возмещении морального (неимущественного) вреда», моральный вред
может состоять, в частности, в унижении чести, достоинства, престижа или
деловой репутации. Пунктом 7 этого же постановления предусмотрено, что
по содержанию ст. 440-1ГК (в редакции 1963 г.) и других норм
законодательства, которые регулируют эти правоотношения, причиненный
моральный вред возмещается лицу, права которого были нарушены
неправомерными действиями (бездействием) других лиц. В нарушение п. 8
ст. 203 ГПК (в редакции 1963 г.) суд не указал в решении, какие именно
права истицы были нарушены, какими действиями, в чем были проявлены
неправомерность такихдействий, степень вины причи-нителей. Кроме того,
суд апелляционной инстанции, утверждая, что оспоренная публикация
является неправдивой, некорректной, неэтичной, изложенной с
отрицательным оттенком относительно сына истицы, не обосновал свою
позицию. Судами не учтены разъяснения, данные в п. 11 указанного
постановления, что критическая оценка определенных фактов, недостатков,
мнения и суждения, критические рецензии произведений не могут быть
основанием для удовлетворения требований о возмещении морального
(неимущественного) вреда.66

Минимальный и максимальный размер для взыскания морального
(неимущественного) вреда, причинённого унижением чести, достоинства и
деловой репутации, отсутствует. Вопрос об определении минимальных и
максимальных размеров возмещения морального вреда по этой категории дел

66 Рішення у цивільних справах// Право України. – 2004. —№ 2. – С.
144-145.

может быть решён только в законодательном порядке. Следует согласиться с
мнением судьи Верховного суда Украины И.П. Домбровского, что если целью
возмещения материального вреда является приведение материального
состояния потерпевшего к такому, который существовал до правонарушения,
то возмещение морального вреда имеет целью компенсацию за переживания,
страдания, вызванными неправомерными действиями.67

На наш взгляд, в тех случаях, когда истцом выступает официальное лицо,
следует законодательно закрепить принцип, в соответствии с которым
возмещение неимущественного ущерба возможно, если истец докажет ложность
распространённого утверждения. В тех случаях, когда сведения
распространены в средствах массовой информации, возмещение
неимущественного ущерба возможно, если истец докажет:

тот факт, что средство массовой информации знало о несоответствии
действительности распространённой информации либо не воспользовалось
всеми имеющимися правовыми и техническими средствами для проверки её
истинности;

газета или другой орган распространения информации имел умысел на
унижение чести и достоинства, умаление репутации именно этого
должностного лица. Такое положение поможет оградить и без того
бесприбыльные органы печати от присуждения больших сумм возмещения в
пользу должностных лиц. Это правило следовало бы распространить и на
лиц, чья деятельность представляет повышенный общественный интерес:
кандидатов налюбые выборные должности, деятелей различных общественных
организаций и партий и т.д.

Кроме этого, следует обратить внимание на изменение редакции ст. 49
Закона Украины «Об информации», регулирующей возмещение материального и
морального вреда, кото-

6,Домбровський І.П. Розглод судами справ за позовами до засобів масової
інформації про захист честі, гідності й ділової репутації та компенсацію
моральної шкоди // Вісник Верховного Суду України. – 1998. – № 2. – С
48.

рая вступила в силу с 6 мая 2003 г. в соответствии с Законом Украины от
3 апреля 2003 г. № 676-ГУ «О внесении изменений в некоторые
законодательные акты Украины по вопросам обеспечения и беспрепятственной
реализации права человека на свободу слова». В ней указано, что органы
государственной власти, органы местного самоуправления как истцы по
делам о защите чести, достоинства и деловой репутации вправе требовать
по суду только опровержение недостоверной информации и не имеют права
требовать возмещения морального (неимущественного) вреда. Это не лишает
должностное лицо органа государственной власти или местного
самоуправления права на защиту чести, достоинства и деловой репутации в
суде».68

68 Газета “Урядовий кур’ер” за 6 травня 2003 р.

3.2.

Средства доказывания по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации
весьма актуальной является проблема средств доказывания, которая до
настоящего времени по ряду положений является дискуссионной.

Дискуссии по этому поводу имеют не только теоретическое, но и
практическое значение, поскольку именно к процессуальным формам
выражения доказательств обращены требования закона о их допустимости.

Некоторые учёные под средствами доказывания понимают субъекты процесса и
исследуемые по делу материальные объекты (источники доказательств в
узком смысле слова), а также объективную действительность, выступающую
как исходный носитель информации (источники доказательств в широком

смысле).1 При этом средства доказывания выводятся за пределы понятия
судебных доказательств. При таком подходе к пониманию средств
доказывания неоправданно расширяется круг возможных средств в результате
включения в него всех потенциально способных участвовать в деле
субъектов, а также любых несущих доказательственную информацию объектов,
что противоречит ст. 57 ГПК, в которой дан исчерш1вающий перечень
средств доказывания. Кроме того, это положение также не согласуется с
правилом относимости доказательств.

Сторонники трактовки средств доказывания как явлений объективной
действительности наряду с этим термином иногда вводят термин «источники
сведений о фактах».2 Но, по нашему мнению, сведения о фактах
представляют одно из значений судебного доказательства, характеризующее
его содержательную сторону, а поэтому термины «источники доказательств»
и «источники сведений о фактах» обозначают, фактически, одно и то же
явление.

По этим причинам нельзя согласиться с мнением Ц.М. Коз, который трактует
средства доказывания как источники и указывает, что средствами
(способами) процессуального доказывания следовало бы назвать
процессуальные действия, посредством которых доказательства могут быть
получены.3 Такое суждение автора связано с тем, что слово «средство»
имеет несколько значений: приём, способ действия для достижения
чего-нибудь и понимается как орудие (предмет, со-

1 Курылёв СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. — Минск:
Изд-во БГУ, 1969, — С. 155-158; Мотовиловнер Я.О. Некоторые вопросы
теории советского уголовного процесса. — Кемерово, 1962. – С. 94-98;
КлейнманА.Ф. Новейшие течения в советской науке гражданского
процессуального права. – М.: МГУ, 1967.

— С. 51-52; КопьеваА.Н. Спорное в понятии источника доказательств по
уголовным делам// Оптимизациярасследованияпреступлений. – Иркутск
Иркутск, госун-т, 1982. -С. 102-Шидр.

2 Александров Н.Г. Понятие источника права//Учёньге труды ВИЮН. – М.,
1946.

– Вып. 8. – С. 47.

3 Коз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. – Саратов:
Саратовск. юрид. ит-т, 1980. – С. 26. Следует отметить, что в уголовном
законодательстве термин «средства» применительно к доказательствам не
применяется.

7 5-103

вокупность приспособлений для осуществления какой-нибудь деятельности).4
В первом значении слово «средство» применяется в том случае, когда речь
идёт о движении, в ходе которого достигается цель. Применительно к
доказательствам слово «средство» применимо только во втором его значении

— предметы, содержащие фактические данные.

Поэтому и оправдано, что в ч. 2 ст. 57 ГПК объяснения сторон, третьих
лиц, их представителей, допрошенных в качестве свидетелей, показания
свидетелей, письменные и вещественные доказательства, в частности звуко-
и видеозаписи, заключение экспертов фактически названы средствами
доказывания, на основании которых устанавливаются любые фактические
данные, которыми суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,
обосновывающих требования и возражения сторон, и иные обстоятельства,
имеющие значение для разрешения дела.

Подтверждением этому является и ч. 2 ст. 59 ГПК, регулирующая
допустимость доказательств, в которой указывается, что
обстоятельствадела, которые в соответствии с закономдолжны
подтверждаться определенными средствами доказывания, не могут
подтверждаться другими средствами доказывания.

В теории гражданского процессадля определения качественного массива
круга средств доказывания применяется термин «необходимые
доказательства». По мнению A.C. Козлова, необходимыми доказательствами
по гражданским делам следует считать такие конкретные средства
доказывания (вид документа, заключение эксперта), использование которых
при установлении определённых фактов по различным категориям
граж-данскихдел обязательно в силу их высокой информативности и реальной
возможности представления в процессе.5

4 Ожегов С И. и Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – М.: АЗЪ,
1995.

– С. 749.

5 Козлов A.C. Актуальные проблемы теории доказательств в науке
гражданского процесса. -Иркутск: Иркутск, гос. ун-т, 1980. – С. 42.

Другие учёные полагают, что необходимые доказательства — это письменные
доказательства, содержащие сведения, нужные для правильного разрешения
искового требования.6

По мнению С В. Васильева, необходимые доказательства — это совокупность
доказательств, которая обеспечивает вынесение законного и обоснованного
судебного решения. Если закон по данной конкретной категории дел
предусмотрел ограничения в использовании средств доказывания, то в
состав необходимых доказательств входят и допустимые. При этом
особенности каждого конкретного дела могут потребовать соответствующего
изменения этих доказательств.7

И. М. Зайцев рассматривал необходимые доказательства как самостоятельное
правовое понятие, выработанное судебной практикой. По мнению автора,
необходимыми являются не сами доказательства как информация о каких-либо
фактах, а определённое средство доказывания. Данное понятие охватывает
по содержанию только одно средство доказывания — письменные
доказательства. Говоря о необходимыхдоказательствах как самостоятельном
правовом понятии, автор пришёл к выводу о том, что они по существу
представляют собой разновидность допустимых доказательств по некоторым
категориям споров о праве.8

С подобным суждением вряд ли можно согласиться по тем основаниям, что
нужная суду информация исчерпывающе может содержаться не только в
письменных доказательствах и заключениях экспертов, т.е. тех
доказательствах, которые относятся к числу необходимых лишь по отдельным
категориям

6 Необходимые доказательства и практика их использования в гражданском
процессе: практическое пособие// Н.И. Богатырёв, И.М. Зайцев, А.Ф.
Тимофеев идр. -Саратов: Саратовск. юрид. ин-т, 1987. – С. 4.

7 Васильев СВ. Судопроизводство по делам о возмещении вреда,
причинённого жизни и здоровью гражданина при исполнении им трудовых
обязанностей. – Харьков: Факт, 1999. – С. 72.

8 Зайцев И.М. Понятие необходимых доказательств в гражданском
судопроизводстве //Актуальные гфоблемы теории юридическихдоказательств.
— Иркутск: Иркутск, гос. ун-т, 1984. – С. 83-89.

дел. Кроме того, суммированием информации, содержащейся в относимых и
допустимых доказательствах, не всегда возможно получить исчерпывающие
сведения об искомых фактах.

Введение понятия «необходимые доказательства» в научную терминологию,
думается, не вызвано потребностями науки и практики, поскольку
содержательная сторона этого термина ничем не отличается от правила
допустимости средств доказывания. Не случайно некоторые авторы одними и
теми же примерами иллюстрируют положения и о допустимых, и о необходимых
доказательствах.9

В постановлении Пленума Верховного Суда Украины от 5 марта 1977 г. №1 «О
подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» хотя и
употребляется термин «необходимые», но в ином смысле, а не как
самостоятельное понятие. В п. 12 этого постановления указано, что судья
по ходатайству стороны содействует в истребовании доказательств,
необходимыхдля разрешениядела.10 Ав п. 8 постановления Пленума
Верховного Суда Украины от 21 декабря 1990 г. №9 «О практике применения
судами процессуального законодательства при рассмотрении гражданских дел
по первой инстанции» Верховный Суд Украины указал, что при собирании
доказательств следует неуклонно исполнять требования ст. 28 ГПК об
относимости доказательств и ст. 29 ГПКодопустимостисредствдоказывания.и
Из вышеприведенного следует, что судебная практика не восприняла термин
«необходимые доказательства» для качественной квалификации
массивадоказательств по гражданскомуделу.

Тем не менее, в юридической процессуальной литературе некоторые ученые
продолжают ссылаться на термин «необходимые доказательства». Так, И.В.
Решетникова в своей работе о доказывании по конкретным делам, в том
числе и по делам о

‘ Белова ТА. О поняпш необходимыхдоказательств вгражданском процессе//
Вестник Белорусского государственного университета. — 1991.-№ 1. —
СерияЗ. — С. 60-62.

10 Постанови Пленуму Верховного Суду України в цивільних справах //
Бюлетень

законодавства і юридичної практики України. – 1999. – № 5. – С. 27.

11 Бюлетень законодавства! юридичної практики України. – 1999. – № 5. –
С. 94.

защите чести, достоинства и деловой репутации, указывает какие именно
«необходимые доказательства» должны быть представлены в подтверждение
фактов предмета доказывания по различным категориям дел, в том числе и
по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации.12

Сужение в ряде случаев круга возможных источников доказательств связано
с действием правила допустимости и определяется, как правильно отметил
К.С. Юдельсон, влиянием материального права на судебную деятельность и
спецификой устанавливаемых судом обстоятельств дела.13

Определить доказательства — означает установить источник
доказательственной информации, необходимой для получения знаний о
наличии или отсутствии фактов, входящих в предмет доказывания.

Средствадоказывания, которые могут быть использованы в судебной практике
по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации,
предопределяются предметом доказывания, в который входит: 1) факт
распространения информации, об опровержении которых предъявлен иск, 2)
нарушают ли они личные неимущественные права, то есть, порочат ли они
честь, достоинство или деловую репутацию либо причиняют вред их
интересам, 3) факт их достоверности, 4) факт причинения имущественного
или морального (неимущественного) вреда и 5) другие факты, имеющие
значение для правильного разрешения дела.

Факт распространения ответчиком недостоверной информации, нарушающей
личные неимущественные права, должен доказать истец. Каких-либо
ограничений в использованиидо-казательств для выяснения указанного
фактараспространения ответчиком информации, порочащих честь, достоинство
или деловую репутацию, взаконе не предусмотрено. Информацию,

12 Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве / Под ред.
проф.

И.В. Решетниковой. – М.: Издательство НОРМА, 2002. – 480 с.

13 Юдельсон К. С. Судебные доказательства и практика их использования в
советс-

ком гражданском процессе. — М.: Госюриздат, 1956. — С. 178-181.

имеющие значение для правильного разрешения дела, могут содержать
письменные и вещественные доказательства, в том числе звуко- и
видеозапись, показания свидетелей, объяснение сторон и третьих лиц,
допрошенных в качестве свидетелей. Какие конкретно средства доказывания
будут иметь значение для дела, зависит от обстоятельства дела.

Сведения о фактах, полученные в иной, не предусмотренной законом
процессуальной форме, не являются судебными доказательствами. Они
находятся за пределами понятия процессуальных доказательств.

Среди средств доказывания, которыми суд устанавливает фактические
обстоятельства по делу, закон, прежде всего, называет объяснения сторон
и третьих лиц, допрошенных в качестве свидетелей, которые должны быть
проверены, исследованы и оценены в совокупности с другими
доказательствами (ст. 212 ГПК). Право сторон давать объяснения по делу
гарантируется и охраняется законом. При этом, новый ГПКвпер-вые
указывает, что объяснения сторон будут средством доказывания только в
случае, если стороны согласны дать показания в качестве свидетелей. Так,
в силу ст. 184 ГПК, если сторона, третье лицо заявляют, что факты,
имеющие значение для дела, им известны лично, они с их согласия могут
быть допрошены в качестве свидетелей в соответствии со статьями 180-182
настоящего Кодекса, то есть по правилам допроса свидетелей.

В соответствии с Конституцией Украины лицо не несёт ответственности за
отказ давать показания или объяснения в отношении себя, членов семьи или
близких родственников, круг которых определяется законом (ст. 63).

Факт распространения ответчиком информации, которая порочит честь,
достоинство или деловую репутацию истца, может быть подтверждён
показаниями истца в случае, когда порочащая информация была
распространена ответчиком в устной форме, то есть вербальным способом.
Однако, какпра-вильно отметил В.В Комаров, судне может обосновывать свои
выводы лишь показаниями сторон, не подкреплёнными никакими иными
данными, и должен предложить сторонам обосновать свои утверждения. Не
только утверждения сторон, но и признание фактов, которыми они
обосновывают свою позицию по делу, для суда не являются обязательными и
принимаются только тогда, когда нет сомнений, что признание отвечает
обстоятельствам дела. Поэтому наличие одной лишь ссылки стороны на то,
что его утверждение о фактах, имеющих значение для дела, не
опровергнуто, не может рассматриваться как доказательство искомого
факта.14

В юридической литературе высказаны общепринятые мнения: среди
разнообразныхдействий и суждений сторон и третьих лиц средствами
доказывания являются только те, в которых стороны или третьи лица
сообщают сведения о фактах, имеющих значение для установления спорных
правоотношений по делу.15 В показаниях сторон и третьихлиц выделяют: 1)
сообщения, сведения о фактах, т.е. доказательства; 2) волеизъявления;

суждения о юридической квалификации правоотношений;

мотивы, аргументы, с помощью которых каждая сторона освещает фактические
обстоятельства в выгодном для себя аспекте; 5) выражение эмоций,
настроений.16

Средствами доказывания по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации являются объяснения сторон только в части содержащей сведения
о фактах, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Из письменных доказательств обычно используются: статьи или интервью из
газет, журналов, книг периодических изданий, стенных газет,
газет-многотиражек, выписки из протоколов собраний, заседаний,
конференций и т.д. с приведением в них

14 Гражданский процесс: Подред. В.В. Комарова. – Харьков: Одиссей. –
2001. –

С. 236.

15 Курылёв СВ. Установление истины в советском правосудии: Автореф.
дисс…

доктора юрид. наук. – М., 1964. – С. 18.

“Треушников М.К. Судебные доказательства. – М.: ОАО «Издательский дом
«Го-родец», 2004. – С. 159.

выстугтлений ответчика, характеристик, письменных заявлений в те или
иные организации, письма, рисунки.

Иногда суды признают не соответствующими действительности сведения,
находящиеся в письменном документе, достоверность которых была
подтверждена предьщущим решением суда, вступившего в законную силу.

Так, например, в ноябре 1998 г. П. обратился в суд с иском к Генеральной
прокуратуре Украины о защите чести, достоинства и деловой репутации и
возмещении морального ущерба. Истец указал, что приказом Генерального
прокурора Украины от 27 марта 1998 г. №229-к с целью создания оснований
для увольнения его с должности Смелянского межрайонного прокурора были
распространены сведения, не соответствующие действительности, порочащие
его честь, достоинство и деловую репутацию. В названном приказе и на
коллегии Генеральной прокуратуры Украины ответчиком были распространены
неправдивые сведения о том, что он, П., являясь доверенным лицом
кандидата на должность Смелянского городского головы Б., злоупотреблял
должностным положением с целью агитации за последнего, организовал
встречи с трудовыми коллективами, а для компрометации К. назначил
ревизию использования бюджетных и внебюджетных средств в Смелянском
городском совете; проявил не правдивость, непрофессионализм и низкий
уровень знаний избирательного законодательства.

Ссылаясь на изложенное, истец просил обязать Генеральную прокуратуру
Украины опровергнуть изложенные в указанном приказе недостоверные
сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию,
способом, которым эти сведения были распространены, а также взыскать с
ответчика в его пользу 1 млн грн. в счёт возмещения морального вреда.

Решением Ватутинского районного суда г. Киева от 18 февраля 2000 г. иск
был удовлетворён.

Председатель Верховного Суда Украины в протесте поставил вопрос об
отмене решения по причине нарушения процессуального законодательства.
Президиум Киевского городского суда удовлетворил протест по следующим
основаниям.

Из содержания искового заявления П. и материалов дела видно, что им
оспаривается содержание приказа Генерального прокурора Украины от 27
марта 1998 г. №229-к, а также решение коллегии Генеральной прокуратуры,
где изложен характер дисциплинарного проступка, совершённого истцом, как
основания для увольнения с занимаемой должности.

Решением Верховного Суда Украины от 18 июня 1998 г. по делу по иску П. к
Генеральной прокуратуре Украины о восстановлении на работе, взыскании
заработной платы за время вынужденного прогула и возмещении морального
вреда установлено, что в период избирательной компании, т.е. с 14 по 25
марта 1998 г. П., занимая должность Смелянского межрайонного прокурора и
являясь доверенным лицом кандидата на должность городского головы Б.,
имел встречи с избирателями, дал интервью газете «Факты» и выступал по
местному телевидению, что является несовместимым с занимаемой им
должностью, а также безосновательно, в нарушение требований ст.62
Конституции Украины, обвинил кандидата в народные депутаты К. в
совершении преступлений: хищении государственных средств, коррупции,
антигосударственной деятельности, злоупотреблении должностным
положением.

Указанным решением приказ Генерального прокурора Украины об увольнении
истца с должности Смелянского межрайонного прокурора признан законным и
обоснованным, в удовлетворении иска П. к Генеральной прокуратуре Украины
о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время
вынужденного прогула отказано.

Согласно ч. 2 ст. 32 ГПК (в редакции 1963 г.) факты, установленные
вступившим в законную силу решением суда по одному гражданскому делу, не
доказываются вновь при разбирательстве других гражданских дел, в которых
участвуют те же лица.

Рассматривая иск П. к Генеральной прокуратуре о защите чести,
достоинства и деловой репутации, суд указанного положения действующего
закона не учёл и не обратил внимания на то, что истец оспаривает
сведения, изложенные в приказе Генерального прокурора Украины,
законность и обоснованность которых были проверены Верховным Судом
Украины и подтверждены его решением, вступившим в законную силу.17

Следует отметить, что письменными доказательствами, подтверждающими факт
распространения ответчиком сведений, порочащих честь, достоинство или
деловую репутацию истца, может быть не только бумага, на которой при
помощи знаков закреплены мысли, содержащие сведения об искомых фактах,
но и другие предметы, которые могут быть пригодными для письма.18

Если письменное доказательство изготовлено способом письма,
затруднительным для прочтения суда (шифром, стенографией, тайнописью
итд.), суд привлекает в процесс лицо, обладающее специальными знаниями.
Таким лицом по новому ГПК является специалист. Согласно ст. 54 ГПК
специалистом может быть лицо, владеющее специальными знаниями и умениями
применения технических средств и может предоставить консультации во
время совершения процессуальныхдей-ствий по вопросам, требующим
соответствующих специальных знаний и умений.

Письменные доказательства в судебном заседании проверяются с помощью
других средств доказывания: показаний сторон, свидетельских показаний,
заключений экспертов, зву-ко- и видеозаписью. Суд может допросить в
качестве свидетеля лицо, составившее письменное доказательство.

При установлении факта распространения информации, нарушающих личные
неимущественные права и порочащих

17 Рішення Верховного Суду України: Щорічник. – К., 2001. – С. 9-11.

18 Комаров В.В. Доказування та докази в цивільному судочинстві. —
Харків: Ук-

раїнська юридична академія, 1991. – С 24.

честь, достоинство или деловую репутацию, доказательное значение имеет
анализ текста материала, относительно которого предъявлен иск, что можно
сделать посредством назначения экспертизы, как средства доказывания. При
этом важно установить, позволяет ли лексическая, грамматическая и другая
языковая форма изложения материала говорить о том, что автор материала в
утвердительной форме подаёт определённые сведения о том или ином лице от
своего имени или как общеизвестные сведения. Либо, наоборот, средство
массовой информации объективно, беспристрастно излагает общественное
мнение об определённом лице, правдиво отображая содержание этого мнения,
объём его социальной базы, действие, во время которого оно было
распространено, при этом никаким образом не утверждая от своего имени,
что эти мнения, убеждения, взгляды соответствуют действительности.

В таких случаях, на наш взгляд, следует в соответствии с Инструкцией о
назначении и проведении судебных экспертиз, утверждённой приказом
Министерства юстиции Украины от 8 октября 1998 г№ 53/519 назначить
специализированную языковую (лингвистическую) экспертизу. На разрешение
экспертов следует поставить вопрос о том, что является непосредственным
предметом спорного материала, позволяет ли языковая форма изложения
материала считать, что автор материала или редакция непосредственно
утверждают об определённых фактах, действиях и событиях, которые, по
мнению истца, унижают его честь, достоинство или деловую репутацию.

Зачастую оценка текста, ставшего предметом спорных правоотношений,
дается по собственному лексическому опыту судей и лишь изредка к участию
в деле привлекаются эксперты. Более того, во многих случаях ходатайства
сторон о назначении экспертизы отклоняются судом на том основании, что

” Судові експертизи в Україні // Бюлетень законодавства і юридичної
практики України. – 2002. – № 7. – С 29-39.

для правильного разрешения дела достаточно, мол, познаний любого
грамотного человека, способного прочитать текст и уяснить его
содержание.

В любом случае такая практика представляется спорной. Хотя «даром речи»
обладают от природы все люди, отнюдь не каждый носитель языка, а только
компетентный эксперт с помощью известных филологической науке критериев
определит, каким образом содержание высказывания соотносится с
действительностью, какие слова и выражения содержат экспрессивный
компонент, принадлежат к нормативному или ненормативному лексикону.
Выяснению этих вопросов поможет проведение текстологической экспертизы,
которая должна ответить на такие вопросы: содержатся ли в тексте
сведения о фактах и событиях; допускают ли языковые формы высказываний в
тексте оценку с точки зрения их достоверности; имеются ли в тексте
бранные слова и выражения, словесные конструкции с оскорбительным
переносным значением или оскорбительной эмоциональной окраской.

Кроме того, при рассмотрении дел данной категории по искам к СМИ не
принимается во внимание, что в иных случаях, порой задевшая истца
информация (сведения) может быть высказана очевидным для аудитории
образом. Однако намеки, вопросы, затекстовые фразы и т.п. могут быть
сочтены пригодными только для субъективного восприятия. Здесь
текстологическая экспертиза предикативной связи не выявит, хотя целевая
установка авторов программы или статьи очевидна. Также надо учитывать
специфику телевидения. Если газетное сообщение построено почти
исключительно словесными средствами и лишь иногда дополняется
визуальными материалами (фотографиями), то телесообщение базируется на
зрительном ряде, комментируемом словесно. В таких случаях рекомендуется
назначать филологическую и (или) видеографическую экспертизы. Например,
видеографическая экспертиза поможет выявить: какие технические приемы
были использованы ведущим телевидения; имеются ли в передаче случаи
подмены фактов художественными образами, и, если имеются, какие
эмоциональные цели и смысловые задачи могли быть поставлены авторами в
этих случаях.

Следует обратить внимание на то, что согласно ст. 10 ГПК каждая сторона
имеет право получать любые доказательства и представлять их в суд. Между
тем в процессуальном законодательстве содержатся положения, которые не
полностью согласуются с названной статьёй. Так, ст. 143 ГПК, которая
должна бы корреспондироваться со ст. 10 ГПК, называет субъектов
назначения экспертизы только судью либо суд.

Поэтому в литературе превалирует точка зрения, согласно с которой
стороны не имеют права самостоятельно приглашать экспертов в судебное
заседание или представлять суду заключения экспертов, составленные по их
просьбе.20

Действительно, решающая роль в назначении экспертизы по ГПК 1963 г. и по
новому ГПК остается за судом, поскольку именно суд решает вопрос о
наличии или отсутствии оснований для применения специальных знаний. Суд
может удовлетворить ходатайство стороны о назначении экспертизы, но
может и отказать в удовлетворении, если будет установлено отсутствие
специального элемента в структуре искомого факта. Вместе с тем,
положение, при котором основанием использования специальных познаний
может быть только волеизъявление суда, за исключением ст. 145 ГПК, в
которой указаны случаи обязательного назначения экспертизы, в перечень
которых не входят дела данной категории (об опровержении недостоверной
информации), является ограничением права сторон на участие в
доказывании, и в ряде случаев может лишить сторону возможности
реализовать доказательственное бремя, предписанное ему законом.

В соответствии со ст. 1 Закона Украины «О судебной экс-

20 Лилуашвили ТА. Экспертиза в советском гражданском процессе. —
Тбилиси: Тбилиск. гос. ун-т, 1967. – С. 88.

пертизе» от 25 февраля 1994 г. № 4039-ХИ судебная экспертиза — это
исследование экспертом на основе специальных знаний объектов, явлений и
процессов, которые содержат информацию об обстоятельствах дела,
находящиеся в производстве органов дознания, предварительного следствия
и суда. То есть, закон не дает возможности экспертного учреждения
отреагировать на обращение частного лица.

Думается, что стороны должны иметь возможность обратиться к специалисту,
а высказанное им мнение представить суду, так как необходимость такого
обращения может быть вызвана различными мотивами — отказ суда в
назначении экспертизы, необходимость доказывания в вышестоящем суде,
возможность утраты предмета, который необходимо исследовать и т.п.

В новом ГПК средства доказательства увеличены за счет пополнения звуко-
и видеозаписи, однако не в качестве самостоятельного вида доказывания, а
составной вещественных доказательств. Этому предшествовали длительные
дискуссии в теории доказательств и опыт фактического применения в
судопроизводстве новых средств информации. Например, H.A. Чечина
высказывала сомнения в целесообразности использования в суде таких
средств, как магнитофонные записи, из-за возможности противоречия их
содержания нормам морали.22

Вместе с тем, особенно активно такая фактическая процессуальная
деятельность использовалась по делам о защите чести, достоинства и
деловой репутации. При этом, ввиду отсутствия процессуального
регламента, каждый суд (судья) по-своему оформлял данное процессуальное
действие, то есть прослушивание или просмотр такой записи, занося его в
протокол судебного заседания. Впоследствии участии-

21 Судові експертизи в Україні // Бюлетень законодавства і юридичної
практики України. – 2002. – № 7.

22Чечина НА. Нормы советского гражданского права и морали //
Правоведение. – 1970. – № 5. – С. 73-74.

кам процесса предлагалось дать возможные пояснения или же задать вопросы
друг другу. Такая процедура и предусмотрена в новом ГПК.

Звуко- и видеозаписи являются очень специфическим средством доказывания.
Их достоинством является высокая степень документальности и наглядности
информации, а недостатком — возможность ведения скрытой записи или
съемки, а также возможность их фальсификации, имитации голоса и т.п. К
этим вопросам также имеет прямое отношение конституционное положение о
неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, а также право
на тайну телефонных переговоров и иных сообщений (статьи 31,32
Конституции Украины, статьи 301-306 ГК), которые суд не может оставить
без обсуждения и принятия решения при исследовании в судебном заседании
звуко- и видеозаписи. Кроме того, в соответствии со ст. 59 ГПК суд не
принимает во внимание доказательства, полученные с нарушением порядка,
установленного законом.

В ст. 188 ГПК законодатель в некоторой степени регламентировал порядок
исследования, воспроизведения, способы хранения и возврата этих
доказательств. Вместе с тем, законодатель не определил порядок
представления таких доказательств в судебное заседание. Так, например, в
силу ст. 136 лицо, которое просит вызвать в суд свидетеля, обязано в
своем заявлении указать ряд обстоятельств, иначе при разрешении такого
ходатайства возможны негативные процессуальные последствия.
Представляется, что и представлению в суд звуко- и видеозаписи должно
предшествовать аналогичное заявление или ходатайство об этом. Однако,
учитывая специфику такого средства доказывания и его значение для дела,
необходимости в последующем, возможно, проверить его ввиду поступления
заявления о фальшивости, лицо, его представляющее, как правильно
указывает М. Треушни-ков, должно указать: 1) когда осуществлялась
запись, 2) кем осуществлялась запись, 3) при каких обстоятельствах
осуществлялась запись.23

Следует помнить, что воспроизведение звукозаписи, демонстрации
видеозаписи, имеющих частных характер, а также их исследование возможно
только с согласия лиц, которых касаются эти сведения, о чем указано в
ст. ст. 186,188 ГПК.

Одновременно с требованием о защите чести, достоинства и деловой
репутации может быть предъявлено требование о возмещении имущественного
и морального (неимущественного) вреда (ст. 280 ГКдля физических лиц и
ст. 94, глава 3 ГКдля юридических лиц). Для подтверждения факта
причинения морального вреда и его размера суды принимают во внимание,
как правило, только объяснения истца, который по-своему усмотрению
определяет сам факт наступления вреда и размер морального вреда. Иногда
вместо морального вреда взыскивается имущественный вред, что является
неправильным.

Так, например, 14 марта 1997 г. А. обратился в Червоноза-водской
районный суд г. Харькова к В. и П. с иском о защите чести и достоинства,
ссылаясь на то, что в судебном заседании 12.06.1996 г. во время слушания
гражданского дела ответчики заявили, что истец украл из дела справку.
Поскольку сообщённые ответчиками сведения не соответствуют
действительности, порочат его перед лицами, изучающими дело, истец
просит опровергнуть указанные сведения и взыскать с каждого ответчика по
800 грн. морального вреда, ибо ложные сведения отрицательно отразились
на его физическом самочувствии.

Удовлетворяя требования истца о защите чести и достоинства, в отношении
возмещения морального вреда суд указал следующее: «Истец просит взыскать
с каждого из ответчиков по 800 грн. в счёт возмещения морального вреда,
ссылаясь на то, что сообщенные ответчиками сведения порочат его в глазах
людей, которые могут изучать материалы вышеуказанного

“Треушников M.K. Судебные доказательства. – М.: ОАО «Издательскийдом*
Народец», 2004. – С. 249.

дела. В связи с ложным заявлением ответчиков по утверждению истца у него
ухуддтилось физическое состояние. Однако доказательств, подтверждающих
ухудшение здоровья, истец не представил. Суд считает, что предъявленные
истцом требования значительно завышены, ничем не подтверждаются, поэтому
необходимо снизить размер возмещения морального вреда до 150 грн. с
каждого ответчика».24

Как видно из указанного примера, истец не доказал факт причинения ему
морального вреда, о чём было указано в самом решении, но размер его в
денежном выражении, вопреки всякой логике, был определён и взыскан
судом.

Иногда вместо морального вреда судами взыскивается имущественный вред.
Так, М. в исковом заявлении указал, что публикация, которая касалась его
деятельности как адвоката, привела к реальной потере адвокатского
имиджа, что в свою очередь пребывает в непосредственной связи с
получением гонораров, т.е. заработной платы (Волынская область).25 В
данном случае под видом возмещения морального вреда завуалировано
желание возместить материальный ущерб. В этой связи суды должны чётко
разграничивать эти два вида возмещений. При этом следует также
учитывать, что целью возмещения материального ущерба является приведение
материального состояния истца до такого, которое существовало до
правонарушения. Возмещения же морального вреда имеет целью компенсацию
запереживания, страдания, вызванные неправомерными действиями ответчика.
Особенность возмещения имущественного вреда, возникающего вследствие
нарушения чести, достоинства и деловой репутации, заключается в том, что
имущественный вреддолжен находится в причинно – следственной связи с
конкретным противоправным деянием, а именно: распространением
недостоверной информации, по-

24Дело№2/7-349. Архив Червонозаводскогорайонногосудаг.Харьковаза 1997 г.

25Домбровський І.П. Розгляд судами справ за позовами до засобів
масовоїінфор-маціїпрозахистчесті,гідностійділовоїрепутацїїтакомпенсаціюм
оральноїшкоди// Вісник Верховного Суду України. – 1998. – № 2. – С. 48.

рочащей честь, достоинство и деловую репутацию.

При установлении факта морального вреда по этой категории гражданских
дел следует руководствоваться разными критериями. С одной стороны —
теми, которые обуславливают субъективное восприятие (честь, достоинство,
репутация). Эти ценности определяются только истцом степенью его
восприятия причинённого морального ущерба и его последствий. С другой
стороны — характеризующими внешнее проявление морального вреда. Это,
прежде всего, нарушение обычного для истца способа жизни, вызванного
нарушением ответчиком его чести, достоинства или деловой репутации.

Впервые моральный вред как понятие было закреплено в ст. 39 Закона СССР
«О печатных и других средствах массовой информации» (1990 г.). Понятие
морального вреда также раскрыто в ст. 12 Закона Украины от 14 октября
1992 г. «Об охране труда». Под ним понимаются страдания, причинённые
работнику в результате физического или психического воздействия,
приведшие к ухудшению или лишению возможности реализации им своих
привычек и пожеланий, ухудшению отношений с окружающей средой, других
отрицательных последствий морального характера. Такое определение
понятия морального вреда применимо к отношениям, возникающим из трудовых
правоотношений.

Более универсальное определение этого понятия дано Верховным Судом
Украины. В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 31
марта 1995 г. в редакции от 25 мая 2001 г. «О судебной практике по делам
о возмещении морального (неимущественного) вреда» указано, что под
моральным вредом следует понимать потери неимущественного характера
вследствие моральных либо физических страданий или других отрицательных
явлений, причинённых физическому или юридическому лицу незаконными
действиями или бездействием других лиц.

Под неимущественным вредом, причиненного юридическому лицу, следует
понимать потери неимущественного характера, которые наступили в связи с
унижением его деловой репутации, посягательством на фирменное
наименование, товарный знак, производственную марку, разглашением
коммерческой тайны, атакже совершениемдействий, направленных на
уменьшение престижа или подрыв доверия к его деятельности.26 Такое
определение понятия «морального вреда» может быть воспринято
законодателем, но с дополнением его тем критерием, что данные
противоправные посягательства должны быть направлены на права или
законные интересы лица.

Для установления самого факта морального вреда, а также
причинно-следственной связи его с действиями ответчика, на наш взгляд,
по этой категории дел необходимо назначение су-дебно-психологической
экспертизы.

В исследованиях специалистов отмечается, что на оценку морального вреда
и причины его возникновения влияют опосредствовано разные факторы,
которые могут быть установлены экспертным путем. Так, отмечается, что у
населения, проживающего в промышленно-насыщенных районах, в соответствии
с проведенными исследованиями усматривается повышенный уровень (до 50 %
проживающих) различных психических отклонений, неврозов, обострение
нервных заболеваний. В ряде случаев усматривается состояние
«посттравматического стресса», не связанного с действиями конкретных
лиц. Такая ситуация обусловлена неудовлетворительной экологической
ситуацией в отдельных районах.27

Задачей такой экспертизы является определение у истца
индивидуально-психологических особенностей, черт характера, определяющих
личностные качества, мотивировочных принципов психической жизни и
поведения; эмоциональных реакций и состояний; закономерностей протекания
психичес-

16 Вісник Верховного Суду України. — 2001 — № 3. — С. 2.

27 Невалтдний М. Критерії визначення моральної гггкоди у зв’язку з
трудовим каліцтвом або іншим ушкодженням здоров’я //Право України. —
1996. — № 4. – С. 50.

ких процессов, уровня их развития и индивидуальных их особенностей.28
Указанные психологические факторы и особенности личности истца
необходимо учитывать при определении определяющих последствий
наступления морального вреда.

На разрешение экспертов следует поставить такой вопрос: имеет ли истец
изменения в эмоциональном состоянии, индивидуально-психологических
проявлениях, препятствующих активному социальному функционированию его
как личности и возникли ли они вследствие воздействия информации,
порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию.

Целесообразно при определённых условиях (например, если истец наряду с
требованием о защите чести, достоинства или деловой репутации требует
возмещения морального вреда на сумму 1000 и более гривен) обязательно
назначить судебно-психологическую экспертизу, включив в ГПК
соответствующую статью об обязательном назначении такой экспертизы в
контексте ст. 145 ГПК. Такое дополнение в ГПК соответствует новеллам,
внесённым в последнее время в гражданское процессуальное
законодательство. Так, в силу ст. 10 ГПК каждая сторона должна доказать
те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих
требований или возражений, кроме случаев, установленных настоящим
Кодексом.

Согласно со ст. 23 ГК моральный вред возмещается деньгами, другим
имуществом или иным способом. Размер денежного возмещения морального
вреда определяется судом в зависимости от характера правонарушения,
глубины физических и душевных страданий, ухудшения способностей
потерпевшего или лишения его возможности их реализации, степень вины
лица, причинившего моральный вред, если вины является ос-нованиемдля
возмещения, атакже сучетом иных обстоятельств, имеющих значение для
дела. При определении размера возмещения учитываются требования
разумности и справедливости.

28 Науково-методичні рекомендації з питань підготовки та призначення
судових експертиз, затверджених наказом Міністерства юстиції України від
8 жовтня 1998р. № 53/5 / / Бюлетень законодавства і юридичної практики
України. – 2002. – № 7. – С 39-82.

Моральный вред возмещается независимо от подлежащего возмещению
имущественного вреда и не связан с размером этого возмещения.

Моральный вред возмещается однократно, если иное не установлено
договором или законом.

Ранее, по ст. 440-1 ГК 1963 г. минимальный размер возмещения морального
вреда составлял не менее пяти минимальных размеров заработной платы.

Максимальный размер морального вреда в денежной форме был установлен в
п. 11 Правил возмещения собственником предприятия, учреждения и
организации либо уполномоченным органом вреда, причинённого работнику
повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей,
утверждённых постановлением Кабинета Министров Украины от 23 июля 1993
г. № 472.29 Согласно этого пункта размер возмещения морального вреда не
может превышать 150 необлагаемых минимумов доходов граждан, независимо
от любых других выплат.

С принятием Закона Украины «Об общеобязательном государственном
социальном страховании от несчастного случая на производстве и
профессионального заболевания, которые причинили потерю
трудоспособности» от 23 сентября 1999 г. № 1105-XTV размер страхового
возмещения за моральный (неимущественный) вред определяется в судебном
порядке. При этом размер страхового возмещения не может превышать 200
размеров минимальной заработной платы, установленной надень выплаты,
независимо от любых иных страховых выплат.

На наш взгляд, имеется практическая необходимость определить размер
возмещения морального вреда в денежном выражении по всем искам, в том
числе и 6 защите чести, достоинства и деловой репутации, — от
минимального идо макси-

” Законом Украины «Об общеобязательном государственном социальном
страховании от несчастного случая на производстве и профессионального
заболевания, которые причинили потерю трудоспособности» от 23 сентября
1999 г. № 1105-XTVуказанные Правила были отменены.

мального. При этом вопрос об определении минимальных и максимальных
размеров возмещения морального вреда может быть разрешён только в
законодательном порядке.

При решении вопроса о наличии оснований для возмещения морального вреда
при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации и
средствахдоказывания возникают трудности в установлении судом причинной
связи между распространёнными ответчиком порочащими сведениями и
наступившим при этом моральным вредом. Они вызваны тем, что в последнее
время получает развитие концепция о том, что любым правонарушением
причиняется моральный вред.30 То естьречь, по сути, идёт о введении
презумпции морального вреда. Такое утверждение обусловлено прежде всего
тем, что в законодательстве Российской Федерации (этуконцепцию в
большинстве внедряют учёные этой страны) понятие морального вреда
определяется как «моральные и физические страдания», а в Украине — как
«отрицательные последствия, вызванные моральными или физическими
страданиями». В связи с этим правильным было бы поддержать авторов,
считающих, что факт наличия морального вреда нужно доказать как
необходимый элемент правонарушения,31 а не исходить из его презумпции.

К примеру, Верховный Суд Украины своим определением от 30.01.2003 г. по
делу № 6-10496кс02 оставил без изменения решение Октябрьского районного
суда г. Запорожье от 14.12.2000 Е И определение Апелляционного суда
Запорожской области от 30.10.2001 г., которыми отказано в иске Б. и Н.
кредакции газеты «Запорізька правда», Л., С. и Ф. о защите чести,
достоинства и возмещении морального вреда. При этом суды первой и
апелляционной инстанций установили, что действительно некоторые

30 МареинН. С. О моральном вреде// Советское государство и право. —1993.
— № 3.

– С. 34; Пашюк В.П. Правове регулювання відшкодування моральної
(немайнової)

шкоди: Автореф.дис…канд. юрид. наук. – Харків, 2000.- С. 8.

31 Шімон СІ. Відшкодування моральної (немайнової) шкоди як спосіб
захисту

суб’єктивнихцивільнихправ:Автореф.дис.канд. юрид. наук. – K. — 1998. —
С. 59;

СтефанчукP.O. Захистчесті,гідностітарепутацїївцивільномуправі. – K.:
Науко-

вий світ, 2001. – С 141.

сведения, изложенные в оспоренной истцами опубликованной статье, не
отвечают действительности, однако они не порочат честь, достоинство
истцов и не причиняли им морального вреда, а редакция газеты, к тому же,
еще до вынесения решения судом опубликовала опровержение и извинилась
перед истцами за допущенные нарушения. Суд кассационной инстанции
согласился с такими выводами нижестоящих судом, указав также следующее.
В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Украины № 4
от 31 марта 1995 г. «О судебной практике по делам о возмещении
морального (неимущественного) вреда» предусмотрено, что под моральным
вредом следует понимать потери неимущественного характера вследствие
моральных или физических страданий. Моральный вред может состоять, в
частности: в умалении чести, достоинства, престижа или деловой
репутации, в нарушении нормальныхжизненныхсвязей через невозможность
продолжения активной общественной жизни, нарушении связей с окружающими
людьми, при наступлении иных отрицательных последствий. Истцами не было
представлено, а судом не было добыто доказательств о причинении им
морального вреда. Поэтому постановленное решение является законным и
обоснованным.32

Полагаем, что именно такой позиции (о том, что причинение морального
вреда в каждом случае должно подтверждаться) придерживается прецедентная
практика Европейского Суда по правам человека. Право на возмещение
морального вреда — это процессуальное требование предоставить
возможность доказать наличие вреда, определить его размер и получить
посредством судебного разбирательства этого вопроса соответствующую
компенсацию. То есть, полагаем, что суды должны иметь в виду, что лицо
не может требовать компенсацию, если не был причинен моральный вред,
который должен быть возмещен.”

32 Архив Октябрьского районного суда г. Запорожье за 2000 г.

33 ЛуспеникД.Д. Стаття 5 Європейської конвенціїпро захист прав людини та
ос-

новних свобод і право на відшкодування шкоди у судовій практиці //
Юридичний

журнал. – 2004. – № 9. – С 94-100.

Исходя из этого, логичным будет полагать, что по делам о защите чести,
достоинства или деловой репутации ответчик отвечает не за любой
моральный вред, а только за причинённый его действиями. Отсутствие же
причинной связи исключает такую ответственность.

Для подтверждения причинной связи междудействиями ответ-чикаи моральным
вредом на стороне истца допустимы любые сред-ствадоказывания,
предусмотренные ГПК Суд, устанавливая причинную связь, исходит из
эмпирических наблюдений. Но для точного установления такой связи, как
нами уже отмечалось, необходимо назначать судебно-психологическую
экспертизу.

Обязанность на указание лежащих в основе ответственности фактов и
подтверждающих их доказательств возлагается на истца, начиная с того,
что в соответствии со ст. 119 ГПК это должно быть сделано в исковом
заявлении. Между тем, как свидетельствует изучение гражданских дел, в
большинстве случаев исковые заявления в части требований о возмещении
морального вреда не содержат в себе обоснований характера причинённого
морального вреда. Суды, как правило, ограничиваются короткими
пояснениями истцов (их представителей). Так, например, Б. обратилась в
Московский районный суд г. Харькова с иском к Я. о защите чести,
достоинства и деловой репутации, атакже взыскании морального вреда в
сумме 29500 грн., ссылаясь на то, что ответчица 14.02.2001 г. в
присутствии членов общественной организации «Громадський контроль»
назвала его сумасшедшим. Суд в обоснование морального вреда и его
размера указал, что высказывание ответчицы действительно унижает честь и
достоинство истца, и это привело к психическим переживаниям, причинило
истцуморальные страдания, атакже взыскал с ответчика 590 грн. в
возмещение морального вреда.34

Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 31 марта
1995 г. с изменениями от 25 мая 2001 г. «О судебной практике по делам о
возмещении морального (неиму-

34 Дело № 2-2442. Архив Московского районного суда г. Харькова за2001 г.

щественного) вреда» суддолжен выяснить: наличие такого вреда,
противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между
вредом и противоправными действиями и вины последнего в его причинении.
В частности, суд должен выяснить, чем подтверждается факт причинения
истцу моральных или физических страданий или потерь неимущественного
характера, при каких обстоятельствах или какими действиями
(бездействием) они причинены, в какой денежной сумме или в иной
материальной форме истец оценивает причиненный ему вред и с чего он при
этом исходит, а также другие обстоятельства, имеющие значение для
разрешения спора.35

Размер возмещения морального вреда, какуказано в п. 9 названного
постановления Пленума Верховного Суда Украины, суд определяет с учетом
характера и объема страданий (физических, душевных, психическихит.п.),
которые причинены истцу, характера неимущественных потерь (их
продолжительность, возможность восстановления и т.п.) и иных
обстоятельств. В частности, учитывается состояние здоровья потерпевшего,
тяжесть вынужденных изменений в его жизненных и производственных
отношениях, степень уменьшения престижа, деловой репутации, времени и
усилий, необходимых для восстановления прежнего состояния, добровольное
— по собственной инициативе или в связи с обращением потерпевшего —
опровержение информации редакцией средства массовой информации. При этом
суддолжен исходить из принципов разумности, взвешенности и
справедливости.36

Таким образом, в указанном постановлении Пленума Верховного Суда Украины
в достаточной мере перечислены обстоятельства, которые должны быть
учтены судом, а также подтверждены соответствующими доказательствами,
представленными истцом при установлении факта причинения морального
вреда и определении его размера.

35 ПросудовупракшкувсправахпровщпжодуванняморальноЦнемайн шкоди

// Шсник Верховного СудуУкраши. – 2001. – № 3. – С. 3.

36 В1сник Верховного СудуУкраши. – 2001. – № 3. – С. 3-4.

3.3.

Судебное решение по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации

Рассмотрение и разрешение в суде дел о защите чести, достоинства и
деловой репутации в результате распространения недостоверной информации,
как и других гражданс-кихдел, завершается постановлением решения.1 А.Ф.
Клейн-

1 В процессуальной литературе проблеме судебного решения посвящено ряд
работ: Авдкжов М.Г. Судебное решение. – М.: Госюриздат, 1959; Завадская
Л.Н. Реализация судебных решений. -М.: Наука, 1982; Гурвич МА. Судебное
решение (теоретические проблемы). – М.: Юрид. лит., 1976; Зейдер Н.Б.
Судебное решение по граж-данскомуделу. – М.: Юрид. лит., 1966;
КлейнманА.Ф. Судебное решение в советской науке гражданского
процессуального права//Правоведение. – 1966. — № 3; Пушкарь Е.Г. Исковое
производство в советском гражданском процессе. — Львов: «Вищашко-ла», –
1978; Губарь Т.Н. Устранение судом недостатков в вынесенном им решении:
Автореф. дисс… канд. юрид. наук. – Харьков, 1974; Зайцев И.М. Судебное
решение как процессуальный документ// Российская юстиция. – 1995. – № 4;
Чечина НА. Нормаправаи судебное решение. – Л.: Изд-во Ленинград, гос.
ун-та, 1961 идр.

ман подчеркивал, что соблюдение процессуальных норм, регламентирующих
порядок вынесения решения и процессуальную форму, в которой оно
облекается, гарантирует его законность и обоснованность.2 Кроме того,
точное и неукоснительное соблюдение судами норм процессуального
законодательства относительно содержания судебных решений является
основным условием достижения задач гражданского судопроизводства,
поскольку решение суда это наиболее важный акт правосудия,
постанавливаемый именем Украины и направленный на защиту гарантированных
Конституцией и законами Украины прав, свобод или интересов физических
лиц, прав и интересов юридическихлиц, интересов государства (ст. 1 ГПК).

Природа судебной власти и те черты, которые характеризуют её
особенности, являются отправными положениями, определяющими суть
судебного решения в гражданском деле. Судебная власть осуществляется
только тогда, когда необходимо решить с соблюдением всех гарантий
правосудия тот или иной правовой вопрос, спор о праве в гражданском
судопроизводстве.

В теории гражданского процесса различают судебное решение как акт
правосудия и как процессуальный документ.3 Такое разграничение
заслуживает внимания, поскольку решение как акт правосудия включает в
себя приказ суда — органа судебной власти, основанный на судебном
подтверждении установленных фактов, прав и обязанностей заинтересованных
лиц, а решение как процессуальный документ выступает в качестве формы,
где сущность и содержание объективируется в актах- документах
судопроизводства. Это означает, что между судебным решением – актом
правосудия и судебным решением —процессуальным документом существует
теснейшая связь.

Содержание любого судебного решения, втомчисле и ренте-

2 Клейнман А.Ф. Новейшие течения в советской науке гражданского
процессуального права. – М.: МГУ, 1967. – С. 87.

3 Гурвич МА Решение советского суда в исковом производстве. — М.: ВЮЗИ,
1955. – С. 6; Гражданский процесс: Подред. В.В. Комарова. -Харьков:
Одиссей, 2001. – С.336-339.

ния о защите чести, достоинства и деловой репутации, определяется тремя
факторами: обстоятельствами рассматриваемого гражданского дела,
правовыми требованиями, предъявляемыми к нему, и процессуальной формой,
установленной законом для актов правосудия. И если фактические данные в
каждом деле абсолютно индивидуальны и неповторимы, то требования закона,
юридическая формапостоянныинеизменны. Именно их несоблюдение означает
неправомерность решения и, какрезуль-тат, – необходимость его изменения
либо отмены.4

В судебном решении содержится властное подтверждение правоотношения и
определение правового поведения сторон.

Подтверждение правоотношения означает подтверждение его наличия или
отсутствия у субъектов права. Несмотря на то, что право на изменение и
прекращение правоотношения существует до судебного разбирательства,
необходимо решение суда для того, чтобы оно было реально изменено или
прекращено.5 Поэтому можно говорить не только о властном подтверждении
судом правоотношения, субъективных прав и обязанностей сторон, но и
изменения и прекращения правоотношений.

Судебное решение, как акт правосудия, должно отвечать предъявляемым к
нему законом требованиям. В соответствии со ст. 213 ГПКрешение
судадолжно быть законным и обоснованным. Кроме этого, оно должно
отвечать требованиям полноты, определённости, формы, ясности и точности.
Решение суда по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации
должно отвечать этим общим требованиям.

Несмотря на наличие общих требований, предъявляемых к судебным решениям,
можно говорить о своеобразии решений по тем либо иным категориям
гражданских дел. По де-

4 Тимченко Г.П. Способи та процесуальні форми захисту цивільних прав:
Авто-реф. дис… канд. юрид. наук. – Харків, 2002. – С. 15.

5 Гурвич МА. Судебное решение (теоретические проблемы). – М.: Юрид.
лит., 1976. -С. 31; Комиссаров К.И.
Правоприменительнаядеягельностьсудавгражданскомпроцессе// Советское
государство и право. – 1971. – № 3. – С. 71; Масленников Н.И. Законная
сила судебного решения: Автореф. дисс… канц. юрид. наук. – Свердловск,
1975. – С. 8.

лам о защите чести, достоинства и деловой репутации своеобразие судебных
решений связано, прежде всего, с субъектным составом спорных
правоотношений и характером исковых требований, а в конечном итоге —
применяемыми судом нормами материального права. При постановлении
решения суды должны принимать во внимание разъяснения, данные в
постановлениях Пленума Верховного Суда Украины № 7 от 28 сентября 1990
г. из соответствующими изменениями и дополнениями «О применении судами
законодательства, регулирующего защиту чести, достоинства и деловой
репутации граждан и организаций» и № 11 от 29 декабря 1976 г. из
соответствующими изменениями и дополнениями «О судебном решении» и
некоторых других в части, если они не противоречат действующему
законодательству.

Решение будет законным, если суд, исполнив все требования гражданского
судопроизводства, решил дело в соответствии с законом. Обоснованным
считается решение, постановленное на основе полностью и всесторонне
выясненных обстоятельствах, на которые ссылаются стороны как на
основание своих требований и возражений, подтвержденных теми
доказательствами, которые были исследованы в судебном заседании.

Статьей 8 ГПК определено законодательство, в соответствии с которым суд
разрешает дела. Суд разрешает дела в соответствии с Конституцией
Украины, законами Украины и международными договорами, согласие на
обязательность которых дано Верховной Радой Украины.

Суд применяет другие нормативно-правовые акты, принятые соответствующим
органом на основании, в пределах полномочий и способом, предусмотренным
Конституцией и законами Украины.

В связи с тем, что Конституция Украины имеет наивысшую юридическую силу,
указано в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Украины от 1 ноября
1996 г. № 9 «О практике применения Конституции Украины при осуществлении
правосудия», а её нормы являются нормами прямого действия, суды при
рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации должны
оценивать содержание любого закона или нормативно-правового акта с точки
зрения его соответствия Конституции. Судебные решения должны
основываться на Конституции, атак-же надействующем законодательстве, не
противоречащем ей.6

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации
принципиальное значение имеет применение норм материального права при
верховенстве Конституции. Рассматривая вопрос о предмете доказывания, мы
обращали внимание на возможную коммуляцию обстоятельств, связанных с
применением схст. 94,277 ГК, ст. 23 ГКи ст. 34 Конституции. В литературе
отмечалось, что суды, рассматривая эти дела, иногда механически
применяют указанные нормы права, не обращаясь к конституционным и иным
нормам. Это приводит, так сказать, к диспропорции в защите прав истцов и
ответчиков в сторону повышения защиты истцовой стороны особенно, когда
ответчиками выступают средства массовой информации, а истцами —
политические деятели или чиновники.

Имеются основания для суждений Н. Петровой, которая отмечает, что
конституционно гарантированные в нашем государстве права и свободы
слова, мысли, свободного выражения своих взглядов, сбора, хранения,
использования и распространения информации, уважение к чести,
вмешательство в личную и семейную жизнь, а также свобода литературного,
художественного, научного и технического творчества, защиту авторских
прав и интеллектуальной собственности органически вливаются в палитру
международных стандартов по правам человека. Они приобретают особенное и
позитивное однозначное содержание, если рассматривать их через призму
ст. 15 Конституции Украины, которая декларирует политическое,
экономическое и идеологическое многообразие общественной

6 Постанови Пленуму Верховного Суду України (1995-1998) // Бюлетень
законодавства і юридичної практики України. – 1998. – № 8. – С 50.

жизни в нашей стране и запрещает цензуру. В этом — большое преимущество
для каждого конкретного человека, но одновременно в этом и источник
повышенной ответственности всех ветвей демократической власти —
законодательной, исполнительной, судебной, призванных внедрять
провозглашённые законом декларации в жизнь, заботиться не только о
гарантиях декларации этих прав и свобод каждым из нас, но и обеспечивать
соблюдение баланса между одинаково конституционно гарантированными
правами.7

При этом особое значение имеет квалификация спорных правоотношений с
точки зрения защиты так называемых фундаментальных прав, а также
требования Конституции, что эти фундаментальные права могут быть
ограничены.

Так, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой
репутации и постановлении решения об опровержении распространённой в
средствах массовой информации недостоверной информации, либо её изъятия,
является одновременно ограничением свободы слова, мысли и свободного
выражения своих взглядов и убеждений. Этим как раз и объясняется
сложность и специфика применения массива материального законодательства.

Права истца как бы формально входят в прямой конфликт не только с
правами средства массовой информации (ответчика) на свободу слова и
правом распространять информацию, но и с правами других граждан на
получение общественно необходимой информации от средства массовой
информации. Поэтому суды, осуществляя охрану прав и свобод граждан при
рассмотрении дел по искам к средствам массовой информации, призваны
учитывать, что органичное сочетание прав сторон возможно лишь в
контексте конституционного баланса их

7 Петрова Наталія. Українське законодавство згідно з аналогією праві
аналогією закону для вирішення цивільних справ стосовно захисту честі і
гідності або ділової репутації особи, свободи думки і слова, вільного
вираження поглядів і переконань, невтручання в особисте життя особи//
Судова практика у справах за позовами до ЗМІ (матеріали
науко-во-пракгичноїконференції 13-14травня 1999р.). – К., 1999. – Т 1. —
С. 21.

соотношения. При этом права истцов, ответчиков — средств массовой
информации должны соотноситься с учётом роли прессы в демократическом
обществе, а также правами других граждан на информацию.

С целью усиления гарантий защиты этих прав представляется необходимым по
этой категории гражданских дел применять ч. 3 ст. 34 Конституции, в
соответствии с которой ограничения могут оправдываться лишь чрезвычайно
важнейшими общественными или государственными интересами: национальной
безопасности, территориальной целостности либо общественного порядка с
целью предупреждения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья
населения, для защиты репутации или прав других людей, для
предупреждения разглашения информации, полученной конфиденциально, либо
для поддержания авторитета и непредвзятости правосудия.

Ограничение свободы слова, мысли и информации должно быть оправдано в
каждом конкретном случае при рассмотрении дел о диффамации8 и лишь по
основаниям, предусмотренным ч. 3 ст. 34 Конституции Украины. При
разрешении вопроса о том, является ли ограничение оправданным, суды
должны исходить из четырёх факторов:

ограничиваютсяли права, предусмотренные ч. 1,2 ст.34 Конституции
Украины, если требования истца удовлетворяются;

имеет ли ограничение легитимную цель, т.е. направленно ли оно на защиту
этой цели;

предусмотрено ли ограничение законом;

4) нужнылитакие ограничения вдемократическом обществе.9

Что очень важно, любое ограничение, условие или вмеша-

8 От лат. оЖагпаио — разглашение, порочащее. В юридической литературе со
ссьш-кой на зарубежное законодательство нет единого мнения, что понимать
под диффамацией. Однако большинство считает, что под диффамацией следует
подразумевать правонарушение в виде распространения (произнесения слов и
публикации) не соот-ветствующихдействительности фактических сведений,
порочащих честь, достоинство и деловую репутацию потерпевшего.

‘ Місьо Марія, Петрова Наталія. Українське законодавство і захист преси
// Свобода висловлювань і приватність. – 2000. – № 1-2. – С. 24.

тельство в осуществление свободы выражения своего мнения может
применяться только в отношении какой-либо конкретной формы проявления
этой свободы. При этом само содержание права на свободу выражения
затрагиваться не может. В этой связи в статье 17 Европейской конвенции о
защите прав человека и основных свобод говорится, что «ничто в настоящей
Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо
государство, какая-либо группалиц или какое-либо лицо имеет права
заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие то ни
было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в
настоящей Конвенции, или их ограничение в большей мере, чем это
предусматривается в Конвенции».10

Легитимность целей по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации, если ответчиком является средство массо-*, вой информации,
суды могут определять посредством анализа исковых требований и
конкретных обстоятельств каждого дела. Если действительно речь идёт о
защите чести, достоинства и деловой репутации или иных прав истца, то
легитимная цель имеет место. Но если ответчикам будут предоставлены
доказательства того, что иск фактически направлен на умолчание
недостатков либо наказание критиков или средств массовой информации, а
сумма исковых требований относительно компенсации морального вреда
является чрезмерной и свидетельствует, скорее, о намерении добиться
возможного прекращения выхода средства массовой информации, то такие
цели при любых обстоятельствах нельзя считать легитимными, и это должно
иметь существенное правовое значение для отказа в иске.

В предьщущих разделах данной работе приведены примеры прецедентной
практики Европейского Суда по правам человека относительно толкования ч.
2 ст. 10 Конвенции о правомерных целях при ограничении свободы выражения
мнений.

10 Практика Європейського Судузправлюдини. Рішення. Коментарі. – Київ,
1999. – № 1. – С 3 2 .

Для решения вопроса о квалификации правоотношений и необходимости
ограничения в демократическом государстве прав и свобод, предусмотренных
ч.ч. 1,2 ст. 34 Конституции Украины, суд должен при рассмотрении дел о
диффамации исходить из необходимости ограничения как неотложной
общественной потребности. Недостаточно для обоснования ограничения того,
что оно связано с перечнем причин для возможных ограничений по ч. 3 ст.
34 Конституции Украины, к примеру, для защиты репутации. Не всегда
защита репутации по ч. 3 ст. 34 Конституции Украины оправдывает
ограничения прав и свобод, предусмотренных чч.1 и 2 ст. 34 Конституции
Украины. Нельзя признать правильной практику судов по рассмотрению дел о
диффамации, когда в решениях нет анализа причин ограничения прав и
свобод, а имеется только анализ ст. 277 ГК (ст. 7 ГК1963 г.), содержащей
якобы общее правило. Соответствие Конституции Украины каждого
ограничения должно рассматриваться отдельно в каждом деле, исходя из
конкретных обстоятельств.

При определении того, является ли ограничения по конкретному делу
необходимым, целесообразно обращаться к положениям ст. 34 Закона Украины
«О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине», ст. 2,
ст. 30, ч. 3 ст. 37 Закона Украины «О телевидении и радиовещании»,
ст.ст. 9,10, ч. 6 ст. 32, ст. 43 Закона Украины «Об информации», ч. 3
ст. 6 Закона Украины «О государственной тайне», где определено право
граждан на получение оперативной информации вообще и о деятельности
органов государственной власти, местного самоуправления, деятельности
должностных лиц.

Так, из ст. 30 Закона Украины «Об информации» следует, что информация с
ограниченным доступом может бьпь распространена без согласия ее
собственника, если эта информация является общественно значимой, то есть
если она является предметом общественного интереса и если право
общественности знать эту информацию преобладает праву ее собственника на
ее защиту.

Европейский Суд последовательно придерживается той позиции, что хотя
пресса и не должна преступать границы, установленные для «зашиты
репутации других лиц», тем не менее на нее возложена миссия по
распространению информации и идей по политическим вопросам, атакже по
другим проблемам, представляющим общественный интерес. Если на прессе
лежит задача распространять такую информацию и идеи, то общественность,
со своей стороны, имеет право получать их.

Разрешая дела о защите деловой репутации юридических лиц, суды не
обращают надлежащего внимания на некоторые особенности, которые отличают
правовые аспекты таких дел от аналогичных дел по искам физических лиц.
Это связано с законностью судебного решения.

Первая особенность заключается в том, что право физического лица
защищать репутацию закреплено в Конституции Украины, а поэтому это право
может быть ограничено только тогда, когда это необходимо для защиты
конституционных прав других лиц на свободу слова, мысли и информации.
Юридическим же лицам это право предоставлено не Конституцией, а законами
(в частности, ст. 94 ГК). Поэтому, по нашему мнению, оно имеет более
низкий уровень в иерархии защиты и должно уступать конституционным
правам других граждан на свободу слова, мысли и информации при условии,
так сказать, меньшего уровня общественного интереса.

Вторая особенность при разрешении указанной категории дел, когда истцом
является организация, связана с толкованием и применением ст. 94 ГК в
части квалификации предусмотренных ею объектов защиты, т.е. деловой
репутации применительно к названным субъектам. При этом не следует
забывать, что некоторые действующие законы Украины предоставляют право
юридическим лицам также и на защиту чести и достоинства, о чем мы уже
указывали ранее, например, в силу ст. 49 Закона Украины «Об информации»
в редакции от 3 апреля 2003 г.

Говоря о чести и достоинстве, как уже отмечалось в разделе первом,
следует обратить внимание нато, что эти понятия в боль-шеймере относятся
кобщественной оценке социальных, моральных и духовных качеств. По этим
причинам понятие чести, пожалуй, является более общим и обширным, нежели
понятиедос-тоинство, о чём было сказано ранее. Однако в любом случае они
должны рассматриваться во взаимосвязи. Это означает, как правильно
отметил И. Домбровский, что невозможно опорочить (а соответственно и
защищать) честь илидостоинство, разделив эти понятия. Любое
посягательство начесть является одновременно и посягательством на
достоинство.11 Применительно к юридическим лицам, нам представляется,
нельзя говорить об ихчести, как общественной оценке их моральных и
духовных качествах или о достоинстве как самооценке этих качеств.
Юридическим лицам и ихдеятельности оценки всегдадают люди, причём с
потребительской точки зрения — как инструменту удовлетворения
определённых человеческих потребностей.

В отличие от моральныхкачеств в чести идостоинстве, предметом деловой
репутации является, прежде всего, оценка качеств лица в сфере отношений
по производству и услугам. А это те качества, которые индивидуализируют
его среди иных деловых лиц и определяют уровень доверия к нему в его
дело-войдеятельности (профессионализм, надёжность, деловитость,
обязательность в деловых отношениях и т. п.).

Поэтому следует согласиться с мнением Н. Полуденного о том, что истцы не
вправе ставить, а суды рассматривать требования о защите чести и
достоинства юридического лица. Предметом иска для юридических лиц в
случаях, предусмотренных ст. 7 ГК (в редакции 1963 г.) остаётся лишь
право на защиту деловой репутации.12 Следует также обращать внимание
нато, что в ст. 94 нового ГК юридическим лицам предос-

11 Домбровський I. Понятая честі і гідності та ділової репутації за
законодавством

України. Особливості підготовки справ до судового розгляду підвідомчих
справ // Су-

дова практика у справах за позовами до З МІ.: К., 1999. -Т. 1.-С
103-108.

12 Полудьонний М. Юридичні особиякоб’ектпосяганняз боку засобів
масовоїінфор-

мації//Судова практика у справах за позовами до ЗМІ. – К., 1999. -Т. 1.
– С 93-98.

тавляется право на защиту только деловой репутации.

В литературе имеются высказывания и о том, что если юридические лица не
имеют моральных качеств в понимании чести и достоинства, тогда
логическим является вывод о том, что оно не может терпеть морального
вреда.13 Такой вред физическому лицу связан с моральными или физическими
страданиями, моральными переживаниями, что вообще не присуще
юридическому лицу.

Вместе с тем, в силу ст. 23 ГК юридическое лицо имеет право на
возмещение морального вреда, причиненного в результате нарушения его
прав, в частности в умалении деловой репутации.

На наш взгляд, вред деловой репутации юридического лица может быть
только имущественного характера, как и его компенсация — например,
упущенной выгоды, когда истец доказывает реальные доходы, которые могли
бы быть получены, если бы был причинён ущерб его деловой репутации.

Между тем, неимущественный вред в текстах законов всегда располагается в
скобках с моральным вредом, что свидетельствует о том, что законодатель
не разграничивает эти понятия. Вместе с тем их следует разграничивать,
исходя из разницы между физическими и юридическими лицами.

Если моральный вред связывается с моральными страданиями физического
лица, то неимущественный вред юридического лица связывается с
материальным вредом. Так, например, только в Законе «О
внешнеэкономическойдеятельности» определяется понятие морального ущерба,
как ущерба, который причинён личным неимущественным правам субъектов
внешнеэкономической деятельности и который привёл или может привести
кубыткам, имеющим материальное выражение (ст. 1). Из этого можно сделать
вывод о том, что посягательство на

13 Ромовська 3. Теоретичні проблеми застосування статті 7 Цивільного
кодексу України // Судова практика у справах за позовами до ЗМІ:
Матеріали науково-практичної конференції 13-14травня 1999 р. – К., 1999.
-Т. 1. – С 42.

деловую репутацию в смысле ст. 94 ГК может привести к снижению уровня
соответствующих нематериальных активов юридического лица и,
соответственно, к снижению его прибыли. А поэтому неимущественный ущерб
организациям, в отличие от морального вреда физических лиц, должен иметь
непосредственную причинную связь с последствиями имущественного
характера. Если истец этого не докажет, суд должен принять решение об
отсутствии такого ущерба.

Учитывая, что органы власти также входят в категорию организаций
юридическихлиц, все изложенное выше также касается и их деятельности за
некоторыми исключениями, которые присущи специальному статусу этих
органов.

Особенностью является то обстоятельство, что иски государственных
органов образуют опасность наказания добросовестных критиков власти.

Иски о защите деловой репутации органов государственной власти или
местного самоуправления любого уровня должны рассматриваться и
разрешаться с учётом характера спорных правоотношений с тем, чтобы не
допустить использования истцами установленного законом механизма защиты
нарушенных прав для наказания журналистов или доведения до банкротства
редакций за критические материалы относительно тех или иных должностных
лиц.

При этом следует учитывать, что статья 49 Закона Украины «Об информации»
о возмещении материального и морального вреда с 6 мая 2003 г. действует
в новой редакции. Согласно этой норме права, органы государственной
власти, органы местного самоуправления какистцыпо делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации вправе требовать по суду только
опровержения недостоверной информации и не имеют права требовать
возмещения морального (неимущественного) вреда.14

В некоторых странах, например США, государственным органам не
разрешается выступать истцами по делам о за-

14 Відомості Верховної Ради України. – 2003. – № 28. – Ст. 214.

щите репутации, даже когда речь идёт об их репутации в хозяйственных
делах.15

По нашему действующему законодательству имеется правовое основание
следующим образом решить этот вопрос. В ст. 3 Конституции Украины
провозглашено, что права и свободы человека и их гарантии определяют
содержание и направленность деятельности государства, которое отвечает
перед человеком за свою деятельность. Реализация этой ответственности
возможна лишь при условии свободы слова, мысли и информации о
деятельности властных структур. Между тем, дела о защите деловой
репутации органов власти, независимо от положительного или
отрицательного его решения, существенно ограничивают право человека
иметь информацию об ихдеятельности, поскольку средства массовой
информации в будущем могут избегать публикации такой тематики.

Положительным в этой связи следует считать правило, закреплённое в ст.
17 Закона Украины от 23 октября 1997 г. в редакции от 3 апреля 2003 г.
«О государственной поддержке средств массовой информации и социальной
защите журналистов». В соответствии с этой нормой в случае конфликта
относительно причинённого морального (неимущественного) ущерба между
журналистом или средством массовой информации, с одной стороны, и
политической партией, избирательным блоком, должностным лицом
(должностнымилицами) — сдругой, суд определяется относительно наличия
умысла журналиста или служебныхлиц средства массовой информации, а также
учитывает последствия использования потерпевшим возможностей
внесудебного (досудебного) опровержения неправдивых сведений, отстаивая
его честь и урегулирования конфликта в целом. С учетом изложенных
обстоятельств суд вправе отказать в возмещении морального вреда.

Под умыслом журналиста и (или) служебного лица средства

15 Місьо Марія, Петрова Наталія. Українське законодавство і захистпреси
// Свобода висловлювань і приватність. — X.:
Харківськаправозахиснагрупа, 2000. — № 1-2. — С 23.

массовой информации следует понимать такое их (его) отношение к
распространению информации, когда журналист и (или) служебное лицо
средства массовой информации осознавали недостоверность информации и
предусматривали ее общественно опасные последствия.

Журналист и (или) служебное лицо средства массовой информации
освобождаются от ответственности за распространение информации, которая
не соответствует действительности, если суд установит, что журналист
действовал добросовестно и проверял полученную информацию.

Отличия между просто распространением недостоверной информации и
распространением её с умыслом заключается в том, что в первом случае суд
должен установить, что ответчик должен был знать, что информация
недостоверная. При установлении распространения информации с умыслом
берётся во внимание субъективное отношение ответчика. Суд должен
выяснить, что ответчикточно знал о неправдивости информации, или был
безразличным относительно её достоверности. Для этого суд должен
проанализировать обстоятельства, подтверждающие соблюдение ответчиком
профессиональных норм. Эти нормы изложены в ст. 2 Закона Украины «О
печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине», ст.ст. 37,
38, 39 Закона Украины «О телевидении и радиовещании», ст. 2 Закона
Украины «О порядке освещения деятельности органов государственной власти
и органов местного самоуправления в Украине средствами массовой
информации», ч. 5 ст. 15 Закона Украины «О государственной поддержке
средств массовой информации и социальной защите журналистов».

Примером несоблюдения профессиональных норм может быть ситуация, когда
средства массовой информации (автор) не проверили информацию.
Еслипредметомискаявляетсяинфор-мация, которая по тексту соответствует
коллективному письму в редакцию, то ответчик должен доказать наличие
такого письма и, поскольку оно является проявлением общественной мысли,
достоверность его содержания доказывать не нужно. Подтверждением такого
вывода является дело по иску К. к редакции газеты
«РадянськаЖитомирщина». Суд отказал в иске, ссылаясь на то, что
распространённые относительно истца сведения соответствуют
действительности. Кроме того, публикация была дословным отображением
материала, напечатанного другим средством массовой информации, со
ссылкой на первоисточник. Судебная коллегия исключила из мотивировочной
части решения как основание для отказа в иске указание на то, что
распространённые относительно К. сведения соответствуют
действительности.16

Кроме законности, решение по делам о защите чести, достоинства иделовой
репутации должно бьпь обоснованным. Согласно ст. ст.
10,11,213,214,303,309 ГПК, атакжеп. Постановления Пленума Верховного
Суда Украины от 29 декабря 1976 г. № 11 «О судебном решении»
обоснованным признаётся решение, в котором полно отображены
обстоятельства, имеющие значение для данного дела, выводы суда об
установленных обстоятельствах и правовые последствия являются
исчерпывающими, соответствуют действительности и подтверждаются
достоверными доказательствами, исследованными в судебном заседании.17
Таким образом, обоснованность судебного решения—это его правильность с
фактической стороны.

Обстоятельства дела — это юридические факты. Поэтому выяснение
обстоятельств дела заключается в установлении всех юридических фактов,
которые в соответствии с нормами права имеют значение для установления
существующих между сторонами правовых отношений или осуществления
соответствующих действий.18

16Домбровсысий І.П. Розгляд судами справ за позовамидо засобів
масовоїінфор-маціїпро захист честі, гідності й ділової репутації та
компенсацію моральної шкоди // Вісник Верховного Суду України. – 1998. –
№ 2 (8). – С. 46-47.

17 Постанови Пленуму Верховного Суду України у цивільних справах
(1972-2003) / Зазаг. ред. В. Маляренка. – Київ, 2004. – С. 221.

18Штефан М.Й. Цивільний процес. – К.: Ін Юре, 1997. – С. 357.

Неправильным является истребование и приобщение к делу материалов для
подтверждения выводов и мотивов решения после его оглашения.19

Говоря об обоснованности судебных решений по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации и опровержении недостоверной информации,
необходимо подчеркнуть, что наиболее существенным моментом при этом
является проблема использования судом допустимых доказательств.
Установленные судом сведения, порочащие честь, достоинство или деловую
репутацию истца, должны быть обоснованы лишь теми доказательствами,
которые получены в определённом законом порядке и проверены в том
судебном заседании, в котором постановляется решение.

Несоблюдение указанных правил влечёт за собой отмену решения суда в
апелляционном порядке и постановление нового решения (ст. 309 ГПК). Так,
например, вмарте 1998 г. Е. предъявил к редакции газеты «Змиевской
курьер» иск о защите чести, достоинства и деловой репутации, а также
возмещении морального вреда. Истец указал, что в № 10 и № 11 этой газеты
за 1998 г. были опубликованы редакционные статьи «Форпост Е. — Змиевской
почтовый узел связи» и «Кандидат в народные депутаты Е. угрожал
«Змиевскому курьеру». За что?», которые, по его мнению, содержат
оскорбительные инсинуации относительно его как кандидата в народные
депутаты Украины, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию.

Решением Змиевского районного суда от 20 апреля 1998 г., оставленного
без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам
Харьковского областного суда от 26 мая 1998 г., исковые требования были
удовлетворены частично. Суд обязал редакцию газеты опубликовать
опровержение обвинения Е. и его доверенного лица Т. о нарушении
требований Закона Украины от 24 сентября 1997 г. «О выборах народных де-

19 Проблемы науки гражданского процессуального права: Подред. В.В.
Комарова. – Харьков: Право, 2002. – С. 199.

путатов Украины» и использовании ими во время предвыборной агитации
государственного учреждения – Змиевского почтового узла связи.

Отменяя все судебные решения по делу, судебная коллегия по гражданским
делам Верховного Суда Украины указала, что суд признал факт
распространения неправдивых сведений относительно Е. и Т. доказанными и
обязал редакцию опровергнуть, в частности, сведения о нарушении ими
требований Закона «О выборах народных депутатов Украины» и использовании
в предвыборной агитации государственного учреждения

— Змиевского узла связи. По другим фактам публикации суд пришёл к выводу
о безосновательности исковых требований. Между тем и по указанным в
решении двум случаям распространения ответчиком неправдивых сведений
выводы суда надлежаще не обоснованы.20

Кроме законности и обоснованности, крешению предъявляются и требования
полноты, определённости, процессуально-документального оформления
(формы), ясности и точности.21

В силу требования полноты судебного решения в нёмдолжны быть разрешены
все заявленные требования, указан их размер, а также решён вопрос о
порядке исполнения и судебных расходах.

В решении суддолжен указать, кто имеет право, а кто несёт обязанность, и
в чём конкретно они состоят. Если в исковом заявлении содержится
несколько требований, то суд обязан разрешить все требования в одном
решении. Хотя требование полноты — это требование, предъявляемое к
судебному решению, по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации, оно имеет особое значение. Характер спора по делам о защите
чести, достоинства и деловой репутации предполагает наличие требований
истца об опровержении недостоверной информации, которая нарушает его
личные неимущественные права, поро-

20 Рішення в цивільних справах: Щорічник. – К., 2000, С. 7-8.

21 Проблемы науки гражданского процессуального права: Подред. В.В.
Комарова.

– Харьков: Право, 2002. – С. 201; Гражданский процесс: Подред. В.В.
Комарова. -Харьков: Одиссей, 2001. – С. 339.

чит честь, достоинство или деловую репутацию либо причиняют вред их
интересам и возмещении морального вреда, исчисляемого в денежном
выражении. Кроме того, в распространении порочащей информации иногда
участвуют несколько субъектов. В таких случаях возможна солидарная
ответственность, если по обстоятельствам дела будет установлена общность
намерений и действий ответчиков относительно истца.

Исполнение солидарной обязанности в полном объеме одним из должников,
как известно, прекращает обязанность остальных солидарных должников
перед кредитором (ч. 4 ст. 543 ГК). В то же время опровержение
недостоверной информации, которая нарушает неимущественные права
субъектов права, порочит честь, достоинство или деловую репутацию, не
всегда способно удовлетворить интересы истца. Если другие соответчики
уклоняются от аналогичных заявлений, то это может означать сохранение их
прежней позиции и косвенным образом порочить честь, достоинство или
деловую репутацию истца. По этой категории дел, на наш взгляд,
обязанность опровергнуть порочащие сведения (информацию) должна
возлагаться на всех тех, кто участвовал в их распространении.

Полным следует считать такое решение, в котором разрешается вопрос не
только о праве, но и размере присужденного. В отдельных случаях по этой
категориидел истцы, как отмечалось, безосновательно определяют не
реальные для взыскания суммы на возмещение морального вреда. Так, М. за
оскорбление его высказыванием «совершил хулиганские действия» предъявил
иск к редакции газеты (Волынская область) о возмещении морального вреда
в сумме 5000 грн. Во время судебного рассмотрения он уменьшил сумму до 1
грн., что и было удовлетворено судом.22 Суд в каждом конкретном случае
должен решать этот вопрос с учётом тех доказательств, которые
представлены истцом в подтверждение моральных страданий.

Согласно со ст. 23 ГК моральный вред возмещается деньга-

22 Вюник Верховного СудуУкра’ши. – 1998. – № 2(8). – С. 47.

ми, другим имуществом или иным способом. Размер денежного возмещения
морального вреда определяется судом в зависимости от характера
правонарушения, глубины физических и душевных страданий, ухудшения
способностей потерпевшего или лишения его возможности их реализации,
степень вины лица, причинившего моральный вред, если вины является
основанием для возмещения, атакже с учетом иных обстоятельств, имеющих
значение для дела. При определении размера возмещения учитываются
требования разумности и справедливости.

Моральный вред возмещается независимо от подлежащего возмещению
имущественного вреда и не связан с размером этого возмещения.

Моральный вред возмещается однократно, если иное не установлено
договором или законом.

В силу требования полноты в судебном решении должен быть указан способ
защиты чести, достоинства или деловой репутации. В соответствии с
традиционной концепцией, под способами защиты субъективных гражданских
прав понимаются закрепленные законом материально-правовые меры
принудительного характера, посредством которых производится
восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав и воздействие
на правонарушителя.23

В соответствии со ст. 4 ГПК, осуществляя правосудие, суд защищает права,
свободы и интересы физических лиц, права и интересы юридических лиц,
государственные и общественные интересы способом, определенным законами
Украины.

Как правило, собственник нарушенного права имеет право использовать не
любой, аконкретный способ защиты своего права. Чаще всего защита
нарушенного права прямо определена специальным законодательством,
которое регламентирует конкретные гражданские правоотношения.
Относительно защиты чести, достоинства иделовой репутации
законодательство использует

23 Гражданское право: Учеб.: В 31 Т.1. – 6-еизд., перераб. идоп./
Подред.А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект;
2003. – С. 339-340.

одновременно с наиболее распространенными общими способами зашиты —
возмещение материального и морального вреда (деликгаые правоотношения) и
так называемые специальные способы зашиты, предусмотренные в книге
второй ГК.24

Следует также отметить, что впервые в гражданском законодательстве
наряду с судебной формой защиты, используется защита чести, достоинства
и деловой репутации, как личных неимущественных прав, и способом
самозащиты. Это следует из того, что личные неимущественные права
защищаются гражданским законодательством и в ГК отсутствует ограничение
перечня правоотношений, при которых допускается самозащита.25

Так, согласно ст. 19 ГКлицо имеет право на самозащиту своего
гражданского права и права другого лица от нарушений и противоправных
посягательств. Самозащитой является применение лицом средств
противодействия, не запрещенных законом и не противоречащих нравственным
устоям общества.

Способы самозащиты должны соответствовать содержанию нарушенного права,
характеру действий, которыми оно нарушено, а также последствиям,
причиненным этим нарушением. Способы защиты могут избираться самим лицом
либо устанавливаться договором или актами гражданского законодательства.

Данный способ защиты гражданских прав, в том числе и защиты чести,
достоинства и деловой репутации в результате распространения о лице
недостоверной информации, порочащей его, является реализацией в
гражданском законодательстве конституционного положения о том, что
каждый имеет право любыми не запрещенными законом средствами защищать
свои права и свободы от нарушений и противоправных посягательств (ст. 55
Конституции Украины), то есть без

24 ЛуспеникД.Д. Новий Цивільний Кодекс України. Спеціальні способи
захисту

гідності, честі та ділової репутації за новим ЦК: теоретичні й практичні
аспекти //

Адвокат. – 2004. -№2.-0.18-21.

25 ЛуспеникД .Д. Реалізація права на самозахист цивільних прав – новела
нового

ЦК України: поняття та межі здійснення // Адвокат. – 2004. -№11.-0.3-8.

обращения в компетентные органы (например, в суд) и в одностороннем
порядке.

Таким образом, лицо, в отношении которого распространена недостоверная
информация, которая нарушает его личные неимущественные права, в то
числе, ущемляет его честь, достоинство и деловую репутацию, имеет право
самостоятельно выступить в средстве массовой информации с ее
опровержением. Такое опровержение предусмотрено специальным
законодательством, о котором указывалось в данной работе.

Поскольку в монографии исследуется именно судебная форма защиты
гражданских прав, то специальными способами защиты чести, достоинства и
деловой репутации, согласно ст. 277 ГК, является опровержение
недостоверной информации и право на ответ. В этой статье предусмотрено
два нормативно закреплённых виды опровержения информации: относительно
информации, распространённых через средства массовой информации
(печатной или аудиовизуальной) и информации, которые содержит документ,
исходящий от юридического лица. Такие же способы защиты чести,
достоинства и деловой репутации вследствие распространения сведений,
которые не соответствовали действительности, были предусмотрены в ст. 7
ГК 1963 г. и другими законами Украины.

Вместе с изложенными способами, новый ГК предусматривает и другие
специальные способы защиты таких личных неимущественных прав. Это —
признание распространенной недостоверной информации неправдивой и ее
опровержение в порядке особого производства на основании ч. 4 ст. 277
ГК; запрещение распространения информации, которой нарушаются личные
неимущественные права двух видом — когда права нарушаются и когда они
уже нарушены на основании ст. 278 ГК. Последний специальный способ
защиты личных неимущественных прав не входит в предмет данного
исследования. Вместе-с тем следует отметить, что в отечественной
литературе он практически еще не исследован, за исключением нескольких
научных статей и комментариев к ГК, что может привести к проблемам
судебной практики.26

Относительно признания распространенной недостоверной информации
неправдивой и ее опровержение в порядке особого производства на
основании ч. 4 ст. 277 ГК, то спорные вопросы освещались в подразделе
2.1 данной работы. При этом следует обратить внимание, что при вынесении
решения по такому делу суд должен учитывать специфику судопроизводства
по делам об установлении юридических фактов, имеющих юридическое
значение, в котором отсутствуют стороны, третьи лица, нет спора о праве.
В этом судопроизводстве в меньшей степени действуют главные принципы
процесса — состязательность и диспозитивность, поскольку не все нормы
искового производства применяются. В решении суда, в соответствии со ст.
259 ГПК, должны быть указаны сведения о факте, установленном судом, цель
его установления, а также доказательства, на основании которых суд
установил этот факт. Судом также должны быть учтены разъяснения, данные
в постановлении Пленума Верховного Суда Украины № 5 от 31 марта 1995 г.
с изменениями от 25 мая 1998 г. «О судебной практике по делам об
установлении фактов, имеющих юридическое значение» в части, не
противоречащих новым ГКи ГПК.27

Следует согласиться с тем мнением, что само решения суда, которым
удовлетворены требования истца об опровержении недостоверной информации,
нарушающей личные неимущественные права, то есть порочащих честь,
достоинство или деловую репутацию, уже содержит в себе опровержение.
Кроме этого, суд возлагает на ответчика обязанность опровергнуть

26 Цшільний кодекс України: Науково-пракгачнийкоментар/Зазаг.ред.Я.М.
Шевченко. – К.: Концерн „Видавничий Дім «Ін Юре», 2004 и др.;
ЛуспеникДД. Новий Цивільний Кодекс України,
(іеціальніотсісобизахистугідності, честітаділовоїрепутації за новим ЦК:
теоретичній практичні аспекти//Адвокат. -2004. – № 2. – С. 18-21.

21 Постанови Пленуму Верховного Суду Україниуцивільнихсправах(
1972-2003) / Зазаг. ред. В. Маляренка. – Київ, 2004. – С 202-209.

данную информацию, что, по существу, является вторым этапом
опровержения.28

Чтобы выполнить эту обязанность в выводах решения, как указано в п. 8
постановления Пленума Верховного Суда Украины от 28 сентября 1990 г. «О
применении судами законодательства, регулирующего защиту чести,
достоинства и деловой репутации граждан и организаций», суддолжен
указать, какие именно сведения не соответствуют действительности,
порочат честь и достоинство истца, указать на способ опровержения и
определить срок, на протяжении которого оно должно быть осуществлено.

В некоторых случаях суд должен изложить текст опровержения сведений.
Опровержение должно быть осуществлено в аналогичной форме, а если это
невозможно — в адекватной форме. Другими словами, способы опровержения
должны обеспечить реабилитацию потерпевшего.29 Некоторые авторы считают,
что проведение опровержения должно находиться на первой странице или в
начале выпуска.30 Другие, что оно должно быть проведено три раза.31

Не всегда вышеуказанным требованиям процессуального законодательства
придерживается судебная практика. Так, например, в решении
Краснокутского районного суда Харьковской области об удовлетворении иска
П. к С. о защите чести, достоинства и возмещении морального вреда, как в
мотивировочной части, так и в его резолютивной части не указано какие
именно сведения истица просила признать, как не соответствующими
действительности и ее порочащие, когда они были распространены и каким
способом. Описательная и мо-

28 Шелютго МЛ. Гражданско-правовая защита чести, достоинстваиделовойре-

путации: Автореф.дисс.канд. юрид. наук. – М., 1997. – С. 149.

29 Пронина М.Г., Романович А.Н. Защита чести и достоинстваграждан. –
Минск:

Белорус, гос. ун-т, 1976. — С. 18.

“МолочковЮ.В.Защитачестиидостоинствавгражданскомпроцессе.Автореф.
дисс.канд.юрид.наук. —Екатеринбург, 1993.-С. 15.

31 Солодко Е. Моральный вред. Понятиен порядоквозмещения//Бизнес, 1994.
-№9.-С. 15.

тивировочная части решения суда звучат примерно так: истица просит
защитить ее честь и достоинство за то, что ответчица ее оскорбила,
взыскать моральный вред. Ответчица иск не признала. Суд считает, что иск
обоснован, при этом не указывая мотивов. В резолютивной части решения
суд, не признавая какие-либо сведения, не соответствующими
действительности, просто обязал ответчицу извиниться перед истицей и
взыскал моральный вред в размере 1000 грн.32 Такое решение Судане может
быть признано законным, обоснованным, отвечать требованиям полноты,
определённости.

В ч. 6 ст. 277 ГКуказано, что физическое лицо, личные неимущественные
права которого нарушены в печатных или других средствах массовой
информации, имеют право на ответ, а также на опровержение недостоверной
информации в том же средстве массовой информации в порядке,
установленном законом.

Обоснованным следует считать правило, закреплённое в ст. 37 Закона
Украины «О печатных органах массовой информации (прессе) в Украине».
Согласно ч. 3 этой статьи опровержение должно быть набрано тем же шифром
и помещено под заглавием «Опровержение» на том же месте полосы, где
содержалось сообщение, которое опровергается.

В случаях, когда порочащую информацию восприняло лицо, мнение которого
для истца является значимым, тогда истец имеет право требовать от суда
обязательного опровержения порочащей информации перед этим лицом за счёт
ответчика. Об этом и других способах опровержения порочащих сведений
(информации) в силу требования полноты должно быть указано в выводах
заключении суда.

При вынесении решений по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации с использованием такого специального способа защиты как право
на ответ, следует обратить внимание на следующее.

32 Архив Краснокугского районного суда Харьковской области за 2002 г. –
Дело № 2-879.

В ст. 7 ГК 1963 г. такой способ защиты чести, достоинства и деловой
репутации предусмотрен не был и в судебной практике он не использовался.
Вместе с тем, этот специальный способ защиты — право на ответ, а также
право на собственное толкование дела, были предусмотрены с 1990 г.,
когда был принят Закон СССР «О печати и других средствах массовой
информации» (ст. 26). До принятия нового ГК Украины такие способы защиты
данных личных неимущественных прав были предусмотрены в ст. 37 Закона
Украины «О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине» и
в ст. 43 Закона Украины «О телевидении и радиовещании». Поскольку эти
нормы права не раскрывали суть и механизм реализации таких специальных
способов защиты, они отсутствовали в ГК, в судебной практике они не
действовали.

В соответствии со ст. 277 ГК отличие требований права на ответ
вследствие распространения недостоверной информации от исковых
требований об опровержении такой информации в том, что право на ответ
предусматривает в себе внесение потерпевшим своего пояснения
относительно распространенной о нем или о членах его семьи недостоверной
информации, которая нарушает его личные неимущественные права, без права
требовать признания такой информации недостоверной, что имеет своей
целью иск об опровержении.

Ответ на информацию предоставляется субъектом, в отношении которого
такая информация распространена, в котором лицо комментирует
распространенную информацию, опровергает их правильность или
правдивость, тогда как опровержение недостоверной информации
осуществляется только лицом, которая распространила эту недостоверную
информацию.

Такие отличия ответа от опровержения приводятся и в вышедших
комментариях ГК.33 Вместе с тем, следует обратить

33 Цивільний кодексЭДфаши: Науково-практичний коментар/Зазаг. ред. Я.М.
Шевченко. – К.: Концерн „ВидавничийДім „Ін Юре”, 2004. – С. 374;
Цивільний кодекс Ук-райш: Коментар. -X.: TOB „Одіссей”, 2003. – С. 180.

внимание на следующее. При вынесении судом решения по делу о праве на
ответ вследствие распространения недостоверной информации, суд не должен
выяснять, истец не должен доказывать, что распространенная информация
является недостоверной или неправдивой, поскольку главным в таком
решении суда должно быть подтверждение того, что распространением такой
информации нарушаются личные неимущественные права истца, что данная
информация причиняет вред лицу или членам его семьи.

Так, в 2002 г. в период предвыборной кампании распространенной
информацией до реципиентов на региональном уровне было доведено, что
один известный народный депутат Украины П. в Верховной Раде Украины
голосовал только по политическим или лоббиским законопроектам, а при
голосовании по социальным законопроектам участия не принимал. П.
предъявил в Фрунзенский районный суд г. Харькова иск к ООО «Редакции
газеты «Вечерний Харьков» о защите чести достоинства и деловой
репутации, просил обязав редакцию газеты опровергнуть вышеуказанные
сведения о нем, содержащиеся в комментарии редакцией письма некоего Г.,
который в письме сообщал, что оценивает деятельность данного народного
депутата и члена Президиума Партии «Яблоко» негативно. В оспоренной
информации, в комментарии редакцией указанного письма, также сообщалось,
что народного депутата не интересует социальная защита граждан и прав
потребителя, формирование цен и тарифов и т.п. Истец указывал, что эта
недостоверная информация порочит его честь, достоинство и деловую
репутацию, может сказаться на результатах выборов и политической
карьере. Решением районного суда иск был удовлетворен.

Судебная коллегия Апелляционного суда Харьковской области отменила
данное решение суда и приняла новое решение об отказе П. в иске, указав
при этом, что автор письма и редакция газеты в комментарии к нему
выразили свое субъективное мнение относительно деятельности народного
депутата, то есть человека, который занимается политической
деятельностью. Ответчиком были представлены доказательства того, что
истец по ряду законопроектов действительно не голосовал, он этого не
отрицал, полагая, что эти законы не были ключевыми, носили
организационный характер. Однако, какие законы признавать ключевыми
является правом рассуждения каждого человека, а критическая оценка
работы депутата в газете не может быть сведениями, порочащими его честь
и достоинство. Судебная коллегия признала эти сведения оценочными,
которые не требуют доказательств истины. Свое решение апелляционная
инстанция мотивировала также и ссылкой нач. 1 ст. 10 Европейской
конвенции по правам человека и основных свобод.34

Анализируя рассмотренный судами спор, следует обратить внимание на то,
что если бы истцом был предъявлен не иск об опровержении недостоверной
информации, а иск о праве на ответ в силу ст. 37 Закона Украины «О
печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине», поскольку
новый ГК еще не действовал, то решение суда, возможно, было бы иным.
Несмотря на то, что распространенная об истце информация соответствовала
действительности, однако онадавала ему право внести пояснения или
комментарий своего поведения, поскольку бесспорно умаляла его честь,
достоинство и деловую репутацию и фактическидоказывала, что он не
защищает права пенсионеров, иных обездоленных граждан, что было
предметом его предвыборных обязательств.

В решении суда также должна быть указана процедура опубликования или
трансляции ответа, комментария на распространенную информацию. В ч. 6
ст. 277 ГК указано, что физическое лицо, личные неимущественные права
которого нарушены в печатных или других средствах массовой информации,
имеет право на ответ, а также на опровержение недостоверной

34 Архив Фрунзенского районного суда г. Харькова за 2002 г. – Дело
№2-1397.

информации в том же средстве массовой информации в порядке,
установленном законом.

Если ответ и опровержение в том же средстве массовой информации
невозможны в связи с его прекращением, такой ответ и опровержение должны
быть обнародованы в другом средстве массовой информации, за счет лица,
распространившего недостоверную информацию.

Из этого можно сделать вывод, во-первых, о том, что право на ответ может
быть реализовано только в случае распространения недостоверной
информации в печатных или других средствах массовой информации.
Во-вторых, выписывая в решении суда процедуру реализации права на ответ,
следует исходить из аналогии права и за основу брать процедуру
опровержения недостоверной информации, о чем указывается в ст. 37 Закона
Украины «О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине).

В практике возник вопрос о возможности совместного применения в решении
суда опровержения вместе с принудительным извинением перед истцом.
Некоторые авторы считают возможным применения этого вида принуждения как
разновидности опровержения,35 некоторые же считают этот характер
извинения квазипринудительный («как бы» принудительный), поскольку это
личностное действие и исполнение его зависит от самой личности и, тем не
менее, считают, что обязать печатный орган извиниться за распространение
недостоверной, порочащей истца информации вполне возможно.36

В словаре В. Даля для определения значения слова «извинить» приводится
целый синонимический ряд: прощать, простить, отпускать вину, не карать,
не гневаться за провинность, уважить раскаяние, покорность виновного и
др.37

35 Белявский A.B. Защита чести и достоинства в советском гражданском
праве:

Автореф. дисс… канд. юрид. наук. – М, 1966. – С. 18.

36 БудяковаТ.П. Извинение как форма компенсации морального вреда в
истории

Российского государства и права// Государство и право. – 2004. – № 1. –
С. 103.

3,Даль В.И. Словарь живого великорусского языка. – М., 1881. – С. 14.

При этом трудно определить круг правоотношений, где б извинение было
приемлемой формой компенсации потерь пострадавшего. Так, в толковом
словаре СИ. Ожегова приводится перечень обстоятельств, которые в
общественном сознании признаются как типичные для случаев возникновения
необходимости в принесении извинения. Это различные неосторожные
действия: например, кто-то кого-то нечаянно толкнул, непреднамеренно
оскорбил и просит простить невольную оплошность или ошибку.38

Имеют место случаи применения принудительного извинения и в судебной
практике, в том числе и в практике Верховного Суда Украины. Так,
решением Шевченковского районного суда г. Киева от 28 сентября 2001 г.
был удовлетворён иск И. к редакции газеты «X», Закрытому акционерному
обществу «Издательство «X», И. Т-вой, Д. К-ко, Н. 3-му, Н. С-му, И. Р-ву
об опровержении сведений, не соответствующих действительности, порочащих
честь, достоинство и деловую репутацию. В выводах решения суд обязал
редакцию в месячный сроке момента вступления решения в законную силу
опровергнуть порочащие сведения под заголовком «Опровержение» тем же
шрифтом и на том же месте полосы, которой была опубликована
вышеизложенная информация, и обязал ответчиков принести извинения за
распространение недостоверных сведений.39

При опровержении сведений по радио или телевидению суд может в выводах
решения обязать орган массовой информации огласить диктором выводы суда
в той же программе или цикле передач в то же самое время не позднее
месячного срока со дня вступления решения в законную силу. Свободное
редактирование органом массовой информации текста решения или
комментарии к нему, которые по содержанию являются оспариванием решения,
не допустимы.

Такая позиция учёных и практика судов, по нашему мне-

38 Ожегов СИ. Словарь русского языка. – М, 1987. – С. 506.

39 Судебная практика// Юридическая практика. – 2002. – № 4. – С. 13,14.

нию, является спорной по тем основаниям, что принудительное извинение не
является способом защиты гражданских прав, поскольку он не предусмотрен
ст. ст. 16,19 ГК. Не предусмотрен он и ст. 277 ГК как специальный способ
защиты чести, достоинства и деловой репутации, а также другими
нормативными актами. При этом в силу ст. 4 ГПК суды, при осуществлении
правосудия, должны применять способы защиты нарушенных прав,
определенные законами Украины. Поэтому наличие такой практики судов
объяснить применением общепринятого принципа «разрешено то, что не
запрещено» не представляется возможным.

Кроме этого, принудительное извинение, по нашемумне-нию, противоречит
праву на свободное выражение своих взглядов и убеждений, а исполнение
решения суда, вступившего в законную силу, является обязательным (ст. 14
ГПК). Ведь извинившись, лицо тем самым признаёт неправильность своих
взглядов, а это может признать лишь само лицо, помимо любой инстанции.40
Следует также учесть и то, что если извинение является способом
опровержения недостоверной информации, то применение одновременно
извинения и обязательства ответчика опровергнуть информацию, например, в
печатном органе, является, по сути, двойным наказанием при применении
одного и того же способа защиты нарушенного права. К тому же, исполнить
такое решение суда является практически невозможным, так как в практике
человеческого общения имеются различные формы извинения (письменное,
устное извинение и др.).

В этой связи, на наш взгляд, такой способ как принудительное извинение
не должен применяться по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации при рассмотрении споров об опровержении недостоверной
информации.

В силу требования полноты в судебном решении должен

40 Стефанчук P.O. Про спеціальні способи захисту честі, гідності та
ділової репутації// Юридичний вісник України. – 2000. – № 13. – С 31.

быть разрешён вопрос и о судебных расходах. Об освобождении кого-либо из
лиц, участвующих в деле, от уплаты судебных расходов должно быть указано
в решении. Если иск предъявлен к нескольким ответчикам, судебные расходы
взыскиваются с них в долевом порядке.

Одним из требований, предъявляемых крешению суда по этой категории дел,
является определённость. В силу этого требования в решении должен быть
конкретно разрешён вопрос о правах и обязанностях сторон идругихлиц,
участвующих в деле. При этом в решении не должно содержаться разных
выводов суда и формулирования условий, от которых зависит его
исполнение.

Так, например, Змиевской районный суд Харьковской области в решении от
20 апреля 1998 г. по иску Е. к редакции газеты «Змиевской курьер» о
защите чести, достоинства и деловой репутации в нарушение требования
определенности обязал ответчика опровергнуть сведения о нарушении Е и Т.
требований Закона Украины «О выборах народных депутатов». В публикации
было сказано не об истце, а об ошибочном понимании и толковании
редакцией газеты отдельных норм Закона, которым должно руководствоваться
доверенное лицо истца — Т., но не сам истец. При этом суд не обратил
внимания на то, что ни Т., ни кто-либо другой в его интересах иска о
защите чести и достоинства не предъявляли. В материалах дела не было и
данных о том, что Т. уполномочивал истца на эти действия.41

Кроме законности, обоснованности, полноты и определённости решение суда
должно отвечать установленной законом форме.

Решение должно быть оформлено в виде отдельного письменного документа
(ст. 210 ГПК). Согласно ст. 209 ГПК суды постановляют решения именем
Украины, которое оформляется и подписывается в совещательной комнате
судьей, а в случае коллегиального рассмотрения — судьями, которые
рассматривали дело.

41 Рішення Верховного СудуУкраши. Щорічник. – К., 2000. – С. 7-8.

Крометого, решение, являясь процессуальнымдокументом, должно
соответствовать определённому законом содержанию, а также быть
изложенным в последовательности, установленной ст. 215 ГПК. В
соответствии с этой статьёй решение суда состоит из вступительной,
описательной, мотивировочной и резолютивной частей. Во вступительной
части решения указывается: время и место его постановления; наименование
суда, его постановившего; фамилия и инициалы судьи (судей – при
коллегиальном рассмотрении дела) и секретаря судебного заседания; имена
(наименование) сторон и других лиц, участвующих в деле; предмет исковых
требований. В описательной части указывается: обобщённое изложение
позиции ответчика; пояснения лиц, участвующих в деле; иные
доказательства, исследованные судом. В мотивировочной части решения
указывается: установленные судом обстоятельства и соответствующие им
правоотношения; мотивы, на основании которых суд считал установленными
наличие или отсутствие фактов, которыми обосновывались требования или
возражения, принял во внимание или отклонил доказательства, применил
указанные в решении нормативно-правовые акты; были ли нарушены, не
признаны или оспорены права, свободы или интересы, за защитой которых
лицо обратилось в суд, а если были, то кем; названия статьи, ее части,
абзаца, пункта, подпункта закона, на основании которых разрешено дел о,
а также процессуального закона, которыми суд руководствовался. В
резолютивной части решения указывается: вывод суда об удовлетворении
иска или отказе в иске полностью или частично; заключение суда по
существу исковых требований; распределение судебных расходов; срок и
порядок вступления решения в законную силу и его обжалования решения.

Статья 209 ГПК не предусматривает, как определено в ст. 203 ГПК 1963 г.,
необязательного изложения обоснования выводов суда и закрепляло
положение, что по письменному заявлению стороны или других лиц,
участвующих в деле, которое подаётся в течение десяти дней со дня
провозглашения решения, суд в десятидневный срок со дня заявления
требования обосновывает выводы суда в отдельном процессуальном
документе, оформленном в соответствии с требованиями данной статьи.

Относительно оформления обоснования выводов суда в литературе имеются
разные суждения. По мнению В.И Тер-тышникова, ст. 203 ГПК 1963 г. в
редакции 2001 г., указывает не на структуру решения суда первой
инстанции, а на его реквизиты, т.к. это указывалось раньше. Но поскольку
названная статья не предлагает новой и не запрещает старой структуры, по
его мнению, решения суда первой инстанции должны состоять из четырёх
частей: вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной. Он
полагает, что процессуальный документ, которым суд обосновывает свои
выводы, следует именовать определением о дополнительном решении.42

Мнение автора представляется спорным, поскольку, во-первых, в ст. 203
ГПК в редакции 2001 г. законодатель исключил возможность постановлять по
этому вопросу определение. Правильность такого подхода связана с тем,
что определение является самостоятельным процессуальным документом,
которым применяется, в отличие от решения, норма гражданского
процессуального права, а поэтому оно не может входить в качестве
составной неотъемлемой части в судебное решение. Во-вторых, этот
документ не может быть и дополнительным обоснованием, поскольку в
решении, изложенном в соответствии с указанной нормой процессуального
права, не должно содержаться какого-либо обоснования. Исходя из
содержания ч. 2 ст. 203 ГПК в редакции 2001 г., следует прийти к выводу
о том, что суд должен постановить второе решение с обоснованием своих
выводов со всеми его реквизитами. На наш взгляд, обоснование выводов
суда должно быть изложено в виде отдельного процессуального документа с
наименованием «обо-

42 Гражданский процессуальный кодекс Украины: научно-практический
комментарий / (Гертышников В.И.). – Харьков: Консум, 2001. – С. 201-203.

снование выводов решения суда». Такой же позиции придерживается и
Верховный Суд Украины, изложенной в Обобщении качества изложения и
оформления судебных решений по гражданским делам.43

Вместе с тем, положение ч. 3 ст. 209 нового ГПК возвращает право судам
использовать правило составления мотивировочной части решения, которое
было закреплено ст. 209 ГПК в редакции 1992 г. и отмененное в июне 2001
г.

Так, основываясь на принципе непрерывности судебного разбирательства,
закон обязывает суд принимать решение немедленно после окончания
разбирательства дела в этом же судебном заседании (ч. 1 ст. 209 ГПК).
Однако закон предусматривает возможность отложения составления полного
(мотивированного) решения на срок не более 5 дней (в предыдущем ГПК этот
срок составлял не более трех дней). Такое исключение из общих правил
закон установил для исключительных случаев, когда составление решения в
окончательной форме ввиду особой сложности дела требует значительных
усилий и занимает много времени. При этом вступительную и резолютивную
части решения суд обязан провозгласить в том же заседании, в котором
закончилось рассмотрение дела. Именно такое разъяснение дал Верховный
Суд Украины.44

Датой постановления полного решения, как и оглашение его вступительной и
резолютивной части, является день окончания судебного разбирательства
дела. Очень важным является и то, что резолютивная часть полного
(мотивированного) решения должна полностью соответствовать резолютивной
части решения, которое было провозглашено. Для такой категории дел, как
споры о защите чести, достоинства и деловой репутации вследствие
распространения недостоверной инфор-

43 Узагальнення якості складання й оформлення судових рішень у цивільних
спра-

вах/ Нарядузагальненьсудовоїпрактики// Архів Верховного Суду України за
2004р.

44 Пункт 10 постанови Пленуму Верховного Суду України № 11 від
29.12.1976 р.

„Про судове рішення” // Постанови Пленуму Верховного Суду України у
цивільних

справах (1972-2003) / Зазаг. ред. В.Т. Маляренка. – Київ, 2004. – С 223.

мации, это имеет особо важное значение. Резолютивная часть таких решений
суда имеет свои особенности, связанные с тем, что суддолжен указать,
какие сведения являются недостоверными, когда и как они были
распространены, указать способ опровержения или права на ответ
информации, которая нарушает личные неимущественные права, в необходимых
случаях изложить текст опровержения и т.п. Закон не разрешает вносить
изменения или дополнения в резолютивную часть полного (мотивированного)
решения. Эти два процессуальные документы должны быть приложены к делу.

Требования ясности и точности относятся к судебному решению как к
процессуальному документу.

Согласно требованию ясности в решении суд должен указать полное и
правильное наименование сторон и других лиц, участвующих в деле, чётко
сформулировать своё суждение относительно их прав и обязанностей с тем,
чтобы решение суда было надлежащим образом исполнено.

В случае нарушения требования ясности судебного решения суд, не изменяя
при этом его содержания, может в соответствии со ст. 221 ГПКразъяснить
решение.

Точность судебного решения заключается в безошибочном изложении его
содержания, атакже в безошибочности подсчётов (ст. 219 ГПК). Это
требование, предъявляемое к судебным решениям, имеет ограниченное
действие для решений по делам о защите чести, достоинства и деловой
репутации в силу специфики предмета спора. Однако описки, влияющие на
точность судебного решения, возможны.

Описка — это случайная грамматическая ошибка, которая влечёт за собой
неточное изложение содержания решения.

Описки, выявленные при составлении судебного решения, исправляются в
тексте с оговоркой перед подписью судей.

Если такие недостатки судебного решения будут выявлены после
провозглашения решения, суд может по своей инициативе или по заявлению
лиц, участвующих в деле, исправить описки в судебном заседании. Лица,
участвующие в деле, извещаются о времени и месте заседания, однако их
неявка не является препятствием для рассмотрения вопроса о внесении
исправлений в решение.

Таким образом, судебное решение, в том числе и по делам о защите чести,
достоинства и деловой репутации вследствие распространения недостоверной
информации, провозглашенное именем Украины, придает выводу суда
властный, бесспорный и общеобязательный характер. Решение является
обязательным не только для сторон, но и для всех граждан, должностных
лиц, органов государства. Решение — акт правосудия и в этом его суть.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В монографии проведено теоретическое обобщение и предпринято новое
решение конкретной научной задачи, которое состоит в исследовании
гражданской процессуальной формы защиты права начесть, достоинство и
деловую репутацию вследствие распространения недостоверной информации в
целом и процессуальных особенностей судебной процедуры рассмотрения и
разрешения этой категории гражданских дел, применения институтов
гражданского судопроизводства ктаким объектам судебной защиты, какчесть,
достоинство и деловая репутация.

Главные научные и практические результаты работы имеют теоретическое и
прикладное значения.

Наиболее обобщающий вывод работы сводится к тому, что гражданское
судопроизводство, как комплексная система институтов, стадий и
процессуальных производств, имеет единую гражданскую процессуальную
форму, которая определяет унифицированный стандарт правосудия. Единство
гражданской процессуальной формы — это концептуальная основа, которая
определяет модель исследования гражданского судопро

изводства. Вместе с тем при исследовании процедур судопроизводства по
конкретным категориям гражданских дел общей модели исследования присущи
определенные особенности, которые являются производными от объекта
судебной защиты и предмета судебной деятельности, однако эти особенности
не влияют на единство гражданской процессуальной формы в целом и на
принципы гражданского судопроизводства.

Научный результат, который является следствием использованных
методологических подходов исследования, — это квалификация чести,
достоинства, деловой репутации как объектов судебной защиты, их
понятийная характеристика, что имеет существенное значение как для
применения гражданского, так и гражданского процессуального права при
рассмотрении дел данной категории.

К общим выводам работы необходимо отнести и то, что исследование
правоприменительных аспектов подтвердило системность правоприменения в
том отношении, что почти всегда, когда речь идет о коллизионных
вопросах, необходимо использовать принцип верховенства права и применять
Конституцию как нормативный акт прямого действия. Данный подход является
принципиальным для судебной деятельности и рассмотрения гражданских дел
в порядке гражданского судопроизводства.

Работа имеет и определенную прикладную ценность, поскольку содержит
положения относительно толкования и применения процессуального
законодательства в части реализации и использования основных
процессуальных способов защиты чести, достоинства и деловой репутации.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Законодательные акты, иные официальные и судебные документы, учебники

1. Права человека: Сборник международных документов. – М.:

Юрид. лит., 1998. – 608 с.

Практика Європейського Суду з прав людини. Рішення. Коментарі. – Київ,
1999. – № 1. – 389 с.

Гражданское право: Подред. Т.П. Илларионовой, Б.М. Гонгало, В.А.
Плетнёва. – М.: Норма – Инфа, 1998. – Ч. 1. – 464 с.

Иоффе О.С. Советское гражданское право: Общая часть. – Л.: ЛГУ, 1958.-51
1с.

Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. – М.: Изд-во Бр. Башма-ковых, 1912.
– 618 с.

Новый гражданский кодекс Российской Федерации. Краткий
научно-практический комментарий. -Ростов-на-Дону: Феникс, 1995. -447с.

Советский гражданский процесс: Подред. М.А. Гурвича. — М.: Высшая школа,
1975. – 400 с.

Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессу. — М.:
Госюриздат, 1950. – 195 с.

Советский гражданский процесс: Подред. СЮ. Каца,Л.Я. Носко. – К: «Вища
школа», 1982. – 424 с.

Советский гражданский процесс: Подред. А.А. Добровольского. – М.: Изд-во
Московского у-та, 1979. — 368 с.

Советский гражданский процесс: Подред. М.К. Треушникова, -М.: Изд — во
Московского ун-та, 1989. — 464 с.

ЮдельсонКС. Советский гражданский процесс. —М.: Госюриздат, 1956.-530с.

Курс советского гражданского процессуального права. – М.: Наука,
1981.-ТІ.-464 с.

Алексеев С.С. Общая теория права. Т.2. – М.: Юрид, лит., 1982. – 360 с.

Курс советского гражданского процессуального права. Т.1. – М.: Наука,
1981.-464 с.

Постановление Пленума Верховного Суда Украины от 1.11.1996 г. № 9 «О
практике применения Конституции Украины при осуществлении правосудия»
//Право Украины. – 1996. – № 12.

Закон України «Про внесення змін до деяких законодавчих актів

9 5-103

України з питань забезпечення та безперешкодної реалізації права людини
на свободу слова» // Відомості Верховної Ради України.
-2003.-N028.-СТ.214.

Постанови Пленуму Верховного Суду України у цивільних справах (1972 –
2003) / За заг. ред. В. Маляренка. – Київ, 2004. – 271 с

Постанови Пленуму Верховного Суду України в кримінальних та цивільних
справах //Бюлетень законодавства та юридичної практики України. – 1995.
– № 1. – 472 с

Постановление Пленума Верховного Суда Украины от 28.09.1990г. “О
применении судами законодательства, регулирующего защиту чести,
достоинства иделовой репутации граждан и организаций” — Постанови
Пленуму Верховного Суду України в кримінальних та цивільних справах //
Бюлетень законодавства і юридичної практики України. – 1995. – № 1. – С
104 – 111.

Постанови Пленуму Верховного Суду України в кримінальних справах //
Бюлетень законодавства і юридичної практики України. – 1998.-№ 11.-393 с

Практика судів України в цивільних справах // Бюлетень законодав-ства і
юридичної практики України. —Ч. 1. — 1995. — № 2. — 224с

Постанови Пленуму Верховного Суду України в цивільних справах// Бюлетень
законодавства і юридичної практики України. — 1999. – № 5. – 239 с

Постанови Пленуму Верховного Суду України (1995 — 1998).Правові позиції
щодо розгляду судами окремих категорій цивільних справ // Бюлетень
законодавств і юридичної практики України. – 1998. – № 8. – 272 с

Роз’яснення Вищого арбітражного суду України (1991 – 1998) //
Правовісник. – 1998. № 1 (4). – 224 с

Рішення Конституційного Суду України у справі за конституційним
зверненням Товариства з обмеженою відповідальністю Торговий Дім ” Кампус
Коттон Клаб” щодо офіційного тлумачення положення частини другої статті
124 Конституції України (справа про досудове врегулювання спорів) //
Юридичний вісник України. – 2002. – № ЗО (370). – С 22 – 24.

Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т.І. — 6-е изд., перераб. и доп./ Под
ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. — М.: ТКВелби, Изд — во Проспект,
2003 . – 776 с.

Нове законодавство // Право України. – 2003. – № 6. – С. 150 – 152.

2. Специальная литература (статьи, монографии, учебники)

1. Авдеенко Н.И. Механизм и пределы, регулирующие воздействия

гражданско-процессуального права. —Л: Изд—во ЛГУ, 1968. — 74 с.

2. Авдюков М.Г. Судебное решение. — М.: Госюриздат, 1959. — 192 с.

Адвокатура в Україні // Бюллетень законодавства і юридичної практики
України. – 2000. – № 1. – 208 с.

Александров Н.Г. Понятие источника права // Ученые труды ВИЮН. – М.,
1946. – Вып. 8. – С. 40 – 56.

Анисимов А.Л. Честь, достоинство, деловая репутация: гражданско-правовая
защита. — М.: Юристь, 1994. — 79 с.

Анисимова Л. Оставление иска без рассмотрения // Советская юстиция. –
1960. – № 6. – С. 53-54.

Анисимова Л.И. Доказывание по гражданским делам // Советское государство
и право. — 1983. — № 10. — С112-114.

Батурин Ю. Защита чести и достоинства по российскому праву: ситуативная
матрица //Законодательство и практика средств массовой информации. –
1997. № 12. С. – 4-9.

Баулин О.В. Бремя доказывания при разбирательстве гражданских дел. — М.:
ОАО «Издательский дом «Городец», 2004. — 272 с.

Безлепкин Б.Т. Судебная защита чести и достоинства граждан в
охранительном правоотношении//Правоведение. — 1990. — № 1. – С. 32-39.

Белова ТА О понятии необходимых доказательств в гражданском процессе //
Вестник Белорусского государственного университета. – 1991. – № 1. –
Серия 3. – 60-62 с.

Белявский А,В, О гражданско — правовой защите чести // Советское
государство и право. — 1965. — № 9. — 116-120.

Белявский A.B. Судебная защита чести и достоинства граждан. — М.: Юрид.
лит., 1966. – 61с.

Белявский A.B. Защита чести и достоинства в советском гражданском праве:
Автореф.дисс…канд. юрид. нак. — М., 1966. —22 с.

Белявский A.B., Придворов H.A. Охрана чести и достоинства личности в
СССР. – М.: Юрид. лит., 1971. – 208 с.

Будякова Т.П. Извинение как форма компенсации морального вреда в истории
Российского государства и права // Государство и право. – 2004. – № 1. –
С. 103-105.

Вандерет Р. Американское диффамационное право и судопроиз-

водство. Обзор законодательства и практики судебной защиты чести и
достоинства в США //Законодательство и практика средств массовой
информации. — 1997. — № 1. — С. 11-14.

Ванеева Л.А, Судебное познание в науке гражданского процессуального
права: Автореф. дисс… канд. наук: 12.712/ЛГУ. -Л., 1969.-23с.

ВанееваЛА. Судебное познание в советском гражданском процессе. —
Владивосток, 1972.

Ванеева Л.А Реализация конституционного права граждан на судебную защиту
в гражданском судопроизводстве. Владивосток, 1988. -С.15-16.

Васильев СВ. Судопроизводство по делам о возмещении вреда, причиненного
жизни и здоровью гражданина при исполнении им трудовых обязанностей.
—Харьков: Факт. 1999. — 184.

Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. — М.: Изд-во Бр.
Башмаковых, 1914 — 430 с.

Викуг МА Предпосылки права на участие в гражданском процессе //
Правоведение. – 1967. № 3. – С. 24-25.

Викуг М.А Стороны — основные лица искового производства. — Саратов:
Изд-во Саратовского ун-та, 1968. — 76 с.

Викуг МА Проблема правового регулирования процессуального положения
идеятельности сторон в советском гражданском судопроизводстве: Автореф.
дисс… д-раюрид. наук: 12.712/Свердловск, юрид. ин-т. — Свердловск,
1971. — 40 с.

Воложанин В.П. Понятие юрисдикции по гражданским делам // Проблемы
защиты гражданских прав и советское гражданское судопроизводство.
Ярославль, 1979.

Волчинский В.К. Неимущественные права хозяйственных организаций:
Автореф. дисс… канд. юрид. наук 12.00.03 /МГУ. – М., 1973. – 26 с.

ГобешияН. Носители чести и достоинства или деловой репутации: в
общетеоретическом и юридическом смысле // Судова практика у справах за
позовами до ЗМІ: Матеріали науково – практичної конференції 13 – 14
травня 1999. – Київ, 1999. -Т. 2. – 283-289 с.

Гражданский процесе: Под ред. В.В. Комарова. Харьков: Одиссей, 2001. –
704 с.

Гражданский процессуальный кодекс Украины: Научно — практический
комментарий (автор комментария В.И. Тертышников).

Харьков: Консум, 2001. – 432 с.

Гражданское право України: Под ред. АА Пушкина, В.М. Са-мойленко. –
Харьков: Основа, 1996. — Ч. 1. — 440 с.

Гродзинский М.М. Преступления против личности//Уголовный кодекс РСФСР.
Практический комментарий. -М.: ВИЮН, 1924.

С.53-73.

Громошина НА, Процессуальные особенности рассмотрения и разрешениядел о
возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности: Автореф.
дисс… канд. юрид. наук: 12.00.03 /ВЮЗИ. – М., 1980. – 16 с.

Губарь Т.Н. Устранение судом недостатков в вынесенном им решении:
Автореф. дисс..канд. юрид. наук:12.00.03 /Харьковск. юрид. ин-т. —
Харьков, 1974. — 23 с.

Гузь Л.Е. Подготовка некоторых категорий гражданских дел к слушанию и
особенности их рассмотрения. Книга 3. — X.: Харьков юридический, 2001. —
238 с.

ГукасянР. Проблемаинтересавсоветскомфажданскомпроцессуапь-ном праве. —
Саратов: Приволжское книжное изд-во, 1970. — 190 с.

Гукасян P.E. Проблема интереса в советском гражданском праве. Автореф.
дис… докт. юрид. наук. М., 1971. —24 с.

Гукасян P.E. Соотношение материальной и процессуальной правоспособности
//Материальное право и процессуальные средства его зашиты. —
Калининград, 1981. – С. 10-15.

Гулиев В. Е., Рудинский Ф.М. Демократия и достоинство личности. – М.:
Юрид. лит, 1983. – 190 с.

ГуменюкВ. Розгляд справ про захистчесті, цщоотідаовоїреііутаїтд’
громадян та організацій за позовами до засобів массової інформації.
Постановления рішень та проблеми їх виконання //Судова практика у
справах за позовами до ЗМІ: Матеріали науково — практичної конференції
13-14травня 1999р. Tl. – К, 1999. – С 122-128.

Гурвич МА Право на иск. – М.: Изд – во АН СССР, 1949. – 142 с.

Гурвич МА Решение советского суда в исковом производстве. -М.: ВЮЗИ,
1955. – 128 с.

Гурвич МА Судебное решение (теоретические проблемы). — М.: Юрид. лит.,
1976. – 176 с.

Гурвич МА Право на иск. – М.: ВЮЗИ, 1978. – 55 с.

Гуреев П.П. Судебное разбирательство гражданских дел. — М.: Госюриздат,
1958. – 100 с.

46. Дело Торгейрсон против Исландии // Судова практика у справах

за позовами до ЗМІ: Матеріали науково – практичної конференції

13 – 14 травня 1999р. – К., 1999. – Т. 2. – С. 241-242.

Джалилов Д.Р. Лица, участвующие в гражданскихделахискового про-

изводства. – Душанбе: Изд-во Душанбинского ун-та, 1965. – 64 с.

Добровольский А. А., Иванова С. А. Основные проблемы исковой

формы защиты права. — М>: МГУ, 1979. — 160 с.

Домбровский І. Поняття честі, гідності та ділової репутації за
законодавством України. Особливості підготовки справ до судового
розгляду. Підвідомчість справ // Судова практика у справах за
позовамидоЗМІ: Матеріали науково практичної конференції 13-

14 травня 1999. – Київ, 1999. – Т. 1 – 103-109 с

50. Домбровский І.П. Розгляд судами справ за позовами до засобів

мосової інформації про захист честі, гідності й ділової репутації

та компенсації моральної шкоди //Вісник Верховного Суду Ук-

раїни. – 1998. – № 2(8). – С.44-48.

Дудник А. Моральный вред: понятие и порядок возмещения // Юридическая
практика. – 1997. – № 12. – С. 1-2.

Егоров Н.Д. Личные неимущественные права и их защита// Проблемы
совершенствования законодательства о защите субъективных гражданских
прав. – Ярославль: Ярославск. гос. ун-т, 1988. -С. 27 – 35.

Елисейкин П.Ф. Понятие спора о праве// Советская юстиция. -1969. №10.-С.
16-18.

Елисейкин П.Ф. Предмет судебной деятельности в советском гражданском
процессе: Автореф. дисс…д-ра юрид. наук: 12.00.03 /ЛГУ.-Л., 1974.
-40с.

Елисейкин П.Ф. Спор о праве как общественное отношение // Вопросы
эффективности судебной защиты субъективных прав. – Свердловск: Уральск,
гос. ун-т, 1978. – С. 110-120.

Ерошенко АА. Гражданско – правовая защита чести и достоинства личности
// Советское государство и право. – 1980. -№ 10.-С. 135-142.

Ерошенко АА Гражданско – правовая защита чести и достоин
-ства//Советское государство и право. — 1990. — № 7. — С. 17-21.

Етика. – К.: Юрінком Інтер. 2002. – 223 с.

Жеруолис ИА К вопросу о сущности исковой формы советского гражданского
процесса// Правоведение. – 1966. – № 4. – С. 60-65.

60. Жеруолис И.А. Сущность советского гражданского процесса. —

Вильнюс: Минтис, 1969. – 204 с.

Жилінкова І. Правове регулювання Інтернет — відносин // Право України. –
2003. – № 5. – С 124-128.

Жуковська О. Правовий зміст поняття “відомостей, що не відповідають
дійсності”, поширення яких є підставою цивільної відповідальності ЗМІ /
Судова практика у справах за позовами до ЗМІ.

К., 1999. – Т. 1. – С.46-60.

63. Завадская Л.H. Реализация судебных решений. – М.: Наука,

1982. – 142 с.

Защита прав и свобод личности в социалистическом гражданском процессе:
Под ред. АА Мельникова. – М.: Наука, 1986. – 312 с.

Зайцев И.М. Понятие необходимыхдоказательств в гражданском
судопроизводстве // Актуальные проблемы теории юридических
доказательств. – Иркутск: Иркутск, гос ун-т, 1984. – С. 83-89.

Зайцев И.М. Судебное решение как процессуальный документ / / Российская
юстиция. – 1995. – № 4. – С.20-21.

Зейдер Н.Б. Судебное решение по фажданскомуделу. — М.: Юрид. лит.,
1966.-192с.

Земченко M А Деятельность суда первой инстанции по предупреждению
фажданско-правовыхспоров: Автореф. дисс… канд. юрид. наук: 12.712
/Свердловск, юрид. ин-т. – Свердловск, 1970. – 24 с.

Иванов О.В. Судебные доказательства в фажданском процессе.

Иркутск: Иркутск, гос. ун-т, 1973. – 146 с.

Иоффе О.С. Новая кодификация советского фажданского законодательства и
охрана чести и достоинства фаждан // Советское государство и право. –
1962. – № 7. – С. 59-71.

КлейнманАФ. Основные вопросы теории доказательств в советском фажданском
процессе. – М.: Изд – во АН СССР, 1950. – 72 с.

КлейнманАФ. Судебное решение в советской науке фажданского
процессуального права//Правоведение. – 1966. – № 3. – С. 68-80.

КлейнманА.Ф. Новейшие течения в советской науке фажданского
процессуального права. – М.: МГУ, 1967. – 119 с.

КнышевВ. Вопросы защиты чести и достоинства в практике Верховного Суда
РФ // Законодательство и практика средств массовой информации. Вып.
12(40). Декабрь, 1997. 5-6 с.

Ковалев Е. А, Шевчук В.Д. Защита чести, достоинства и деловой репутации
в суде. – М.: Именем закона, 1995. – 48 с.

КожухарьА.Н. Юридическая заинтересованность истца к процессу как
предпосылка права на предъявление иска // Проблемы совершенствования
гражданского и уголовно-правового законодательства в свете решений XXV
съезда КПСС и новой Конституции СССР. – Вильнюс: Вильнюск. гос. ун-т,
1979. – С. 171-174.

Кожухарь А.Н. Право на судебную защиту в исковом производстве. –
Кишинев: Штиинца, 1989. – 144 с.

Коз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. — Саратов:
Саратовск. юрид. ин-т, 1980. – 173 с.

КозловА.С. Актуальные проблемытеориидоказательстввнауке гражданского
процесса. – Иркутск Иркутск, гос. ун-т, 1980. – 184 с.

Колесов П.П. Многосторонние (множественные) иски в США // Проблемы
защиты прав и законных интересов граждан и организаций: Материалы
международной научно — практической конференции 23-26 мая 2002 г. —
Краснодар: Кубанский государственный ун-т, 2002. — 320 с.

Комаров В.В., Радченко ПЛ. Цивільні процесуальні правовідносини та їх
суб’єкти. – К.: НМКВО, 1991. – 104 с.

Комаров В.В. Доказування та докази в цивільному судочинстві.

— Харків: Укр. гос. юрид. акад., 1991. — 36 с.

Комиссаров К.И. Полномочия суда второй инстанции в советском гражданском
процессе. Автореф. дис.канд. наук. М., 1962. -24 с.

Комиссаров К.И. Право на иск и прекращение производства по делу//
Сборник ученых трудов Свердловского юридического института. Вып. 9. —
Свердловск, 1969. С. 162-171.

Коммисаров К.И. Правоприменительная деятельность суда в гражданском
процессе//Советское государство и право. —1971. — № 3.

КопьеваА.Н. Спорное в понятии источника доказательств по уголовным делам
// Оптимизация расследования преступлений

– Иркутск: Иркутск, гос. ун-т, 1982. – С. 102-113.

Красавчиков О.А. Социальное содержание правоспособности советских
граждан // Правоведение. – 1960. – № 1. – С. 22-27.

Красавчикова Л.О. Понятие и система личных, не связанных с
имущественными, прав граждан (физических лиц) в гражданском праве
Российской Федерации: Дисс… д-ра юрид. наук: 12.00.03. – Екатеринбург,
1994. – 43 с.

Курылев СВ. Доказывание и его место в процессе судебного познания //
Труды Иркутского государственного университета. -1955. Т. 13.-178 с.

Курылев С В. Объяснения сторон как доказательство в советском
гражданском процессе. — М.: Іосюриздат. 1956. — 188 с.

Курылев СВ. Формы защиты и принудительного осуществления права и право
на иск// Труды Иркутского университета. — Т. 22, вып. 3. – Иркутск,
1957. – С 158-165.

Курылев СВ. Становление истины в советском правосудии: Автореф.
дисс…д-ра юрид. наук 12.712/ИГПАНСССР. -М., 1964. -40с.

Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. – Минск:
Изд-во БГУ, 1969. – 203 с.

Лесняк В.В. Защита чести, достоинства и деловой репутации в гражданском
законодательстве России//Юрист. —1999.—№ 1. – С. 52-56.

Лилуашвили ТА. Экспертиза в советском гражданском процессе. — Тбилиси:
Тбилиск. Гос. ун-т, 1967. — 218 с.

Липецкер М. Гражданская ответственность за распространение
несоответствующих действительности сведений, порочащих честь и
достоинство граждан и организаций // Материалы научно — практической
конференции: Защита прав личности по гражданским делам. — М., 1966. — С.
3-7.

Логинов П.В. Предварительная подготовка гражданских дел к слушанию в
суде. — М.: Іосюриздат, i960. — С. 44.

ЛуспеникД.Д. Субъекты права на возбуждение в суде гражданских дел о
защите чести и достоинства // Проблеми вищої юридичної освіти: Тези доп.
та наук, повідом, учасників наук. — метод, конф. (м. Харків 18-19 грудня
2001 року)/Заред. В.В. Комарова. — Харків: Нац. юрид. акад. України,
2002. — С 153-154.

99. ЛуспеникД.Д. Застосування ст. 10 Конвенціїпро захист прав и основ-

них свободлюдини та рішень Європейського суду при розгляді справ за
позовами про захистчесті, гідності та діл овоїрепутації// Вісн. Акад.
правов. наук України. – Харків, 2002.- № 4(31). – С 106-109.

ЛуспеникД.Д. Некоторые вопросы процессуального соучастия по
деламозаівдггечесга,достоинстваиделовойрепутации//Вісн. Нац. ун-тувнутр.
справ. -Харків, 2003. – Вил. 21. -Ч. 1. – С. 129-135.

ЛуспеникД.Д. Розмежування оціночних суджень та стверджень про факти при
розгляді справ про захист честі, гідності та ділової репутації // Право
України. – 2003. – № 12. – С 57-59.

ЛуспеникД.Д. Новий Цивільний Кодекс України. Спеціальні способи захисту
гідності, честі та ділової репутації за новим ЦК: теоретичній практичні
аспекти //Адвокат. – 2004. – № 2. – С 18-21.

ЛуспеникД.Д. Стаття 5 Європейської конвенції про захист прав людини та
основних свобод і право на відшкодування шкоди у судовій практиці //
Юридичний журнал. — 2004. — № 9. — С 94-100.

ЛуспеникД.Д. Реалізація права на самозахист цивільних прав — новела
нового ЦКУкраїни: поняття та межі здійснення //Адвокат. – 2004. -№ П. _
С. 3-8.

Малеин Н.С. Охрана достоинства, здоровья и тайны личной жизни
граждан//Социализм и личность. — М.: ИГПАН СССР, 1979. – С.78-95.

МалеинаМ.Н. Защита чести, достоинства и деловой репутации
предпринимателя // Законодательство и экономика — 1993. — № 23-24. – С.
18-22.

Малеина М.Н. Защита личных неимущественных прав советс-кихграждан. — М.:
Знание, 1991. — 127 с.

Мареин Н.С. О моральном вреде // Советское государство и право. – 1993.
– № 3. – С. 30-38.

Марогулова И.Л. Защита чести и достоинства личности. — М.: Правовое
просвещение, 1998. — 76 с.

ПО. Мархотин В.И. Охрана чести и достоинства личности по советс-кому
уголовному праву: Автореф. дисс..канд. юрид. наук: 12.00.08 /Киевск.
гос. ун-т. – К., 1980. – 25 с.

Масленников Н.И. Законная сила судебного решения: Автореф. дисс.канд.
юрид. наук: 12.00.03/Свердловськ. юрид. ин-т. — Свердловск, 1975. – 23
с.

Матиевский М.Д. Спор о праве в советском гражданском процессе: Автореф.
диссканд. юрид. наук:12.00.03 /ВЮЗИ. – М., 1978. -25 с.

Матузов Н.И. Теоретические проблемы субъективного права: Автореф.
дисс..д-ра юрид. наук: 12.00.01 /Харьковск. юрид. ин-т. — Харьков, 1973.
– 40 с.

Матузов Н.И. Правовая система и личность. — Саратов: Изд-во Саратовского
ун-та, 1987. — 293 с.

Мельникова А.А. Правовое положение личности в гражданском процессе. –
М.: Наука, 1969. – 247 с.

Місьо М., Петрова Н., Ситцевой В. Правничі засади діяльності журналістів
в Україні. – К.: ЖЕХПро Медіа Україна, 2000. – 50 с.

117. Місьо Марія, Петрова Наталія. Українське законодавство і

захист преси //Свобода висловлювань і приватність. — 2000.

№ 1-2. – С 3-28.

118. Мицкевич A.B. Субъекты советского права. – М.: Юрид. лит.,

1962.-212с.

МолочковЮ.В. Защита чести и достоинства в гражданском процессе. Автореф.
дисс..канд. юрид наук:12.00.03 /Уральск, гос. юрид. акад. –
Екатеринбург, 1993. – 23 с.

МорейнИ.Б. К вопросу о понятии трудового спора//Правоведение. – 1966. –
№ 4. – С. 89-103.

МотовиловкерЯ.О. Некоторые вопросы теории советского уголовного
процесса. — Кемерово, 1962. — 296 с.

Моторний Ю. Забезпечення свобода слова: проблеми цивільного
законодавства // Юридичний вісник України. — № 5 за 31 січня

6 лютого 2004 р.

Нагребельний В.П. Ділова репутація //Юридична енциклопедія. — К.:
Українська енциклопедія, 1999, — Т.2. — С.211.

Науково — методичні рекомендації з питань підготовки та призначення
судових експертиз, затверджених наказом Міністерства юстиції України від
8 жовтня 1998р. № 53/5 // Бюлетень законодавства і юридичної практики
України. — 2002. — № 7. — С 39-82.

Невалінний М. Критерії визначення моральної шкоди у зв’язку з трудовим
каліцтвом або іншим ушкодженням здоров’я //Право України. – 1996. – № 4.
– С 49-50.

Необходимые доказательства и практика их использования в гражданском
процессе: практическое пособие // Н.И. Богатырев, И.М. Зайцев, А.Ф.
Тимофеев и др. — Саратов: Саратовск. юрид. ин-т, 1987. — 93 с.

Николаев С. Лица участвующие в делах по спорам о защите чести и
достоинства // Российская юстиция. – 1995, № 4. – С.42-43.

Ной И.С. Охраначести идостоинства личности в советском уголовном праве.
– Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1959. – 125 с.

Ожегов СИ. Словарь русского языка. – М., 1987. – С. 506.

Ожегов СИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка.

– М.: АЗЪ, 1995. – 928 с.

Ойгензихт В.А Презумпции в советском гражданском праве. — Душанбе, 1976,
– 245 с.

Осипов Ю.К. Подведомственность юридическихдел. — Свердловск, 1973.

Особенности рассмотрения отдельных категорий гражданскихдел: Подред.
М.К. Треушникова. – М.: Изд-во МГУ, 1987. – 303 с.

Осокина ГЛ. Понятие тождества исков // Вопросы теории и практики
гражданско-правового регулирования. — ТомскТомск, гос. ун-т, 1985. – С.
219-229.

Осокина ГЛ. Проблемы иска и права на иск. – Томск: Томский университет,
1989. – 196 с.

Палікж В.П. Правове регулювання відшкодування моральної (немайнової)
шкоди: Автореф. дис.канд. юрид наук: 12.00.03 / Нац. юрид. акад.
України. — Харків. —2000. — 18 с.

Петрова Наталія. Українське законодавство згідно з аналогією прав і
аналогією закону для вирішення цивільних справ стосовно захисту честі і
гідності або ділової репутації особи, свободи думки і слова, вільного
вираження поглядів і переконань, невтручання в особисте життя особи //
Судова практика у справах за позовами до ЗМІ (матеріали науково —
практичної конференції 13 – 14 травня 1999р.). – К., 1999. – Т І . – С
19-28.

Плотников В. Деловая репутация как объект гражданско-правовой защиты
//Хозяйство и право. – 1995 – № 11. – С. 94-99.

Полудьонний М. Юридичні особи як об’єкт посягання з боку засобів масової
інформації// Судова практика у справах за позовами до ЗМІ: Матеріали
науково практичної конференції 13-14 травня 1999. – Київ, 1999. – Т. 1.
С 93-98.

Потапенко С. Факты и мнения в делах о защите чести // Российская
юстиция. – 2001. – № 7. – С. 28-29.

Право на представника інтересів // Юридичний вісник України. – 2002. – №
50. – С. 13.

Придворов H.A. Общая и специальная гражданско-правовая защита чести и
достоинства граждан: Автореф. дисс.канд. юрид. наук: 12.712 /Харьковск.
юрид ин-т. — Харьков, 1967. — 21 с.

Проблемы науки гражданского процессуального права: Подред. В.В.
Комарова. — Харьков: Право, 2002. — 440 с.

Пронина М.Г, Романович А.Н. Защита чести и достоинства граждан. — Минск:
Белорус, гос. ун-т, 1976. — 71 с.

Прянишков Е.А. Совершенствование гражданско-правовых норм о защите чести
и достоинства граждан // Советское государство и право. – 1990. – № 7. –
С. 30-32.

Пушкарь Е.Г. Исковое производство в советском гражданском процессе. –
Львов: «Вища школа», 1978. – 200 с.

Пушкарь Е.Г. Конституционное право на судебную защиту. — Львов: «Вища
школа», 1982. – 216 с.

РафиеваЛ.К. Гражданско-правовая защита чести идостоинства личности в
СССР: Автореф. дисс… канд. юрид. наук: 12.712 / ЛГУ.-Л., 1966.-23с.

Решетникова И.В. Доказательственное право в гражданском
судопроизводстве. – Екатеринбург: Гуманитарный ун-т, 1997. – 366 с.

Решетникова И.В. Курс доказательственного права в российском гражданском
судопроизводстве. – М.: Издательство НОРМА, 2000. – 288 с.

Ринг М.П. К вопросу о гражданских процессуальных отношениях// Ученые
записки ВИЮН. – М., 1969, вып. 16. – С. 43-59.

Розова М. Ю. Обращение за судебной защитой по советскому
граж-данскомупроцессуальномуправу. Автореф. дисс… канд. юрид. наук:
12.00.03 /Свердловск, юрид. ин-т. – Свердловск, 1983. – 16 с.

РозинъН.Н. Обоскорбленіичести. Общаячасть. Опозореніе. -Томск, 1910. –
467 с.

Ромовська 3. Теоретичні проблемі застосування статті 7 Цивільного
кодексу України //Судова практика у справах за по-зовамідо ЗМІ
(Матеріали науково — практичної конференції 13 – 14 травня 1999 р.). –
К., 1999. – ТІ. – С 37-44.

Семенов В.М. Конституционные принципы гражданского судопроизводства. –
М.: Юрид. лит., 1982. – 152 с.

СергеевА.П. Право на защитуреггутации. – Л.: Знание, 1989. – 32 с.

Серебреникова — Миготина С.А. Гідність як об’єкт соціально-етичного
дослідження: Автореф. дис.канд. філос. наук: 09.00.05 /Київський гос.
ун-т. – К., 1993. – 14 с.

Словарь иностранньгхслов: Подред.ЛехинаИ.В., ЛокшинойСМ., Петрова Ф.Н. и
Шаумяна Л.С. – М.: Русский язык, 1983. – 608 с.

Солодко Е. Моральный вред. Понятие и порядок возмещения / / Бизнес,
1994. – № 9. С .14-15.

Справа “Лінгенс проти Австрії”: кримінальне засудження журналіста за
дифамацію федерального канцлера // Судова практика у справах за позовами
до ЗМІ. Матеріали та науково практичноїкон-ференції 13 – 14травня 1999
p. – К., 1999 p. – Т. 2. – С 236-238.

Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве/

Подред. проф. И.В. Решетниковой. – М.: Издательство НОРМА, 2002. – 480
с.

Стелл Л. Юридическая ответственность и Web: путешествие по проблемным
законам //Украинский медиа-бюллетень. — 1997. №1-2.-С. 3-5.

Стермякова И. Честь и достоинство — категории марксистской этики //
Категории марксистской этики. М.: Мысль, 1965. Т. 1. —142 с.

Стефанчук Е.А. Щодо захисту честі, гідності та ділової репутації в
цивільному праві//Право України. — 1999. — № 1. — С. 85-89.

Стефанчук P.O. Про спеціальні способи захисту честі,гідності та ділової
репутації // Юридичний вісник України. — 2000. — № 13. – С 29-32.

Стефанчук P.O. Захист честі, гідності та ділової репутації в цивільному
праві. — К.: Науковий світ, 2001. — 306 с.

Судаков В. Ордерное доверие к адвокату // Юридическая практика. – 2004.
– № 41. – С. 1, 8.

Судова практика у справах за позовами до ЗМІ: Метеріали
науково-практичної конференції 13-14 травня 1999. К., 1999.

Т. 1. – С 70-71.

Судові експертизи в Україні // Бюлетень законодавства і юридичної
практики України. — 2002. — № 7. — 414 с

Суховерхий В.Л. Личные неимущественные права в советском гражданском
праве: Автореф. дисс… канд. юрид. наук: 12.712 / Свердловск, юрид.
ин-т. — Свердловск, 1970. — 20 с.

Тагайназаров ПІ. Проблемы гражданско-правового регулирования личных
неимущественных прав граждан: Автореф. дисс… канд. юрид. наук:
12.00.03 —Таджикский гос. ун-т. — 1993. — 41 с.

Тимченко П.М. Проблеми судової підвідомчості: Автореф. дисс…канд.
юрид. наук: 12.00.03 /Нац. юрид. акад. України.

Харків, 2000. – 21 с.

Тимченко Г.П. Способи та процесульні форми захисту цивіль-нихправ:
Автореф.дис… канд. юрид. наук: 12.00.03/Нац. юрид. акад. України. —
Харків, 2002. — 19 с

Тоболовская М.М., Топорова З.Н. Квопросу о ведений адвокатами дел о
защите чести и достоинства граждан //Вопросы гражданского права и
процеса. – Ленгинград: ЛГУ, 1969. – С. 178-179.

Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском
процессе. — М.: МГУ, 1982. — 160 с.

Треушников M.K. Судебные доказательства. — M.: Городец, 1997. – 320 с.

Треушников М.К. Судебные доказательства. — М.: Городец, 1999. – 320 с.

Треушников М.К. Судебные доказательства. – М.: ОАО «Издательский дом
«Городец», 2004. — 272 с.

Удальцова И.В. Проблема судебного признания гражданина ограниченно
дееспособным или недееспособным: Учебное пособие. — Харьков:
Национальная юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого. —
1999. — С. 3-15.

Узагальнення якості складання й оформлення судових рішень у цивільних
справах / Наряд узагальнень судової практики // Архів Верховного Суду
України за 2004 р.

Флейшиц Е.А. Соотношение правоспособности и субъектив-ныхправ//Вопросы
общей теории права. — М.: Юриздат, 1960. – С. 272-277.

Халфина P.O. Общее учение о правонарушении. — М.: Юрид. лит, 1974.-351с.

Цанава М.А. Уголовная ответственность за преступления против чести и
достоинства граждан по советскому уголовному праву: Автореф. дисс…
канд. юрид. наук: 12.00.08 / Всесоюз. НИИ пробл. укреп, закон, и
правопорядка. – М., 1990. – 23 с.

Цивільне право: Під ред. Д.В. Бобрової, O.B. Дзери, H.С. Кузн-єцової,
O.A. Щдопригори. – К.: Вентурі, 1997. Ч. 1. – 544 с.

Цивільне право України: За ред. Ч.Н. Азімова, CH. Приступи і В.М.
Ігнатенка. – Харків: Право, 2000. Ч. 1 – 368 с.

Цивільний процесуальний кодекс України: Науково-практичний коментар/За
ред. B.B. Комарова. — Харків: Одіссей, 2002. — 816 с.

Цивільний кодекс України: Коментар. — X.: TOB „Одіссей”, 2003. – С. 180.

Цивільний кодекс України: Науково-практичний коментар / За заг. ред.
Я.M. Шевченко. — К.: Концерн „Видавничий Дім „Ін Юре”, 2004. – 704 с.

Черникова CA Защита чести и достоинства граждан. — M.: Московский
рабочий. 1974. — 64 с.

Чернышева CA. Защита чести и достоинства граждан. —М.: Московский
рабочий, 1974—С. 21.

Честь, достоинство и репутация: Журналистика и юриспруденция в конфликте
(результаты исследования и материалы конференции). – М.: Юрид. лит.,
1998.-148 с.

Чефранова ЕА Охрана личных прав несовершеннолетних // Вопросы
гражданского права и процесса. — М.: ВЮЗИ, 1977. — С.64-72.

Чечина НА Нормы права и судебное решение. — Л.: ЛГУ, 1961.-92с.

Чечина НА Нормы советского гражданского права и морали / / Правоведение.
– 1970. – № 5. – С. 73-74.

Чечот Д.М. Участники гражданского процесса. — М.: Госюриз-дат, 1960. –
190 с.

Шакарян М.С. Субъекты советского гражданского процессуального права. –
М.: ВЮЗИ, 1970. – 200 с.

Шакарян М.С. Участие в советском гражданском процессе органов
государственного управления. — М.: ВЮЗИ, 1978. — 38 с.

Шакарян М.С. Учение о сторонахв советском гражданском процессе. – М.:
Юрид. лит., 1983. – 64 с.

Шарило Н., Прокудина Л. Гражданско-правовая защита чести и достоинства
граждан: проблемы… //Вестник Верховного Суда СССР. – 1991. – № 2. – С.
22-24.

ШелюттоМЛ. Гражданско-правовая защита чести, достоинства и деловой
репутации: Автореф. дисс… канд. юрид. наук: 12.00.03 / Ин-т
законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ. –
М., 1997. – 17 с.

Шимон СI. Відшкодування моральної (немайнової) шкоди як спосіб захисту
суб’єктивних цивільних прав: Дис.канд. юрид. наук: 12.00.03. – К., 1998.
– 199 с

Штефан М.Й. Цивільний процес. – К.: Ін Юре, 1997. – 608 с.

Штутин Я.Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. — М.:
Юрид. лит., 1963. — 186 с.

Щеглов В.Н. Иск о судебной защите гражданского права. — Томск Изд-во
Томского ун-та, 1987. — 166 с.

Эрделевский АО. компенсации морального вреда юридическим лицам
//Хозяйство и право. – 1996. – № 11. – С. 104-108.

Эрделевский АУтверждение о факте и выражение мнения —
поня-тиеразногорода//Российскаяюстиция. —1997. — № 6. — С. 17-19.

Эрделевский АО. Защитаделовой репутации // Закон. – 1998. -№11-12.-С.
103-106.

Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. —
М.: Госюриздат, 1951. — 296 с.

Юдельсон К.С. Судебные доказательства и практика их использования в
советском гражданском процессе. — М.: Госюриздат, 1956.-251с.

Якубенко В. Защита свободы слова в суде// Газета «Юридическая практика».
– № 48 за 2 декабря 2003 г. – С. 13-14.

Ярков В.В. К понятию права на обращение в суд за судебной защитой //
Теория и практика права на судебную защиту и её реализация в гражданском
процессе. — Саратов: Саратовский ун-т, 1991. – С. 31 – 37 с.

Ярошенко К.Б. Совершенствование гражданско-правовых форм защиты личных
неимущественных прав граждан по советскому законодательству: Автореф.
дисс… д-ра юрид. наук: 12.00.03 /НИИ сов. гос. строительства и
законодательства. -М., 1990.-35с.

3. Судебная практика

Рішення Верховного Суду України: Під ред. В.Ф. Бойка — К.: Верховний Суд
України, 2001.

Рішення в цивільних справах: Щорічник. — К.: Верховний Суд України,
2000.

Рішення Верховного Суду України. Щорічник. 2003 / Під ред. В.Т.
Маляренка. – К., 2003.

Вісник Верховного Суду України. – 2001. – № 3.

Вісник Верховного Суду України. — 1998. — № 2(8).’

Судебная практика//Юридическая практика. — 2002. – № 4.

Узагальнення якості складання й оформлення судових рішень у цивільних
спарвах / Наряд узагальнень судової практики // Архів Верховного Суду
України за 2004 р.

Обобщение судебной практики рассмотрения дел, связанных с защитой чести,
достоинства и деловой репутации судами Харьковской области в 2001 -2003
гг. / Наряд узагальнень //Архів Апеляційного суду Харківської області.

Рішення суду. Іазета “Закон і Бізнес”. — № 24за 12-18червня 2004р.

Рішення суду. Газета “Закон і бізнес”. № 33 (657) за 14-20 серпня 2004р.

11. Архів Ленінського районного суду м. Чернівці. Справа № 22 —

333 за 2001р.

Дело № 2/7 — 349 — 1997 г. — АрхивЧервонозаводскогорайонного суда г.
Харькова.

Дело№2—2442/01. —АрхивМосковскогорайонногосудаг.Харькова.

Архив Двуречанского райсуда Харьковской области за 2003 г.

Архив Двуречанского райсуда Харьковской области за 2003 г.

Архив Печерского районного суда г. Киева за 2003 г. (дело № 2 —

106/03)

Архив Ленинского районного суда г. Харькова за 2002 г. (дело № 2

840).

Архив Богодуховского районного суда Харьковской области за

2001 г.

Архив Ковельского городского суда Волынской области за 2001 г.

Архив Новгород — Сиверского районного суда Черниговской области за 2001
г.

Архив Шевченковского районного суда г. Киева за 2002 г.

Архив Изюмского районного суда (в настоящее время горрайсу-да)
Харьковской области за 2002 г. (Дело № 2 — 61).

Архив Апелляционного суда Одесской области за 2002 г.

Архив Фрунзенского районного суда г. Харькова за 2001 г. (Дело № 2 –
203).

Архив Ленинского районного суда г. Харькова за 2002 г. (Дело № 2 – 286).

Архив Дарницкого районного суда г. Киева за 2000 г.

Архив Киевского районного суда г. Харькова за 2002 г. (дело № 2

4152).

Рішення у цивільних справах//Право України. —2004. — № 2. — С. 144-145.

Архив Апелляционного суда Харьковской области. — Дело № 22-а-90 за 2003
г.

Архив Краснокутского районного суда Харьковской области за

2002 г.-Дело №2-879.

Архив Октябрьского районного суда г. Запорожье за 2000 г.

Архив Фрунзенского районного суда г. Харькова за 2002 г. — Дело № 2 –
1397.

Приложение А

ПОСТАНОВА № 11

Пленуму Верховного Суду України “Про судове рішення” від 29.12.76 (із
змінами, внесеними згідно з Постановами Пленуму Верховного Суду України
№ 4 від 24.04.81, № 13 від 25.12.92, № 15 від 25.05.98)

Пленум відмічає, що суди України за останніроки поліпшили якість
розгляду цивільних справ і судових рішень. Як правило, рішення
відповідають вимогам ст. 203 ЦПК, є мотивованими і ясно викладеними, що
сприяє дальшому зміцненню законності в галузі цивільних правовідносин і
підвищує запобіжно-виховну роль суду.

Поряд з цим мають місце факти постановления судами рішень, які не
відповідають вимогам про їх законність і обгрунтованість, не містять
переконливої відповіді по суті заявлених вимог або неповно їх вирішують.

У ряді випадків у рішеннях нечітко викладаються вимоги позивача,
заперечення відповідача і пояснення інших осіб, які беруть участь у
справі, неповно відображаються обставини і характер спірних
правовідносин, не всі докази аналізуються або не всім їм дається оцінка,
не завжди є посилання на норми матеріального і процесуального права, на
підставі яких суд вирішив справу, або якими керувався при постановленні
рішення.

В деяких справах описова і мотивувальна частини рішення викладаються
непослідовно, мотивувальна частина відсутня або резолютивна частина
суперечить мотивувальній.

Недоліки, що допускаються окремими судами, знижують значення судового
рішення у здійсненні завдань цивільного судочинства. (Преамбула із
змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України №
13 від 25.12.92)

Пленум Верховного Суду України

ПОСТАНОВЛЯЄ: 1. Звернути увагу судів на те, що судове рішення є
найважливішим актом правосуддя, покликаним забезпечити захист
гарантованих Конституцією України прав і свобод людини, правопорядку та
здійснення проголошеного Конституцією принципу верховенства права. Тому
суди повинні неухильно додержувати вимоги про законність і
обгрунтованість рішення в цивільній справі.

Рішення є законним тоді, коли суд, виконавши всі вимоги цивільного
процесуального законодавства і всебічно перевіривши обставини, вирішив
справу у відповідності з нормами матеріального права, що піддягають
застосуванню до даних правовідносин, а при їх відсутності – на підставі
закону, що регулює подібні відносини, або виходячи із загальних засад і
змісту законодавства України.

Обгрунтованим визнається рішення, в якому повно відображені обставини,
які мають значення для даної справи, висновки суду про встановлені
обставини і правові наслідки є вичерпними, відповідають дійсності і
підтверджуються достовірними доказами, дослідженими в судовому
засіданні. (Пункт 1 із змінами, внесеними згідно з Постановами Пленуму
Верховного Суду України № 13 від 25.12.92, № 15 від 25.05.98)

2. В силу принципу безпосередності судового розгляду (ст. 160 ЦПК
рішення може бути обгрунтоване лише тими доказами, які одержані у
визначеному законом порядку і перевірені в тому судовому засіданні, в
якому постановлюється рішення. Неприпустимим є витребування і приєднання
до справи матеріалів на підтвердження висновків і мотивів рішення після
його винесення.

Коли докази, що є в справі, зібрані в порядку, передбаченому статтями
33, 36, 45, 49 , п.9 ст.143, ч.З ст.176,189 ЦПК, суд може обгрунтувати
ними рішення лише при умові, якщо вони були ним оголошені в судовому
засіданні і досліджені у сукупності з іншими матеріалами справи.

При постановленні рішення суд оцінює докази з урахуванням вимог статей
28 і 29 ЦПКпро їх належність ідопустимість. Обставини, які за законом
мають бути підтверджені певними засобами доказування, не можуть
вважатися встановленими в цивільній справі, якщо такі засоби доказування
відсутні.

Судам слід мати на увазі, що відповідно до ст.31 ЦПКпри розгляді справи
про цивільно-правові наслідки дій особи, відносно якої є вирок, який
набрав законної сили, даний вирок є для них обов’язковим лише в
питаннях, чи мали місце ці дії та чи вчинені вони даною особою. Тому,
розглядаючи позов про стягнення збитків, який випливає з кримінальної
справи, суд не вправі обговорювати вину відповідача.

На підтвердження висновку суду щодо розміру відшкодування збитків у
рішенні, крім посилання на вирок у кримінальній справі, необхідно також
наводити докази, представлені сторонами або зібрані з ініціативи суду
при розгляді цивільної справи.

Оскільки факти, встановлені судовим рішенням, що набрало законної сили,
уданій цивільній справі не доводяться знову при розгляді інших цивільних
справ тільки утому випадку, коли в них беруть участь ті самі особи (ст.
32 ЦПК), то в інших випадках — ці факти встановлюються на загальних
підставах.

Постановлене у справі рішення має бути гранично повним, ясним, чітким,
обов’язково мати вступну, описову, мотивувальну і резолютивну частини і
викладеним у послідовності, встановленій ст. 203 ЦПК.

Разом з тим рішення не повинно мати зайвоїдеталізації, яка не має
правового значення в даній справі.

В описовій частині рішення необхідно, зокрема, вказати зміст і підстави
позовних вимог відповідно до позовної заяви; внесеш зміни підстав,
предмета, розміру позовних вимог; чи визнає відповідач позов; якщо
визнає — повністю або частково; в разі заперечень — у чому суть
заперечень проти позову;

зміст пояснень прокурора, заявників, заінтересованих і третіх осіб;
пояснення (висновки) органів, організацій або громадян, які захищають в
силу закону права інших осіб (ст. 121 ЦПК). (Пункт 5 із змінами,
внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України № 13 від
25.12.92)

Мотивувальначастинарішення повинна містити встановлені судом обставини,
які мають значення для справи, їх юридичну оцінку, атакож оцінку
всіхдоказів, розрахунки, з яких суд виходив при задоволенні грошових та
інших майнових вимог Визнаючи одні і відхиляючи іншідокази, суд має це
обфунтувати.

Якщо суд не прийняв відмови від позову, визнання позову або вважав
необхідним вийти за межі заявлених позивачем вимог, він зобов’язаний це
мотивувати.

Встановивши, що строк для звернення з позовом пропущений без поважної
причини, суд у рішенні зазначає про відмову в позові з цих підстав, крім
випадків, коли позов не доведений.

Мотивувальна частина кожного рішення повинна мати також посилання на
закон та інші нормативні акти матеріального права і у відповідних
випадках – на норми Конституції України, на підставі яких визначено
права і обов’язки сторін у спірних правовідносинах, на статті 15, ЗО, 62
ЦПК й інші норми процесуального права, керуючись якими суд встановив
обставини справи, права і обов’язки сторін, а в необхідних випадках –
також на відповідні керівні постанови Пленуму Верховного Суду України з
питання застосування законодавства при вирішенні цивільних справ.
Мотивувальна частина рішення має бути в рішенні і в тому разі, коли
відповідач визнав позов. (Пункт 6 із змінами, внесеними згідно з
Постановами Пленуму Верховного Суду України № 13 від 25.12.92, № 15 від
25.05.98)

Резолютивначастинарішення повиннамати вичерпні, чіткі, безумовні і такі,
що випливають з встановлених фактичних обставин, висновки по суті
розглянутих вимог і залежно вщ характеру справи давати відповіді на інші
питання, зазначені в статтях 203-208 ЦПК. В ній, зокрема, має бути
зазначено: повністю чи частково задоволено позовні вимоги або в позові
відмовлено; які саме правапозивачавизнано або поновлено; розмір грошових
сум чи перелік майна, присуджених стороні; вартість майна, яке належить
стягнути з відповідача, якщо при виконанні рішення присудженого майна у
наявності не буде; які конкретно дії і на чию користь відповідач повинен
вчинити або яким іншим передбаченим законом способом піддягає захисту
порушене право; в яких межах допускається негайне виконання рішення,
коли суд зобов’язаний або вправі його допустити.

При об’єданні в одному провадженні кількох вимог або прийнятті
зустрічного позову чи позову третьої особи, яка заявляє самостійні
вимоги, має бути сформульовано, що саме постановив суд по кожній
позовній вимозі.

Вирішуючи за позовами про визнання питання про наявність або відсутність
тих чи інших правовідносин, суд при задоволенні позову зобов’язаний в
необхідних випадках зазначити в резолютивній частині рішення і про ті
правові наслідки, які тягне за собою таке визнання (наприклад, про
анулювання актового запису про реєстрацію шлюбу в разі визнання його
недійсним тощо).

З метою запобігання виникненню неясності при виконанні у резолютивній
частині рішення зазначається точне і повне найменування організації і
прізвище, ім’я та по батькові громадян, відносно яких суд вирішив
питання.

Роз’яснити судам, що відповідно до ч. 7 ст. 203 ЦПК суд вправі з своєї
ініціативи з метою необхідності захисту прав і охо-ронюваних законом
інтересів фізичних і юридичних осіб вийти за межі заявлених позивачем
вимог, коли ці межі прямо не визначені чинним законодавством або
договором, що відповідає законові. (Пункт 8 із змінами, внесеними згідно
з Постановою Пленуму Верховного Суду України № 15 від 25.05.98)

Враховуючи, що ЦПК, встановлюючи відмінність у порядку розгляду справ по
окремих видах проваджень (позовному, окремому і такому, що виникає з
аддіністративно-правових відносин), передбачає для всіх єдину форму
вирішення справи по суті шляхом винесення рішення, судам необхідно мати
на увазі, що вимоги ст. 203 ЦПКвідносно порядку виьоіаденнярішення є
обов’язковими для всіх видів проваджень.

Суди мають точно і неухильно додержувати вимог закону про порядок
постановления і проголошення судового рішення.

Рішення суду може бути постановлено тільки суддею або суддями, які
входили до складу суду в даній справі, при суворому додержанні таємниці
нарадчої кімнати.

Правила ч. 4 ст. 209 ЦПК застосовуються лише у виняткових випадках, коли
внаслідок складності справи складання мотивованого рішення потребує
багато часу. При відсутності таких обставин суд має прийняти мотивоване
рішення і проголосити його в тому самому засіданні, в якому закінчено
розгляд справи.

Якщо складання мотивованого рішення відкладається, його резолютивна
частина викладається у письмовому вигляді, підписується суддею, а при
колегіальному розгляді справи — всім судом і відразу ж оголошується. У
такому випадку разом з резолютивною викладається також і вступна частина
рішення, і цей процесуальний документ додається до справи. (Пункт 10 із
змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України №
13 від 25.12.92)

Судам необхідно враховувати, що згідно зі ст. 203 ЦПКу формі рішення
виносяться ті постанови суду першої інстанції, якими справа вирішується
по суті. Закон не передбачає включення до резолютивної частини рішення
висновків з питань, не пов’язаних з вирішенням справи по суті. Тому в
ній неприпустимо вирішувати питання про виділення частини вимог в
самостійне провадження або про закриття провадження по них, залишення
заяви без розгляду тощо. Висновки з таких питань викладаються у формі
ухвал (ст. 232 ЦПК), які виносяться у вигляді самостійного
процесуального документа і можуть по-становлюватися одночасно з
рішенням.

Додаткове рішення може бути постановлено лише у випадках, передбачених
ст.214 ЦПК, і не може змінити суті основного рішення або містити в собі
висновки про права і обов’язки осіб, які не брали участі в справі.

При порушенніпитання про постановленнядодажового рішення з інших підстав
суд ухвалою відмовляє у його постановленій.

Передбачений законом десятиденний строк на порушення питання про
постановления додаткового рішення може бути поновлений, коли суд визнає
причинупропускуйого поважною.

Касаційне оскарження і опротестування додаткового рішення провадиться на
загальних підставах. Якщо на рішення подана ка-сащйнаскарга (внесено
подання) іпорядзцимпорушено питання про постановления додаткового
рішення, суд повинен спочатку постшовжидодажове рішення, апотім
направити справу дляроз-ілядувкасагдйншінстанції. (Пункт 12 із змінами,
внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Супу України № 15 від
25.05.98)

Прироз’ясненнівідповіднодо ст. 215 ЦПКсвогорішення суд в ухвалі з цього
приводу викладає більш повно і ясно ті частини рішення, розуміння яких
викликає труднощі, не вносячи змін у суть рішення і не торкаючись
питань, які не були предметом судового розгляду.

Якщо фактично поставлено питання про зміну рішення або внесення в нього
нових даних, суд своєю ухвалою відмовляє у роз’ясненнірішення.

Передбачений ст. 216 ЦПКобов’язоксудунадсилатико-пію рішення або ухвали
стосується як позовного, так і інших видів проваджень. У останньому
випадку копію рішення слід надсилати заявникові або заінтересованій
особі, у відсутності якої розглянуто справу.

Судовій колегії в цивільних справах Верховного Суду України, судам
обласного рівня при розгляді справ у касаційному порядку або в порядку
судового нагляду необхідно звертати особливу увагу на додержання судами
першої інстанції вимог щодо законності та обгрунтованості рішення суду.
(Пункт 15 із змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного
Суду України № 15 від 25.05.98)

Приложение Б

ПОСТАНОВА № 7

Пленуму Верховного Супу України «Про застосування судами законодавства,
що регулює захист честі, гідності і ділової репутації громадян та
організацій» від 28.09.90 (Із змінами, внесеними згідно з Постановами
Пленуму Верховного Супу України № 3 від 04.06.93, № 4 від 31.03.95, № 14
від 25.12.96, № 12 від 03.12.97)

Важливою гарантією забезпечення прав і свобод людини і громадянина,
закріплених Конституцією України, є судовий захист від протиправних
посягань на його честь та гідність. (Абзац перший преамбули в редакції
Постанови Пленуму Верховного Суду № 12 від 03.12.97)

У цілому вірно вирішуючи справи, порушені у відповідності зі ст. 7 ЦК, а
також про наклеп і образу, суди разом з тим ще допускають порушення
законодавства, що регулює захист честі і гідності громадян та
організацій. Мають місце випадки безпідставної відмови у порушенні
кримінальних справ про зазначені злочини. При судовому розгляді справ не
завжди повно з’ясовуються обставини поширення відомостей або вигадок і
чи відповідають вони дійсності та ганьблять особу.

Деякі суди не мотивують відповідно до вимог закону вироків і рішень, при
задоволенні позовів не визначають спосіб і строк спростування
відомостей, що порочать позивача. Все це призводить до прийняття
помилкових судових рішень.

Недостатня увага приділяється виконанню судових рішень, виявленню та
усуненню причин і умов, що сприяли вчиненню даних правопорушень.
Непоодинокі факти тяганини у розгляді скарг і справ.

Пленум Верховного Суду України

ПОСТАНОВЛЯЄ:

Звернути увагу судів на необхідність точного й неухильного застосування
ст.7 ЦКта кримінального законодавства про відповідальність за наклеп і
образу, що є важливою умовою здійснення захисту честі, гідності і
ділової репутації громадян і організацій. Судам необхідно вжити заходів
до поліпшення розгляду справ і скарг про дані правопорушення, усунути
недоліки, що мають місце в цій роботі. (Пункт 1 із змінами, внесеними
згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України № 3 від 04.06.93)

Оскільки вибір способу захисту честі і гідності належить громадянинові,
суддя, приймаючи заяву або скаргу, зобов’язаний з’ясувати, чи просить
заявник спростувати поширені відомості у порядку цивільного судочинства,
чи вимоги його полягають в притягненні особи до кримінальної
відповідальності за наклеп або образу. В необхідних випадках суддя
повинен роз’яснити заявникові порядок судового захисту честі і гідності.

3. При розгляді цивільних справ, порушених у порядку ст. 7

ЦК, суди повинні з’ясувати, чи поширені відомості, про спрос-

тування яких пред’явлений позов, порочать воничесть, гідність

або ділову репутацію позивача та чи відповідають дійсності.

Під поширенням відомостей слід розуміти опублікування їх у пресі,
передачу по радіо, телебаченню, з використанням інших засобів масової
інформації, викладення в характеристиках, заявах, листах, адресованих
іншим особам, повідомлення в публічних виступах, а також в іншій формі
невизначено-му числу осіб або хоча б одній людині.

Поширенням відомостей також є вивішування (демонстрація) в громадських
місцях плакатів, лозунгів, інших творів, а так само розповсюдження серед
людей листівок, що за своїм змістом або формою ганьблять честь, гідність
або ділову репутацію громадянина або організації.

Проте повідомленнятакихвідомостейлише особі, якоївони стосуються, не
може визнаватись’їх поширенням.

До відомостей, що ганьблять особу, слід відносити ті з них, які
принижують честь, гідність і ділову репутацію громадянина або
організації в громадській думці чи думці окремих громадян з точки
зорудодержання законів, загальновизнанихпра-вил співжиття та принципів
людської моралі. (Пункт 3 із змінами, внесеними згідно з Постановою
Пленуму Верховного Суду України № 3 від 04.06.93)

У порядку цивільного судочинства не можуть розглядатися позови про
спростування відомостей, які містяться у вироках та інших судових
рішеннях, а також у постановах слідчих та інших відповідних органів, для
оскарження яких законом встановлено інший порядок. (Пункт 4 в редакції
Постанови Пленуму Верховного Суду України № 14 від 25.12.96)

Роз’яснити судам, що згідно з п. 1 ч. 1 ст.5 Цивільного процесуального
кодексу України (далі -ЦПК) позов про спростування відомостей, що
порочать честь і гідність, може бути пред’явлено особою, про яку
поширені такі відомості, а так само близькими родичами цієї особи, коли
відомості прямо чи посередньо їх порочать. Заінтересована особа має
право на судовий захист у зазначеному порядку також у разі поширення
таких відомостей щодо члена її родини або іншого родича, який помер.

Відповідно до положень ч. 4 ст. 32 Конституції України та п. З ч. 1 ст.
5 ЦПК кожен має право вимагати в судовому порядку спростування
недостовірної інформації, що порочить честь і гідність членів його
сім’ї.

Позов про спростування відомостей, які порочать честь і гідність
неповнолітнього або особи, визнаної недієздатною, може бути пред’явлено
законним представником, який не є членом їх сім’ї (батьками,
усиновителями, опікунами, піклувальниками), а також прокурором у порядку
ст. 118 ЦПК.

У випадках поширення відомостей, що принижують репутацію організації,
остання, якщо вона є юридичною особою, має право звернутися до суду з
вимогами про їх спростування, незалежно від того, якою особою (фізичною
чи юридичною) поширено ці відомості. (Пункт 5 в редакції Постанови
Пленуму Верховного Суду України № 14 від 25.12.96)

Відповідачем у справі про захист честі і гідності може бути фізична або
юридична особа, яка поширила відомості, що порочать позивача.

Якщо позов пред’явлено про спростування відомостей, опублікованих в
пресі або поширених іншими засобами масової інформації (по радіо,
телебаченню), як відповідачі притягаються автор та відповідний орган
масової інформації (редакція, агентство, інший орган, що здійснив випуск
інформації). При публікації або іншому поширенні відомостей без
позначення автора орган масової інформації за вимогою суду зобов’язаний
назвати особу, яка надала відомості, про спростування котрих пред’явлено
позов.

Встановивши, що автор використав у публікації відомості, одержані з
офіційного джерела, суд має обговорити питання про притягнення до участі
в справі як відповідача організацію або службову особу, які надали
оспорювані позивачем відомості.

При опублікуванні вказаних відомостей без зазначення автора (наприклад,
в редакційній статті) відповідачем у справі має бути орган, що здійснив
випуск масової інформації.

У позовах про спростування відомостей, викладених у характеристиках,
довідках та інших документах, відповідачами визнаються особи, які їх
підписали, та підприємства, установи, організації, від імені котрих
видано документ. (Пункт 6 із змінами, внесеними згідно з Постановою
Пленуму Верховного Суду України № 3 від 04.06.93)

Судам необхідно враховувати, що згідно з ч. 2 ст. 124 Конституції
України вимоги громадян або організацій про спростування опублікованих
засобами масової інформації відомостей, що не відповідають дійсності й
порочать честь і гідність особи, розглядаються судами й у тому разі,
коли ця особа попередньо не зверталася до органів масової інформації про
спростування зазначених відомостей. (Пункт 7 із змінами, внесеними
згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України № 3 від 04.06.93, в
редакції Постанови Пленуму Верховного Суду України № 14 від 25.12.96)

Роз’яснити, що при задоволенні позову суд повинен в резолютивній частині
рішення зазначити, які саме відомості визнано такими, що не відповідають
дійсності та порочать честь і гідність позивача, вказати на спосіб
спростування й визначити строк, на протязі якого воно має бути
здійснене. В необхідних випадках суд може викласти текст спростування
відомостей.

За загальним правилом відомості, що порочать особу, повинні
спростовуватись у спосіб найбільш близький до способу їх поширення
(шляхом публікації у пресі, повідомлення по радіо, телебаченню,
оголошення на сході громадян, зборахтру-дового колективу, заміни
документу та ін.).

Визначаючи спосіб спростування відомостей, суд відповідно до ст. 37
Закону України «Про друковані засоби масової інформації (пресу) в
Україні» та іншого законодавства може зобов’язати редакцію (видавництво)
опублікувати спростування в спеціальній рубриці або на тій самій полосі
і тим самим шрифтом, що й спростовуване повідомлення: в газеті — не
пізніше місяця з дня набрання рішенням законної сили, в інших
періодичних виданнях — у черговому підготовлювано-му випуску.

При спростуванні відомостей по радіо чи телебаченню суд може зажадати
від органу масової інформації, щоб резолютивна частина рішення була
зачитана диктором в тій самій програмі або циклі передач і в той самий
час — не пізніше місяця з дня набрання рішенням законної сили. Вільне
редагування органом масової інформації тексту рішення або коментар до
нього, які за змістом є оспорюванням рішення, недопустимі. (Пункт 9 із
змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України №
3 від 04.06.93)

Суди повинні мати на увазі, що виправдання підсудного в кримінальнії}
справі про наклеп за відсутністю в його діях складу злочину не є
перешкодою для потерпілого пред’явити позов у порядку, передбаченому ст.
7 ЦК, оскільки вимоги про спростування відомостей, що ганьблять його
честь і гідність, піддягають задоволенню і в разі їх помилковості.

Разом з тим виправдання підсудного за відсутністю події злочину або
поширення відомостей, що відповідають дійсності, не надає потерпілому
права вимагати спростування відомостей у порядку цивільного судочинства
в зв’язку з тим, що у вироку дано оцінку зазначеним обставинам.

Під наклепом, передбаченим ст. 125 КК, слід розуміти повідомлення винним
невизначеній кількості осіб або хоча б одній людині завідомо неправдивих
вигадок про начебто вчинений потерпілим протиправний чи аморальний
вчинок або інших відомостей, що ганьблять потерпілого. Завідомою
неправдивістю визнається очевидний для винного факт невідповідності
відомостей дійсності.

Не є наклепом поширення дійсних відомостей, хоча вони і ганьблять
потерпілого, атак само поширення відомостей внаслідок сумлінної помилки
особи в їх достовірності (наприклад, при одержанні з офіційних джерел).
Не визнається наклепом і повідомлення неправдивих відомостей тільки
потерпшому. В такому разі винний може нести відповідальність за образу
при наявності ознак цього злочину.

На відміну від наклепу при образі винний принижує честь і гідність
потерпілого шляхом висловлювання нецензурних чи брутальних слів,
вчиненням непристойнихабо насильницьких дій (жесту та ін.), або дає
непристойну оцінку особистим якостям чи поведінці потерпілого в формі,
яка різко суперечить прийнятому спілкуванню між людьми.

Одночасне поширення завщомо неправдивих вигадок, що ганьблять
потерпілого, та приниження його людської гідності непристойними
висловлюваннями чи діями утворює сукупність злочинів і має
кваліфікуватися за статтями 125 і 126КК.

Судам слід відмежовувати наклеп від завідомо неправдивого доносу (ст.
177 КК, при якому дії винного полягають у повідомленні суду, прокурору,
слідчому або органу дізнання завідомо неправдивих відомостей про начебто
вчинений або підготовлюваний злочин з метою незаконного притягнення
громадянина до кримінальної віїтовідальності.

Суди не повинні допускати безпідставної відмови в порушенні кримінальних
справ за наявності достатніх даних, що вказують на ознаки наклепу або
образи в діях особи, на яку подано скаргу, атак само порушення справ при
відсутності законних підстав.

За ознаками ч. 2 чи ч. З ст. 125 КК суддя або суд мають право порушити
кримінальну справу і без скарги потерпілого. Порушену справу зач. 2чич.
З, а відносно неповнолітнього — ізач. 1 цієї статті, а також щодо
неповнолітнього за ст. 126 цього Кодексу, слід надіслати прокурору для
проведення попереднього слідства.

При вирішенні питання про порушення чи відмову в порушенні справи за ст.
125 КК суддя або суд не можуть наперед оцінювати докази і відмовляти в
порушенні справи за мотивами того, що поширені відомості відповідають
дійсності або не ганьблять потерпілого, або є наслідком помилки особи в
їх достовірності, оскільки таку оцінку може зробити суд тільки після
дослідження доказів у судовому засіданні.

До порушення кримінальної справи суддя або суд згідно з ч. 2 ст. 95 КПК
зобов’язані попередити скаржника про відповідальність за неправдивий
донос та взяти у нього відповідну підписку.

Виходячи з положення ст. 124 Конституції України про те, що правосуддя в
Україні здійснюється виключно судами, матеріали кримінальної справи про
злочин, передбачений ст. 125 або 126 КК, не можуть бути передані судом
на розгляд товариського суду в порядку, передбаченому ст. 51 ККтаст. 8
КПК (Пункт 14 із змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму
Верховного Суду України № 3 від 04.06.93, в редакції Постанови Пленуму
Верховного Суду № 12 від 03.12.97)

Вирішуючи питання про вид та міру покарання особі, визнаній винною у
наклепі або образі, суди повинні дотримуватись вимог ст. 39 КК та
постанови Пленуму Верховного Суду України від 22 грудня 1995 р. № 22
«Про практику призначення судами кримінального покарання». (Пункт 15 із
змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду № 12 від
03.12.97)

При прийнятті заяв у цивільних справах про захист честі і гідності судам
слід більше уваги звертати на їх відповідність вимогам ст. 137 ЦПК. Така
заява має, зокрема, містити в собі дані про те, які саме відомості, що
порочать особу, поширені відповідачем, з зазначенням часу, способу й
осіб, яким такі відомості повідомлені, посилання на докази, що
стверджують зазначені обставини, а також прохання про спростування
відомостей. Позовна заява оплачується державним митом у встановленому
ст. 64 ЦПКрозмірі. Невиконання зазначених вимог тягне наслідки,
передбачені ст. 139 цього Кодексу.

Відповідно до ст. 7 ЦК відповідач повинен довести, що поширені ним
відомості відповідають дійсності. На позивача покладається обов’язок
довести лише факт поширення відомостей, які його ганьблять, особою, до
якої пред’явлений позов. Проте, позивач має право подати докази
невідповідності дійсності таких відомостей.

У справах про злочини, передбачені ч. 1ст. 125таст. 126 КК, потерпілому
належить право підтримувати обвинувачення та подавати необхідні докази.
У скарзі на ім’я суду потерпілий повинен викласти прохання про порушення
справи щодо конкретної особи, вказати час, місце і спосіб поширення
заві-домо неправдивих вигадок або нанесення образи, навестидокази, що
ігідтверджують вчинення злочину.

При підготовці цивільної чи кримінальної справи до судового розгляду
суддям необхідно ширше використовувати можливості сторін, потерпілого,
підсудного у зібранні й поданні необхідних для розгляду справи доказів.
При недостатності доказів суд може вимагати від цих осіб подати
додаткові доказиабо витребуватиїх за клопотанням останніх (ст. ЗО ЦПК)
або власною ініціативою (ст. 66 КПК). (Пункт 19 із змінами, внесеними
згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України № 14 від 25.12.96)

До вирішення питання про порушення кримінальної справи про наклеп або
образу суддя у відповідності зі ст. 27 КПК повинен роз’яснити
потерпілому його право на примирення з особою, на яку подано скаргу. В
разі, коли примирення досягнуто, суддя має винести постанову про відмову
в порушенні кримінальної справи, а суд (чи судця одноособово) — винести
ухвалу (постанову) про закриття справи за п. 6 ст. 6 КПК. Проте, слід
мати на увазі, що не може бути закрита за примиренням потерпілого з
обвинуваченим справа про наклеп або образу, порушена прокурором, а також
у випадках, передбачених частинами 4 і 5 ст. 27 КПК. (Пункт 20 із
змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду України №
3 від 04.06.93)

Судам слід мати на увазі, що в одному провадженні в цивільній справі про
спростування відомостей, які ганьблять честь і гідність громадянина або
організації, а так само у кримінальній справі по обвинуваченню у наклепі
або образі можуть розглядатися вимоги позивача (потерпілого) про
відшкодування матеріальної і моральної шкоди, завданої вказаними
неправомірними діями. Суд вирішує такі вимоги відповідно до статей
440І441ЦК, виходячизпринципувідшкодуваннявинним шкоди у повному обсязі.
(Пункт 21 із змінами, внесеними згідно з Постановами Пленуму Верховного
Суду України № 3 від 04.06.93, № 4від 31.03.95, № 12 від 03.12.97)

Звернути увагу судів, що відповідно до ст. 7 ЦК щодо вимог про
спростування відомостей, які порочать честь, гідність чи ділову
репутацію, та про відшкодування моральної шкоди встановлено строк
позовної давності в один рік, який в разі його пропуску з поважних
причин може бути поновлено судом. (Пункт 22 із змінами, внесеними згідно
з Постановою Пленуму Верховного Суду України № 3 від 04.06.93, в
редакції Постанови Пленуму Верховного Суду України № 14 від 25.12.96)

22-1. Судам необхідно враховувати, що згідно з п.Ю ст.65 ЦПКціна позову,
який складається з кількох самостійних вимог, визначається загальною
сумою них вимог, за винятком вимог про відшкодування моральної
(немайнової) шкоди. Тому вимоги про відшкодування моральної шкоди,
заявлені у справі за позовом про захист честі, гідності і ділової
репутації, а також вимоги, заявлені самостійно, оплачуються державним
митом за ставками, встановленими для позовів не-майнового характеру.
(Постанову доповнено пунктом 22-1 згідно з Постановою Пленуму Верховного
Суду України № З від 04.06.93, в редакції Постанови Пленуму Верховного
Суду України № 14 від 25.12.96)

Судам слід використовувати широкі можливості, що надає розгляд справ про
захист честі і гідності в підвищенні культури спілкування між людьми,
глибше з’ясовувати причини поширення неправдивих вигадок та приниження
людської гідності образою, реагувати окремими ухвалами (постановами) на
непристойну поведінку громадян, атакож на умови, що викликали між ними
конфлікт. (Пункт 23 із змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму
Верховного Суду № 12 від 03.12.97)

Вказати судам на необхідність своєчасного і повного виконання рішень та
вироків. Не можна вважати рішення виконаним, якщо засіб
масовоїінформації, зобов’язаний спростувати відомості, шляхом поміщення
коментару оспорює судове рішення, яке набрало законної сили.

Якщо відомості, які порочать особу, не будуть спростовані відповідачем,
то за вимогою позивача суд видає виконавчий лист і вживає заходів до
виконання рішення. При невиконанні або неналежному виконанні у
встановлений строкрішення про спростування таких відомостей суд може
накласти на порушника штраф у порядку і розмірі, передбачених ст. 417
ЦПК. Штраф стягується вдоходдержави. Сплата штрафу не звільняє порушника
від обов’язку виконати передбачену судовим рішенням дію.

25. Судовим колегіям Верховного Суду України, іншим судам касаційної та
наглядної інстанцій при розгляді зазначених справ у касаційному та
наглядному порядку необхідно своєчасно виправляти помилки судів першої
інстанції, систематично аналізувати причини скасування та зміни рішень і
вироків, узагальнювати судову практику, використовуючи одержані дані для
усунення недоліків у застосуванні законодавства й запобіганні фактам
посягань на честь і гідність громадян, репутацію організацій. (Пункт 25
із змінами, внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного Суду
України № 3 від 04.06.93)

Приложение В

ПОСТАНОВА №4

Пленуму Верховного Суду України “Про судову практику в справах про
відшкодування

моральної (немайнової) шкоди” від 31.03.95 (із змінами, внесеними згідно
з Постановою Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

Відповідно до положень Конституції України, зокрема статей 32, 56, 62 і
чинного законодавства, фізичні та юридичні особи мають право на
відшкодування моральної (немайнової) шкоди, заподіяної внаслідок
порушення їх прав і свобод та законних інтересів. (Абзац преамбули в
редакції Постанови Пленуму Верховного суду№ 5 від 25.05.2001)

Як свідчить судова практика, суди в основному правильно застосовують
норми законодавства, які регулюють зазначені питання. Поряд із цим в
окремих випадках припускаються помилок, рідко застосовують чинні
міжнародні договори, згода на обов’язковість яких надана Верховною Радою
України, неповно з’ясовують наявність підстав для відшкодування
моральної шкоди, недостатньо обґрунтовують її розмір, допускають
порушення процесуальних норм. (Абзац преамбули в ре-дакцїї Постанови
Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

Враховуючи це, а також, що при розгляді таких справ в судах виникли
питання, які потребують роз’яснення,

Пленум Верховного Суду України

ПОСТАНОВЛЯЄ: 1. Звернути увагу судів на те, що встановлене Конституцією
та законами України право на відшкодування моральної (немайнової) шкоди
є важливою гарантією захисту прав і свобод

громадян та законних інтересів юридичних осіб. Тому суди повинні
забезпечити своєчасне, у повній відповідності із законом, вирішення
справ, пов’язаних з відшкодуванням такої шкоди. (Пункт 1 із змінами,
внесеними згідно з Постановою Пленуму Верховного суду № 5 вщ 25.05.2001)

Відповідно до ст. 9 Конституції чинні міжнародні договори, згода на
обов’язковість яких надана Верховною Радою України, є частиною
національного законодавства України. Зокрема, до них належить
ратифікована Верховною Радою України Конвенція про захист прав людини та
основних свобод, яка, як і інші міжнародні договори, підлягає
застосуванню при розгляді справ судами. (Пункт 1 доповнено абзацом
другим згідно з Постановою Пленуму Верховного суду№ 5 від 25.05.2001)

Роз’яснити, що спори про відшкодування заподіяної фізичній чи юридичній
особі моральної (немайнової) шкоди розглядаються, зокрема:

коли право на її відшкодування безпосередньо передбачено нормами
Конституції або випливає з її положень;

у випадках, передбачених статтями 7, 440-1 Цивільного кодексу
Української PCP (далі—ЦК) та іншим законодавством, яке встановлює
відповідальність за заподіяння моральної шкоди (наприклад, ст. 49 Закону
«Про інформацію», ст. 44 Закону «Про авторське право і суміжні права»);

при порушенні зобов’язань, які підпадають під дію Закону «Про захист
прав споживачів» чи інших законів, що регулюють такі зобов’язання і
передбачають відшкодування моральної (немайнової) шкоди. (Пункт 2 в
редакції Постанови Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

Під моральною шкодою слід розуміти втрати немайново-го характеру
внаслідок моральних чи фізичних страждань, або інших негативних явищ,
заподіяних фізичній чи юридичній особі незаконними діями або
бездіяльністю інших осіб.

Відповідно до чинного законодавства моральна шкода може полягати,
зокрема: у приниженні честі, гідності, престижу або ділової репутації,
моральних переживаннях у зв’язку з ушкодженням здоров’я, у порушенні
права власності (в тому числі інтелектуальної), прав, наданих
споживачам, інших цивільних прав, у зв’язку з незаконним перебуванням
під слідством і судом, у порушенні нормальних життєвих зв’язків через
неможливість продовження активного громадського життя, порушенні
стосунків з оточуючими людьми, при настанні інших негативних наслідків.

Під немайновою шкодою, заподіяною юридичній особі, слід розуміти втрати
немайнового характеру, що настали у зв’язку з приниженням її ділової
репутації, посяганням на фірмове найменування, товарний знак, виробничу
марку, розголошенням комерційної таємниці, а також вчиненням дій,
спрямованих на зниження престижучи підрив довіридо її діяльності. (Пункт
З доповнено абзацом третім згідно з Постановою Пленуму Верховного суду №
5 від 25.05.2001)

Відповідно до ст.137 ЦПК у позовній заяві про відшкодування моральної
(немайнової) шкоди має бути зазначено, в чому полягає ця шкода, якими
неправомірними діями чи бездіяльністю її заподіяно позивачеві, з яких
міркувань він виходив, визначаючи розмір шкоди, та якими доказами це
підтверджується.

При недотриманні позивачем зазначених вимог настають наслідки,
передбачені ст.139 ЦПК. (Пункт 4 із змінами, внесеними згідно з
Постановою Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

Оскільки питання відшкодування моральної шкоди регулюються законодавчими
актами, введеними у дію в різні строки, суду необхідно в кожній справі
з’ясовувати характер правовідносин сторін і встановлювати якими
правовими нормами вони регулюються, чи допускає відповідне законодавство
відшкодування моральної шкоди приданому виді правовідносин, коли набрав
чинності законодавчий акт, що визначає умови і порядок відшкодування
моральної шкоди в них випадках, та коли були вчинені дії, якими
заподіяно цю шкоду. (Абзац перший пункту 5 із змінами, внесеними згідно
з Постановою Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

Відповідно до загальних підстав цивільно-правової відповідальності
обов’язковому з’ясуванню при вирішенні спору про відшкодування моральної
(немайнової) шкоди підлягають: наявність такої шкоди, протиправність
діяння її заподіювана, наявність причинного зв’язку між шкодою і
протиправним діянням заподіювана та вини останнього в її заподіянні.
Суд, зокрема, повинен з’ясувати, чим підтверджується факт заподіяння
позивачеві моральних чи фізичних страждань або втрат немай-нового
характеру, заяких обставин чиякимидіями (бездіяльністю) вони заподіяні,
в якій грошовій сумі чи в якій матеріальній формі позивач оцінює
заподіяну йому шкоду та з чого він при цьому виходить, атакож інші
обставини, що мають значення для вирішення спору. (Абзац пункту 5 в
редакції Постанови Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

Особа (фізична чи юридична) звільняється від відповідальності по
відшкодуванню моральної шкоди, якщо доведе, що остання заподіяна не з її
вини. Відповідальність заподіювана шкоди без вини може мати місце лише у
випадках, спеціально передбачених законодавством. (Абзац пункту 5 в
редакції Постанови Пленуму Верховного суду № 5 від 25.05.2001)

6. При застосуванні норм Кодексу законів про працю Ук-

раїни (далі – КЗпП) щодо порядку розгляду трудових спорів у

справах про відшкодування моральної шкоди, заподіяної пра-

цівникові у зв’язку з виконанням трудових обов’язків, суди

повинні виходити з того, що за змістом ст. 124 Конституції

потерпілий має право звернутися з такими вимогами до суду