Кустов А.М. 1997 – Теоретические основы криминалистического учения о механизме преступления (книга)

Кустов А.М. 1997 – Теоретические основы криминалистического учения о
механизме преступления

Введение

На современном этапе развития российского общества обострилась проблема
борьбы с преступностью. Это обусловлено политическим, социальным и,
главное, экономическим кризисом, разразившимся а стране в конце 80-х
начале 90-х годов. Одной из основных особенностей современной
преступности является процесс интеграции преступных элементов, их
объединение в криминальные группировки (сообщества) разного уровня
развития и организованности, их проникновение в различные сферы
деятельности общества.

Будучи сложным, многоаспектным социальным явлением, преступление, как
междисциплинарный объект научного исследования, давно привлекало
внимание ученых разных специальностей. Проведенное нами исследование (а
период 1987 – 1996 гг. изучено 5 520 материалов уголовных дел по
преступлениям против собственности и другим, которые были совершены в
различных регионах страны – Центральном, Центрально-Черноземном,
Поволжском, Северо-Кавказком экономических районах), опрос 460
осужденных и 280 следователей, а также анализ специальной литературы
показали, что юридические науки изучали преступление, как правило,
каждая со своей точки зрения, с позиций своих “служебных” функций. Это
позволило правоведам выделять тот аспект названного социального явления,
который рассматривался только дайной наукой, определял проблемы будущих
научных исследований и разработок в рамках этой науки и позволял
уточнять собственным предмет научного познания.

Криминалистика исторически сложилась как юридическая прикладная наука,
изучающая закономерности возникновения, собирания, исследования и
использования судебных доказательств и разрабатывающая практические
средства и методы раскрытия и расследования преступлений, основанные на
познании этих закономерностей и положениях общественных, естественных н
технических наук. Она peшает задачи удовлетворения потребностей практики
борьбы с преступностью в эффективных методах раскрытия, расследования и
предотвращения преступлений (1, с. 5,6; 24, с. 6,7).
Ученые-криминалисты, как известно, много внимания уделяют разработке
вопросов специфики криминалистического изучения преступления,
исследования материальных последствий, связанных с обстоятельствами его
подготовки, совершения и сокрытия.

Элементы уголовно-правовой характеристики отдельного вида преступления в
совокупности характеризуют деяние как общественно опасное, виновное и
наказуемое, чем отличают преступления от иных правонарушений и от
действий, которые правонарушениями не являются.

Криминологическая характеристика определенного вида преступления дает
представление о типичном механизме преступного поведения (о связи и
взаимодействии внешних факторов объективной действительности и
внутренних психических процессов и состояний, детерминирующих решение
совершить преступление, направляющих м контролирующих его исполнение),
позволяет учесть типологию правонарушителей и жертв, соответствующие
региональные различия и другие параметры, которые могут иметь значение
для практики раскрытия, расследования и предотвращения преступления и
т.д. Основу криминологической характеристики составляют обобщенные
данные о социальных явлениях, оказавших влияние на формирование
особенностей правонарушителя и течение его преступной деятельности.
Характеристика отдельного вида преступления дает представление о
типичных социальных ситуациях (совокупности объективных и субъективных
условий и процессов), детерминирующих характер протекания деятельности
различных преступных групп в индивидов, в конкретный период времени.

Психологическая характеристика определенного вида или группы
преступлений дает представление о типичных дефектах правового и
нравственного сознания, потребностях личности преступника, особенностях
характера и эмоционально-волевой сферы. Она показывает наиболее
распространенные психологические процессы механизма преступления и
типичную психологию правонарушителей и жертв преступного события.

Однако, чтобы обеспечить полное и всестороннее расследование,
следователю необходимо обращаться прежде всего к криминалистической
модели преступления. По своему информационному насыщению она должна
конкретизировать, уточнять, дополнять уголовно-правовые,
криминологические, психологические и иные модели и интерпретировать их в
том виде, который приближен к специфике
познавательно-доказательственного процесса (4, с. 44). Речь идет о
криминалистическом аспекте преступления, значение которого заключается в
интерпретации элементов, имеющих уголовно-правовое и
уголовно-процессуальное значение, н во включении в модель преступления
таких криминалистически значимых компонентов, как непреступные
поведенческие акты участников преступного события, изменения окружающей
преступление в преступника среды, источники и носители информации о
самом преступлении и его участниках и т.д.

Для построения мысленной модели преступного события при расследовании
преступления следователю, оперативному работнику и экспеpтy необходима
такая криминалистическая категория, как механизм преступления.
Отечественные и зарубежные ученые-криминалисты этой научной категорией
занимаются давно, но она до сих пор изучена недостаточно, а социальная
значимость проблемы требует ее дальнейшей разработки. С 1993г. тема о
механизме преступления включена в определение предмета, в учебные
программы (см., например: Криминалистика: Программа для слушателей ВЮЗШ
МВД РФ. -М., 1993) и в учебники по курсу криминалистики для слушателей
образовательных учреждений МВД и студентов университетов страны. Это и
обусловило необходимость настоящего издания.

Глава 1. Криминалистическая концепция механизма преступления

§ 1. Истоки и тенденции развития криминалистического учения о механизме
преступления

В 1892 г. австрийский ученый, основоположник западноевропейской
криминалистики Ганс Гросс писал, что основу предмета криминалистики
составляет исследование способов совершения преступления и их раскрытия
(5, с. 8). Как видно, уже в XIX веке внимание ученных было обращено на
необходимость изучения одного из элементов, традиционно включаемых в
механизм преступления, – способа его совершения. Зятем, однако, интерес
ученых был надолго прикован к исследованию материальных последствий
преступлений, а изучение закономерностей возникновения информации о
преступлении и его участниках отошло на второй план.

Впервые понятие “механизм преступления” попало в определение предмета
криминалистики в 1971 г., когда во время очередной научной дискуссии
А.Н. Васильев предложил определить ее “как науку об организации
планомерного расследования преступлений, эффективном обнаружении,
собирании и исследовании доказательств в соответствии с нормами
уголовного процессуального закона и о предупреждении преступлений путем
применения для этих целей специальных приемов и средств, разработанных
на основе естественных, технических и некоторых других специальных наук,
и на основе изучения механизма преступления (выделено нами – А.К.) и
формирования доказательств” (6, с.7,8). Он указал на необходимость
изучения как составной частя предмета криминалистики всего механизма
преступления, а не только способа его совершения.

В 1976 г. Ю.И. Краснобаев в своей кандидатской диссертации пришел к
выводу, что предметом криминалистики являются “закономерности
формирования способа подготовки, совершения и сокрытия преступления,
возникновения следов преступной деятельности, судебного исследования
доказательств и закономерности ее развития как науки” (7. с.17).Это был
серьезный шаг вперед, потому что автор акцентировал внимание на важности
изучения закономерностей преступной деятельности субъекта преступления,
которая, с одной стороны, формирует механизм преступного события, а с
другой – обусловливает возникновение изменений в окружающей среде.
Однако нельзя не согласиться с мнением Р.С. Белкина о том, что “если уж
называть в определении преступную деятельность предметом познания, то
следует говорить не столько о способе преступления, сколько о механизме
преступления, т.е. о системе преступной деятельности, в которой способ
преступления лишь одно из звеньев” (8, с.52).

Как представляется, одним из наиболее интересных в рассматриваемом
аспекте определения криминалистики было дано в 1986 г. Р.С. Белкиным:
“Криминалистика – область научных знаний о механизме преступления,
закономерностях возникновения информации о преступлении и его
участниках, закономерностях собирания, исследования, оценки и
использования доказательств и основанных на познании этих
закономерностей специальных средствах и методах раскрытия, расследования
и предотвращения преступлений” (2, с.54). В нем, как и в определении
А.Н. Васильева, акцентируется внимание на одном из важных с точки зрения
криминалистики аспекте преступления – механизме преступления. Ранее в
юридической науке различные стороны механизма Преступления изучались
главным образом в уголовно-правовом и криминологическом аспектах. В этой
области известны работы Г.А. Аванесова, Ю.М. Антоняна, В.К. Глистина,
П.С. Дагеля, Н.И. Коржанского, ВЛ. Кудрявцева, Г.М. Мянъковского, Н.И.
Панова, А.А. Пинонтковского, В.Я.Тация.

В конце 79-х – начале 80-х годов XX века проблемой механизма
преступления всерьез заинтересовались ученые-криминалисты, хотя
теоретическая актуальность я практическая значимость исследования
механизма преступления была по достоинству оценена значительно позже. В
то время главным образом исследовались способы подготовки, совершения и
сокрытия преступления, которые являются одним из главных элементов в
механизме преступления. Результаты этих исследований достаточно полно
изложены в трудах Р.С. Белкина, А.Г. Гельманова, Г.Г. Зуйкова, М.К.,
Каминского, В.Н. Карагодина, В.П. Лаврова, И.М. Лузгина, В.А. Савельева
и др. Правда, уже тогда ученые отмечали, что механизм преступления не
может быть сведен лишь к способу его совершения и сокрытия, но
охватывает сложную взаимодействующую систему физических, психических и
иных процессов и их результатов.

Способ преступления, традиционно считающийся одним из главных элементов
этой системы, есть система действий преступника по подготовке,
совершению и сокрытию преступного события. Данные о нем включают все
сведения о том, каким образом готовится преступление, распределяются
роли, как и где изготовляются или приспосабливаются необходимые орудия,
химические и иные вещества и другие технические средства, каковы
источники их получения, какие недостатки в работе организаций,
учреждений или предприятий облегчили доступ к ценностям, каким образом
применял преступник определенные средства, способы и приемы для
достижения преступного результата, какие использовались приемы сокрытия
следов, орудий преступления, похищенного имущества или частей
расчлененного трупа и т.д. К элементам механизма преступления относятся
также другие особенности поведенческих актов преступника, осуществленных
во время реализации им преступного замысла, и, кроме того, действия
потерпевшего, других лиц, оказавшихся косвенно связанными с преступным
событием, которые находятся в определенной связи между собой, с
окружающей средой и действиями преступника.

А.Н. Васильев, указывая на важность изучения механизма преступления как
составной части предмета криминалистики, одним из первых определил эту
криминалистическую категорию как “процесс совершения преступления, в том
числе его способ и все действия преступника, сопровождающиеся
образованием следов {материальных и интеллектуальных), которые могут
быть использованы для раскрытия и расследования преступления” (б, с.8).
Таким образом, здесь выделены две составные части: совокупность действий
преступника и комплекс следов, образовавшихся от этих действий. Примерно
то же сделал и М.К. Каминский, отметив, что “преступление, взятое в
собственно криминалистическом плане, выступает не только как юридический
факт, но и как предметная деятельность (иногда ее фрагменты: действие,
совокупность действий) человека” (10 ,с.3).

Наиболее полно в то время определение механизма преступления раскрыл в
своих работах Р.С. Белкин. Под ним он понимает “сложную динамическую
систему, включающую субъект преступления, его отношение к своим
действиям, их последствиям, соучастникам; предмет посягательства; способ
совершения и сокрытия преступления; преступный результат; обстановку
преступления …, поведение и действия лиц, оказавшихся участниками
события, и др.” (1, с.41; 11, с.6).

Криминалистическая концепция механизма преступления, как — дно из
названного определения, связана с фундаментальными положениями
криминалистики, и, прежде всего с закономерностями возникновения и
развития связей и отношений в содержании преступной деятельности
субъекта преступления; формирования и реализации способов подготовки,
совершения и сокрытия преступления; возникновения и течения связанных с
преступлением явлений до и после криминального события (25, с.24);
образования криминалистические значимой информации о преступлении и его
участниках, которая используется для раскрытия и расследовании
преступлений.

Знание механизма преступления как целостной системы обстоятельств,
процессов в факторов, обусловивших возникновение материальных и иных
носителей информации о самом преступлении и его участниках, обеспечивает
возможность выдвижения общих и частных версий, планирования
расследования, а также целенаправленного поиска материальных последствий
преступления, установления преступника, потерпевшего, способствует
правильной квалификации преступного деяния, исследованию всех
обстоятельств, подлежащих доказывайте в соответствии с требованиями
закона. Оно во многом предопределяет пути поиска похищенного имущества,
возмещения материального и морального ущерба, выявления организаторов,
исполнителей, пособников и лиц, случайно втянутых в преступное событие,
в целях установления следователем объективной истины по уголовному делу.
Таким образом, можно сказать, что изучение механизма преступления –
способов его подготовки, совершения и сокрытия, а также действий других
участников преступного события, закономерностей, обусловивших
возникновение следов, обстоятельств, благоприятствующих или
препятствующих его совершению, последствий преступной деятельности –
является условием, которое делает возможной дальнейшую эффективную
разработку средств и методов борьбы с преступностью.

Предметом криминалистического учения о механизме преступления является
группа объективных закономерностей, определяющих содержание механизма
преступления, его формирования и реализации. Это учение формируется на
базе обобщенного опыта развития и разработки проблемы и современной
следственной, экспертной и судебной практики. Оно исследует
закономерности процессов взаимодействия участников (прямых и косвенных)
преступного события между собой и с окружающей материальной обстановкой
(средой), я также закономерности, обусловившие возникновение
криминалистически значимой информации о самом преступлении и его
участниках. На основе изучения этих закономерностей формируются научно
обоснованные концепции и рекомендации в целях:

– совершенствования и разработки новых средств и методов исследования
элементов механизма преступления, их взаимосвязи в процессе развития
преступления;

– совершенствования и разработки новых средств и методов выявления,
раскрытия и расследования конкретных совершенных преступлений;

– совершенствования различных форм борьбы с преступностью с
использованием криминалистических средств и методов.

Таким образом, назрела необходимость исследовать, разработать и
сформулировать основные идеи, которые могли бы лечь в основу
криминалистического учения о механизме преступления. Это предполагает:

– оценку и обобщение знаний о механизме преступления в целом, его
понятия, элементов, из которых он строится, и этапов формирования;

– приведение в стройную систему накопленного теоретического и
эмпирического материала;

-анализ и переосмысление теоретических положений о механизме
преступления, их корректировку с учетом общих теоретических наложений
криминалистики, новых научных разработок, а также положений и знаний
других наук (уголовного права и процесса, теории ОРД” криминологии,
психологии, социологии и др.).

Следует полностью согласиться с Р.С. Белкиным, который рассматривает
частные криминалистические теории, в том числе и учение о механизме
преступления, в качестве необходимых составных частей обшей теории
криминалистики и вместе с тем методологической базы исследования и
разработки средств, приемов и методик выявления, раскрытия,
расследования и предотвращения преступлений (8, с.59-64).

Криминалистическое учение о механизме преступления по праву должно
занять свое место среди таких частных теорий криминалистики, как
криминалистическая идентификация и диагностика, учение о личности
преступника и потерпевшего, учения о следственной ситуации и
криминалистической характеристике видов преступления и другие, уже
получившие развитие, обоснование и применение.

Предварительное изучение аспектов исследуемой проблемы показывает, что
знание механизма преступления можно положить в основу создания многих
криминалистических методик предупреждения, раскрытия и расследования
преступлений отдельных видов.

§ 2. Понятие, сущность и элементы механизма преступления

Для многих аспектов исследуемой проблемы главным вопросом является
определение понятия “механизм преступления”.

По мнению ряда ученых, в понятие “механизм преступления” должны входить
лишь отдельные элементы уголовно-правового состава преступления. Так,
И.А. Возгрин в свое время выделил только признаки способа совершения
преступления, личности преступника и личности потерпевшего (12, с.43).

Вызывает интерес и точка зрения В.Я. Колдина и Ю.Г. Корухова, которые
под механизмом расследуемого события понимали совокупность
взаимодействующих материальных систем и процессов, образующих
расследуемое событие и обусловливающих возникновение источников
криминалистической информации. По их мнению, в самом общем виде
структура механизма преступления может быть представлена в форме
взаимодействия четырех материальных подсистем: субъект, предмет, орудия
(средства) и место (обстановка) преступления (13, с.333, 334).

Понятие “деятельность”, но мнению В.В. Клочкова и В.А. Образцова,
характеризует взаимодействие индивида с окружающей средой, единство его
внутренней (психической) и внешней (физической) активности, направленной
на предмет удовлетворения его потребностей (4, с.47,48).

Если рассматривать преступление (как объект криминалистического научного
и практического познания) в целом, то оно представляет собой не только
процесс взаимодействия преступника я окружающей его среды, но я процесс
взаимодействия потерпевшего с преступником я средой, а также других
участников преступного события с преступником и средой, порождающие
изменения, которые имеют значение для установления истины по уголовному
делу.

Действительно, при совершении преступления происходит множество
различных процессов взаимодействия людей, объектов я явлений, вследствие
которых образуются источники доказательственной и иной информации. В
подавляющем большинстве процессы взаимодействия имеют довольно сложную
структуру. Научные разработки, особенно последних лет, свидетельствуют о
том, что познание участников преступного события, объектов и явлений
начинается с анализа этих процессов, в изучаемом явлении.

Люди, объекты и явления находятся в определенных отношениях, служащих
универсальной формой всеобщей связи, включающей понятие
“взаимодействие”. Оно предполагает такое отношение людей, объектов и
явлений, при котором они взаимно изменяются. Можно сказать, что механизм
преступления представляет собой последовательный ряд процессов
взаимодействия, в результате которых проявляются следы-отражения,
содержащие криминалистически значимую информацию о самом преступлении и
его участниках. Каждый отдельный процесс предполагает наличие других
процессов или является их побудителем, придавая всей системе стройный и
динамический характер.

Исходя из вышесказанного, предлагается понимать под механизмом
преступления систему процессов взаимодействия участников преступления,
как прямых, так и косвенных, между собой и с материальной средой,
сопряженных с использованием соответствующих орудий, средств и иных
отдельных элементов обстановки. Механизм преступления закономерно
обусловливает возникновение криминалистически значимой информации о
самом преступлении, его участниках и результатах.

Таким образом, изложенное выше дает основание считать, что имеются
предпосылки для формирования криминалистического учения о механизме
преступления как дальнейшего развития учения о способе преступления.
Учение о способе преступления, на наш взгляд, должно войти как основная
часть в частную криминалистическую теорию о механизме преступления.
Возникновение последней предопределено самим ходом и логикой развития
криминалистики, а также обусловлено потребностям совершенствования
следственной, экспертной и судебной практики.

Исходя из общей структуры преступления как объекта криминалистического
познания, В.В. Клочков и В.А. Образцов выделили следующие
взаимодействующие (взаимосвязанные) его компоненты!

а) лицо, совершающее преступление (преступник);

б) поведение преступника;

в) элементы окружающей среды (4, с.47, 48).

В дальнейшем, изучая механизм преступления, В.А. Образцов определил его
как совокупность динамично развивающихся в определенной
последовательности материальных систем и процессов, взаимодействующих
между собой и обусловливающих возникновение информации о данном событии
(преступлении), а в число взаимодействующих при этом объектов он ввел:
преступники, предмет посягательства (человек, вещь и т.д.); орудия, иные
материально фиксированные средства достижения преступного результата
(транспорт преступника, технические устройства, приспособления, например
для взлома хранилища и т.д.); элементы обстановки на месте приготовления
к совершению преступления, на месте его совершения, сокрытия, в иной
материальной среде; поведение преступника (например, там, где скрывают
или сбывают похищенное имущество) (14, с.15).

Более системно представляет элементы механизма преступления З.И.
Кирсанов. Основными из них, по его мнению, являются:

– лицо (лица), реализующее преступный замысел целенаправленным
поведением (действиями);

– способ преступления (подготовки, совершения и сокрытия);

– потерпевший, его поведение, связанное с преступлением;

– предмет преступного посягательства;

– орудия, средства преступления и другие предметы, использовавшиеся в
преступных целях (например, инструменты для изготовления орудий
преступления); лика, косвенно связанные с преступлением, например
непреднамеренно оказавшие помощь в приобретении или сокрытии орудий или
средств преступления;

– материальная обстановка (среда), в которой готовилось, совершилось
преступление или принимались меры к его сокрытию:

участки местности я помещения (например, место оборудования тайника),
предметы домашней обстановки, оставленные преступником или потерпевшим
на месте происшествия предметы и вещи, а также происходившие во время
преступления материальные процессы – взрыв, пожар, авария,
производственные процессы и т.п.” (15, с.4).

Р.С. Белкин среди элементов механизма преступления назвал следующие:
субъект преступления; отношения субъекта преступления к своим действиям,
их последствиям и соучастникам; предмет посягательства; способ
преступления (как система детерминированных действий); преступный
результат; обстановка преступления (место, время я др.); поведение и
действия ляп, оказавшихся случайными участниками события;
обстоятельства, способствующие или препятствующие преступной
деятельности; связи и отношения между действиями (способом преступления)
и преступным результатом, между участниками события и т.п. (1, с.41).

Закономерно и криминалистически значимо то, что основным, сходным в
системе элементов механизма преступления является совокупность
взаимосвязанных последовательных действий виновного, сопряженных с
использованием орудий и средств, направленных на достижение преступного
результата и его сокрытие, т.е. деятельность преступника, поскольку
активность данного лица связывает в единую цепь все остальные звенья
системы преступления, выступая определяющим и систематизирующим
признаком. По мнению А.И. Леоитьева и Д.Ю. Попова, термином
“деятельность” обозначается сложная совокупность процессов, объединенных
общей направленностью на достижение определенного результата, который
вместе с тем является объективным побудителем этой деятельности, той
конкретно “определенной” потребностью, которая удовлетворяется в
результате деятельности. Достижение жизненно значимого результата обычно
предполагает совершение ряда действий, которые образуют содержание
данной деятельности (16, с.415-421).

Термин “действие” означаем относительно самостоятельный процесс,
подчиненный сознательной цели. В отличие от. деятельности, действие
отвечает не самостоятельному побуждению, и побуждению той деятельности,
в которую оно входит. Если результат деятельности осознается как
конечная цель, то цель действия представляет собой промежуточную цель.

Любое действие человека совершается в общественной среде, поэтому оно
имеет определенное содержание и выступает в качестве акта поведения или
поступка. Мотивация действия, его цель, а также совершение в конкретных
условиях окружающей обстановки обуславливает его различное значение. Как
известно, одно и то же действие может означать совсем разные поступки,
так же, как разные по своему внешнему эффекту действия могут означать
один и тот же поступок (17, с.163-166).

Механизм преступного поведения, как считают Н.П. Дубинки, И.И. Карпец,
В.Н. Кудрявцев и другие (26, с.151-158; 27, c. 30-34), заключается в
том, что на основе потребностей намечаются целя противоправного поступка
или группы действий, выбираются средства (орудия), пригодные для
достижения этих целей, и т.д. А так как у любого человека все
потребности находятся под контролем сознания и волн, то их реализация
предполагает каждый раз выработку я принятие решения, а затем конкретный
и навсегда одноразовый преступный поведенческий акт, одно преступное
действие или группу действий.

При сопоставлении двух научных категорий – преступного поведения и
преступной деятельности – необходимо иметь в виду следующее:

– преступное поведение по своему характеру и содержанию -более широкое
понятие, чем преступная деятельность, и является областью прежде всего
криминологического познания;

– определенное целенаправленное поведение часто предшествует актам
(действиям) по реализации преступного замысла – преступной деятельности;

– главной основой формирования поведения являются потребности человека,
которые преимущественно и определяют характер и содержание действий
преступника;

– потребности, в частности низменные, извращенные, определенным образом
влияют на изменение функциональных и сопутствующих свойств человека;

– одной из форм реализации потребностей человека является его преступная
деятельность как совокупность (комплекс) последовательных действия,
объединенных преступным замыслом;

– элементами деятельности являются прежде всего действия и иные
движения;

– в структуру механизма преступного поведения включают психические
процессы, связанные с возникновением мотива, постановкой цели, выбором
средств, принятием поведенческого решения, другие элементы
психологической деятельности субъекта, определяющие формы преступного
деяния, а также конкретные поведенческие акты, образующие состав
преступления, я субъективное отношение виновного к этим действиям;

– механизм преступного поведения объясняет психофизические процессы и
состояния, детерминирующие формирование и реализацию противоправного
поступка субъекта;

– механизм преступной деятельности объясняет двигательно-физические
процессы формирования в реализации преступного события, связанного с
действиями и движениями виновного, причем в пространственно-временной
связи я в развития.

Всходя из этого очевидно, что внимание криминалистов должны привлекать
как система качеств и признаков личности преступника, так и его
преступная деятельность. Именно преступная деятельность, как
совокупность последовательных и взаимосвязанных действий по подготовке,
совершению и сокрытию, преступления, направленных на достижение
преступного результата, является одним из основных элементов механизма
преступления.

Безусловно, преступная деятельность субъекта -это стержень механизма
преступления, поскольку понятие деятельности охватывает
материально-практические, интеллектуальные я духовные поступки и
действия, внешние и внутренние процессы. Это позволяет придти к выводу о
том, что преступная деятельность сеть совокупность взаимосвязанных
последовательных, осмысленных действия и движения лица (лиц),
сопряженных с использованием соответствующих орудий в средств,
направленных на реализацию или удовлетворение нередко низменных,
извращенных потребностей. В нее входят совокупность действий по
подготовке, совершению преступлении и сокрытию их последствий, а также
другие особенности поведения субъекта до, во время и после совершения
преступлений, связанные с реализацией преступных замыслов.

На наш взгляд, в этой связи необходимо уточнить некоторые вопросы
использования понятия “преступная деятельность”. В криминалистике ранее
данным определением не пользовались, а криминалистические категории
выводились исходя из уголовно-правового понятия “преступление”: способ
преступления, криминалистическая характеристика вида преступления,
механизм преступления и т.д. Современная судебная практика показывает,
что значительная часть посягательств на жизнь и здоровье, собственность
граждан, на денежные средства и материальные ценности в сфере экономики,
на технологии и программы в сфере компьютерной информации осуществляется
совершением не одного, а нескольких действий или преступлений. Здесь
имеет место относительно длительный во времени процесс последовательное
смены действий, объединенных общим замыслом, – преступная деятельность.
В нее включаются не только действия, образующие состав преступлений, но
и многие поведенческие акты, носящие обеспечивающий характер и
непосредственно в состав преступления не входящие.

Таким образом, изложенное дает основание констатировать, что одной из
форм реализации низменных, извращенных потребностей человека является
его преступная деятельность. Она может рассматриваться в двух
разновидностях:

1) как совокупность (комплекс) последовательных действий; объединенных
общим замыслом, в рамках отдельного преступления;

2) как процесс последовательной смены действий (относительно длительный
во времени, а иногда и в пространстве), объединенных преступным
замыслом.

Субъектом названной деятельности могут быть: отдельное лицо, группа лиц
по предварительному сговору, организованная группа, преступное
сообщество (организация).

В первом случае преступная деятельность является основным элементом
механизма отдельного преступления, куда не входят действия преступника,
относящиеся к формированию у него антиобщественной установки,
специфических личностных черт, навыки умений, поскольку они
непосредственно не связаны с преступным событием. В то же время приемы и
уловки, применяемые преступником, технические и другие профессиональные
знания и навыки, проявленные им при подготовке, совершении и сокрытии
преступления, должны найти свое место как в описании качеств и свойств
личности преступника, так и в целом – а механизме совершения им
преступления.

Во втором случае преступная деятельность является сложным, динамичным,
длящимся процессом, состоящим из нескольких криминальных и
некриминальных операций или поэтапно совершаемых отдельных преступлений,
объединенных конечной целью. В рамках механизма данной преступной
деятельности функционируют механизмы отдельных преступлений.

Механизм преступления – это не только процесс взаимодействия виновного
лица через свои действия и поступки с окружающей материальной средой. По
нашему мнению, правы те авторы, которые в состав Моментов механизма
преступления включают: 1) действия и движения потерпевшего; 2) действия
и движения иных лиц, оказавшихся случайными участниками или втянутыми в
преступное событие (8, с.61).

В частности, потерпевший от преступления представляет интерес для
криминалистов в качестве физического объекта, который:

– вносит определенные изменения в окружающую обстановку, а также в
действия преступника, с которым в результате преступного события или в
связи с ним вступал во взаимодействие, находился в определенных
взаимосвязях или взаимоотношениях;

– несет на себе или на имеющихся при себе предметах следы такого
взаимодействия, выявление и исследование которых криминалистическими
средствами позволит получить значимую информацию для быстрого и
эффективного раскрытия и расследования преступления.

Не менее важны связи преступника с его жертвой (28, с.6-17), а также
последствия этих отношений. Так, при исследовании этого вопроса в
настоящее время исходят из следующих взаимосвязанных положений:

– во-первых, выбор преступником способа, орудий, средств и других
приспособлений, а также места я времени совершения преступления во
многом зависят от личности конкретной жертвы, особенностей ее образа
жизни, связей я взаимоотношений, сложившихся у нее с посягателем. В
подобных ситуациях определяющим является уровень знакомства преступника
и его жертвы (например, при убийствах из корыстных побуждений,
совершении квартирных краж у знакомых или родственников);

– во-вторых, подбор преступником будущем жертвы зависят от избранного
способа совершения преступления, времени, места н других обстоятельств.
Выбор потерпевшего далеко не случаен и может также зависеть от возраста,
пола, материального положения, внешних данных и других особенностей
жертвы. Например, собираясь совершить разбойное нападение или грабеж,
преступник, подбирая будущую жертву, оценивает возможное материальное
положение конкретного лица (по одежде, наличию вещей и другим
признакам), а также pосr, физическую силу, возраст, психическое
состояние, по которым пытается предугадать его способность оказать
противодействие (18, с.18, 19).

Важное место занимает изучение следов, оставленных потерпевшим. Как
писал В.И. Попов, уяснению механизма преступления способствуют следы
потерпевшего, особенно следы его оборонительных действий, которые могут
иметь не меньшее значение для раскрытия преступления, чем следы
преступника (19, с.7,14).

Признаки личности потерпевшего, его связи, взаимоотношения с
преступником, поведенческие акты до, во время и после совершения
преступления являются объектом изучения при исследовании проблем
механизма преступления. При этом принимаются во внимание следующее
критерии:

– качества и свойства личности потерпевшего, его психические
особенности, предопределившие характер и содержание действий и иных
движений;

– особенности профессиональной деятельности потерпевшего (в том числе в
коммерческих и иных экономических структурах);

– взаимоотношения и взаимодействие потерпевшего и преступника;

– противоправное (или иное негативное) поведение потерпевшего на работе,
в общественных местах или в быту;

– поведенческие проявления потерпевшего до (в том числе действия и
движения, побудившие или спровоцировавшие преступление) во время (в том
числе действия потерпевшего по противодействию преступнику) н после
совершения преступления, оставившие отражения в среде;

– действия потерпевшего по противодействию расследованию -как
самостоятельные, так и под воздействием заинтересованных лиц и т.д.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что другим основным
элементом механизма преступления является комплекс (совокупность)
действий, поступков и иных движений потерпевшего, скорректированных его
личностными свойствами и качествами, но провоцированию, содействию или
противодействию преступной деятельности субъекта преступления.

Кроме того, в состав элементов механизма преступления (как его основную
часть) следует включить действия и поступки лиц (проявившиеся через их
качества и свойства), оказавшихся косвенно, часто случайно связанными с
преступным событием, которые могли выразиться в пассивной или активной
форме, но оставили в обстановке, на одежде или на самих участниках
преступного события материальные следы или вызвали те или иные
изменения, дающие представление об индивидуальных признаках этих
субъектов.

Лицами, оказавшимися косвенно связанными с преступным событием, можно
считать свидетелей-очевидцев, выполнивших отдельные действия (по просьбе
или без этого) по подготовке, совершению или сокрытию преступления, не
предполагавших, что они могут являться соучастниками преступного
события, или оказавшихся случайными участниками-очевидцами отдельных
обстоятельств преступления, оставившими изменения в окружающей
обстановке и сохранившими а памяти какие – либо фрагменты преступного
события, хотя и не связывающими это с самим преступлением до его
расследования.

Р.С. Белкин, З.И. Кирсанов, В.Я. Колдии, Ю.Г. Корухов и другие авторы
включают в механизм преступления (как самостоятельный элемент)
обстановку события преступления. Под обстановкой в криминалистике
понимают совокупность людей, предметов, явлений, других факторов,
создающих среду для существования какой-либо деятельности. В частности,
для ее структуры характерна совокупность различного рода материальных
объектов, явлений, процессов, состояний и отношений, составляющих
соответствующие условия для совершения конкретных действий, в том числе
преступления, или препятствующих их совершению. Все это происходит в
конкретных условиях места (с его материальной обстановкой), времени,
освещенности, проявления особых природно-климатических факторов,
производственной деятельности, сбыта в окружении людей и др.

Указанные условия и обстоятельства, в определенные моменты проявляющиеся
и влияющие на преступное событие, складывающиеся независимо от воли или
по воле его участников и в основном характеризующие среду м другие
факторы объективной действительности, в которой формируется и
совершается преступление, в совокупности называется обстановкой
преступления. Преступник и потерпевший вынуждены учитывать эту
обстановку, вносить в нее выгодные для себя изменения. Однако они не
имеют возможности полностью ее изменить, даже если от этого зависит
достижение цели преступления или наоборот.

Элементы обстановки действительно могут играть большую роль в механизме
преступления. Они способны оказать значительное влияние — действия
преступника и на поведенческие акты потерпевшего до полного определения
характера преступления. Возможно прямое или косвенное воздействие
обстановки на сознание преступника и потерпевшего. В целом обстановка
характеризует условия, в которых действовали все участники преступного
события.

Преступник в своих действиях но совершению н сокрытию преступления или
потерпевший в своих действиях во сопротивлению преступнику часто
используют для достижения намеченной целя отдельные элементы обстановки.
Например, преступник с целью сокрытия просят знакомого передать отмычки
или чемодан с крадеными вещами своему соучастнику или потерпевший,
используя свою собаку, не дает преступнику возможность совершить (или
успешно завершить) разбойное нападение на свое жилище.

По нашему мнению, не обстановка в целом, а именно отдельные ее элементы,
используемые прямыми или косвенными участниками преступного события,
входят в систему механизма преступления.

В обстановку, представляющую собой систему составляющих се элементов, на
наш взгляд, можно включить в предмет преступного посягательства, который
при определенных обстоятельствах будет входить в механизм преступления
(но только как элемент обстановки преступления). Преступник, связывая
предмет преступного посягательства с другими элементами обстановки,
готовит орудия преступления, приспосабливает и реализует способы
совершения и сокрытия своей преступной деятельности. Потерпевший и
другие участники преступного события часто с учетом характера предмета
посягательства и обстановки в целом оказывают противодействие
преступнику. Поэтому нет смысла выделять предмет преступного
посягательства в самостоятельный элемент механизма преступления, но как
элемент обстановки, входящий в механизм преступления, его следует
учитывать при разработке рекомендаций для правоохранительных органов в
борьбе с преступностью.

Как показали исследования, основными элементами механизма преступления
необходимо считать:

– деятельность субъекта преступного события;

– комплекс (совокупность) действий, поступков и иных движений жертвы
преступления;

– комплекс (совокупность) действий, поступков и иных движений лиц,
оказавшихся косвенно связанных с преступным событием;

– отдельные элементы обстановки, используемые участниками преступного
события, включая предмет преступного посягательства.

Эти элементы создают основу системы процессов взаимодействия между
участниками преступного события и окружающей средой. В число
взаимодействующих объектов входят: преступник, потерпевший и иные прямые
и косвенные участники преступного события, предметы посягательства,
орудия и средства достижения преступного результата, элементы обстановки
преступления и т.д.

Названные составные части механизма преступления находятся в постоянном
движении и развитии. С учетом этого сведения о них можно использовать в
процессе раскрытия и расследования конкретного преступления. В целом их
взаимосвязь и взаимообусловленность образуют единую динамичную
функциональную систему процессов взаимодействия вышеперечисленных
объектов – механизм преступления.

§ 3. Этапы формирования механизма преступления и криминалистическая
классификация механизмов преступлений

На практике для установления объективной истины по делу следователю
необходимо выявить и проанализировать все процессы взаимодействия,
сформировавшие преступление, от их начала до конца, найти ответы на
вопросы о том, где, когда, при каких обстоятельствах, с чего началось,
во что вылилось и чем завершилось исследуемое явление. Речь идет о
восстановлении картины поэтапного развития совершенного преступления во
всех его криминалистически значимых чертах и взаимосвязях.

Необходимо отметить, что тенденция дифференциации этапов развития
преступного события прослеживается в криминалистике довольно давно. Еще
в 1957 г. Г.Н. Мудьюгин выделил в самостоятельный комплекс действий
сокрытие преступления, выполненное после его совершения. В той или иной
степени о самостоятельных комплексах действий по подготовке,
непосредственному совершению и сокрытию преступления упоминали Р.С.
Белкин, И.Ф. Герасимов, Г.Г. Зуйков, В.П. Лавров, И.М. Лузгнн, ГА.
Матусовскнй, И.Ф. Пантелеев и др.

А.Н. Колесинченко, В.И. Шяканов, В.А. Образцов и другие
ученые-криминалисты высказали мнение о самостоятельном научном значении
способов подготовки, совершения и сокрытия преступлений. В связи с
разработкой частной теория криминалистической характеристики
преступлений появилось несколько иное представление о развитии
преступления как фазы развития преступной деятельности (М.К. Каминский).
Значительное количество точек зрения на эту проблему и их разнообразие
указывают на незавершенность исследования процесса поэтапного
формирования преступного события.

Формирование преступного события – это последовательная поэтапная смена
состояний криминальной обстановки, представляющая собой динамическую
связь процессов взаимодействия участников преступления между собой и с
окружающей их средой, происходящих на каждом этапе. Материальные,
интеллектуальные и порожденные ими отражательные процессы образуют, в
свою очередь, динамическую систему, обусловленную активностью
преступника и других участников (как прямых, так и косвенных)
преступного события.

Деятельный, активный характер названной системы прежде всего проявляется
в ее функциях как интегральном результате возникновения и действия ее
компонентов. Поэтому при изучении преступления интерес представляют,
кроме указанных процессов, и самые различные виды и формы связей:
причинно-следственные, пространственно-временные, структурные,
функциональные и другие, а также связи между этапами развития
преступления. В этой целостной системе все элементы и части
взаимосвязаны системообразующими функциональными связями и отношениями,
которые координированы целостность”. Одной из основных функций системы
является ее развитие, движение (динамика), направленное на сохранение
данной целостности, что, на наш взгляд, накладывает определенные рамки
на внутрисистемные процессы, которые могут протекать только определенным
образом, имея начало и конец, постоянно воспроизводятся и угасают. Таким
образом, эти процессы следует рассматривать как периодические с
последовательным прохождением и повторением фаз, т.е. как циклические.

Циклический подход открывает возможности выявить именно те стороны
механизма преступления, которые обнаруживаются путем аналогии с
предшествующими этапами развития и поэтому могут быть предсказаны с
определенной степенью достоверности. Само понятие цикла означает
признание существования относительно самостоятельных этапов в развитии
явления, каждый из которых, в свою очередь, представляет определенный
завершенный цикл развития (цикл циклов).

Проведенное нами исследование позволяет сформулировать следующее:

а) понятием “механизм преступления” может быть обозначаем ход
последовательной смены причинных, функциональных и иных взаимосвязей,
существующих между различными процессами в ходе возникновения и развития
их взаимодействия при формировании преступного события;

б) развитие и функционирование преступной деятельности субъекта и группы
действий, поступков и движений как прямых, так и косвенных участников
события осуществляются в ряде закономерно сменяющихся этапов;

в) каждый этап преступного события в отдельности и механизм преступления
в целом имею- цикличную организацию;

г) механизм преступления формируется (складывается) из трех этапов:

– подготовка к совершению преступления – начальный этап;

– непосредственное совершение преступления – основной этап;

– завершение (пресечение) преступной деятельности, сокрытие последствий
и преступления, а также наступление (в большинстве случаев) преступного
результата – заключительный этап.

Все эти этапы – взаимосвязанные звенья единой цепи, развертывание
которой подчинено общему замыслу. В то же время каждый из них может
рассматриваться в качестве целостного относительно самостоятельного
процесса, в известной мере автономного вида целенаправленной
человеческой деятельности, сочетающей организационные, познавательные и
конструктивные моменты.

Поскольку каждому этапу формирования механизма преступления
соответствуют определенные процессы взаимодействия прямых и косвенных
участников преступного события между собой и с окружающей средой, что, в
свою очередь, закономерно обусловливает образование соответствующих
материальных и интеллектуальных следов, следует рассмотреть их
подробнее.

1. Начальный этап. Согласно уголовному закону приготовлением к
преступлению (что входит в начальный этап формирования механизма
преступления) признается приискание или приспособление средств или
орудий или иное умышленное создание условий для будущего совершения
преступления.

В криминалистическом аспекте соответствующий этап (по нашим
исследованиям – изучено 5520 материалов уголовных дел о преступлениях
против собственности – подготовительные действия имели место в 86,8%
случаев) интересен в плане системы действий и последствий,
отобразившихся на будущих носителях информации. В частности, на
начальном этапе в определенных ситуациях (в 23,8% случаев от числа
преступлений, где имелись подготовительные действия) происходит устное
или письменное информирование субъектом других лиц о желании совершить
преступление, хотя преступник еще не приступает к осуществлению
запланированных основных преступных действий. Умысел может проявляться
также в совершении некриминальных действий. Иногда действия
криминального характера бывают выражены в виде клеветы, оскорбления,
угрозы убийством и некоторых иных преступных действиях (в 3,1% случаев).

Анализ материалов уголовных дел показал, что различаются моменты
готовности к совершению преступления со стороны преступника. Например,
он может приобрести огнестрельное оружие (в 5% случаев, где имелась
подготовка) или приспособить другие предметы (в 5% случаев), которые
будут использованы им в качестве оружия (топор, кухонный нож, столярные
и слесарные инструменты и т.п.).

Приготовление к преступлению обычно совершается путем действий. Это
может быть одно (приобретение яда для предстоящего убийства, покупка
женской одежды для маскировки преступной деятельности – 16.2% случаев)
или несколько действий ( 42% случаев), например, склонение к участию в
хищении материальных ценностей сторожа ( 1,7% случаев) или бухгалтера (
2,7%), предварительная подготовка автомашины для вывоза похищенного ( 18
%) или хранилища для сокрытия имущества ( 7,8% случаев).

Реже приготовление со стороны преступника выражается в 6eдействии.
Например, кассир уходит с работы, оставив сейф открытым, идя сторож
уходит с поста, оставив на открытой местности ценности без охраны для
последующего совершения кражи их соучастниками (2% случаев).

В связи с тем, что в разных регионах страны совершаются различные
преступления и виновными реализуются различные группы действий,
исчерпывающий перечень подготовительных действий преступника дать
невозможно, но среди них можно назвать такие действия как:

– выбор будущей жертвы, изучение свойств личности и особенностей
поведения (15,6% случаев);

– определение предмета посягательства и изучение его свойств и качеств
(20,5%);

– определение приемов проникновения в хранилище (при хищении путем кражи
личного имущества граждан – 60,4% , при хищении путем кражи много чужого
имущества – 15,4% случаев) или на место будущего преступления,
непосредственного за владения имуществом или ценностями, совершения иных
преступных действий, а также ухода с места происшествия и сокрытия
последствий таких действий (39.5%);

– подбор соучастников и определение их ролей (23%);

– подбор орудий н средств совершения преступления (26,5% случаев);

– подбор или определение времени непосредственного совершения
преступления н т.д.

Эти действия объединяет такой признак, как создание условия для
совершения и будущем преступлений н оставление информации о названных
действиях на носителях, могущих в будущем стать источниками
доказательств подготовительных мероприятий, проводимых субъектом.

В соответствии с УК РСФСР I960 г. подготовительные действия субъекта
рассматривались а основном как не направленные непосредственно на
охраняемые законом общественные отношения и не являющиеся этапом
преступного посягательства, а лишь создающие условия, при наличии
которых совершение замышленного преступления в будущем становится
возможным. В новом УК Российской Федерации (1997 г.) денная позиция
законодателем уточнена; она комментируется учеными следующим образом:
“… приготовление к преступлению и покушение представляют
самостоятельные этапы осуществления преступного посягательства и
свидетельствуют о неоконченном преступлении” (33,с.20).

Приготовление к преступлению выражается в совершении активных действий,
направленных на обеспечение возможности выполнения задуманного
преступления. По сравнению с УК РСФСР I960 г. новый Уголовный кодекс
расширил перечень условий, создаваемых для совершения преступления и
характеризующих приготовление. Помимо приспособления средств или орудий
совершения преступления, приготовление может также выражаться в их
изготовлении, приискании соучастников, в сговоре на совершение
преступления, что свидетельствует о более тщательной подготовке к
преступлению. Приготовление в новом законодательстве характеризуется с
позиции совершаемых действий и намерения довести эти действия до конца:
подготовительные действия прерываются по независящим от виновного
обстоятельствам (32, с.14; ЗЗ.с.20).

Преступник, намечая задачи первого этапа будущего преступления, такие,
как вовлечение других лиц в свою преступную деятельность, подготовка и
дача заданий, контроль по их исполнению и т.п., создает модель механизма
будущего преступления. Модель действий создается преступником в своем
сознании я в сознании соучастников (реже – в сознании потерпевшего) в
виде ряда последовательно решаемых задач.

Создание модели механизма будущего преступления требует от инициатора
преступной деятельности конкретизации представлений, полученных в момент
замысла преступного события. Он строит такую схему развертывания
(развития) преступления, которая бы наилучшим образом учитывала наличные
и будущие условия. В ходе создания модели своей преступной деятельности
и предполагаемых действий других участников события субъект может
выполнять различные подготовительные действия.

Затем модель механизма будущего события переводится в плоскость решения
намеченных задач начального этана развития преступления. Здесь возможная
быстрая смена непредвиденных обстоятельств требует от преступника
быстрого принятия решения, в том числе внесения коррективов в содержание
как задач, так я своих действий. Хотя внешне действия могут различаться
(например, открытые для окружающих лиц могут быть заменены на скрытые
действия), но сущность и содержание их будут одинаковы.

Однако противоправная деятельность на этапе подготовки к совершению
преступления может быть прервана независимо от воли субъекта
вмешательством каких-то внешних сил, обстоятельств, лишающих его
возможности довести задуманное до конца (например, если виновный
задерживается милицией в момент выполнения преступных или иных
противоправных действий по подготовке).

Преступник на данном этапе может выполнить отдельные действия по
сокрытию будущего преступного события. Таковы, например: скрытые
действия при изготовлению орудий преступления, холодного или
огнестрельного оружия (4,6% случаев от числа преступлений, где имело
место подготовительных действий); Обманное проникновение в квартиру под
видом электрика, слесаря, агента по страхованию для ориентирования а
обстановке будущего совершения разбойного нападения (3,9%); скрытое
формирование преступной группы (663% случаев) и др.

На начальном этапе формирования более тяжкого преступления Или при
планировании совершить преступление в группе участники преступных групп,
сообществ (формирований) могут реализовать следующие способы сокрытия:

– подготовить различного рода документальные прикрытия (2% случаев);

– установить приемы негласной связи между отдельными членами группы
(1,4%);

– определить главную линию поведения на случав ареста части участников
преступной группы;

– отработать приемы влияния (воздействия) на должностных лиц
правоохранительных органов;

– достигнуть соглашения с лицами, имеющими тайники, или через которых
будет вестись реализация похищенного (8% случаев);

– войти в контакт с коррумпированными должностными лицами
правоохранительных органов, пытаясь заручиться их поддержкой на случай
провала одного из членов преступной группы, или их снисхождения,
благосклонности и т.д.

На начальном этапе формирования механизма преступления значима и роль
потерпевшего, его виктимность (т.е. образ действий или бездействии
индивида, при которых он становится жертвой преступления в типичных и
нетипичных для него криминальных ситуациях). Действия будущего
потерпевшего бывают целенаправленными (провокационными, рискованными) и
нецеленаправленными (неосторожными, неосмысленными). С его стороны может
наблюдаться бездействие, заключающееся в неоказании сопротивления
преступнику, в терпимом отношении к систематическому истязанию (7%
случаев) и т.д.

Потерпевший на начальном этапе формирования механизма преступления может
совершать действия и поступки, опасные для самого себя, что,
естественно, увеличивает его подверженность умышленным преступным
посягательствам. Например, мошенничество и большинстве случаев
становится возможным лишь потому, что потерпевшие в период поиска
преступником жертвы проявляют труднообъяснимую беспечность и
доверчивость а отношениях с малознакомыми, случайными людьми. Другим
примером могут быть убийства на бытовой почве, которым предшествовали
семейные ссоры, обоюдные драки, такое поведение потерпевшего, которое
давало повод для ревности или мести. Фактором, способствовавшим
совершению изнасилования, во многих случаях выступают обычно либо
пьянство, либо аморальное поведение, иногда то и другое вместе; не менее
половины изнасилованных девушек перед совершением а отношении их
преступлений находились в наркотическом или алкогольном опьянении,
многие участвовали в совместных выпивках с насильниками или в
употреблении вместе с ним наркотиков.

В результате исследования были систематизированы действия и различные
поведенческие акты потерпевших, которые они совершали — начальном этапе
формирования механизма преступления и которые стали в некоторых случаях
причиной преступной деятельности субъекте, а именно:

– провокация потерпевшим своим агрессивным, часто противоправным
повелением ссоры, драки или оскорбление им человека, что вызвало
ответную грубость (12,3% случаев);

– пьянство, волевая распущенность, беспечность, стяжательство ее стороны
потерпевшего (14% случаев);

– отсутствие контролирующих действий за поведением несовершеннолетних –
будущих преступников со стороны родителей и других лиц, которые обязаны
осуществлять такую деятельность, но не осуществляли ее в в последующем
стали жертвами их преступлений;

– действия потерпевшего по предупреждению или пресечению правонарушений
со стороны лиц, ставших впоследствии преступниками (2% случаев);

– действия положительного характера, которые в селу агрессивности,
жестокости, жадности, корыстолюбия и других отрицательных качеств,
сочетающихся с общей социальной направленностью его личности, стали
поводом к совершению противоправных действий (5% случаев).

Со стороны других лиц, случайно втянутых в преступнее событие, на
начальном этапе формирования механизма преступления могут быть совершены
действия во приготовлению или сокрытию будущего преступления, например,
дача специальных консультаций по преступной деятельности, изготовление
отдельных частей для будущей сборки орудий и средств преступной
деятельности, предоставление во временное пользование жилых или
подсобных помещений, средств транспорта и связи, денег, материалов,
бланков документов, печатных машин и других предметов обихода, написание
предсмертной записки почерком другого лица, распространение слухов о
длительной и тяжелой болезни будущей жертвы, предоставление других услуг
(в случаях, когда вышеуказанные лица не являлись соучастниками
преступления, не знали о преступной деятельности виновного).

Независимо от волн субъекта преступной деятельности или воли других
участников преступного события на данном этапе в результате их
взаимодействия между собой и с окружающей средой возникает система
изменений, по которой следователю можно восстановить основные стороны
названного этапа преступления. Это положение имеет кардинальное
криминалистическое значение, ибо дает право утверждать, что на данном
этапе развития преступления оно может быть не только обнаружено, но и
раскрыто его приготовление или, как исключение само преступное событие,
когда речь идет о бандитизме (так как сама организация банды уже
выступает как законченный состав преступления).

Из вышесказанного следует, что в период начального этана формирования
механизма преступления как прямыми, так и косвенными участниками
преступного события могут совершаться:

– некриминальные и уголовно наказуемые действия по подготовке субъекта к
совершению преступления;

– действия по сокрытию следов приготовления или совершения преступления;

– действия и поступки потерпевшего и других лиц, случайно втянутых в
преступное событие, спровоцировавшие противоправные действия со стороны
виновного или способствовавшие субъекту в подготовке к их совершению и
т.д.

В некоторых случаях данный этап может отсутствовать, например ври
совершении неосторожных и так называемых “случайных” преступлений.

2. Основной этап. На данном этапе формирования механизма преступления
могут совершаться: уголовно наказуемые действия или бездействие
преступника; параллельно с ними действия по сокрытию следов
преступления, совершаемые различными участниками (как прямыми, так и
косвенными) преступного события; действия и поступки потерпевшего по
оказанию сопротивления или противодействия преступнику и т.д.

На этом этапе преступные действия субъекта, его поступки и движения,
социальные контакты и вся сфера взаимодействия, как показали
исследования, в 1/3 случаев могут претерпевать значительные изменения. В
связи с совершаемыми преступными действиями (или независимо от этого)
может изменяться вся обстановка, предшествующая преступлению, причем
нередко в результате действий самого преступника или действий
потерпевшего. Более того, преступник в результате возможной смены
обстоятельств может внести значительную корректировку в модель механизма
преступления.

Деятельность субъекта но совершению преступления, все изменения в ее
содержании зависят от многих факторов, среди которых особо следует
выделить:

-особенности самого преступника, его нравственные, психологические,
демографические, профессиональные, интеллектуальные, ролевые и иные
характеристики;

-особенности потерпевшего, его характеристики;

-особенности ситуации, складывающейся в период совершения преступления,
т.е. является ли она благоприятной, неблагоприятной или нейтральной для
продолжения преступления и доведения его до конца;

– особенности иных обстоятельств, препятствующих или помогающих
совершению преступных действий, и т.д.

Изменения, происшедшие в результате действий преступника, потерпевшего
или других участников преступного события, а также иных обстоятельств,
могут заметно преобразить общий план действий виновного или его
элементы. Например, обстановка в силу различных причин может изменяться
до такой степени, что те средства или орудия, которые предполагал
использовать преступник для своих преступных целей, частично или
полностью окажутся непригодными для этого. Если преступник убедится в
неэффективности ранее применявшихся им средств, орудий или в
невозможности достижения своих целей вообще, он может избрать иной образ
действия, иные средства и орудия, место и время действий, даже изменить
свое отношение к ранее запланированному результату. В конечном счете
субъект может прервать свею преступную деятельность, изменить способ
совершения или сокрытия преступления, совершить действия, содержащие
состав иного преступления, либо вообще отказаться от совершения
преступления.

Исследования показали, что чаще всего действия преступника на указанном
этапе формирования механизма преступления и созданная им мысленная
модель корректируются воздействием следующих факторов:

– невозможностью в силу определенных причин осуществления принятого
решения, в том числе в связи с возникновением дополнительных препятствий
(наличие на месте преступления посторонних лиц или создание ими
различных препятствий, негодность орудий или средств и т.д.);

-реальным или кажущимся (ложные) возникновением новых возможностей
осуществления преступной деятельности;

– изменением значимости для преступника предмета преступного
посягательства;

– групповым общением между участниками во время совершения преступления
и др.

Невозможность осуществления принятого решения обычно появляется либо при
обнаружении не качественности решения, либо при некачественной
организации осуществления решения, либо при возникновении препятствий,
исключающих физическое продолжение преступления. Следует иметь в виду,
что невозможность осуществления решения не во всех случаях обусловливает
отказ от него, а подчас лишь приводит виновного к изменению,
корректировке содержания запланированных действий по непосредственному
совершения преступления.

На этапе непосредственного совершения преступления значительную роль
играет такой фактор, как реальное или мнимое возникновение новых
возможностей осуществления преступной деятельности субъекта. Этот фактор
во всех случаях (с точки зрения безопасности Граждан) является
негативным. В криминалистическом плане он проявляется в психологическом
привыкании лица к преступной деятельности, в укреплении стереотипов
поведения, в снятии или уменьшении чувства страха, риска, опасности. В
этом же плане он проявляется в способах совершения и сокрытия
преступления:

– обнаружение слабости запирающих устройств, после чего следует
корректировка способа проникновения на объект, а затем -серия близких по
способу краж:

-обнаружение плохой охраны материальных ценностей н дальнейшая отработка
способов за владения этими ценностями и их систематическая реализация;

-отсутствие сопротивления потерпевших, вследствие чего упрощаются
способы совершения насильственных действий и увеличивается возможность
повторяемости в подобных ситуациях;

– отсутствие должного контроля за общественным порядком в местах
большого скопления людей, что приводит к выбору более “наглого”,
циничного способа достижения преступного результата и т.д.

При осуществлении преступной деятельности некоторые факторы могут не
учитываться преступником, а другие – могут быть восприняты неправильно,
в свят с чем эта часть факторов характеризуется как “кажущееся (ложное)
возникновение новых возможностей”.

Усиление позитивных воздействий со стороны потерпевшего или других лиц
на преступника или возникновение дополнительных препятствий как факторы,
побуждающие к изменению характера действия, могут проявляться различным
образом. Например, при длящихся преступлениях преступник начинает
ощущать повышенное внимание со стороны различных граждан к его
действиям. Иногда место, где совершается преступление, оказывается код
контролем правоохранительных органов, там появляются посторонние лица,
которые могут вмешаться в преступные действия.

К числу дополнительных препятствий можно также отмести: действие
охранной сигнализации; сопротивление потерпевшего; невозможность вскрыть
то или иное хранилище; трудности, связанные с маскировкой преступления.

Вышеназванные факторы приводят либо к отказу от совершения преступления
на основном этапе формирования механизма преступления, либо к изменению
планов и часты, касающейся путей и способов его осуществления. Правда,
как показали наши исследования, такой отказ нередко бывает
непродолжительным, и действия возобновляются в более подходящих, по
мнению преступннка, условиях. Однако сочетание даже временного отказа с
дальнейшим изменением обстановки подчас влечет и более устойчивые
результаты – пересмотр субъектом преступных намерений или окончательный
отказ от совершения преступления.

Такой фактор, как изменение значимости для преступника предмета
преступного посягательства, наблюдается нечасто. Ом влияет не только на
способ, но и на сам факт совершен— преступления и приводит к отказу от
преступного намерения, к изменению самого предмета посягательства или к
расширению круга потерпевших.

Фактор группового общения между участниками во время совершения
преступления присутствует в группе, объединенной антиобщественными
взглядами. Сама группа имеет следующие качественные характеристики:
определенный состав, личностные характеристики ее членов (взгляды,
интересы, ценностные ориентации, опыт, навыки преступной деятельности и
т.д.); цель; наличие лидера и его авторитет отношения между членами;
нормы поведения, принятые в ней; уровень сплоченности, время
существования; прошлый опыт совместной деятельности и специфические
способы совершения преступлений; методы воздействия членов друг на друга
и т.д.

Как показывает анализ групповых насильственных действий, особенно
групповых хулиганств и разбоев, группа втягивает отдельное лицо в
преступную деятельность успешнее всего на этапах подготовки и совершения
преступления. Здесь настроение, поступки и действия одних лип
детерминируют действия других. В этих условиях уменьшается страх перед
возможными последствиями, каждый из участников рассчитывает на помощь
другого, действует более уверенно и решительно, что повышает
интенсивность и опасность действий всех соучастников. Общение одних
преступников с другими предопределяет продолжение их преступной
деятельности и порождает желание совершить иные по своему содержанию
преступления.

Основной этап формирования механизма “кратковременного” преступления
имеет особенности. Все действия преступника совершаются компактно, они
не “разорваны” во времени. Подобные преступления довольно часто
совершаются в состоянии аффекта, и план их не меняется в ходе
исполнения. Такие действия носят импульсивный характер, Т.е.
характеризуются малой степенью осознанности возможных последствий.
Возникший в сознания образ сразу вызывает действия.

В процессе совершения преступления и после него преступник, как правило,
осуществляет действия по сокрытию преступного события; уничтожает
(полностью или частично) материальные улики – труп, орудия преступления,
оружие, различные материальные следы и другие вещественные
доказательства; маскирует свои действия, т.е. изменяет представление о
способе совершения преступления, личности преступника, источниках
информации; фальсифицирует документы, факты. создает ложную информацию;
инсценирует другое преступление и т.д.

Одним из опасных способов сокрытия преступления, применяемых
потерпевшим, является недонесение, не сообщение им о фактах преступного
посягательства на его права и законные интересы в правоохранительные
органы.

Отдельные подобные действия в период основного этапа формирования
механизма преступления могут совершать лица, случайно втянутые в
преступное событие и не предполагающие, что в связи с этим являются
косвенными участниками преступного события.

В целом можно сказать, что на основном этапе формирования механизма
преступления виновный решает следующие задачи:

– реализует основную часть преступной деятельности и добивается
достижения определенного преступного результата;

– анализируя степень совпадения полученных результатов и поставленной
цели, корректирует свою деятельность;

– создает предпосылки (если в этом есть необходимость) для
воспроизводства преступной деятельности;

– осуществляет руководство функционированием преступной группы и т.д.

На данном этапе также закономерно происходят материальные и
интеллектуальные изменения объектов взаимодействия. На них
запечатлеваются индивидуальные характеристики субъектов (как прямых, так
и косвенных) преступного события, данные об орудиях и средствах
достижения преступного результата, о содержании и способах выполнения
маскировочных действий и т.д. Возникшая система изменений дает
возможность следователю восстановить составляющие данного этапа
формирования механизма совершенного преступления.

3. Заключительный этап. Формирование механизма преступления в
большинстве случаев характеризуется наступлением преступного результата
и действиями по сокрытию не только последствий, но к самого события
преступления (в материальных преступлениях), причем действия по
совершению преступления и по его сокрытию охватываются единым преступным
замыслом. Хотя есть случаи, когда преступление может быть окончено при
совершении преступного деяния (бездействия), т.е. на основном этапе
формирования механизма “формального” преступления. Значительно реже оно
может быть прервано субъектом или пресечено правоохранительными и
другими органами на начальном этапе, в период подготовки или покушения.

О завершении преступной деятельности (в рамках отдельного преступного
события) в юридическом смысле можно говорить лишь тогда, когда полностью
сложились все элементы преступления: объект, субъект, объективная и
субъективная стороны, даже несмотря на то, что преступная деятельность
может быть пресечена или прекратилась (когда в уже совершенных действиях
виновного имеются все признаки состава преступления, предусмотренного
действующим уголовным законодательством).

Помимо этого на заключительном этапе могут совершаться:
уголовно-наказуемые действия по сокрытию следов преступления прямыми или
косвенными участниками преступного события (могущие быть
квалифицированными как самостоятельные преступления), а также по
воспрепятствованию его раскрытию; действия по смягчению тяжести
преступных последствий; инсценирование другого преступления, укрытие или
уничтожение орудий и средств преступления, воздействие на потерпевшего и
т.д.

В отдельных случаях названный этап может отсутствовать, например, в
ситуациях, когда преступная деятельность субъекта пресечена или
прекращена на предыдущих этапах формирования и реализации механизма
преступления.

Наличие внутренних связей между этапами и их изучение – важный вопрос
для следственной, экспертной и судебной практики, поскольку информация,
почерпнутая при изучении данных связей, позволяет установить не только
неизвестные обстоятельства, но и исследовать конкретное преступление в
его развитии. Все эти этапы – взаимосвязанные звенья единой цепи,
развертывание которой подчинено общему замыслу. В то же время каждый из
них может рассматриваться в качестве целостного относительно
самостоятельного процесса, звена целенаправленной человеческой
деятельности.

В результате происходящих на различных этапах формирования и реализации
механизма преступления материальных и психических процессов
взаимодействия участников между собой и с окружающей средой можно
выделить следующие закономерные изменения:

– механические – остаточная деформация в виде объемных следов;
перераспределение веществ или микрочастиц в виде поверхностных следов
наслоения или отслоения; разделение объектов в виде следов – частиц
(разбитые фары, расчлененный труп) и др.;

– физические – следы оплавленная, размагничивания и др.;

– химические – результаты действия коррозии, окислов и т.н.;

– биологические – остаточные вещества человеческих выделений, ссадины,
кровоподтеки и другие изменения на теле или в организме человека;

– психические – субъективные образы участников преступного события в
памяти других участников или иных лиц.

Следует указать, что особое место в исследовании преступного события
занимают механические, химические, физические и биологические изменения,
которые выражены в виде материальных следов. Возникновением следов
заканчиваются процессы взаимодействия следующих элементов механизма
следообразования: следовой контакт, следообразующий объект,
следовоспринимающий объект. Необходимо выделить следовой контакт,
который отражает сущность взаимодействия объектов, характеризуя
прилагаемую к ним энергию и способ ее приложения. Будучи обусловлен
системой сил, механически или иным образом изменяющей объект, следовой
контакт оказывает значительной влияние на объем и качество информации,
заключенной в следе.

Немалое значение в расшифровке механизма следообразования уделяется
изучению вида и формы воздействовавшей энергии (20, с.17). Следы могут
образовываться в результате физического, химического, биологического
воздействия и др. Физическое воздействие возникает под влиянием
механических, термических, электрических, магнитных и других явлений.
Химическое воздействие возникает при следовом контакте химически
активного вещества с воспринимающей поверхностью, например, следы
кислоты и щелочи на одежде и теле пострадавшею, на предметах окружающей
обстановки. Следы биологического происхождения возникают под влиянием
микроорганизмов, воздействующих на объект и вызывающих гниение,
образование плесени, изменение окраски, запаха н т.п. Следы могут
возникать и под воздействием ионизирующего излучения. Основными его
видами являются: альфа- и бета частицы, гамма лучи, рентгеновские лучи,
нейтроны, космические лучи и т.д.

Любой след несет определенную информацию о виде энергии, формах ее
воздействия, протекающих при этом процессах и а целом об определенном
этапе развития преступного события. Однако наиболее информативными
признаются все же следы механического воздействия, которым в
криминалистической технике уделяется основное внимание. Большинство
следов механического воздействия несут информацию как о механизме их
образования и объектах, оставивших след, так и о самих процессах
взаимодействия участников преступного процесса между собой и с
окружающей средой на начальном, основном и заключительном этапах
формирования механизма исследуемого преступления.

Изучение механизма преступления в его развитии, раскрытие содержания и
взаимосвязей его этапов и элементов – это одно из основных, на наш
взгляд, направлений криминалистического познания преступления в целом. В
связи с этим требует особою рассмотрения классификация механизмов
преступлений, являющаяся, на наш взгляд, необходимым условием их
эффективного познания, а также важным средством Для выявления
закономерностей объективной реальности, знание которых обязательно для
научного объяснения и описания исследуемой проблемы в целом.

До определенного времени ученые-криминологи, процессуалисты-криминалисты
в своих разработках опирались в основном на уголовно-правовую
классификацию преступлений. На современном этапе криминалистики подобная
классификация в целом недостаточна. Один уголовно-правовые критерии не в
состоянии обеспечить хотя бы учет всех особенностей преступных деяний
(не говоря уже об особенностях действий потерпевшего или других
участников преступного событии), которые имеют значение для выявления,
раскрытия и расследования преступлений.

Для реализации своих задач криминалистике важно классифицировать
механизмы разно видовых преступлений. Это позволит, например,
дифференцированно осуществлять научную разработку методических
рекомендаций, указывающих, какая специфика свойственна расследованию
сходных видов или групп преступлений в зависимости от подготовительных
действий виновного, от его действий по реализации преступного замысла
или сокрытию последствий, от действий потерпевшего или других участников
события, от того, имелись или нет очевидцы исследуемого события, если
имелись, то от характера их действий, наконец, от того, какие элементы
обстановки использовались субъектом для достижения преступного
результата, в какой жизненной ситуации совершены преступления.

Одно из направлений разрешения данной проблемы – классификация
преступлений с позиции теории человеческой деятельности. Это прежде
всего классификация механизмов различных видов (подвидов)
криминалистически сходных групп преступлений.

Поскольку классификация механизмов преступлений относится к области
криминалистики, ее принципами прежде всего являются принципы данной
науки. Потребности экспертной, следственной и судебной практики и
требование непрерывности накопления научного знания, вытекающее из
интересов развития самой науки, по нашему мнению, должны рассматриваться
как одни из основных принципов классификации механизмов преступлений.
Другим принципом классификации является принцип системности.

На наш взгляд, основания криминалистической классификации механизмов
преступлений могут быть представлены в виде системы, которая
складывается из имеющих криминалистическое значение признаков,
характеризующих механизм преступления, и признаков других систем,
находящихся с преступлениями в закономерной связи например. Деятельности
по выявлению, раскрытию и расследованию преступного события.

Решение вопроса о том, какой из числа известных признаков слeдует
избрать в качестве основания той или иной криминалистической
классификации соответствующего множества механизмов преступлений,
зависит от практических целей, стоящих перед создаваемой классификацией,
типами классифицируемого объекта, его криминалистических особенностей,
места в системе более высокого уровня, а также подсистемы, по признакам
которой предполагается строить классификацию.

Представляется справедливым высказывание В.А. Образцова о том, что с
методологической точки зрения оптимальной является такая взаимосвязанная
последовательность операций, которая строиться не основе конкретизации
исходного признака на каждом очередном этапе классификации. Это
позволяет все более ограничить класс объектов, подпадающих под
определение, и вместе с тем получать все более развернутую
содержательную характеристику оставшихся объектов (21, с.47).

Поскольку в качестве оснований криминалистической классификации
механизмов преступлений выступают признаки не только классифицируемых
объектов, но и других связанных с ними систем, при построении
многоуровневых классификаций может применяться принцип комбинирования
оснований. Он предполагает использование в качестве оснований
классификации на том или ином уровне признаков одной системы, а на
других – признаков иных систем.

Следующим звеном в системе знаний, необходимых для обеспечения
оптимальности соответствующего классификационною процесса, являются
знания о сущности, видах и соотношении объектов рассматриваемой
классификации.

Процесс познания и практической преобразующей деятельности всегда
нацелен на определенный объект. Под объектами криминалистической
классификации механизмов преступлений в данном случае должны пониматься
характеризуемые соответствующими нормами уголовного права и понятиями
криминалистики определенные множества механизмов преступлений,
разделяемые на взаимосвязанные подмножества и единицы в целях
оптимизации процесса решения задач в криминалистике и в экспертной,
следственной и судебной практике.

Существует несколько типов рассматриваемых объектов. Они связаны между
собой отношениями множеств и подмножеств, общего и особенного и т.д.

С учетом изложенного, в криминалистике можно классифицировать механизмы
преступлений по следующим основаниям:

1. В основу определения характера и состава объектов криминалистической
классификации следует прежде всего положить уголовно-правовую
классификацию преступления (1, с.35; 30, с.25-32; 31, с.14; 21, c.S4;
29, с.160-171), определяющем базисные, исходные рубежи решения
рассматриваемых вопросов и служащую методологическим указателем. В
данном случае в структуре объектов криминалистической классификации
механизмов преступлений можно выделить, как нам представляется, четыре
уровня: общий, непосредственный (с двумя группами подсистем) и частный.

В систему объектов криминалистической классификации общего уровня входят
следующие подсистемы:

1) механизм преступлений против личности;

2) механизм преступлений в сфере экономики;

3) механизм преступлений против общественной безопасности и
общественного порядка;

4) механизм преступлений против государственной власти;

5) механизм преступлений против военной службы;

6) механизм преступлений против мира и безопасности человечества.

Рассматриваемые подсистемы обладают рядом общих уголовно-правовых и
криминалистических признаков. Существенно и то, что им свойственна
определенная специфика, имеющая криминалистическую и в целом
следственную {практическую) значимость, которая проявляется и
своеобразии их компонентного состава, внутренних и внешних связей,
взаимодействий и др.

В систему объектов криминалистической классификации непосредственного у
ровня (первая подсистема) входят следующие:

А. Преступления против личности:

– механизм преступлений против жизни и здоровья;

– механизм преступлений против свободы, чести м достоинства личности;

– механизм преступлений против половой неприкосновенности “ половой
свободы личности;

– механизм преступлений претив конституционных прав и свобод человека м
гражданина;

– механизм преступлений претив семьи и несовершеннолетних.

Б. Преступления в сфере экономики:

– механизм преступлений против собственности;.

– механизм преступлений в сфере экономической деятельности;

– механизм преступлений претив интересов службы в коммерческих и иных
организациях

В. Преступления против общественной безопасности и общественного
порядка:

– механизм преступлений против общественной безопасности;

– механизм преступлений против здоровья населения и общественной
нравственности;

– механизм экологических преступлений;

– механизм преступлений против безопасности движения я эксплуатации
транспорта;

– механизм преступлений в сфере компьютерной информации.

Г. Преступления против государственной власти:

– механизм преступлений против основ конституционного строя и
безопасности государства;

– механизм преступлений против государственной власти, интересов
государственной службы и службы в органах местного самоуправления;

– механизм преступлений против правосудия;

– механизм преступлений против управления. Д. Преступления против
военной службы;

– механизм преступлений против военной службы. Е. Преступления против
мира и безопасности человечества;

– механизм преступлений против мира и безопасности человечества.

Вторую подсистему объектов непосредственного уровня образуют механизмы
определенных видов преступлений. Основной задачей изучения и
классификации этих объектов является решение различных
криминалистических задач, в том числе совершенствование имеющихся
рекомендаций и создание новых методик выявления, раскрытия м
расследования преступлений тех или иных видов. Они в данном случае
иллюстрируются на примере исследованных нами уголовных дел по делам о
преступлениях против собственности:

1) механизм кражи;

2) механизм грабежа;

3) механизм разбоя;

4) механизм мошенничества;

5) механизм вымогательства.

В систему объектов криминалистической классификации частного уровня
входят такие подсистемы, как, например, механизм кражи имущества,
принадлежащего физическому лицу, охватывающий:

1) механизм кражи из помещения;

2) механизм кражи из кармана;

3) механизм кражи из транспортного средства;

4) механизм кражи с открытых участков местности, принадлежащих
физическим лицам. При этом механизм кражи из помещения в свою очередь
разбивается на другие группы механизмов преступлений: механизм кражи из
помещений в городской местности, механизм кражи из помещений в сельской
местности и т.д.

Для применения определенной статьи уголовного закона при квалификации
содеянного чаще всего не имеет значения, в какой обстановке (из
автомашины или из частного дома, ночью или днем совершена кража), каким
способом, лицом какого пола или какой специальности совершена кража
ценных вещей. Но не представляющие большого интереса для уголовного
права указанные признаки очень часто имеют важное значение для раскрытия
и расследования краж чужого имущества. Они позволяют выделять из группы,
например, кряж имущества, Принадлежащего физическому лицу, сходные по
способу, обстановке и Другим обстоятельствам криминалистические
разновидности деяний, рассматривать их в качестве объектов исследования
и дальнейшей классификации.

Необходимость в криминалистической классификации механизмов отдельных
криминалистически сходных групп преступлений вызвана тем, что они имеют
не только сходство отдельных компонентов, но и существенные отличия по
самым различным типологическим параметрам: способам подготовки,
совершения или сокрытия, обстановке, орудиям и средствам достижения
преступною результата, признакам личности преступника или потерпевшего и
т.д. Поэтому выделение механизмов криминалистически сходных групп
преступлений – это необходимое условие дальнейшей разработки частных
методик по их раскрытию и расследованию.

Приоритет в постановке вопроси о необходимости научной разработки такого
уровня объектов принадлежит И.М. Лузгину (22, с.65). Актуально изучение
объектов рассматриваемого уровня и в настоящее время. Объясняется это
тем, что далеко не все виды (подвиды), группы совершенных преступлений
стали предметом соответствующих исследований, осуществляемых в
криминалистике. Более того, в настоящее время совершенствуется и сам
уголовный закон. В 1996 г. принят и с 1 января 1997 г. вступил в
действие Уголовный кодекс Российской Федерации, содержащий множество
новых составов преступлений {например, преступления в сфере
экономической деятельности или против службы в коммерческих и иных
организациях, преступления против мира м безопасности человечества,
преступления в сфере компьютерной информации). Эти новые составы
преступлений становятся предметом новых криминалистических исследований.
С учетом изменений в криминальной обстановке страны или отдельно взятого
региона специалисты вынуждены вновь обращаться к исследованию и тех
групп преступлений, которые уже исследовались на определенном этапе
развития криминалистической науки.

Последнюю подсистему объектов криминалистической классификации частного
уровня образуют механизмы конкретных преступлений. Они также
рассматриваются в качестве объектов исследования, на основе которого при
надлежащем обобщении могут разрабатываться предложения и рекомендации
для субъектов уголовного процесса.

2. По степени сложности механизмы преступлений можно разделить на
простые и сложные.

Простой механизм преступления представляет собой преступные действия,
совершенные (чаше всего) впервые, либо простейшие операции, движения,
совершенные (почти в половине случаев) в одиночку (или группой), как
правило, спонтанно под воздействием жизненных обстоятельств, ситуаций,
например, кража предмета, оставленного без присмотра и на открытом, с
точки зрения доступа, месте, кража денег с прилавка магазина, когда
продавец отошел в сторону, и т.д. Больше половины таких преступлений
совершаются людьми, ранее, не привлекавшимися к уголовной
ответственности, не имеющими какого-либо криминального опыта.

Простой механизм имеют обычно также преступные действия, совершенные в
одиночку (или группой) лицом со сформировавшимися элементарными
профессиональными преступными навыками. Например, хищение чужого
имущества путем грабежа (срыв меховой шапки в толпе; хищение отдельных
предметов из магазина через разбитую витрину). Как правило, такие
преступления совершают лица, склонные к антиобщественному образу жизни,
ранее привлекавшиеся к уголовной ответственности за аналогичные
преступления.

Простой механизм иногда характерен для преступных действий, совершенных
лицом в группе (когда преступник привлекает к совершению им задуманного
преступления соисполнителя или когда объединяются два и более
соисполнителей, действовавших ранее самостоятельно) со сформировавшимися
элементарными профессиональными преступными навыками. Например, хищение
денежных средств путем грабежа у подростков около учебного заведения;
мошенничество; продажа медных колем как золотых лицами цыганской
национальности на вокзале и т.д.

Сложный механизм преступления представляет собой преступные действия,
совершенные лицами в одиночку (или группой), но со сформировавшимися
преступными профессиональными умениями и навыками. Данные лица перед
совершением серий краж ценностей или хищения в крупном размере
осуществляют целенаправленное изучение возможностей и условий
криминальных приложений умений и навыков в своей служебной деятельности
(например, систематическое хищение питьевого спирта со склада с
последующей ликвидацией недостачи техническим спиртом). Здесь
просматриваются элементарные организационные основы; осуществляются
подготовительные действия, а также действия по сокрытию следов и иных
последствий преступной деятельности. Например, систематические кражи
грузчиком материальных ценностей из магазина и склада; хищение ценностей
заведующим складом горюче-смазочных материалов; совершение “заказных”
убийств.

Сложный механизм обычна наблюдается в преступных действиях, совершенных
группой лиц, длительное время остававшихся безнаказанными. Со временем,
как правило, они совершенствуются в исполнении отдельных повторяемых
преступных действий или всей преступной деятельности. В действиях таких
лиц просматриваются организованность, плановость, элементарное
распределение ролей. Однако виновные не выполняют сколько-либо сложные и
длительные мероприятия по подготовке, совершению или сокрытию
преступления. Подобные преступные группы могут распадаться через
определенное время или сразу после совершения “значительного”
преступления, например, совершения серии квартирных краж по “наводке”
или заказу.

Наибольшую сложность представляет механизм преступных действий,
совершенных лицами, объединенными в преступные сообщества (преступные
организации). Здесь обычно имеют место четкая организация, планируемость
действий, координация преступной деятельности определенными лицами,
использование коррумпированных должностных лиц. Данные группы носят
устойчивый характер. Их члены профессионально подготовлены к такому роду
деятельности и объединяются для совершения преступлений на длительный
период временя (бандитизм, наркобизнес, порнобизнес и т.д.).

3. По количеству действий, которые самостоятельно квалифицируются как
преступления, могут быть выделены механизмы преступлений: одноактный,
совокупный, составной, длящегося преступлений.

Одноактный механизм преступления представляет собой механизм, в котором
все элементы одномерны, т.е. один объект посягательства, одно действие
(движение, операция) с одной формой вины, одно последствие, т.е.
потерпевшему причинен ущерб одного вида. Например, вор-карманник тайно в
общественном транспорте в час пик похитил деньги или иные ценности из
сумки потерпевшей; виновный сорвал с головы гражданина меховую шапку и
попытался скрыться, но был задержан на месте происшествия.

Совокупный механизм преступлений характеризуется тем, что виновный одним
преступным деянием причиняет два и более разнородных или несколько
однородных последствий объектам посягательства, которые не соотносятся
как часть и целое. При этом содеянное не охватывается одной
уголовно-правовой нормой н обусловливает необходимость применения двух
или нескольких норм уголовного законодательства (Особенной части УК).
Например, преступник при совершении разбойного нападения на потерпевшего
причинил телесные повреждения и значительный материальный ущерб другим
лицам.

Составной (двух – или многоактный) механизм преступления представляет
собой такой, в котором все элементы двумерны, т.е. состав образуется из
двух или более разнородных действий (каждое из которых в отдельности
содержит состав самостоятельного преступления) с двумя формами вины,
двух объектов посягательства, двух последствий. Такие преступные деяния
объединяются законодателем в единое преступление в тех случаях, когда
они представляют собой внутренне связанную цепь преступных поведенческих
актов. Например, при разбойном нападени66и преступная цель за владения
чужим имуществом достигается с помощью преступного средства – опасного
для жизни или здоровья насилия над личностью или угрозы применения
такого насилия, где отдельные разрозненные преступные действия (насилие
над личностью и завладение или покушение на завладение чужим имуществом)
образуют один единый состав преступления – разбой; незаконное
изготовление, приобретение, хранение, перевозка или сбыт наркотических
средств; бандитизм; мелкое хулиганство, соединенное с сопротивлением
представителям власти.

Механизм длящегося преступления образуется преступными Деяниями,
осуществляемыми в течение более или менее длительного времени.
Формирование механизма длящегося преступления начинается уже с момента
совершения первого преступного действия либо раньше – при подготовке к
преступлению (например, при самовольной отлучке – с момента оставления
воинской части) или с акта преступного бездействия (при недонесении о
преступлении – с первого момента не сообщения властям). При этом
преступная деятельность кончается вследствии действия самого виновного,
направленного к прекращению преступления (например, явка с повинной),
или наступления событий, препятствующих совершению преступления
(например, вмешательство органов власти), или когда отпала сама
обязанность, невыполнение которой составило содержание длящегося
преступления (например, со смертью ребенка прекращается обязанность
платить установленные исполнительным листом алименты).

Механизм продолжаемого преступления представляет собой такой механизм, в
котором действия преступника (преступников) охватываются единым умыслом
и согласно уголовному законодательству составляют одно преступное
деяние, хотя такое преступление складывается из ряда одинаковых
преступных действий. Например, обман покупателей или потребителей,
хищение редких книг путем кражи из библиотеки, т.е. незаконное
неоднократное изъятие чужого имущества (ценностей), складывающееся из
ряда тождественных действий, имеющих общую цель незаконного завладения
чужим имуществом, которые охватывают единым умыслом виновного и
составляют в своей совокупности одно преступление.

4. Но формам вины (умысла) можно вычленить: механизм умышленных
преступлений; механизм неосторожных преступлений.

Механизмы преступлений можно классифицировать н во другим основаниям.

ЛИТЕРАТУРА

1. Криминалистика: Краткая энциклопедия. – М., 1993.

2. Кудрявцев В.Н. Взаимосвязь элементов преступления // Вопросы борьбы с
преступностью. – М., 1976. Вып.25.

3. Новик И.Б. Вопросы мышления в естествознании. – М., 1975.

4. Клочков В.В., Образцов В.А. Преступление как объект
криминалистического дознания // Вопросы борьбы с преступностью. – М.,
1985. Вып.42.

5. Гросс Г. Руководство для судебных следователей как система
криминалистики. Грац , 1882./Пер. с нем. Смоленск, 1896.

6. Криминалистика. – М., 1971.

7. Краснобаев Ю.И. Понятие предмета советской криминалистики (история н
современное состояние проблемы). Автореф. канд. дис. – М.,1976.

8. Белкин Р.С. Криминалистика: Проблемы, тенденции, перспективы. Общая н
частные теории. – М., 1987.

9. Образцов В.А. О совершенствовании некоторых криминалистических
определений в свете интеграции и дифференциации знаний в криминалистике
// Актуальные проблемы советской криминалистики. – М, 1980.

10. Каминский М.К. Взаимодействие, отражение, информация // Теория
криминалистической идентификации, дифференциации и дидактические вопросы
специальной подготовки сотрудников аппаратов ВХСС. Горький, 1980.

11. Криминалистика. – М., 1987.

12. Возгрин И.Л. Общие положения методики расследования отдельных видов
преступлений. – Л., 1976.

13. Криминалистика социалистических стран. – ML, 1986.

14. Криминалистическое обеспечение предварительного расследования. –
М.,1992.

15. Кирсанов З.И. Криминалистические учения о механизме преступления и
его отражении: Лекция. – М., 1994.

16. Леонтьев А.Н., Попов Д.Ю. Психология человека и технический прогресс
// Философские вопросы физиологии высшей нервной деятельности и
психологии. – М., 1963.

17. Зуйков Г.Г. Криминалистическое учение о способе совершения
преступления. Дис. докт. юр. наук. – М., 1970.

18. Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. – М., 1988.

19. Попов В.И. О теории осмотра места происшествия // Правовые науки и
журналистика. – Алма-Ата, 1970. Вып.2.

20. Шевченко Б.И. Теоретические основы трасологической идентификации в
криминалистике. – М., 1975.

21. Образцов В.А. Криминалистическая классификация преступлений. –
Красноярск, 1988.

22. Лузгин И.М. Развитие методики расследования отдельных видов
преступлений // Правоведение. – М., 1977. Вып.2.

23. Уголовное право. Общая часть. – М., 1993.

24. Криминалистика. – М., 1994.

25. Криминалистика. История, общая и частные теории. – М., 1995. T. I.

26. Дубинин Н.Н., Карпец И.И., Кудрявцев В.Н. Генетика, поведение,
ответственность. – М., 1982.

27. Механизм преступного поведения. – М., 1981.

28. Вандышев В.В. Реализация взаимосвязей жертвы и преступника в
раскрытии и расследовании насильственных преступлений. – СПб.. 1992.

29. Якимов И.Н. Практическое руководство к расследованию преступлений. –
М., 1924. 43.

30. Голунскнй С.А„ Шавер Б.М. Криминалистика. Методика расследования
отдельных видов преступлений. – М., 1939.

31. Колесниченко А.Н. Общие положения методики расследования отдельных
видов преступлений. – Харьков, 1976.

32. Уголовный кодекс Российской Федерации. – СПб., 1996.

33. Уголовный кодекс Российской Федерации. Комментарий. -М., 1996.

Глава 2. Соотношение механизма преступления с некоторыми научными
категориями криминалистики

Механизм преступления как научная криминалистическая категория тесно
связан с многими базовыми научными понятиями криминалистики: ее
предметом, криминалистической характеристикой отдельных видов
преступлений, следственной ситуацией и другими.

§ 1. Механизм преступления и предмет криминалистики

Существование науки как самостоятельней области научных знаний оправдано
только в том случае, если предметом ее изучения являются специфические
для нее объективные закономерности действительности. Указание на эти
закономерности как на предмет познания и составляет существенную часть
определения предмета частной науки (1, с.18). Отсюда вытекает важное
методологическое значение правильного определения предмета каждой
конкретной науки, в том числе и криминалистики.

В конце 60-х годов Р.С. Белкиным было сформулировано определение
предмета криминалистики как науки о “закономерностях возникновения,
собирания, исследования, оценки и использования доказательств и
основанных на познании этих закономерностей средствах и методах
судебного исследования и предотвращения •преступлений” (24, с.18).
Данное определение было поддержано многими учеными-криминалистами и
длительное время было доминирующим.

Проблемная ситуация в криминалистике возникла в конце 70-х -начале 80-х
годов, когда вскрылась некоторая ущербность данного определения и
усеченность сферы применения господствовавшей многие годы формулы “от
способа совершения преступления к методу его раскрытия”. Встал вопрос о
том, что они должны уступить место более точному и широкому по своему
содержанию подходу, при котором определяющим элементом динамично
развивающейся системы поисково-познавательного характера выступает
механизм преступления.

Прежде всего приведенная формула в условиях новых научных и практических
разработок видоизменяется и приобретает новое содержание, которое может
способствовать повышению эффективности криминалистического обеспечения
следственной, экспертной и судебной практики и ее оптимизации – в рамках
усовершенствованной концепции “от механизма преступления к средствам и
методам установления преступного события и личности виновного”.

Данная концепция согласуется с требованием системного подходя а познании
изучать объект не только с позиции его состава, структуры м особенностей
функционирования в момент исследования, но и с точки Зрения того, как он
формировался, в каком направлении развивался, как изменялся в процессе
своего развития, что с ним происходило в прошлом, каким он может стать в
будущем.

А.А. Эксархопуло указывает, что проблемная ситуация в криминалистической
науке – это ситуация, “когда вновь обнаруженные факты действительности
невозможно объяснить с позиции накопленных знаний или уже существующих
теорий, либо когда эти факты входят сними в противоречие” (18, с.44-50).
Именно такая ситуация становится тем фактором, который вызывает к жизни
потребность в создании новой или пересмотре старой научной теории.

По мнению автора, “пути сознательного выхода на проблему весьма
разнообразны”. Среди них он посчитал возможным выделить следующие,
способные в полной мере быть воспринятыми именно на современном этапе
развития криминалистической теории:

1. Критическое отношение к известным в криминалистике решениям ранее
поставленных проблем.

2. Применение получивших признание в криминалистике решений ранее
поставленных проблем для объяснения новых фактов, новых явлений.

3. Применение известных решении научных проблем, сформировавшихся в
других отраслях знаний (но еще не апробированных криминалистикой) для
объяснения и решения проблемной ситуации и новых фактов, встречающихся в
практике борьбы с преступностью.

4. Обобщение известных криминалистических проблем или перенесение
проблем из одной отрасли криминалистической науки в другую.

5. Обобщение практического опыта применения криминалистических средств,
приемов и методов и выделение фактов, не имеющих объяснении или не
вписывающихся в известные эмпирические и теоретические законы и принципы
криминалистики.

6. Объединение проблем различных отраслей знания, разрабатывающих меры
борьбы с преступностью, или перенесение проблем смежных наук в
криминалистику, интерпретируемых последней применительно к своему
предмету и задачам.

По результатам комплексного исследования механизма преступления
представляется целесообразным дополнить пути поиска новых проблем
расширением круга объектов научного познания и в связи с этим –
дальнейшим развитием одной из частных теорий. Исследуя деятельность
преступных сообществ (преступных организаций) по совершению преступлений
и противодействию расследованию, действия потерпевших, лиц, случайно
втянутых а преступное событие, и другие вопросы, мы пришли к выводу о
расширении круга объектов познания, системы научных положений и
содержания учения о способе совершения преступления.

Как уже отмечалось, по мере развития науки, по мере проникновения в
сущность исследуемых явлений и процессов, составляющих содержание
преступного события, расширялось и углублялось представление о
необходимости глубокого изучения с позиции криминалистики механизма
преступления, а также закономерностей, под воздействием которых он
формируется и функционирует.

Вопрос о необходимости научного исследования закономерностей механизма
преступления в свят с уточнением предмета криминалистики был поставлен
Р.С. Белкиным еще в 1987 г. (19, с.6). Возможное гей для реализации
этого предложения было еще недостаточно, но как постановка перспективной
проблемы данное предложение сыграло, безусловно, положительную роль,
положив начало интенсивной разработке отдельных вопросов механизма
преступления.

В настоящее время возникла возможность и необходимость комплексного
исследования закономерностей механизма преступления, разработки понятия,
выделения элементов этого механизма н этапов его формирования.

Комплексное исследование названных проблем, попытки разработки
криминалистического понятия механизма преступления, его элементов и
этапов формирования дали возможность сформулировать основные идеи,
которые могут стать теоретической основой формирования
криминалистического учения о механизме преступления. Данная частная
криминалистическая теория нами рассматривается как следующая ступень
развития учения о способе совершения преступления. Это учение должно
найти свое место в системе частных криминалистических теорий, отражающих
отдельные элементы предмета криминалистики, и явиться составной частью
структуры обшей теории криминалистики.

Система знаний о механизме преступления – один из элементов (составных
частей) обшей теории криминалистики и (как показано выше) методики
расследования отдельных видов преступлений. Отправляясь от
закономерностей механизма преступления, криминалистика разрабатывает
применительно к отдельным видам, подвидам, группам преступлений
(учитывая типичные следственные ситуации) типовые версии о личности
преступника, предмете преступного посягательства, а Также программы
(алгоритмы) действий следователя на определенные моменты раскрытия и
расследования преступного события.

Создание частной криминалистической теории о механизме преступления
связано с совершенствованием методики расследования преступлений.
Выделение практически значимых структурных элементов механизма
преступления, уяснение их сущности, познание корреляционных зависимостей
и иных связей между элементами данной системы позволяют не только четко
определить основные тактические задачи лиц, осуществляющих выявление,
раскрытие и расследование преступлений, но и в определенной степени
алгоритмизировать их действия, оптимизировать уголовное судопроизводство
в целом.

Система знаний о закономерностях отражения механизма преступления в
сознании участников преступления и в среде, воспроизведение образов и
представлений о преступном событии и его участниках поможет дать
наиболее эффективные рекомендации по тактике отдельных следственных
действий.

Система знаний о закономерностях отражения процесса формирования
механизма преступления в окружающей среде является составной частью
криминалистического учения об обнаружении, фиксации и исследовании
источников криминалистически значимой информации, а в связи с этим в
значительной мере определяет содержание криминалистической техники.

Проведенные нами исследования дали возможность определить:

– совокупность закономерностей объективной реальности среди изучаемых
криминалистикой в целом, которая является предметом данной частной
теории;

– группу явлений, процессов и отношений, которые составляют содержание
механизма преступления и являются объектами данной частной теории;

– группу познавательных приемов, которые используются для исследования
проблем механизма преступления, построения самой частной теории, а также
внедрения результатов этого исследования в практику, а в целом –
предопределить теоретические основы для формирования криминалистического
учения о механизме преступления.

Данное криминалистическое учение исследует природу, сущность и
содержание: функциональной стороны деятельности субъекта преступления и
его соучастников, действий и поступков других – как прямых, так и
косвенных – участников преступного события, включая потерпевшего, следов
их отражения в окружающей данное событие среде; вписывает, объясняет и
предсказывает связанные с этим процессы и явления, а также их
материальные последствия.

Названные явления, процессы и отношения, представляя собой часть
предметной области криминалистики, являются объектами частной теории о
механизме преступления, которая в свою очередь выступает в качестве
подсистемы обшей теории криминалистики.

Исходя из сказанного, криминалистическое учение о механизме преступления
можно определить как систему научных положений о закономерностях
формирования и функционирования механизма преступления, обусловленных им
криминалистически значимых признаках и свойствах деятельности и иных
поведенческих актах участников преступного события – как прямых, так и
косвенных – и закономерностях возникновения информации о преступлении и
его участниках.

Разработка и формирование указанной системы, появление новых знаний и
уточнение старых представлений об отдельных аспектах криминалистических
категорий вынуждают вернуться к вопросу о предмете криминалистики.

На наш взгляд, в качестве предмета науки криминалистики можно
рассматривать систему, состоящую из двух подсистем:

– закономерности механизма преступления я противодействия его
расследованию (преступной деятельности субъекта, действий и других
поведенческих актов как прямых, так косвенных участников преступного
события и т.д.), среди которых Р.С. Белкин назвал: закономерности
формирования, выбора и реализации способа подготовки, совершения и
сокрытия преступления; закономерности возникновения и развития связей
между элементами механизма преступления;

закономерности возникновения и развития явлений, связанных с
преступлением как до, так во время я после ere совершения, имеющих
значение для судопроизводства по делу (28, с.24);

– закономерности деятельности правоохранительных органов но выявлению,
раскрытию и расследованию преступления (поисково-познавательной
деятельности по обнаружению, фиксации, изъятию, исследованию и
использованию судебных доказательств).

Взаимосвязь и взаимообусловленность данных разновидностей деятельности
определяются тем. что поисково-познавательная сторона деятельности
уполномоченных органов детерминирована закономерностями механизма
преступления, обусловливающим возникновение криминалистически значимой
информации о самом преступлении и его участниках.

Для использования вышеуказанной информации о преступлении и его
участниках в целях установления истины ее (информацию) необходимо
собрать, в установленном законом порядке придать ей силу доказательств,
исследовать и использовать доказательства в процессе производства по
уголовному делу (20, с.25). Деятельность по собиранию, исследованию,
оценке и использованию также управляется определенными закономерностями.

Акцентирование внимания на этих двух подсистемах позволяет, с нашей
точки зрения, по-новому взглянуть на границы предмета криминалистики
(причем преступная деятельность субъекта является стержнем механизма
преступления, а деятельность по собиранию, исследованию, оценке и
использованию доказательств – механизма деятельности по раскрытию и
расследованию преступления).

Взаимодействие элементов этих подсистем наблюдается не только на уровне
единичного преступления, но и на уровне, видов (подвидов) и
криминалистически сходных групп преступлений, и в методике их
расследования фиксируется в качестве устойчивых закономерностей,
объективно отражая ее предмет и предмет науки в целом.

Из нескольких ныне устоявшихся определений предмета науки, как
отмечалось ранее, наиболее точным представляется определение,
предложенное Р.С. Белкиным (24, с. 18). Однако с учетом результатов
нашего исследования и проделанной в последние годы работы многих
ученых-криминалистов настало время уточнить понятие предмета
криминалистики.

Нам представляется, что криминалистика-это наука о закономерностях
механизма преступления, обусловливающих возникновение информации о
преступном событии и его участниках, закономерностях
поисково-познавательной деятельности уполномоченных органов по
раскрытию, расследованию преступлений, а также основанных на познании
этих закономерностей специальных средствах и методах обеспечения данной
деятельности и достижения объективной истины по уголовному делу.

Суммируя изложенное, можно сделать следующие выводы:

– во-первых, закономерности механизма преступления – это элемент (часть)
предмета криминалистики, другим элементом (частью) которого являются
закономерности деятельности правоохранительных органов по выявлению,
раскрытию и расследованию преступного события и т.д.;

– во-вторых, объектом познания криминалистики являются механизм
преступления (явления, процессы, связи и отношения, составляющие его
содержание), закономерно обусловливающий возникновение криминалистически
значимой информации о самом преступлении и его участниках, а также
процессы его отражения в окружающей среде и поисково-познавательные
процессы деятельности правоохранительных органов по раскрытию и
расследованию преступления;

– в-третьих, в систему механизма преступления в основном входят
деятельность виновного (совокупность действий по подготовке, совершению
и сокрытию преступного события и его последствий), действия и иные
поведенческие акты потерпевшего по провоцированию действий виновного и
противодействия преступнику и поведенческие акты лиц, случайно втянутых
в преступное событие, а также отдельные элементы обстановки,
используемые участниками преступления;

– в-четвертых, в систему деятельности правоохранительных органов по
выявлению, раскрытию и расследованию преступлении входят: поиск и
обнаружение носителей криминалистически значимой информации о
преступлении и его участниках; извлечение или изъятие источников данной
информации и фиксация самой информации в соответствии с процессуальным
законодательством; исследование источников и самой информации;
формирование частных информационных систем и установление отдельных
обстоятельств расследуемого события; использование результатов
исследования в формировании обшей информационной системы; восстановление
или воссоздание механизма расследуемого преступного события через его
модель; установление объективной истины по делу;

– в-пятых, на современном этапе развития криминалистики исторически
появились теоретические и эмпирические предпосылки для формирования
новой частной теории – криминалистического учения о механизме
преступления, которое на наш взгляд, станет составляющим элементом общей
теории криминалистики.

§ 2. Механизм преступления и криминалистическая характеристика отдельных
видов преступлений

Как научная категория механизм преступления имеет определенные отношения
с другой категорией – криминалистической характеристикой преступлений.
Криминалистическая характеристика отдельных видов преступлений,
следственная ситуация, а в настоящее время и механизм преступления
относятся к тем проблемам науки криминалистики, которые в последние
десятилетия наиболее активно обсуждались а юридической литературе в
связи с практическим и теоретическим значением для деятельности
следственных и экспертных подразделений, судов и криминалистической
науки в целом.

Следует отметить, что ряд ученых-криминалистов в определениях
криминалистической характеристики преступлений предпринимали попытки
раскрыть отношения между ней и механизмом преступления.

Одну из таких попыток осуществил В.А. Образцов. Он, как затем В.Г.
Танасевич и В.И. Куклин, сформулировал ее как “совокупность данных о
механизме совершения преступления, средствах отражения и отражающих
объектах, взаимодействующих при этом, особенностях и источниках
формируемой или фактической информации, имеющей значение для раскрытия
определенных категорий преступлений путем применения обусловленных ими
криминалистических средств, приемов и методов, а также разработки
научных рекомендаций по оптимальному решению данной задачи” (4, с.8; 22,
с.38). Из определения видно, что совокупность данных о типичном
механизме преступления определенного вида входит в содержание
криминалистической характеристики преступлений этого вида как основной
элемент.

Данная идея нашла поддержку у других авторов. Так, Л.Я. Драпкин
криминалистическую характеристику преступлений рассматривает в качестве
“научной категории, в которой с достаточной степенью конкретизации
описаны типичные признаки и свойства события, обстановки, способа и
механизма совершения общественно опасных действий определенной
классификационной группы, процесс образования и локализации
доказательств, типологические качества личности и поведения виновных,
потерпевших, а также устойчивые особенности иных объектов посягательств”
(5, с.17). Как видно из определения, способ отделяется от механизма
преступления. Если это выражает позицию автора, то мы категорически не
можем согласиться, поскольку способ всегда входит в механизм
преступления.

Р.С. Белкин, И.А. Возгрин и Г.А. Густов утверждают, что два
рассматриваемых понятия (криминалистическая характеристика и механизм)
далеко не тождественны и не поглощают друг друга. В ходе научных
дискуссий они пришли к одному общему выводу – в понятии
криминалистической характеристики преступлений проявляется совокупность
криминалистически значимых для расследования преступлений отдельных
видов сведений, учет и знание которых необходимы для успешного раскрытия
и расследования таких преступлений. Несмотря на некоторые расхождения,
почти все они в понятие криминалистической характеристики включают такие
элементы, как предмет преступного посягательства, место, время и способы
совершения преступления, возможные уловки преступника для сокрытия
следов преступления, характер возможных доказательств и места их
локализации, последствия преступления, данные о личности преступника и
потерпевшего и т.д.

В юридической литературе криминалистическая характеристика и механизм
преступления показаны прежде всего как разные и многогранные категории.
Если исходить из уголовно-правового и криминалистического содержания
такого социального явления, как преступление, то можно выделить
несколько их видов, уровней (степеней).

1. Должна существовать общая научная категория “криминалистическая
характеристика преступлений”, которая будет служить основой разработки
криминалистических характеристик различных классов преступлений. На ее
базе могут развиваться и уже успешно развиваются не только методика
расследования отдельных видов преступлений, но также тактические приемы
и технические средства. По мнению отдельных авторов, общая
криминалистическая характеристика преступления должна найти себе место в
обшей теории криминалистики наряду с другими ее частями.

Наряду с общей категорией “криминалистическая характеристика
преступлений”, по нашему мнению, должна существовать общая категория
“механизм преступления” как теоретическая основа для разработки или
описания механизма различных классов преступлений. Она также найдет свое
место в общей теории криминалистики.

2. В теоретическом и практическом плане существует видовая
криминалистическая характеристика (отдельного вида или группы
преступлений) как описание черт, присущих данному виду (группе)
преступлений и имеющих криминалистическое значение для раскрытия и
расследования преступлений. Ученые-криминалисты, говоря о механизме
преступления, так или иначе связывают его понятие с отдельными видами
или криминалистически сходными группами преступных событий. Параллельно
в литературе появились мнения об уровнях механизма преступления.
Отмечаются также попытки разработки типовой модели механизма
определенных видов или криминалистически сходных групп преступлений.
Такой подход представляется обоснованным, поскольку одноплановые явления
или их отдельные аспекты могут быть охарактеризованы на различных
уровнях их общности.

3. Г.А. Густов и некоторые другие ученые высказали предположение о
существовании криминалистической характеристики конкретного преступления
(21, с.45; 7, с.56,57; 8, с.9; 10. с.33). По нашему мнению, может
существовать механизм конкретного преступления. Он содержит информацию о
конкретном совершенном преступлении, в то время как криминалистическая
характеристика такой информации не содержит. Она включает только
систематизированную информацию, полученную в результате обобщения
практики расследования преступлений конкретного вида или группы.

Можно согласиться с Р.С. Белкиным, который утверждает, что
криминалистическая характеристика преступлений – это “научная
абстракция, результат обобщения и типизирования данных о преступлениях
определенного рода и вила. Она содержит обобщенное знание о наличном и
именно в таком качестве – как некий ориентир – должна использоваться
следователем” (11, с.56-58). Поскольку речь идет о “научной абстракции”,
то не может быть криминалистической характеристики конкретного
преступления. По конкретному делу следователь решает задачу не
конструирования криминалистической характеристики данного преступления,
а исследует факт. обстоятельства, входящие в предмет доказывания,
необходимые для данного случая, и в этих целях формирует модель
расследуемого (отдельного) события , максимально приближенной к реальной
криминальной ситуации, т.е. модель механизма конкретного происшедшего
преступною события. Так же в научном плане не может существовать
индивидуально, о механизма преступления. Информация о механизмах
отдельных преступлений необходима лишь для ее сбора, обобщения, научного
исследования и т.д.

Криминалистическая характеристика преступлений как абстрактное научное
понятие существует в науке независимо от возбуждения конкретного
уголовного дела и не образуется в ходе его расследования. Она, как
результат научною обобщения типичных признаков и особенностей
определенного вида преступной деятельности, позволяет иметь
целеустремленный характер, когда будет четко уяснен механизм
совершенного преступления.

Ценность такого подхода еще и в том, что он позволяет прослеживать
развитие преступного события в действиях и последствиях (причем всех его
участников) с момента зарождения преступного замысла до его реализации,
а также этапы формирования механизма преступления.

Учение о криминалистической характеристике преступлений и
криминалистическое учение о механизме преступления – это частные
криминалистические теории, которые на нынешнем этапе развития научного
знания в совокупности с другими теориями, концепциями и категориями
должны образовать стройную научную систему. Взятая в целом, данная
система и составляет содержание общей теории криминалистики.

Имея некоторые общие черты с криминалистической характеристикой,
механизм преступления, однако, не тождественен ей, поскольку
криминалистическая характеристика преступления не рассматривает
закономерности механизма преступления как динамичной системы. При
описании элементов криминалистической характеристики преступлений
внимание обычно сосредоточивается на существенных, устойчивых и типичных
признаках преступлений определенного вида. Характеристика не показывает
четко релевантные связи между своими элементами. Располагая в своем
содержании обобщенными сведениями (данными) об определенном виде
(группе) преступлений, она распространяется на некоторое множество
описываемых видов (групп) преступлений.

И.М. Лузгин обоснованно отмечал, что использование я практических целях
криминалистической характеристики, отражающей типичные признаки
преступлений, угрожает неопытному следователю возможностью пропустить
специфические признаки конкретного преступления, которые имеют значение
для расследования (б, с.25-30). Знание закономерностей механизма
преступления, закономерностей, обусловивших возникновение информации о
самом преступлении и его участниках, открывает перспективу исключения из
следственной практики таких случаев, позволяет эффективно использовать
ситуационный подход.

Криминалистические характеристики преступлений содержат систему типичных
сведений, данных о способах подготовки, совершения и сокрытия
преступлений определенного вида (рода), но в них отсутствуют сведения о
динамике развития отношений через действия между соучастниками, с
потерпевшим и другими участниками преступного события. Выводы,
основанные на статистических показателях связи между отдельными
элементами криминалистической характеристики, могут иметь для
следователя лишь вероятностное, ориентировочное значение (хотя и в этом
качестве они важны).

В механизме преступлений определенного вида элементы этой системы
показаны в динамике, во взаимосвязи; указываются поэтапные, типичные
действия преступника по подготовке, совершению и сокрытию преступного
события, типичные действия и иные поведенческие акты потерпевшего и
других лиц, случайно втянутых в криминальное событие. Параллельно с этим
показана взаимосвязь таких действий, которые обусловили возникновение
определенных типичных следов в определенных местах окружающей среды.
Выводы, основанные на динамических показателях связи между элементами
механизма преступления, могут иметь более значимое выражение, так как
уяснение сущности взаимосвязей между отдельными элементами механизма
преступного события позволяет получить информацию о еще не установленных
обстоятельствах события.

Криминалистическая характеристика содержит данные и свойства
типизированной личности виновного, а типизированный механизм
преступления указывает, как качества и свойства типизированной личности
преступника могут отразиться на действиях или поступках самого
виновного, потерпевшего и других лиц (то же относится в к личности
потерпевшего), а также в окружающей среде.

В момент сбора и проверки материалов по заявлении (сообщению) об имевшем
место криминальном событии с целью решения вопроса о возбуждении
уголовного дела или об отказе в его возбуждении перед следователем стоит
задача мысленно представить последовательность действий преступника,
потерпевшего и других лиц как в прошлом, так и в настоящем, связать
разрозненные факты, обстоятельства и создать определенную упрощенную
систему исследуемых обстоятельств, обусловивших возникновение выявленных
и предполагаемых последствий. Речь идет, по существу, о
криминалистическом распознавании (диагностике) преступления по отдельным
закономерно отобразившимся признакам в материальной среде и на
участниках преступного события, которые следователь может наблюдать,
воспринимать, анализировать и оценивать. Синтезируя эти
признаки-отображения и используя криминалистическую характеристику
типичных, аналогичных преступлений, он воссоздает мысленно или в виде
схем и описаний картину совершенного преступления, в том числе и его
механизм (в форме модели). Зная закономерности механизма преступления,
следователь в результате поисково-познавательной деятельности восполняет
дефицит криминалистически значимой информации и мысленно формирует,
создает модель механизма совершенного преступления, сходную с реальным,
имевшем место в прошлом механизмом расследуемого преступного события.
Исходя из этой модели, он сможет дать правильную квалификацию действиям
преступника, полнее собрать судебные доказательства для установления
объективной истины по расследуемому уголовному делу.

Таким образом, можно сделать общий вывод, что несмотря на некоторое
внешнее сходство составляющих компонентов механизм преступления и
криминалистическая характеристика преступлений – понятия, не
тождественные и не заменяющие друг друга. Это две самостоятельные
научные категории, имеющие право (по своей значимости для общей теории
криминалистики и практики) на существование и дальнейшую разработку и
исследование. По нашему мнению, в определение криминалистической
характеристики преступления необходимо вместо элемента “типичный способ
совершения преступления” включить такой элемент, как “типичный механизм
преступления”, а в структуру методик расследования отдельных видов
(криминалистически сходных групп) преступлений и рекомендаций для
практических pa6oтников описание типичных механизмов исследуемых видов
преступлений.

§ 3. Механизм преступления и следственная ситуация

Если исходить из того, что ситуация – это сочетание условий и
обстоятельств, создающих определенную обстановку, положение (23, с.356),
то можно предположить, что понятие механизма преступления в определенной
части связано с понятием криминальной ситуации.

Механизм преступления обусловливает развитие и сменяемость криминальных
ситуаций, создавая из отдельных ситуаций преступное событие в целом.
Именно моделирование механизма совершенною преступления позволяет, по
мнению Т.С. Волчецкой, выявить:

– сущность и значимость каждого структурного элемента криминальной
ситуации в конкретном событии;

– информацию о действующих лицах ситуаций, о роли каждого из них и их
функциональных действиях;

– информацию о взаимовлиянии и взаимообусловленности всех элементов
криминальной ситуации и т.д. (24, с.97).

Криминальная ситуация формируется под воздействием объективных и
субъективных факторов. Объективные факторы, будучи доминирующими,
проявляются в основном через деятельность преступника и действия и
поступки других участников преступного события. Субъективные факторы
связаны с осознанностью своих действий участниками преступного события и
их отношением друг к другу, своим действиям и поступкам
(профессиональный и жизненный опыт, волевые качества, характер,
темперамент и т.п.). Объективные и субъективные факторы, с одной
стороны, влияют на формирование самой ситуации, а с другой (их
качественное содержание) – на их изменение.

Понятие механизма преступления тесно связано и с понятием следственной
ситуации.

Следственная ситуация – это система условий и обстоятельств,
характеризующих состояние расследования уголовного дела на определенный
момент, обстановку, в которой следователю надлежит действовать в
соответствии со своим должностным положением. Конкретная следственная
ситуация характеризуется совокупностью условий объективного и
субъективного характера, а также фактических данных, имеющих значение
для установления механизма расследуемого преступления и других
обстоятельств происшедшего криминального события и определения порядка
дальнейшего расследования.

Следственная ситуация представляет собой систему взаимосвязанных
объективных и субъективных по отношению к процессу расследования
условий. К факторам, способствующим возникновению объективных условий,
можно отнести:

– наличие и характер фактических данных о совершенном преступлении
(время, место, способы, механизм преступного события в целом,
последствия преступления, количество преступников и потерпевших и т.д.),
имеющихся в определенный момент расследования в распоряжении
следователя;

– наличие и особенности носителей криминалистически значимой информации
о преступлении и его участниках (их устойчивость, надежность,
относимость и т.д.), которые доступны субъекту доказывания, но им не
использованы наличие оперативно-розыскной информации;

– интенсивность(скоротечность) исчезновения и уничтожения доказательств
и объективные возможности сохранения в памяти информации о преступлении
различными участниками преступного события;

– период времени, прошедший с момента совершения преступления, а также
время, которым располагает субъект доказывания для принятия решений и их
реализации;

– наличие и характер результатов предварительною следствия или дознания
(установлен ли преступник, обнаружено ли похищенное, доказана ли
виновность и т.д.);

– характер и особенности условий расследования или дознания (наличие
необходимых сил, средств, научных рекомендаций, времени и возможности их
использования; загруженность субъекта доказывания, его квалификация,
опыт и т.д.);

– характер местности, где совершено и расследуется преступление
(особенности экономического, географического, демографического и
миграционного характера) и т.д.

К факторам, благодаря которым возникают (складываются) условия
субъективного характера, можно отнести:

– состояние и характер отношений, сложившихся между участниками
преступного события и субъектами доказывания;

– активность или пассивность субъектов доказывания в решении возникаюших
перед ними проблем расследования уровень их теоретических и практических
знаний, умений, а также наличие практического опыта;

– степень осведомленности об имеющихся у субъектов доказывания
доказательствах, характер противодействия установлению истины со стороны
участников преступного события и других заинтересованных в исходе дела
лиц и его последствия;

– наличие и характер ошибок, просчетов в действиях субъектов доказывания
и их последствия ;

– позиция, занятая участниками преступного события по отношению к
расследованию; их непредвиденные действия и некоторые поступки лиц, не
причастных к расследуемому событию;

– существующая в данный момент общественная оценка расследуемого
преступного события.

Сочетание всех этих факт ров и результаты их воздействия обусловливают
индивидуальность следственной ситуации в определенный момент
расследовании, ее специфическое содержание. Особенности той или иной
следственной ситуации предопределяют специфику деятельности следователя
в дальнейшем расследовании совершенного преступления.

Роль “скелета”, основы ситуации, насыщение которой конкретным
содержанием во многом зависит от особенностей механизма совершенною
преступления, может выполнять ее структура.

Структура следственной ситуации состоит из следующих элементов:

– информационного характера – объем доказательственной и ориентирующей
информации о событии преступления и участниках, их вид, количество,
устойчивость против внешних воздействий;

– процессуально-тактического характера – уровень или степень
доказанности уголовно-процессуальными средствами обстоятельств
происшедшего, перечисленных в законе; возможности избрания мер
пресечения, изоляции друг от друга проходящих по делу лиц, проведения
конкретных следственных и иных действий и т.д.;

– материального и организационно-технического характера -оснащенность
научно-техническими средствами и методиками, возможности
криминалистических и иных экспертных исследований, взаимодействие между
службами органов внутренних дел (их оперативность, мобильность,
слаженность и т.д.), степень загруженности субъектов доказывания и т.д.;

– психологического характера – личные качества участников процесса,
характер отношений между ними, общественная оценка преступления и т.д.

Каждый из перечисленных элементов может сыграть определенную роль в
изменении ситуации от неблагоприятной до благоприятной и наоборот. Они
возникают, существуют и изменяются в процессе расследования и в связи с
ним. Например, оценка конкретной следственной ситуации влияет на
организацию, планирование расследования по делу и в целом на
качественное изменение структуры данной ситуации. Безусловно,
следственным ситуациям присуще такое свойство, как динамичность.

Свойством динамичности прежде всего обладает реальная следственная
ситуация, так как на объекты судебного познания, носители
доказательственной и ориентирующей информации и иные элементы
объективной действительности постоянно воздействуют субъекты доказывания
путем проведения следственных, оперативно-розыскных и иных действий.
Вследствие этого механизм совершенного преступления более отчетливо
отражается в материалах уголовного дела. В результате получения
субъектом расследования новой информации о механизме расследуемого
преступления и других обстоятельствах, в том числе и субъективного
характера, складывается новая следственная ситуация.

На изменение реальной ситуации как в результате противодействия
расследованию, так и в результате других действий определенное влияние
оказывают поведенческие акты и действия других участников уголовного
процесса, в том числе и непричастных к расследованию лиц.

Анализ следственной ситуации и информации о механизме совершенного
преступления обусловливает принятие решений о направлении расследования,
планировании следственных, оперативно-розыскных и других мероприятий.

С учетом анализа юридической литературы по этим проблемам и результатов
исследования можно сделать некоторые частные выводы по вопросу
соотношения механизма преступления и следственной ситуация:

– оценка субъектом доказывания следственной ситуации, и в частности
степени информированности следствия о механизме совершенного
преступления, оказывает влияние на организацию и планирование всего
расследования по делу;

– на формирование конкретной следственной ситуации, как и на процессы
взаимодействия участников преступного события между собой и окружающей
средой (механизм преступления) влияют условия объективного и
субъективного характера, частично совпадающие;

– в процессе расследования преступления деятельность следователя всегда
направлена на изменение следственной ситуации в благоприятную сторону,
чему способствует созданная им модель механизма данного преступления
(которая постоянно уточняется);

– уточняющиеся данные о преступной деятельности субъекта, действиях и
поступках потерпевшего и других участников преступного события
(элементов механизма преступления) являются важными составляющими
элементами в структуре модели следственной ситуации;

– если следственная ситуация – это обстановка расследования в
определенный момент, то сведения о механизме преступления – составная
информационная часть этой обстановки;

– следственная ситуация – такая динамичная совокупность условий, которая
(по отношению к следователю) склонна к постоянному изменению, подчас
весьма существенному; механизм преступления -сложная система,
динамическая в период его формирования, но относительно устойчивая (по
отношению к следователю) в процессе расследования совершенного
преступления (модель которого может в этом процессе лишь уточняться или
корректироваться).

Таким образом, несмотря на внешнее сходство некоторых составляющих
компонентов, механизм преступления и следственная ситуация – различные
научные понятия, они не “пересекаются” и тем более не заменяют и не
поглощают друг друга. Это две самостоятельные научные категории, имеющие
право на существование, дальнейшую разработку и исследование.

Изучение закономерностей формирования механизма преступления и
следственной ситуации имеет практическое значение, так как на основе
познания этих закономерностей могут разрабатываться более эффективные
средства, приемы и методики деятельности правоохранительных органов по
раскрытию и расследованию преступлений, а также меры по нейтрализации
противодействия расследованию.

§ 4. Механизм преступления и механизм следообразования

Во время совершения преступления, до и после него, поскольку материя
обладает свойством отражения и всеобщей связи, взаимосвязи и
взаимообусловленности всего существующего, в реальной действительности
происходит необходимый, закономерный процесс возникновения
многочисленных и многообразных следов преступной деятельности виновного,
действий и поступков других – как прямых, так и косвенных -участников
преступного события и связей между ними.

А.Ф. Кони в одной из своих речей заметил, что “если бы пришлось судить
только тех убийц, которых застали с ножом над жертвою, только тех
отравителей, у которых в руках остатки только что данной ими кому-либо
отравы, то большая часть виновников подобных преступлений осталась бы
без законного возмездия” (15, с.418). Эти слова особенно актуальны в
наше время, когда преступники все более вуалируют свою преступную
деятельность, используют все более ухищренные приемы подготовки,
совершения я сокрытия преступного события. Это справедливо не только для
убийств, но и для хищений чужого имущества путем кражи, грабежа,
разбойного нападения, мошенничества и других преступлений. Если бы
механизм преступного события не отражался в следах, уголовному наказанию
подвергались бы лишь те преступники, которых захватили с поличным.

Однако справедливо также и то, что если бы в процессе возникновения
следов преступной деятельности субъекта я действий, поступков других
участников преступного события не было определенного порядка, если бы
при их возникновении не проявлялись закономерности, то выявление,
раскрытие преступления и установление объективной истины во уголовному
делу также оказалось бы делом весьма проблематичным.

В свое время Б.И. Шевченко ставил перед собой задачу “изучить основные
явления, способные вызвать образование следов, и факторы, воздействующие
на их формирование, а также выявить те закономерности, которым подчинено
как образование следов вообще, так и отображение в них внешнего строения
образующих их объектов” (16, с.5-6).

Современные задачи криминалистики – это осуществление комплексных
исследований, связанных с познанием закономерностей механизма
преступления и закономерностей, обусловивших возникновение следов
отображений преступной деятельности и других процессов, происходящих во
время его формирования. Все элементы механизма преступления, будучи
взаимосвязаны и отражаясь в окружающей среде, образуют многочисленные
следы преступления, содержащие информацию о нем и его участниках,
поэтому другой немаловажной задачей является изучение системы процессов
взаимодействия, обусловливающих возникновение этой криминалистически
значимой информации.

Носители криминалистически значимой информации о способах подготовки,
совершения и сокрытия преступления, о действиях других участников
преступного события и о самих участниках создают принципиальную
возможность а каждом конкретном случае, если компетентные лица закрепят
их в процессуальные формы, стать источниками судебных доказательств для
достижения объективной истины по уголовному делу в целом. Прячем такая
возможность открывается не в результате самого факта возникновения и
наличия изменений, следов-отображений на объектах взаимодействия, а
благодаря тому, что возникновение информации о самом преступлении и его
участниках подчинено строгим объективным закономерностям. В связи с этим
заслуживает большого внимания мысль Р.С. Белкина о том, что “процесс
возникновения доказательств, как и всякий процесс отражения, является
ситуационным, то есть зависит от условий, в которых он протекает, от
ситуации. Ситуационность процесса возникновения доказательств и
обуславливает то, что управляющие этим процессом закономерности
проявляются (что вообще присуще проявлению объективных закономерностей)
как тенденция” (17, с.12-14). Степень осуществления этой тенденции
зависит от конкретных условий, в которых под воздействием объективных и
субъективных факторов проистекает поэтапное формирование механизма
совершенного преступления.

Под механизмом следообразования в криминалистике понимается процесс
взаимодействия двух и более материальных или идеальных объектов в общей
системе преступления, завершающийся образованием следов – отображений
(или частиц}, содержащих криминалистики значимую информацию о преступном
событии и его участниках.

Элементами механизма следообразования являются:

– следообразующий объект (преступник, орудия преступления и т.д.);

– следовоспринимающий объект (потерпевший предметы обстановки и т.п.);

– формы или вид движения, развития, воздействия материальных объектов
друг на друга в результате которого прилагаются различные виды энергии
(механическая, тепловая и т.д.);

– следовый контакт ( т.е. непосредственное соприкосновение материальных
объектов);

– следы – отражения или частицы вещества.

Следствием поэтапно складывающегося механизма преступления как системы
процессов взаимодействия участников криминального события между собой и
с материальными объектами, оказавшимися в орбите преступления, являются
материальные и идеальные отображения (следы) в широком их понимании,
следы преступления.

Следы преступления – это прежде всего:

1. Результаты действий и контактов виновного. Приготавливает ли будущий
преступник по месту своей работы орудия или иные средства для совершения
или сокрытия преступления; изучает ли он маршрут движения будущей
жертвы, опрашивая об этом его знакомых; выслеживает ли он жертву,
проходя по маршруту его движения до места жительства или работы;
нападает с целью ограбления в темном месте парка на жертву без
какой-либо подготовки; взламывает ли он преграду для дальнейшего
проникновения в хранилище; перемещает ли виновный мебель или иные
предметы на месте преступления, отыскивая денежные или материальные
средства; унесет ли преступник, изъяв из тайника ценности или имущество,
либо случайно в ходе поиска ценностей, может изменится характер
жизнеспособности организма и даже наступить летальный исход – смерть
человека. Все это в целом зависит от характера и содержания механизма
совершенного преступления.

При механическом процессе взаимодействия следообразуюший (преступник,
орудие или средство преступления, предмет обстановки, потерпевший и др.)
и следовоспринимающий объекты; потерпевший, объекты преграды, иные
предметы окружающей материальной обстановки, сам преступник в момент
сопротивления жертвы и др.) под действием силы (причины) приводятся в
контакт, вследствие чего обмениваются энергией и субстанцией (частицами)
материала объектов. Чем больше сила взаимодействия и плотнее
соприкосновение поверхности объектов, тем больше обычно признаков и
свойств отражают они друг на друге. Следы при этом взаимодействии
образуются вследствие деформационных изменений объектов.

По мнению Н.Д. Кучерова, для возникновения следа-отображения необходимо
наличие ряда условий:

а) энергия отображаемого не должна быть ниже предела, способного вызвать
изменения в состоянии отображающего;

б) отношения между свойствами взаимодействующих объектов должны быть
такими, чтобы один из них был способен воспринимать воздействие другого;

в) взаимодействие должно обеспечивать возникновение отображения (18,
с.27.28).

Рассмотрим некоторые примеры механического процесса взаимодействия:

а) когда преступник ступает на снег (влажный грунт), то и счет
спрессовывания снежинок (микрочастиц грунта) образуется объемный след
обуви виновного;

б) при совершении разбойного нападения в случае применения
огнестрельного оружия преступником, когда следообразующий объект-пуля
проникает или внедряется в следовоспринимающий объект (жертву,
деревянную преграду), в результате разрушения поверхности объекта
образуется отверстие-пробоина;

в) для изготовления тайника или средств совершения преступления на
подготовительном этапе квартирной кражи преступник, используя столярный
инструмент, осуществляет разруб, разрез или распил следовосприннмаюшего
объекта, при этом последний расчленяется на части и перестает
существовать как целое, а на его поверхности образуется в месте контакта
с инструментом след скольжения, разруба, разреза и т.п.;

г) преступник, чтобы проникнуть в хранилище, слесарным инструментом
убирает, отводит запирающий элемент замка, в результате чего на преграде
и замке инструмент оставляет объемный след; следовос-принимающий объект
теряет какую-то свою часть (стружка, щепа, опилки), но продолжает
существовать как целое;

д.) совершая угон автомашины, преступник, чтобы быстро ее сбыть,
перебивает номера двигателя и рамы, в результате такого взаимодействия
образуются невидимые следы (за счет глубинной деформации структуры
следовоспринимающего объекта) и т.д.

Под физическим процессом взаимодействия понимается термическое,
электромагнитное, лучевое и иное подобное воздействие и его результаты,
которые связаны с молекулярными процессами, происходящими в материальных
телах. Процессы, происходящие в результате таких действий, как поджоги,
убийство с использованием электрического тока, проникновение в сейф при
помощи газо- или электросварки, сопровождаются тепловыми,
электрическими, магнитными внутримолекулярными и внутриатомными
изменениями в твердых, жидких и газообразных объектах. Например, в
результате короткого замыкания на концах проводов, когда они
разрушаются, или в результате сварки в местах контакта образуются следы
оплавления и окисления металла. При ударе или в результате трения шерсти
о металл (пластмассу), при многоразовом соприкосновении обуви с
поверхностью паласа (ковровой дорожки) на поверхности
следовоспринимающего объекта образуются в Местах контакта электрические
заряды, которые обнаруживаюгся при помощи специально разработанного
порошка и дают возможность определить, например, направление движения
следообраэующего объекта.

Здесь надо отметить, что исследование технологии образования изменений
на молекулярном уровне, выявление и изучение его физических, химических,
механических и других закономерностей, на наш взгляд, относятся к
компетенции теоретической механики, химии, биологии и других
естественнонаучных отраслей знания. Основная задача криминалистики
состоит в определении видов и характера следов преступления, их
локализации, причин возникновения или отсутствия, распространенности и
мест сосредоточения определенных видов следов, их повторяемости и
обусловленности механизмами различных видов (групп) преступлений, а
также механизма следообразования на определенном уровне.

Наиболее сложным с точки зрения производства судебных исследований
являются химические и биологические процессы взаимодействия. Так,
химические процессы взаимодействия протекают на молекулярном либо
атомном уровнях. В результате соответствующих процессов наряду с
поглощением либо выделением энергии происходит превращение одного либо
нескольких веществ в другое. Судебное исследование следов химического
процесса позволяет установить взаимодействующие объекты. Так, по
химическому составу можно определить исходный продукт отравления жертвы,
травления документов, состава бумаги, из которой были изготовлены
фальшивые деньги, и т.д.

Биологические процессы взаимодействия объектов протекают в живых
организмах. В результате соответствующих процессов происходит
взаимодействие живого организма либо с растениями, либо с неорганическим
объектом или наоборот. Судебные исследования такого рода последствий
могут определить сроки гниения трупа или животных, старения предметов
или капель крови, но требуют участия специалистов в соответствующих
областях знаний.

Сущность этих процессов взаимодействия объектов, характеризуя
прилагаемую к ним энергию и способ ее приложения, отражается в следовых
контактах, которые всегда обоюдны, так как являются результатом самого
процесса взаимодействия, но в рамках идентификационного поля.

Следовый контакт (непосредственное соприкосновение объектов) можно
классифицировать по различным параметрам (например, по виду прилагаемой
энергии по способу ее приложения и т.д.). Он, в частности, может быть:

а) по виду прилагаемой энергии: активным – когда энергия исходит из
самих следообразующих объектов (например, след отжима металлическим
ломиком замка в дверной раме, след удара обухом топора по поверхности
автомашины, след разруба ножом на глине и т.д.), и пассивным – когда
энергия находится вне объекта (например, микрочастицы пыли оседают по
периферии следообразуюшего объекта);

б) по способу приложения энергии: непосредственным – когда объекты
непосредственно в процессе взаимодействия соприкасаются между собой
(например, ладонная поверхность руки располагается на гладкой
поверхности стола), и опосредованным – когда отсутствует
непосредственное соприкосновение объектов (например, след выгорания
бумаги под воздействием солнца по периферии следообразуюшего объекта,
когда он находится на определенном расстоянии от следовоспринимаюшего
объекта);

в) но количеству соприкоснувшихся объектов: поверхностным -когда след
возникает на одном следовоспринимающем объекте (например, след пальцев
руки на рукоятке пистолета), и объемным – когда следы возникают на
нескольких следовоспрннимающих объектах одновременно (например, след
Протектора автомашины на одежде и теле потерпевшего, образованный в
результате наезда на пешехода).

Взаимодействие материальных объектов “ это внешняя форма проявления
одного или нескольких видов процессов (движений). Так, механический
процесс (движение) выражается в деформации почвы или предметов при
образовании объемного следа обуви человека, покрышки (колеса)
транспортного средства, орудия взлома или в переносе вещества одного
объекта на другой и т.п. В процессе взаимодействия происходит передача
(обмен) энергии или перенос определенных веществ, частиц или
микрообъектов на поверхность другого объекта, необходимых для
следообразования, например, перенос потожирового вещества с ладонной
поверхности руки человека на поверхность стола в процессе перемещения
преступником мебели по квартире. В этом случае в основе следообразования
лежит один вид движения – механический, поэтому, на наш взгляд, подобное
взаимодействие можно считать простым.

Другое взаимодействие может считаться сложным – когда в следообразовании
участвуют несколько видов процессов (движений). Так, след голоса или
других звуков на магнитофонной ленте или видеокассете образуется за счет
механического и физического движений, а изображения отдельных фрагментов
на фотографин – в результате химического, физического и механического
движений (процессов). Безусловно, что такое расчленение условно, но оно
позволяет понять механизм следообразования и находить конечные и
промежуточные следы-отображения.

Помимо механических, физических и химических процессов (движений)
необходимо с научной и практической точки зрения уделить внимание
описанию психического процесса взаимодействия между участниками
преступного события. Так, в ходе совершения преступления между
участниками возникает сложная форма взаимосвязи – психологические
процессы взаимодействия, например, угроза убийством при разбойном
нападении, психическое насилие при грабеже, создание психологического
контакта при мошенничестве, восприятие свидетелем-очевидцем события
преступления.

Взаимодействие объектов приводит к появлению результатов -это бывает
чаще всего в виде изменения контактирующих объектов (они меняют свою
форму, место в пространстве и т.д.). Результат, в свою очередь (при
совершении определенных групп преступлений), может обнаружиться и
впоследствии, когда взаимодействие проявляет себя через относительно
длительное время после его завершения.

Результат действия механизма преступления – совокупность механических,
химических, биологических, психических и иных процессов, приводящих к
отражению преступления в материальной обстановке и в сознании людей, где
следы-отображения являются источниками криминалистически значимой
информации. В данном аспекте следы-отображения (и частицы веществ) можно
классифицировать на:

а) следы, отображающие сведения об участниках (как прямых, так и
косвенных) преступного события, их социалью-демографические,
анатомо-физиологические и психологические характеристики;

б)) следы, отображающие сведения об отдельных действиях, условиях их
выполнения и совокупности средств выполнения действий, признаках орудий,
средств и инструментов, с помощью которых совершено преступление;

в) следы, отображающие взаимосвязи участников преступления с иными
субъектами, не являющимися участниками преступного события.

Особенности механизма совершенного преступления приводят к появлению
особенностей и в системе следов-отображений. Знание закономерностей
возникновения следов, зависимостей между ними позволяет реконструировать
форму, свойства, проявления взаимодействующих объектов, сам процесс
взаимодействия и сформировать модель механизма совершенного
преступления, а на ее основе – определить программу дальнейшего
расследования.

Следы процессов взаимодействия остаются всегда и сохраняются
определенный период времени. Обнаружив и исследовав их, следователь уже
в начале расследования уголовного дела на основе заключенной в следах и
в последующем расшифрованной информации о самом преступлении и его
участниках может построить модель механизма совершенного преступления и
по ней выдвинуть версии, а затем, отрабатывая их производить поиск
преступника, похищенного имущества, а также поиск потерпевшего или
свидетеля-очевидца. В процессе расследования, обнаруживая новые
последствия преступления, он, дополнительно исследовав их, может
установить обстоятельства совершения преступления и в целом механизм
исследуемого преступного события.

Чтобы получить информацию о расследуемом событии, следователь прежде
всего выявляет изменения в обстановке места происшествия, которые
объективно отражают действия преступника и других участников преступного
события (как прямых, так и косвенных), направленные на достижение
преступной цели или противодействие этому. Известно, что действия
преступника, потерпевшего и других участников преступного события
нарушают связи между предметами обстановки места происшествия, в которой
происходят различные изменения, содержащие информацию о самом
расследуемом событии и его участниках. Задача следователя – обнаружить,
зафиксировать и изъять следы-отражения, связанные с преступлением, а уже
затем, предварительно с помощью эксперта-криминалиста или других
специалистов исследовав и оценив их, смоделировать механизм совершенного
преступления и использовать эту модель для поиска еще необнаруженных
следов и других источников доказательств.

Из изложенного можно сделать вывод о том, что механизм преступления есть
системе различных процессов взаимодействия людей и предметов
материального мира, вследствие которых образуются следы* отражения.
Следы (в широком их понимании), как источники криминалистически значимой
информации, позволяют устанавливать механизм совершенного преступления,
расшифровывать процессы взаимодействуя, решать при этом многие
идентификационные и диагностические задачи расследования.

Особенности механизма совершенного преступления приводят к появлению
особенностей и в системе следов-отображений. Знание закономерностей
возникновения следов, зависимости между ними позволяет реконструировать
форму, свойства, проявления взаимодействующих объектов, сам процесс
взаимодействия и сформировать модель механизма совершенного
преступления, а на этой основе определить программу дальнейшего
расследования.

ЛИТЕРАТУРА

1. Белкин Р.С. Общая теория советской криминалистики. – Саратов,1986.

2. Мание Г.Ю. Криминалистика как прикладная дисциплина и предмет
преподавания // Труды профессоров и преподавателей Иркутского гос.
ун-та. – Иркутск. 1921. Вып.2.

3. Гросс Г. Руководство для судебных следователей как система
криминалистики. -Грац , 1882. /Пер. с нем. – Смоленск, 1895-1896.

4. Образцов В.А. Проблемы раскрытия преступлений против здоровья
населения, связанных с пищевыми отравлениям”: Антореф. канд. дис. М..
1976.

5. Драпкин Л.Я. Предмет доказывания и криминалистические характеристики
преступлений // Криминалистические характеристики а ” методике
расследования преступлений. – Свердловск, 1978. Вып.69.

6. Лузгин И.М. Некоторые аспекты криминалистической характеристики н
место в “ей данных о сокрытии преступлений // Криминалистическая
характеристика преступлений. – М., 1984.

7. Селиванов Н.А. Криминалистическая характеристика преступлений и
следственные ситуации в методике расследования // Социалистическая
законность. – М., 1977.

8. Видонов Л.Г. Криминалистическая характеристика убийств без очевидцев.
– Горький,1978.

9. Уткин М.С, Криминалистическая характеристика хищений // Актуальные
проблемы кримннализации и декриминялизации общественно опасных действий.
– Омск, 1980.

10. Крылов И.Ф. Криминалистическая характеристика и ее место в системе
науки криминалистики и в вузовской программе // Криминалистическая
характеристика преступлений. – М., 1984.

11. Белкин Р.С., Быховский И.Е., Дулов А.В. Модное увлечение или новое
слово в науке // Социалистическая законность. М., 1987.

12. Танасевич В.Г., Образцов С.А. О криминалистической характеристике
преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1976. Вып.25.

13. Кустов А.М. Методика расследования хищений имущества и денежных
средств в гражданской авиации при выполнении авиационных работ. –
Ставрополь,1994.

14. Кустов А.М. Механизм преступления. Лекция, – Ставрополь, 1995.

15. Кони А.Ф. Судебные речи 1868-1888. – СПб., 1897.

16. Шевченко Б.И. Теоретические основы трасологической идентификации в
криминалистике. – М., 1975; он же – “Научные основы современной
трассологии. – М., 1947”.

17. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы
советской криминалистики. – М., 1970.

18. Эксархопуло АЛ. Основы криминалистической творим. – СПб., 1992.

19. Криминалистика: Учебник для вузов МВД СССР. – М.. 1987.

20. Криминалистика. История, общая н частные теории. – М., 1995. Т.1.

21. Кустов Г.А. Понятие и виды криминалистической характеристики
преступлений // Криминалистическая характеристика преступлений. –
М.,1984.

22. Криминалистическая методика. – Тверь, 1992.

23. большой энциклопедический словарь. – М., 1991.

24. Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. Общая теория советской
криминалистики. – М., 1977. Т.1.

25. Волчецкая Т.С. Ситуационное моделирование в расследовании
преступлений. – М., 1991.

26. Грановский ГЛ. Основы трасологии. Часть Общая. – М., 1965; Часть
Особенная. – М., 1974.

27. Крылов И.Ф. Криминалистическое учение о следах. Л., 1976.

Глава 3. Преступная деятельность в механизме преступления

Преступная деятельность в механизме преступления является основным
звеном в цепи взаимосвязанных и взаимообусловленных действий и движений
участников преступного события как предшествовавших преступлению, так и
последовавших за ним, связанных как с подготовкой и совершением
преступления, так и сокрытием его следов.

Криминалистикой изучается более длительный отрезок деятельности
виновного по подготовке, совершению и сокрытию преступления, чем это
необходимо для уголовно-правовой оценки, поскольку ее интересуют истоки
зарождения противоправных замыслов, действия по подготовке орудий и
средств совершения преступления, а также по изучению преступником
будущей жертвы и свойств предмета посягательства, которые, как известно,
длительное время находятся в достаточно скрытом от окружающих и
правоохранительных органов состоянии. Например, деятельность следователя
по раскрытию и расследованию грабежа или разбойного нападения,
совершенного группой, не заканчивается установлением факта
непосредственного нападения на потерпевшего, а охватывает весь период
существования преступной группы с момента ее зарождения до прекращения
существования. Криминалистов при изучении такого рода преступлений
интересует, как подыскивались орудия преступления и соучастники, как
планировались уничтожение следов преступного события и сокрытие
похищенного имущества, какими приемами и методами можно “вычислить”
временные характеристики преступной деятельности виновного, действий
потерпевшего и других случайных участников преступного события.

С методологических позиций содержание главной схемы научного
криминалистического объяснения преступной деятельности может быть
рассмотрено как система, обладающая сложным уровневым строением. Эта
система в ходе своего возникновения, функционирования и развития
вовлекает в себя самые разнообразные объекты, изменяет их состояния, и
тем самым запечатляет (первично отражает) в этих измененных состояниях
свои стороны, то есть характеристики различных уровней, своей
организации. Если природа этих отражений такова, что в них запечатляются
структуры воздействующих объектов (орудий преступления, предметов и
вещей, процессов, частей тела человека, его знаний, умений, навыков,
движений и т.д.), то они могут быть вторично отражены познающим
субъектом уголовного процесса (оперативным работником, экспертом,
прокурором, следователем и др.), упорядочены в систему” и таким образом
создается возможность восстановления, реконструкции преступного события
в соответствующей модели (например, см.1, с.381-384).

Преступная деятельность является системой, так как состоит из
взаимосвязанных и взаимообусловленных подсистем и элементов. Эта системе
является динамической, ибо всегда представляет собой сложный процесс
взаимодействия, т.е. постепенное, поэтапное’, изменение ее состояния,
переход из одного состояния в другое.

В содержание преступной деятельности обычно включают действия” операции
и движения как основные ее составляющие, объединении* одной общей
направленностью на достижение определенного результата (6, с.16). Здесь
надо отметить, что действием называют часть деятельности, имеющую вполне
самостоятельную, осознанную человеком цель, а операцией именуют способ
осуществления действия. Сколько есть различных способов выполнения
действия, столько можно выделить различных операций. Характер же
операций зависит от условий выполнения действия, от имеющихся у человека
умений и навыков, от наличия инструментов и средств осуществления
действия.

Из этого можно сделать вывод о том, что преступная деятельность включает
следующие детерминирующие подсистемы:

– свойства н качества преступника (субъект деятельности);

– способ совершения преступления – связи в деятельности, причем связи
представляют собой разнообразные сочетания взаимоотношений и
взаимодействий, которые в разные периоды времени предшествуют друг
другу, сменяют друг друга или сосуществуют и сочетаются друг с другом.
Это свойство деятельности объединяет субъект, объект, орудия и средства
в единую целостную систему;

– средства совершения преступления (средства деятельности);

– предмет преступного посягательства (объект деятельности);

– преступный конечный результат (цель деятельности).

Надо отметить, что практическая значимость криминалистического аспекта
преступной деятельности виновного видится еще и в использовании при
расследовании данных о тех элементах поведения субъекта, которые хотя и
не носят собственно преступного характера, но связаны с совершением
преступления. Поэтому можно сказать, что преступная деятельность – это
совокупность преступных и непреступных действий, операций и движений,
связанных между собой единым криминалистически значимым временным
отрезком, включающим несколько стадий.

Стадии, из которых складывается преступная деятельность, подготовка,
непосредственное совершение преступления и сокрытие его последствий.
Каждой из них соответствуют определенные поведенческие акты виновного,
которые образуют действия. Сочетание действий, поведенческих актов и
используемых средств представляет собой способ выполнения действий.

На наш взгляд, принимая во внимание все аспекты преступной деятельности
субъекта, наиболее верную, научно и практически значимую
криминалистическую классификацию разновидностей преступной деятельности,
отражающую реалии криминальной практики, зал В.И. Куликов. Он выделил:

а) персонально элементарную преступную деятельность;

б) персонально профессиональную преступную деятельность;

в) групповую элементарную преступную деятельность;

г) групповую профессиональную преступную деятельность,

д) элементарно-организованную преступную деятельность;

е) организованную профессиональную преступную деятельность.

Такой подход дает возможность по-новому взглянуть на современную
преступность, сузить исследуемые группы преступлений к преступников до
объемов, поддающихся эффективному исследованию, максимально учитывать
все криминальные особенности при выработке криминалистических
рекомендаций (9. с.53).

§ 1. Личность преступника в механизме преступлении

Криминалистическое изучение личности преступника представляет собой один
из частных случаев изучения человека и различных аспектов его
деятельности. Человек в данном случае рассматривается как особый
социальный тип личности – носитель существенных и относительно
устойчивых свойств и качеств, закономерно сформировавшихся под
воздействием различных обстоятельств социальной среды.

Уголовный и уголовно-процессуальный закон не использует термин
“человек”, а оперирует лишь термином “личность”, поэтому ранее и в
дальнейшем мы употребляем данный термин, включая в него и свойства
человека как индивида, и свойства, присущие личности.

Личность преступника, как и других участников преступного события, – это
единое целостное явление, все стороны которого взаимосвязаны и
взаимообусловлены. Ему присуща совокупность физических, биологических и
социальных свойств, информация о которых отображается в процессе его
деятельности в виде материальных и идеальных следов. Весьма
затруднительно выделить информацию, имеющую чисто криминалистическое
значение, хотя в научном плане правомерно ставить вопросы о
криминалистически значимых свойствах и качествах личности как
преступника, так и других участников преступления, о криминалистическом
аспекте в изучении личности обвиняемого, потерпевшего и других.

Из всего множества свойств и качеств личности преступника интерес
криминалистики, на наш взгляд, вызывают лишь те из них, которые
участвуют в процессе детерминации механизма преступления, обусловливают
особенности его отражательных возможностей и процесса следообразования и
вместе с тем испытывают на себе и запечатлевают воздействия других лиц,
предметов и процессов, взаимодействующих с ними.

Преступная деятельность виновного представляет собой процесс
взаимодействия указанного лица с окружающей средой и с другими
участниками преступного события, порождающий изменения соответственно в
окружающей среде и на участниках, органическое единство всех этапов этой
деятельности на стадии, предшествующей преступлению, в условиях
непосредственного совершения преступления и после него.

Всякая преступная деятельность включает детерминирующую подсистему –
свойства и качества преступника, которые участвуют в управлении этой
деятельностью и включены в ее регуляцию. К ним относятся: поза, походка
мимика, артикуляция, жестикуляция, знания, умения, навыки, привычки,
установки, темперамент и другие свойства личности субъекта. В
криминалистике принято их классифицировать на биологические,
психологические группы свойств и особую группу (2, с ,7; 3, c, 6).

Свойства личности не располагаются в одной плоскости, а образуют сложную
иерархическую структуру, где одни из них являются фундаментом для
развития других, последние в той или иной степени оказывают влияние на
развитие нижележащих структур. В этой связи заслуживает внимания
высказывание К.К. Платонова. Он отметил, что структура личности состоит
из социально обусловленных свойств (направленность, мораль) и
биологических (темперамент, инстинкты, потребности); опыта (объем и
качество знания, навыков, умений, привычек); индивидуальности
психических процессов, которые образуют иерархическую
динамико-функциональную структуру внешнего облика человека (в ней высшим
уровнем являются социальные свойства, выражающие личность и
представляющие иные свойства) (4, с, 25).

Вышеозначенные свойства образуют основную группу функциональных
(динамических) признаков внешности человек” и детерминируют способ
выполнения определенных действий и операций виновною. Например,
особенности ухода с места происшествия, способы держать и тушить
сигарету, знакомиться с идущей жертвой, сокрытия похищенного имущества и
орудий преступления и т.д. внешние проявления этих свойств личности
обычно находят свое выражение в действиях, манере держаться, в состоянии
внешности человека и т.д. Проявления свойств личности дает возможность
соответственно классифицировать преступников на энергичных и апатичных,
аккуратных н неряшливых, спокойных и суетливых, педантичных и
разболтанных, замкнутых и общительных и т.д.

Наибольшей наглядностью обладают биологические свойства личности
виновного, выражающиеся в привычных положениях, движениях ходьбы или
рук, речевого общения и т.п. К ним относятся: привычная поза, походка,
мимика, артикуляция, жестикуляция, манера. Они определяются положением,
взаимоположением и движениями частей тела и обладают относительной
устойчивостью, индивидуальностью, рефлекторностью.

Описание данных свойств личности преступника позволит следователю
наиболее полно и наглядно представить внешний облик человека и характер
его действий. Значительно увеличивается ценность данных свойств а
случаях существенного изменения внешности преступником при совершении
разбойного нападения на жертву, когда им используются для изменения
внешности парики, накладные усы и бакенбирды или перед совершением
преступления на голову натягиваются, например, колготки.

Сложность восприятия, запоминания и воспроизведения этих свойств
личности преступника приводит на практике к ограниченному их
использованию, хотя для моделирования механизма совершенного
преступления это очень важно.

На содержание деятельности и характер ее проявлений свой “отпечаток”
накладывает такая особая группа свойств личности, как зияния, умения,
навыки, привычки и др.

В криминалистическом плане важно указать на совокупность знаний у
виновного об определенных сторонах той или иной деятельности, без
которой данная, конкретная преступная деятельность невозможна:

– знания о фактах некоторой области деятельности, в которую вторгается
преступник. Например, не зная сведений о процессе изготовления и
свойствах бумаги, нельзя добиться высокого качества подделки документов
или денежных купюр;

– знания о средствах выражения (языка и тайных сигналов). Например,
знание “воровского” языка или жаргона, языка определенного социального
слоя населения, тайнописи и других тайных “воровских” сигналов и т.д.;

– знания методик производственной деятельности на предприятии или в
учреждении. Например, технологических процессов, методики завышения или
занижения производства выходной продукции или расхода сырья;

– знания методик отдельных преступных действий или операций;

– знания о физических способностях будущей жертвы и методах деятельности
правоохранительных органов. Например, возможные приемы, которыми
воспользуется при сопротивлении потерпевший, или возможные действия
жертвы после совершение преступления, методы обнаружения и исследования
следов преступления, имеющиеся на вооружении у эксперта-криминалиста
т.д.;

– понимание содержания, путей и методов решения задач преступной
деятельности.

Умение – это свойства субъекта, позволяющие ему что-либо делать с
высоким качеством, т.е. внешнее выражение качеств преступника. Умения
обычно включают в себя автоматически выполняемые части, называемые
навыками, но в целом представляют собой сознательно контролируемые части
деятельности, по крайней мере, в основных промежуточных пунктах и
конечной цели.

Из специальных умений для внешнего выражения качества человека могут
иметь значение признаки, характеризующие степень овладения этими
умениями, и выработанные, ставшие привычными движения при осуществлении
определенных действий по подготовке, совершению или сокрытию преступного
события. Особенно наглядны признаки умений ручного труда при
изготовлении орудий и средств совершения преступления, спортивных
умений, например владение приемами рукопашного боя, самбо, каратэ,и др.

Внешние признаки специальных навыков могут проявляться лишь при
осуществлении определенных действий, ведь навыки – это полностью
автоматизированные, инстинктоподобные компоненты умений, реализуемые на
уровне бессознательного контроля. При автоматизации действия и движения
превращаются в навыки, а сливаясь в единый, целостно протекающий акт – в
умение, при этом лишние, ненужные движения исчезают, я количество
ошибочных резко падает. Особенно наглядны признаки владения
инструментами, механизмами и аппаратурой, а также использования
различных предметов – отмычек, игральных карт, трости и др.

Владение навыками может быть плохим, средним, хорошим и рассматривать
его надо с позиции определенной профессии, при необходимости используя
знания специалиста или специальную литературу.

В результате координации навыков, их объединения в системы с помощью
действий, которые находятся поя сознательным контролем, образуются
умения. Через регуляцию таких действий осуществляется оптимальное
управление умениями. Оно состоит в том, чтобы обеспечить безошибочность
и гибкость выполнения действия или движения.

Действия, совершаемые человеком в связи с удовлетворением каких-либо
потребностей (включая и бытовые.) автоматически, называю г привычками.
Привычка – это свойство субъекта, позволяющее ему выполнить действия или
движения механически, не имея при этом сознательной цели или явно
выраженного продуктивного завершения. Привычка может в определенной
степени сознательно контролироваться.

Сформировавшийся у определенного лица стереотип привычных движений
является, как правило, устойчивым идентификационным комплексом,
позволяющим решать не только вопросы отождествления человека, но
диагностические задачи.

Преступная деятельность во многом обусловлена особенностями
психологических свойств личности преступника (тип нервной системы,
темперамент и т.д.). Они накладывают свой особый “отпечаток” на действия
и поступки виновного, на внешний облик, манеру держать себя Или
одеваться и т.д. Тем не менее, как свидетельствует практика,
теоретические исследования психологических особенностей виновного не
совсем полно освещают картину преступной деятельности. Так, например,
выбор способа непосредственного совершения преступления нередко
осуществляется не только с учетом психологических свойств преступника,
но и его психической специфики.

Совершение определенного действия субъектом обусловливается как внешней
ситуацией, так и установками субъекта, одна из которых на уровне
сознания превращается в умысел. Эти установки аккумулируют прошлый
жизненный опыт субъекта, являются результатом его воспитания, влияния
семьи, определенной социальной группы или ее лидера и т.п. В большинстве
случаев катализатором, активизирующим преступную установку, является
алкоголь, который усиливает проявление агрессии и “утяжеляет” ее.
Агрессивные действия в основном проявляются в угрозах, нанесении побоев,
избиении жертвы, оскорблениях и драках. Соответствующим лицам, как
правило, была присуща жестокость, ранее проявлявшаяся в обращении с
животными, детьми, престарелыми женщинами и мужчинами.

Как показали наши исследования, на характер действий преступника влияет
его нервное напряжение. Эмоции, т.е. переживания человеком своего
личного .отношения к реальной действительности, выражаются у преступника
в виде ярости или страха. Особенностями эмоций является их
непосредственная связь с потребностями. Пока потребность человека не
удовлетворена, преступник не может быть удовлетворенным свой
деятельностью, а это в свою очередь приводит к изменению характера
действий. Высшим эмоциональным переживанием, протекающем с большой,
резко выраженной интенсивностью, является аффект. Он захватывает
личность преступника целиком, его ум, чувства и волю. В этой ситуации он
может совершать различные порой необдуманные действия.

§ 2. Способ совершения преступления в механизме преступления

В системе “преступная деятельность” основной подсистемой является способ
совершения преступления. Сведения о способе совершения преступления
содержат большой объем криминалистически значимой информации о
преступном событии и его участниках, позволяющей сориентироваться в сути
происшедшего и наметить оптимальные методы раскрытия и расследования
совершенного преступления, так как выявление способа совершения
преступления позволяет следователю сформировать модель механизма
преступного события, легче и быстрее изобличить преступника” разыскать
похищенное имущество, выяснить все иные существенные для расследования
уголовного дела обстоятельства. Это объясняется тем, что способ
совершения преступления не может избираться преступником произвольно. Он
детерминирован обстановкой, где планируется совершение преступления,
непосредственным предметом (объектом) посягательства, используемыми
виновным орудиями и средствами, привлеченными к участию в преступном
событии лицами, без которых совершение преступных действий невозможно
либо затруднительно, и свойствами личности самого преступника.

В юридической литературе существуют различные определения способа и его
содержания (5, с.183-192; б, с.6-16; 7, с.6-21). Наиболее четкой в этом
плане является концепция Г.Г. Зуйкова, который криминалистическое
понятие способа совершения преступления определил как “систему
взаимообусловленных подвижно детерминированных действий, направленных на
подготовку, совершение и сокрытие преступления, связанных с
использованием соответствующих орудий и средств, а также времени, места
и других способствующих обстоятельств, объективной обстановки совершения
преступления” (б, с.15,16).

Преступная деятельность (в классическом виде), как известно, включает в
себя следующие стадии:

– действия виновных по подготовке преступления;

– действия виновных по непосредственному совершению преступления –
реализация преступного замысла;

– действия виновных по сокрытию последствий преступления.

Не вызывает сомнения взаимосвязь способа совершения и способа сокрытия
преступления, проявляющаяся в том, что сокрытие является составной
частью способа совершения преступления. При этом нужно отметить, что
действия по сокрытию могут носить самостоятельный характер и не входить
в структуру способа преступления. Например, действия по сокрытию следов
квартирной кражи, выполненные не преступником, а иными лицами – без
предварительной договоренности с ними. Такие действия выходят за рамки
способа преступления. Они могут иметь место после реализации способа
преступления, включающего в себя и приемы сокрытия, если ранее принятые
меры по сокрытию оказались неэффективными и возникла угроза
разоблачения.

При совершении преступлений против чужой собственности подготовительные
действия как по изучению личности будущей жертвы, его жилища и предмета
посягательства, так и по подготовке средств маскировки внешности
соучастников и своей подчинены главной для виновного цели и достижению
преступного результата. Эти действия обычно предшествуют изъятию из
квартиры потерпевшего, например, ценностей, вещей, денежных средств,
ценных бумаг, изделий из меха и т.д. Здесь приемы сокрытия входят в
комплексное понятие “способ совершения преступления” как обязательный
элемент. В то же время действия по сокрытию преступления могут выходить
за рамки способа совершения преступления, например, при уничтожении
последствий разбойного нападения одним из участников на следующий после
совершения преступления день.

Совершаемые преступником или его соучастником различные операции могут
относиться к приготовлению, совершению или сокрытию преступления и
преследовать как общие, так и частные цели. Они, как правило, не
отделены четкими границами друг от друга, но, например, выполнение
подготовительных действий является признаком предумышленного
преступления, особенно если они отстают по времени от собственно события
преступления, носят сложный характер, подробно разработаны и
замаскированы. Так, подготовка к разбойному нападению, как и к другим
преступлениям против собственности, нередко связана с комплексом
действий по изучению места и других условий обстановки, где планируется
непосредственное совершение преступления (17,8% случаев). При этом
заранее определяются место укрытия (3,3% случаев) и пути сбыта
похищенного имущества (9,6% случаев), а также достигается
предварительная договоренность с будущим приобретателем похищенных
ценностей (8,5% случаев). В этом заключается отличие предумышленного
преступления от ситуационного, которое совершается по внезапно
возникшему умыслу.

Однако надо отличать ситуационность от случаев, когда в подготовку
входит поиск благоприятной обстановки для разбойного нападения на жертву
или совершения грабежа. С этой целью преступник может, например, ходить
по неосвещенным переулкам города, караулить жертву а выбранном для этого
месте, посещать пивные бары или всевозможные питейные заведения и др.

В случаях, когда для совершения того или иного преступления против
собственности используются всевозможные документы (как показали наши
исследования, такие случаи встречаются крайне редко), то, как правило, в
них вносятся ложные сведения или они полностью подделываются виновным
(0,1% случаев), в 7,6% случаев преступник знакомится с будущей жертвой
сам или через наводчика. Цель сближения с жертвой, вступления с нею в
психологический контакт – создание ситуации, удобной для совершения
непосредственно преступных действий, либо использование уже имеющейся.
фор43 вступления в психологический контакт зависит от свойств и качеств
виновного. Преступником или его соучастниками при этом изучается, а
затем учитывается свойства и качества жертвы физическое развитие,
коммуникативность, возраст и т.п.). Сбор и анализ необходимых сведений
преступником или его соучастниками производятся путем личного
наблюдения, опроса знающих будущего потерпевшего лиц, а иногда и
знакомства с будущей жертвой.

Действия по сокрытию могут совпадать по времени с подготовкой к нему
когда преступник заранее, еще до изъятия у жертвы ценностей применяются
приемы сокрытия, но могут быть и отделены от изъятия onpeделенным
периодом времени. Так, в 6,2% случаев преступником готовятся средства
сокрытия Своей внешности и запаха (очки, маски, вещества, нейтрализующие
запах перчатки), в 3% случаев видоизменялись участки тела виновного,
участки тела в 2,8% и на стадии подготовки к совершения преступления
преступником или его помощниками осуществлялась подготовка к
инсценировке места, происшествия (имитировались материальные следы
действия, подделывались предметы будущего посягательства и т.н.).

На стадии подготовки к преступлению преступник и его соучастники в 7,6%
случаев готовили алиби, “своих” свидетелей и т.д. Поэтому анализ этих
подготовительных действий позволит конкретизировать научно-методические
рекомендации по раскрытию и расследованию преступлений.

Осуществлению приготовительных к преступлению действий обычно
предшествует принятие преступником решения о его совершении. На этой
стадии преступник определяет, что можно похитить (личное имущество,
денежные средства, изделия из драгоценных металлов или инное), планирует
и нередка осуществляет действия по сокрытия следов будущего
преступления, а также решает другие частные задачи.

На стадии подготовки устанавливаются достаточно длительные по времени
контакты с соучастниками для планирования преступления, распределения
ролей и других мероприятий (23% случаев) и будущими приобретателями
похищенного 8,5% случаев). Будущая преступная деятельность на этом этапе
определяется целью и предметом преступного посягательства, а также
составом преступной группы и ролью каждого ее члена.

При организации преступной группы согласуются конкретные действия
каждого участника будущего преступления (23% случаев), устанавливается
определенный контакт с неосведомленными в замыслах преступников лицами
для возможного их использования в преступлении.

Затем следует стадия непосредственного совершения преступления –
реализации преступного умысла, изъятия различными приемами ценностей.
Эта стадия наиболее “насыщена” преступными действиями по проникновению в
жилище или иное хранилище, отысканию искомого предмета и его изъятию,
уходу с места происшествия и выносу похищенного в целях последующего
распоряжения им.

При совершении разбойного нападения или грабежа и изъятия ценностей в
10% случаев жертва оказывала сопротивление преступнику. Подавление
сопротивления жертвы виновным осуществлялось различными средствами и
приемами. К ним относятся средства и приемы психологического характера:
угрозы, демонстрация оружия или предмета, его заменяющего, имитирующего,
демонстрация своей физической силы, использование особенностей места и
обстановки, выбранных для совершения непосредственного нападения,
использование фактора внезапности нападения; физического характера –
нанесение ударов, причинение ранений, использование различных орудий и
средств и т.д. Все эти приемы и средства направлены на дезорганизацию
потерпевшего, блокирование его возможностей к сопротивлению, а если
сопротивление имеет место, то на приведение жертвы в беспомощное,
покорное состояние.

Действия по сокрытию последствий преступления могут указывать на
отношение виновного и жертвы, уровень интеллекта преступника или его
преступную квалификацию.

Чтобы направить следствие по ложному пути, преступники инсценируют
другое преступление (0,9% случаев) или внешние признаки иного события,
например несчастного случая (1,9%), а также имитируют иные следы (0,7%
случаев) и т.д.

Из сказанного можно сделать следующие выводы:

а) способ совершения преступления является подсистемой преступной
деятельности и в этом качестве входит в механизм преступлении;

б) способ совершения преступления не тождествен механизму преступления.
Последний является более широким понятием, чем способ совершения
преступления, и охватывает его, но не сводится к нему, поскольку способ
характеризует лишь образ действий преступника;

в) данные о механизме преступления характеризуют, в отличие от сведений
о способе совершения преступления, не качественную, а “технологическую”
сторону события преступления. Эта система описывает
пространственно-временной и причинно-следственный порядок связи
отдельных стадий подготовки, непосредственного совершения и сокрытия
последствий преступления, позволяющих смоделировать, воссоздать картину
процесса его совершения;

г) способ совершения преступления характеризуется разнообразными как
непреступными, так и преступными, зачастую продолжительными действиями
виновного по подготовке, непосредственному совершению и сокрытию
преступления, оставляющими определенные материальные и интеллектуальные
следы;

д) способ совершения преступления в криминалистическом смысле можно
определить как обусловленную различными объективными и субъективными
факторами систему продуманных и взаимосвязанных действий преступника по
подготовке, непосредственному соглашению и сокрытию преступления,
направленных на достижение преступного результата. Следует отметить, что
в неосторожных преступлениях способа в общепринятом смысле нет, а
механизм неосторожного Преступления есть. Этот механизм включает
действия, которые сами по себе не преступны, но вызывают в итоге (в
совокупности с другими обстоятельствами) преступный результат.

§ 3. Средства совершения преступления

Преступник, реализуя преступные цели, не может воплотить в жизнь свои
замыслы, намерения не вступая в процесс взаимодействия с объектами и
предметами окружающего его мира. В этот процесс он вовлекает отдельные
элементы окружающей его среды, которые затем сознательно и
целеустремленно преобразуются им (или нет) и используются для достижения
преступного результата.

В качестве средств для субъекта выступают те вещества, инструменты,
орудия и иные средства, которыми он пользуется, выполняя определенные
действия, операции или движения. На месте происшествия следователь может
найти такие средства, которые позволят при расследовании совершенного
преступления сделать предположительный вывод о профессии преступника.
Так, например, обнаружение на месте Происшествия какого-либо столярного
или слесарного инструмента является основанием для предположения, что
среди участников преступного события могут быть соответственно столяр,
плотник, слесарь.

О совершении преступления общеопасным способом может свидетельствовать
характер орудия (под орудиями преступления в уголовном процессе
понимаются предметы, непосредственно использованные при посягательстве в
целях достижения преступного результата, например, холодное или
огнестрельное оружие, боеприпасы, орудия взлома и поджога, инструменты,
подложные документы и др.) (8, с.325.).

Нужно отметить, что не следует смешивать такие понятия, как “средства
совершения преступления” и “орудия преступления”. На наш взгляд, первое
– более широкое понятие и охватывает не только предметы и вещества, но и
процессы, которые могут использоваться или воздействия на участников
преступного события и предмет посягательства, второе – более узкое
понятие.

Преступник при подготовке к преступлению определяет способ своих
действий и для их облегчения подготавливает, приспосабливает различные
инструменты, орудия, вещества и иные средства. Так, например, для
реализации преступного замысла виновный заранее подготавливает рюкзаки
или мешки, рукавицы, перчатки, веревки, фонарики, пилы по металлу и
ножовочные полотна, различные столярно-слесарные инструменты как
промышленного образца, так и специально изготовленные для совершения
взломов, предметы для изменения внешности, специальные порошки или табак
для устранения личного запаха и т.д. Для перевозки похищенных ценностей,
громоздких предметов и вещей преступник использует личный или угнанный
автомототранспорт.

?e

?e

h  

?

Z

\

o

6

?

ния рассматриваются в связи с установлением способа подготовки,
совершения и сокрытия преступления. Использование преступником
определенных орудий или иных средств свидетельствует о наличии у него
профессиональных знаний и навыков, а также о возможности их изготовить в
определенных условиях, приспособить или приобрести в определенном месте.

Средства совершения преступления – это любые материальные вещества или
предметы, которые используются при совершении преступления, а также
процессы, которые могут использоваться для воздействия на предмет
посягательства, потерпевшего, других участников преступного события для
достижения ожидаемого преступного результата (например, радиация,
электрический ток и т.п.). Они подразделяются на несколько больших
групп:

а) оружие и боеприпасы, вещества, различные взрывные устройства,
документы, источники повышенной опасности (включая транспорт, если он
используется для достижения преступного результата);

б) процессы, осуществляемые или используемые при совершении
преступлений;

в)иные.

Средства совершения преступления указывают следователю, какие предметы
материального мира использовал виновный для выполнения преступных
действий. Отметим, что такие средства виновными применяются не во всех
случаях. По исследованным уголовным делам видно, что в 33% случаев
преступники использовали при подготовке или непосредственном совершении
преступления имевшие место определенные процессы и материальные
предметы. Это говорит о том, что виновные, если использовали оружие,
документы или иные технические средства, то избирательно. И там, где они
их использовали, преступления признавались квалифицированными, а сами
средства определяли качественное своеобразие исполнения преступного
деяния.

Общим для всех возможных приготовительных действий является то, что
приискание и приспособление средств для облегчении задуманного создают
различную степень реальности совершения преступного деяния, способствуют
его совершению, содержат реальную возможность наступления преступного
результата. Например, изготовленный или приобретенный набор отмычек, при
помощи которых виновный намеревался приникнуть в квартиру для совершения
хищения антиквариата или ценных предметов, является одним из необходимых
условии совершения квартирной кражи, так как без их помощи кража не
может быть совершена.

Из явлений, не так давно исключительно редких, преступления, связанные с
хищением и использованием взрывных устройств и взрывчатых веществ,
теперь превратились в повсеместные и едва ли не повседневные. Убийство
коммерсанта, банкира, главаря преступной (конкурирующей) группировки с
использованием взрыва стало в современной жизни обыденным. Преступники
используют взрывные устройства и изделия, действующие от какого-либо
радиосигнала, часового механизма или действия, движения жертвы.

Эти механизмы тщательно подбираются преступниками или готовятся
пособниками кустарным способом. Параллельно с этими подготовительными
действиями, преступниками изучается личность будущей жертвы (а случаях
убийств по заказу: время ее работы и отдыха, места частого посещения и
их особенности, режим дня и т.д.

Как средства совершения преступления, виновными используются также:

– природный газ (как правило, используется в быту);

– ядовитые вещества, которые оказывают отравляющее воздействие на
организм человека при употреблении в малых дозах (мышьяк, сулема,
цианистый калий, стрихнин и др.);

– сильнодействующие вещества, которые могут причинить вред здоровью
человека при употреблении в больших дозах (обезболивающие, снотворные и
другие лекарственные препараты).

В некоторых случаях могут использоваться как средства совершении
преступления и физические явления – температура, электрический ток,
радиация и др. Например, вымогатели для пыток жертвы используют утюг,
кипятильник или оголенный электрический провод, а при нарушении правил
перевозки или хранения радиоактивные вещества воздействуют на здоровье
человека, что при получении радиации в больших , больших дозах приводит
к его гибели.

В качестве орудий и средств совершения преступления преступниками могут
использоваться действия сил и явлений природы горение (огонь), обвал и
др. При помощи пожара разрушаются или повреждаются здания, сооружения,
пути и средства сообщения, иное чужое имущества, скрывается факт
совершения преступления или его последствия, Обвал, вызываемый
сталкиванием камней, как средство совершения преступления используется
редко к в основном в годной местности. Преступники используют обвал при
подготовке к преступлению, когда необходимо прекратить движение
автомашины, где находится будущая жертва разбойного нападения, при
непосредственном совершении – для убийства или причинения телесных
повреждений, а также при сокрытии самого преступления или его
последствии.

Необходимо иметь в виду, что на “рабочем” этапе механизма преступления
отдельные предметы материальною мира могу при совершении одних
преступлений быть предметом посягательства, других средством совершения
преступлении (например, при подделке документов они являться предметом
преступления, а при их использовании -выступают в качестве средств
совершения преступления). Более того предметы посягательства в ряде
случаев могут приобретать другое правовое состояние. Например, виновный
в момент угона автомашины со стоянки обнаруживает “слежку” со стороны
сотрудника милиции и, чтобы скрыться, наезжает на нею, наносит тяжкий
вред здоровью и уезжает. В этом случае автомобиль во время совершения
кражи являлся предметом посягательства, а когда преступник использовал
по для нанесения телесных повреждений работнику милиции – “перешел” в
состояние средства совершения преступления.

В связи со сказанным можно прийти к выводу: средства совершения
преступления находятся в тесной взаимосвязи с предметом преступного
посягательства. Установление следователем средств совершения
преступления позволят ему сделать обоснованное предложение о
направленности действий виновного и потерпевшего, о предмете
посягательства и т.д.

Средства совершения преступления связаны со способами реализации
преступных и иных действий как прямых, так и косвенных участников
преступного события. Их применение, с одной стороны, создает! условия,
облегчающее субъекту осуществление преступной деятельности и достижение
задуманной цели, а с другой стороны – условия корректировки действий
других участников преступного события.

В большинстве исследованных уголовных дел выбор способа
непосредственного совершения преступления жестко детерминируется
количественными и качественными характеристиками средств совершения
преступления.

Средства совершения преступления находятся в связи с обстановкой
преступного события. Объективные условия, факторы обстановки влияют на
выбор преступником тех или иных средств и орудий. Более того, в 2%
случаев на выбор средств совершения преступления повлияло изменение
обстановки, а в 0,15% случаев средство совершения преступления в связи с
изменением обстановки “перешло” в средство обороны от нападения
виновным.

§ 4. Тайные знаки (сигналы) общения преступников и их классификация

Еще в XIX веке основоположник криминалистики Г. Гросс писал, что
“причиной неудач в большинстве случаев было незнание судебным
следователем каких-либо важных приемов, к которым прибегали преступники,
неумение, как поступить с обнаруженными следами, как разобрать
шифрованное письмо” (10, с” 3) и т.д. Одним из таких приемов, к которому
прибегают преступники, является использование тайных (“воровских”)
знаков, сигналов или символов для передачи информации.

В преступной среде используются сигналы, знаки, которые несут какую-либо
информацию, сведения о чем-то или передают адресату распоряжение,
указание на выполнение каких-то действий, связанных с подготовкой,
совершением или сокрытием преступления.

Исследование материалов уголовных дел, опрос следователей и осужденных,
изучение юридической литературы позволили нам выделить семь групп
знаков, используемых в преступной среде.

1. Графические знаки (сигналы). Они происходят от старинных знаков,
употреблявшихся в XV-XVIII веке преступниками. Знаки наносились в
определенных местах одним из преступников, чтобы передать информацию
другому. В те годы знаки “служили для того, чтобы указать членам шайки
тот дом, на который предполагалось совершение нападения с целью
убийства, грабежа и затем поджога” (10, с.342). Г. Гросс допытался в
своем труде описать некоторые такие знаки, в частности он писал, что
“большей частью это были знаки самой простой формы: часто косой крест со
штрихом в стороне, также стрела с несколькими штрихами в косом
направлении, которые обозначали дом, который решено поджечь, стрела же с
подобными штрихами и еще кружочком указывала на то, что в этом доме уже
лежит горючий материал ” (10, с.342). Графические знаки (сигналы)
использовали преступники также для передачи информации соучастникам с
целью предостережения их об имеющейся опасности, например, о проживании
в том или ином доме полицейского чиновника и т.д.

Современные преступники, как показали наши исследования, также
используют графические знаки (сигналы). Например, в следственной
практике отмечаются случаи, когда на двери или стене (на уровне глаз)
царапаются знаки (такие как “!,L,X”), которые означают количество и
возраст проживающих в данной квартире, характеризуют запирающее
устройство, указывают номер интересующей преступников квартиры и т.д.

2. Знаки (сигналы) в виде рисунков, дат и текстов. Наибольшее
распространение они получили в виде татуировок. А.Г. Бронников и И.В.
Мажура определили татуировку, как “искусственное нарушение целостности
кожных покровов с помощью колющих (режущих) инструментов и последующее
введение красящих веществ (или без таковых) с Целью получения стойких,
не исчезающих условных знаков (символов), рисунков дат, текстов” (13,
с.4). Татуировки особенно распространены среди осужденных, отбывающих
наказание в учреждениях уголовно-исполнительной системы. Они украшают
свое тело “накожной живописью” с определенной целью.

Татуировки связаны с древнейшими обычаями испытания выносливости при
посвящении юношей во взрослых мужчин Они носили ритуальный характер,
служили знаком магической защиты от злых духов являлись знаком траура и
т.п. Основными побудительными мотивами нанесения татуировок
преступниками, считает А.Г. Бронников, являются;

– неписаный “закон” принятия в свою среду лиц, отбывающих наказание,
личное самоутверждение в определенной группе;

– тщеславие, “бравада” друг перед другом, хвастовство, желание показать
свою выносливость, некую “исключительность”, необычность и
“превосходство” над окружающими;

– подражание более опытным преступникам, уже имеющими татуировку;

– своеобразное украшение, знак “памяти” пребывания в учреждениях
уголовно-исполнительной системы;

– живучесть обычаев, традиций нанесения татуировок (13,

с.21).

К этому следует добавить еще один весьма важный мотив нанесения
татуировки – для распознавания себе подобных в различных жизненных
ситуациях, особенно при подготовке, совершении и сокрытии преступления.
В знаках, которые наносятся на поверхность тела, зашифровано смысл,
непонятный для непосвященных, но легко расшифровывающийся ранее
судимыми. Например, изображение кинжала, ножа, обвитого змеей, означает
судимость за хулиганство, грабеж, разбой, бандитизм, убийство; “вор в
законе” имеет свой “профессиональный” знак – изображение головы кошки на
плече, многоконечной звезды на груди и другие (например, крест в ореоле,
церковь, карточные масти и розы). Рисунок паука в паутине, говорит о
том, что хозяин такого знака наркоман, а рисунок якоря с узлом – что
носитель данной татуировки “завязал”, т.е. прекратил воровать. Этим
информируются окружающие его бывшие судимые и предупреждаются лица,
подбирающие соучастников для будущей кражи, о возможном отказе н т.д.

Осужденные при нанесении татуировок, как правило, выбирают такие
знаки-символы, которые отражают этапы их преступной деятельности и
последствий. Например, знаки-символы в виде татуировок говорят о том
какое именно преступление виновный совершил (убийство, кражу, разбой,
изнасилование и т.п.); сколько имел судимостей и сколько лет отбыл в
местах лишения свободы; какое положение занимает в Преступной среде и
т.д.

При подготовке к совершению преступления татуировки помогают преступнику
выбирать будущую жертву. При непосредственном совершении – возможного
соучастника (например, при карманной краже в общественном транспорте
обнаруживать и использовать “человека-почту”” т.е. лицо, которому
передается похищенное имущество, чтобы похититель не был задержан
оперативными работниками “с поличным” и т.д.)

3. Природные знаки или знаки (сигналы), выполненные из элементов
обстановки. Такие знаки, как правило, используют представители некоторых
национальных меньшинств, в частности – эвенки, цыгане и др. Еще Г. Гросс
описал ряд приемов тайных сообщений информации в среде цыган. Например,
они вешают части or одежды у какого-нибудь сельского дома, что говорит о
направлении продвижения членов табора. Связанные узлом прутья, свитые
ветки, колосья и стебли трав или срезанная ветка с тремя сучьями с
загибом одного из них в ту сторону, куда ушли другие цыгане. Для той же
цели на дороге (у обочины) кладутся три камня (один на другой, самый
большой внизу и наименьший сверху) (10, с.349).

Преступники также используют природные знаки или сигналы, выполненные из
природного материала, для указания места сокрытия оружия, похищенного
имущества, захоронения и гл. Они указывают местонахождение будущей
жертвы или интересующей их объект будущего нападения и гл.

4. Знаки и сигналы, производимые частями тела – пальцами, мышцами лица,
руками. В быту такие знаки используют, глухонемыми лифами. Преступники
взяли на вооружение такой прием передачи информации на расстояние.
Однако поскольку алфавит – жесты глухонемых для преступников оказался
сложным, к тому же он имеет национальные особенности (в разных регионах
мира он различен), ими был разработан свой – “интернациональный”. Он
позволяет двум собеседникам, находящимся на определенном расстоянии
(например, в изоляторax временного содержания или на очной ставке)
объясняться между собой с минимальным риском быть расшифрованными.

Самый простой прием передачи информации – обозначать пальцами в воздухе
буквы или цифры. Этим же целям служат мимика лица и жесты рук, которые
используют преступники при нахождении на месте происшествия, при
нападении на жертву, когда звуки могут насторожить ее, а также на очных
ставках, чтобы срочно передать нужную информацию соучастнику. Часто
такие знаки, сигналы используют преступники при совершении
мошенничества, игре в азартные игры и т.д.

5. Звуковые знаки и сигналы, производимые голосом, свистом или с помощью
каких-то средств. Как правило звуки, производимые голосом, изображают
крик какого-то животного или птицы. Преступники, совершающие нападение
на жертву или на жилой дом, из засады передают таким знаком информацию о
начале нападения, возможной опасности или переносе времени совершения
преступления.

6. Знаки (сигналы) – слова из жаргона. “Воровской язык”, как его часто
называют профессиональные работники правоохранительных органов, содержит
слова из языков практически нескольких народов. По мнению Г. Гросса,
“воровской язык” возник с того момента, когда первый профессиональный
мошенник вступил в беседу с себе подобным. Развитие же его, начавшееся в
эпоху средних веков, продолжается вплоть до настоящего времени (10,
с.350).

“Жаргон – пишет С.И. Ожегов – то речь какой-либо социальной или
объединенной общими интересами группы, содержащая много отличных от
общего языка, в том числе искусственных, условных слов и выражений,
отражающих вкусы и потребности данной группы (жаргон торговцев, моряков,
воровской и др.) (11, с.154) . В настоящее время для общения между собой
преступники используют воровской жаргон, имеющий общую основу, но
различающийся в отдельных группах и отдельных регионах страны. Слова из
жаргона преступники используют как сигнал, так при совершении
мошенничества, грабежей, разбоев и т.д.

7. Сигналы, знаки, написанные тайнописью. Тайнопись – это условное
тайное письмо, криминография. Тайнопись была известна еще с древних
времен как изменение письма с целью сделать текст непонятным для
непосвященных лиц (12, с.655). Она используется преступниками для
передачи информации на значительные расстояние. Например, в случаях,
когда осужденный из мест отбывания уголовного наказания (где их письма
читаются уполномоченными должностными лицами) направляет письмо и ему
необходимо дать тресту указания, в текст тайнописью вносятся знаки,
слова и рисунки, понятые только получателю письма.

Изученные нами материалы уголовных и оперативных дел, свидетельствуют о
тенденции к активному использованию членами преступных сообществ
(преступных организаций) нелегальной тайной переписки между
арестованными (осужденными) и находящимися на свободе.

В специальной литературе и методических рекомендациях по расследованию
различных видов преступлений не уделяется должного внимания работе с
нелегальной перепиской подозреваемых или обвиняемых. Следственная,
экспертная и судебная практика показывает, что значительное число лиц,
заключенных под стражу или осужденных, прибегают к тайной переписке с
сообщниками, родственниками и т.д. Эта корреспонденция нередко содержит
информацию, указывающую на;

а) отношение подозреваемого, обвиняемою, осужденною к своим преступным
деяниям, а также и действиям соучастников и потерпевших;

б) факты и обстоятельств”, составляющие предмет доказывания;

в) приемы зашиты обвинения

г) приемы осуществления противодействия расследованию, в целом интересам
правосудия и т.д.

В связи со значительной распространенностью таких знаков и сигналов
(частотой применения) в преступной среде их зияние следователями,
оперативными работниками имеет важное практическое значение,
способствует раскрытию и расследованию преступлений.

ЛИТЕРАТУРА

1. Каминский М.К. Криминалистические основы деятельности по выявлению и
раскрытию преступлений. – Горький, 1982.

2. Салтевский М.В. Следы человека и приемы использования их для
получения информации о преступнике и обстоятельствах преступления. –
Киев, 1983.

3. Криминалистическое описание человека. – М., 1988.

4. Платонов К.К. О системе психологии. – М., 1972.

5. Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. – М., 1979. Т.З.

6. Зуйков Г.Г. Установление способа совершения преступления. – М., 1970.

7. Лузгин И.М., Лавров В.П. Сокрытие преступления и его
криминалистическое значение. – М., 1980.

8. Сборник постановлений президиума Верховного суда РСФСР 1974-1979. –
М., 1981.

9. Куликов В.И. Основы криминалистической теории организованной
преступной деятельности. – Ульяновск, 1994.

10. Гросс Г. Руководство для судебного следователя, как система
криминалистики /Пер. с нем. – СПб., 1908.

11. Ожегов С.И. Словарь русского языка. – М., 1988.

12. Большой энциклопедический словарь. – М., 1991.

13. Бронников А.Г. Криминалистическое значение татуировок у
правонарушителей. – Пермь, 1982.

Глава 4. Механизм деятельности преступного сообщества (преступной
организации)

§ 1. Организованная преступность и деятельность преступных сообществ
(преступных организаций )

Формирование правового государства тесно связано с развитием демократии,
расширением прав и свобод граждан гарантиями их осуществления. Но нельзя
забывать, что решение данных вопросов связано С необходимостью
осуществления эффективной борьбы с различными нарушениями закона.
Преступность, а особенно ее новая разновидность – организованная,
становится одной из серьезнейших проблем нашею общества.

Таблица 1

Зарегистрировано преступлений против собственности в России

Годы

1990

1991

1992

1993

1994

1995

Всего:

120068

4625 3

978650

981330

667599

687812

Удельный вес в общем числе преступлений в %

60,9

67,5

71,7

70,8

63,3

61,3

Криминальная обстановка в стране обострилась за счет организованной
преступности. Можно говорить о негативных изменениях и качественной
характеристике преступности. Она приобрели ярко выраженную корыстно –
насильственную направленность. Более того, хищение путем разбоя,
грабежа, кражи достигли двух третей от общего количества совершенных
преступлений (1. с 4-18; 3, с.316).

Преступная деятельность для значительного числа лиц превратились в
основной источник существования. Возродились уголовные традиции и
обычаи. Масштабы деятельности отдельных преступников, групп лиц по
предварительному сговору, организованных групп или преступных сообществ
(преступных организаций) значительны. Они организуются, плакируют и
осуществляют вооруженные нападения с целый незаконного обогащения,
преступного завладения материальными ценностями.

Если брать криминологические аспект организованной преступности, то в
результате анализа криминальной статистики можно прийти к следующему
выводу: из общего числа преступлений в группе совершено примерно 20%.
Этот вывод можно проиллюстрировать следующими фактами и цифрами:

– в 1992 г. по предварительному сговору лиц совершено 259, 6 гыс.
преступлений (из раскрытых правоохранительными органами);

– в 1993 г. совершено 355, 6 тыс. таких преступлении;

– в 1994 г. совершено 3493 тыс. таких преступлений, в том числе
организованной группой -7, 7 тыс. преступлений;

– в 1995 г. совершено 349.4 тыс. преступлений, в том числе
организованной группой – 23, 8 тыс. (3.с.3-16).

Преступная деятельность отдельных организованных групп или сообществ
отличается особым цинизмом и жестокостью. Для достижения преступной цели
виновные убивают людей, вставших на защиту собственности, причиняют мм
тяжкие телесные повреждения, применяют жестокие пытки, чтобы “вырвать” у
жертвы признание о месте хранении ценностей, совершают сопутствующие
этому тяжкие преступления: изнасилование женщин и девочек, похищение
детей, убийство свидетелей и т.д.

Анализ следственной практики и результатов исследований позволяет
выделить ряд существенных признаков организованной профессиональной
преступной деятельности – как вершины криминального “совершенства”, как
“качественно новый уровень групповой профессиональной преступности” (4,
с.21).

Преступным сообществам (преступным организациям) присущи основные
признаки:

– наличие четкой, устойчивой организационной структуры, рассчитанной на
проведение систематической преступной деятельности;

– наличие жесткой системы непререкаемого подчинения и разделения ролей и
функций;

– определение в качестве основной цели совершение не одного, а
нескольких, порой сложных по подготовке и непосредственному совершению,
преступлений;

– наличие факта сращивания руководителей преступных формирований с
руководством правоохранительных органов и государственного аппарата.

К дополнительным признакам преступного сообщества, по нашему мнению,
можно отнести:

а) наличие в группе лиц, осуществляющих:

– разведку в правоохранительных органах для своевременного

информирования лидеров преступных групп о предпринимаемых действиях этих
органов;

– задания руководителей групп по ликвидации свидетелей, потерпевших,
сотрудников правоохранительных органов, ведущих расследование дел;

– юридическую консультацию по различным вопросам, связанных с действиями
по противодействию расследованию и т.д.;

б) наличие тесной связи с отдельными коррумпированными представителями
государственного аппарата или правоохранительных органов, могущих
существенно влиять на ход и результаты расследования;

в) наличие связи со средствами массовой информации для создания ложного
общественного мнения и т.д.

Наши исследования показали, что расследование значительного количества
уголовных дел характеризовалось противодействием со стороны как
участников преступного события, так и посторонних к преступлении” лиц.
Особенно четко просматривается запланированное и организованное
противодействие расследованию, ко (да преступления совершаюгся
организованными группами или сообществами (преступными организациями).

Выявление, раскрытие и расследование преступлений, совершенных
преступными группами или сообществами, прежде всего опирается на
глубокое изучение механизмов совершенного преступного события и
деятельности по противодействию расследованию. Всестороннее изучение
механизмов и преступлений, деятельности по противодействию
расследованию, действий как прямых, так и косвенных участников
преступного события явилось базой для дальнейшего исследования ряда
недостаточно разрешенных вопросов, в том числе и вопроса о
противодействии расследованию.

§ 2. Криминалистическая сущность противодействия расследованию и его
механизм

Следственная практика вскрыла разнообразные приемы и методы
заинтересованного вмешательства в ход следствия со стороны различных
лиц. Эти приемы и методы, как правило, реализуются после выявления
правоохранительными органами какого-либо эпизода преступной деятельности
или всего преступления в процессе оперативно-розыскных, следственных (по
другим уголовным делам) или иных мероприятий в ходе начавшегося
предварительного следствия.

Практика вскрыла и причастность коррумпированных должностных лиц к
массовым беспорядкам, организации преследования, мести (вплоть до
“заказных ” убийств) в отношении людей, содействующих правоохранительным
органам в выявлении, раскрытии и расследовании преступной деятельности
определенных лиц или групп.

Среди, признаков начала противодействия расследованию можно назвать
такие, как:

а) снижение преступной активности группы (сообщества);

б) включение в действие механизма противодействия расследованию:

– введение в действие денежного фонда преступной группы;

– подключение к противодействию коррумпированных связей (должностных
лиц, общественных и политических деятелей, депутатов различных дум и
т.д.);

– осуществление членами преступной группы действий по сопротивлению
правоохранительной системе (убийства, подкуп, похищения близких и т.д.);

в) преследование или месть в отношении законопослушных граждан;

г) негативные публикации по поводу расследования какого-то уголовного
дела в средствах массовой информации или в отношении лиц, осуществляющих
данное расследование, н т.д.

Лица, объединившиеся в преступные группы, сообщества или формирования
для совершения одного или нескольких преступлений с целью завладения
материальными ценностями и денежными средствами, привлекают ранее
судимых преступников к обеспечению своей безопасности, для совершения
“заказных” преступлений в отношении “ненужных” свидетелей, потерпевших
или работников правоохранительных органов, ведущих расследование
преступлений, совершенных или совершаемых вышеуказанными лицами, а также
для иных репрессивных, охранных и разведывательных функций.

На начальных стадиях своего развития преступные группы или сообщества с
повышением вероятности выявления правоохранительными органами их
преступной деятельности устанавливают связи с коррумпированными
должностными лицами различного уровня, которые в таких случаях играют
роль дополнительных гарантий безопасности и являются средством уклонения
от возможной уголовной ответственности. В последнее время все чаще
вскрывается причастность коррумпированных должностных лиц к организации
преследования добросовестных сотрудников правоохранительных органов,
мести (вплоть до заказных убийств) в отношении людей, пытающихся
разоблачить преступные сообщества.

Для глубокого исследования вопросов, связанных с умышленными действиями
определенных лиц по противодействию расследованию, представляется
целесообразным рассмотреть данную проблему на примере деятельности
преступных сообществ (преступных организаций). В •этом плане следует
отметить два обстоятельства. Во-первых, преступные сообщества, как
правило, включают – свою структуру отдельную группу лиц, осуществляющих
наблюдение за деятельностью правоохранительных органов и делающих
преступную группу менее уязвимой для этих органов, более мобильной в
получении необходимой информации, сопротивлении разоблачению и т.д.
Во-вторых, они имеют в своей структуре группу, обеспечивающую
безопасность преступной деятельности, которая вырабатывает и реализует
средства и методы противодействия деятельности контролирующих и
ревизионных государственных, а также правоохранительных органов по
выявлению, раскрытию и расследованию преступлений, совершенных или
совершаемых членами данного сообщества (формирования). К таким средствам
и методам относятся: использование покровительственных отношений,
коррумпированных должностных лиц, дача взяток или “подарков” (имеются
случаи взяток постоянного ежемесячного характера), выполнение
определенных услуг для этих лиц, использование организацией легальной,
законной деятельности и т.д. Такие группы обеспечиваются техникой,
транспортными средствами, автоматическим оружием иностранного
производства, средствами связи с большим радиусом действия, аппаратурой,
предназначенной для подслушивания я слежения, и т.д.

Исходя из сказанного, можно говорить и наличии совокупности деятельности
преступного сообщества (преступной организации) в рамках которой каждый
се член или группа, я также лица, привлекаемые “со стороны”, выполняют
определенные функции. Такая совокупность деятельности носит
разноплановый характер и может включать в себя не только преступную, но
и иную противоправную организованную деятельность. На наш взгляд, ее
можно обозначить как деятельность, по “ противодействию расследованию.

На возникновение, развитие деятельности и по противодействию
расследованию воздействуют как субъективные (обстановка психической
аффектации людей; движение больших масс люден в ходе возникновения и
уничтожения следов преступления и вещественных доказательств; созданное
средствами массовой информации ложною общественного мнения в отношении
содержания уголовного дела или лиц, осуществляющих его расследование;
психологическое давление коррумпированных должностных лиц;
конспиративность деятельности членов преступных групп, реализация ими
принципа взаимовыручки и т.д.), Гак и объективные (убийство “важного”
свидетеля; уничтожение “рот колов, вещественных доказательств или всего
уголовного дела; побег из-под стражи обвиняемого; недостаток сил и
средств в распоряжении правоохранительных органов, осуществляющих
расследование, слабая правовая подготовка их сотрудников и т.п.)
факторы.

Деятельность по противодействию расследованию в широком смысле
представляет собой совокупность действий, направленных на
-воспрепятствование другим действиям – деятельности правоохранительных
органов, имеющий целью достижение объективной истины по уголовному делу
и осуществление правосудия. Она может быть выражена в действиях
различных лиц, направленных на изменение состояния объекта или
информации о нем. В связи с совершением преступления противодействие
расследованию сопряжено с искажением действительности, имевшей место в
период подготовки, непосредственного совершения и сокрытия преступного
события, умышленным созданием видимости другого событий.

Противодействие расследованию нами рассматривается, с одной стороны как
активная деятельность, с другой – как социально опасное явление Оно
может выражаться:

– во-первых, как система активных действий различных лиц, связанных с
событием преступления, препятствующих следователю или судье в достижении
объективной истины по уголовному делу и осуществлении правосудия;

– во-вторых, как целенаправленное пассивное поведение лиц, являющихся
носителями криминалистически значимой информации о события преступления
и его участниках, препятствующее осуществлению расследования и
правосудия;

– в-третьих, как система действий иных лиц, направленная на
воспрепятствование достижению объективной истины по одному или
нескольким уголовным делам и осуществления правосудия;

– в-четвертых, как система действий лиц, не являющихся прямыми
участниками преступного события, но в силу определенных обстоятельств
заинтересованных в дезорганизации расследования и отрицательном исходе
установления объективной истины во делу и т.д.

Система действий по противодействию расследованию реализуется для того,
чтобы оставить в тайне обстоятельства одного или нескольких преступлений
и сокрыть источники криминалистически значимой информации о самом
преступном событии и его участниках, а если это не удалось, то путем
физического или иного воздействия на лиц, осуществляющих расследование
или рассмотрение дела в суде, дезорганизовать их работу,
воспрепятствовать раскрытию преступления я осуществлению правосудия.

В данную систему входят различные действия: угрозы возможной расправы
над следователем, судьей или членам их семей; угрозы или подкуп
свидетелей или потерпевшего; шантаж или распространение ложных,
порочащих слухов; организация негативных публикаций в печати, создание
отрицательного общественного мнения и т.д.

Преступники, оставшиеся на свободе, организуют наблюдение за
деятельностью правоохранительных органов, “допросы” свидетелей или
потерпевших с целью установить что уже известное органам ведущим
расследование. Полученные сведения анализируются и используются в
дальнейшем сокрытии преступления, определении линии поведения на
следствии и в суде, подборе приемов воздействия на “заговорившего”
соучастника, потерпевшею, “чрезмерно любопытного ” следователя или
судью. Очевидно, что цель имеет место планированное и организованное
противодействие расследованию отдельно взятого преступления или группы
преступлений, совершенных группой лиц или сообществом.

Члены преступных формирований воздействуют на других лиц через
определенный механизм, то есть систему действий, побуждаемую мотивом и
определяемую целью, а также реализуемую путем решения системы задач и
использования определенных средств. Данный механизм включает несколько
этапов, куда входят действия по изучению объекта будущего воздействия,
подбора способов воздействия их реализация анализ полученных
результатов, корректировки действий и т.д.

Механизм деятельности по противодействию расследованию складывается из
поэтапных действий, которые можно объединить в ряд групп.

Во-первых, это действия по сокрытию преступления. Среди них можно
назвать такие, как утаивание, уничтожение, маскировка или фальсификация
следов преступления (см. 5, с.236); причем воздействие преступника или
иных лиц на материальные следы является распространенным способом
противодействия раскрытию и расследованию преступлений.

Спектр приемов воздействия на материальные следы весьма широк и включает
в себя целенаправленное перемещение материальных источников информации о
преступлении и преступнике, их маскировку, Уничтожение, а также
сочетание этих приемов. Непосредственно после того, как лицам,
заинтересованным в оставлении в тайне факта преступления и источников
информации, стало известно, что правоохранительные органы обладают
информацией о совершении преступления, они используют, как правило,
приемы, обеспечивающие уничтожение, утаивание, маскировку или
фальсификацию следов преступления, вещественных доказательств (если они
не уничтожены при его совершении).

Помимо воздействия на материальные следы преступник или иные лица,
заинтересованные в отрицательном результате расследования уголовного
дела, создают ложную информацию о самом преступлении и его участниках
(5, с.241,242; 6, с.218-219).

Здесь дискуссионным представляется вопрос о соотношении сокрытии
преступления и противодействия расследованию. В настоящее время
существуют лишь отдельные высказывания ученых-юристов о понятии
“противодействие расследованию”. Так, в частности, А.Ф. Лубин и С.Ю.
Журавлев пишут, что “противодействие расследованию можно определить как
систему действий (или бездействий), преследующих цель воспрепятствовать
вовлечению следов преступления в сферу уголовного судопроизводства и
последующего их использования в качестве судебных доказательств” (7,
с.345). Но это, на наш взгляд, не что иное, как сокрытие преступления –
составная часть способа совершения преступления. В этой связи нужно
указать на следующее.

Сокрытие преступления – это действия, направленные на воспрепятствование
расследованию путем утаивания, уничтожения, маскировки или фальсификации
следов преступления и преступника либо их носителей. Воспрепятствование
заключается (в активной или пассивной форме человеческих поведенческих
актов) в недопущении включения соответствующей доказательственной
информации в сферу уголовного судопроизводства, ее использования 8
процессе расследования уголовного дела (5, с.234; 6, с.217; 8, е.90).
Действия по сокрытию осуществляются в основном преступником или его
соучастниками. Значительно реже такие действия реализуют потерпевший или
свидетель; дают ложные показания, содействуют преступнику в укрытии и
уничтожении средств совершения преступления, трупа, похищенного
имущества. Во-первых свидетельства в отдельных случаях, потерпевших или
свидетелей, способствуют выезду преступника в другую местность либо его
проживанию на нелегальном положении, а чаще -умышленно уклоняются от
явки в правоохранительные органы по вызову. Данные действия выполняются
вышеназванными участниками преступного события на этапах подготовки,
непосредственного совершения или сокрытия преступления.

Деятельность по противодействию расследованию может быть определена как
система противоправных действий, детерминированных объективными и
субъективными факторами, направленными на дезорганизацию работы по
раскрытию преступления, воспрепятствованию достижению объективной истины
по уголовному делу и осуществлению правосудия и совершаемых различными
лицами, заинтересованными в уклонении виновного от ответственности.

Умысел на совершение действий по противодействию расследованию у лиц,
причастных к преступлению, может возникать в момент получения
правоохранительными органами информации о совершении преступления либо
на этапе непосредственного совершения преступления или на заключительном
этапе формирования механизма преступления, когда преступником или иными
участниками события осуществляются действия по сокрытию последствий, и
даже значительно позже, когда правоохранительные органы осуществляют
действия по выявлению и раскрытию данного преступления.

Противодействие расследованию всегда включает в себя несколько
взаимосвязанных действий, причем по делам о преступлениях более тяжких
число приемов, реализованных в рамках противодействия, больше, чем по
делам о менее тяжких преступлениях. В таком соотношении находится и
количество лиц, осуществляющих .действия по противодействию
расследованию. Данные действия могут образовывать самостоятельную
систему, на наш, взгляд, не входящую в содержание способа сокрытия как
элемента структуры способа совершения преступления, и являться
разновидностью противоправной деятельностью. Иными словами, сокрытие
преступлений является разновидностью противодействия расследованию, но
не исчерпывает всего содержания прошествия. Это подтверждается рядом
обстоятельств, а именно:

а) способ совершения преступления и деятельность по противодействию
расследованию различны по целям их реализации;

б) их реализация несколько “сдвинута” по времени; действия по
противодействию расследованию в основном совершаются с момента
поступления информации в правоохранительные органы о совершении
преступления, а способ сокрытия может быть реализован и на этапе
подготовки;

в) действия по сокрытию преступления могут осуществлять как прямые, так
(хотя значительно реже) и косвенные участники преступного события;
действия по противодействию расследованию могут осуществлять
вышеперечисленные и другие заинтересованные в отрицательном результате
расследования лица;

г) деятельность по противодействию расследованию – понятие более
широкое, чем сокрытие преступления; это социальное явление, которое
может включать и способ сокрытия;

д) способ сокрытия – элемент способа совершения преступления, но в
рамках деятельности по противодействию расследованию могут
осуществляться и действия по сокрытию преступных последствий и т.д.

Во-вторых, это следующие действия:

а) шантаж потерпевшего, свидетеля, другого подозреваемого или членов их
семей, угрозы физической расправы, подкуп, причинение материального
ущерба их имуществу, похищения близких им лиц с целью изменения уже
данных показаний в пользу виновного, дачи ложных показаний или вообще
отказа их давать;

б) шантаж следователя, угрозы физической расправы, причинения
материального ущерба его имуществу, похищения близких ему лиц, его
подкуп с целью фальсификации, уничтожения протоколов следственных
действий, заключения эксперта или всего уголовного дела и др.

В настоящее время отмечены случаи, когда после таких воздействий
сотрудниками следственных органов или членами их семей совершались
самоубийства. Шантаж или угрозы физической расправы осуществлялись как
членами преступных сообществ, так и другими лицами в том числе
коррумпированными представителями государственного аппарата и
правоохранительных органов.

В-третьих, действия по ликвидации “ненужных” свидетелей, потерпевших,
отдельных подозреваемых, “активных” сотрудников правоохранительных
органов или привлекаемых к расследованию специалистов. Данные “заказные”
убийства осуществлялись, в основном, лицами, ранее судимыми за тяжкие
преступления.

В-четвертых, действия по созданию ложного общественного мнения я по
подготовке ложных публикаций в средствах массовой информации.

В-пятых, действия но организации побегов, лжесвидетельств, уничтожению
уголовного дела или его части и т.д.

В-шестых, шантаж прокурора, судьи или членов их семей, угрозы физической
расправы, причинения материального ущерба имуществу, их подкуп,
похищения близких им лиц с целью получения положительного для
обвиняемого результата и прекращения судебного разбирательства.

Изучение более 5500 уголовных дел, которое было проведено в середине
80-х годов членами кафедры криминалистики МФЮЗО при Академии МВД СССР
(ныне Юридический институт МВД РФ), показало, что для преступлений
изученных видов общими оказались такие Приемы активного противодействия
расследованию, как ложные показания, воздействие на свидетелей и
потерпевших в целях затруднить установление истины, инсценировки и др.
(9, с.18; 10, c. 1l). Результаты проведенных нами исследований
материалов уголовных дел о преступлениях, совершенных организованной
группой или преступным сообществом (преступной организацией), и опросов
следователей и осужденных позволяют сделать вывод о том, что применение
преступниками и другими лицами различных способов противодействия
расследованию подчиняется определенным закономерностям, зависит от
характера общественной опасности преступной деятельности, от вида
преступления, личности виновных, обстановки, сложившейся после
совершения преступления, и множества других факторов.

Данные факторы способны не только активизировать деятельность по
противодействию расследованию, но и сформировать в сознании преступников
целые программы такой деятельности. На наш взгляд, действия по
противодействию расследованию обладают устойчивой тенденцией
повторяемости относительно криминалистически схожих групп преступлений.
Например, расхитители в особо крупных размерах пытаются подкупить
следователя, убийцы по заказу – ликвидируют свидетелей, члены преступных
сообществ, совершающие грабежи коммерческих предприятий (торговых точек)
– угрожают расправой, насильник – выезжает с постоянного места
жительства, преступник-гастролер совершает преступление в одном
населенном пункте, а сбывает похищенное в другом и т.д.

Изучение уголовных дел о преступлениях против собственности показало,
что относительно распространенными действиями по противодействию
расследованию по исследованным делам являются:

– дача ложных показаний подозреваемыми, обвиняемыми или изменение их
содержания (15,2% случаев) или отказ от дачи показаний (1,5%);

– уничтожение или укрытие вещественных доказательств (в основном средств
совершения преступления, личной одежды – 8%) или похищенного имущества
преступником (13,8%) или его соучастниками (19,2% случаев);

– передача похищенного имущества на определенное время для хранения
другим лицам (19,4%);

– выдвижение подозреваемым, обвиняемым ложного алиби

(10,3%);

– утаивание лицами, не являющимися участниками преступного события,
сведений о носителях криминалистически значимой информации о самом
преступлении и его участниках;

– смена места жительства обвиняемым, подозреваемым (18,2% случаев),
свидетелем или потерпевшим (0,1%);

– неявка подозреваемого но вызову в органы расследования (14%).

К числу менее распространенных относятся следующие действия по
противодействию расследования:

– совершение иного правонарушения с целью отлечь внимание
правоохранительных органов от непосредственного расследования (0,15%
случаев);

– симуляция преступником психического или иного заболевания (0,15%);

– уклонение потерпевших или свидетелей от явки и органы расследования по
вызову (0,7%);

– принуждение к даче ложных показаний свидетеля или потерпевшего за
плату или под угрозой физической расправы (0,3%);

– уничтожение потерпевшим следов преступлений или вещественных
доказательств (0,1%);

– уничтожение другими лицами следов преступлений или вещественных
доказательств (3%);

– воздействие путем у|розы или подкуп” на лиц осуществляющих (или
способствующих) в силу своих функциональных обязанностей расследование
(0,3%);

– воздействие путем причинения материальною ущерба имуществу лиц,
осуществляющих расследование, или похищения близких “м лиц (0,3%);

– воздействие путем угрозы или подкупа на свидетелей или потерпевшего с
целью вынудить дать ложные показания (0,7%);

– воздействие путем причинения материального ущерба имуществу свидетелей
или потерпевшею или похищения близких им лиц с целью изменить или дать
ложные показания (0,4%);

– ликвидация потерпевшего, свидетеля или лица, проводящего расследование
(0,1%);

– уничтожение протоколов следственных действий, изъятых вещественных
доказательств или заключений экспертов, а в отдельных случаях и всего
уголовного дела (0,15%);

– совершение побега из следственного изолятора или при конвоировании
(0,3% случаев);

– изменение внешности или отдельных частей тела (например, уничтожение
папиллярных линий пальцев рук, отращивание бороды и усов, надевание
специальной одежды и приспособлений для сокрытия лица, изменение лица
гримировкой и т.п.) заподозренным или подозреваемым (0,15% случаен).
Здесь, на наш взгляд, надо отметить, что термин “заподозренный” получил
широкое применение в юридической литературе (см., например, работы Л.М.
Карнеевой, В.П. Лаврова, A.M. Ларина, фундаментальное пособие
“Руководство по расследованию” 1977 г. и т.д.). Под заподозренным в
криминалистике понимается лицо, в отношении которого имеются основания
полагать, что оно совершило расследуемое преступление, причем эти
основания могут быть и не предусмотрены ст.122 УПК. Это категория чисто
тактическая, а не процессуальная. Она имеет большое значение для
выдвижения версий, планирования расследования, поисковых работ и
определения тактики допроса соответствующих лиц в процессе установления
истины по делу;

– фальсификация информации по уголовному делу лицом, проводящим
расследование или выполняющим отдельные поручения следователя;

– внесение ложной информации в свое заключение экспертом.

При изучении вопроса о сочетании действий по противодействию
расследованию нами были выявлены такие закономерности: подкупу
представителя правоохранительных органов больше всего сопутствует
воздействие на потерпевшею или свидетелей, “давление” со стороны
коррумпированных руководителей; уничтожению материальных с следов –
быстрый выезд с места постоянного жительства, изменение признаков
внешности и т.д.

Одни действия по противодействию расследованию скрываются от окружающих
и следователя, другие очевидцы, как иногда очевидно, что имела место
организованная противоправная деятельность и” противодействию
расследования. Точно определить процент случаев, когда удалось
затруднить расследование путем создании ложною общественного мнения или
ложной публикации в средствах массовой информации, нам не удалось.
Думается, что этот вопрос должен стать предметом других исследовании.

§ 3. Субъекты противодействия расследованию

Если субъектами сокрытия преступлении являются члены организованных
групп или преступных сообществ (преступных организаций) и крайне редко
другие участники преступною события (потерпевший, свидетель), то круг
субъектов деятельности по противодействию расследованию – значительно
шире. В него вовлекаются различные лица, порой не имеющие
непосредственного отношения к рас следуемому преступлению.

Среди субъектов осуществления тех или иных действий по противодействию
расследованию, на наш взгляд, можно выделить несколько групп.

1. Участники преступною события:

– преступник и его соучастники;

– потерпевший или свидетели;

– иные косвенные, случайные участники преступного события

Перечисленные лица, как правило, дают под воздействием или 6ез такового
ложные показания или отказываются их давать; уничтожают следы
преступления или вещественные доказательства, если в рамках сокрытия
преступления эти действия не выполнены; выдвигают ложное алиби; не
являются по вызову в органы предварительного расследования; сменяют
место жительства; скрываются от следствия и суда; изменяют свою
внешность; симулируют психическую или иную болеть и т.п.

2. Лица, заинтересованные в отрицательном результате расследования:

– родственники, близкие или знакомые обвиняемого;

– члены преступной группы или сообщества.

Действия таких лиц часто выражается в том, что они: организовывают побег
из-под стражи обвиняемому; совершают другое преступление; осуществляют
ликвидацию потерпевшего, свидетеля или другого обвиняемого; воздействуют
путем угрозы или подкупа на этих лиц с целью вынудить дать ложные
показания или изменить прежние; организовывают уничтожение оставшихся
следов преступления или вещественных доказательств; дают ложные
показания или организовывают лжесвидетельство; физически удерживают
потерпевшего или свидетеля от явки по вызову в органы расследования и
т.п.

3. Коррумпированные должностные лица правоохранительных органов и других
государственных структур, могущие по своему служебному положению
существенно влиять на ход и результаты расследования. Они, как правило,
воздействуют на лиц, осуществляющих расследование или выполняющих
отдельные поручения, а также отправляющих правосудие, с целью изменить
ход предварительного расследования или судебного заседания в пользу
обвиняемого.

4. Субъекты уголовного процесса, осуществляющие деятельность по
выявлению, раскрытию и расследованию преступления, вынужденные в силу
каких-то обстоятельств противодействовать расследованию:

– лица, осуществляющие расследование или выполняющие отдельные поручения
следователя, или лица, осуществляющие руководство или надзор за
расследованием;

– лица, осуществляющие правосудие;

– эксперты, специалисты и другие лица, привлекаемые следователем для
оказания ему специализированной помощи.

Они, как правило, выполняют действия по блокированию возникновения и
движения уголовного процесса: отказываются принять заявление о
преступлении либо укрывают его от регистрации; выносят необоснованное
постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, о приостановлении
производства по уголовному делу (по различным, нередко надуманным
основаниям, без изучения и учета мнения потерпевшего или свидетеля, а
также специалиста), о прекращении производства по делу. Ими умышленно
допускаются нарушения УПК и правил производства следственных действий, в
результате чего утрачиваются доказательства. Они уклоняются от
установлении лица, совершившего преступление, чье имя известно или
имеются данные о его местонахождении и т.п.

5. Адвокаты, которые иногда не только защищают своего подзащитного, но и
противодействуют достижению объективной истины по делу.

6. Иные лица, выполняющие действия “по заказу”. Ими ликвидируются
отдельные участники преступного события, вещественные доказательства,
протоколы следственных действий или все уголовное дело и т. п.

Противодействуя расследованию совершенного преступного деяния, маскируя
свое участие в нем или заинтересованность в отрицательном исходе
расследования, названные субъекты, опираясь на благоприятные условия,
используют свои субъективные качества, жизненные навыки и умения,
преступный опыт, служебное или материальное положение и т.д.

Деятельность по противодействию расследованию может осуществляется не
одним лицом, а группой, в которую входят лица, обладающие специальными
знаниями и опытом, могущие организовать наблюдение за деятельностью
правоохранительных органов, имеющие возможности воздействовать на ход и
результаты расследования и т.д. Между ними могут быть распределены роли
и действия и т.д.

Противодействие расследованию как система действий, на наш взгляд,
является не элементом механизма преступления, а элементом преступной
деятельности группы, сообщества или формирования. В связи с существенным
в последние годы ростом организованной преступности, на наш взгляд (и
это подтвердило наше исследование), можно говорить о деятельности по
противодействию расследованию как о самостоятельной преступной
деятельности определенного круга преступников, организации.

Механизм деятельности по противодействию расследованию отличен от
механизма совершения преступления, но его изучение создает научные
предпосылки для:

а) Более глубокого и полного понимания сложного механизма преступления
во всем его многообразии;

б) выработки на основе познанных закономерностей и тенденций
обоснованных рекомендаций по нейтрализации противодействия расследованию
и т.д.

Анализируя и обобщая материалы уголовных дел и результаты опросов
осужденных и следователей, а затем типизируя действия по противодействию
расследованию, мы пришли к выводу о необходимости включения их как
самостоятельного элемента в криминалистическую характеристику
определенного вида (подвида) преступления.

Прикладное значение исследования механизма деятельности по
противодействию расследованию состоит в том, что знание способов
противодействия окажет влияние на совершенствование практики
предварительного расследования и судебного разбирательства с точки
зрения как быстрого установления и изобличения преступника посредством
правильно выбранных криминалистических средств и методик, так и умелого
производства следственных, оперативных и иных мероприятий. Знание
деятельности по противодействию расследованию поможет следователю при
выдвижении общих и частных версий, при планировании расследования и
проведения отдельных следственных и иных мероприятий, при определении
тактики допроса и других следственных действий и т.д.

§ 4. Направления деятельности правоохранительных органов по преодолению
противодействия расследованию

Деятельность по преодолению противодействия расследованию можно
определить как систему действий, преследующих цель нейтрализовать
сопротивление лиц, препятствующих правоохранительным органам в
достижении объективной истины по уголовному делу и осуществлении
правосудия. Она имеет многоуровневый характер. Если исходить из того,
что деятельность по противодействию расследованию .можно
классифицировать на простую, сложную и квалифицированную, то
деятельность по преодолению противодействия можно определить так же.
Такая классификация дает возможность определить программы нейтрализации
сопротивления на различных уровнях борьбы с преступностью.

1. На уровне следователя (органа дознания), на наш взгляд, необходимо:

а) к расследованию сложных уголовных дел, по которым имеется информации
о попытках противодействия, приступать после ознакомления со всеми
фактами такого противодействия и получения консультаций по мерам
нейтрализации таких попыток;

б) целенаправленное и тщательное выяснение подробностей совершения
преступления и установление лиц, причастных к этому событию, а также
лиц, заинтересованных в негативном результате расследования этого дела;

в) хранение “важных” вещественных доказательств отдельно от уголовного
дела и в охраняемых специализированных хранилищах;

г) неразглашение полученной информации о деталях совершенного
преступления и его участниках среди коллег, сослуживцев и родственников,
особенно в тех случаях, когда они интересуются теми или иными
подробностями;

д) установление всех попыток “давления” на потерпевшего или свидетелей и
быстрое реагирование на эти факты, если имели место;

е) информирование руководителей следственных подразделений о таких
фактах:

2. На уровне руководителей следственных подразделений и органов
дознания, по нашему мнению, необходимо:

а) поручать расследование уголовных дел, по которым имеется информация о
попытках противодействия расследованию, более опытным следователям или
группе следователей с разъяснением мер по нейтрализации таких попыток;

б) содержать в тайне от всех лиц (кроме участников мероприятия) о
времени, месте и содержании будущей тактической операции или комбинации
по розыску, задержанию подозреваемого или осуществлению иного
мероприятия;

в) организовывать задержание, доставление и содержание подозреваемых в
таких условиях, чтобы исключить контакт между ним и “выход” информации
об их задержании за предела органа внутренних дел;

г) устанавливать все попытки “давления” на следователей со стороны
различных лиц и быстрое реагировать на эти факты;

д) информировать вышестоящих руководителей я надзирающего прокурора о
таких фактах (если противодействие не с их стороны);

е) при получении из других источников информации о “давлении” на
следователя, брать расследование под личный контроль.

3. На уровне руководителей высшего звена следственных подразделений и
исследовательских учреждении, на ниш взгляд следует изучать следственную
практику, связанную с активным противодействием расследованию со стороны
различных лиц, заинтересованных в негативном результате расследования, и
разработкой рекомендаций по нейтрализации таких попыток.

4. На уровне законодательных органов, как нам представляется, необходимо
разработать нормативные акты или внести изменения в действующее
законодательство об определении юридической ответственности лиц,
умышленно вмешивающихся в ход расследования и пытающихся его изменить в
пользу преступники либо создающих условия для уклонения виновных от
правосудия.

ЛИТЕРАТУРА

1. Состояние преступности в России за 1994 год. – М.,1995.

2. Куликов В.И. Основы криминалистической теории организованной
преступной деятельности. Ульяновск, 1994.

3. Состояние преступности в России за 1995 год. – М., 1996.

4. Вестник Московского Университета. Серия I. Право. – М. 1991.

5. Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. – М., 1979. Ч.3.

6. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы От
теории к практике. – М., 1988.

7. Криминалистика. Расследование преступлений в сфере экономики:
Учебник. Нижний-Новгород, 1995.

8. Криминалистика: Учебник. – М., 1995. T.I.

9. Лавров В.П. Криминалистическая классификация способов сокрытия
преступления // Криминалистическая сущность, средства и методы
установления способов сокрытия следов преступлении. М, 1987.

10. Лузгин И.М. Сущность и основные черты способов сокрытия преступлений
// Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов
сокрытия следов преступления. М., 1987.

11. Зуйков Г.Г. Установление способа совершения преступления. – М.,
1970.

Глава 5. Действия других участников преступного события в механизме
преступления

§ 1. Потерпевший в системе “механизм преступления”

Следственная практика свидетельствует о том, что зарождение и развитии
преступной деятельности виновного активная изначительная роль
потерпевшего, который в ряде случаев вольно или невольно способствовал
совершению против него преступления или, наоборот, своими действиями
затруднял его подготовку, совершение и сокрытию последствий.

На наш взгляд, вскрыть механизм совершенного преступления можно лишь
через всесторонний анализ всех его элементов действий как преступника,
так и потерпевшего, их свойств и качеств. При этом необходимо иметь в
виду, что одни и те же неправомерные действия со стороны виновного в
зависимости от уссловий, места и времени могут причинить вред как
отдельному человеку, так и группе людей, как физическому, так и
юридическому лицу.

Криминалистическое изучение личности потерпевшего не может исходить из
особого правого статуса “потерпевшего от преступления”, его положения
как субъекта уголовного процесса, обладающего соответствии с
законодательством значительными правами. Особенностью криминалистики
является то, что в отличие от криминологии, уголовного процесса и других
наук она расширяет объекты исследования данной проблемы.

Объектом криминалистического изучения являются не лицо, признанное
соответствующим постановлением следователя или определением судьи
потерпевшим, но и другие лица, например убийства, близкие родственники
жертвы, которой причинила тяжкий здоровью, родственники изнасилованной
малолетней девочки. Многие обстоятельства, связанные с этими лицами,
могут предопределять тактические особенности проведения отдельных
следственных и иных действии. Несомненно, эти лица должны являться
объектом виктимолого-криминалистического исследования.

В юридической литературе не сложилось единого мнения и об объеме понятия
“потерпевший”. По смыслу уголовно-процессуального закона потерпевшем
может быть только физическое лицо. Вопрос о возможности признания
юридического лица потерпевшим от преступления в литературе решается
неоднозначно и остается пока дискуссионным. Например, по мнению М.С.
Строговича, “потерпевшим может быть как физическое лицо – гражданин, так
и юридическое лицо – организация, предприятие, учреждение” (1, с.253).
Такого же мнения придерживайся и П.С. Дагель. Он считает целесообразным
расширить понятие “потерпевший” за счет юридических лиц (2, с.18-19).
Большинство ученых-процессуалистов считают, что юридическое лицо может
вы-ступать в уголовном деле только в качестве гражданского истца, а не
потерпевшего (3, с.126).

Комментируя уголовно-процессуальное законодательство, В.П. Кожьев,
поддерживая их, пишет, что потерпевшими “от уголовного преступления
могут быть физические и юридические лица, поскольку как тем, так и
другим может быть причинен вред уголовно наказуемым деянием. В отличие
от уголовно-правового понятия потерпевшего, в уголовно-процессуальном
смысле потерпевшим может быть лишь физическое лицо – гражданин” (б,
с.81).

Анализ взглядов ученых и мнения практиков по этой проблеме дает
основание для следующих выводов:

а) в сферу воздействия уголовно-процессуального закона попадает далеко
не каждая жертва преступления, а лишь та, которая официально признается
“потерпевшим” – участником уголовного процесса;

б) в определенных случаях жертвой преступных посягательств могут быть
общество, социальная группа , государственные, общественные,
коммерческие и иные учреждения, организации, предприятия;

в) если объектами виктимолого-криминалистического исследования для
дальнейшей разработки тактики проведения следственных действий и
методики расследования отдельных видов преступлении являются и другие
лица, пострадавшие от преступления, то в криминалистической науке и
практике целесообразно использовать термин “жертва преступления”.

“Жертва преступления” – понятие более широкое, чем понятие “потерпевший
от преступления”. Оно по нашему мнению, охватывает:

а) физическое лицо (и его близкие родственники), понесшее моральный,
физический или имущественный вред от преступной деятельности виновного,
независимо от того, признано ли это лицо в установленном законом порядке
потерпевшим от преступления или нет;

б) юридическое лицо, понесшее имущественный или моральный вред от
преступной деятельности виновного;

в) лицо, понесшее имущественный или моральный вред от преступной
деятельности виновного, но не обладающее правоспособностью.

С этой позицией (но в другой области юридического знания) согласен ряд
ученых. В частности, П.С. Элькинд считает, что в качестве “жертвы
преступления” может выступать как физическое, так и юридическое лицо, в
качестве “потерпевшего” – только физическое (гражданин) (4, с.90-91).
Другими словами, как пишет В.И. Полубинский, “жертва – это понятие
виктимологическое, потерпевший – уголовно-процессуальное или
гражданско-процессуальное (в зависимости от правовых последствий вреда).
Эти понятия могут и не совпадать между собой”(5, с.50).

Современная криминалистика призвана заниматься изучением жертв
преступлений, их свойств, качеств, их действий и движений до, во Время в
после совершения преступления, а также выяснением их роли в механизме
преступления, включая и такие жертвы преступления, как общественная
организация, производственное учреждение, т.е. определенные юридические
лица.

Преступник в процессе подготовки к совершению преступления или во время
его совершения учитывает поведение, микроклимат определенной группы.
Вред (в том числе и моральный), который будет нанесён преступлением, в
этом случае как бы опосредствован на членов данной социальной группы, на
физических лиц. Это позволяет сделать вывод о том, что жертвой
преступления и, следовательно, объектом криминалистических исследований
могут быть и юридические лица.

Виновный и его жертва на отдельных этапах преступной деятельности
взаимодействуют между собой, при этом потерпевший своими действиями
иногда способствует подготовке или совершению преступления,
направленного против него самого. Так, в 10% случаев потерпевший своими
действиями провоцировал преступника, в 5% случаев совершал действия,
стимулирующие совершение преступления, а в 23% случаев – совершал
неправомерные действия (преимущественно в отношении виновного).

Кроме того, действия и поступки потерпевшего оказывают влияние как на
квалификацию деяний лица, совершившего преступления, так и на выбор вида
и меры наказания виновному.

В отдельных нормах уголовного закона описаны действия потерпевшего, что
связано с квалификацией противоправного деяния, индивидуализацией
наказания, а иногда и с принятием решения об уголовном преследовании или
отказ от него. Например, причинение вреда гражданину при задержании им
преступника при выполнении им общественного долга; совершение
посягательства на жизнь работника милиции в связи со служебной
деятельностью; незаконное производство аборта или половое сношение с
лицом, не достигшим половой зрелости, но при согласии потерпевшего (в
самом законе такие действия потерпевшего не фиксируются, но явно
подразумеваются) и т.д.

Уголовный закон же безразлично относится к неправомерным, негативным
действиям потерпевшего. В случаях, когда жертва вызвала у преступника
сильное душевное волнение, в результате чего было совершено
преступление, если когда преступление совершено при защите от
общественно опасного посягательства, хотя и с превышением пределов
необходимой обороны, законодательство признает эти факторы в качестве
смягчающего вину обстоятельства.

Для того чтобы фундаментально разобраться в генезисе механизма
преступления, вскрыть его закономерности, а на основе этих
закономерностей разработать тактические приемы допроса потерпевшего (и
других участников уголовного процесса), а также проведения других
следственных действий с его участием, необходим комплексный анализ не
перечисленных в уголовном законе действий и движений жертвы,
осуществляемых в процессе подготовки, непосредственного совершения
преступления и сокрытия его последствий, повлиявших на выбор виновным
способов и средств его совершения.

Исследования показали значительную роль поведенческих актов потерпевшего
в происхождении преступления. Например, в преступлениях против личности
такая зависимость выступает наиболее ярко, потому что в механизме
совершения преступления большое значение приобретают психологические
аспекты (эмоции преступника, возрастающие до степени аффекта), так как
воздействие потерпевшего воспринимается им сквозь призму личной
значимости. Здесь следует иметь в виду, что около 75-80 % преступлений
против личности совершается ли-• цами, которые связаны с потерпевшим
родственными, служебными, интимными я другими близкими отношениями, и
преступление, как правило, является конечной фазой конфликта, возникшего
в результате этих отношений (7, с.132). Так, жертвой преступления стали:

– сожитель или сожительница в 2,7% случаев;

– родственники – в 1% случаев;

– сослуживцы – в 3% случаев;

– лица, которые с преступником были знакомы длительное время, – в 25%
случаев;

– лица, которые с преступником были знакомы короткое время, – в 9,8%
случаев;

– лица, которые не были знакомы с преступником, – в 40% случаев.

Это указывает на то, что, как правило, почти в половине случаев
преступления совершаются в отношении незнакомых лиц, немногим менее – в
отношении знакомых, но не связанных родством.

Данный фактор существенно влияет на поведение жертвы в процессе
формирования механизма преступления. Оно может быть реализовано в форме:

а) невиновного, пассивного или активного поведения, когда преступник
находится в родственных отношениях с жертвой или когда жертва
преступника не знает, но в обществе ее действия одобряются, социально
поощряются;

б) активного поведения, не одобряемого обществом (в действиях жертвы
отсутствуют противоправные деяния), когда преступник с жертвой не знаком
или мало знаком. Как правило, их связывало случайное знакомство – с
целью распить спиртные напитки, употребить наркотики и т.п. Эта
категория лиц более предрасположена к тому, чтобы быть избранной
преступником и стать его жертвой;

в) виновного активного поведения, когда жертва совершает противоправные
действия. В этих случаях чаще всего преступник знаком с жертвой, и их
обоюдные ссоры, драки, оскорбления заканчиваются совершением
преступления;

г) иного поведения, провоцирующего преступление, когда преступник с
жертвой не знаком или только познакомился (например, жертва своим
поведением, действиями информировала о наличия значительных денежных и
материальных средств, полученных незаконным путем).

В связи с этим в процессе проводимых исследований определились
дополнительные направления, а именно:

а) определение связи и взаимоотношений между жертвой и преступником, в
частности, установление, как они повлияли не выбор виновным:

– способов подготовки, непосредственного совершения и сокрытия
преступления;

– средств, орудий и других приспособлений для его совершения и сокрытия
последствий;

– времени, места и условий его совершении;

– отдельных элементов обстановки, могущих быть им использованными при
подготовке, непосредственном совершении или сокрытия преступного
события;

б) определение свойств и качеств личности жертвы (как они повлияли на
характер действий и движений потерпевшего до, во время и после
совершения преступления);

в) определение факторов, предопределивших или повлиявших на поведение,
позицию и устойчивость показаний потерпевшего в промессе
предварительного расследования и судебного разбирательства и т.д.

Анализ материалов уголовных дел о преступных событиях, связанных с
хищением чужого имущества, показал, что данные преступления имеют
ситуационный либо планомерный характер. Ситуационный характер хищения
чужого имущества проявляется в тех случаях, когда с учетом личности
потерпевшего и его действий связан с возможностью без особой подготовки
совершить данное преступление. При этом действия преступника менее
квалифицированны и замаскированы. Такие преступления совершаются либо по
внезапно возникшему умыслу, либо подготовительный этап заключается в
том, что преступник ищет будущую жертву и соответственно благоприятную
обстановку (например, для проникновения в помещение и завладения
имуществом и ценностями). С этой целью он, например, ходит по ломам
(преимущественно в сельской местности), ищет такую квартиру, опорные
устройства входной двери, которые можно легко открыть, или где будущая
жертва проявляет небрежность – оставляет ключи в доступном Месте или
открытые двери, и т.д.

Совершение хищений денежных средств, материальных ценностей и иного
имущества на предприятиях или в учреждениях носит более планомерный
характер. Выбор способа, средств и времени совершения преступления
обусловлены производственным процессом, правилами операций с денежными
средствами и ценностями, строгим учетом и контролем и т.д. Более того, в
связи с этим увеличивается число лиц, могущих быть причастными к
преступному событию в силу материальной или служебной ответственности. В
связи с этим преступник с учетом микроклимата в коллективе и других
факторов планирует подготовку, порядок совершения и приемы сокрытия
своей деятельности и соответственно пытается реализовать свой план.

Сравнение хищений с убийствами, изнасилованиями, бандитизмом и другими
преступлениями показывает, что хищения носят, как правило, повторяющийся
характер (исключением являются случаи, когда преступления совершают лица
с психическими или физическими отклонениями). “Копирование” краж,
грабежей, разбоев, а также типичные поведенческие акты потерпевших до,
во время и после совершения преступления (в отдельных случаях) являются
основой для формирования у преступников определенных умений и навыков, а
это в свою очередь закономерно приводит к их специализации и
профессионализму.

Следует согласиться с мнением В.Н. Полубинского, который полагает, что
преступление в подавляющем большинстве случаев представляет собой
системное образование, результат единства взаимосвязанных элементов:
правонарушителя, противоправного действия или бездействия и
потерпевшего, его поведения, непосредственно предшествующего
преступлению, либо поведения в ходе совершения преступления (5, с.5).
Данный вывод полностью подтверждается данными, полученными нами при
изучении уголовных дел.

Кроме того, анализ материалов уголовных дел о грабежах, мошенничестве,
вымогательствах и других преступлений показал, применительно к почти
половине уголовных дел в основе развития связи между преступником и
жертвой лежит только факт совершения преступления. Способы подготовки,
непосредственного совершения и сокрытия, а также средства, места и время
их совершения, как правило, выбираются преступником с учетом возможного
физического или интеллектуального противодействия со стороны
потерпевшего; значительно реже учитывается возможное противодействие
посторонних.

В связи с этим преступник, определив будущую жертву, целенаправленно
изучает на этапе подготовки качества данной личности:

а) социально-демографические: возраст, образование, семейное положение и
др.;

б) общефизические: роет, вес, наличии спортивных навыков и т.д.

в) нравственно-психические и др.

При наличии времени и необходимости тщательной подготовки преступник
исследует такие вопросы, как:

а) жизненный путь будущей жертвы: трудовая, общественная, политическая и
семейная жизнь;

б) особенности ее поведения в простой или сложной ситуации, в состоянии
алкогольного или наркотического опьянения; специфике нравственного
поведения;

в) особенности проявления эмоций и чувств;

г) темперамент (общительность и эмоциональность) и свойства характера;

д) восприятие ситуаций и самооценка.

Тщательность подготовки к совершению преступления характерна для
квартирных кряж, “заказных” убийств, мошенничества, вымогательства и др.
При оценки личности будущей жертвы преступник использует такие методы,
как наблюдение, опрос или беседе, изучение биографии, анализ документов
и др.

Показания потерпевшего в уголовном процессе являются одним из основных
источников доказательств и занимают самостоятельное место в системе
доказательств, поэтому определение факторов, предопределявших или
повлиявших на поведение, позицию потерпевшего и их устойчивость, имеет
как практическую, так и теоретическую значимость.

Наши исследования показали, что на показания потерпевшего в процессе
предварительного расследования и судебного разбирательства влияет
следующее:

– характер преступного посягательства и его последствия для
потерпевшего;

– поведение потерпевшего до, во время и после совершения преступления,
его самооценка;

– связь поведенческих актов потерпевшего с действиями преступника и
последствиями преступления;

– психологическое и иное воздействие на потерпевшего со стороны его
близких и близких виновного или иных лиц сразу после совершения
преступления;

– правовой статус в уголовном процессе. Дающий показания является лицом,
которому причинен моральный, физический или материальный вред, а это
соответственно дает ему право добиваться удовлетворения своих законных
интересов, нарушенных преступлением;

– правосознание потерпевшего, т.е. то, каким образом, как и насколько
нетерпимо потерпевший относится к правонарушениям в целом и хочет помочь
следствию и правосудию; от этого зависят достоверность и точность в его
показаниях;

– установление следователем психологического контакта с допрашиваемым
(без снятия стрессового состояния потерпевшего и создания благоприятного
климата трудно рассчитывать на полноту и правильность его показаний);

– личностные особенности потерпевшего по восприятию им преступного
события, так как свойства и качества личности могут способствовать
искажению восприятия, сужению его объема, а также привести к
неправильной оценке отдельных фактов, признаков и деталей;

– личная заинтересованность в исходе расследования уголовного дела
(например, потерпевший хочет скрыть обстоятельства происшедшего события
или свое неблаговидное поведение, имеет твердое желание отомстить
преступнику за причиненный вред или получить максимальную материальную
компенсацию, находится под влиянием своих или иных родственников и
т.п.);

– воздействия или внушения со стороны лиц, заинтересованных в
противоположном исходе расследования уголовного дела, и т.д.

Таким образом, изложенное дает основание для вывода о том, что
определение места и роли жертвы в формировании механизма преступления,
знание ее признаков и качеств, а также факторов, влияющих на ее
показания, имеет как научное – для дальнейшего развития
криминалистического учения о механизме преступления, так и практическое
значение – для раскрытия и расследования преступлений (уяснение
последовательности совершения преступления и определение на этой основе
характера взаимодействия людей, предметов и явлений, выявление
возможного места нахождения недостающих материальных и идеальных следов,
а также установление лиц, среди которых следует искать преступника).

§ 2. Косвенные участники преступного события в механизме преступления

Косвенные участники преступного события (случайно связанные, втянутые в
преступление лица) – это категория свидетелей, которые называются
очевидцами. В процессе допроса на предварительном следствии они дают
показания, основанные на непосредственном восприятии существенных для
дела отдельных (или группы) обстоятельств. Так, сотрудники ГАИ,
задерживая похитителя автомобиля, продавец магазина самообслуживания,
пресекая вынос похищенных продуктов, работники досмотра аэровокзала при
досмотре ручной клади, обнаруживая попытку провоза наркотиков, –
непосредственно участвуют в происходящих событиях, лично воспринимают их
и вносят в механизм совершаемого преступления существенные изменения.

Имеет место случаи, когда данные лица, совершая, на их взгляд, действия
некриминального характера, не знают об осуществлении действий
преступника по подготовке, непосредственному совершению или сокрытию
самого преступления или его последствий. Так, например, такие действия,
как изъятие с места взлома двери сумки со слесарными инструментами без
цели их присвоения, уничтожение поддельных документов, являющихся
средством (по их мнению) обмана, присвоение найденного ножа, признанного
в последующем орудием убийства, и т.д.

Такие свидетели, как правило, взаимодействуя с другими участниками
события и с окружающей средой на месте происшествия, вносят изменения,
следы, характеризующие признаки и свойства объектов контакта. Так,
например, преступники при совершении вымогательства, опасаясь задержания
в момент передачи чужого имущества, просят за определенное
вознаграждение случайных прохожих получить сверток с деньгами у
конкретного человека или забрать его в назначенном месте. В этой
ситуации прохожий, его описание остается в памяти жертвы, а на объектах
контакта могут образоваться отпечатки пальцев. Работники органов
внутренних дел, пресекая хулиганские действия группы лиц, находящихся в
нетрезвом состоянии, в результате взаимодействия с ними и окружающей
обстановкой, вносят в обстановку и свои изменения и тем самым играют
немаловажную роль в формировании и развитии механизма совершаемого
преступления и образовавшихся изменениях.

Учет и анализ действий и движений косвенных участников преступного
события дает возможность следователю четко определить границы действий
преступника и потерпевшего, их влияние на поведенческие акты прямых
участников и характер оставленных ими следов. Поэтому при допросе
следователь от данных свидетелей должен получить следующую информацию об
их связи с расследуемым событием:

– направление и цели их передвижения или иных поведенческих актов до, во
время и после происшедшего события;

– границы участия в преступном событии; характер действий и движений,
совершенных ими;

– характер связей и отношений между ними и прямыми участниками событий;

– характер изменений, внесенных ими в окружающую обстановку;

– имелись ли случаи сокрытия последствий во их инициативе и т.д.

При этом следует иметь в виду, что воспринятое косвенными участниками
событие моделируется ими (из-за отсутствия полной информации о
происшедшем преступлении) под влиянием последующих воздействий. Так,
значительные деформации в показаниях могут произойти в результате
последующего обсуждения событий, слухов, сообщений средств массовой
информации (чаще всего необъективной) и т.д. При этом могут
непроизвольно измениться те впечатления, которые сложились на момент или
сразу после совершения преступления.

Анализ материалов уголовных дел дел возможность классифицировать
косвенных участников преступного события по следующим основаниям:

а) вовлекаются в преступление по инициативе:

– преступника;

– потерпевшего;

– личной, связанной со служебным или общественным долгом;

– иных лиц;

б) прикосновенность к преступлению:

– связан с действиями преступника;

– связан с действиями потерпевшего;

– связан с предметом посягательства или обстановкой места преступления;

в) время отражения действий в механизме преступления;

– на начальном этапе формирования;

– на основном этапе формирования;

– на заключительном этапе формирования;

– на двух (в различном сочетании) этапах или на всем механизме
преступления.

ЛИТЕРАТУРА

1. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. – М., 1968. T.I.

2. Дагель П.С. Потерпевший в советском уголовном праве // Потерпевший от
преступления. – Саратов, 1979.

3. Уголовный процесс: Учебник. – М., 1972.

4. Элькинд П.С. Виктимологический аспект охраны прав личности в
уголовном судопроизводстве // Проблемы уголовного статуса личности в
уголовном процессе. – Саратов, 1981.

5. Полубинский В.И. Правовые основы учения о жертве преступления. –
Горький, 1979.

6. Научно-практический комментарий, к Уголовно-процессуальному кодексу
РСФСР. – М., 1996.

7. Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. – М., 1995.

8. Антонян Ю.М., Еникеев М.И., Эмииов В.Е. Психология преступника и
расследования преступлений. – М., 1996.

9. Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. Волгоград, 1993.

Глава 6. Современные средства и методы установления. Накопления и
использования информации о механизме преступления в раскрытии и
расследовании преступного события

§ 1. Закономерности образования, сохранения и уничтожения информации о
механизме преступления

Принципиальную основу установления, накопления и использования
информации о механизме преступления составляет теория отражения (нет
принципиально не отражаемых объектов), положения материалистической
диалектики (все объекты, явления и процессы взаимосвязаны, а их
взаимодействие сопровождается появлением следов-отображений;
тождественность объектов, явлений и процессов самим себе) и
относительная устойчивость объектов, т.е. сохранение некоторое время
следов-отображений после прекращения взаимодействия объектов, явлений и
процессов.

Структура механизма преступления может быть представлена в форме
взаимодействия четырех подсистем:

а) преступник и его деятельность (способ преступления, орудия и средства
совершения и т.д.);

б) жертва и ее действия и движения;

в) косвенные участники преступного события и их действия и движения;

г) предмет посягательства и отдельные элементы обстановки, вовлеченные в
преступное событие.

Особенность указанных материальных подсистем в том, что в каждой из них
взаимодействуют объекты, явления и процессы (приводящие к формированию
источников криминалистически значимой информации) и в то же самое время
каждая из них взаимодействует со всеми другими.

Механизм преступления (в целом), как система процессов взаимодействия
участников преступного события между собой и с окружающей средой, в
самом общем криминалистическом смысле включает в себя всю совокупность
факторов, обусловливающих возникновение носителей криминалистически
значимой информации о преступлении и его участниках. Существует прямая
связь между изменениями, возникающими в результате совершения
преступления на объектах взаимодействия, с механизмом преступного
события. Механизм преступления отображается в изменениях (следах,
отпечатках). Содержание изменений, их характер есть информация, сведения
о них. Изменения несут в себе сведения, информации о всех процессах
отражения, результатом которого они являются. Изменения являются
материальным носителем, “хранилищем” информации о событии (I, с.11),
т.е. содержат информацию о механизме совершенного преступления.

Исходя из сказанного, можно сделать вывод о том, что механизм
преступления, являясь системой различных процессов действительности,
находится в связи и во взаимообусловленности с процессом возникновения
информации и отражается в ней. Именно данная система обусловливает
возникновение носителей криминалистически значимой информации о самом
преступлении и его участниках. Процесс возникновения информации о
механизме преступления неизбежно сопутствует процессу поэтапного
формирования механизма преступного события.

Информация о механизме преступления – это отображение определенных
явлений или процессов, происходящих между людьми и объектами и
предметами окружающей среды в период подготовки, совершения и сокрытия
преступного события. Ценность информации может быть определена лишь
после ее использования в научной и практической работе. Р.С. Белкин и
А.И. Винберг считают, что “только та информация ценна, которая содержит
что-то новое о предмете” (2, с.213).

Возникновение информации о механизме преступления, как и ее сохранение и
уничтожение, имеет свои закономерности. Познание этих закономерностей
обеспечивает быстрое обнаружение, фиксацию, исследование и использование
криминалистически значимой информации в целях установления всех
обстоятельств, имеющих значение для раскрытия я расследования уголовного
дела следователем и рассмотрения судом.

Закономерности образования информации о механизме преступления основаны
на свойстве отражения, которое, являясь всеобщим свойством материи,
обусловлено “универсальным взаимодействием предметов и процессов
движения материи, ее пространственно-временной формой бытия и
структурностью” (3, с. 127).

В связи со сказанным можно выделить одну из закономерностей
возникновения информации о механизме преступления, заключающуюся в том,
что в механизм преступления включается вся совокупность факторов,
обусловливающих возникновение криминалистически значимой информации о
самом преступлении и его участниках.

Другой закономерностью является то, что механизм преступления, являясь
совокупностью различных процессов и явлений, обязательно отражается на
участниках события и объектах и предметах окружающей среды в виде их
изменений, которые, в свою очередь, несут информацию о нем.

Третья закономерность состоит в том, что в результате взаимодействия
материальных подсистем механизма преступления формируются носители
криминалистически значимой информации о нем, которые также материальны
(даже если информация отпечатывается и хранится в памяти человека).
Материальными носителями могут быть любые материальные объекты,
отражающие информацию о совершенном преступлении и его участниках,
материальные модели следов, отпечатков, образцы, необходимые для
сравнительного исследования, и другие (по мере развития криминалистики
возможно расширения этого перечив). Данные материальные носители
способны нести информацию о процессах, явлениях и объектах, оставивших
материальные и идеальные следы, отпечатки.

Четвертой закономерностью является то, что названные следы, отпечатки
(изменения) имеют способность сохранять и передавать содержащуюся в них
информацию (в нашем случае – информацию о механизме совершенного
преступления).

В неживой природе процесс отражения, возникновения информации о
механизме совершенного преступления относительно прост и заканчивается
образованием материальных следов, представляющих воспроизведение
признаков самого механизма на объектах и предметах окружающей среды и
людях.

В результате механического, химического, биологического и других
воздействий на объекты и предметы окружающей среды, на которых
образовались (в результате различных процессов и явлений) и некоторое
время сохраняются следы, содержащие информацию о механизме совершенного
преступления, со стороны самого человека, природно-климатических
изменений, молекулярных свойств материи, из которой состоит предмет, и
т.п. происходит уничтожение, рассеивание этой информации. Время, условия
и другие факторы закономерно влияют на сроки сохранения и процесс
уничтожения криминалистически значимой информации.

В живой природе отражение сложнее. Оно осуществляется в виде единства
двух систем: чувственной (ощущение, восприятие, представление) и
рациональной (понятие, суждение, умозаключение).

Чувственное отражение человеком заканчивается формированием мысленных
образов, которые субъективно отражают объективную реальность. А такие
факторы, как способность памяти, время, обстановка, стрессы и иные
жизненные ситуации, в свою очередь, определяют у человека полноту, объем
и четкость сохранения сформировавшейся мысленной модели механизма
совершенного преступления.

§ 2. Факторы, определяющие возможности получения информации о механизме
преступления

Раскрытие и расследование преступного события так или иначе связаны с
поиском разнообразных материальных носителей информации, исследованием
источников криминалистически значимой информации и получения сведений о
механизме совершенного преступления. Содержанием данной деятельности
является собирание, исследование и оценка доказательств.

Чтобы быстро и полно выявить необходимую криминалистически значимую
информацию о механизме совершенного преступления, следователь должен
четко представлять следующее;

а) о чем нужна информация, для какой цели;

б) в какой форме и в каком объеме;

в) где и когда ее искать, из каких источников можно получить;

г) что нужно предпринять для ее извлечения, какие имеющиеся технические
средства применить;

д) каким способом зафиксировать и сохранить полученную информацию,
сделать ее доступной для последующего восприятия и оценки другими лицами
(13, с.41).

На выявление информации о механизме преступления из общего потока
поступающих к следователю сведений для создания криминалистической
модели механизма совершенного преступного события положительно или
негативно влияют субъективные и объективные факторы.

К субъективным факторам, определяющим возможности получения информации о
механизме преступления, относятся:

а) профессиональный опыт следователя. По мере его накопления У
следователя “вырабатывается своеобразная избирательность наблюдения,
направленная на отыскание доказательств, на выявление
примаков-последствий расследуемого события, на установление
определенного рода связей между явлениями” (12, с.88-91; 13, с.39). В
соответствии с этим следователь воспринимает любую информацию о
происшедшем событии с точки зрения оценки ее криминалистического
значения для раскрытия и расследования уголовного дела, обращая внимания
В первую очередь на такие признаки, которые позволяют ему понять, что
произошло в данном месте, каковы действия и другие повс

денческие акты участников преступного события и их роль в событии, и
т.д.;

б) укоренившиеся в сознании следователя привычные взгляды на
определенные факты и явления. В сознании следователя со временем
вырабатываются определенные установки и стереотипы, каждую ситуацию он
осмысливает под их влиянием (13, с.39);

в) способность следователя быстро сопоставлять полученную информацию со
своими знаниями, оценивать действительную или возможную ценность
полученной информации, быть внимательным, быстро мыслить и отделять
криминалистически значимую от второстепенной информации;

г) наличие и степень осведомленности следователя о количестве и

местонахождении материальных носителей информации о механизме
исследуемого преступления;

д) наличие просчетов и характер ошибок следователя в оценке полученной и
исследованной информации;

е) наличие и характер противодействия расследованию и т.д.

К объективным факторам такого рода относятся:

1. По отношению к следователю:

а) наличие у следователя процессуального права собирать и исследовать
доказательства по конкретному совершенному преступлению;

б) наличие и характер сообщения или результатов предварительной
проверки, ставшим поводом к возбуждению уголовного деля;

в) наличие у следователя технических и иных вспомогательных средств,
которые способствовали бы использованию возможно большего числа форм
выявления, запечатления и сохранения информации;

г) своевременность собирания и исследования доказательств, ограничение
времени для принятия решений я их реализации. Нередко возможности
следователя ограничены небольшим периодом времени, в течение которого он
может практически получить и оценить ту или иную информацию о механизме
совершенного преступления, а силу чего он вынужден обращать внимание и
собирать только основную, по его мнению, информацию;

д) наличие в следственно-оперативной группе необходимых специалистов;

е) сохранение я неизменном виде обстановки на месте совершенного
преступления;

2. По отношению к носителям информации:

а) наличие и характер материальных носителей криминалистически значимой
информации о происшедшем преступном событии;

б) доступность информации для специалиста;

в) объективные возможности сохранения сведений о механизме совершенного
преступления и интенсивность исчезновения и уничтожения информации на
материальных носителях;

г) время, прошедшее после совершения или обнаружения в действиях
субъекта признаков какого-либо преступления, и др.

Данный перечень факторов, определяющих возможности получения информации
о механизме преступления, разумеется, не является исчерпывающим и может
быть дополнен.

§ 3. Средства я методы установления, накопления и сохранения информация
о механизме преступления

В связи с увеличением числа тяжких преступлений, совершенных
Организованными группами, фактов активного противодействия
расследованию, я также с трудностями получения ориентирующей и
доказательственной информация о преступлении я его участниках,
отсутствием необходимых технических возможностей, значительными
недостатками методического алана перед учеными-юристами и практиками
стала проблема поиска дополнительных средств, приемов, методов раскрытия
и расследования, а также совершенствования правовой базы их
использования в оперативной, следственной и экспертной деятельности.

В последние годы в юридической и иной (в том числе и специальной)
литературе стали появляться сообщения, суждения или результаты дискуссий
об использовании средств и методов раскрытия и расследования
преступлении как традиционных, так и нетрадиционных (например,
привлечение психоаналитиков, экстрасенсов, астрологов, специалистов в
области психологии, применение полиграфа и т.п.). При этом следует
отметить, что с развитием науки и техники систематически увеличивается
число технических средств, используемых для установления, фиксации и
сохранения значимой для раскрытия преступления информации, которые в
дальнейшем становятся традиционными.

Практика расследования и раскрытия преступлений показывает, что любая
предкриминальная, криминальная и посткриминальная деятельность лиц,
совершивших их, и совокупные с ней действия потерпевшего и других
участников преступного события как процессы взаимодействия,
сфокусированные в событии преступления, обязательно оставляют различные
следы, изменения на объектах контакта и вовне, выполняющие в дальнейшем
функции носителей, а затем источников информации о механизме
преступления а целом.

Сферой информационного отображения механизма преступления может быть как
неживая, так и живая природа. Если в неживой природе (на объектах
естественно-природного или искусственного происхождения) отражение
ограничивается образованием материально фиксированных следов, изменений,
отпечатков (носителей информации о внешнем строении взаимодействующих
объектов ), то отражение, например, на уровне сознания человека (живая
природа не ограничивается человеком, его сознанием, так как имеются и
другие биологические объекты носители отражений, элементы флоры (или
фауны) характеризуется активностью, целенаправленностью действий
субъекта, формированием в его сознании образов, включением результатов
отражения (информации) в дальнейшую деятельность.

Информация, полученная познающим субъектом в результате его
взаимодействия с объективным миром, есть результат отражения, есть
сведения, об объективной действительности (10, с.24,25).

Исходя из содержания процессов, накопления, сохранения и использования
информации о механизме преступления” а также учитывая характер и природу
свойств, присущих познающим субъектам данную информацию можно
классифицировать, на ниш взгляд, по следующим основаниям:

а) по носителям и формам установления – процессуальная н не
процессуальная, идеальная и материально фиксированная информация (их
отграничение выражается в способе извлечения информации из определенного
источника и в характеристике самого носителя);

б) по субъекту ее получения и использования – оперативная, экспертная,
следственная и судебная;

в) по средствам установления – информация, полученная традиционными
средствами и методами, и информация, полученная нетрадиционными
средствами и методами;

г) по значимости для раскрытия и расследования преступлений –
ориентирующая и доказательственная;

д) по характеру – содержательная, оценочная или управленческая;

е) но объему – полная и не полная.

В целом названную информацию можно определить как криминалистически
значимую, тёк как она способствует раскрытию и расследованию
преступлений. Указанные виды информации о механизме преступления могут
быть получены при изучении и исследовании различных ее носителей,
отличаться по своей физической природе, форме представления м по своему
процессуальному значению, использоваться для различных целей.

Информация о механизме преступления является потенциальной и приобретает
криминалистическое и процессуальное значение только после ее
актуализации, т.е. после включения ее в процесс расследования (11,с.40).

Чтобы актуализировать носители информации о механизме преступления (а
саму информацию сделать криминалистически и процессуально значимой), они
должны быть выявлены, зафиксированы, сохранены. а затем оценены и
использованы при решении задач раскрытия и расследования преступлений.

Для установлении, накопления и сохранения криминалистически значимой
информации о механизме совершаемого преступления следователь использует
достижения естественных и технических наук, психологии, логики и других
отраслей знания, собственные опыт, а также опыт, переданный ему
работниками-профессионалами органов следствия и суда, и методы, прием”;
и технические средства криминалистики, которые по мере развития науки и
совершенствования следственной и экспертной деятельности преобразуются
(устаревают прежние и на их месте появляются новые).

Круг традиционных, многократно апробированных и показавших свою
эффективность методов познания механизма преступления велик. Среди них
можно назвать такие наиболее актуальные и практически значимые методы,
как наблюдение, сравнение, эксперимент, моделирование, идентификация я
диагностика.

При накоплении и сохранении информация о механизме преступления
следователь применяет и другие традиционные методы – измерение,
описание, протоколирование, схематические и масштабные планы, чертежи,
рисунки и т.д.

На вооружении органов предварительного следствия и экспертных учреждений
имеются и специальные средства поиска, изъятия, накопления, сохранения и
использования информации о механизме преступления, к которым, в
частности, относятся:

– средства выявления следов, выделений живого организма и микрообъектов,
обнаружения тайников, трупов и их частей;

– средства обнаружения химических, радиоактивных и иных материалов и
веществ;

– средства фиксации (в том числе консервации) и накопления информации;

– средства моделирования (гипс для слепков, схемы, планы, чертежи,
фото-, киносъемка и видео, аудиозапись);

– средства изъятия (инструменты, аппаратура, приборы, материалы) и т.д.

По мере развития науки на вооружение принимаются другие методы и
средства, ранее неизвестные криминалистике. Так, воздействие
научно-технического прогресса на юридическую науку привело к внедрению я
следственную, экспертную и судебную практику новых научных методов и
более совершенных технических средств, к числу которых относятся
современные ЭВМ и видеомагнитофонная аппаратура.

Сегодня практически невозможно представить работу сотрудника
правоохранительных органов без новых информационных технологий,
основанных на использовании компьютеров и других новейших средств
коммуникации. Компьютеры проникли почти во все сферы деятельности
органов данной системы. Нет необходимости анализировать применение
компьютеров в создании и ведении различного рода учетов, картотек,
банков данных, имеющих справочно-информационный характер, так как
указанные направления общеизвестны. Созданы информационно-поисковые
системы для учета уголовных дел, лиц совершивших преступления,
похищенного имущества и оружия, автотранспорта и т.д.

Между тем наиболее, на наш взгляд, перспективная область применения
компьютеров находится в сфере установления, накопления и сохранения для
дальнейшего использования информации о механизме преступления. Мнение
Л.В. Владимирова о том, что “таинственные, запутанные происшествия,
составляющие предмет судебных исследование, слишком разнообразны по
своим подробностям, чтобы они могли быть использованы на основе каких-то
систематичных к формальных правил (8, с.14), сегодня (с учетом
современных достижений науки и техники) можно интерпретировать в ином
направлении. Очевидно, что данная информация может накапливаться.
обобщаться, систематизироваться, а да тем использоваться в целях
раскрытия и расследования преступлений.

Так, например, долгое время только художник по просьбе следователя или
эксперта-криминалиста изображал человека в полный рост, стараясь
передать особенности его фигуры и одежды, а уже затем данный рисунок
использовался при розыске лиц, скрывшихся от суда или следствия. Сегодня
художников могут заменить компьютерные программы, а следователь вместе с
потерпевшим и свидетелями-очевидцами могут создавать не только
изображение разыскиваемых преступников (во весь рост и со всеми
запомнившимися очевидцам особенностями фигуры, осанки, походки и т.д.),
но и воссоздать картину происшедшего преступного события с привязкой к
месту преступления и в движении, т.е. его механизм.

Следователь при реализации соответствующей программы может использовать
возможность компьютера – накапливать и сохранять достаточно длительное
время систематизированную информацию о механизмах совершенных
преступлений, а затем ее классифицировать. Это даст возможность
типизировать для нужд следственной и судебной практики механизмы
преступлений отдельных видов (групп), определить закономерные связь:,
существующие между способами совершения тех ил” ины\ категорий
преступлений и определенными типами преступников и потерпевших,
использованными виновными орудиями и средствами и следами их применения,
свойствами потерпевших и преступников и выборам виновными определенных
способов подготовки, совершения и сокрытия последствий и самого
преступления, свойствами преступников и использованными ими отдельных
элементов обстановки, предметами преступного посягательства и способами
вступления с ними во взаимодействие, определенными видами похищенного
имущества и формами, каналами его сбыта и т.д.

Еще в конце 70-х годов В.Г. Танасевич писал о том, что в содержание
типовой структуры частных криминалистических методик должны включаться
определенные и схематично структурированные системы Признаков
преступления – способ и обстановка преступления, предмет Преступного
посягательства, личность субъекта преступления, маскирующие действия (9,
с.182-183) и т.д. Но этого для практики раскрытия и расследования, на
наш взгляд, недостаточно. Есть необходимость уже Сегодня в
криминалистическую характеристику преступлений конкретного вида включать
не отдельные элементы, а такую систему, как механизм преступления.
Использование в этих случаях компьютерных программ значительно
увеличивает их теоретическую и практическую значимость.

Особую актуальность в настоящее время приобретает проблема широкого
использования в процессах установления, накопления и сохранения
информации о механизме преступления такого технического средства, как
видеомагнитная запись. В настоящее время в связи с законодательным
признанием возможности использования результатов видеомагнитной записи в
процессе доказывания возросло и значение использования видеоаппаратуры в
раскрытии и расследовании преступлений.

Хотя широкое использование подобных средств в доказывании относительно
затруднено (в связи со слабой оснащенностью низовых подразделений
правоохранительных органов, отсутствием научных рекомендаций но
нормативно закрепленным аспектам их использования, а также с
несовершенством а этом вопросе уголовно-процессуального
законодательства), представляется возможным использование этих средств в
накоплении, систематизации, сохранении (в виде видеотек) и использовании
накопленной информации о механизме совершенных и расследованных
преступлений и их последствий как ориентирующей в раскрытии и
расследовании совершенных преступлений.

В следственной практике чаще всего к видеозаписи прибегают Для фиксации
динамических процессов, происходящих в ходе следственных действий,
например при проведении следственного эксперимента, проверки показаний
на месте, опознаний, осмотров, обысков, очных ставок. Например, при
производстве осмотра места происшествия, следственного эксперимента и
проверки показаний на месте фиксируется на видеопленку отдельные
фрагменты воссоздаваемой картины происшедшего события. Они, в свою
очередь, дают возможность следователю смоделировать механизм
совершенного преступления и определить порядок дальнейшего
расследования.

Для установления, накопления и сохранения информации о механизме
совершенного преступления можно использовать видеозапись при
производстве не только следственных действий, но и оперативно-розыскных
мероприятий. Этим целям подчинены оперативная скрытая видео, киносъемка
и аудиозапись преступной деятельности виновных, осуществляемая
соответствующими сотрудниками правоохранительных органов. Проведение
соответствующих мероприятий дает возможность фиксировать
непосредственный механизм преступной деятельности подозреваемых или
преступления в целом. Полученная таким образом информация о механизме
совершаемого преступления может быть использована в уголовном процессе в
качестве доказательственной лишь после того, как она найдет
подтверждение в ходе доказывания в установленном уголовно-процессуальном
законом порядке.

Изучение практики использования ЭВМ, видео, аудио-, кино-,
фотоаппаратуры в раскрытии и расследования преступлений позволило прийти
к следующим выводам:

а) применение в следственной и судебной практике видеозаписывающей и
иной аппаратуры и предлагаемого нами криминалистического учета, а также
использование полученных и классифицированных видео-, аудио-, кино-,
фотоматериалов будет способствовать повышению эффективности раскрытия и
расследования многих тяжких преступлений, таких как вымогательство,
наркобнзнес, убийство, массовые беспорядки и др.;

б) как в первом, так и во втором случаях применение научно-технических
средств в смысле ст.141 УПК состоит в том, что они представляют собой
устойчивые материальные образования, способные длительное время
сохранять заключенную в них информацию, а затем передавать потребителю
для дальнейшего использования;

в) законодательное признание доказательного значения результатов
применения видео-, аудио-, кинозаписи не исключает необходимости
дальнейшего совершенствования действующего уголовно-процессуального
законодательства;

г) существует необходимость научного исследования выявленных проблем,
связанных с использованием традиционных средств и методов установления,
накопления и сохранения информации о механизме преступления,
совершенствования правовой базы в связи с расширением круга средств,
используемых для получения доказательственной и ориентирующей
информации, и соответственно разработки рекомендаций по их использованию
для оперативной и следственной практики.

Установление ориентирующей информации о механизме преступления возможно
как традиционными, так и нетрадиционными для следователя средствами и
методами. Учены” -криминалисты в последнее десятилетие исследуют
возможность использования последних (анализ наследственной субстанции –
ДНК, достижения в области генетики, гипноза и т.д.), но новые средства и
методы медленно проникают в следственную, экспертную и судебную
практику.

В зарубежной литературе еще в конце XIX в. описаны случаи использования
гипноза в преступных целях – для изнасилования женщин, склонения к
самоубийству, составления фиктивных договоров и т.д. Современные
преступные организации проявляют интерес к гипнозу, его технике с целью
разработки приемов будущего “программирования” людей.

Разрешение проблем использования подобных средств в деле борьбы с
преступностью в нашем государстве находится в первоначальном состоянии.
В юридической литературе в последние годы появляются описания
результативных попыток использования гипноза в уголовном процессе с
целью получения ориентирующем информации, ранее не сообщенной
допрошенными лицами, и таких попыток уже немало. В этой связи можно
сказать, что формируется соответствующая следственная практика, в
частности, при производстве допросов лиц, причастных к преступному
событию и давших добровольное на это согласие (как правило, такие
действия сопровождаются аудио-, видеозаписью).

Аудио-, видеозапись такого допроса позволяет следователю, экспертам или
судьям оценить ориентирующую информацию об отдельных моментах
преступного события и в целом о механизме совершенного преступления.
Разумеется, чтобы информация была признана в суде, необходимо ее
подтверждение другими доказательствами.

Объектами воздействия гипнозом по решению следователя могут быть
потерпевшие, свидетели-очевидцы и подозреваемые (при условии их
согласия), которые сообщили заведомо ложные сведения или по некоторым
причинам не могут восстановить отдельные факты, внешние

признаки человека или предмета, а также последовательность происшедших
событий.

Определение ложной информации в показаниях лиц, допрошенных
следователем, возможно и другими методами и средствами. Так,
использование достижений научно-технического прогресса в уголовном
процессе привело к реализации нового метода тестирования с помощью
полиграфа. Приборы этого видя используются в медицине, при
психологических исследованиях, в психофизиологии, одним из разделов
которой является детекция лжи.

В зарубежной практике полиграф используется десятки лет. Опыт
подтверждает значительную эффективность использования такого прибора в
следственной практике.

В начале 90-х гг. в следственной практике были предприняты первые
попытки проверки подозреваемых (с их на то согласием) с применением
тестов на зарубежном полиграфе. Они дали положительные результаты. В
связи с этим были начаты во ВНИИ МВД научных исследования возможностей
использования полиграфа в уголовном процессе.

Общую правовую основу тестирования с помощью гипноза и полиграфа создают
нормы УПК об участии специалиста в следственных действиях и о
возможности применении технических средств для собирания, фиксации и
использования информации, и также законы, РФ и инструкции Генеральной
прокуратуры. ФСБ, МВД РФ, согласованные с Министерством юстиции РФ
(15,16).

Данные нормы позволяют использовать в уголовном процессе и других
специалистов. Так, например, специалист-психиатр по форме и виду следов,
выявленных на месте происшествия, может распознать направление,
последовательность и характер движений и действий участников преступного
события. Ярким примером этого может быть распознавание психического
облика преступника по изменениям, которые образовались на месте
преступления во время и сразу после его совершения, когда виновный:

а) в спешке бросает жертву на месте и не пытается что-либо скрыть;

б) устраняет видимые следы, частично уничтожает или тщательно
запрятывает труп в недоступном месте;

в) труп специально передвигает на видное для случайных прохожих место
для скорого его нахождения и др.

Ориентирующую информацию о механизме совершенного преступления
следователь может получить путем анализа: 1) слухом, мнений,
предположений, связанных с исследуемым преступном событии, имеющих место
среди населения, где оно произошло, к информации поступающей из
различных источников оперативным работникам;

2) сведений, полученных из содержании теле-, радио интервью, репортажа с
места события, различных очерков, публикаций и т.д. Полученная таким
образом информация может быть использована и oneративно-розыскной
деятельности и для формирования и выдвижения версий.

§4. Проблемы накопления, сохранении и использования информации о
механизме преступления и путь их разрешения в целях обеспечения
раскрытия и расследования преступного события

Попытки систематизации и использования информации об отдельных элементах
механизма преступления в розыске и изобличении преступников
осуществлялись в различных государствах, в том числе в Англии, Германии
и России, еще в XVIII-XIX в. В работах Л. Этчерли, А. Фольмера, Г.
Циммермана, Г. Гросса и других указывалось на необходимость учета и
использования навыков и привычек, приобретенных преступниками при
совершении определенного вида преступления, в целях раскрытия
преступного события (4, с.190-192; 5, с.8-12).

Создаваемые на такой основе системы в целом основывались на фиксации,
исследовании и использовании признаков способа преступления. При этом до
настоящего времени в процессе отбора регистрируемых признаков имеются
расхождения, например, в одном случае учитываются признаки только
действий виновного при подготовке и совершении преступления, в другом –
действия при совершении и сокрытии преступного события. В иных случаях
встречаются и другие способы компоновки признаков.

В науке я практике наметились две различные тенденции относительно
регистрация и использования данных о способах преступления при раскрытия
и расследовании преступного события. Сторонники одной стремятся
ограничить круг признаков способа преступления, подлежащих фиксации в
учетных документах, а другой – максимально расширить и детализировать
признаки способа преступления и свойства личности преступника, могущие
отразиться в способе действий лица при подготовке, совершении и сокрытии
преступного события.

До определенного времени последнее направление преобладало, так как
считалось, что чем более полной и всесторонней информацией в отношении
способа преступления и личности преступника будет располагать
следователь, тем быстрее будет раскрыто и расследовано преступное
событие. Поэтому в 60-80-х годах учеными-криминалистами было обращено
пристальное внимание на исследование теоретических и практических
проблем фиксации и использования данных о способе преступления и
личности преступника. Исследованием этих проблем занимались Р.С. Белкин,
А.И. Колесниченко, В.Н. Кудрявцев, Э.Д. Куранова, В.П. Лавров. И.М.
Лузгин, С.С. Овчинский, Г.А. Самойлов С.С. Степичев и др.

Наиболее всесторонне и детально вопросы, связанные с использованием
информации о способах преступления, рассматривались в работах Г.Г.
Зуйкова, где дан не только всесторонний анализ структуры способа
совершения преступления, освещены причины, обуславливающие повторяемость
способа, его детерминированность внешними условиями, • которых
совершается преступление, и личности преступника, но и проанализировано
ведение учетов по способу совершения преступлении как одно из
направлений использования соответствующих данных.

Г.Г. Зуйков одним из первых глубоко рассмотрел вопросы применения в
централизованном порядке информационно-поисковых систем на основе
использования ЭВМ, что позволило в те годы существенно повысить
коэффициент полезного действия имеющейся на вооружении
правоохранительных органов специальной техники и ЭВМ, paзработать и
внедрить более современные информационно-поисковые карты и компьютерные
программы по фиксации и использованию информации о способе преступления
и личности преступника.

В настоящее время, с одной стороны – существенные изменения в динамике,
структуре и характере преступности (в частности, рост количества
преступлений, совершенных преступниками-рецедивистами, профессиональными
преступниками, организованными группами или преступными сообществами), с
другой – недостаточный уровень тактического обеспечения,
профессионального мастерства работников правоохранительных органов (в
частности, отсутствие компьютеров в отделах, отделениях органов
внутренних дел, ведении картотек им способу преступления и личности
преступника в городских и районных отделах внутренних дел в произвольной
форме и крайне общий характер информации, которой располагает различные
УВД относительно банка данных о способах совершения преступления)
привели к тому, что информационно-поисковые системы, продуктивные в 80-х
годах, стали слабо “срабатывать” и, к сожалению, мало способствовать.
выявлению отдельных категорий лиц, склонных к совершению определенного
вида, группы преступлений, и в целом раскрытию последних. Это, в свою
очередь, показало, что содержание названных систем уже не отвечает
современным требованиям.

Данные обстоятельства, судебная и следственная практика обусловили
актуальность новых направлений научного исследования.
Учеными-криминалистами исследуются: способ сокрытия как форма
противодействия расследованию (Р.С. Белкин, В.П. Лавров, И.М. Лузгкн и
др.), виктимологический аспект преступления (B.C. Бурданова, В.М. Быков,
В.В. Ландышей, Е.Е. Центров и др.), криминалистический аспект
организованной преступной деятельности (А.И. Гуров, В.И. Куликов к др.),
закономерности Механизма преступления (Р.С. Белкин, З.И. Кирсанов, A.M.
Кустов н др.) и т.д.

Результаты этих исследований и следственная практика указали на
имеющиеся в практически” работе проблемы, а исследования, в частности
механизма преступления, дали основания предложить нуги их разрешении.

1. Относительное несовершенство и неэффективность в нынешних условиях
борьбы с новыми формами преступности отдельных криминалистических
учетов. Например, действующая форма информационно-поисковой карты и
компьютерные программы по регистрации данных о совершенном преступлении
и лиц, совершивших его, на наш взгляд, по содержанию неполная. В них
отсутствует информация о действиях потерпевшего н других случайных
участников преступного события, а также об использовании участниками
события элементов обстановки. В связи с этим информационные карты и
программы следует догеолнитг. сведениями о механизме; совершенного
преступления. Предполагается, что дополненные показатели будут
накапливаться в банке данных, затем анализироваться и исследоваться
аналитиками правоохранительных органов, а затеям в виде рекомендаций и
методик “возвращаться” в практические органы.

2. Недостаточно полное или неточное заполнение практическими работниками
информационно-поисковых карт, что приводит к лишению правоохранительных
органов возможности использования необходимой информации о
характеристиках уже совершенных преступлений. Введение в штаты органов
внутренних дел или следственных подразделений должностей аналитиков, их
специальная подготовка могут способствовать разрешению названной
проблемы.

3. Неполное использование следователями и оперативными сотрудниками
информации об отдельных элементах механизма преступления, что
значительно снижает эффективность и быстроту раскрытия я расследования
преступления. На наш взгляд, одним из факторов повышения эффективности и
быстроты раскрытия преступлений может служить информация о выявленных
устойчивых признаках механизма преступления и его отдельных элементов и
прежде всего:

а) о способе преступления (информация об устойчивых признаках способа
преступления может трансформироваться в следственную версию о лице,
совершившем исследуемое преступление и т.п.);

б) взаимосвязи жертвы и преступника (информация об устойчивых признаках
взаимосвязи жертвы и преступника может трансформироваться в следственные
версии о жертве преступления и т.д.).

4. Отсутствие криминалистического систематизированного учета механизмов
совершенных и расследованных преступлений и их материальных последствий.
Правильное накопление, хранение, обработка и использование данной
информации будет необходимой предпосылкой для быстрого и полного
раскрытия и расследования преступлений. Разработка я внедрение для этой
цели программ для ЭВМ и централизованного криминалистического учета
значительно расширит возможность накопления, систематизации, а главное –
использования информация о механизме преступления.

ЛИТЕРАТУРА

1. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические Проблемы
советской криминалистики. – М., 1970.

2. Белкин Р.С., Вниберг А.И. Криминалистики и доказывание. М., 1969.

3. Спиркин А.И. Курс марксистской философии. – М., 1963.

4. Зуйков Г.Г. Поиск преступника по признакам способа совершения
преступлений. – М., 1970.

5. Гросс Г. Руководство для судебного следователя как система
криминалистики / Пер. с нем. – СПб., 1908.

6. Чурпитя В.В. Исследование устойчивости способа преступления и ее
значение для раскрытия и расследования преступлений. /Дис… канд. юр.
наук. – Киев, 1989.

7. Вандышев В.В. Реализация взаимосвязей жертвы я преступника в
раскрытии и расследовании насильственных преступлений. – СПб., 1992.

8. Владимиров Л.В. Учение об уголовных доказательствах. – Харьков,1982.

9. Советская криминалистика. Теоретические проблемы. – М., 1978.

10. Бедняков Д.И. Не процессуальная информация и расследование
преступлений. – М., 1991.

11. Криминалистика. – М., 1995.

12. Ратинов А.Р. Судебная психология для следователя. – М., 1967.

13. Хлюнцев М.Н. Криминалистическая информация и моделирование при
расследования преступлений. – Саратов, 1982.

14. Кустов А.М. Механизм преступления. – Ставрополь, 1995.

15. Федеральные закон РФ “Об оперативно-розыскной деятельности” //
Ведомости Съезда народных депутатов РФ • Верховного Сове-га РФ. 1992.
№7. №33.

16. Инструкция Генеральной прокуратуры, ФСБ, МВД РФ. зарегистрированная
в Мииюсте РФ от 28.12.94 г. “О способах применения полиграфа при опросе
граждан”.

17. Леканов Ю.И. Раскрытие убийства на основе криминалистического
моделирования // Записки криминалистов, – М., 1994. №3.

Глава 7. Моделирование механизма преступления и его расследования

§ 1. Моделирование и модели

Моделирование – общенаучный метод познания, используемый как в
криминалистической науке, так н в следственной, экспертной и судебной
практике, когда, например, прямое исследование фактов, происшедших в
прошлом, затруднено. При моделировании для исследования объекта
(явления) используется не сам объект (так как часто это не
представляется возможным), а заменяющая его модель.

Реализация данного метода познания заключается в построении и изучении
модели каких-либо явлений, процессов, объектов или их системы для
тщательного исследования.

Криминалистическая модель представляет собой искусственно созданную
систему, воспроизводящую с определенной степенью сходства заменяемый ею
объект, явление или процесс, связанные с исследуемым преступным
событием. Изучение и проверка модели позволяет получить новые знания об
оригинале и использовать их для решения поставленных перед
правоохранительными органами задач по раскрытию я расследованию
преступлений.

Криминалистические модели подразделяются на материальные,
воспроизводящие объект в материально фиксированном виде, и мысленные,
воспроизводящие объект (явление) в сознании человека.

Как показала практика расследования уголовных дел, наиболее часто в
деятельности правоохранительных органов используются мысленные модели.
Мысленная модель объекта, явления или процесса, являясь системой
информации, а также средством получения новой информации об этом объекте
(явлении), способна в ходе исследования заменить оригинал. Она может
быть материализована в виде схемы, макета, чертежа или описания.

Моделирование при производстве предварительного расследования или
судебного разбирательства используется для проверки имеющихся и
получения новых доказательств, выдвижения и исследования версий в тех
случаях, когда непосредственное изучение объекта, явления пли процесса,
связанного с преступным событием, невозможно или нецелесообразно.
Зачастую, изучив предварительный материал о происшедшем событии,
необходимо определить:

– имело ли место преступление или проступок;

– уголовно-правовую квалификацию деяния правонарушителя;

– пути розыска его и похищенного им имущества и т.д.

Поскольку использовать отсутствующие объекты или исследовать происшедшее
в прошлом явление невозможно или нецелесообразно, следователь (иные
участники уголовного процесса, судья) прибегает к моделированию. Приемы
моделирования при расследовании различны – это мысленное моделирование,
материальная реконструкция (обстановка места происшествия до совершения
преступления), математическое моделирование, изготовление муляжей и
слепков, воссоздание происшедшего явления н фиксация его с помощью
фото-, кино-, видеосъемки и т.д.

Модели объектов могут использоваться наряду с оригиналом. К этом – одна
из особенностей моделирования в расследовании.

Создание (выбор) и использование любой материальной, таковой,
математической или другой модели опосредованные мысленным
моделированием. В свою очередь, по мнению И.М. Лузгин, мысленные модели
преступления могут проверяться и с помощью других видов моделирования (1
с.11).

Создание и изучение моделей способствует проверке и получение новой
информации; позволяет исследовать и объяснить связи между фактами и
явлениями, механизмом совершенного преступления и образовавшимися
последствиями; вскрыть взаимосвязь и взаимообусловленность действий как
прямых, так и косвенных участников преступного события и т.д.

Необходимо отметить, что природа мысленного моделирования достаточно
сложна, но с учетом задач предварительного расследования и судебного
разбирательства по уголовному делу интерес представляет рассмотрение
мысленной модели объекта (явления) в качестве образно* iu
информационного представления” имеющего определенное сходство с
действительностью. Главной отличительной особенностью мысленных моделей
является их свойство быть аналогами некоторых еще не познанных
обстоятельств, скрытых связей и т.д.

Исходя из того, что мысленная модель по своей форме – это психический
образ, а в гносеологическом плане • средство получения нового знания и
что она является более или менее полным воспроизведением

оригинала и отражает его определенный уровень, И.М. Лузгин пришел к
выводу, что такая модель:

– формируется для решения специальной познавательной задачи и связана
главным образом с опосредствованным исследованием объектов;

– подобно материальной модели является системой, но системой мысленных
элементов;

– при определенных условиях оценивается как вероятное или достоверное
знание;

– допускает различные преобразования в форме мысленного эксперимента,
сравнения с чувственно воспринимаемыми фрагментами действительно для
анализа и синтеза;

– может быть материализована в виде схемы” плава, рисунка, макета,
формулы, описания;

– в познании выполняет функции отражение, интерпретации фактов,
наглядного выражения мысленных представления, замены оригинала,
опосредствованного источника информации (1, с. 75).

Объектами криминалистического моделирования могут быть различные
обстоятельства, условия и состояния, которые допустимо подразделять на
познаваемые объекты (явления) и объекты (явления), выступающие в
качестве средств познания (8, с. 163).

Среди них можно назвать такие объекты, процессы н явления, как
конкретное преступление и его механизм, отдельные элементы механизма
совершенного преступного события (прежде всего действия преступника или
деятельность преступной группы или преступной организации),
поведенческие акты потерпевшего и других участников преступного события,
обстановка места происшествия, внешние признаки отсутствующих участников
или очевидцев преступления, орудия или средства совершения, похищенное
имущество м другие объекты, связанные с исследуемым событием, и т.д.

Преступление как социальное явление не может быть познано, если не
рассматривать его как определенную систему, состоящую из различных
элементов, связанных между собой специфическими взаимосвязями и
взаимозависимостями, подчиненную в ходе своего зарождения и развития
своеобразным закономерностям. Это позволяет выделить преступное событие
и его механизм по совокупности других социальных явлений, определить его
границы, сопоставить с конкретными материальными объектами и связанными
с ними действиями и последствиями. Полученная при этом информация может
быть использована разными потребителями (законодателем, следователем,
судьей, адвокатом, преступником и т.д.).

При подготовке уголовно-правовою акта законодатель анализирует и
всесторонне оценивает все элементы деяний виновного и жертвы, так как
уголовный закон создается для охраны определенны” социально-общественных
отношений, на которые посягает преступник. Наиболее эффективны для
использования законодателем модели механизма определенного вида
(подвида), группы преступлений, где отражены в классическом виде
интересующие правотворца деяния участников преступного события.

Модель механизма совершенного преступления создается (формируется) и в
сознании следователя (прокурора, судьи), расследующего уголовное дело.
На ее основе следователь определяет программу последующих следственных и
иных действий, а адвокат – целесообразные приемы зашиты. Эта модель в
процессе движения уголовного дела постепенно изменяется и уточняется,
приближаясь к своему прототипу -реальному механизму преступления.

Модель механизма будущего преступления существует в сознании
преступники. На ее основе он готовит орудия и средства достижения
преступного результата, совершает преступление, постоянно контролирует
течение события и при необходимости осуществляет соответствующие приемы
сокрытия самого преступления и негативных последствий своей преступной
деятельности.

Модель механизма совершенного преступления, более или менее
соответствующая действительности, складывается у лиц, знающих о
содеянном ” у потерпевших, свидетелей, эксперта-криминалиста, у публики
в зале суда, родственников участников преступного события и др.

Если материальная модель существует всегда в реальном, материально
фиксированном виде, то мысленная модель – идеальное отражение свойств и
качеств исследуемого объекта или явления, представляющее собой
абстракцию. В нее включается, на нее переносится лишь некоторая часть
свойств исследуемого объекта или явления, выделенных, абстрагированных
мышлением исследования свойств и качеств наиболее существенных,
обеспечивающих необходимое для расследования соотношение подобия между
моделью и оригиналом. При этом каждый элемент модели должен
соответствовать элементу оригинала. Созданная потребителем мысленная
модель является упрошенным подобием определенного объекта или явления.
Здесь имеется в виду не модель вообще, а конкретная, отражающая только
те свойства я качества объекта или явления, путем исследования которых
можно быстро и эффективно разрешить интересующие его конкретные вопроси.
Отражать же в модели множество других свойств и качеств объекта или
явления, если они не будут влиять на ход исследования и способствовать
разрешению этих вопросов, нет необходимости.

Создание мысленной модели совершенного преступления – это не процесс
механического копирования исследуемого преступного события и его
механизма, а избирательный процесс, в ходе которого, зная закономерности
исследуемого явления, процесса или объекта, субъект уголовного процесса
получает представление о характере свойств и качеств, подлежащих
выяснению в процессе расследования с помощью Модели.

Модель исследуемого явления, процесса или объекта постоянно уточняется и
совершенствуется. Она познается и выступает средством получение
криминалистически значимой информации о самом преступлении я его
участниках. Здесь информация понимается как выделенная сознанием
субъекта уголовного процесса при решения конкретных задач часть сведений
об объекте или явления, которая способствует решению задач раскрытия и
расследования преступлений.

Исходя из сказанного, можно сделать вывод о том, что мысленная модель
является моделью информационной, т.е. накопителем информации, а также
содержательной, отражающей свойства исследуемого явления, процесса или
объекта. В ней находят отражение как качественные, так и количественные
характеристики явления, процесса или объекта. Она замещает недостающие
звенья, пробелы в объяснения фактов, способствует отысканию
доказательств, их исследованию и, таким образом, раскрытию неизвестного.
Модель упорядочивает полученную информацию в определенную систему и
позволяет истолковывать и оценивать свойства и качества процесса,
явления или объекта познания. При этом он является моделью версионной,
поскольку допускает различное толкование данного объекта или явления,
однако по мере своего развития формирует достоверное представление о
них.

Криминалистическая модель механизма совершенного преступления
способствует правильной уголовно-правовой квалификации происшедшего
события; выявлению неизвестных лиц, связанных с преступным событием, и
их поведенческих актов; установлению событии, которые предшествовали,
сопутствовали преступлению и последовали после него; установлению
происхождения факторов и связи между ними, их временной и
пространственной характеристик, устранению противоречий между фактами;
определению направления поиска неизвестного и всего хода расследования и
т.д.

§ 2. Моделирование механизма совершенного преступления и его
расследования

Установление механизма совершенного преступления, его отдельных
элементов представляет собой частный случай, составную часть
поисково-познавательной деятельности следственных подразделений,
экспертных служб и судебных органов. Используя метод моделирования и
достоверные фактические данные, они формируют образ, мысленную модель
исследуемого события, которая помогает им решить задачи быстрого и
полного раскрытия преступлений, изобличения виновных и обеспечения
правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший
преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный
не был привлечен к уголовной ответственности и осужден (11, с.11).

В рамках уголовного судопроизводства процесс моделирования механизма
преступления имеет следующие особенности:

а) осуществляется в различных направлениях;

б) проходит несколько стадий (этапов), которые соответствуют стадиям
предварительного расследования и судебного разбирательства.

Учитывая специфику расследования, И.М. Лузгин (1, с.79) рассматривает
два основных направления, в которых “работают” материальные и мысленные
модели и реализуются их свойства и функции. Такими направлениями он
считает ретроспективное – обращенное в прошлое, к установлению существа
преступления, и перспективное – обращенное к исследованию его
последствий. На наш взгляд, имеется еще одно немаловажное направление –
текущее, обращенное к действительности текущего дня, когда следователь
моделирует различные процессы м явления, происходящие в конкретный
момент, а также возможные движения и поступки лиц, участвующих в
процессе расследования или противодействия ему, и их возможные
результаты.

В рамках первого направления, познавая факты, содержащие признаки
преступления, следователь обращается к прошлому. Он непосредственно
знакомится с обстановкой места происшествия, показаниями участников и
очевидцев об их собственных и известных им поведенческих актах других
непосредственных участников преступного события, а также с документами,
вещами, отдельными уже сформированными материальными моделями
исследуемых объектов и т.д.

Образовавшаяся в результате такой деятельности мысленная модель
механизма совершенного преступления раскрывает существо происшедшего
события, его внутренние процессы взаимодействия и связь между фактами.
Ретроспективная- модель является, с одной стороны, средством познания
происшедшего события, так как выполняет эвристическую роль в пояске я
изучении информации об исследуемом событии, с другой – результатом
познания, так как по мере расследования отражает объективное содержание
установленных фактов” Здесь надо отметить, что вея информация о
происшедшем событии изучается с позиции версии, но не вся получает свое
выражение в ретроспективной модели. Последовательный анализ и синтез,
сравнение я оценка информации позволяют интегрировать разрозненные
представления в единую систему знаний, выделять главные, существенные
черты события, достигнуть обобщений, позволяющих составить целостную
картину события.

Мысленное ретроспективное, моделирование, на наш взгляд, наиболее
значимое, существенное средство творческой поиско-познавательной
деятельности следователя по выявлению, раскрытию и расследованию
совершенного преступления.

Не является спорным тот факт, что с первых минут расследования
следователь сталкивается со сложностями, связанными со значительным
дефицитом информации о событии преступления, его маскировкой,
отсутствием данных о преступнике иль потерпевшем и многих иных
обстоятельствах совершения преступления. Более того, модели, строящиеся
на первоначальном этапе расследования, обычно содержат разрозненные
сведения, изобилуют большим количеством пробелов. Только по мере
проверки полученной информации о происшедшем событии они корректируются,
уточняются, совершенствуются.

Реализуя различные качества ретроспективной модели, следователь, как
правило, использует ее, замещая исследуемое явление и его механизм,
чтобы получить новую информацию о преступлении, его участниках и их
действиях и движениях. Такое замещение ретроспективной моделью своего
аналога – изучаемого события – реализуется логически с помощью
сопоставления с различными источниками информации, мысленного
эксперимента, абстрагирования. в этом случая мысленная модель становится
информационным фондом и тем средством, которое способствует установлению
причинно-следственных и пространственно-временных связей между
элементами механизма преступления, виновного лица, а также установлению
в целом объективной истины по уголовному делу и быстрому н эффективному
раскрытию преступления.

Установить причинно-следственные и другие связи между элементами
механизма совершенного преступления н преступными последствиями, между
расследуемым событием и местом происшествия, сформировать идеальную
модель механизма преступления невозможно без абстрактного мышления,
присущего высокой степени познания. Оно подчиняется общим законам
гносеологии, законам и категориям материалистической диалектики, законам
тождества, противоречия, исключенного третьего, достаточного основания и
другим” которые в ходе исследования обстоятельств совершения
преступления и их последствий, в ходе создания и использования модели
механизма совершенного преступления находят свое проявление в
восхождении от живого ощущения восприятия и в целом созерцания к
абстрактному мышлению.

Абстрактное мышление позволяет с определенной точностью подойти к
фиксации свойств и качеств исследуемого оригинала – совершенного
преступления – а обвинительном заключении по уголовному делу и в
последней, наиболее приближенной к оригиналу, мысленной модели механизма
преступного события.

Второе направление мысленного моделирования – это перспективное
моделирование; Оно получает свое выражение в плане расследования и
концентрированном представлении следователя о конкретных путях,
средствах и методах выявления, собирания, исследования и использования
доказательств для установления истины по делу. Перспективная модель, как
и ретроспективная, имеет то же основание – фактические данные об
исследуемом событии, полученные при производстве следственных и иных
действий, а также специальные познания и опыт следователя. Это
направление мысленного моделирования в расследовании преступлении тесно
связано с изучением объективно сложившейся системы противоправных,
общественно опасных действий (бездействий) правонарушителя,
взаимосвязанных с действиями других (как прямых, так и косвенных)
участников преступного события, и их последствий в конкретных условиях
места и времени. Вероятно, не будет ошибкой утверждать, что мысленная
ретроспективная модель механизма преступления отображает указанную
криминальную ситуацию, А это приводит к выводу о том, что
ретроспективное и перспективное моделирование тесно связаны между собой
и их расчленение можно производить только условно и только в научных и
практических целях.

Так, при ретроспективном моделировании значимая информация извлекается
посредством изучения модели механизма преступления, заменяющей реальный
объект (явление). Возникающая при этом система мысленных представлений,
понятий, суждений о механизме расследуемого события неразрывно связана с
соображениями о способах установления истины, которые получают свое
выражение в другой мысленной модели – плане работы по делу.

Формирование мысленное модели расследования сопровождается одновременным
отображением хода и результатов непосредственного расследования. По
мнению Г.А. Кустова, перспективное моделирование “повышает результаты
поисковой деятельности, оптимизирует организацию управления процессов
расследования и позволяет сократить его сроки, улучшает раскрываемость
преступлений, обеспечивает полноту, всесторонность и объективность
расследования”(2, с.68-69).

В процессе перспективного моделирования следователь четко формирует все
промежуточные цели и задачи, ведущие к достижению основного результата
следственной деятельности. Моделирование помогает наглядно представить
преемственность между первоначальным и последующим этапами
расследования. Следователь, определив перечень и очередность
следственных действий, оперативно-розыскных и организационных
мероприятий, а также криминалистических операций или комбинаций,
составляющих первоначальный, последующий и заключительный этапы
расследования, заблаговременно определяет или предполагает о возможных
конфликтных или неблагоприятных следственных ситуациях.

Третье, текущее направление обращено к непосредственному рабочему дню
следователя, когда он моделирует предметы, объекты, явления, процессы,
происходящие вокруг него, но в различных местах. Например, производство
оперативно-розыскных действий по. его поручению, допрос участника
преступного события другими следователями в соседнем кабинете и т.д.

Мысленное текущее моделирование получает свое выражение в настоящей,
действительной практике н творческой деятельности следователя до
дальнейшему обнаружении”, исследованию и использованию доказательств.
Применение его создает возможность для регулярного и оперативного
обеспечена” участников расследования своевременной и исчерпывающей
информации о фактическом положении дела в данный день расследования,
облегчает корректировку частных планов применительно к полученным
результатам, чем гарантируется динамичность процессе плакирования и
расследование в целом.

Моделирование механизма совершенного преступления до достижении
оптимальной схожести с оригиналом проходит несколько стадий,
соответствующих определенным стадиям предварительного расследования и
судебного разбирательства. По мнению И.М. Лунина, первоначально
создается некоторая схема ситуации, ее мысленный эскиз. Постепенно она
наполняется конкретным содержанием за счет поступающей информации. При
этом модель не остается пассивным ёе “аккумулятором”, наоборот, она
выполняет ориентирующую и эвристическую функцию, помогая в отборе
фактов, мобилизует опыт и знания, активизирует аналитическую
деятельность, способствует уточнению проблемной ситуации, помогает
определить пути ее решения, обостряет оценочную деятельность.

В итоге развития мысленная модель способствует наиболее полному
отражению изучаемого события. Когда же в выводах по делу установлены
объективная истина, т.е. достигнуто знание, точно и полно (в пределах,
очерчены законом) отражающее действительность, мысленная модель
исчерпывает свою познавательную функцию. Аналогия уступает место
достоверному знанию, предположение – истине (I, с.78).

Исходя из результатов опроса следователей и других работником
правоохранительных органов, мы пришли к следующим выводам:

а) наиболее значимой для оперативной, следственной и экспертной практики
и часто используемой при поиске неизвестной информации или планировании
последующей работы является модель механизма совершенного преступления;

б) с учетом качественного поэтапного изменения этой мысленной модели
изменяются и ее потребители, причем они, как правило, полу чают
дополнительную информацию о происшедшем событии от предыдущего
потребителя.

Созданий мысленной модели механизма совершенного преступления
представляет собой сложный поэтапный мыслительный процесс следователя
(прокурора, судья я др.). В процессе моделирования он отталкивается от
известных ему закономерностей механизма преступления более высокого
уровня, определяющих характер взаимосвязей и взаимодействий различных
элементов механизма преступления, а также конкретных известных ему
элементов, которые могут быть использованы в качестве деталей
создаваемой модели. Причем построение модели механизма совершенного
преступления требует знания всей системы механизма преступления в целом,
основных составляющих его элементов, характера и направленности связей
между отдельными элементами, группами элементов и всеми элементами,
между каждым элементом и системой в целом, знания о местоположении
каждого элемента в общей структуре системы. Следователю необходимо также
представлять себе, как отсутствие или изменение положения отдельных
элементов или их групп отражаются на состоянии всей системы.

Формирование целостной модели механизма происшедшего события
осуществляется постепенно на основе получения и интегрирования знаний о
его отдельных элементах, связях и отношениях. В ней во взаимосвязи и
взаимообусловленности должны быть отражены (в определенной мере сходства
с оригиналом) действия я поступки участников преступного события, их
признаки м свойства к т.д. Именно целостная модель механизма
совершенного преступления, на наш взгляд, поможет сотруднику
правоохранительных органов, а особенно следователю или оперативному
работнику, решить следующие задачи;

– объяснить факты, происшедшие явления, обладающие признаками
преступления;

– дать уголовно-правовую оценку исследуемому событию и соответственно
правильно квалифицировать деяния правонарушителя;

– установить “ объяснить пространственно-временные в причинно
следственные связи в расследуемом события;

– установить такие связи между действиями участников события и теми
изменениями, которые произошли в материальной обстановке;

– установить н объяснять механизм следообратоваиия,

– определить направление поиска неизвестных материальных последствии, а
по систематизированной криминалистически значимой информации –
преступника, не установленных свидетелей и косвенных участников
преступного события или потерпевшего;

– определить направление поиска похищенного имущества, вещественных
доказательств и иных носителей криминалистически значимой информации о
самом преступлении и его участниках;

– определить программу расследования на первоначальном, последующем, а
затем н на заключительном этапе и ее тактику и т.д.

Существуют общие требования к познанию происшедшего преступного события.
В соответствии с ними уполномоченными лицами на месте преступления
(происшествия) и в окружающей его среде выявляются все связанные с
правонарушением изменения, носители криминалистически значимой
информации. Они по возможности фиксируются, изымаются и исследуются в
целях получения информации, которая в дальнейшем станет основой
материальных и мысленных моделей, последующей поисково-познавательной
деятельности. Наряду с доказательственной информацией для формирования
целостной модели механизма преступления собирается, используется
ориентирующая. Она может быть получена из различных источников и
разнообразными средствами и методами.

Ориентирующая информация хотя и не имеет доказательственного значения,
но может быть использована для построения различных мысленных моделей, в
том числе н целостной модели исследуемого события.

Необходимо отметить, что исходной точкой моделирования механизма
происшедшего преступления является предварительный этап проверки
материалов для решения вопроса о возбуждении уголовною дела или об
отказе. Начальная стадия моделирования характеризуется следующими
операциями:

– собирание, изучение, логическое упорядочение и мысленная переработка
первичных фактических данных;

– выделение из имеющегося информационного фонда сведений относящихся к
отдельным элементам механизма преступления, обстановке, в которой
совершено криминальное событие, и личности преступника и потерпевшего;

– построение системы версий о не установленных обстоятельствах
содеянного и неизвестных внешних признаках преступника или потерпевшего;

– использование личных криминалистических знаний и опыта расследования
аналогичных дел для построения мысленной модели механизма преступления;

– использование криминалистической характеристики данного

вида (подвида) преступления и типовой модели механизма схожего
преступления и т.д.

Данная модель формируется оперативным работником или следователем на
этапе сбора и проверки материалов для решения вопроса о возбуждении
уголовного дела, (на первоначальном этапе расследования, а потерпевшим и
очевидцами – сразу после совершения преступления.

Далее следователь формирует мысленные модели о происходящем вне его
кабинета – выполнение оперативными работниками его отдельных поручений,
действия лиц, противодействующих расследованию, и т.д.

Параллельно этому и на основе модели механизма совершенного преступления
реализуется третье направление, в котором “работают” материальные и
мысленные модели и формируется перспективная модель будущего
расследования. Данная модель помогает работнику соответствующего
правоохранительного органа решить следующие задачи:

– по внешним признакам, изложенным в показаниях очевидцев и
потерпевшего, по признакам способов совершения преступления” предмета
посягательства, орудий и средств достижения преступного результата
установить я идентифицировать преступника;

– организовать техническое, оперативное, организационное, кадровое и
информационное обеспечение планируемой деятельности по раскрытию и
расследованию преступления;

– оценить ход и результаты проделанной работы, принять решение о
направленности, содержании и характере деятельности на следующем этапе
расследования и т.д.

Последующая стадия моделирования механизма совершенного преступления
характерна следующими операциями:

– уточнение ретроспективной модели на основе установленных в ходе
расследования фактических данных по делу или полученной новой информации
о самом преступлении или его участниках;

– моделирование не установленных участников преступного события,
предметов хищения, орудий и средств достижения преступного результата
для их дальнейшего поиска;

– фиксация модели механизма совершенного преступления (в текстуальной.
Графической или иной формах), изучение модели и ее оценка и т.д.

Потребителями модели на этой стадии являются следователь, оперативный
работник, прокурор (иные участники уголовного процесса.

Параллельно уточняется перспективная модель расследования:

– разрабатывается операция по поиску преступника, потерпевшего или
очевидца преступления;

– уточняется на базе использования указанной модели программа собирания
дополнительных данных о предмете доказывания, фактах, имеющих
вспомогательное значение и т.д. Здесь модель представляет собой систему
знаний о том, что, в какой последовательности, с привлечением каких сил
и средств, на основе каких методов, следственных действий и оперативных
мероприятий, в какие сроки и с соблюдением каких тактических условий
должно быть произведено по делу для изменения неблагоприятной
(конфликтной, сложной) следственной ситуации в благоприятную (с точки
зрения следствия);

– изучается, систематизируется и мысленно перерабатывается весь комплекс
собранной по делу информации;

– оценивается ход и результаты проделанной работы, прими’ маются решения
о характере и содержании работы на заключительном этапе расследования и
при судебном разбирательстве по делу и т.д.

Заключительная стадия моделирования механизма совершенного преступления
характерна следующими операциями:

– доведение модели до схожести с оригиналом;

– фиксация модели (например, в текстуальной форме в обвинительном
заключении, приговоре суда, исках и т.д.).

На данном этапе изменяются и потребители модели. Следователь С учетом
ретроспективной модели принимает меры к завершению промесса следственной
и технико-криминалистичекой идентификации, прокурор утверждает
обвинительное заключение и выступает в суде как государственный
обвинитель, адвокат формирует программу зашиты своего подзащитного,
судья осуществляет и завершает слушание по делу в суде и формирует
приговор и т.д. Потребителями являются и участники судебного
разбирательства, я также лица, рассматривающие различные ходатайства,
жалобы, просьбы, связанные с данным уголовным делом.

§ 3. Моделирование при производстве следственных действий

После возбуждения уголовного дела поисково-познавательная деятельность
следователя приобретает новый правовой статус. С этого момента
начинается предварительное расследование.

Как известно, качество предварительного расследования преступлений
является основой эффективности деятельности правоохранительных органов
по установлению истины по уголовным делам, созданию условий для
правильного применения закона и его реализация. Однако здесь наметились
следующие устойчивые негативные тенденции:

– рост числа нераскрытых, преимущественно тяжких преступлений (при
неуклонном росте регистрируемых дел). Раскрываемость по стране за
последние годы колеблется ни уровне 50% (9,10, с.3-5);

– рост числа уголовных дел, возвращаемых прокурором и судом для
производства дополнительною расследования (от общею числа дел,
находившихся в производстве, составляет около 2%; ежегодный темп
прироста составляет около 6% ) (9,10, C.2G-24),

– рост числа случаев незаконных арестов, задержании, обы сков (прирост
составляет 5-6%) (9,10, с.30-34);

– из-за слабой юридической подготовки следователи и сотрудники органов
дознания допускают ошибки, приводящие к тяжким последствиям (например,
привлечение к уголовной ответственности и осуждение невиновных и т.д.).

Именно поэтому предлагаемые нами приемы и рекомендации по моделированию
механизма совершенного преступления направлены в первую очередь на
предотвращение тактических просчетов и иных ошибок следователя в
поисково-познавательной деятельности.

В процессе изучения первичных материалов, осмотра места происшествия,
установления (выявления) криминалистически значимой информации о самом
преступном событии и его участниках, исследования
пространственно-временных и причинно-следственных связей и с учетом
закономерностей механизма преступления, своего прошлого опыта и маний
следователю, на наш взгляд, необходимо формировать мысленную модель
механизма совершенного преступления. В такую информационную модель
механизма расследуемого преступления, на наш взгляд, должна войти прежде
всего криминалистически значимая информация, включающая в себя:

– характер подходов к месту происшествия, расположение самого места м
предметов на нем, их описание,

– характер действий преступника и его соучастников, описание их действий
и свойств;

– характер действий потерпевшего, описание его действий и свойств;

– характер действий других (случайно втянутых в преступное событие) лиц,
описание их действий и свойств;

– характер использования отдельных элементов обстановки участниками
преступного события, описание этих элементов;

– характер и направление передвижения каждого из участников события и их
ухода с места происшествия;

– характер последствий преступления и т.д.

Наиболее эффективным способом сбора криминалистически значимой
информации и создания, а затем уточнения модели механизма совершенного
преступления, в том числе из материальных источников, является
тщательное исследование обстановки места происшествия. А поскольку
мысленная модель является отражением свойств и качеств объектов,
процессов, явлений – элементов преступного события, то формирование ее
происходит в сознании следователя через восприятие материально
фиксированных отражений события в окружающей преступление среде и
спадов, отразившихся в памяти участников события, а не через само
событие. дле формирования модели исследуемого события на месте
происшествий следователь изучает все предметы, веши, следы, полученные
слепки и иные объекты, имеющие пространственно-временные и
причинно-следственные связи с расследуемым преступлением. В процессе
осмотра следователем устанавливаются связи между действиями участников
события и теми изменениями, которые произошли, по словам участников, в
материальной обстановке места происшествия. Пространственно-временные
связи помогают выявить причинно-следственные связи между обнаруженными
следами и предметами и расследуемым событием.

Пространственная связь характеризует положение и взаиморасположение
предметов, следов и других объектов на месте происшествий, показывает их
взлимосиеи., с расследуемым событием. Она обусловлена особенностями
расследуемого события и обстановкой места пришествия и оказывает
следователю помощь в определении самого механизма преступления и,
главное, границ осмотра.

Создавая модель механизма совершенного преступления, следователь
моделирует проникновение участников события на место будущего
происшествия, всю совокупность действий на месте события и удаление с
него этих лиц, круг предметов, находившихся в контакте в ходе
расследуемого события, характер этих контактов, а также их последствия.

Такое моделирование позволяет выявлять информацию для формирования
модели действий с учетом свойств личности преступника, потерпевшего и
других (как прямых, так косвенных) участников преступного события. При
этом следователь, мысленно ставя себя на место преступника или
потерпевшего, выясняет с учетом выявленных следов, характеризующих их
действия, как бы он поступил в данных конкретных условиях, чтобы достичь
определенной цели: какое направление избрал бы, какие действия и в какой
последовательности предпринял, какими особенностями обстановки или
условиями окружающей среды воспользовался, чтобы, например, незаметно и
быстро проникнуть в нужное место, совершить необходимое действие,
незаметно скрыться, оказать сопротивление или совершить другие действия.

Временная связь характеризует последовательность тех или иных явлений,
протекавших на песте происшествия в момент .совершения преступления, а
также иные действия либо явления, которые происходили параллельно
событию преступления и отразились на характере события, некоторым
образом – на действиях прямых участников преступления и в материальной
обстановке. Задача следователя при выявлении временных связей на месте
происшествия заключается в установлении начала и окончания расследуемого
события и периода времени между его совершением и обнаружением, в
определении отдельных этапов развития преступления м последовательности
возникновения следов, оставленных его участниками.

Если явления, протекающие в момент совершения преступления, причинно
связаны, то между ними существует временная зависимость. Потому,
установив на месте происшествия следствие, нужно искать его причину
среди предшествовавших (при опосредственном взаимодействии) либо среди
сопутствующих (при непосредственном взаимодействии) обстоятельств.

Факторы, которые не находятся во временной связи с событием
преступления, надлежит исключить как не имеющие к нему отношения,
поскольку факты, не связанные друг с другом во времени, не могут быть
связаны и причинно. Дело в том, что между причиной и следствием
существует зависимость во времени: причина всегда предшествует
следствию, а оно следует за причиной. Следствие никогда не может
предшествовать своей причине, но возможны случаи, когда причина и
следствие как бы накладываются друг на друга во времени.

Событие преступления и совокупность сопутствующих ему обстоятельств
можно расценивать как систему последовательных в пространстве и времени
действий преступника, потерпевшего и других (как прямых, “гак и
косвенных) участников преступного события, а место происшествия , с
одной стороны, как пространственную категорию, с другой – как место
совершения расследуемого события (обнаружения его последствии), в
пределах которого оно протекало.

Изменений, вызванные преступлением, несут информацию как о расследуемом
событии, так и об участниках. Поэтому в ходе осмотра важно устанавливать
не только причинно-следственные, но и пространственно-временные связи
между действиями участников события и теми изменениями, которые
произошли в материальной обстановке за это время. Определение названых
связей в процессе осмотри места происшествия сложит одной из задач
логико-познавательной деятельности следователя.

В момент исследования места происшествия и формирования модели механизма
совершенного преступления следователю необходимо иметь виду, -по если
место происшествия находится на пути передвижения многих лиц, то вещи и
предметы, сыгравшие определенную роль в преступном событии, могут быть
замечены и подобраны кем-то из прохожих или с целью присвоения, или для
передачи в соответствующее учреждение, или для возвращения владельцу.

Может иметь место несоответствие полученной информации о свойствах
оригинала действительности или логике рассуждений следователя о
происшедшем событии, когда существующее расположение объектов не
позволяет понять некоторые обнаруженные обстоятельства или противоречит
точно установленным фактам события. В этом случае имеет смысл на основе
созданной предварительной модели механизма происшествия реконструировать
обстановку места в том виде, какой она была в действительности до
происшедшего на ней события. Произведя затем перестановку в соответствии
с указаниями опрошенных лиц, следователь учитывает особенности
выявленных на месте следов и других обстоятельств. После этого, с учетом
нового положения предметов, ем повторяет осмотр и уже по-новому
оценивает выявленные обстоятельства, их роль в событии и развитие самого
события, характер образования некоторых следов я их значение.

Весь процесс осмотра места происшествия, и это надо подчеркнуть,
осуществляется на основе исходных и формирующихся в ходе его
представлений о механизме преступного события и его участниках (14,
с.150).

Другим следственным действием, которое поможет следователю уточнять, а в
некоторых случаях – сформировать модель механизма происшедшего события,
являегся допрос участников и очевидцев преступления. Допрос – наиболее
распространенное средство получения информации о механизме расследуемого
преступного события. Он выполняет и познавательную, и удостоверительную
функции.

При допросах потерпевшего и свидетелей-очевидцев, наблюдавших
преступника с близкого расстояния и иногда в течение относительно
длительного периода времени, собирается в первую очередь ннформация о
действиях преступника до, во время совершения преступления ” После него.
На их допросе, помимо обычных вопросов, подлежащая выяснению по
обстоятельствам конкретного преступления, следователь может установить:

– как производилась подготовка к преступлению;

– распределение ролей (если преступление совершено группой лиц);

– как подбирались средства совершения преступления, кто помогал в их
выборе;

– как выбирался объект посягательства, имелись ли наводчики;

– как вел себя потерпевший до посягательства на него, во • время и
после;

– какие действия осуществляли участники события во время и после
совершения преступления;

– какие способы сокрытия следов преступления реализовывались и кем;

– каковы последствия преступления и т.д.

При допросе потерпевшего выясняется, какие действия он осуществил по
сопротивлению преступнику и какие могли спровоцировать виновного к
совершению преступления, какие использовались для этого средства и т.д.

Допрос подозреваемого, обвиняемого поможет следователю уточнить модель
механизма совершенного преступления.

Все это дает возможность следователю в материалах дела зафиксировать
доказательства, а в своем сознании уточнить или (если на первоначальном
этапе осмотр места происшествия не производился) сформировать модель
механизма совершенного преступления.

Поскольку модель механизма совершенного преступления отражает лишь
некоторые части информации о всех объективно существующих свойствах и
качествах исследуемого явления, интересующих следователя, его задачей
является установление по отраженным в модели свойствам и качествам
некоторых других, не известных свойствах оригинала.

Остальные следственные действия можно расчленить на поисковые н
проверочные процессуальные действия (14, с.171). К первой группе следует
отнести обыск, предъявление для опознания, выемку, а ко второй –
следственный эксперимент, проверку и уточнение показаний на месте,
получение образцов для сравнительного исследования и назначенце
экспертизы.

Среди названных поисковых и проверочных процессуальных действий (с точки
зрения формирования модели механизма преступления) наибольший интерес
представляет следственный эксперимент. Эксперимент дает возможность
следователю на месте события (или сходном с ним) уточнить мысленную
модель происшедшего события, пронаблюдать и проанализировать его течение
в естественных условиях с использованием подлинных предметов обстановки
или предметов-аналогов, с участием определенных лиц (и неоднократно),
изучить исследуемое явление в любом режиме протекания, выделить и
исследовать отдельные стороны, элементы механизма совершенного
преступления и т.д.

Следственный эксперимент позволяет следователю установить вероятность
совершения действий тем или иным лицом, отдельные элементы механизма
преступного события и образования следов.

При производстве проверки и уточнения показаний на месте следователь
(помимо проверки информации, которую изложил допрошенный) может уточнить
модель механизма исследуемого события.

Первоначальная и последующая (уточненная) модель механизма совершенного
преступления помогает следователю в решении следующих вопросов:

– где и когда искать новую криминалистически значимую информацию о самом
преступления и его участниках;

– какие объекты, являющиеся носителями нужной следователю информации,
необходимо еще выявить и исследовать;

– из каких источников ее можно получить и что нужно предпринять для ее
извлечения;

– какие технические средства и криминалистические приемы следует
применить, чтобы получить соответствующую информацию;

– каким способом во всей полноте нужно зафиксировать и сохранить
полученную информацию и т.д.

Выяснение информации о новых свойствах и качествах объектов исследования
осуществляется на основании изучения информации об известных объектах и
явлениях, их свойствах и качествах дедуктивным методом, который
позволяет провести линию связи от известных свойств по различным
направлениям.

Полученное таким образом глубокое понимание каждого свойства и качества
данного объекта и всех взаимосвязей с его другими свойствами и
качествами облегчает понимание направления связей со свойствами других
объектов, их выявление. При этом следует иметь в виду, что установление
связи между различными объектами, их свойствами и качествами должно
сопровождаться определением характера воздействия одних связей на
другие, что изменение одного свойства обязательно повлечет за собой
существенное изменение других свойств, замену их новыми свойствами.
Любое свойство выступает причиной некоторых других свойств, а также
совершенных на их основе действий, происшедших событий. В то же время
любое свойство – это следствие действия каких-то других свойств.

Изучив свойства и качества отдельных объектов преступного события,
установив характер взаимосвязи между ними, следователь может соотнести
их с известными свойствами и качествами механизма преступления в целом и
достроить модель.

С момента создания начальной информационной модели механизма
совершенного преступления и на основе ее осмысления следователь
моделирует процесс предстоящего и последующего расследования в целом и
его отдельных элементов (различных организационных, следственных,
оперативно-розыскных я иных мероприятий).

Модель механизма совершенного преступления в процессе расследования
уточняется, развивается за счет поступления повой криминалистической
информации, выявленной и установленной я процессе исследования
криминального явления. Значение полученной информации может быть
осознано следователем сразу, в момент первоначального исследования ее
носителя, или в процессе дальнейшей деятельности.

§ 4. Использование ЭВМ при моделировании механизма преступления и
дальнейшего расследования

Одним из важнейших направлений научно-технической революции в нашей
стране и, в частности, качественного изменения труда специалистов во
всех отраслях науки и производства, увеличения творческого потенциала
человека является внедрение новых информационных технологий на основе
ЭВМ (систем передачи информации, выбираемой пользователем при реализации
в своей деятельности, производимой в автоматизированном режиме на основе
использования средств вычислительной и микропроцессорной техники).

В последние годы появились предпосылки для повсеместною использования
ЭВМ в правоохранительной деятельности, в том числе в розыскной,
следственной и экспертной. Соответствующие программы и техника
применяются при производстве предварительных исследований носителей
криминалистически значимой информации, по специализированным программам
готовятся сотрудники следственных и оперативных аппаратов системы МВД,
осуществляется розыск угнанного транс’ порта и скрывшихся преступников и
т.д.

За последние годы ЭВМ нашли применение в производстве ряда экспертных
исследований, производимых при расследовании различных по сложности
преступлений. Здесь машины выступают как современные научно-технические
средства, используемые экспертами и другими специалистами в процессе
сложных криминалистических и иных исследований, проводимых по
постановлению следователя.

Созданные в последние годы в следственных, экспертных и оперативных
подразделениях органов внутренних дел на базе современных ЭВМ
информационно-поисковые системы нацелены на аккумулирование, анализ,
систематизацию и выдачу в необходимых случаях информации, полезной для
раскрытия и расследования преступлений.

С помощью ЭВМ быстро и качественно решается широкий круг управленческих,
экспертных, следственных и различных криминалистических задач, связанных
с выявлением, раскрытием и расследованием разновидовых преступлений.
Управленческий аппарат органов внутренних дел использует ЭВМ для
контроля работы следственных, оперативных, экспертно-криминалистических
и других подчиненных подразделений.

Анализ теории и практики использования ЭВМ в криминалистике показывает,
что этот процесс от отдельных фрагментарных случаев переходит к
многоуровневому, многоаспектному и комплексному их применению. Одним из
таких направлений является моделирование механизма совершенного
преступления и дальнейшего его расследования с использованием ЭВМ.

Практические работники и ученые для разрешения этой проблемы
первоначально пошли по пути создания различных информационно-поисковых
систем: для учета уголовных дел, лиц, совершивших преступления,
похищенного имущества и огнестрельного оружия, автотранспорта и т.д. По
их мнению, перспективными являются применение ЭВМ в сфере сбора, анализа
информации в обеспечения принятия решения, а также создание и
использование информационных систем, имеющих справочный характер.

За рубежом, в частности в США и Германии, в начале 80-х годов полиция
пошла по пути создания и использования информационных систем. Так, в
полиции Нью-Йорка была внедрена информационная система “СПРИНТ”. Данная
система при получении сообщения о Преступлении информировала оператора о
патрульных машинах, полицейских участках и медицинских пунктах,
расположенных рядом с местом происшествия (при этом заносила в память
компьютера информацию, поступившую дежурному оператору о происшедшем
событии), а полицейского – о задержанном водителе и его
автомототранспорте и других сведениях, обеспечивающих раскрытие
преступления.

С этого же времени в ФРГ действует полицейская информационная система
для поддержки борьбы с преступностью “POLIC”. Эта система была
предназначена для поддержки процесса решения основных задач немецкой
полиции по обеспечению безопасности, а также борьбы с преступностью и
раскрытия преступлений. В основе лежит своевременное представление
информации с необходимой обработкой, регистрацией и оценкой важных
сведений. Эффективность данной системы в первую очередь зависела от
быстроты формирования массивов данных, которые включали в себя розыск
лиц и вещей, данные о преступниках и преступлениях, дактилоскопический
массив.

В нашей стране созданы и используются системы автомат тированного банка
данных общей информации типа “Кондор”, “АИСОРБ”, “Пикет”, “Миксер”,
“Арамис”, “Бинар”, “Кронуе”, “Аскрин” и др. Они обеспечивают быстрый
доступ к информации следователю, оперативному работнику (в пределах их
компетенции) и дают возможность расширять источники н каналы поступления
информации о преступлениях и их участниках.

Данные системы состоят из подсистем, которые имеют информацию о
подучетных лицах, ранее совершенных преступлениях подучетмыми лицами, о
связях этих лиц, о лицах, привлеченных к административной
ответственности, об огнестрельном оружии, находящемся в пользовании
граждан и организаций, о похищенных предметах, о лицах без вести
пропавших, неопознанных трупах и т.д. Эти информационные подсистемы дают
возможность следователю получить значимую для расследования информацию
об отдельных моментах механизма совершенного преступления, его
участниках и построить модель преступного события.

В названных системах отсутствует важная, на наш взгляд, подсистема,
которая должна содержать информацию о механизмах совершенных н успешно
расследованных преступлений. Так, например, в ситуации, когда по
происшедшему преступному событию у следователя минимум криминалистически
значимой информации о преступлении и его участниках и расследование в
связи с этим затруднено, ему поможет такой эффективный метод
предварительного следствия, как аналогия. Данный метод заключается в
поиске схожей модели механизма преступления и использования схемы
расследования (хотя бы на первоначальном этапе), успешно примененной по
уголовному делу, аналогичному данному. Создание подсистемы
автоматизированного поиска аналогичных механизмов преступлений разрешит,
на наш взгляд, эту проблему, хотя и неокончательно.

Для разработки и использования подсистемы автоматизированного поиска
необходим банк данных о моделях механизмов совершенных ранее
преступлений. Банк данных должен быть систематизирован на основе
криминалистической классификации механизмов преступлений. Он должен
состоять из данных учетов:

а) способов подготовки, непосредственного совершения и сокрытия
исследуемого вида или криминалистически схожей группы преступлений и их
последствий;

б) детерминантов, влияющих на выбор преступником приемов совершения
преступления;

в) действий потерпевших, в том числе провоцирующих преступления, и их
последствий;

г) приемов противодействия расследованию и их последствий;

д) орудий и средств совершения определенных преступлений, последствий их
применения м т.д.

В данную компьютерную систему должны быть включены модели механизмов
преступлений по соответствующей классификации, дача команды на поиск
нужной модели должна завершаться демонстрацией на мониторе не только
текстовой информации, но и компьютерной графики, фотоизображений, схем,
карт, мультипликаций и т.д.

Создание вышеописанной подсистемы не разрешает окончательно саму
проблему – использование ЭВМ при моделировании механизма совершенного
преступления и дальнейшем расследовании. Для ее разрешения еще
необходимо разработать соответствующую компьютерную программу, которая
давала бы возможность ЭВМ одновременно моделировать программу
дальнейшего расследования, консультировать, делать расчетно-логические
анализы и формулировать выводы, а также вести диалог со следователем по
всему ходу выявления, раскрытия и расследования конкретного преступления
или их группы. Без реализации этого обязательного и чрезвычайно
ответственного подготовительного этапа современная ЭВМ сложную задачу
моделирования по выявленным на месте происшествия материальным и
интеллектуальным следам механизма совершенного преступления и поэтапного
расследования не решит.

Отдельные попытки моделирования процессов совершения преступления, его
раскрытия и расследования в начале и середине 70-х годов имели место в
нашей стране и за рубежом, в частности – в Германии, Венгрии и
Чехословакии (3, с.140-141). Разработки криминалистов этих стран
позволяли по имеющейся у следователя криминалистически значимой
информации установить ход преступного события, источники иной
криминалистически значимой информации, существенные элементы преступной
деятельности виновного, причины я условия, способствующие их совершению,
а также анализировать проделанную работу по раскрытию преступления и
выявлять недостатки проведения соответствующих мероприятий.

Учеными этих стран и сейчас ведутся работы в плане общего моделирования
процесса раскрытия преступления, создания моделей расследования
отдельных видов я криминалистически схожих групп преступлений, а также
криминалистических комбинаций (операций) и отдельных следственных
действий. Такие модели базируются на повторяемости в криминалистической
практике конкретных операционных цепей. Как пример можно показать модель
процесса расследования преступления (двух его этапов – первоначального и
последующего), разработанную германскими криминалистами и
продемонстрированную ситуации , когда по происшедшему преступному
событию у следователя минимум криминалистически значимой информации о
преступлении к его участниках и расследование в связи с этим затруднено,
ему поможет такой эффективный метод предварительного следствия, как
аналогия. Данный метод заключается в поиске схожей модели механизма
преступления и использования схемы расследования (хотя бы на
первоначальном этапе), успешно примененной по уголовному делу,
аналогичному данному. Создание подсистемы автоматизированного поиска
аналогичных механизмов преступлений разрешит, на наш взгляд, эту
проблему, хотим неокончательно.

Для разработки и использования подсистемы автоматизированного поиска
необходим банк данных о моделях механизмов совершенных ранее
преступлений. Банк данных должен быть систематизирован на основе
криминалистической классификации механизмов преступлений. Он должен
состоять из данных учетов:

а) способов подготовки, непосредственного совершения и сокрытия
исследуемого вида или криминалистически схожей группы преступлений и их
последствий;

б) детерминантов, влияющих на выбор преступником приемов совершения
преступления;

в) действий потерпевших, в том числе провоцирующих преступления, и их
последствий;

г) приемов противодействия расследованию и их последствий;

д) орудий и средств совершения определенных преступлений, последствий их
применения и т.д.

В данную компьютерную систему должны быть включены модели механизмов
преступлений по соответствующей классификации, а дача команды на поиск
нужной модели должна завершаться демонстрацией на мониторе не только
текстовой информации, но и компьютерной графики, фотоизображений, схем,
карт, мультипликаций и т.д.

Создание вышеописанной подсистемы не разрешает окончательно саму
проблему – использование ЭВМ при моделировании механизма совершенного

преступления и дальнейшем расследовании. Для ее разрешения еще
необходимо разработать соответствующую компьютерную программу, которая
давала бы возможность ЭВМ одновременно моделировать программу
дальнейшего расследования, консультировать, делать расчетно-логические
анализы и формулировать выводы, а также вести диалог со следователем по
всему ходу выявления, раскрытия и расследования конкретного преступления
или их группы. Без реализации этого обязательного и чрезвычайно
ответственного подготовительного этапа современная ЭВМ сложную задачу
моделирования по выявленным на месте происшествия материальным и
интеллектуальным следам механизма совершенного преступления и поэтапного
расследования не решит.

Отдельные попытки моделирования процессов совершения преступления, его
раскрытия и расследования в начале и середине 70-х годов имели место в
нашей стране и за рубежом, в частности – в Германии, Венгрии и
Чехословакии (3, с.140-141). Разработки криминалистов этих стран
позволяли по имеющейся у следователя криминалистически значимой
информации установить ход преступного события, источники иной
криминалистически значимой информации, существенные элементы преступной
деятельности виновного, причины и условия, способствующие их совершению,
а также анализировать проделанную работу по раскрытию преступления и
выявлять недостатки проведения соответствующих мероприятий.

Учеными этих стран и сейчас ведутся работы в плане общего моделирования
процесса раскрытия преступления, создания моделей расследования
отдельных видов и криминалистически схожих групп преступлений, а также
криминалистических комбинаций (операций) и отдельных следственных
действий. Такие модели базируются на повторяемости в криминалистической
практике конкретных операционных цепей. Как пример можно показать модель
процесса расследования преступления (двух его этапов первоначального и
последующего), разработанную германскими криминалистами и
продемонстрированную Е.П. Ищенко в своей работе об использовании ЭВМ в
криминалистике. (4. с.66-67). Эта модель выглядит следующим образом.

РАССЛЕДОВАНИЕ ПО “ГОРЯЧИМ СЛЕДАМ”

1. Получение исходной информации, немедленное выявление свидетелей и
решение вопроса о направлении расследования.

2. Неотложные криминалистические мероприятия, охрана места

происшествия, проведение комплексных мер по проверке заявления о
совершенном преступлении.

3. Выдвижение следственных версий, планирование расследования, в том
числе определение последовательности и тактики первоначальных
следственных действий.

4. Первоначальные следственные действия и оперативно-розыскные
мероприятия:

а) работа на месте происшествия (применение при необходимости
служебно-розыскной собаки, обнаружение м закрепление следов, их
оперативная оценка, выявление очевидцев происшедшего и документальное
оформление полученных результатов);

б) другие криминалистические действия (установление м проверка
подозреваемых, обыски, определение способа совершения преступления,
составление при необходимости композиционного портрета пре- . ступникя и
описание его примет, допрос свидетелей и предъявление ям подозреваемых
для опознания, назначение судебных экспертиз и оценка

заключений экспертов, оперативная проверка конкретных мест, помещений,
отдельных категорий лиц).

5. Комплексная оценка достигнутых результатов, анализ способа действий
преступника, установление размера причиненного ущерба.

6. Документальное оформление всех следственных действий первоначального
этапа расследования.

ДАЛЬНЕЙШЕЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

1. Реализация криминалистических операций и отдельных следственных
действий для достижения основных целей расследования.

2. Всестороннее использование информационного потенциала массивов
уголовной регистрации.

3. Если преступник не известен, определение круга подозреваемых, его
постепенное сужение и изобличение виновного.

4. Если преступник известен, то необходимо:

а) убедиться, что именно он совершил расследуемое преступление;

б) изучить особенности его личности и мотивы совершения деяния;

в) установить вид и степень вины, а также отягчающие и смягчающие
обстоятельства;

г) выявить другие латентные преступления, совершенные подозреваемым;

д) определять конкретные причины и условия, способствовавшие совершению
расследуемого преступления.

5. Составление постановления о привлечении в качестве обвиняемого, а
затем обвинительного заключения.

6. Заполнение статистических карточек о результатах следствия.

7. Формулирование выводов для пополнения криминалистического опыта (5,
с.7-23).

По подобию данной модели другие немецкие ученые – криминалисты создали
модели процессов расследования краж со взломом, поджогов (например, см.
6,7.) и т.д.

Из вышеописанной модели видно, что она несовершенна, следователь не
получал какой-либо информации для осуществления поиска, она выглядела
как обычные планы расследования, а главное – не использовалась в полной
мере мощность ЭВМ. Следователю необходимо было варьировать, изменять и
дополнять расследование отдельными криминалистическими операциями и
комбинациями, а также отдельными следственными действиями и оперативными
мероприятиями. В модели не учитывался механизм совершенного
преступления, а в связи с этим не определялись необходимые тактические
операции (комбинации), а также порядок их проведения. В соответствующих
программах не учитывались характер и содержание следственных ситуаций,
складывавшихся на определенный момент расследования, отсутствовали
программы реализации этих ситуаций и преодоления конфликтов и
сложностей, возникающих в процессе раскрытия и расследования
преступлений.

В конце 80-х годов российскими специалистами при юридическом факультете
МГУ был создан и сейчас работает центр “ЮрИнфоР”, который осуществляет
разработку и внедрение компьютерных имитационных обучающих систем по
криминалистике (см., например, 12,13). Специалистами центра разработан
пакет прикладных обучающих систем, позволяющих решать в учебном процессе
по курсу криминалистики комплекс дидактических задач. Внедрение
автоматизированных обучающих систем позволило в корне изменить
содержание практических занятий по методике расследования убийств,
изнасилований, краж, грабежей, разбойных нападений, бандитизма,
квалифицированного вымогательства, хищения оружия и т.д. В настоящее
время они используются во многих образовательных учреждениях МВД и
других ведомств. Программы вырабатывают у обучаемых представления об
отдельных тактических приемах проведения следственных действий,
формируют у них представления о методике расследования отдельных видов
преступлений. В целом в настоящее время в России создано и используется
около 20 имитационных обучающих систем, позволяющих автоматизировать
процесс воссоздания на учебных занятиях и деловых играх ситуацию,
близкую к реальной.

В системе органов внутренних дел на стадии опытной эксплуатации
находятся несколько экспертных систем, которые привлекают к себе все
более пристальное внимание. Данные экспертные системы решают в основном
диагностические задачи. Например, экспертная система “Блок” помогает
установить возможные способы совершения хищений при проведении
строительных работ. Для формирования решения о способе совершения
преступления в системе используются экономические, технологические и
бухгалтерские признаки, а также сведения о причастных лицах и документах
– носителях информации. Все выводы системы строятся на основе базы
знаний, которая содержит набор взаимосвязанных правил, позволяющих
определить возможности совершения хищения тем или иным способом по
произвольному набору признаков.

Экспертная система “Диагноз-СВ” решает задачу определения возможного
способа совершения хищения в учреждениях Сбербанка. Сотрудники
оперативного подразделения, проведя необходимые мероприятия по сбору
соответствующей информации, вводит собранные данные в систему и с ее
помощью определяет возможность хищения денежных средств в конкретном
учреждении Сбербанка.

Существуют еще несколько образцов экспертных систем для органов
внутренних дел. Это такие системы, как “TKAN”, предназначенная для
обеспечения деятельности по раскрытию хищений в ткацкой промышленности,
“Методист” – по раскрытию квартирных краж и т.д.(см. например, 12).

Следует отметить, что названные системы функционируют пока автономно н
не имеют связи с существующими и вновь создаваемыми автоматизированными
банками данных, что, несомненно, снижает эффективность их применения.

На наш взгляд, практическим работникам необходима единая программа,
основанная на базе данных о механизмах преступлений, направление на
формирование по выявленным следам модели механизма совершенного
преступления и на ее основе – направления для дальнейшего расследования.
В такой системе должен быть использован банк данных о механизмах
совершенных преступлений н учтен -многолетний следственный, экспертный и
оперативный опыт. Программа должна быть динамичной, и постоянно
пополняться новой информацией и современными методиками.

Представляется вполне актуальной постановка вопроса об объединении
усилий научных, педагогических и практических работников для создания на
базе данных о механизмах совершенных преступлений .единого фонда
экспертно-аналитических систем диагностического типа, который должен
использоваться в борьбе с преступностью. Он должен объединить
возможности автоматизированных информационных и экспертно-аналитических
систем н использоваться для автоматизации процесса раскрытия
расследования отдельных видов преступлений.

Логика работы экспертных систем должна состоять в том, что для каждой
конкретной криминальной ситуации в зависимости от имеющейся информации о
механизме совершенного преступления решается проблема установления
причинно-следственных н пространственно-временных связей между способом
совершения преступления и действиями лиц, причастных к преступному
событию, между виновным и конкретными лицами, возможно причастными к
совершению деяния определенным способом, между действиями участников
события (как прямых, так и косвенных) и преступным результатом, я также
возможными следами и т.д.

На наш взгляд, экспертные системы должны решать следующие задачи:

– регистрацию совершенных преступлений по их механизму!

– сбор, концентрацию и систематизацию данных о механизмах ‘ совершенных
и расследованных преступлений;

– сбор, концентрацию и систематизацию механизмов следообразония и
соответствующих объектов взаимодействия;

– регистрацию проведенных мероприятий и их анализ;

– передачу заданий по раскрытию и расследованию преступления;

– осуществление аналитической работы по результатам, полученным после
выполнения заданна;

поддержку расследования информацией о розыске лиц и предметов
дактилоскопическими и иными учетами;

– осуществление компьютерной связи с другими службами и

органами внутренних дел;

– оперативный поиск иное значимой для расследования ив-формаций.

ЛИТЕРАТУРА

1. Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. – М, 1981.

2. Кустов Г. А. Моделирование – эффективный метод следственной практики
и криминалистики // Актуальные проблемы советской криминалистики. – М.,
1980.

3. Постика И.В, Троскотт Л.Г. Использование кибернетики в борьбе с
преступностью в европейских социалистических странах // Криминалистика и
судебная экспертиза. – Киев, 1980. Вып.20.

4. Ищеико Е.И. ЭВМ в криминалистике. – Свердловск, 1987.

5. Использование средств вычислительной техники подготовке работников
правоохранительных органов. – М., 1996.

6. Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. – Волгоград, 1993.

7. Быковский И.Е. Процессуальные и тактические вопросы проведения
следственных действий. – Волгоград, 1977.

8. Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних
дел. – Ташкент, 1986.

9. Использование средств вычислительной техники при подготовке
работников правоохранительных органов – М., 1996.

10. Быховский И.Е. Процессуальные и тактические вопросы проведения
следственных действий. – Волгоград, 1977.

11. Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами
внутренних дел. Ташкент, 1986.

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter