.

Дмитриева Г.К. 1991 – Мораль и международное право (книга)

Язык: украинский
Формат: книжка
Тип документа: Word Doc
18 4835
Скачать документ

Дмитриева Г.К. 1991 – Мораль и международное право

1. Единство основных принципов морали и международного права

Взаимодействие морали и международного права наиболее полно проявляется
в единстве их основных принципов, которые фиксируют достигнутый уровень
политического, морального и правового развития универсальной системы
международных отношений. В этих принципах отражена система основных
общечеловеческих ценностей данной социальной сферы. Поэтому они обладают
высшей политической, моральной и юридической силой. В своем единстве
принципы составляют основу международной нормативной системы в целом.

Основные принципы представляют собой императивные нормы, выражающие
главное содержание и характерные черты международной нормативной
системы. Охраняя основные ценности и устои универсальной системы
международных отношений, принципы определяют идейные начала
международной нормативной системы, благодаря чему играют первостепенную
роль в гармонизации взаимодействия различных видов норм в системе.

В международных документах, например в Декларации о принципах
международного права, касающихся дружественных взаимоотношений и
сотрудничества государств в соогвет* ствии с Уставом ООН, 1970 года,
рассматриваемые принципы иногда квалифицируются как принципы
международного права. В большинстве случаев, особенно в двусторонних
актах, они именуются принципами международных отношений. Здесь нет
противоречия. Основные принципы являются не только право» выми, но и
политическими, и моральными. Будучи принципами международной нормативной
системы в целом, они являются и принципами международных отношений. Так,
хельсинкский Заключительный акт сформулировал основные начала межгосу»
дарственных отношений, назвав их принципами, которыми
государства-участники будут руководствоваться „во взаимных, отношениях”.
Их нормативная природа не выделена, что дает основание предполагать о
намерении государств-участников 118 придать им качество общих принципов
международных отношений, в равной степени являющихся политическими,
моральными и правовыми. Такая оценка встречается в международно-правовой
доктрине. Например, немецкий профессор Г. Каде обоснованно считал, что в
„десяти принципах” взаимоотношений между государствами „были
сформулированы основные международно-правовые нормы политических
взаимоотношений и згические правила, соблюдение которых всеми
государствами-участниками… является непременной предпосылкой
дальнейшего прогресса”1.

Взаимодействие морали с принципами международного права настолько
очевидно, что ученые, исследующие эти принципы, останавливаются на роли
морали в их формировании, определении содержания и действии. Советский
юрист Г. Е. Жва-ния отмечал, что основные принципы являются отражением
исторически сложившегося правосознания народов и общественной морали2.
Л. А. Алексидзе, занимающийся этой проблемой, сделал вывод, что
„закрепленные в общепризнанных принципах и нормах международного права
нравственные императивы составляют моральную основу современного общего
международного права” 3.

Ученые других стран обращают внимание на то, что прин-‘ ципы
международного права вытекают непосредственно из социальных и моральных
ценностей4. Тесная связь принципов международного права с моралью
отмечается и в практике, но реже и в более осторожных формулировках.
Так, в совместном коммюнике от 7 августа 1989 г. Мексика и США среди
принципов, призванных регулировать межгосударственные отношения, указали
принцип „международного сотрудничества на честной и справедливой
основе”5. Некоторые ученые видят источник особой юридической силы
принципов в том, что они закрепляют основы международной морали6. Другие
отмечают, что императивное международное право состоит, в частности, из
основных этических принципов7. Бельгийский юрист Ч. Вишер связывает
усиление влияния морали на позитивное международное право и особенно на
его принципы с принятием Венской конвенции о праве международных
договоров, в договорной форме закрепившей особый статус императивных
норм 8.

Вместе с тем У. Шейнер выступает против отнесения моральных принципов к
категории императивных норм на том основании, что идея нравственных
предписаний еще недостаточно развита в современном сообществе
государств9. Такая позиция ведет к снижению нравственного уровня
комплекса основных принципов, а тем самым и международного права в
целом. Противники концепции императивных

119

норм широко обращаются к доводам, связанным с моралью. Например,
польский юрист Дж. Сандорски ссылается на отсутствие в международной
сфере власти, способной навязать государствам определенные стандарты
международной морали и справедливости10. Итальянский юрист А. Серени
вообще отрицает существование норм, на основе которых можно было бы
судить о нравственности поведения субъектов международного права11.

Юристы, признающие тесную связь основных принципов международного права
и морали, нередко существенно расходятся в ее трактовке. Некоторые из
них придерживаются крайней точки зрения, провозглашая абсолютный примат
морали над правом с соответствующими юридическими последствиями. Так, Ф.
Амун заявляет, что мораль должна господствовать над правом12.
Императивные нормы международного права, считает Дж. Фицморис, возникают
из „высшей сферы международной морали”13.

Отмечая значение морали в определении содержания принципов
международного права и придании им императивной силы, необходимо
подчеркнуть, что моральные и правовые принципы находятся в различных
нормативно-регулятивных системах. Моральные принципы обретают
юридическую силу в той мере, в какой они воплощены в принципах
международного права. Это положение отмечается рядом ученых. Так, по
мнению Р. Куадри, совокупность принципов позитивного права, отклонение
от которых недопустимо, отражает в области права моральные стандарты
международного сообщества. Однако императивные нормы являются позитивным
правом и лишь отражают моральные принципы14. Немецкий юрист Ф. Бербер,
придерживающийся иного мнения, утверждает, что императивные нормы — это
основные моральные принципы международного права15. Однако
взаимодействие морали и права не должно вести к их отождествлению или к
необоснованному сближению. Только достаточно точное определение реальной
взаимосвязи морали и права может обеспечить четкое и эффективное
действие каждого из них.

Будучи объективно обусловленными и отличаясь особой стабильностью,
принципы морали содействуют наделению этими качествами принципов
международного права. Этот аспект не раз отмечался в
международно-правовой литературе. Например, Макнейр обращал внимание на
существование в международном праве норм, относящихся к высшей
категории. От них нельзя отклоняться, их нельзя изменять даже по
взаимному согласию государств. По его мнению, ими являются нормы,
„необходимые для защиты публичных интересов сооб-120 щества государств и
для поддержания стандартов признанной ими общественной морали” 16. Это
положение нашло отражение и в работе Комиссии международного права при
кодификации права международных договоров, а также Венской конференции
по праву договоров 1968 – 1969 годов.

Нельзя не согласиться с.Л. А. Алексидзе, который пришел к выводу, что в
рассматриваемой концепции есть рациональное зерно17. В своей капитальной
работе, посвященной данной проблеме, он отмечал, что <„]us cogens" в международном праве состоит в основном из предписаний, выражающих непреходящие в обозримом будущем моральные императивы, которые в силу своей общечеловеческой ценности не могут быть изменены не только на локальном уровне, но и всеобщим согласием государств мира >18.

Мораль рассматривается учеными как одно из важнейших оснований для
придания международно-правовым нормам императивной силы. Такое положение
объясняется тем, что международное право, будучи важнейшей
общечеловеческой ценностью, не может не стоять на страже нравственной
основы мирового порядка, ее основных постулатов. Кроме того, без тесного
взаимодействия с моралью оно было бы не в состоянии осуществлять свои
функции. Общая задача морали и международного права состоит в том, чтобы
обеспечить единообразное регулирование важнейших международных
отношений, прямо связанных с приоритетной защитой общечеловеческих
ценностей, и не допускать действия правовых и иных норм, отклоняющихся
от этих требований.

Взаимодействие с моралью сыграло важную роль не только в формировании
комплекса основных принципов международного права, обладающих
императивной силой, но и в утверждении совершенно нового содержания этих
принципов, а следовательно, и международного права в целом. В результате
международное право стало правом мирного сосуществования, расценивающим
войну как преступление против человечества и запрещающим угрозу силой
или ее применение. Иными словами, речь идет о новом международном праве,
характерной чертой которого является довольно высокий нравственный
уровень.

Отмеченные положения в той или иной форме констатируются разными
авторами. Американский юрист Р. Хелсти указывал, что новое международное
право „отражает современные нравственные ценности, осуждающие применение
силы”19. К. Райт отмечал, что по новому международному праву война
явяляется преступлением, которому дблжно про-

121

тиводействовать, а не дуэлью между двумя равноправными воюющими, как это
имело место в прошлом 20.

Таким образом, коренные преобразования в международном праве, в его
содержании и системе происходили в процессе взаимодействия с моралью и
прежде всего через формирование единого комплекса основных принципов,
обладающих высшей моральной и правовой силой.

Мораль пронизывает содержание всех основных принципов международного
права. Однако ее роль в функционировании различных принципов
неодинакова. Особенно велико значение морали в осуществлении новых
принципов со сложным и недостаточно юридически сформировавшимся
содержанием. В этом отношении показателен принцип сотрудничества. Он
устанавливает общую юридическую обязанность государств сотрудничать друг
с другом в соответствии с Уставом ООН и определяет основные направления
такого сотрудничества. Эти положения носят правовой характер. Однако
конкретная реализация этих положений едва ли возможна без морали и
дополнительного международно-правового регулирования. В качестве примера
можно привести следующее положение этого принципа: „Государства должны
сотрудничать в деле содействия экономическому росту во всем мире,
особенно в развивающихся странах”. Ясно, что конкретные параметры такого
сотрудничества пока лежат в сфере морали.

Единство основных принципов морали и международного права не означает
тождественности их содержания. В одних принципах преобладают юридические
элементы (например, в принципе суверенного равенства государств), в
других, напротив, — моральные элементы (например, в принципе
сотрудничества). Единство означает лишь тождественность их идейного
содержания. Оно объективно обусловлено, так как основные принципы
направлены к единым целям и защищают одни и те же жизненно важные
интересы человечества. Поэтому нарушение принципов международного права
неизбежно приведет к пренебрежению основными устоями морали. Содержание
конкретных норм, например, дипломатического или морского права может
быть безразличным для морали, но важно, что благодаря единству принципов
мораль глубоко проникла в содержание современного международного права.

Единство принципов сказывается и на развитии морали. Происходят
немаловажные изменения в характере взаимодействия ее системных
элементов. Это относится и к взаимодействию международной и национальной
морали. Особая моральная сила основных принципов определяется тем, что
они закрепляют наиболее важные и объективно обусловленные 122 черты
существующей системы международных отношений. Только на основе таких
принципов может быть сегодня обеспечено сотрудничество государств.
Поэтому мораль и право каждого государства должны находиться в
соответствии с основными принципами, разумеется, в той мере, в какой это
касается международной жизни. Международные отношения затрагивают
широкий круг вопросов, которые еще в недавнем прошлом считались
внутренним делом государства. В результате основные принципы оказывают
довольно существенное влияние на нравственные и правовые системы
отдельных государств, особенно тех, чья нравственная и правовая система
существенно отстает от развития общечеловеческой морали.

Основные принципы являются главным механизмом взаимодействия морали и
международного права. Если международно-правовые принципы определяют
качественное содержание современного международного права, то в равной
степени его качественное содержание определяется и общепризнанными
моральными императивами. Основные принципы являются той моральной и
правовой основой международного права, которой должны соответствовать
другие его принципы и нормы. Единый комплекс основных принципов
направляет и корре-гирует весь процесс международно-правового
регулирования — от начальных правотворческих этапов до принудительного
правоосуществления. Но есть принципы, которые в силу различных причин
занимают особое место во взаимодействии морали и права. К ним относятся
прежде всего принципы справедливости, добросовестности.

2. Принцип справедливости

Идея справедливости утверждалась всей историей человечества. На основе
ее ценностей формировалась и развивалась цивилизация, включая такие ее
элементы, как международные отношения и международное право. С
прогрессом общества возрастала социальная роль справедливости и
расширялось ее содержание. В ядерно-космическую эру справедливость
становится одной из центральных идей, играющих серьезную роль в жизни
мирового сообщества.

Возрастающая роль справедливости в международной жизни объясняется двумя
факторами.

Во-первых, связью справедливости с сохранением мира и безопасности
народов. Сегодня жизненно важные для человечества блага — мир и
сотрудничество — могут быть обеспечены только на справедливой основе.
Существует и обратная

123

связь: мир — это не только величайшее общечеловеческое благо, но и
необходимая предпосылка справедливого мирового порядка.

Еще в давние времена справедливость нередко рассматривалась в качестве
обязательного фактора обеспечения мира. Так, в проекте построения
прочного мира, созданном чешским королем Иржи Подебрадом, говорилось:
„Понеже забота о мире немыслима без справедливости, а справедливость без
нее, ибо из справедливости мир родится и сохраняется… мы связываем
справедливость с делом мира”21. Однако только в наше время возникает
устойчивая связь справедливости с практическими делами.

Связь справедливости с обеспечением мира и безопасности констатируется
сегодня как в доктрине, так и в практике. Американский юрист Б. Ференц
пишет: „Мир важен, но не может быть мира без справедливости и
справедливости без мира”22. Чтобы „мирный порядок был прочным, он должен
строится на основе справедливости”23, — подчеркнул президент Австрийской
Республики Р. Киршлегер, находясь с официальным визитом в СССР в 1982
году. Именно справедливые* соглашения укрепляют мир и безопасность. В
совместном заявлении в 1988 году СССР и США выразили стремление
продолжать работу „в деле достижения справедливых, поддающихся контролю
соглашений, укрепляющих международную стабильность и безопасность”24.
Государства подчеркивают, что справедливость является гарантией
обеспечения мира. В советско-кубинском Договоре о дружбе и
сотрудничестве 1989 года стороны выразили свое убеждение в том, что
„установление справедливых международных политических и экономических
отношений, основанных на сотрудничестве между всеми членами мирового
сообщества, является непреложной гарантией подлинной всеобщей
безопасности” к.

Во-вторых, впервые в истории созрели силы, способные обеспечить
утверждение справедливости в международных отношениях. Особое значение
принадлежит мировому общественному мнению, для которого справедливость
служит главным критерием оценки международной деятельности государств. С
идеей справедливости, воплощающей извечное стремление людей к
совершенству, включая совершенство общественных отношений, связаны
представления о будущем. От оценки политики государства как справедливой
зависит ее поддержка внутри страны и ее влияние на мировой арене.
Правительства не безразличны к требованиям справедливости. Они не могут
позволить себе перед лицом общественного мнения откровенно их
проигнорировать, да и политические тре-124 бования или позиции
государства становятся более влиятельными и убедительными, если
соответствуют требованиям справедливости.

Повышение роли справедливости в международной жизни привлекает к ней
внимание ученых. Тот факт, что справедливости в международных отношениях
уделяют большее внимание юристы, говорит о том, что справедливость так
или иначе имеет практическое значение в регулировании поведения
государств, в решении возникающих между ними вопросов. Некоторые из них
констатируют значение справедливости, призывают к ее изучению и выражают
уверенность, что этому вопросу будет уделяться растущее внимание. Так,
Е. Т. Усенко относит справедливость к числу понятий, которые „нуждаются
в дальнейшем развитии”26. Другие высказываются за то, что справедливость
должна играть гораздо большую роль в международном праве 27. Созданная
Ассоциацией международного права рабочая группа по теории и методологии
международного права указала, что „полезное исследование может быть…
сосредоточено на роли справедливости в прогрессивном развитии
международного права”28. Американские юристы Т. Франк и С. Хаукинс в
статье „Справедливость в международной системе” поставили вопрос,
„является ли справедливость высшей ценностью в международной системе и
является ли справедливость определенной ценностью, с позиций которой
можно судить о международном праве”29. Ответ следует искать в анализе
понятия справедливости, ее социально-нормативной природы и содержания.

Все предшествующие исторические общества имели свое представление о
справедливости. Исходя из этого, Р. Быстриц-кий констатировал, что
никому еще не удавалось достаточно точно сформулировать понятие
справедливости30. Бельгийский философ Е. Дюпрель высказался еще более
пессимистично. „Логический анализ идеи справедливости, — писал он,
кажется весьма рискованным делом. Действительно, среди побуждающих идей
идея справедливости представляется как одна из наиболее выдающихся и
наиболее безнадежно запутанных”31. Подобная точка зрения встречается и в
современной международно-правовой литературе. Английский юрист Бин Ченг
отмечает, что „хотя все поддерживают понятия справедливости и общего
блага в абстрактной форме, но существуют множество различных взглядов
относительно того, в чем они заключаются, и острые расхождения по поводу
того, как они могут быть достигнуты”32. Такое положение объясняется
сложностью этого социального явления.

Справедливость есть нравственная модель организации и функционирования
социальной системы. Как нравственный

125

идеал, она носит активный социальный характер, содержит в себе
нравственную оценку, а также принципы и нормы должной организации и
функционирования социальной системы. Будучи нравственной категорией,
справедливость занимает особое место в морали. Так, Е. Дюпрель писал,
что справедливость, „с одной стороны, является одной из многих
добродетелей, с другой — охватывает всю мораль” 33,

Можно отметить два признака, которые, по нашему мнению, выделяют
справедливость в системе морали. Справедливость является нравственной
категорией, относящейся к таким важнейшим сферам, как
общественно-политический строй общества, принципы организации и
деятельности государства и мирового сообщества в целом, урегулирование
противоречий и конфликтов между их членами. В этом одна из причин тесной
связи справедливости с политикой и правом. В области права
справедливость выступает как этико-юридический феномен, нравственный
критерий в процессе создания и осуществления правовых норм.

Одновременно справедливость является основополагающей идеей современной
международной нормативной системы в целом. Она определяет содержание и
действие не только моральных, но также политических и правовых норм. Г.
В. Мальцев отмечает, что справедливость есть средство интеграции
политики, морали и права в единой плоскости действия. Без взаимосвязи
эти нормативно-регулятивные системы не могли бы действовать
согласованно, решать возложенные на них задачи 34.

Идея справедливости представляет собой одну из центральных идей
международного политического, нравственного и правового сознания, через
которое она и выполняет свою интегрирующую функцию. Она находит
отражение в целях, принципах, структуре, функционировании и
прогрессивном развитии международной нормативной системы.

Нормативным воплощением идеи справедливости является принцип
справедливости – общий принцип всей международной нормативной системы. В
политической подсистеме он функционирует в качестве
морально-политического, в правовой — в качестве морально-правового
принципа. Нормативное содержание этих принципов, несмотря на
значительную общность, имеет немаловажные различия, в частности, в
механизме действия.

Справедливость — один из основных факторов интеграции международной
нормативной системы, обеспечивающей единство действий входящих в нее
политических, моральных и правовых норм. Она выступает важным
преобразующим фактором в международных политических, экономических,
культурных 126 и других отношениях. В связи с этим на международной
арене активизируется процесс формирования конкретного содержания
справедливости как одного из принципов международных отношений 35.

Справедливость как категория общественного сознания объективно
обусловлена материальными условиями развития общества. Только
справедливость, соответствующая реальным условиям, в состоянии выполнять
свою служебную в отношении общества роль. В противном случае она
превращается в утопию, прогрессивную или реакционную. Истории известно
немалое число различных утопических проектов справедливого общества.
Следовательно, содержание справедливости должно соответствовать реальным
условиям общественного развития, только тогда справедливость становится
действенной силой в борьбе против существующих несправедливостей
международной жизни. Мобилизующая роль справедливости зависит от
правильного отражения исторических перспектив социального развития, что
определяет повышение уровня сознательности и активности борьбы за нее.

В межгосударственных отношениях справедливость носит общедемократический
характер, отражает достигнутый уровень общечеловеческого нравственного
развития и находит выражение в концепции справедливого, демократического
мира. Справедливость системы мирного сосуществования представляет собой
объективно обусловленный уровень справедливости, необходимый для
социального прогресса всех стран и народов 36.

В процессе формирования содержания справедливости в международных
отношениях большую роль может сыграть международное право. Значение
общего согласия относительно системы ценностей, в числе которых одно из
первых мест занимает справедливость, для утверждения нового мирового
порядка подчеркивается в деятельности универсальных организаций. Так, в
докладе Генерального директора ЮНЕСКО 21-й сессии Генеральной
конференции говорится: „Для подлинного создания нового международного
порядка необходимо прежде всего прийти к согласию относительно системы
ценностей… ценностей справедливости, равенства, свободы, солидарности”
37.

Связь справедливости с международным правом неоднократно подчеркивалась
в доктрине. Юристы-международники доказывали существование
международного права ссылками на справедливость, которая должна быть
обеспечена во взаимоотношениях между народами при помощи международного
права. „Соблюдение справедливости в отношениях-между на-

родами, — писал Э. Ваттель, — еще более необходимо, чем в отношениях
между частными лицами, потому что несправедливость приводит к более
страшным последствиям в ссорах между этими мощными политическими
организмами и потому что тут труднее найти разумное решение”38. Позднее
многие юристы-международники, например Ф. Ф. Мартене, Г. Лаутерпахт, М.
Хадсон, Ш. де Вишер, Г. Дам и др., видели в справедливости основу
международного права. Такой подход призван был доказать, что
международное право является выражением справедливости, и тем самым
укрепить его позиции. На самом деле практика государств, в том числе и
международно-правовая, была далека от справедливости. С изменением
социальной природы международного права меняется и роль справедливости в
нем. Это касается и принципов международного права. Д. Б. Левин пришел к
выводу, что „принципы справедливости и принципы международного права —
гармонически согласующиеся между собой социальные категории” 9.

При рассмотрении взаимодействия международного права со справедливостью
следует учитывать, что оно происходит в основном на тех же началах, что
и взаимодействие с моралью вообще, хотя и имеет некоторые особенности.
Прежде всего следует отметить общее положение: авторитет и соблюдение
правовых норм тем выше, чем основательнее убежденность государств и
мирового общественного мнения в их справедливости. Международное право
нуждается в опоре на справедливость как на свое моральное основание. Это
положение находит признание в доктрине. Б. Ференц и К. Кейс пишут:
„Никакая правовая, система не может принудительно осуществляться, если в
качестве своего наиболее важного ингредиента она не включает задачу
социальной справедливости для всего человеческого сообщества”40.
Сохраняя связь с моралью, справедливость служит важным средством
воздействия на международно-правовую систему.

Справедливость непосредственно связана с формированием комплекса норм,
призванных содействовать утверждению справедливости в международных
экономических отношениях. Особая роль справедливости была подчеркнута в
Декларации о прогрессивном развитии принципов публичного международного
права, относящихся к новому международному экономическому порядку,
принятой на 62-й конференции Ассоциации международного права в 1986
году. В ней говорилось, что новый международный экономический порядок
должен „развиваться Организацией Объединенных Наций и международными
организациями, договорами и практикой государств в соответствии с
принципом справедливости”41. Можно 128 согласиться с выводом, сделанным
Б. Ференцем, что „международное сообщество прилагает усилия для создания
более справедливого социального порядка” 42.

Роль справедливости в правотворческом процессе заключается и в том, что
она прокладывает путь международно-правовому регулированию в новые
области. Не случайно часто ссылаются на справедливость в международном
морском праве, переживающем период перестройки. Справедливость была
одной из центральных идей создания новой системы правового регулирования
Мирового океана. В совместном советско-турецком коммюнике 1977 года
стороны подчеркнули свое стремление содействовать принятию „конвенции по
морскому праву, которая способствовала бы укреплению международного
мирного, справедливого и взаимовыгодного сотрудни-чества .

Возрастает роль справедливости и в процессе осуществления международного
права. Осуществление права должно быть не только правомерным, но и
справедливым. Эта черта характеризует и процесс осуществления
национального права. Л. С. Явич пишет: „В советской общей теории права
признано, что акт применения права должен быть законным, обоснованным,
целесообразным и справедливым”44. Справедливость выполняет здесь
следующие конкретные функции: предопределяет содержание толкования,
используется для адаптации нормы к условиям конкретного случая, для
восполнения пробелов в международном праве.

На правотворческой стадии возможности справедливости гораздо шире, чем
на правоосуществительной. Создавая нормы, субъекты вправе в самых
широких масштабах руководствоваться требованиями справедливости. На
правоосуществительной стадии субъекты уже не так свободны. Здесь речь
может идти только о справедливости, нашедшей закрепление в международном
праве.

Идея справедливости глубже проникает в позитивное международное право,
находит отражение в его основных целях, принципах, а также конкретных
нормах и в конечном счете приобретает правовое качество, подлежит
применению даже судебными органами. Профессор Утрехтского университета
П. Ван Дейк отмечает: „Справедливость — моральная норма, которая не
только может иметь определенное влияние на право, но и сама находится за
пределами права. Справедливость как правовой принцип непосредственно
применима в качестве права судом” 45.

Справедливость в качестве цели и принципа упоминается в важнейших
международных актах. Преамбула Устава ООН 9 – 756 129 указывает на
создание условий, при которых может соблюдаться справедливость, а в ст.
1 отмечается, что для достижения этой, как и других, цели ООН необходимо
соблюдение основных принципов взаимоотношений между государствами,
сформулированных Уставом. Важно, что цели и принципы ООН носят
справедливый характер. В советско-финляндском коммюнике 1987 года
стороны „выразили готовность принять необходимые меры с тем, чтобы
справедливые принципы, на которых основана ООН, прочно утвердились в
практике международных отношений” 46.

В Уставе ООН справедливость положена в основу мирового порядка. Устав
призывает разрешать международные споры мирными средствами таким
образом, „чтобы не подвергать угрозе международный мир, безопасность и
справедливость” (п. 3 ст. 2). Мир, безопасность и справедливость
рассматриваются Уставом как однопорядковые взаимосвязанные категории.
Индийский профессор С. Мукерджи утверждает, что концепция мира
Организации Объединенных Наций основана на справедливости47. Другой
индийский ученый — Б. Кар отмечает, что Устав ООН с особой силой
подчеркивает справедливость как необходимый элемент мира48. Сказанное
относится и к другим международным актам основополагающего значения.
Среди них важное место занимает хельсинкский заключительный документ.
Программный документ общеевропейского сотрудничества был создан
участниками в целях содействия „миру, безопасности и справедливости”.
Принимавший участие в СБСЕ американский посол Голдберг заявил, что
„Заключительный акт хранит в себе концепцию не привилегий и силы, а
справедливости, правящей делами людей и отношениями между
государствами”, а также что справедливость — центральный принцип
разрядки 49.

Устав ООН связывает справедливость с международным правом. Преамбула
указывает на необходимость соблюдать справедливость и обязательства,
вытекающие из международного права; ст. 1 говорит о разрешении
международных споров в согласии с принципами справедливости и
международного права и т. д. Тем самым Устав закрепляет связь
справедливости и международного права в процессе регулирования
международных отношений. Справедливость и право должны не противостоять
друг другу, а взаимодействовать между собой.

Идея справедливости пронизывает систему международного права и его
основные принципы, которые служат ее выражением в современных
исторических условиях. Д. Б. Левин считает несколько иначе. „Понятие
справедливости, — пишет он, -воплощает в себе демократические принципы
международно него права” . Известно, что основные принципы определяют
характерные черты современного международного права, отличающие его от
международного права прошлого. Одна,из.важных черт комплекса основных
принципов состоит в том, что он воплощает исторически достигнутый
уровень справедливости в международных отношениях, уровень не только
желательный, но также возможный и даже необходимый. Справедливость
постоянно сопутствует международному праву, ею обосновывается создание
новых норм, а также способы и средства их осуществления.

Отмеченные положения имеют немаловажное значение для понимания специфики
позиций справедливости в международном праве. Справедливость выступает
как высший критерий при определении не только нравственной, но и
юридической обоснованности правовых норм. Поскольку исторически
достигнутый уровень справедливости в международном праве воплощен в
целях и принципах Устава ООН, то практически именно они служат важнейшим
критерием справедливости других международных актов. Иными словами,
степень соответствия таких актов целям и принципам Устава ООН является
критерием их справедливости. Договор, противоречащий общепринятым
представлениям о справедливости, может быть лишь формальным актом или
актом произвола, но не в состоянии породить действительные нормы
международного права. Такой договор является недействительным
изначально. На том же основании признаются недействительными отдельные
положения договора или отдельные нормы международного права,
противоречащие справедливости.

Приведенное положение едва ли может вызвать серьезные возражения в
теоретическом плане. Однако с его практической реализацией дело обстоит
гораздо сложнее. Для этого необходимы соответствующие социальные и
политические условия, достаточно высокий уровень развития международной
жизни, появление жизненно важных для всех народов общечеловеческих
ценностей, которые могут быть обеспечены при помощи достаточно надежной
нормативной системы, основанной на справедливости. Эти условия стали
складываться в наше время.

Применение справедливости все чаще предусматривается конкретными нормами
международного права. Можно сослаться на международное морское право,
нормы которого довольно часто обращаются к справедливости. Отмечая этот
факт, М. И. Лазарев пишет, что „и нормам международного права, и нормам
международного морского права присущи идеи гуманности и справедливости
регулирования межгосударственных

отношений”51. В ст. 59 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года
говорится, что „конфликт следует разрешать на основе справедливости и в
свете всех относящихся к делу обстоятельств, с учетом важности
затронутых интересов для каждой из сторон, а также для международного
сообщества в целом”. Следовательно, справедливость рассматривается как
основа урегулирования споров. В этой же конвенции справедливость
применяется для определения объема прав государства. Например, ст. 69
предусматривает, что не имеющие выхода к морю страны будут обладать
правом участвовать в эксплуатации остатков допустимого улова живых
ресурсов в исключительных экономических зонах прибрежных государств на
справедливой основе. Статья 83 указывает, что разграничение
континентального шельфа будет „осуществляться путем соглашения на основе
международного права… в целях достижения справедливого решения”. В
этих нормах справедливость выступает в виде правового стандарта, которым
должны руководствоваться государства в целях определения справедливого
объема прав заинтересованных государств. Аналогичным образом
справедливость используется в двусторонних соглашениях. В качестве
примера можно привести ст. 7 соглашения между правительством СССР и
правительством Ирландии о воздушном сообщении от 29 сентября 1987 г. Она
устанавливает: „Авиапредприятию каждой Договаривающейся Стороны будут
предоставлены справедливые и равные возможности перевозить на договорных
линиях…”52. К такому же выводу приходит и М. И. Лазарев. Он отмечает,
что в международном морском праве сложилось положение, согласно которому
права прибрежного и неприбрежного к данной акватории государств .должны
или быть равны, или справедливо сочетаться”53.

Справедливость как правовая категория применяется и в международной
судебной практике. Правда, обращение к справедливости Постоянной палаты
международного правосудия было эпизодическим и не явно выраженным. Судья
М. Хадсон, проанализировав деятельность палаты, пришел к выводу, что
„Постоянная палата международного правосудия редко применяла принцип
справедливости, да и то лишь косвенным образом”54. Его вывод заслуживает
доверия, так как он считает, что справедливость является частью
международного права, которую Суд должен применять. Такова была его
позиция в деле Diversion of Water from the Meuse, рассмотренном в 1937
году55.

Международный Суд более откровенен в своих ссылках на справедливость и
обращается к ней как в решениях, так и в особых мнениях судей.
Аналогично обстоит дело и в ар-132 битражной практике. Показательно
решение арбитража по делу Rann of Kutch между Индией и Пакистаном в 1968
году, в котором отмечено, „что справедливость является частью
международного права и что стороны могут опираться на ее принципы при
предъявлении своих претензий” . Особенно широко обращается к
справедливости Суд европейских сообществ. Такая практика Суда
способствовала превращению справедливости в императивную норму права
сообществ57.

Обобщая практику судебных органов, следует подчеркнуть, что решения Суда
должны быть справедливыми, поскольку они правосудны. В этом проявляется
связь права и справедливости. Вместе с тем Суд призван применять нормы
права и потому реализует предписания справедливости лишь в той мере, в
какой они воплощены в принципах и нормах международного права, а также в
какой эти нормы предписывают или позволяют применять справедливые
принципы58.

c–c¶e?e\i`ih?l?uouiuouaussuouiuiuiuiuiuouiuiuiuiuiuiuiuouiuiuouiuiuiuiui
uiuUuUuUuiuouiuiuiuoOuiuiui

h,9…CJ aJ


–(–®???i ? ”Y?Yj?uouououououeaeaeaeaeaOeuou?uAEuououAeuouou?uououou?uouo
uou?uouououou?1/2uououou

1$]„E`„r

ает, что справедливость является правовым принципом, функция которого
состоит в том, „чтобы направлять тех, кто создает право, и тех, кто
применяет право, с тем чтобы достичь честного и справедливого
результата”59.

Практика государств свидетельствует о том, что в большинстве случаев
справедливость рассматривается как нравственная категория, существующая
наряду с международным правом, а не как международно-правовой принцип.
Несмотря на неоднократные ссылки на справедливость, Декларация о
принципах международного права также не сформулировала принципа
справедливости как особого принципа международного права. Чаще всего
ссылаются либо на принципы справедливости, либо на принципы
справедливости и права. Правда, в ходе кодификационных работ принцип
справедливости нередко рассматривается как элемент международного
права60.

Можно, очевидно, определить причины, по которым принцип справедливости
не занял своего места в актах, кодифицирующих принципы международного
права. Во-первых, особый характер рассматриваемого принципа определяет
тот факт, что он пронизывает все остальные принципы, раскрывает в них

133

свое основное нормативное содержание. Важнейшее требование .
справедливости состоит в соответствии поведения субъектов основным
принципам международного права. Во-вторых, в международной практике до
сих пор не сложилось достаточно четкого нормативного содержания принципа
справедливости. Подчеркивая значение принципа справедливости,
государства, как правило, предпочитают пользоваться более определенными
международно-правовыми нормами. Нередко сложившиеся нормы справедливости
включают в содержание основных принципов международного права или в его
конкретные нормы. Некоторую роль играет и то обстоятельство, что принцип
справедливости не был теоретически исследован на основе широкого
обобщения международной практики. Неопределенность содержания становится
серьезным препятствием на пути его воплощения в право. О. Шахтер
подчеркивает, что „справедливость обычно „определяется” в понятиях,
которые в равной мере не определены: честность, естественная
справедливость, разумность, добросовестность. Те, кто ценит
предсказуемость и объективность права, колеблются рассматривать столь
неопределенный принцип как непосредственный источник обязательного
права”61. И все же процесс кодификации этого принципа и конкретизации
его нормативного содержания набирает , силу. Примером служат принятые в
рамках ООН акты, относящиеся к установлению нового, справедливого
международного экономического порядка, Конвенция ООН по морскому праву
1982 года.

Это свидетельствует о том, что задача разработки и кодификации
нормативного содержания принципа справедливости как одного из основных
принципов международного права является актуальной. Тот же О. Шахтер
признает, что „справедливость и права человека вышли на передний край
международного права” 62. Недостаточная определенность содержания
принципа отрицательно сказывается на его функционировании, порождает
ошибочные теоретические конструкции относительно его юридической
природы. Так, в доктрине существует концепция, согласно которой принцип
справедливости входит в международное право как общий принцип права,
признанный цивилизованными нациями63. С подобной концепцией трудно
согласиться. Слишком велики и специфичны роль и содержание принципа
справедливости в международном праве, чтобы рассматривать его только как
общий принцип права. Принцип справедливости в международном праве Имеет
достаточные собственные основания.

Принцип справедливости отвечает требованиям, предъявляемым к основным
принципам международного права, его

134

императивным нормам. Ему принадлежит основополагающая роль при
определении содержания правотворческого и право-осуществительного
процессов. Он является универсальным, всеобщим и обладает высшей по
сравнению с иными нормами политической, моральной и юридической силой.
Противоречащие ему нормы недействительны. Государства не вправе отходить
от принципа справедливости даже по соглашению в своих взаимоотношениях.
Что же касается его нормативного содержания, то оно раскрывается главным
образом в системе международного права в целом и особенно в его основных
принципах.

Принцип справедливости обладает богатым содержанием, охватывающим все
виды международных отношений. Универсальность содержания и действия —
характерные черты принципа справедливости. Его содержание складывается
из двух взаимосвязанных элементов. Первый из них является
концептуальным. Он включает представления и выражающие их принципы, на
которых должны быть организованы и действовать система международных
отношений и соответствующая нормативная система. Они должны быть
основаны на справедливых для современного этапа исторического развития
принципах. Второй элемент является функциональным. Он состоит из
принципов и норм, относящихся к функционированию системы международных
отношений и системы международного права. Они должны функционировать на
справедливой основе, справедливыми должны быть и результаты их
функционирования. Любое международно-правовое регулирование должно быть
справедливым.

Анализ целей и принципов Устава ООН, а также других международных актов,
включая декларации Генеральной Ассамблеи, свидетельствует, что
воплощенная в этих актах концепция справедливости представляет собой
модель международных отношений, построенную на основных принципах
современного международного права94. В этом заключена реалистическая
концепция справедливости, определяемая характерными чертами существующей
системы международных отношений и международного права.

Принцип справедливости предъявляет определенные требования к
правотворческому процессу, его содержанию, результатам и форме.
Относительно содержания устанавливается, что вновь создаваемые нормы
должны быть справедливыми. Правотворческий процесс должен быть
справедливым и по форме, что в первую очередь требует равноправного
участия всех заинтересованных государств, справедливого учета их
интересов. Только на такой основе достигнутое соглашение

является справедливым. Каждое государство имеет равное право на участие
в решении любой международной проблемы, в которой оно заинтересовано, и
на заключение соответствующего международного договора. Это императивное
требование справедливости. Например, в советско-югославской декларации
1988 года стороны заявили, что справедливость предусматривает
„равноправное участие всех государств в обсуждении и решении любых
международных проблем, особенно тех, которые затрагивают их
непосредственные интересы” 65. Должно быть также обеспечено уважение
законных интересов неучаст-вующих государств.

Требованием справедливости является должный учет всех интересов
государств независимо от существующих между ними различий, учет общих
глобальных интересов, а также индивидуальных интересов каждого
государства. Это положение подчеркивается в практике. Так, в докладе
Генерального директора ЮНЕСКО отмечалось, что только таким путем „можно
будет осуществить принципы справедливости и взаимного уважения, лежащие
в основе нового международного порядка”66 . Кроме того, принципу
справедливости принадлежит первостепенная роль в определении
обоснованности интересов государств и их согласовании. Особое внимание
должно быть уделено интересам развивающихся стран, прежде всего в сфере
экономического, научно-технического и культурного сотрудничества.

Достижение соглашения, создание международно-правовых норм должны
осуществляться добросовестно. Любое соглашение состоит из
корреспондирующих прав и обязанностей сторон, разрыв между правами и
обязанностями недопустим. Принцип справедливости требует должного
соотношения между ними. Справедливым считается договор, в котором права
и обязанности уравновешены не только формально, но и по существу.

На правоосуществительной стадии принцип справедливости устанавливает,
что реализация норм должна осуществляться во имя справедливых целей и
справедливыми методами. Это предписание принципа справедливости особенно
тесно взаимодействует с принципом добросовестного выполнения
обязательств по международному праву. Добросовестное выполнение означает
выполнение с учетом требований справедливости.

Согласно принципу равноправия, нормы международного права должны в
равной мере распространяться на все государства, независимо от
существующих между ними различий. Однако государства настолько различны,
что применение к ним одинакового правового масштаба способно породить
не-136 справедливые результаты. Равное обращение с неравными
государствами ведет к несправедливому распределению между ними благ,
вытекающих из соблюдения международно-правовых норм. Такая ситуация
особенно чувствительна в сфере экономических отношений. Не случайно
принцип справедливости положен в основу нового международного
экономического порядка. В Декларации о прогрессивном развитии принципов
публичного международного права, относящихся к новому международному
экономическому порядку,” разработанной Ассоциацией международного права,
принцип справедливости не только рассматривается как основополагающий,
но и прямо связывается с достижением равенства государств. „Без
обеспечения принципа справедливости, — указывается в ней, — нет
действительного равенства наций и государств в мировом сообществе,
состоящем из стран различного уровня развития”67. Чтобы избежать
несправедливых результатов, необходима корреляция действия норм на
основе справедливости.

Данное положение относится ко всем стадиям осуществления нормы, начиная
с толкования. „Применяя позитивное международное право, — пишет П. Ван
Дейк, — суд должен выбрать среди нескольких возможных толкований то,
которое в свете обстоятельств дела представляется наиболее близким к
требованиям справедливости”68. Некоторые юристы отмечают, что усиление
роли принципа справедливости в толковании и применении договоров
представляет собой удивительный образец того, как справедливость
выполняет роль правотворческого фактора69. Декларация о прогрессивном
развитии принципов международного публичного права 1986 года также
указывала, что принцип справедливости „может применяться для дополнения
права”. Действительно, в процессе применения права справедливость в
определенной степени опосредствует его развитие. Любая правовая система,
в том числе и международно-правовая, должна обладать, с одной стороны,
стабильностью, а с другой — способностью реагировать на постоянно
возникающие вопросы развивающейся жизни. В должном сочетании этих
качеств обретается устойчивость правовой системы. Сочетание их в
значительной степени обеспечивается принципом справедливости. Данное
качество справедливости отметил Хименес де Аречага. „Поскольку все
системы права стремятся поддерживать себя, — пишет он, — чтобы
утвердиться и быть устойчивыми, постольку они должны быть достаточно
эластичными, чтобы допустить эволюцию и постоянное проникновение в
инкорпорацию соображений справедливости”70. Справедливость играет важную
роль в применении общих норм к конкретному вопросу, а также в
регулировании, если нет

10 – 756 137

специальной нормы, относящейся к обсуждаемой ситуации. В результате
происходит развитие международного права.

В процессе правоприменения, как и на стадии правотворчества, принцип
справедливости требует, чтобы каждое государство уважало законные права
и интересы других государств. Принцип справедливости регулирует
взаимодействие норм в международно-правовой системе, с тем чтобы
результатом применения взаимодействующих норм стало справедливое
урегулирование. Это имеет особое значение для применения основных
принципов международного права, которые являются взаимосвязанными, и
каждый принцип должен рассматриваться в контексте всех других принципов.

Справедливость требует, чтобы при применении норм принимались во
внимание все относящиеся к делу обстоятельства и каждому из них
придавалось должное значение на основе принципа справедливости. В
решении Международного Суда по делу о континентальном шельфе Северного
моря говорится, что „стороны обязаны поступать таким образом, чтобы в
конкретном случае, принимая во внимание все обстоятельства, были
применены справедливые принципы”71. Необходимость учета всех конкретных
обстоятельств подчеркивается и в консультативном заключении
Международного Суда относительно толкования соглашения между ВОЗ и
Египтом: определение того, что является „справедливым, в каждом
конкретном случае зависит от конкретных обстоятельств” 72.

В подобных случаях принцип справедливости служит средством должной
оценки всей совокупности обстоятельств и их сбалансированности. Именно
так толкуется справедливость в международной арбитражной практике.
Постоянная палата третейского суда в деле о норвежских судовладельцах
отметила, что справедливость представляет собой относящиеся к делу
соображения и справедливые принципы, которые должны быть справедливо
уравновешены. Палата также сослалась на сбалансированность
соответствующих претензий и интересов сторон и заявила, что
пропорциональность является критерием оценки справедливости73, В решении
арбитража по англофранцузскому спору о разграничении континентального
шельфа вновь подчеркивалось, что справедливость представляет собой
„относящиеся к делу соображения” и „справедливые принципы”, которые
должны быть справедливо уравновешены, и что пропорциональность является
„критерием оценки справедливости” определенных географических
ситуаций74. Как видим, учет всей совокупности обстоятельств и их
сбалансированности является важным элементом содержания
международно-правового принципа справедливости. 138

Принцип справедливости предъявляет серьезные требования к урегулированию
международных споров. Именно в связи с мирным урегулированием
международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению
мира, международные акты указывают на справедливость как на
непосредственно регулирующее нормативное явление.

Статья 1 Устава ООН устанавливает, что улаживание подобных споров и
ситуаций должно проводиться мирными средствами „в согласии с принципами
справедливости и международного права”. Эта же формулировка содержится в
Декларации о принципах международного права 1970 года, а также в
хельсинкском Заключительном акте. Приведенные формулировки следует
толковать таким образом, что при решении конкретных вопросов применяется
не некая абстрактная справедливость, а справедливость позитивная, то
есть ее общепризнанный минимум, как он закреплен в нормах международного
права. Правильность подобного толкования подтверждается Заключительным
актом, в котором после воспроизведения упомянутой выше формулы Устава
ООН говорится, что участники будут прилагать усилия к тому, чтобы прийти
„к справедливому решению, основанному на международном праве”.

В качестве общего правила принцип справедливости предписывает, чтобы
принимаемые государствами и международными органами решения были
справедливыми и основанными на международном праве. Иными словами, они
должны одновременно отвечать требованиям и справедливости, и
международного права.

Таким образом, как и международно-правовой, принцип справедливости
прежде всего выражает одну из основных идей международного права,
нашедшую воплощение в его целях и принципах, определяющую процесс
функционирования этого права, — идею справедливого, демократического
мира. Одна из особенностей принципа справедливости заключается в том,
что его нормативное содержание раскрывается главным образом в системе
международного права в целом и в его основных принципах в частности.
Вместе с тем идет процесс развития непосредственно нормативного
содержания принципа справедливости для регулирования международных
отношений, особенно в областях, не урегулированных или недостаточно
урегулированных международным правом.

Роль принципа справедливости в международных отношениях и международном
праве, расширение его нормативного содержания требуют кодификации
содержания этого принципа. Подходящей формой явилась бы, очевидно,
декларация Генеральной Ассамблеи ООН.

3. Принцип добросовестности

В ходе перестройки международной системы, упрочения ее нравственной
основы возрастает значение принципа добросовестности в международных
отношениях и международном праве. Добросовестность становится важным
качеством межгосударственного сотрудничества, что способствует
укреплению доверия и международного порядка. Несмотря на свое значение,
принцип добросовестности не привлек внимания советской науки.

Принцип добросовестности связан со Справедливостью, отражает ее
требования. Он требует, чтобы создание и реализация
международно-правовых норм преследовали справедливые цели,
осуществлялись с помощью справедливых методов и вели к справедливым
результатам. Эти же требования присущи добросовестности, что, однако, не
дает оснований для их отождествления. Каждый из этих принципов имеет
собственное содержание, выполняет собственные функции.

Нормативная природа принципа добросовестности оценивается учеными
по-разному. Г. И. Тункин считает, что это только моральный принцип75. А.
Н. Талалаев рассматривает добросовестность как элемент принципа „pacta
sunt servanda”76. Р. А. Каламкарян, подробно раскрывая роль
добросовестности в межгосударственном переговорном процессе, исходит из
того, что она является самостоятельным принципом международного права77.
Этой точки зрения придерживается И. И. Лукашук при рассмотрении принципа
„договоры должны соблюдаться” 7*.

Принцип добросовестности играет большую роль во взаимодействии морали и
международного права. Нормы морали способны непосредственно влиять на
межгосударственные отношения. Их действие может конкретизироваться и
усиливаться, если они реализуются через нормы права, предписывающие
необходимость их соблюдения. Принцип добросовестности является
юридическим средством, вводящим нормы морали в процесс
международно-правового регулирования.

В таком качестве данный принцип использовался еще в римском праве,
откуда перешел в право международное. Точнее, не в само позитивное
право, а в связанные с ним моральные постулаты. Практическое значение
принципа, однако, было невелико. Г. Гроций писал, что добросовестность
обязательна даже по отношению к врагам79. Но объяснялось это не тем, что
добросовестность уже господствовала во взаимоотношениях „друзей”, а тем,
что мораль призывалась на помощь малоэффективному праву. . 140

В наше время принцип добросовестности продолжает функционировать в
международных отношениях как моральный принцип, имеющий немаловажное
значение. Из него вытекает 1 нравственный долг соблюдать международные
договоренности, не обладающие правовым характером. Это положение
отмечается авторами, рассматривающими природу неправовых
межгосударственных договоренностей80. Важность этого аспекта морального
принципа добросовестности существенно возрастает в связи с
интенсификацией нормативного политического регулирования
межгосударственных отношений. Резолюции органов Организации Объединенных
Наций и других международных организаций, различного рода политические
договоренности решают все более важные международные вопросы.
Обязательность политических норм поддерживается как специальными
политическими средствами, так и моралью, и прежде всего принципом
добросовестности. Не менее важен данный принцип для соблюдения
государствами односторонних обязательств, не носящих
международно-правового характера 81.

Одновременно с моральным принципом существует и международно-правовой
принцип добросовестности, механизм действия которого является
юридическим. Ф. Н. Ковалев полагает, что принцип добросовестности
является не только твердо, но и издавна установившимся правовым правилом
82 . Наличие в международном праве принципа добросовестности отмечает
венгерский ученый Д. Харасти, который охарактеризовал названный принцип
в качестве одного из основных принципов международного права83.
Аналогичная оценка встречается и в док-трине развивающихся стран .

В деятельности международных органов и организаций нередки случаи
констатации того, что моральный принцип добросовестности стал правовой
нормой. Это не повлекло за собой прекращения существования морального
принципа добросовестности, практическое значение которого, как уже
отмечалось, весьма существенно.

При обсуждении принципа добросовестности на Венской конференции по праву
международных договоров и в Специальном комитете ООН по принципам
международного права большинство представителей государств подчеркивали
практическое значение этого принципа; не было внесено ни одного
предложения, направленного против него. Представитель УССР на Венской
конференции по праву международных договоров К. С. Забигайло подчеркивал
значение этого принципа для достижения основной цели международного
права — поддержания мира и развития сотрудничества85. Представители
государств в Специальном комитете по принцицам междуна-

141

родного права отмечали, что соблюдение принципа добросовестности стало
необходимостью, а международное сотрудничество, основанное на
добросовестности, зафиксировано в Уставе ООН как обязательство 86.

Международная практика свидетельствует, что в большинстве случаев
закрепление принципа добросовестности в позитивном международном праве
связывается с п. 2 ст. 2 Устава ООН, где речь идет о добросовестном
выполнении принятых по Уставу обязательств. Выступая на Венской
конференции по праву международных договоров, представитель Кубы
Альварес Табис отметил, что п. 2 ст. 2 Устава установил принцип
добросовестности87. Член Комиссии международного права Ж. М. Йепес
отмечал, что до принятия Устава ООН принцип добросовестности был чисто
моральным, теперь он стал частью позитивного права 88.

Опираясь на Устав ООН, принцип добросовестности приобретает все более
прочные позиции в действующем международном праве. Речь идет о Венской
конвенции о праве международных договоров. В ней добросовестность
формулируется как составной элемент принципа .договоры должны
соблюдаться” (ст. 26). Она устанавливает, что „договор должен
толковаться добросовестно” (ст. 31). В преамбуле конвенции государства
подчеркнули, что „принципы добросовестности-… получили всеобщее
признание”. Ссылки на принцип добросовестности неоднократно встречаются
в комментариях к статьям конвенции, подготовленных Комиссией
международного права. Например, в комментарии к ст. 15 сказано, что
„обязательство в силу принципа добросовестности воздерживаться от
действий, направленных на уничтожение объекта договора… приобрело в
настоящее время общепризнанный характер”89. Дальнейшее развитие принцип
добросовестности приобрел в Конвенции ООН по морскому праву 1982 года,
ст. 300 которой формулирует принцип добросовестности в тесной связи с
недопустимостью злоупотребления международным правом 90.

В качестве правового анализируемый принцип довольно широко используется
при решении конкретных международно-правовых вопросов в международной
судебной и арбитражной практике. Это положение было констатировано
Комиссией международного права. В ее докладе Генеральной Ассамблее о
работе 18-й сессии комиссии говорится: „Имеются серьезные основания в
практике международных судебных учреждений для утверждения, что принцип
добросовестности является правовым принципом, который образует составную
часть нормы” 91. Заметим, что международная судебная практика применяла
принцип добросовестности не только как составную 142 часть нормы
договоры должны соблюдаться”, но и самосто-

92

ятельно

Принцип добросовестности довольно широко признан в теории и практике
международного права в качестве правового принципа. При этом
подчеркивается его большое значение как для международного права, так и
для всей системы сотрудничества государств. В большинстве случаев
принцип добросовестности рассматривается в связи с принципом .договоры
должны соблюдаться”. Такое положение закономерно. Принцип „договоры
должны соблюдаться” является центральной нормой, отражающей юридическую
природу международного права и определяющей характер его действия.
Осуществление международного права является главной сферой, где
формировался принцип добросовестности и где он имеет особое значение.

Связь принципа „договоры должны соблюдаться” с принципом
добросовестности нашла всеобщее признание. Отныне добросовестность
включена в само определение принципа „договоры должны соблюдаться” как
его неотъемлемый элемент. Теперь этот принцип именуется как принцип
„добросовестного выполнения обязательств”. Так он формулируется в
Декларации о принципах международного права 1970 года, в хельсинкском
Заключительном акте и других международных актах. В соответствии с
международным правом этот принцип сформулирован и в Конституции СССР.

Тот факт, что принцип „договоры должны соблюдаться” действует ныне ь
неразрывной связи с принципом добросовестности, свидетельствует об
изменениях, происшедших в международном праве. На примере принципа
.договоры должны соблюдаться” наглядно проявляется влияние принципа
добросовестности на международное право в целом. Добросовестность легла
в основу всей концепции принципа „договоры должны соблюдаться”, что
подтверждается многими арбитражными и судебными решениями 93.

Углубление взаимосвязи с принципом добросовестности привело к
существенному обогащению принципа .договоры должны соблюдаться”. В
прошлом принцип носил в значительной степени формальный характер,
обязывая придерживаться буквы договора независимо от реальных
последствий. Это было выгодно сильным державам, но вело к ущемлению
законных прав и интересов более слабых государств. Подобное
злоупотребление международно-правовыми нормами было повседневным
явлением. Сейчас положение меняется. В соответствии с принципом
добросовестности международно-правовые нормы должны осуществляться в
соответствии не только с буквой, но и духом договоров, на основе
уважения основных

143

принципов международного права и морали. Злоупотребление правом, ведущее
к нарушению прав и законных интересов других государств, противоречит
принципу „добросовестного выполнения обязательств”.

Взаимодействие с принципом добросовестности содействовало расширению
сферы действия принципа „договоры должны соблюдаться”. В прошлом он не
касался содержания договора и почти не затрагивал процедуру его
заключения. Неравноправные и навязанные силой договоры считались
действительными при условии соблюдения чисто формальных моментов
согласия. Сейчас принцип добросовестного соблюдения обязательств” лишает
правовой силы договоры, заключенные недобросовестным путем, например
путем обмана.

Принцип „добросовестного соблюдения обязательств” распространил свое
действие и на содержание договоров, которое должно соответствовать не
только императивным нормам международного права, но и общепринятым
нормам морали. Удельный вес аморальных норм в международном праве
прошлого был весьма значителен. Ф. Ф. Мартене отмечал, что
безнравственные обязательства не имеют юридической силы, но одновременно
констатировал, что „многие трактаты в действительности явно нарушали эти
условия, в особенности обязывая к действиям безнравственным” 94.
Несмотря на это, такие нормы юридически обслуживали отношения между
государствами.

Итак, принцип добросовестности развивался в тесной связи с принципом
„договоры должны соблюдаться”. Но постепенно он отделился от последнего
и занял самостоятельное место в международном праве. Профессор Дж.
Шварценбергер подчеркивает, что в праве международных договоров
добросовестность постепенно распространилась на иные области
международного обычного права 95.

Подчеркивая значение принципа добросовестности для международного права,
необходимо отметить недопустимость необоснованного преувеличения его
роли. Нельзя согласиться с А. Фердроссом, который полагал, что
добросовестность как моральная категория есть основа международного
права и из нее вытекает обязательство соблюдать нормы международного
права96. Аналогичная точка зрения встречается и в советской доктрине. Д.
И. Бараташвили писал: „Принцип добросовестности выступает в современных
условиях как важный источник международного права”97. Она же нашла
отражение, в частности, в докладе о праве международных договоров,
представленном специальным докладчиком X. Уолдоком Комиссии
международного права в 1964 году98. Однако большинство членов комиссии
такого мнения не разделило 99. 144

Переоценка роли принципа добросовестности не случайна. 1 Мораль
приобретает все более весомое значение в формировании и действии норм
международного права. Тем не менее обязательная сила и механизм действия
международного права носят юридический, а не моральный характер. Мораль
предписывает уважение требований международного права, но главная сила
международного права все же в его юридическом характере. Нравственная
сила международно-правовых норм играет вспомогательную роль в их
осуществлении. Нарушение принципа добросовестности влечет за собой не
только моральные, но и правовые последствия. Недействительность
договоров, противоречащих нормам морали, обосновывается мно-

100

гими представителями доктрины международного права .

Для осуществления своих важных функций принцип добросовестности наделен
императивной силой. Государства не вправе путем договора ограничивать
его действие или умалять его содержание. Он является правовым средством,
обеспечивающим в международных отношениях вообще и в международных
правоотношениях в частности уважение исторически достигнутого морального
стандарта. Принцип добросовестности распространяет свое действие- на все
виды норм международного права, на универсальные и партикулярные, на
основные принципы и конкретные нормы, на нормы договорные и обычные. Он
распространяется на все стадии международно-правового регулирования и
охватывает как создание, так и осуществление норм. Оба процесса тесно
связаны. Международный Суд в своем решении 1974 года подчеркнул: „Одним
из основных принципов, регулирующих создание и осуществление правовых
обязательств, каков бы ни был их источник, является принцип
добросовестности” 101. Это же положение было воспроизведено в решении
Суда 1988 года102.

Принцип добросовестности действует непосредственно, а также
опосредованно, через иные международно-правовые нормы, оказывая влияние
на их содержание и действие. Опосредованное действие принципа делает
более эффективным функционирование международного права в целом. Что
касается непосредственного действия принципа, то он предписывает
государствам вести свои взаимные отношения, уважая общепризнанные нормы
морали и права, не допускать злоупотребления существующей системой
международных отношений, не ущемлять справедливых интересов других
государств, даже если они не защищены правом. Добросовестность означает
конструктивный подход к решению международных проблем. Их урегулирование
должно осуществляться с учетом общих и индивидуальных интересов
государств. Принцип добросо-

вестности неразрывно связан со справедливостью и демократизмом в
международных отношениях.

Высказываются сомнения относительно роли принципа добросовестности на
том основании, что он юридически недостаточно конкретен и способен
внести субъективный элемент в международное право. М. Бартош, выступая
на заседании Комиссии международного права, подчеркнул, что концепция
добросовестности, вероятно, способна внести субъективный элемент в
международное право, но именно поэтому она должна быть постепенно
„объективизирована” путем договоров и правовой практики. Ни одна
возможность, для подчеркивания растущего влияния идеи добросовестности
на международное право не должна быть упущена103. С приведенным
положением нельзя не согласиться. Принцип добросовестности и связанные с
ним положения все чаще подтверждаются в международных договорах и
декларациях, на дипломатических конференциях и в резолюциях различных
международных органов. Современная международная практика сделала многое
для конкретизации положения принципа добросовестности.

С принципом добросовестности связан принцип, или правило, „эстоппель”.
Международное право заимствовало этот принцип из англо-американского
права. Согласно одному из наиболее авторитетных американских словарей
права, „этот термин означает, что сторона в результате своих собственных
действий не может претендовать на права в ущерб другой стороне, которая
была вправе полагаться на такие действия и поступала соответственно”104.
В качестве примера определения эстоппеля в англо-американской
международно-правовой литературе приведем следующее: „Хорошо известный
внутригосударственным системам принцип… согласно которому сторона,
которая молчаливо признала что-либо в конкретных условиях или заняла
определенную позицию в отношении данного дела, не может в дальнейшем
поступать непоследовательно” 105.

В энциклопедическом юридическом словаре говорится, что „в международном
праве эстоппель означает утрату государством права ссылаться на
какие-либо факты или обстоятельства в обоснование своих международных
притязаний”106. Однако подобное определение содержит лишь часть понятия
„эстоппель”. Далеко не всякая утрата упомянутого права является
эстоппелем. Суть этого понятия состоит в том, что государство лишается
этого права в силу своего поведения, если другое государство
рассматривает это поведение как официальное выражение позиции первого
государства, полагается на нее и действует соответственно. Правило
„эстоппель” 146 запрещает в таких случаях изменение позиции первым
государством, если при этом будет причинен ущерб интересам второго
государства, добросовестно исходившего из юридической значимости
поведения первого государства.

Правило „эстоппель” не раз использовалось в международных арбитражных и
судебных решениях107. Довольно часто оно применяется при разрешении
территориальных споров108. Однако в международном праве это правило
имеет свою специфику по сравнению с национальным правом. В международном
праве оно тесно связано с институтом признания. Понятие „эстоппель”
привлекло к себе внимание в связи со ст. 45 Венской конвенции о праве
международных договоров, согласно которой государство лишается права
ссылаться на основание недействительности, прекращения договора, выхода
из него или приостановления, если после того, как ему стало известно о
фактах, „оно должно в силу его поведения считаться молчаливо
согласившимся с тем, что договор в зависимости от случая действителен,
сохраняет силу или остается в действии”109.

Представляется, что в международном праве эстоппель, связанный с
принципом добросовестности и институтом признания, приобретет еще
большее значение. Здесь он имеет глубокие корни. Достаточно вспомнить,
как формируются обычные нормы: фактические действия и их молчаливое
признание. Но, пожалуй, главное — это связь эстоппеля с принципом
добросовестности. Добросовестность обязывает государство следовать его
первоначальной позиции, которая ясно и недвусмысленно вытекает из его
действий или заявлений, особенно если отказ от такой позиции может
причинить вред другому государству или привести к извлечению
необоснованных выгод для себя. Эстоппель предполагает добросовестность с
обеих сторон. Связанные на основе эстоппеля государства должны
добросовестно относится к вытекающим из этого обязанностям. Другая
сторона может пользоваться основанными на эстоппеле правами, если она
приобретает и применяет их добросовестно.

Основное содержание принципа добросовестности на правотворческой стадии
международно-правового регулирования включает: 1) добросовестное
выяснение фактических обстоятельств, интересов государств и
международного сотрудничества, подлежащих нормативному урегулированию;
2) добросовестную разработку норм, действительно отвечающих упомянутым
интересам и обстоятельствам; 3) реальное соответствие создаваемых норм
существующей системе международного права и морали, ее целям и
принципам.

Основное содержание принципа добросовестности на правоприменительной
стадии международно-правового регулирования

включает: 1) добросовестное выяснение фактических обстоятельств,
интересов государств и международного сотрудничества, входящих в сферу
предстоящего применения норм;

добросовестный выбор норм, подлежащих применению;

реальное соответствие применения норм их содержанию не только по форме,
но и по духу; 4) реальное соответствие применения норм существующей
системе международного права и морали, а также другим обязательствам
применяющих государств; 5) добросовестное определение границ применения
норм, с тем чтобы осуществление права не наносило ущерба законным правам
и интересам других государств; 6) обязанность государств воздерживаться
от действий, которые, хотя и правомерны, могут оказать существенное
влияние на способность другого государства выполнить те или иные
международные обязательства.

Из вышеизложенного видно, что принцип добросовестности обладает богатым
юридическим содержанием, обеспечивает взаимодействие норм права и морали
в механизме действия международного права. Действие этого механизма без
принципа добросовестности сегодня было бы невозможно, как немыслимо и
осуществление основных принципов современного международного права.
Например, упрочение принципа добросовестности сделало возможным
закрепление в качестве принципа позитивного права обязанности государств
сотрудничать друг с другом в соответствии с Уставом ООН.

Рост авторитета принципа добросовестности объясняется потребностями
международного сотрудничества и обслуживающего его международного права.
Он приобрел в наши дни дополнительное значение в связи с необходимостью
обеспечения доверия в межгосударственных отношениях.

PAGE 12

PAGE 16

PAGE 20

PAGE 24

PAGE 26

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Похожие документы
Обсуждение

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Заказать реферат
UkrReferat.com. Всі права захищені. 2000-2019