Божьев В.П. 2002 – Уголовный процесс (книга)

Божьев В.П. 2002 – Уголовный процесс

РАЗДЕЛ I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Глава I. Сущность уголовного процесса

§ 1. Сущность и задачи уголовного процесса

Одним из важнейших средств борьбы с преступностью являются
уголовно-правовые меры, возникновение и развитие которых связано с
реакцией общества и государства на преступления, т. е. правонарушения
против личности, общества или государства, признаваемые государственной
властью наиболее опасными и запрещенными уголовным законом под угрозой
наказания. Поэтому в уголовном законе даны не только общее нормативное
понятие преступления, полный их (преступлений) перечень, но и признаки
каждого из них. УК РФ определил пределы должного и возможного применения
мер уголовного наказания, а при определенных основаниях, указанных в
уголовном законе, – освобождения виновных от уголовной ответственности
или уголовного наказания. Но нормы уголовного права не могут
автоматически воздействовать на лиц, совершивших преступление. Вот
почему право государственной власти на применение уголовной
ответственности предполагает ее возможность в каждом конкретном случае
на проведение специальной деятельности, направленной на установление
оснований и условий применения норм уголовного права. Чтобы применить
установленное уголовным законом наказание за содеянное, надо установить:
в чем состоит это деяние, кто его совершил, каким образом, с каким
умыслом, какие наступили последствия преступления и т. п. Для этого в
каждом случае обнаружения (получения) данных, указывающих на признаки
преступления, соответствующий государственный орган выносит
постановление о возбуждении уголовного дела (см., напр., ч. 2 ст. 140,
ч. 1 ст. 146 УПК РФ). В целях установления названных обстоятельств и
применения норм уголовного кодекса необходимы органы судебной власти,
исполнительные органы уголовного преследования и т. п. Также важно
предусмотреть: кто, с помощью каких средств вправе и обязан проводить
действия, направленные на достижение вышеуказанных целей. В рамках
уголовного дела указанные законом участники уголовного судо-

Раздел I Общие положения

производства (процесса) проводят допросы, обыски, осмотры и другие
следственные и судебные действия

Производство по уголовному делу представляет собой уголовный процесс
(уголовное судопроизводство), а порядок его осуществления регулируется
федеральным уголовно-процессуальным законом. В литературе иногда
встречаются и другие взгляды по поводу предназначения уголовного
судопроизводства. Например, утверждается: «.. уголовный процесс
самоценен как гарант справедливого разбирательства всякого обвинения и
вовсе не выступает формой реализации уголовного закона»1. Не
удивительно, что главное достоинство суда присяжных подобные авторы
усматривают в том, что присяжные выносят вердикт о невиновности
(оправдательный) вопреки нормам уголовного закона при установлении
деяний, ответственность за который установлен уголовным кодексом2.
Однако такие представления не отражают сущность деятельности по
осуществлению правосудия, а их авторы уходят от ответа на вопросы о
предназначении уголовного процесса и регулирующего его закона, о том,
как осуществляется применение норм уголовного права.

Высказанные соображения приводят к выводу: для обеспечения задач,
стоящих перед уголовным правом, существует уголовно-процессуальное право
и регулируемый им уголовный процесс, который, как и
уголовно-процессуальное право, детерминирован уголовным правом.

Среди специальных мер, направленных на борьбу с преступностью, важное
место занимают уголовно-процессуальные меры, которые в рамках
конкретного уголовного дела направлены на раскрытие преступления и
установление лиц, его совершивших, осуществление в отношении этих лиц
уголовного преследования, установление их виновности и применение к ним
в строгом соответствии с уголовным и уголовно-процессуальным законами
наказания либо освобождение от уголовной ответственности.

Государство вынуждено применять меры принуждения там, тогда и постольку,
где, когда и поскольку одного убеждения недостаточно. Поэтому существует
необходимость в деятельности государственных органов, способных раскрыть
преступление, установить виновных и применить к ним установленные
законом меры уголовного наказания. Эта деятельность протекает в
уголовно-процессуальных формах, в рамках уголовного процесса. Нередко
действия субъектов уголовного процесса, ответственных за ведение
уголовного дела, осуществляются во взаимодействии с
оперативно-розыскными службами и при их содействии.

Уголовный процесс – один из видов реализации государственной власти,
специфика которой обусловлена особенностью задач, осуществляемых

‘ См Проблемы реформы уголовно-процессуального законодательства в
проектах УПК РФ М, 1995 С 34

2 Там же С 35

Глава I Сущность уголовного процесса

в сфере борьбы с преступностью. Она регулируется нормами
уголовно-процессуального права, осуществляется с момента получения
информации о преступлении и на протяжении всего производства по
уголовному делу, а в ряде случаев – даже и после его завершения (в
стадии исполнения приговора) Эта деятельность протекает в рамках
уголовно-процессуальных отношений. Их совокупность и система
представляют собой сущность уголовного процесса.

Уяснить эту сущность можно, обратившись к предмету pei улирования
уголовно-процессуального права Последним, как и любой другой отраслью
права, регулируется определенная область общественных отношений. С
получением сообщения о готовящемся или совершенном преступлении у
должностных лиц, ответственных за его рассмотрение и последующее
производство по уголовному делу, возникают фактические отношения с
другими субъектами: должностными лицами, представителями организаций,
гражданами. Эти отношения возникают, развиваются и прекращаются на
протяжении всего производства по уголовному делу, а также при исполнении
принятых по нему решений. На их регулирование прежде всего и направлены
нормы уголовно-процессуального права В них установлены права и
обязанности субъектов правовых отношений, реализация которых
осуществляется путем совершения тех или иных действий либо воздержания
от них. Следовательно, уголовно-процессуальные действия составляют
содержание уголовно-процессуальных отношений (уголовного процесса).

Деятельность различных субъектов уголовного процесса – это не сумма
отдельных разрозненных и разобщенных действий. Напротив, они
представляют собой «звенья одной цепи», систему взаимосвязанных и
последовательно приводимых процессуальных действий (возбуждение
уголовного дела, проведение следственных действий по собиранию
доказательств, привлечение лица в качестве обвиняемого, допрос
обвиняемого и т. п.). Но даже указанная система еще не дает полного
представления о понятии уголовного процесса.

При производстве предварительного расследования, в судебном
разбирательстве и даже после вынесения приговора в
уголовно-процессуальных действиях, совершаемых в рамках правоотношений,
участвуют граждане (обвиняемые, потерпевшие, свидетели, понятые и др.).
В ходе производства по уголовному делу между гражданами, с одной
стороны, и государственными органами – с другой, а также между самими
государственными органами (судом и прокурором, следователем и органом
дознания, следователем и начальником следственного отдела и т. п.)
возникают различные отношения, регулируемые нормами
уголовно-процессуального права.

Следовательно, уголовный процесс – это установленная
уголовно-процессуальным законом и основанная на конституционных
принципах система отношений, ответственных за ведение уголовных дел
государст-

Раздел I. Общие положения

венных органов между собой, с гражданами и другими субъектами в связи с
выполнением задач уголовного судопроизводства. Его содержанием является
основанная на уголовно-процессуальном законе деятельность процессуальных
субъектов.

Характерными особенностями деятельности государственных органов в сфере
судопроизводства являются, во-первых, строго определенный круг субъектов
– суд, судья, прокурор, следователь, начальник следственного отдела,
дознаватель, орган дознания, во-вторых, установление ее форм, методов и
средств нормами уголовно-процессуального закона. Особая роль суда
обусловлена тем, что только он осуществляет такой вид государственной
власти, как власть судебная (ст. 10, 118 Конституции РФ). При этом ход
процесса определяют не частные начала (как это имеет место в гражданском
процессе), а публичные, государственные интересы; решения по уголовному
делу принимаются только государственными органами. Это не означает, что
государственные органы не учитывают, например, заявления и интересы
обвиняемого и потерпевшего. В связи с этим можно указать на обязанность
лиц, ведущих уголовное дело, разъяснить участвующим лицам права и
обеспечить их осуществление; на обязанность этих же субъектов обеспечить
в установленных случаях обязательное участие защитника. В ряде случаев
без согласия обвиняемого (ст. 25, 26, 28 УПК), а иногда и потерпевшего
(ст. 25 УПК) не может быть прекращено уголовное дело. Вместе с тем при
их согласии следователь или прокурор вправе не прекращать дело, если оно
(это решение) не соответствует государственным интересам (см. ст. 25,
26, 28 УПК РФ). Наряду с этим, однако, законом предусмотрено, что по
делам частного обвинения воля потерпевшего имеет решающее значение для
возбуждения уголовного дела, последующего его рассмотрения и
прекращения. Но, во-первых, особый порядок производства по делам
частного обвинения допускается лишь по пяти не представляющим
существенной опасности преступлениям (ст. 115, 116, ч. 1 ст. 129, ч. 1 и
ч. 2 ст. 130 УК). Во-вторых, даже при производстве по этим делам
(частного обвинения) действуют (хотя и в ограниченных пределах)
определенные публично-правовые начала (ч. 2 ст. 20, ч. 3 ст. 318 УПК).

Выдающийся русский ученый-юрист И. Я. Фойницкий обоснованно утверждал,
что публичное начало уголовного судопроизводства (в отличие от
гражданского) состоит в том, что уголовное судопроизводство
осуществляется «в общегосударственных интересах, требующих не осуждения
обвиняемого во что бы то ни стало, а правильного приложения закона,
путем полного раскрытия истины; наказание невиновных вредит государству
еще более, чем оправдание виновных. Отсюда необходимость ограничения
государством в уголовном процессе произвола сторон…»’.

‘ Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 1. СПб., 1996. С.
II.

Глава I. Сущность уголовного процесса

Эти глубокие идеи выдающегося ученого, высказанные им более ста лет
назад, не утратили актуальности до сих пор. В приведенном положении
органически увязана связь уголовного и уголовно-процессуального права,
государственных начал и интересов личности. С учетом сказанного
представляется малопродуктивной попытка задачи уголовного процесса
сконцентрировать исключительно на защите прав и законных интересов
личности (ст. 6 УПК РФ). Это положение верно, но оно недостаточно, оно
не учитывает тех государственных задач, которые не могут не
присутствовать в такой отрасли публичного права, как
уголовно-процессуальное право и регулируемое им уголовное
судопроизводство. Уголовный процесс не может выполнить своих задач, не
учитывая задач уголовного права. Между тем в УК РФ подчеркнуто, что его
задачами являются: охрана прав и свобод человека и гражданина,
собственности, общественного порядка и общественной безопасности,
окружающей среды, конституционного строя России от преступных
посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также
предупреждение преступлений (ч. 1 ст. 2). Конечно, указанные задачи
материального права не могут быть механически воспро-• изведены в
уголовно-процессуальном законе. Для этого существуют соответствующие
процессуальные средства. Но безусловно и то, что задачи уголовного
процесса не могут игнорировать задачи, поставленные государством перед
уголовным правом. В противном случае в значительной мере не может быть
реализована государственная уголовная политика. Заметим, однако, что при
решении важнейших текущих в ходе производства по делу процессуальных
вопросов разработчики нового УПК РФ не могли не учитывать
уголовно-правовых предпосылок решения процессуальных проблем. Чтобы
убедиться в этом, достаточно обратиться к положениям УПК РФ,
устанавливающим: а) основания возбуждения уголовного дела (ст. 140); б)
обстоятельства, входящие в предмет доказывания (ст. 73); в) основания
привлечения лица в качестве обвиняемого (ст. 171); г) требования,
предъявляемые к обвинительному заключению (ст. 220); д) вопросы,
разрешаемые судом при постановлении приговора (ст. 299) и др.

Конституция РФ провозгласила высшей ценностью человека, его права и
свободы (ст. 2). Она исходит из универсальной обязанности государства
признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина.
Естественно, такая обязанность в сфере уголовного судопроизводства лежит
на судебной власти, прокуратуре, органах предварительного расследования.

Основываясь на приведенных конституционных положениях, можно сделать
вывод, что среди задач, стоящих перед уголовно-процессуальным правом (а
через него и перед уголовным процессом) важное место занимает
обеспечение и защита прав и свобод участвующих в судопроизводстве

10

Раздел I. Общие положения

граждан. Однако надо иметь в виду, что эта задача не может быть
противопоставлена другим задачам: установлению в процессе производства
по уголовному делу преступления, лиц, его совершивших, а также масштабов
уголовной ответственности. Моделируя в нормах уголовно-процессуального
права возможные в ходе производства по уголовному делу общественные
отношения, уголовно-процессуальное право (а следовательно, и уголовный
процесс) тем самым обеспечивает реализацию уголовным правом
охранительных функций. А поскольку нормы уголовного права могут быть
применены только в рамках уголовного процесса, невозможно выполнение
уголовным правом охранительных функций без уголовного процесса и
уголовно-процессуального права. Следовательно, уголовно-процессуальное
право, взаимодействуя с уголовным правом, осуществляет охранительную
функцию. Реализуя ее, уголовное право и уголовный процесс охраняют в
числе других объектов жизнь, здоровье, интересы и свободы граждан.

§ 2. Уголовное преследование и его значение

В ходе производства по уголовному делу возникают и разрешаются многие
вопросы, важные для той либо иной стадии уголовного судопроизводства. Но
есть один вопрос, который пронизывает все стадии производства по
уголовному делу, – это вопрос об уголовной ответственности лица за
вменяемое ему деяние. Само возникновение уголовно-процессуальной
деятельности обусловлено наличием достаточных данных, указывающих на
признаки преступления. А это означает, что соответствующие компетентные
органы располагают фактическими данными, указывающими на возможность (и
необходимость – при их процессуальном установлении) применения уголовной
ответственности. Уголовный закон устанавливает, что основанием уголовной
ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки
состава преступления, предусмотренные уголовным кодексом (ст. 8 УК РФ).
Следователь же на момент возбуждения уголовного дела располагает лишь
частью фактических данных: тех, которые создают базу для предположения о
совершении преступления, притом преступления, предусмотренного
определенной статьей уголовного кодекса. Поэтому решение о возбуждении
дела принимается и потому, что имеются определенные фактические данные о
преступлении, и для того, чтобы выяснить, действительно ли оно
совершено, а если совершено, то кем. И если на первоначальном этапе
расследования определенного лица в поле зрения следователя может и не
быть, то с вынесением постановления о привлечении лица в качестве
обвиняемого вопрос об уголовной ответственности исследуется уже в
отношении конкретного лица. Очевидно, что привлечение лица в качестве
обвиняемого применительно к реализации норм УК РФ означает не что иное,
как привлечение к уголов-

Глэва I. Сущность уголовного процесса

11

ной ответственности. В то же время вопрос об уголовной ответственности
(точнее, о ее применении) может быть решен лишь приговором, вступившим в
законную силу. Процессуальная же деятельность, осуществляемая стороной
обвинения в целях изобличения в совершении преступления обвиняемого (а
по действующему УПК – и подозреваемого), называется уголовным
преследованием.

С учетом сказанного можно сделать вывод, что уголовное преследование –
это одна из функций уголовного процесса, осуществляемая носителями
обвинительной функции (государственным обвинителем, потерпевшим, частным
обвинителем). К участникам уголовного судопроизводства со стороны
обвинения УПК (ст. 37-45), кроме уже указанных лиц, отнес следователя,
начальника следственного отдела, орган дознания, дознавателя,
гражданского истца, представителя потерпевшего и гражданского истца. При
любой современной форме уголовного процесса, построенной в соответствии
с общепринятыми международными стандартами, обвинению противостоит
защита от него. Это – тоже одна из главных процессуальных функций,
носителями которой являются подозреваемый, обвиняемый, их законные
представители, защитники. Но субъекты, осуществляющие две эти функции,
не наделены полномочием по разрешению дела. Эту функцию в уголовном
судопроизводстве осуществляет прежде всего и главным образом судебная
власть.

В зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное
преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном,
частно-публичном и частном порядке (ст. 20 УПК). При этом в законе
перечислены уголовные дела о преступлениях, преследуемых в порядке
частного обвинения (5 составов преступлений), и дела о преступлениях,
преследуемых в порядке частно-публичного обвинения (8 составов
преступлений). Дела об остальных преступлениях преследуются в публичном
порядке. Сообразно этому уголовные дела принято разделять на дела
публичного обвинения, дела частно-публичного обвинения и дела частного
обвинения.

Дела частного обвинения (ч. 2 ст. 20 УПК) возбуждаются по общему правилу
не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя и
подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Уголовные дела частно-публичного обвинения (ч. 3 ст. 20 УПК)
возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, но прекращению
ввиду примирения потерпевшего с обвиняемым не подлежат, за исключением
случаев, подпадающих под действие ст. 25 УПК (т. е. в том же порядке,
что и дела публичного обвинения).

Прокурор, а также с его согласия следователь и дознаватель вправе
возбудить дела об указанных выше преступлениях (обычно возбуждаемых по

12

Раздел I. Общие положения

заявлению потерпевшего), если преступление совершено в отношении лица,
находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного
реализовать свои права (ч. 4 ст. 20 УПК)1.

По делам публичного обвинения прокурор, следователь, орган дознания и
дознаватель принимают предусмотренные УПК меры по установлению события
преступления и лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21
УПК). Возбуждают эти дела прокурор, а также с его согласия дознаватель и
следователь (ч. 1 ст. 146 УПК).

В осуществлении уголовного преследования потерпевший участвует по делам
не только частного, но и частно-публичного обвинения. Для осуществления
этих функций он наделен широким кругом процессуальных прав (ст. 42 УПК).
По делам частного обвинения ему принадлежит важнейшая роль не только в
решении вопроса о возбуждении дела, но также выдвижении, формулировании
и поддержании обвинения (ст. 22, 318,319,321 УПК).

В соответствии со ст. 23 УПК РФ коммерческие и иные организации наделены
полномочиями по осуществлению уголовного преследования, если
преступлением, предусмотренным гл. 23 УК РФ, вред причинен исключительно
коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или
муниципальным предприятием, и не причинено вреда другим организациям, а
также гражданам, обществу или государству2.

§ 3. Иные исходные положения уголовного судопроизводства

Деятельность суда, исполнительных государственных органов и всех других
субъектов уголовного процесса по расследованию преступления и
рассмотрению уголовного дела проходит в строго установленной

1 Следует отметить, что ч. 2 ст. 147 УПК (по делам частно-публичного
обвинения) и ч. 3 ст. 318 УПК (по уголовным делам частного обвинения)
предоставляют такое право лишь прокурору. Представляется, что
конкуренцию норм следует решать в пользу ч. 4 ст. 20 УПК, формулирующей
общие правила уголовного преследования.

– Представляется не совсем юридически оправданным установление
возможности возбуждать уголовное дело по заявлению руководителя
указанной организации или с его согласия. В принципе нельзя исключить
того, что на момент принятия решения в стадии возбуждения уголовного
дела очевидны: а) характер деяния; б) причинение вреда исключительно
коммерческой организации. В этих случаях дело действительно можно
возбудить при наличии заявления или согласия организации. Однако нередко
эти обстоятельства могут быть установлены лишь в ходе доказывания по
уголовному делу. Деятельность же по собиранию и проверке доказательств
не может зависеть от воли коммерческой или иной организации. Но
приступить к указанной деятельности можно лишь после возбуждения
уголовного дела. В этих случаях при наличии данных о признаках
преступления, предусмотренного одной из статей гл. 23 УК РФ, дело должно
быть возбуждено на общих основаниях (ст. 140, 146 УПК). А если будет
установлено, что вред причинен преступлением только коммерческой или
иной организации, тогда до привлечения лица в качестве обвиняемого надо
выяснить мнение руководителя этой организации.

Глава I. Сущность уголовного процесса

13

законом последовательности, образуя систему уголовного процесса.
Последний складывается из отдельных взаимосвязанных стадий (частей).
Каждой из них свойственны специфические задачи (в рамках общих задач,
стоящих перед уголовным судопроизводством), характерные
уголовно-процессуальные действия, проводимые в определенной
процессуальной форме. Каждой присущи процессуальные акты, подводящие
итоги деятельности именно на этой стадии (постановление о возбуждении
дела, приговор, кассационное определение и т. п.), а также особый круг
субъектов уголовного процесса. Все стадии образуют единую систему,
построенную в следующем порядке: 1) возбуждение уголовного дела; 2)
предварительное расследование (дознание и предварительное следствие); 3)
производство в суде до судебного разбирательства (принятие судом дела к
своему производству)1; 4) судебное разбирательство; 5) производство в
суде второй инстанции (апелляционное производство, кассационное
производство); 6) исполнение приговора; 7) производство в надзорной
инстанции; 8) возобновление производства по уголовному делу ввиду новых
или вновь открывшихся обстоятельств. Принятое деление уголовного
процесса на стадии базируется на системе Уголовно-процессуального
кодекса.

От стадий необходимо отличать уголовно-процессуальные функции. Ими
принято считать главные направления уголовно-процессуальной
деятельности, осуществляемые субъектами уголовного процесса. Не
существует единого мнения о количестве таких функций, хотя всеми
признается существование функций обвинения (уголовного преследования),
защиты, разрешения дела. Функции находятся во взаимосвязи (например,
расследование и разрешение дела, обвинение и защита) и реализуются
по-разному: одновременно или последовательно (обвинение и защита).

Вся уголовно-процессуальная деятельность суда, прокурора, следователя и
дознавателя по расследованию и судебному рассмотрению уголовного дела
производится в процессуальной форме, предусмотренной УПК. Принято
различать формы отдельного действия (например, допроса, обыска,
предъявления для опознания), отдельной стадии уголовного
судопроизводства и всего уголовного процесса.

Соблюдение требования УПК к форме проведения процессуальных действий
является обязательным как для государственных органов (суда, прокурора,
следователя, дознания), так и для граждан (потерпевших, обвиняемых,
свидетелей и др.). Тем самым законодатель стремится обеспечить наиболее
эффективное и единообразное совершение определенных следственных и
судебных действий при строгом соблюдении законности и прав граждан. На
необходимость соблюдения уголовно-процессуальной формы обращает внимание
действующая Конституция РФ, когда указывает на не-

Упоминание в ст. 378 УПК этого этапа судопроизводства как стадии
предварительного слушания вызывает возражения ввиду неполноты и
неточности.

14

Раздел I. Общие положения

допустимость использования доказательств, полученных с нарушением
федерального закона (ч. 2 ст. 50). Требование единообразия
процессуальной формы сочетается с ее дифференциацией. Каждый случай
отступления от общего порядка судопроизводства определен
уголовно-процессуальным законом (см., например, гл. 40-42, 50-52 УПК).

С понятием уголовного процесса связано понятие процессуальных гарантий.
Они находят юридическое закрепление в нормах закона, внешне выражены в
виде средств обеспечения как целей уголовного процесса вообще, так и
прав его субъектов в частности. В связи с этим различают процессуальные
гарантии прав отдельных субъектов (например, обвиняемого, потерпевшего)
и правосудия в целом. Между ними существует соотношение целого и части.
Закон исходит из того, что гарантии прав участников процесса являются
условиями, без которых правосудие и уголовный процесс не могут
обеспечить выполнение стоящих перед ними задач. Поэтому закон обязывает
суд, прокурора, следователя и лицо, производящее дознание, не только
разъяснить участвующим в деле лицам их права, но и обеспечить
возможность осуществления данных прав.

Термин «уголовный процесс» употребляется не однозначно: во-первых, как
уже было отмечено, это – область практической деятельности; во-вторых –
часть юридической науки; в-третьих – учебная дисциплина.

Содержанием науки уголовного процесса являются: уголовно-процессуальное
право как отрасль российского права; практическая деятельность по его
применению; уголовно-процессуальные отношения. Она исследует понятия
уголовно-процессуальных институтов; изучает эффективность правовых норм
и институтов на разных стадиях уголовного судопроизводства. В ее
содержание входит также изучение исторического и зарубежного опыта в
соответствующей сфере общественных отношений.

Уголовный процесс как учебная дисциплина изучается в высших и средних
юридических образовательных учреждениях. Объем его изучения зависит от
профиля учебного заведения. Однако основные понятия, институты и стадии
охватываются рамками учебного процесса любого юридического вуза. Система
и содержание учебной дисциплины отражаются в учебной программе.

§ 4. Виды уголовного процесса: исторический опыт и действительность

Уголовный процесс России в существующем виде формировался на протяжении
многих веков, последовательно проходя различные этапы в ходе
становления. При этом он вбирал в себя не только российский, но и
зарубежный опыт. Формирование уголовно-процессуального права
(обособленного в самостоятельную отрасль права сравнительно недавно) на
каждом этапе его исторического развития так или иначе было связано с
уровнем развития общества и государства, культуры и экономи-

Глава I. Сущность уголовного процесса

15

ки. Хотя нередко (прежде и теперь) в литературе утверждают, что
экономика непосредственно не оказывает влияния на формирование
уголовно-процессуального права и уголовного судопроизводства, с этим,
однако, можно согласиться лишь отчасти: экономика непосредственно не
влияет на уголовное судопроизводство, но в конечном итоге ее влияние
более чем значительно. Для обеспечения правосудия требуются кадры
подготовленных специалистов, помещения, соответствующие уровню развития
общества рабочие места, оргтехника, средства связи и транспорта и т. п.
Для всего этого необходимы материальные, финансовые и кадровые ресурсы.
Суды и другие правоохранительные органы по своему состоянию
(профессионализму, нравственным требованиям, обеспечению) должны
находиться на уровне, соответствующем другим властным структурам. Самые
хорошие реформаторские идеи неосуществимы, если страна не располагает
возможностью выделить для этого оптимальные ресурсы.

В ходе исторического развития уголовного процесса, разумеется,
нарабатывались традиции, убеждения, складывалась наука,
совершенствовалась законотворческая деятельность. При разработке
законопроектов учитывался опыт функционирования правоохранительных
структур как в своем, так и в других государствах, свои исторические
условия, культурные, этнические, географические и иные факторы.

В истории человеческого общества известны многочисленные виды,
разновидности и формы уголовного судопроизводства. Но основными из них
можно считать обвинительный, розыскной (инквизиционный), состязательный
и смешанный виды уголовного процесса.

Обвинительный процесс характерен преимущественно для периодов
рабовладельческого общества и раннего феодализма. Как видно из его
названия, в этом процессе значительная (быть может, даже важнейшая) роль
принадлежала обвинителю, в качестве которого выступало лицо,
пострадавшее от преступления. От воли обвинителя зависело возникновение,
продолжение или прекращение уголовного процесса. Без его требования не
могло начаться производство (говоря современным языком) по делу. На
обвинителе лежала обязанность доказывания, отыскания обвиняемого
(«свода»). Спор обвинителя и противостоящей ему стороны проходил перед
судом. В качестве доказательств использовались сведения, полученные под
пыткой, в результате поединка и т. п. Судопроизводство протекало гласно
и устно. Такого вида процесс имел место и на территории, на которой
проживали славянские племена.

Розыскной (инквизиционный) процесс – это следствие развития государства,
усиления его роли в регулировании общественных отношений. Некоторые
противоправные деяния стали рассматриваться как преступление не только
против личности, но и против государства. Этот вид процесса, возникавший
еще в условиях рабовладельческого государства, функциониро-

16

Раздел I. Общие положения

вал и в условиях феодализма. В России вначале он существовал наряду с
обвинительным процессом. По Соборному уложению (1649 г.) в ряде случаев
допускалась возможность перехода дела, начавшегося в обвинительном
процессе, к производству в порядке розыскного процесса. Только к XVIII
в. розыскной процесс занял доминирующее положение.

Суть розыскного процесса состоит в том, что судья наряду со своими
(судейскими) функциями осуществлял функции обвинительные и следственные
(сыскные). Обвиняемый в таком процессе был лишен возможности защищаться,
рассматривался как объект, а не субъект процесса. Для розыскного
процесса характерно наличие формальных доказательств. При этом
предпочтение отдавалось признанию обвиняемым вины («царица
доказательств»). Соответствующие показания по Соборному уложению
(1649г.) подразделялись на: а) сознание, вынужденное пыткой; б) поличное
сознание. Для системы формальных доказательств характерно различное
отношение к доказательствам в зависимости от имущественного положения
лиц, от которых оно исходит, и т. п.

Состязательный процесс построен на основе формального процессуального
равенства сторон (государства и обвиняемого, потерпевшего и
обвиняемого). При этом одна сторона (обвинитель) несет обязанность
доказывания вины обвиняемого; вторая сторона (защитник) осуществляет
функцию защиты от обвинения. Суд же, как принято считать, осуществляет
функцию разрешения дела. Зарождение судов присяжных имело место в
Англии, опыт которой в этой части воспринят США и некоторыми другими
государствами, входившими в прошлом в состав Британской империи. В
наибольшей степени состязательное начало действует в суде присяжных.

Смешанный процесс представляет собой соединение элементов двух названных
видов уголовного процесса. Для него характерно состязательное построение
судебного разбирательства. В то же время для досудебных этапов
характерны некоторые черты розыскного (инквизиционного) процесса с
присущими ему письменной формой, тайной предварительного следствия,
ограниченными возможностями защиты обвиняемого на предварительном
следствии. Возникновение данного вида процесса обычно связывают с
принятием Уголовно-процессуального кодекса Франции (1808 г.).

Смешанный уголовный процесс (в различной модификации) до сих пор имеет
широкое распространение, например, в континентальной Европе.

§ 5. Соотношение уголовного процесса с другими учебными дисциплинами и
отраслями законодательства

Уголовный процесс и регулирующее его уголовно-процессуальное право
взаимодействуют с другими отраслями права и соответствующими субъектами
регулируемых ими правовых отношений.

Глава I. Сущность уголовного процесса

17

Наиболее разносторонними и глубокими являются связи
уголовно-процессуального права, как и регулируемой им практической
деятельности, с Конституцией Российской Федерации и с конституционным
правом. Конституция: провозгласила принцип разделения властей при
самостоятельности каждой (ст. 10, 118, 120, 123); определила, что сфера
действия уголовно-процессуального закона регулируется только федеральным
законом; установила иерархию законов (ст. 71, 76); сформулировала
основные принципы уголовного судопроизводства (ст. 19, 21-26, 45-50,
118-123 и др.); определила судебную систему и федеральные суды в стране
(ст. 125-127 и др.). Наконец, Конституцией РФ четко обозначены права и
свободы человека и гражданина (гл. 2); установлены основные составляющие
правовой системы, верховенство и прямое действие Конституции (ст. 15).
Тем самым Конституция РФ обеспечила базу для функционирования судебной
власти и уголовного судопроизводства в целом, определила параметры
проходящей в стране судебной реформы.

Близким к уголовно-процессуальному праву является уголовное право. В
полном объеме нормы уголовного права может применить только суд;
предпосылки, основания и условия применения норм УК РФ обеспечиваются
уголовно-процессуальной деятельностью. Установить уголовно-правовое
отношение и применить меры уголовной ответственности можно лишь в рамках
уголовно-процессуальных отношений. Применить нормы уголовного права
можно лишь одновременно с применением норм уголовно-процессуального
права, причем сделать это вправе лишь субъекты уголовно-процессуальных
отношений. Таким образом, без уголовного процесса уголовное право
превращается в фикцию; без уголовного права существование уголовного
процесса беспредметно и бессмысленно.

Тесно взаимодействующим с уголовно-процессуальным правом является
законодательство о судебной системе, судоустройстве и судебной власти.
Суды, как единственные носители судебной власти, – обязательные субъекты
процесса, без которых уголовный процесс не может существовать и теряет
смысл, так как уголовное судопроизводство – это важнейший канал
осуществления судебной власти по уголовным делам. Для уголовного
процесса и уголовно-процессуального права далеко не безразлично, как
организуется судебная система в стране; какие суды являются
федеральными, какие – судами субъектов Российской Федерации; каким
образом формируются суды и судебные составы; как определяется
компетенция различных звеньев судов общей юрисдикции. Вот почему
федеральные конституционные законы о судебной системе (1996г.) и о
военных судах (1999г.), федеральный закон о мировых судьях (1998г.)
имеют большое значение не только для законодательства о судебной власти
и судоустройстве, но и для уголовного процесса в целом.

Для обеспечения нормального производства по уголовным делам важное
значение имеет своевременное обеспечение участия в нем адвокатов,

18

Раздел I. Общие положения

которые осуществляют большой объем работы в связи с осуществлением на
досудебных этапах и в судах функции защиты подозреваемых, обвиняемых,
подсудимых. Участвуют адвокаты по уголовным делам в качестве
представителей потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков,
а также выполняют некоторые иные поручения. В соответствии с этим судам,
прокурорам, органам расследования необходимо обеспечить взаимодействие с
различными адвокатскими образованиями, предусмотренными ст. 20-24
Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в
Российской Федерации» от 26 апреля 2002 г. (31 мая 2002 г.)1

Уголовно-процессуальное право и регулируемые им отношения связаны с
оперативно-розыскной деятельностью. Во-первых, данные, полученные в
результате оперативно-розыскной деятельности (ОРД), нередко создают
предпосылки к возбуждению уголовных дел (ст. 143 УПК). Во-вторых,
оперативно-розыскная деятельность позволяет установить скрывающегося
преступника, получить фактические данные, которые могут быть
использованы в процессе расследования преступлений (ст. 11 Закона об
ОРД). В третьих, для производства некоторых действий органам,
осуществляющим ОРД, необходимо получить санкцию (согласие) прокурора или
(и) судьи (ст. 23, 25 Конституции РФ, ст. 8 Закона об ОРД). В-четвертых,
действия органов, осуществляющих ОРД, могут быть обжалованы прокурору
или в суд (ч. 2 ст. 5 Закона об ОРД). В-пятых, надзор за исполнением
законов органами, осуществляющими ОРД, возложен на прокурора (ст. 29, 30
Закона о прокуратуре, ст. 21 Закона об ОРД).

Несомненна связь уголовно-процессуального права с
уголовно-исполнительным правом, основной источник которого –
Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации (УИК РФ). Одной из
задач, установленных УИК РФ (ст. 1), является регулирование порядка и
условий исполнения и отбывания наказаний. Уже одно это позволяет
отметить созвучность задач, стоящих перед УПК РФ, УК РФ и УПК РСФСР в
борьбе с преступностью. Нормы УПК регулируют также порядок назначения и
изменения судом режима содержания осужденного, обращения приговора к
исполнению, предусматривают порядок и условия исполнения и отбывания
наказаний.

Гражданское процессуальное право также взаимодействует с
уголовно-процессуальным правом. Связь отношений, регулируемых указанными
отраслями права, имеет свои истоки, в частности в том, что их порождают
в ряде случаев одни и те же юридические факты (совершение уголовно
наказуемых деяний). Причинение преступлением вреда порождает право
потерпевшего на возмещение имущественного ущерба или компенсацию мо-

1 Российская газета. 2002. 5 июня.

Глава I. Сущность уголовного процесса

19

рального вреда. При этом законом допускается возможность предъявления
исковых требований как в уголовном процессе, так и в порядке
гражданского судопроизводства. Исполнять же как приговор по уголовному
делу, так и судебное решение по гражданскому делу в части возмещения
вреда или компенсации за его причинение предстоит судебному приставу.
Допуская возможность рассмотрения гражданского иска в уголовном деле,
законодатель имеет в виду необходимость применения судом норм
материального (гражданского, трудового и т. п.) права.

Уголовно-процессуальное право не только взаимодействует с отраслями
права, но и использует достижения различных областей знаний.
Разработанные криминалистикой тактические приемы проведения следственных
действий, методики расследования отдельных видов преступлений
способствуют повышению эффективности действия процессуальных норм в ходе
предварительного расследования и в судебном разбирательстве. Достижения
науки криминалистики влияют на законодательный процесс формирования
уголовно-процессуального права.

Уголовно-процессуальный закон допускает использование в ходе уголовного
судопроизводства данных таких наук, как судебная медицина, судебная
психиатрия, юридическая психология, судебная статистика и др.

Трудно переоценить значение криминологии в уголовном судопроизводстве.
Данные криминологии о параметрах и методике изучения личности
обвиняемого, о причинах и условиях, способствовавших совершению
преступлений, обогащают возможности уголовного процесса. Исследование
указанных и других вопросов, практика органов дознания, следователей,
прокуроров, судов по внесению представлений, вынесению частных
определений и постановлений, в свою очередь, создают определенную
информационную базу для криминологов и криминологии.

Для деятельности по применению норм уголовно-процессуального права и
осуществлению правосудия важное значение имеют постановления
Конституционного Суда Российской Федерации. Конституционный Суд не
создает новых процессуальных норм. Но он может признать процессуальные
нормы не соответствующими или частично не соответствующими Конституции и
тем самым сузить или расширить сферу действия уголовно-процессуальных
норм, создать предпосылки возникновения (или, напротив, недопущения)
уголовно-процессуальных отношений. Не меньшее значение для регулирования
уголовно-процессуальных отношений имели и многие другие постановления
Конституционного Суда. Важно иметь в виду, что принятие им решения,
признавшего отдельные положения закона неконституционными, означает
утрату ими (в соответствующей части) юридической силы (ч. 3 ст. 79
Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской
Федерации»).

20

Раздел I Общие положения

§ 6. Нравственные основы уголовного процесса

Многогранная деятельность следователя, дознавателя, прокурора и судьи
регулируется не только правовыми нормами, она опирается также на нормы,
принципы и требования нравственности, сформировавшиеся в обществе на
основе представлений о справедливости и порядочности, о добре и зле, о
правом и неправом, о должном и сущном При этом для уголовного
судопроизводства проблема построения законодательства и
правоприменительной практики на основе норм нравственности и морали
всегда имела и имеет особое значение в силу того, что данный вид
государственной деятельности связан с вторжением в личную жизнь граждан,
применением мер принуждения вплоть до лишения свободы, возможностью
ограничения прав и свобод граждан.

В связи с этим выдающийся русский юрист конца XIX – начала XX в. А. Ф.
Кони писал: «В каждом судебном действии наряду с вопросом, “что” следует
произвести, возникает вопрос о том, “как” это произвести». Нужно
настойчиво желать, подчеркивал он, чтобы «в выполнение форм и обрядов,
которыми сопровождается правосудие, вносился вкус, чувство меры и такт,
ибо суд есть не только судилище, но и школа»’.

Нормы нравственности и уголовно-процессуального права тесно
взаимосвязаны и взаимообусловлены. Сферы их действия во многом
совпадают, и поэтому в большинстве случаев общественным сознанием дается
одинаковая правовая и нравственная оценка уголовно-процессуальной
деятельности, так как она направлена на достижение позитивной цели – на
защиту прав и законных интересов потерпевших от преступлений, а также на
защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения,
ограничения ее прав и свобод (ст. 6 УПК), поддержание справедливости в
обществе в целом.

Общность целевых установок уголовно-процессуального права и нравственных
норм приводит к тому, что многие требования морали включаются в
содержание процессуальных норм, регулирующих предварительное
расследование и судебное производство, создавая и укрепляя таким образом
нравственные основы уголовного процесса.

Таким образом, нравственные основы уголовного процесса предполагают
такое построение уголовно-процессуального законодательства и практики
его применения, которые базируются на уважении чести и достоинства
личности, других принципах, нормах и требованиях нравственности и
направлены на достижение справедливости в обществе.

Уголовно-процессуальные нормы, противоречащие нормам нравственности,
воспринимаются общественным сознанием как несправедливые

1 Кони А Ф Нравственные начала в уголовном процессе//Соч В 8т М, 1967
Т 4 С 50,56

Глава I Сущность уголовного процесса

21

и в силу этого являются неэффективными в следственной и судебной
практике.

Нравственные основы в уголовном процессе рассматриваются в трех
аспектах: через нравственное сознание, нравственную деятельность и
нравственные отношения.

Нравственное сознание – внутреннее психическое восприятие действий и
событий, основанное на глубоком понимании и уважении общечеловеческих
ценностей, целей и задач расследования и отправления правосудия (чувство
долга, совесть, внутреннее убеждение, беспристрастность, честность и т.
д.) – побуждает к выбору участниками уголовного процесса таких
допустимых законом вариантов поведения, которые в обществе
воспринимаются как правильные и справедливые.

Нравственная деятельность – совокупность поступков, соответствующих
моральным нормам и руководимых нравственным сознанием – в уголовном
процессе способствует достижению положительных общественно значимых
результатов: разрешению социального конфликта с наименьшими потерями,
назначению виновному в совершении преступления справедливого наказания;
возмещению потерпевшему причиненного преступлением ущерба; реабилитации
ошибочно подвергнутого уголовному преследованию или осужденного.
Деятельность следователя, дознавателя, прокурора, судьи признается
морально безупречной, если применяемые ими средства и методы отвечают
общепризнанным нравственным требованиям и принципам

Нравственные отношения – вид общественных отношений, складывающихся в
процессе человеческой деятельности, – в уголовном процессе имеют
специфику, обусловленную характером правоотношений уровня «власть –
личность», «гражданин – государство». Они строятся исходя из следующих
положений: государство обеспечивает безопасность от преступных
посягательств общества в целом и каждого его члена в отдельности;
осуществляя задачу восстановления справедливости, нарушенной преступным
посягательством, оно предоставляет обвиняемому (подозреваемому)
достаточные средства защиты от обвинения (подозрения), осуществляет
реабилитацию невиновного, ошибочно (незаконно) подвергнутого уголовному
преследованию, обеспечивает возмещение потерпевшему вреда, причиненного
преступлением; гражданин, со своей стороны, добровольно и осознанно
содействует достижению нравственных и правовых целей уголовного
процесса, поддержанию состояния справедливости в обществе (дает
свидетельские показания, представляет доказательства и т. п.).

Главным нравственным критерием уголовно-процессуальной деятельности
является справедливость, т. е. основанная на представлениях людей о
добре и зле, правом и неправом соразмерность между деянием и воздаянием,
целью и средствами ее достижения, правами и обязанностями участии-

22

Раздел I. Общие положения

ков уголовного процесса Общественное сознание особенно остро реагирует
на нарушение принципа справедливости в уголовно-процессуальной сфере,
потому что именно здесь следственная или судебная ошибка,
злоупотребления должностных лиц служебным положением влекут крайне
отрицательные последствия. Наиболее социально вредными проявлениями
несправедливости являются необоснованное привлечение к уголовной
ответственности и наказание невиновных. Назначение судом несправедливого
наказания является не только противоправным, но и безнравственным
действием.

Гарантиями справедливости уголовного процесса являются:
беспристрастность и объективность расследования и судебного рассмотрения
уголовного дела; равенство всех перед законом и судом; право обвиняемого
на защиту; право на гуманное обращение и уважение достоинства человека;
право на пересмотр вынесенного приговора вышестоящим судом;
соразмерность прав и обязанностей участников процесса, создание условий
для выполнения возложенных на них процессуальных обязанностей и др.

Одним из важнейших правовых и одновременно нравственных принципов
уголовного процесса является принцип уважения чести и достоинства
личности, в соответствии с которым в ходе уголовного судопроизводства
запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь
участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его
человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и
здоровья, применение насилия, пыток, другого жестокого или унижающего
человеческое достоинство обращения (ст. 9 УПК). Требование об уважении
чести и достоинства, охране тайн частной жизни и иных моральных
ценностей личности является обязательным при производстве любого
процессуального действия и принятии любого процессуального решения.

На основе представлений о нравственности получили законодательное
закрепление предписания о запрещении создавать опасность для здоровья
лиц, участвующих в следственном эксперименте (ст. 181 УПК), а при
получении образцов для сравнительного исследования- применять методы,
опасные для жизни и здоровья человека или унижающие его честь и
достоинство (ч. 2 ст. 202 УПК); обязывающие принимать меры к тому, чтобы
не были оглашены выявленные в ходе обыска обстоятельства частной жизни
лица, в помещении которого был произведен обыск, его личная и (или)
семейная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц (ч. 7
ст. 182 УПК), и производить освидетельствование лица, сопровождающееся
его обнажением, в отдельном помещении врачом или иным специалистом (ч. 2
ст. 290 УПК).

Дополнительной гарантией моральных интересов личности в сфере уголовного
процесса являются положения ч. 2 ст 241 УПК, допускающие про-

Глаеа / Сущность уголовного процесса

23

ведение закрытого судебного разбирательства уголовных дел о
преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы
личности, а также в целях неразглашения сведений об интимных сторонах
жизни участников уголовно! о судопроизводства либо сведений, унижающих
их честь и достоинство, о мерах попечения о детях и об иждивенцах
подозреваемого или обвиняемого, задержанного или заключенного под
стражу, а также о мерах по обеспечению сохранности его имущества (ст.
160 УПК).

Высоконравственное поведение является одним из важнейших критериев
оценки профессионализма прокурора, следователя, дознавателя, судьи.
Усвоение нравственных основ уголовного процесса позволяет им подходить к
решению процессуальных вопросов не только с позиций закона, но и с
позиций нравственных ценностей и идеалов.

Существенное значение для формирования и развития профессиональной этики
в области расследования преступлений и отправления правосудия играют
деонтологические кодексы, в том числе Кодекс поведения должностных лиц
по поддержанию правопорядка (принят Генеральной Ассамблеей ООН 17
декабря 1979 г.), Руководящие принципы для эффективного осуществления
Кодекса поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (приняты
Экономическим и Социальным Советом ООН 24 мая 1989 г.), Международный
кодекс поведения государственных должностных лиц (принят Генеральной
Ассамблеей ООН 12 декабря 1996 г.), Европейский кодекс полицейской этики
(принят Комитетом министров Совета Европы 19 сентября 2001 г.).

В соответствии с указанными международными документами работники
правоохранительных органов, в том числе осуществляющие расследование по
уголовному делу, обязаны: уважать и защищать человеческое достоинство;
поддерживать и защищать права человека; применять принудительные
средства только в случаях действительной необходимости и в той мере, в
какой это требуется для выполнения их обязанностей; сохранять в тайне
сведения конфиденциального характера, получаемые в процессе
осуществления своей деятельности, если исполнение их обязанностей или
интересы правосудия не требуют иного; нетерпимо относиться к любому
действию, представляющему собой пытку или другие жестокие, бесчеловечные
или унижающие достоинство формы обращения; обеспечивать охрану здоровья
задержанных ими лиц.

В России приняты Кодекс чести судьи Российской Федерации (утвержден
постановлением Совета судей Российской Федерации от 21 октября 1993 г.)
и Кодекс чести рядового и начальствующего состава органов внутренних дел
Российской Федерации (утвержден приказом МВД России от 19 ноября 1993 г.
№ 501), которые ориентируют судей и работников органов внутренних дел на
поведение в профессиональной и внеслужебной Деятельности в соответствии
с требованиями нравственности.

Глава II. Наука уголовного процесса

25

Глава II. Наука уголовного процесса

§ 1. Сущность и предмет науки уголовного процесса

Наука уголовного процесса – это отрасль юридической науки, изучающая
общественные отношения, возникающие в связи с судопроизводством по
уголовному делу. Она сосредоточивает свое внимание на выявлении
закономерностей правового регулирования уголовного судопроизводства,
определении путей его дальнейшего совершенствования. Взгляды и идеи,
развиваемые в науке уголовного процесса, направлены на обеспечение
деятельности органов дознания, предварительного следствия, суда,
прокуратуры и адвокатуры в целях надлежащего исполнения предусмотренных
законом прав и обязанностей всех органов и лиц, участвующих в
производстве по уголовному делу. Уголовно-процессуальная наука
развивается вместе с законодательством и практикой его применения,
оказывая, в свою очередь, влияние на их совершенствование путем
разработки наиболее актуальных проблем.

В настоящее время сложность состоит в том, что в течение всего
советского периода (20-80-е гг. XX в.) в основу отечественной
юридической науки было положено марксистское учение о государстве и
праве, которое в действительности являлось лишь научной гипотезой, одной
из возможных теорий общественного развития, которая после Октябрьской
революции как в нашей стране, так и за рубежом не подтвердилась1. Именно
эта теория пришедшими к власти после 1917г. эпигонами насильственно
насаждалась в юридической науке, которая оказалась выразителем и
носителем ленинско-сталинской идеологии, выполняя функции теоретического
оправдания тоталитарного коммунистического режима, режима произвола и
беззакония2. Особую отрицательную роль в этом деле в 20-50-х гг. XX в.
играла наука уголовного процесса. В настоящее время у юридической науки
имеется возможность свободно и всесторонне оценить объективную
реальность с позиции здравого смысла, опираясь на отечественный
исторический опыт, включая опыт советского периода, если проблемы права
ис-

‘ См.- Лившиц Р. 3 Современная теория права: Краткий очерк. М, 1992. С
4-7. – См.: Алексеев С. С Теория права. М , 1995. С. 8-9.

следовались без «идеологической подкладки». Важное значение в этой
оценке принадлежит и мировому опыту, связанному с использованием
либеральных нравственных ценностей, в основе которых лежат
справедливость и интересы человеческой личности, ее права и свободы.

Исходя из этих общих положений, науку уголовного процесса можно
определить как совокупность правовых взглядов, представлений и идей,
раскрывающих с позиции здравого смысла и на основе либеральных
нравственных ценностей, признанных мировым сообществом, основные
положения и сущность уголовного судопроизводства как формы применения
уголовного закона в целях охраны общественных отношений, складывающихся
на основе правовых норм.

Для более полной характеристики науки уголовного процесса важное
1начение имеет выяснение ее предмета и методов. Эти категории
позво-|1яют определить пределы научных исследований и способы их
осуще-Fтвления.

Уголовно-процессуальная наука изучает закономерности развития
уго-1ювного процесса, разрабатывает некоторые положения (принципы)
уго-Ьовного судопроизводства, процессуальные формы и средства собирания
доказательств и их оценки, формулирует понятия процессуальных инсти-

эв и гарантий, права и обязанности участников процесса, теоретически
эсмысливает практику применения уголовно-процессуального
законода-ельства, формирует предложения по ее совершенствованию. Это
одна сто-эна ее предмета. Другая сторона включает
уголовно-процессуальное право, процессуальную деятельность
правоохранительных органов и возникающие в ходе этой деятельности
уголовно-процессуальные отношения. Обе стороны предмета науки
уголовно-процессуального права необходимо рассматривать в единстве и в
неразрывном взаимодействии. Уголовно-процессуальное право служит базой
теоретических исследований науки и в то же время испытывает на себе
влияние результатов этих исследований. Изучая правовые нормы и практику
их применения, уголовно-процессуальная наука активно участвует в
выявлении их эффективности и роли на всех стадиях уголовного
судопроизводства, формулирует научно-методические рекомендации, а также
предложения по совершенствованию уголовно-процессуального
законодательства.

Включение в предмет уголовно-процессуальной науки проблем самой науки
имеет значение для повышения ее теоретического уровня. Выделение
категорий науки в качестве самостоятельной составной части ее предмета
обязывает при рассмотрении любого вопроса держать в поле зрения
теоретический аспект.

От предмета необходимо отличать содержание науки уголовного процесса:
уголовно-процессуальное право как отрасль права в целом; деятельность
суда, органов дознания, следствия, прокуратуры и адвокатуры;
уголовно-процессуальные отношения в уголовном судопроизводстве.

26

Раздел I. Общие положения

Глава II. Наука уголовного процесса

27

§ 2. Методы науки уголовного процесса

В науке уголовного процесса используются общенаучные методы
исследования, применяемые в общественных науках, включая юридическую.
Они образуют систему общих, специальных и частных методов познания,
используемых во всех или в ряде юридических наук1. Каких-либо
собственных методов, отличающихся от методов исследования в других
юридических науках, наука уголовного процесса не имеет, хотя,
разумеется, необходим учет специфики изучаемых явлений. Рассмотрим
наиболее значимые из них.

Исторический метод исследования обязывает рассматривать события и факты
в тесной связи с той конкретной обстановкой, в которой они происходили.
В интересующей нас области это относится прежде всего к
уголовно-процессуальному законодательству как основному источнику
уголовно-процессуального права. Если, например, оценивается
законодательный акт прошедшего времени, то он должен получить
обязательную оценку с учетом исторического подхода с современных
позиций. Если же рассматривается современный законодательный акт, то
исторический метод обязывает оценить его с позиций ретроспективы,
попытаться выяснить разрешение аналогичных конкретных вопросов в
прошлом. Исторический метод применим при исследовании многих институтов
и норм уголовно-процессуального права: стадий, функций, принципов,
доказательств, подсудности и др.

Формально-логический метод исследования относится к общим методам
познания. На его основе юридическая наука разработала
формальнологические приемы толкования правовых норм. Этот метод
применяется и в науке уголовного процесса, изучающей смысл и содержание
уголовно-процессуального закона, раскрывающей его конкретные особенности
для практического применения2. Но этим применение формально-логического
метода в науке уголовного процесса не ограничивается. Он применяется при
исследовании проблем правоприменения, доказывания, постановления
приговора, проверки его законности и справедливости и т. д.

Конкретно-социологический метод позволяет изучить широкий комплекс
социальных отношений в области применения уголовно-процессуального
права, дает возможность при проведении научного исследования выйти за
рамки априорных положений, находить конкретные пути совершенствования
законодательства об уголовном судопроизводстве, улучшения практической
деятельности судов и органов расследования. Итоги
конкретно-социологических исследований оказывают существенное влияние на
формирование политики, которая во многом предопределяет возмож-

ность социального планирования, прогнозирования, моделирования процессов
развития. В конкретно-социологических исследованиях применяется
количественный метод1, который дает возможность исследователю обработать
цифровой материал, собранный им различными способами, в частности,
путем: а) опроса; б) наблюдения; в) изучения документов; г) социального
эксперимента; д) комплексного социального исследования; е)
статистического исследования и ряда других.

Социальный эксперимент, как метод в уголовно-процессуальном праве, -это
научно поставленный опыт, с помощью которого определяются оптимальные
формы организации уголовного судопроизводства, обусловленные
потребностью общественного развития. Возможности применения социального
эксперимента в уголовно-процессуальном праве многообразны (например, при
определении оптимального состава суда первой инстанции, соотношения
численности профессиональных судей, присяжных заседателей,
целесообразности и эффективности принятия и применения отдельных
уголовно-процессуальных актов, изменяющих и дополняющих действующее
законодательство). Ряд проблем, например организация и совершенствование
следственного аппарата и органов его управления, разработка новых
организационно-правовых форм вовлечения населения в осуществление
правосудия, может быть проверен методом социального эксперимента перед
принятием окончательного решения. Например, в связи с проведением
судебной реформы в течение ряда лет фактически проводится эксперимент по
введению суда присяжных в уголовное судопроизводство России.

Статистический метод при исследовании проблем уголовно-процессуального
права состоит в использовании приемов и методов науки статистики для
выявления количественной стороны, а иногда и сущности явлений. Например,
на основе статистического метода достигается более глубокое изучение
эффективности применения уголовно-процессуальных норм в следственной и
судебной практике. Без применения статистики невозможна оценка
результатов деятельности органов расследования и судов. Однако
статистические данные, особенно при проведении научных исследований,
сами по себе недостаточны для всесторонне обоснованных выводов, они
нуждаются в подтверждении дополнительной информацией.

В системе органов юстиции, внутренних дел и прокуратуры в настоящее
время используются перспективные технологии с применением ЭВМ. Наиболее
приближены к науке уголовного процесса заложенные в ЭВМ массивы данных о
прохождении уголовных дел на различных стадиях уголовного
судопроизводства, системы поиска законодательства, судебной и
следственной практики2.

См.: Сырых В. М. Методы правовой науки, основные элементы, структуры.
М., 1989. С. 12-15. ” См.: Курс советского уголовного процесса: Общая
часть. М., 1989. С. 337-338.

В данном случае термин «метод» употребляется в узком смысле слова, как
совокупность процедур и приемов, направленных на получение результатов.
” См.: Перспективные информационные технологии в правовой сфере. М.,
1993. С. 76-134.

Глава II. Наука уголовного процесса

29

В последние годы появилась возможность при помощи ЭВМ разрабатывать
экспертные системы. «Сердцевину» таких систем составляют теоретические
знания и опыт специалистов (на базе их экспертных оценок). Можно
сказать, в данном случае используется человеческий интеллект в
концентрированном виде для решения стандартных ситуаций в различных
областях знаний. Выдаваемые машиной рекомендации носят консультативный
характер, принятие решения остается за человеком. Но эти решения
представляют собой качественно новый, более высокий уровень. Экспертные
системы создаются в ряде стран и в области юриспруденции1. В области
уголовного процесса речь идет о создании экспертных систем на основе ЭВМ
в помощь следователям и судьям соответственно при расследовании
преступлений и рассмотрении дел определенных категорий, когда есть
возможность набрать репрезентативный массив однородных, часто
встречающихся конкретных фактов, действий и ситуаций. Ближе всего к
достижению конкретных устойчивых результатов находятся экспертные
системы на основе ЭВМ в области судебной экспертизы, где имеется
возможность проводить научные исследования на базе формализации
устойчивых, часто встречающихся признаков объектов изучения. Однако в
рекомендациях ЭВМ всегда заложен формальный подход. Поэтому вряд ли в
обозримом будущем будет достигнута возможность учета в экспертных
системах таких переменных категорий, зависящих от индивидуальности
личности, как намерение, не выраженное в конкретных действиях, эмоции,
настроение и т. п. Именно эти (к тому же оценочные) категории в
уголовном судопроизводстве играют не последнюю роль.

Сравнительно-правовой метод предполагает сопоставление двух или
нескольких правовых систем, их институтов или норм. Этот метод позволяет
расширить круг исследований уголовно-процессуального права и вывести его
за рамки национального законодательства, выявить и изучить наиболее
рациональные формы и средства уголовного судопроизводства, которые
применяются в различных странах. Применение сравнительно-правового
метода позволяет установить, в чем конкретно сходны и чем различаются
уголовно-процессуальные институты и нормы различных правовых систем.
Результаты применения сравнительно-правового метода позволяют получить
достоверную информацию о деятельности судебных и следственных органов
зарубежных стран и служат поводом для определения путей
совершенствования уголовно-процессуального законодательства.

1 См.: Утермен Д. Руководство по экспертным системам. М., 1989. С.
301-304. В Институте государства и права РАН была разработана на базе
ЭВМ экспертная система определения санкций уголовного кодекса и успешно
применена в Минюсте РФ при подготовке первого проекта УК РФ (см.:
Советское государство и право. 1991. № 8. С. 73-89).

§ 3. Становление и развитие науки уголовного процесса в России

Научные исследования уголовно-процессуального права возникли в России
после утверждения первого Уголовно-процессуального кодекса в Своде
законов Российской Империи 1832 г., когда, собственно, и появилась
самостоятельная уголовно-процессуальная отрасль российского права.
Первым научным трудом по уголовному процессу в России была работа Я.
Барщева «Основания уголовного судопроизводства с применением к
российскому уголовному судопроизводству», изданная в Санкт-Петербурге в
1841 г. Эту книгу в дореволюционной литературе считали первым курсом
уголовного судопроизводства’, который представлял по своему содержанию
апологию инквизиционного процесса со всеми его отрицательными чертами.
Известно исследование Н. Стояновского «Практическое руководство к
русскому уголовному судопроизводству» (1852), который также выступал с
позиций Я. Барщева. Правда, надо заметить, что эти авторы были связаны
условием цензуры: излагать уголовный процесс в точном соответствии с
положениями Свода законов 1832 г.

Более активно наука уголовного процесса стала развиваться после судебной
реформы 1864г. и утверждения Устава уголовного судопроизводства.
Публиковались монографии А. Кистяковского о мерах пресечения (1868), К.
Арсеньева о предании суду (1870) и о судебном следствии (1871). В
последующие годы были изданы несколько курсов уголовного
судопроизводства: А. Чебышева-Дмитриева (1875), Д. Тальберга (1889), И.
Фойницкого (1896), С. Викторского (1912). Неоднократно переиздавались
учебники В. Случевского (1913) и Н. Розина (1914). Все эти работы,
отражавшие высокий уровень развития уголовно-процессуальной науки в
России, после 1917 г. были исключены из обращения в науке советского
уголовного процесса, чем был нанесен труднопоправимый ущерб ее развитию.

В советский период единственным полностью завершенным курсом была работа
М. С. Строговича «Курс советского уголовного процесса» в двух томах
(1968 и 1970). Издавались также один том работы М. А. Чельцова «Курс
советского уголовного процессуального права» (1957 и 1995) и Общая часть
«Курса советского уголовного процесса» под редакцией А. Д. Бойкова и И.
И. Карпеца (1989). Заслуживает быть отмеченным многолетний труд И. Д.
Перлова, реализованный в семи монографиях: о предании суду (1948), о
подготовительной части судебного разбирательства (1956), о судебном
следствии (1955), о приговоре (1963), об исполнении приговора (1967), о
кассационном производстве (1968), о надзорном производстве (1974).

В последние годы в исследованиях и научных разработках прослеживается
четкая тенденция освобождения уголовного судопроизводства от на-

См.: Фельдштейн Г. С. Лекции по уголовному судопроизводству. М., 1915.
С. 53.

30

Раздел I. Общие положения

слоений в законодательстве, оставшихся от тоталитарного режима. Вносятся
конкретные предложения по совершенствованию судопроизводства. Об этом
свидетельствовали, в частности, опубликованные проекты УПК:
Теоретическая модель УПК РСФСР, разработанная в Институте государства и
права РАН (1990), и Уголовно-процессуальный кодекс РФ, подготовленный в
Минюсте РФ (1994, 1995). В этом же ключе написаны, например, монографии:
А. М. Лариным «Расследование по уголовным делам: процессуальные функции»
(1986); И. Л. Петрухиным «Правосудие: время реформ» (1991); В.М.Савицким
«Язык уголовно-процессуального закона» (1987); Л. Д. Кокоревым и Н. П.
Кузнецовым «Уголовный процесс: доказательства и доказывание» (1995); А.
Д. Войковым «Третья власть в России» (1997). После принятия Конституции
Российской Федерации 1993 г. вышли учебники по уголовному процессу: под
редакцией А. С. Кобликова (1995, 1999), Н. А. Лупинской (1995, 1997,
1998), В. П. Божьева (1997, 1998, 2000), К. Ф. Гуценко (1996, 1998,
2000), в которых были учтены внесенные в последние годы в УПК РСФСР
поправки, дана объективная картина состояния уголовного
судопроизводства. Заметным событием последних лет стало издание
Научно-практического комментария к Уголовно-процессуальному кодексу
РСФСР под общей редакцией В. М. Лебедева, выдержавшего в короткое время
несколько изданий (1995-1996, 1997, 2000) общим тиражом свыше ста тысяч.
В науке сохранился интерес к уголовному судопроизводству зарубежных
государств. Среди изданных за последнее время работ следует отметить
книгу К. Ф. Гуценко, Л. В. Головко, Б. А. Филимонова «Уголовный процесс
западных государств» (2001).

Из сказанного следует, что в последнее десятилетие XX в. основным
предметом приложения усилий науки уголовного процесса была разработка
нового Уголовно-процессуального кодекса РФ. Конкретно основные задачи
научных исследований, как представляется, были определены основными
направлениями судебной реформы, в которой намечено:

– введение суда присяжных;

– дифференциация форм уголовного судопроизводства;

– судебный контроль за законностью и обоснованностью производства на
начальных стадиях уголовного процесса;

– развитие принципа состязательности на досудебных стадиях и в судебном
разбирательстве;

– уточнение полномочий органов судебной власти;

– определение критериев допустимости доказательств и введение практики
своевременного исключения недопустимых доказательств;

– расширение прав сторон по собиранию и приобщению к делу
доказательств1.

Глава II. Наука уголовного процесса

31

Перед наукой российского уголовного процесса возникли новые задачи в
связи с активизацией проведения судебной реформы в 2000-2002 гг.,
включая принятие нового Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации, который введен в действие с 1 июля 2002 г. В УПК РФ появился
ряд новых принципиальных положений, которые существенно влияют на
уголовное судопроизводство.

В Институте государства и нрава РАН 19-20 марта 2002 г. состоялась
научно-практическая конференция на тему «Правовая и криминологическая
оценка нового УПК РФ», на которой было заслушано более 30 выступлений,
давших обстоятельный анализ основных положений нового УПК. Большинство
выступающих высказало критические замечания в отношении ряда новелл,
которые появились в российском уголовном судопроизводстве. К числу
проблем, которые нуждаются в изучении и оценке наукой уголовного
процесса, например, относятся: недостаточная регламентация как
предварительного расследования, так и судебного разбирательства (многие
правила уголовного судопроизводства изложены неполно), что оставляет
большое поле для усмотрения дознавателя, следователя, прокурора и судьи;
введение института, разрешающего осуждение к наказанию до пяти лет
лишения свободы лица, которое признало себя виновным, без проведения
судебного разбирательства; фактическое оставление без изменения
производства предварительного следствия по правилам, ставящим под
сомнение независимость и самостоятельность следователя; утверждение суда
присяжных в английском варианте, который, как показал опыт в девяти
регионах, не вполне оправдал себя в связи с проникнутой формализмом и
отрывом от реальности процедурой судебного разбирательства; исключение
ревизионного начала (порядка) рассмотрения дела в вышестоящих судах по
жалобам и представлениям (протестам); общая установка на снижение роли
суда в судебном разбирательстве и ограниченные возможности достижения
материальной истины при рассмотрении уголовных дел1.

Среди других задач науки уголовного процесса необходимо назвать:
повышение эффективности норм уголовного судопроизводства на всех его
стадиях; разработку комплексных научных программ для изучения частных
процессуальных проблем с использованием данных научных исследований в
смежных отраслях права, прежде всего уголовного,
уголовно-исполнительного и административного, а также теории государства
и права; всестороннее изучение отечественного и зарубежного опыта
уголовного процесса в ретроспективе; прогнозирование развития форм
уголовного судопроизводства; изучение возможностей повышения
эффективности внедрения в практику результатов научных исследований
проблем уголовного судопроизводства.

1 См.: Концепция судебной реформы Российской Федерации. М., 1992.

. подробнее: Государство и право. 2002. № 9.

32

Раздел I. Общие положения

Система науки уголовного процесса складывалась исторически в результате
развития уголовно-процессуального законодательства и ее самой. В
настоящее время оптимальным представляется выделить следующие разделы:
1) исходные положения российского уголовного процесса; 2) общие
положения; 3) предварительное производство; 4) производство в суде
первой инстанции; 5) особенности производства по отдельным категориям
уголовных дел; 6) производство в вышестоящих судебных инстанциях; 7)
история российского уголовного процесса; 8) судопроизводство по
уголовным делам в зарубежных странах.

От системы науки уголовного процесса необходимо отграничивать систему
уголовного процесса как учебной дисциплины, содержание которой в
значительной степени зависит от профиля подготовки юристов в данном
вузе. Для обучения студентов (слушателей) – универсальных юристов
система учебного курса, изложенная в данном учебнике, представляется
оптимальной.

I

Глава III. Источники уголовно-процессуального права

§ 1. Источники уголовно-процессуального права и роль Конституции РФ в их
формировании

Уголовно-процессуальное право – отрасль российского права. Оно
представляет собой систему правовых норм, которые регулируют
общественные отношения, возникающие и функционирующие: в стадии
возбуждения уголовного дела; в ходе производства по уголовному делу; в
стадии исполнения приговора.

Источники уголовно-процессуального права – это те нормативные акты,
которые регулируют уголовно-процессуальные отношения. В отличие от
многих других областей общественных отношений сфера уголовного
судопроизводства регулируется только законом. Нормы
уголовно-процессуального закона регламентируют деятельность суда по
осуществлению судебной власти в сфере уголовного судопроизводства,
определяют права и обязанности прокуроров, следователей, дознавателей,
органов дознания, обвиняемых, потерпевших, защитников и других субъектов
уголовно-процессуальных отношений.

Законом предписано, что порядок уголовного судопроизводства на
тер-зитории России устанавливается Уголовно-процессуальным кодексом,
основанном на Конституции Российской Федерации (ст. 1 УПК РФ). Хотя в
приведенном положении федерального закона и указано, что он основан на
Конституции РФ, последняя (сама по себе) не может быть исключена из
числа источников уголовно-процессуального права. Конституция РФ,
во-первых, имеет высшую юридическую силу и прямое действие при
регулировании любых общественных отношений. Во-вторых, ч. 3 ст. 1 УПК РФ
признает составной частью законодательства об уголовном судопроизводстве
общепризнанные принципы и нормы международного права, а также
международные договоры. Такое положение УПК РФ может иметь юридическую
силу, если на то есть дозволение Конституции (ч. 4 ст. 15 Конституции
РФ). При этом признавать международно-правовые акты предстоит и будущем,
после начала действия нового уголовно-процессуального закона, а не
только те, которые обрели силу до принятия УПК РФ.

34

Раздел I. Общие положения

Неоценимую помощь конституционные нормы могут оказать судьям,
прокурорам, следователям при решении споров, связанных с конкуренцией
норм УПК и законов, принятых после его принятия. Да и вообще, учитывая
многообразие общественных отношений, возникающих в ходе производства по
уголовному делу, нельзя исключить возможность обращения к Конституции РФ
для истолкования возможности применения тех или других процессуальных
норм в каждом конкретном случае. Наглядный пример тому дал
Конституционный Суд РФ, который постановлением № 6-П от 14 марта 2002 г.
признал не соответствующими Конституции РФ ряд положений ст. 10
Федерального закона № 177-ФЗ «О введении в действие
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», которыми после
введения в действие УПК РФ до 1 января 2004 г. допускалось без судебного
решения заключение под стражу и содержание лица под стражей свыше 48
часов1.

Конституцией РФ установлена система принципов уголовного
судопроизводства (гл. 2 и 7 Конституции РФ), определена компетенция
федерации в области формирования уголовно-процессуального
законодательства. Ей принадлежит особая роль в установлении: а) высшей
юридической силы Конституции, б) ее прямого действия на всей территории
России; в) недопустимости противоречия Конституции норм иных нормативных
актов; г) иерархии нормативных актов; д) всеобщей обязанности соблюдать
Конституцию; е) правил о включении в правовую систему России
общепризнанных принципов и норм международного права, международных
договоров; ж) обязательного опубликования законов и других нормативных
актов о правах человека.

Все эти и многие другие положения Конституции РФ имеют особое значение
для формирования законодательства об уголовном процессе и правосудии.

Конституция РФ четко устанавливает: а) судебная власть осуществляется
посредством конституционного, гражданского, административного и
уголовного судопроизводства; б) правосудие осуществляется только судом;
в) судьи независимы и подчиняются только Конституции и федеральному
закону (ст. 118, 120). Конечно, в сфере уголовного судопроизводства
судне единственный орган правоприменения и осуществления властных
полномочий. Ими на разных этапах уголовного процесса федеральный закон
наделяет и прокурора, и органы предварительного расследования. Но только
суд – носитель судебной власти. Поэтому его статус в уголовном процессе
оказывает влияние на все построение судопроизводства. Не случайно
некоторые установки, данные Конституцией как бы только суду, по существу
имеют не меньшее отношение и к другим органам власти, осуществ-

Глава III Источники уголовно-процессуального права

35

1 Российская газета 2002 21 марта

ляюшим производство по уголовному делу. Например, в Конституции РФ
говорится, что при осуществлении правосудия не допускается использование
доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 50)
Но поскольку собиранием доказательств занимаются не только суд, но и
дру! ие государственные органы (на досудебных этапах), ясно, что сфера
действия указанной нормы выходит далеко за рамки деятельности суда. Вот
почему не противоречащими конституционной норме (ч. 2 ст. 50
Конституции), а развивающими ее следует признать положения ст. 75 УПК,
установившей, что доказательства, полученные с нарушением требований
УПК, являются недопустимыми и не могут быть положены в основу обвинения
и доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ

Сказанное достаточно убедительно свидетельствует о том, что источниками
уголовно-процессуального права являются Конституция и федеральный закон.
Высшую ступень в иерархии федеральных законов – источников
уголовно-процессуального права – занимает вслед за Конституцией РФ
Уголовно-процессуальный кодекс РФ. При этом Конституцией принятие
уголовно-процессуального законодательства отнесено к ведению Российской
Федерации.

Как свидетельствует исторический опыт, российский
уголовно-процессуальный кодекс обычно не только воспроизводил
конституционные положения, но и развивал их, конкретизировал,
детализировал, предусматривал механизм их реализации в процессе
судопроизводства. Поскольку УПК воспроизводил в своих статьях все
относящиеся к уголовному процессу конституционные нормы, вопрос о прямом
действии последних прежде не вставал. Ситуация не давала оснований к
такой постановке вопроса еще и потому, что ранее действовавшие
конституции не провозглашали даже идеи прямого действия их норм.

В настоящее время сложилась иная ситуация. Во-первых, принцип прямого
действия норм Конституции провозглашен последней со всей определенностью
(ч. 1 ст. 15). Во-вторых, в отличие от ранее действовавших, Конституция
РФ 1993 г. содержит немало решений конкретных процессуальных вопросов.
Все это обусловливает не только целесообразность, но и необходимость
прямого действия норм Конституции.

В связи с рассмотрением источников российского уголовно-процессуального
права, их роли в регулировании общественных отношений в сфере уголовного
судопроизводства нельзя обойти молчанием вопрос о значении для
уголовного процесса постановлений Конституционного Суда РФ. Фактическую
важность его решений для регулирования уголовно-процессуальных отношений
нельзя отвергать. Конституционный Суд РФ по-разному воздействует на
действующую систему норм уголовно-процессуального права. В одних случаях
он, признавая не соответствующими Конституции РФ те или иные
процессуальные нормы, предлагает судам и

36

Раздел I. Общие положения

другим субъектам уголовно-процессуального права впредь до введения
нового урегулирования федеральным законодательством разрешать различные
ситуации посредством прямого применения положений соответствующих статей
Конституции РФ (см. пост. № 11-П от 27 июня 2000г.)1. В других случаях,
признавая положения той или другой статьи УПК полностью или частично не
соответствующими Конституции РФ, Конституционный Суд предписывал
Федеральному Собранию РФ внести изменения в закон (см. пост. №21-П от 6
июля 1998 г.)2. Практиковал Конституционный Суд РФ и совмещение в одном
постановлении первого и второго вариантов решений (см. пост. КС РФ №
13-П от 29 апреля 1998 г.)3. Наконец, признавая неконституционными одни
нормы, он ориентировал на применение норм других статей УПК (см. пост. №
14-П от 25 октября 2001 г.)4.

В указанных случаях Конституционный Суд РФ не создавал новых норм, но он
либо инициировал их принятие законодательным органам, либо ориентировал
суды и другие государственные органы на прямое применение
конституционных норм, либо признавал процессуальные нормы
соответствующими Конституции РФ. Воздействуя на законодательные и
правоприменительные процессы России, Конституционный Суд тем не менее не
создавал новых норм, и потому его акты не могут быть безоговорочно
признаны в качестве источников уголовно-процессуального права.

§ 2. Общая характеристика Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации

К моменту вступления в силу новой Конституции РФ было очевидно, что
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г. устарел. Не случайно
поэтому еще до вступления в силу Конституции 1993 г. началась работа по
подготовке проекта нового УПК. В то же время практика поставила перед
законодателем ряд важных процессуальных проблем, которые нужно было
решать незамедлительно. Некоторые направления развития и обновления
российских уголовно-процессуальных законодательств были даны Концепцией
судебной реформы, одобренной 24 октября 1991 г. высшим законодательным
органом Российской Федерации5.

Изучая процесс становления нового уголовно-процессуального
законодательства в России, необходимо иметь в виду, что он шел
параллельно с разработкой проекта новой Конституции, которая, в свою
очередь, дала

Глава III Источники уголовно-процессуального права

37

‘ ВКС 2000 № 5

~ ВКС 1998 № 5 См также постановление Конституционного Суда РФ № 6-П
от 14 марта

2002 г (Российская газета 2002 21 марта)

‘ВКС 1998 №4

4 Российская газета 2001 14нояб

5 См Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета
Российской Федерации (далее – ВВС РФ) 1991 №44 Ст 1435

мощный импульс законодательной работе вообще и подготовке нормативных
актов в области уголовного процесса в частности. Процесс становления
законодательства шел одновременно в различных направлениях. Во-первых,
осуществлялась работа по подготовке проекта УПК РФ. Во-вторых,
разрабатывались и принимались комплексные нормативные акты (законы о
прокуратуре, о милиции, об оперативно-розыскной деятельности и др.), в
которых решались отдельные процессуальные вопросы. В-третьих, в
1992-2001 гг. шел интенсивный процесс обновления УПК России 1960 г.
Безусловно, такой многосторонний подход к обновлению
уголовно-процессуального законодательства усложнял законотворческий
процесс. Но одновременно, надо признать, он создавал возможность
проверки на практике некоторых правовых положений до принятия нового
УПК.

Процесс обновления текущего законодательства представлял собой включение
в УПК далеко не второстепенных положений. Важность происходящих в
последние десятилетия изменений и дополнений действующего УПК, их
влияния на практику органов внутренних дел, прокуратуры, суда,
адвокатуры можно представить себе, обратившись хотя бы к принятым в
1992-2001 гг. наиболее крупным нормативным актам России, направленным на
совершенствование регулирования общественных отношений в сфере
уголовного судопроизводства, – законам № 2825-1 от 23 мая 1992 г., №
2869-1 от 29 мая 1992г., №5451-1 от 16 июля 1993г., № 160-ФЗ от 15
декабря (21 декабря) 1996 г., № П9-ФЗ от 7 июля (7 августа) 2000 г.1; №
25-ФЗ от 21 февраля 2001 г. (2 марта 2001 г.); №26-ФЗ от 21 февраля 2001
г. (20 марта 2001 г.)2. Этими законами предусмотрен ряд принципиально
новых правовых установлений, которые были инкорпорированы в УПК 1960 г.

Особо следует обратить внимание на введение в России суда присяжных
заседателей Законом Российской Федерации №5451-1 от 16 июля 1993г. При
этом установлено, что суды присяжных действуют в краевом, областном,
городском суде в составе судьи и двенадцати присяжных заседателей.
Отметим также, что Федеральным законом от 7 июля (7 августа) 2000г. в
УПК РСФСР были инкорпорированы главы 40-42 (разделы XI-XII), нормами
которых регламентировано производство по делам, подсудным мировому судье
(ст. 467^4-77) и пересмотр в апелляционном порядке приговоров и
постановлений мирового судьи, не вступивших в законную силу.

Если иметь в виду только этот далеко не полный перечень изменений и
Дополнений, внесенных в УПК в 1992-2001 гг., то и в этом случае есть все
основания признать, что по своему содержанию (как в количественном, так
и в качественном отношении) названные новеллы превзошли все то, что

‘См ВВС РФ 1992 №25 Ст 1389, №27 Ст 1560,1993 №33 Ст 1313, СЗ РФ 1996
№52

Ст 5881,СЗРФ 2000 №33 Ст 3345

2 См Российская газета 2001 14 марта, Российская газета 2001 23
марта

38

Раздел I. Общие положения

вносилось нового в уголовно-процессуальное законодательство России в
ходе двух последних его кодификаций в XX в. С другой стороны, надо
признать, что корректировка действующего УПК РСФСР представляла собой
попытку сооружения, образно выражаясь, основных «конституций» будущего
кодекса, важнейшего нормативного акта в системе уголовно-процессуального
законодательства.

Действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (УПК РФ)
принят Государственной Думой 22 ноября 2001 г., одобрен Советом
Федерации 5 декабря 2001 г., подписан Президентом России 18 декабря 2001
г. (№ 174-ФЗ). Структурно УПК РФ существенно отличается от аналогичных
законов прошлого (УПК РСФСР 1923 г., УПК РСФСР 1960 г.). Состоит он из
473 статей, которые содержатся в 55 главах, размещенных в 18 разделах,
которые сгруппированы в 5 частях. Часть первая – общие положения –
состоит из шести разделов (I-VI), 18 глав, 139 статей. Часть вторая –
досудебное производство – содержит 2 раздела (VII-VIII), 14 глав (гл.
19-32), 87 статей (ст. 140-226). Часть третья, посвященная судебному
производству, состоит из семи разделов (IX-XV), 17 глав (гл. 33—49), 193
статей (ст. 227-419). Четвертая часть УПК РФ – особый порядок
судопроизводства – состоит из двух разделов (XVI-XVII), трех глав (гл.
50-52), 33 статей (ст. 420-5452). Пятая часть – о международном
сотрудничестве в сфере уголовного судопроизводства- включает один раздел
(XVIII), три главы (гл. 53-55), 21 статью (ст. 453-473).

В раздел I (основные положения) включены главы, посвященные
уголовно-процессуальному законодательству (гл. 1); принципам уголовного
судопроизводства (гл. 2); уголовному преследованию (гл. 3); основаниям
отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения дела и уголовного
преследования (гл. 4). Во II разделе имеется пять глав (гл. 5-9), в
которых размещены статьи закона об участниках уголовного
судопроизводства, их правах и обязанностях, а в III разделе (гл. 10-11)
– о доказательствах и доказывании. Раздел IV (гл. 12-14) содержат
статьи, регулирующие применение в уголовном процессе задержания
подозреваемого, мер пресечения и иных мер процессуального принуждения.
Раздел V (гл. 15-16) посвящен правовому регулированию вопросов,
связанных с заявлением в ходе уголовного судопроизводства ходатайств и
жалоб участвующими в уголовном процессе лицами. VI раздел представляет
собой систему норм, регулирующих процессуальные сроки и процессуальные
издержки (гл. 17), а также вопросы реабилитации (гл. 18). VII раздел
(гл. 19-20) содержит систему уголовно-процессуальных норм, регулирующих
уголовно-процессуальные отношения в стадии возбуждения уголовного дела
(ст. 140-149), а раздел VIII (гл. 21-32)- в стадии предварительного
расследования (ст. 150-226). В IX-XII разделах (гл. 33-42) размещены
статьи УПК, посвященные регулированию уголовно-процессуальных отношений
в ходе производства по уголов-

Глаеа ///. Источники уголовно-процессуального права

39

ному делу в суде первой инстанции (ст. 227-353). В главах (гл. 43-45)
раздела XIII размещены статьи, посвященные регулированию вопросов
производства в суде второй инстанции (ст. 354-389). Раздел XIV,
состоящий из двух глав (гл. 46-47), содержит нормы права, регулирующие
обращение к исполнению приговоров и разрешению вопросов, возникающих в
стадии исполнения приговора (ст. 390-401). В XV разделе имеется две
главы (гл.48, 49) о пересмотре вступивших в законную силу приговоров и
других судебных решений (ст.402-419). XVI раздел (гл.50, 51)
представляет собой систему уголовно-процессуальных норм, регулирующих
особенности производства по делам о преступлениях несовершеннолетних и
производство по применению принудительных мер медицинского характера
(ст. 420-446). Раздел XVII (гл. 52) посвящен особенностям производства в
отношении отдельной категории лиц (ст. 447-452). В составе XVIII раздела
(гл. 53-55) помещены статьи, содержащие нормы права, регулирующие
вопросы международного сотрудничества в сфере уголовного
судопроизводства (ст. 453-473). Впервые к уголовно-процессуальному
кодексу даны приложения (бланки 124 процессуальных документов), которые,
как и УПК РФ, согласно ст. 13 Федерального закона № 177-ФЗ от 22 ноября
2001 г. (18 декабря 2001 г.) «О введении в действие
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», введены в
действие с 1 июля 2002 г.

Таким образом, нетрудно убедиться, что только такой систематизированный
закон, вобравший в себя около пяти сотен статей, может моделировать
уголовно-процессуальные отношения на всех этапах (стадиях)
судопроизводства с учетом различных его форм окончания. Лишь в рамках
УПК законодатель в состоянии учесть проблемы унификации и дифференциации
судопроизводства. Ни один другой нормативный акт из действующих в
настоящее время не может определить функций различных субъектов
уголовного процесса, последовательность развития стадий уголовного
процесса и т. п. Именно в УПК могут быть не только провозглашены цели и
задачи уголовного процесса, но и предусмотрены средства и методы их
реализации. Эта стройная система норм не должна нарушаться «вторжением»
правил из других нормативных актов.

§ 3. Иные федеральные нормативные правовые акты и их применение

Основная масса вопросов, относящихся к регулированию Действий и правовых
отношений участников уголовного судопроизводства разрешена нормами УПК
РФ. Новый УПК – это не только основной, но и единственный
уголовно-процессуальный закон современной России. Однако к регулированию
уголовно-процессуальных отношений относятся некоторые правовые нормы,
содержащиеся также в других федеральных законах. Например, для
привлечения к уголовной ответственности члена Сове-

40

Раздел I. Общие положения

та Федерации и депутата Государственной Думы Федерального Собрания
Российской Федерации необходимо преодолеть положения о
неприкосновенности указанных лиц, о чем вопрос может быть решен по
представлению Генерального прокурора РФ в особом порядке и при наличии
оснований – ст. 18, 21 Федерального закона «О статусе члена Совета
Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального собрания
Российской Федерации» от 8 мая 1994 г. № 3-ФЗ (СЗ РФ. 1999. № 28. Ст.
3466). Специальный механизм лишения неприкосновенности ряда должностных
лиц установлен Федеральным законом «О счетной палате Российской
Федерации» от 18 ноября 1994 г. (11 января 1995 г.) № 4-ФЗ (СЗ РФ. 1995.
№ 3. Ст. 167), Законом РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26
июня 1992г. №3132-1 (Ведомости РФ. 1992. №30. Ст. 1792) и др. В
указанных случаях важные положения, относящиеся к решению существенных
для судопроизводства вопросов, содержатся в специальных законах, которые
носят комплексный, межотраслевой характер. Поэтому при регулировании
порядка заключения под стражу или привлечения в качестве обвиняемых
кого-то из указанных лиц уголовно-процессуальный закон не вступает в
коллизию с этими законами, а воспринимает их как реальность,
взаимодействует с ними (см. гл. 52 УПК).

В УПК имеются и другие нормы, которые никак нельзя считать только
принадлежностью этого федерального закона. Так, определяя компетенцию
различных звеньев федеральной системы судов общей юрисдикции, УПК
исходит из их построения, данного в федеральном конституционном законе о
судебной системе. Устанавливая процессуальную компетенцию, например,
председателей Верховного Суда РФ, его заместителей, председателей
областных и им соответствующих судов, УПК включает в «свою» систему норм
или учитывает многие положения судоустройственных законов. При
определении процессуальной компетенции носителей прокурорской власти он
исходит из того построения прокуратуры, которое дано в федеральном
законе о прокуратуре.

Отмечая, таким образом, факт формирования норм уголовно-процессуального
закона с учетом других федеральных законов, необходимо подчеркнуть, что
и эти «другие законы», в свою очередь, имея уголовно-процессуальное
содержание, должны соответствовать нормам УПК (имеются в виду
федеральные законы о прокуратуре, о милиции, об оперативно-розыскной
деятельности, об уголовно-исполнительной деятельности и т. п.). К
сожалению, на практике иногда выявляются противоречия между УПК РФ и
другими федеральными законами. В той мере, в какой противоречия между
нормами УПК и других федеральных законов и иных нормативных актов носят
процессуальный характер или направлены на организацию применения
уголовно-процессуальных норм, их можно разрешить на базе ст. 7 УПК РФ.
Этой статьей установлено, в частности, что органы расследования,
прокурор и суд не вправе применять федеральный закон, про-

Глава III. Источники уголовно-процессуального права

41

тиворечащий УПК, а при установлении несоответствия законов принимать
решение в соответствии с нормами УПК.

Следует отметить, что эти предписания не носят универсального характера.
Существующие противоречия между нормами УК РФ и УПК РФ, в частности,
нельзя разрешить в соответствии с положениями, содержащимися в ст. 7
УПК, так как УК и УПК имеют разный предмет правового регулирования. Для
уяснения высказанного суждения обратимся к положениям, содержащимся в
ст. 25 и 26 УПК, которые допускали прекращение уголовного дела ввиду
примирения сторон или в связи с изменением обстановки, если против лица
впервые осуществляется уголовное преследование. Между тем УК РФ
предусматривает возможность освобождения этих лиц от уголовной
ответственности, если они впервые совершили преступление (ст. 76, 77 УК
РФ). В рассматриваемых случаях прекращение уголовных дел должно иметь
место ввиду освобождения лиц от уголовной ответственности. Иначе говоря,
в основе решения вопроса лежит уголовно-правовое основание.
Уголовно-правовое значение имеет факт совершения преступления впервые. В
то же время никакого уголовно-правового значения не имеет, подвергалось
ли лицо уголовному преследованию. Следовательно, в рассматриваемых
случаях речь идет прежде всего об урегулировании уголовно-правовых
отношений. И поэтому принимать решение следует на основе применения не
уголовно-процессуального, а уголовного материального закона, так как
выбор закона зависит от предмета правового регулирования. Не случайно
еще до введения УПК РФ в действие законодатель вынужден был изменить ст.
25 и 26 УПК, сделав в их тексте прямую отсылку к ст. 76 и 77 УК РФ,
оговорив, что предусмотренные указанными статьями УПК решения
принимаются в случаях, предусмотренных УК РФ1.

§ 4. Нормы уголовно-процессуального права и их применение

Внешнюю форму уголовно-процессуального права составляют его источники,
внутреннюю – правовые нормы.

Содержанием уголовно-процессуальных норм являются правила поведения
субъектов уголовно-процессуального права. Субъект
уголовно-процессуального права, реализуя права и обязанности,
содержащиеся в нормах права, вступает в уголовно-процессуальные
отношения. Тем самым он становится субъектом (участником) конкретного
правоотношения по конкретному уголовному делу.

‘ См. ст. 25 и 26 УПК РФ в ред. Федерального закона от 26 апреля 2002 г.
(29 мая 2002 г.) № 58-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (далее –
Федеральный закон № 58-ФЗ) (Российская газета. 2002. 1 июня).

42

Раздел I. Общие положения

Общетеоретические положения о нормах права в значительной степени
распространяются на уголовно-процессуальные нормы. Они установлены
государством, имеют общий и общеобязательный характер. Их применение
обеспечено механизмом государственного принуждения. Они направлены в
конечном счете на достижение задач уголовно-процессуального права,
частицей которого они являются. Это, однако, не лишает их некоторой
специфики.

В уголовно-процессуальном праве нет норм с абсолютно неопределенным
адресатом, но имеется немало норм, адресованных отдельным группам
субъектов уголовного процесса (субъектам- государственным органам,
субъектам с собственными процессуальными интересами и т. п.).
Характерно, что уголовно-процессуальные нормы общеобязательны не только
для адресатов (обвиняемых, подозреваемых, потерпевших, гражданских
истцов, гражданских ответчиков), но и для тех субъектов, от которых
(следователя, дознавателя, прокурора, суда, судьи) зависит реализация
прав и обязанностей названными субъектами.

Нормы уголовно-процессуального права выполняют регулятивные
(правоустанавливающие) функции, направленные на установление
уголовно-правовых отношений и породивших их юридических фактов
(совершение преступлений), от чего, в свою очередь, зависит приведение в
действие механизма применения уголовной ответственности. Это означает
выполнение нормами уголовно-процессуального права и регулируемыми ими
отношениями охранительных функций. Таким образом, хотя формирование в
уголовно-процессуальном праве регулятивных норм в конечном итоге
обусловлено необходимостью обеспечения реализации правоохранительных
функций уголовного права, эффективность их действия на практике отражает
выполнение уголовно-процессуальным правом в целом и его нормами, как
составными элементами этого целого, правоохранительных задач,
установленных УПК.

Независимо от формы изложения содержания нормы уголовно-процессуального
права (дозволения или запрета), она непременно содержит указания на то,
как должен или может вести себя (т. е. действовать или воздержаться от
действия) субъект уголовно-процессуальных отношений. При этом
субъективные права и обязанности взаимосвязаны, так как не существует
субъективного процессуального права, реализация которого не означала бы
выполнения соответствующей обязанности. Вот почему процессуальные нормы
носят двусторонний, представительно-обязывающий характер.

Общепризнанным является взгляд на трехчленную структуру нормы
уголовно-процессуального права, в которой усматривается наличие таких
составных элементов, как гипотеза, диспозиция и санкция.

Гипотеза- это условие, при наличии которого действует правило,
содержащееся в правовой норме. Гипотеза может быть абсолютно опреде-

Глава III Источники уголовно-процессуального права

43

ленной, относительно определенной или смешанной. Так, устанавливая, что
суд присяжных в краевом, областном и равном им суде рассматривает дела о
преступлениях, указанных в ч. 3 ст. 31 УПК, по ходатайству обвиняемого
(ст. 2 ч. 2 ст. 30), законодатель тем самым указывает абсолютно
определенное условие – наличие четко выраженной воли обвиняемого.

Предусматривая возможность соединения в одном производстве дела по
обвинению нескольких лиц в соучастии в совершении одного или нескольких
преступлений (п. 1 ч. 1 ст. 153), законодатель устанавливает
относительно определенное условие.

Однако в нормах уголовно-процессуального права гипотеза иногда
формулируется на основе сочетания двух указанных подходов к построению
гипотезы. Так, законом установлено, что гражданский иск в уголовном деле
может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела, но до окончания
предварительного расследования. Тем самым законодатель предписал, что
гражданский иск в уголовном деле может быть рассмотрен при условии его
предъявления от начала производства по уголовному делу (которого до его
возбуждения не существует) до завершения стадии предварительного
расследования. Иными словами, ч. 1 ст. 44 УПК содержит относительно
определенное условие, согласно которому иск может быть предъявлен: на
начальном этапе расследования или после появления в процессе такого
субъекта, как подозреваемый, или после привлечения лица в качестве
обвиняемого, или при окончании расследования. В указанных рамках лицо,
которому причинен ущерб (вред) преступлением, имеет право выбора момента
предъявления иска.

В то же время законодатель ввел в норму не только относительно
определенное, но и абсолютно определенное условие. Последнее
усматривается в установлении жесткого положения: иск может быть
рассмотрен только в том случае, если он предъявлен до окончания
предварительного расследования.

Диспозиция уголовно-процессуальной нормы представляет собою правило
поведения субъекта или субъектов уголовного процесса. Например, ст. 171
УПК обязывает следователя вынести мотивированное постановление о
привлечении лица в качестве обвиняемого при наличии достаточных
доказательств, дающих основание для обвинения лица в совершении
преступления.

Санкция – указание на последствия нарушения, неисполнения или
ненадлежащего исполнения диспозиции нормы (или ряда норм), в том числе и
на возможность применения меры воздействия к субъекту.
Уголовно-процессуальным кодексом предусмотрены санкции следующего
характера:

а) процессуально-принудительные, к числу которых относятся, например,
предусматривающие возможность применения мер принуждения в виде привода
(ст. 113 УПК);

44

Раздел I. Общие положения

Глава III Источники уголовно-процессуального права

45

б) процессуально-штрафные, устанавливающие возможность применения
штрафа, денежного взыскания, а также обращения внесенного залога в доход
государства (ст. 117, 118);

в) процессуально-восстановительные, предусматривающие: отмену принятого
процессуального решения (ст. ПО, ч. 5 ст. 125, ч. 6, 7 ст. 148, ст.
384-386, ч. 2 ст. 388, 409 и др.); изменение принятого решения (ст. 110,
369, 370, 387 и др.); направление уголовного дела для дополнительного
расследования (ч. 1 ст. 221) или нового судебного рассмотрения (ст. 386,
ч. 4 ст. 410);

г) процессуально-предупредительные:

отвод судьи, прокурора, следователя, дознавателя, переводчика,
специалиста, эксперта, защитника, представителя, секретаря судебного
заседания (ст. 61-72 УПК);

отстранение, самоотводы, отводы присяжного заседателя (ч. 3-6, 9-17 ст.
328, ч. 1 ст. 329);

изъятие прокурором дела от одного органа предварительного следствия и
передача его другому, а также от одного следователя другому (п. 9 ч. 2
ст. 37);

отстранение прокурором лица, производящего дознание, или следователя от
дальнейшего ведения дознания или предварительного следствия, если ими
допущено нарушение закона при расследовании дела (п. 7 ч. 2 ст. 37);

роспуск председательствующим коллегии присяжных заседателей, вынесшей
обвинительный вердикт, и направление дела на новое рассмотрение в ином
составе суда со стадии предварительного слушания (ст. 330 УПК).

В нормах УПК предусматривается возможность применения норм уголовного
права в случаях, когда при производстве по уголовному делу имеют место
нарушения процессуальных норм, в результате которых наступившие
последствия выходят за чисто процессуальные рамки (ч. 8 ст. 56, ч. 5 ст.
57, ч. 4 ст. 58, ч. 5 ст. 59, ч. 4 ст. 60 УПК) и носят уголовно-правовой
характер. В данном случае возникают комплексные отношения, регулируемые
нормами не только уголовно-процессуального, но и уголовного права.

Уголовный процесс, как и уголовно-процессуальное право, существует
потому, что возникает вероятность применения норм уголовного права.
Нацеленность на установление данных для применения (или неприменения)
норм уголовного права присутствует в числе важнейших задач уголовного
судопроизводства (ст. 73, ч. 1 ст. 171, 225, 307 УПК). Эти и другие
положения УПК свидетельствуют о взаимосвязи применения норм уголовного и
уголовно-процессуального права. Но если уголовно-процессуальные
отношения вторичны по отношению к уголовно-правовым отношениям,
обусловливающим их возникновение и существование, то применение норм
уголовно-процессуального права опережает применение норм уголовного
права. В противном случае невыполнима служебная роль
уголовно-процессуального

права и уголовного процесса по отношению к уголовно-правовым отношениям,
возникающим в связи с совершением преступления.

Сообразно сказанному субъектом применения норм уголовного права является
прежде всего и главным образом суд. Это положение находит подтверждение
в действующих нормативных актах самого высокого уровня (ч. 1 ст. 49
Конституции РФ). Только суд вправе признать лицо виновным в совершении
конкретного преступления, а также подвергнуть его уголовному наказанию.
Было бы, однако, ошибочным признавать право применения норм уголовного
закона только за судом первой инстанции. Нормы уголовного права
применяют также органы расследования и прокурор, надзирающий за
исполнением ими закона, они (в отличие от суда) применяют в указанных
случаях лишь гипотезу и диспозицию уголовно-правовой нормы. Однако во
всех случаях применение норм уголовного права невозможно без
одновременного применения норм уголовно-процессуального права. Более
того, процессуальные акты одновременного применения норм уголовного и
уголовно-процессуального права (привлечение в качестве обвиняемого,
утверждение обвинительного заключения, вынесение приговора) имеют
наиболее важное значение.

Признавая обоснованной широко распространенную в общей теории права
позицию, рассматривающую властное начало как обязательный атрибут
субъекта, применяющего правовую норму, необходимо отметить, что это тем
более касается норм уголовного права и уголовного процесса, применение
которых всегда связано с воздействием на обязанных лиц. Поэтому
применение норм уголовно-процессуального права является прерогативой
лишь субъектов – носителей властных полномочий (органа дознания,
дознавателя, следователя, прокурора, судьи, суда).

Высказанные соображения не исключают возможности существования иных форм
реализации (помимо применения) уголовно-процессуальных норм: их
соблюдения, исполнения, использования. Однако реализация этих форм
одними субъектами (потерпевшим, обвиняемым, защитником) в уголовном
процессе всегда связана с применением нормы прав другим субъектом
(следователем, прокурором, судом). Заявление отвода следователю
обвиняемым, предъявление гражданского иска потерпевшим в ходе следствия,
принесение жалобы защитником на необоснованный арест обвиняемого -это
формы реализации нормы права, использование субъективных прав указанными
лицами, но оно (использование) не может быть реализовано, если не
сопровождается применением процессуальных норм соответственно
прокурором, следователем, судьей (ст. 44, 64-72, ч. 10 ст. 108 УПК).

Применение норм уголовно-процессуального закона нередко встречает
затруднения на практике, в связи с чем они нуждаются в разъяснении. Это
Делает Пленум Верховного Суда – в актах, издаваемых в форме
постановлений; Генеральный прокурор РФ, МВД РФ, ФСБ, ФСНП РФ – в
приказах, указаниях, инструкциях. Хотя указанные акты не являются
источниками

46

Раздел I Общие положения

уголовно-процессуального права, разъяснения, содержащиеся в них, имеют
важное значение для правильного и единообразного применения закона, ибо
в них с учетом практики применения уголовно-процессуального
законодательства даются разъяснения отдельных норм
уголовно-процессуального права, содержатся указания по организации
работы в целях наиболее эффективной их реализации, анализируются
допускаемые на практике ошибки и недостатки.

Указания, разъяснения и рекомендации, содержащиеся в актах
соответствующих ведомств, действуют в их рамках. Генеральный прокурор РФ
в соответствии с ч. 2 ст. 30 Федерального закона «О прокуратуре
Российской Федерации» вправе издавать указания по вопросам следствия и
дознания, не требующим законодательного регулирования, причем эти
указания обязательны для исполнения не только следователями прокуратуры,
но и всеми органами, учреждениями и должностными лицами, наделенными
полномочиями по проведению предварительного Следствия и дознания.

Генеральный прокурор РФ издает акты, не только относящиеся к
деятельности следователей’ и дознавателей, но и направленные на
организацию эффективного применения и исполнения
уголовно-процессуального законодательства. Например, этому были
посвящены приказы Генерального прокурора РФ «Об организации
прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием» от 18
июня 1997 г № 31 и «Об организации исполнения Федерального закона “О
введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации” и переходе органов прокуратуры к работе в новых условиях
уголовного судопроизводства» от 20 февраля 2002 г. № 7.

Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ о практике применения
уголовно-процессуального законодательства распространяются не только на
суды России, но и на другие органы и должностных лиц, применяющих
законы, разъясняемые Верховных Судом. Вопрос о необходимости дачи судам
этих разъяснений может возникнуть в связи с рассмотрением коллегиями и
президиумом Верховного Суда уголовных дел в кассационном или надзорном
порядке, запросами судов, прокуратуры, правоохранительных органов.
Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ содержатся либо в постановлениях,
посвященных практике применения законодательства по отдельным категориям
уголовных дел, либо в постановлениях, специально вынесенных по вопросам
разъяснения уголовно-процессуального законодательства.

§ 5. Действие уголовно-процессуального закона

Действие уголовно-процессуального закона, как и любого другого
нормативного акта, принято рассматривать во времени, в пространстве и по
кругу лиц.

Уголовно-процессуальный закон, как и другие законы Российской Федерации,
в соответствии с действующим порядком вступает в силу на тер-

Глава III Источники уголовно-процессуального права

47

ритории Российской Федерации одновременно по истечении десяти дней после
опубликования в официальных средствах информации (например, в
«Российской газете»)’. Течение срока начинается со дня, следующего за
днем опубликования. Однако это общее правило не действует, если при
принятии закона указывается другой срок. Например, Федеральным законом №
177-ФЗ от 22 ноября 2001 г. (18 декабря 2001 г.) указано о введении в
действие УПК РФ с 1 июля 2002 г. за исключением положений, для которых
установлены иные сроки и порядок введения в действие2.

Действие уголовно-процессуального закона во времени существенно
отличается от действия уголовного закона. Преступность и наказуемость
деяния в Российской Федерации определяется уголовным законом,
действующим во время совершения этого деяния. Закон, устраняющий
наказуемость деяния или смягчающий наказание, имеет обратную силу, т. е.
распространяется также на деяния, совершенные до его издания. Закон,
устанавливающий наказуемость деяния или устанавливающий наказание,
обратной силы не имеет. Уголовно-процессуальный закон, в отличие от
уголовного, не имеет обратной силы. Действует тот закон, который имеет
юридическую силу на момент принятия процессуальных решений или
проведения процессуальных действий. Он не распространяется на отношения,
возникшие до обретения им законной силы или после утраты таковой.

Уголовно-процессуальный закон в целом утрачивает силу обычно с принятием
нового закона, а в части- ввиду изменения, дополнения или исключения
отдельных норм.

Действие уголовно-процессуального закона в пространстве означает, что
производство по уголовным делам на территории России во всех случаях
ведется в соответствии с российским УПК независимо от места совершения
преступления (ч. 1 ст. 2 УПК), если международным договором Российской
Федерации не установлено иное. При совершении преступления членом
экипажа российского корабля в море или самолета в воздухе
судопроизводство также осуществляется в соответствии с российским
уголовно-процессуальным законом, если указанное судно приписано к порту
Российской Федерации (ч. 2 ст. 2 УПК). Исполнение поручения судов или
органов расследования иностранных государств осуществляется в
соответствии с уголовно-процессуальным законом России. Если
международным договором Российской Федерации установлены иные правила,
чем предусмотрено законом, применяются правила международного договора.

Официальным опубликованием закона считается первая публикация его
полного текста в Парламентской газете, Российской газете или Собрании
законодательства Российской Феде-Рации (см Федеральный закон от 23
апреля 1999 г (22 октября 1999 г) № 185-ФЗ // СЗ РФ 1999 №43 Ст 5124) ”
Российская газета 2001 22 дек

48

Раздел I. Общие положения

Глава III. Источники уголовно-процессуального права

49

Судопроизводство по уголовным делам о преступлениях, совершенных на
территории Российской Федерации, осуществляется в соответствии с
российским уголовно-процессуальным законом не только в отношении граждан
своей страны, но также в отношении иностранцев и лиц без гражданства. Из
общего правила, однако, имеются исключения, которые распространяются на
лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности. К их числу
относятся главы дипломатических представительств, члены дипломатического
персонала (советники, атташе и др.), а также лица, которые согласно
законодательству России и общепризнанным нормам международного права
пользуются привилегией личной неприкосновенности. Неприкосновенность
распространяется и на помещения, занимаемые указанными лицами. В их
числе: помещения дипломатических представительств; резиденция главы
дипломатического представительства; жилые помещения дипломатического
персонала и др.1 Законом установлено, в частности, что процессуальные
действия, предусмотренные УПК РФ, в отношении указанных лиц могут
производиться лишь по просьбе или с согласия дипломатического
представителя (ч. 2 ст. 3 УПК).

Рассматривая вопрос о пределах действия уголовно-процессуального закона,
нельзя не уделить внимания проблеме применения аналогии в
уголовно-процессуальном праве. В действующем УПК институт аналогии не
нашел отражения. Однако следует учитывать, что уголовно-процессуальный
закон (в отличие от уголовного закона) не устанавливает, какие деяния
признаются преступлениями, а регулирует правоотношения субъектов в ходе
производства по делу. Поэтому аналогия в уголовном процессе не расширяет
рамки возможных репрессий, а играет позитивную роль, придавая динамизм
уголовно-процессуальным отношениям в установлении уголовно-правовых
отношений и юридических фактов, вызвавших их возникновение. Смысл же
аналогии закона при регулировании уголовно-процессуальных отношений
состоит в том, что суд или следователь применяют такие нормы УПК,
которые не разрешают конкретного вопроса, но регулируют
уголовно-процессуальные отношения в сходных ситуациях.

Возможность применения аналогии в сфере регулирования
уголовно-процессуальных отношениях признал Конституционный Суд РФ. В
одних случаях он на это прямо указывает в своих постановлениях2; в
других – пря-

мо не указывает, но имеет аналогию в виду1. Подтвердил возможность
применения аналогии в уголовном процессе и Пленум Верховного Суда РФ2.

Заметим, однако, что аналогия закона в уголовном судопроизводстве может
быть применена в определенных границах при соблюдении ряда условий. К
ним можно отнести: а) наличие действительного пробела в системе норм,
регулирующих уголовно-процессуальные отношения; б) ориентация на сходный
случай, урегулированный законом; в) соблюдение конституционных принципов
уголовного процесса; г) обеспечение процессуальных прав граждан,
участвующих в уголовном судопроизводстве; д) совершение действий и
принятие решений лишь в рамках, допустимых нормами УПК.

Представляется, однако, целесообразным прямо указать в УПК на
возможность применения аналогии закона и, может быть, аналогии права при
регулировании уголовно-процессуальных отношений, как это сделано в ГПК
РСФСР. В частности, ч. 5 ст. 1 ГПК установлено: «В случае отсутствия
нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникающие в ходе
производства по гражданскому делу, суд применяет норму, регулирующую
сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы
действует, исходя из принципов осуществления правосудия в Российской
Федерации (аналогия права)». Подобный подход допустим и применительно к
регулированию уголовно-процессуальных отношений.

‘ Подробнее см. комментарий к ст. 3 УПК РФ (Научно-практический
комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (по
состоянию на 20 августа 2002 г.) / Под ред. В. М. Лебедева, В. П.
Божьева. М: Спарк, 2002).

2 См.: постановления Конституционного Суда РФ: 4-П от 2 февраля 1996 г.
(СЗ РФ. 1996. № 7. Ст. 701; № 19-П от 28 ноября 1996 г. (СЗ РФ. 1996. №
50. Ст. 5679); № 20-П от 2 июля 1998 г. (СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3393).

См.: постановления Конституционного Суда РФ № 13-П от 13 ноября 1995 г.
(СЗ РФ. 1995, №47. Ст. 4551); № 13-П от 29 апреля 1998г. (СЗ РФ. 1998г.,
№19. Ст. 2142); № 5-П от 23 марта 1998 г, (СЗ РФ. 1999. № 14. Ст. 1749).

‘ См.: постановление Пленума Верховного Суда РФ № 84 от 8 декабря 1999
г. (ВВС РФ. 2000. №2).

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

§ 1. Суд и расследование в Киевской Руси и Великом Новгороде

Первым известным нам законодательным источником русского права считается
Русская Правда. Наиболее древний ее список датирован 916 г. Еще более
древними источниками являются договоры Руси с Византией: летописи
сообщают о четырех договорах 907, 911, 945 и 971 гг.1 В наиболее полном
виде до нас дошли договоры 911 г., подписанные при князе Олеге, и 945
г., подписанные при князе Игоре. Основное назначение этих договоров –
обеспечение стабильных торговых отношений между Русью и Византией. Но по
их текстам можно судить и о русском праве, действовавшем в те годы на
Руси. В них имеются ссылки на «Закон русский». Был ли это
законодательный акт или установившийся обычай – неизвестно. Именно на
него имеются ссылки в этих договорах при определении меры
ответственности руссов за совершение убийства, насилия, порабощения,
кражи и других преступлений. Виновный обязан был не только понести
наказание, но и возместить причиненный ущерб. Договор 945 г.
предусматривал также выдачу преступников. Однако в договорах ничего не
говорилось о порядке признания лица виновным в преступлении и назначении
наказания, имелись лишь уверения сторон о том, что договоры будут
соблюдаться. Поскольку договоры со стороны Руси подписаны
представителями великих князей, можно предположить, что упомянутые
вопросы решались в процессе княжеского суда. В договорах также имеются
упоминания об уставах русских2, в которых, очевидно, были зафиксированы
устно или письменно обычаи и традиции в случае нанесения обиды или
причинения иного ущерба противозаконными действиями.

История многих народов указывает на то, что регулятором общественных
отношений в то время в подобных случаях являлась кровная месть за

‘ См.: Ключевский В. С. О русской истории. М, 1993. С. 52-53.

2 См.: Собрание важнейших памятников по истории древнего русского права.
СПб., 1859.

С. 1-15.

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

51

убийство, увечье, другие обиды со стороны членов рода, общины, к которым
принадлежал потерпевший. Не обошел стороной этот обычай и Русь. Во
времена Олега и Игоря кровная месть за убийство ничем не ограничивалась,
наоборот – поощрялась как эффективное средство защиты. Наряду с кровной
местью устанавливалось и самовольное возвращение похищенной вещи, коня
или холопа с применением силы членами рода. Не исключалась и возможность
уладить дело миром, путем переговоров старейшин общин или родов.
Обоснование кровной мести состояло в том, что вред, причиненный члену
рода, считается общим вредом, причиненным всему роду; последний за это и
преследовал обидчика’.

Таким образом, Русская Правда возникла на базе многовекового опыта
человеческого общежития славянских племен. Она представляет собой
светский судебник. Русскую Правду называют Правдой Ярослава, которая
регулировала общественные отношения в Киевской Руси и в Новгороде, но не
вторгалась в церковную юрисдикцию. Различают две редакции Русской
Правды: краткую и пространную. Обе редакции в первоисточниках до нас не
дошли, а сохранились лишь в виде нескольких вариантов списков, либо
включенных в летописи, либо в виде отдельных самостоятельных документов.
Пространную Правду большинство исследователей считают созданной для
Киевской Руси, а Краткую Правду – дарованной Ярославом Новгороду. Эти
редакции различают по объему и кругу решаемых в них вопросов. Самый
древний список датирован 1016 г.2

Русская Правда уже ограничила применение кровной мести. Ее могли
применять только самые близкие родственники: сын мстил за отца, отец за
сына, брат за брата и только с разрешения суда. Допускалась возможность
замены кровной мести денежным взысканием. При отсутствии кровной мести
родственников («безродных» потерпевших) за убийство князь взимал виру 40
гривен в пользу своей казны. Во всех других случаях, например при
причинении увечья, совершении кражи, нанесении иной обиды, кровная месть
отменялась и заменялась денежным взысканием. Постепенно суд князя стал
его главной обязанностью в мирное время. Суд старался уладить дело
миром, если виновный соглашался возместить ущерб или заплатить виру.

При наследниках Ярослава (1050-е гг.) кровную месть перестали применять
и по суду. Вводится головщина за убийство в виде денежного выкупа.
Постепенно выкуп стали применять и за другие преступления и гражданские
правонарушения. Только убийство преследовалось судом незави-

См.: Мейер Д. Юридический сборник. Казань, 1855. С. 7-11: Есипов В В.
Преступление и наказание в древнем праве. Варшава, 1903. С. 33-43.

” Вопрос об источниках и происхождении Русской Правды считается
достаточно спорным. В данном изложена наиболее распространенная точка
зрения (см.: Филиппов А. Н. Учебник истории Русского права. Юрьев, 1907.
Ч. 1. С. 99-123; Российское законодательство Х-ХХ вв. Т. 1.
Законодательство Древней Руси. М., 1984).

Раздел I. Общие положения

симо от заявленного иска; все иные преступления и другие правонарушения
– только после предъявленного иска. Преступлением считалось всякое
вредное действие – «неправда», причем неправда уголовная не отличалась
от неправды гражданской. Из сказанного следует, что уголовный и
гражданский процессы не разграничивались, любой иск рассматривался как
обвинение, поскольку каждое обвинение носило исковой характер. Поэтому в
литературе не без оснований отмечается, что судебный, в том числе и
уголовный, процесс носил по форме состязательный характер, который
соответствовал демократическому политическому режиму государств
восточных славян, включая Киевскую Русь и Великий Новгород1.

При Ярославичах к органам, осуществляющим суд, относились: а) князь,
которому принадлежала судебная власть; б) вирник, обязанный провести
расследование и собирать виру; в) 12 мужей, решавших вопрос о долге в
тех случаях, когда ответчик «запирается», отрицая получение чего-либо в
долг; г) метельник (мечник), который решал спор о тяжбах путем испытания
раскаленным железом; он же делил наследство между братьями в случаях
спора между ними; д) отрок- помощник вирника, исполняющий его поручения.
В одном из списков Русской Правды упомянутые лица называются обобщенно
«судьями» – как лица, облеченные судебной властью2.

Наиболее сложные дела, например о должностных преступлениях посадников,
бояр и других приближенных князя, последний разбирал совместно с вечем,
принимавшим окончательное решение, которое немедленно

исполнялось.

Русская Правда предусматривала и особую процедуру подготовки к судебному
разбирательству, которая называлась «свод и гонение следа». Потерпевший
объявлял на торговой площади о преступлении (например, краже вещи или
раба). Эта процедура называлась «заклич». Виновный, у которого
обнаруживалось похищенное, обязан был, если признавал себя виновным,
уплатить штраф и вернуть вещь. Если он отказывался это сделать, дело
передавалось в суд.

«Свод и гонение следа» заключались в розыске преступника по его следам.
Считалось, что куда привели следы, там и находится преступник. Если след
терялся на большой дороге или в чистом поле, гонение следа прекращалось.
Гонение следа при убийстве влекло для общины, где потерялся след убийцы,
обязанность самой отыскать его и выдать властям. Отказ общины выдать
убийцу или нерозыск убийцы влек за собой наложение судом на общину дикой
виры – большого штрафа по усмотрению суда3.

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в
России_____________53^

В качестве доказательств широко применялись свидетельские показания.
Свидетели использовались и как очевидцы события, и как «пособники»,
которые подтверждали доброе имя истца (потерпевшего) или ответчика
(обвиняемого). Суд прибегал и к таким доказательствам, как «ордалии»
(испытание раскаленным железом – «огнем» или водой) и поле (судебный
поединок). Исследуя результаты испытания, суд учитывал степень и
распространенность ожога, последствия кратковременного погружения в воду
или судебного поединка и с учетом других доказательств принимал решение.

Преступления, которые не были раскрыты в процессе «свода и гонения
следа», передавались на рассмотрение упомянутого суда 12 мужей, который
на основе собранных доказательств, обычаев и здравого смысла разрешал
дело.

Принятие и распространение христианства на Руси повлекло создание
церковных судов, к юрисдикции которых относились прежде всего церковные
(духовные) дела. Но постепенно в подсудность церковных судов перешли
дела об изнасиловании, похищении женщин, о кровосмешении, распутстве
(самовольном прекращении брака), о кражах из церкви, а также дела,
возникшие во владениях церкви. Церковные суды имели право рассматривать
дела о преступлениях священнослужителей и спорах между ними. Судьями
церковного суда были митрополиты, епископы и настоятели монастырей в
зависимости от места совершения преступления или возникновения спора.
Деятельность церковных судов и их подсудность регламентировались
Церковными уставами великих князей Владимира Святого (около 996г.),
Ярослава Мудрого (1051 г.)1. Во времена татаро-монгольского ига церковь
на Руси в лице Киевского митрополита неоднократно получала ярлыки от
ханов Золотой Орды на право судить прихожан церковным судом2.

Считается, что суд и расследование по правилам Русской Правды
продолжались до конца XV в.

§ 2. Суд и расследование в период объединения русских земель и
образования централизованного Русского государства

В более поздних списках Русской Правды (XII-XIH вв.) упоминаются
изменения, внесенные в нее Киевским великим князем Владимиром Мономахом,
некоторыми другими князьями. Эти изменения су-

‘ См.: Чельцов-Бебупюв М А. Уголовный процесс. М., 1948. С. 81; Курс
советского уголовного

процесса: Общая часть. М , 1989. С. 373-374.

– См.: Калачов Н Предварительные юридические сведения для полного
объяснения Русской

правды. М., 1846. С. 120-132; МейерД. Указ. соч. С. 13-14.

3 См.: Юшков С. В История государства и права СССР. М , 1947. Ч. 1 С
140.

В основе Церковных уставов великих князей лежал Номоканон (сборник
церковных и светских греческих законов), переведенный на славянский язык
в IX в Мефодием, в котором обосновывалась недопустимость судить
церковные дела светским судом ” См.: Собрание важнейших памятников по
истории древнего русского права. С. 323-328.

щественно не затронули процедуру судопроизводства, а больше повлияли на
социально-политическую обстановку на Руси. Суд и расследование, если
характеризовать эти институты обобщенно, все больше становилась
вотчинной юстицией. Местные феодалы стремились сосредоточить в своих
руках как можно больше административной и судебной власти. Уголовный
процесс проводился традиционно по правилам Русской Правды с добавлением
собственного усмотрения и произвола судьи-феодала. Это относилось
главным образом к внедрению розыскных начал при расследовании тяжких
преступлений. В пределах вотчины судье-феодалу, по существу, были
подсудны все дела о преступлениях, совершенных в пределах его владений.
Исключение делалось только для дел, подсудных церковным судам. Их
подсудность распространялась на все дела о преступлениях против веры и
церкви и некоторые другие, связанные с посягательствами на женщин и
семью, о чем уже говорилось. Судьи – церковные иерархи в этот период в
своем лице объединяли и судью, и обвинителя, что свидетельствовало о
появлении и в рамках церковной юстиции розыскных начал уголовного

процесса.

Как вотчинная, так и церковная юстиция характеризовалась
несправедливостью и притеснением населения. Под предлогом восстановления
справедливости, а фактически для укрепления княжеской власти в 1398 г.
появилась Двинская уставная (иногда ее называют судной) грамота Великого
Московского князя Василия Дмитриевича. В ней назначались наместники для
отправления суда (в том числе и по уголовным делам), которые находились
на кормлении у местного населения. В грамоте о суде говорится в общих
чертах. О подсудности можно судить только по взиманию виры и пошлин с
виновного в совершении душегубства, нанесения ран, драках, лае
(оскорблении) и др., которые исчислялись в рублях, шкурках куницы и
белок. В грамоте князь обещал и сам рассматривать некоторые дела1.

Известна Белозерская уставная грамота 1488 г. Она является наказом по
управлению Белозерским краем, который давно уже был московской землей.
Из грамоты следует, что наместник и местные судьи (тиуны) также
находились на кормлении у населения. Только здесь был более детально
разработан порядок собирания корма. Судьям запрещалось лично собирать
средства на кормление, их собирали приказчики – помощники, которых
называли доводчиками. Кроме наместника и тиунов в состав суда в Белом
озере входили сотские и «добрые люди», которые олицетворяли общественное
представительство при судебном разбирательстве. Среди дел, которые
разбирались судом в указанном составе, упоминаются дела о краже, разбое
и душегубстве. В числе доказательств прямой уликой считалось поличное –
это либо задержание при совершении преступления, либо обнаружение у
подозреваемого украденной вещи. Подчеркивалось древнее пра-

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в
России______________55_

вило, что община отвечает за убийство, совершенное на ее земле.
Считается, что Белозерская уставная грамота явилась предтечей Судебника
1497 г.’

Наиболее значительным памятником рассматриваемого периода, в котором
полнее, чем в Двинской и Белозерской грамотах, разработаны вопросы суда
и расследования преступлений, является Псковская судная грамота, которая
была утверждена псковским вече в 1467 г. Она определяла устройство
судов, их подсудность, розыск преступников и систему доказательств2.
Согласно Судной грамоте в Пскове действовали светские и церковные суды.
К светским судам относились:

– суд князя. Этому суду были подсудны дела о преступлениях против
личности и все дела об имущественных преступлениях. Основное наказание,
которое предусматривала Псковская судная грамота, – это пени (штрафы);
допускалась смертная казнь за поджог и убийство. Однако суд князя был не
вправе вмешиваться, если над виновным учинили расправу члены его семьи.
Можно понять текст грамоты так, что расправа могла состоять и в лишении
виновного жизни;

– суд посадника также вправе был рассматривать дела о всех тяжких
преступлениях, но обязательным условием правомочности этого суда было
разбирательство дела на княжеском дворе;

– суд братчин. Братчины – это мирские пиры, собиравшиеся в определенные
времена года. Организовывались они на мирскую складчину. Мир (пивцы,
собиравшиеся на братчину) избирал старосту братчины, который являлся
одновременно и председателем суда. Суду братчины были подсудны дела о
личных обидах, а также дела о побоях и драках, возникших на пиру. Этот
суд чаще всего заканчивался примирением сторон. Суд братчины не вправе
был вмешиваться в дела, отнесенные к подсудности князя или посадника;

– суд земского старосты рассматривал дела о кражах и некоторых других
преступлениях. Староста мог провести «суд по поличному», т. е. на месте
совершения преступления.

Церковный суд во Пскове осуществлял Владыка – наместник Новгородского
архиепископа. Он разрешал дела в соответствии с Церковными уставами
великих князей Владимира и Ярослава.

Псковская судная грамота предусматривала проведение расследования для
обнаружения преступника. Эту работу проводили приставы – обысчи-ки,
представлявшие потерпевшего и его интересы. В ней предусматривалось
расследование таких преступлений, как убийство, разбой, кража, поджог, и
некоторых других. Применялся, как и в Русской Правде, «свод и гонение
следа», задачей которого было обнаружение преступника путем

‘ См.- Собрание важнейших памятников по истории древнего русского права.
С. 145-151.

См.: Мрочек-Дроздовскии П Памятники русского права во времена местных
законов М., 1901. С 62-71. 2 См. там же. С. 2-28.

Раздел I. Общие положения

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

57

его задержания, обыска, выемки похищенного и собирания доказательств.

Условия «свода и гонения следа» были такими же, как и в Русской Правде.

Псковской судной грамоте неизвестны пытки при розыске преступников и

расследовании преступлений.

Псковская судная грамота допускала следующие виды доказательств:

судебный поединок (поле), свидетельские показания, или послушество,

присягу, письменные документы.

Судебный поединок признавался главным видом судебных доказательств и
применялся как по уголовным, так и по гражданским делам. Он
рассматривался как «Суд Божий» и допускался как между потерпевшим и
обвиняемым (очень редко и не по всем делам), так и между свидетелем и
обвиняемым. В последнем случае результаты поединка подтверждали или
опровергали свидетельские показания. По общему правилу судебный поединок
носил личный характер, но при определенных случаях допускался

наем бойцов.

Послухи- это свидетели двух видов. Для доказывания определенного факта
сторона могла выставлять одного свидетеля, который должен был полностью
подтвердить ее версию события. Если свидетель не подтверждал
определенный факт, его показания устраняли из процесса. Во втором случае
сторона выставляла свидетелей «доброго имени», их должно было быть
четыре-пять человек. Послухов допрашивали в отсутствие сторон.

Присяга была обвинительной или очистительной. Обвинительную присягу
давал потерпевший или свидетель, а очистительную – подозреваемый, в
отношении которого для обвинения не было собрано достаточно
доказательств. Присяга давалась в присутствии суда. Отказ подозреваемого
явиться на присягу фактически значил признание своей вины (неправды).

Новгородская судная грамота датируется 1471 г.; полный текст этой
грамоты до нас не дошел. Однако все же можно сделать вывод о том, что в
судебной форме сохранялась самобытность города-республики, заложенная
еще в Русской Правде.

Высшим судом был суд веча, который происходил под председательством
князя или наместника. К подсудности этого суда относились дела: об
измене (связь с неприятелем, превышение полномочий послами на
переговорах и т. п.); о должностных преступлениях высокопоставленных
чиновников; об угнетении свободных граждан; о нарушении общей тишины и
спокойствия. В этом суде обязательным было участие посадника. Решения
принимались голосованием и, как прежде, приводились в исполнение
немедленно.

Другой инстанцией был суд посадника, в составе которого заседали
наместник князя или его тиун, а также посредники сторон (их должно было
быть не более восьми). Этот суд рассматривал уголовные и гражданские
дела. К подсудности этого суда относились дела о кражах, грабежах,
разбоях, подлогах.

Действовал также суд одрин, своеобразный прототип суда присяжных. В
состав суда входили от каждого конца города (их было пять) по одному

боярину и свободному человеку, по одному приставу с каждой стороны
(обвиняемого и потерпевшего). Заседание происходило под
председательством тиуна. Один из судей являлся докладчиком. Все судьи
могли активно принимать участие в исследовании доказательств:
выслушивали обвиняемого, потерпевшего, свидетелей, рассматривали
вещественные доказательства, принимали присягу. На основании доклада и
судебного разбирательства доказательств приговор выносил председатель
суда. Одрин суд был общим судом для свободных новгородцев как по
уголовным, так и по гражданским делам. Считалось, что этот суд
представляет вече.

Особым было положение новгородского архиепископа в судебной системе
Новгорода. По многим делам (кроме дел, рассмотренных на вече)
архиепископ был высшей судебной инстанцией, он назначал также Владыку –
своего наместника во Псков, в обязанности которого входило рассмотрение
дел, подсудных церковному суду.

§ 3. Суд и розыск в централизованном Русском государстве

Образование централизованного Русского государства завершилось на рубеже
XV и XVI вв. К этому времени многие русские земли были объединены под
властью Москвы. Однако продолжалось противостояние с западными соседями
(Литвой и Польшей), которое требовало усиления княжеской, а затем и
царской власти. Принятые Судебник 1497 г. Ивана III, Судебник 1550 г.
Ивана IV и Соборное уложение 1649 г. Алексея Михайловича служили
указанной цели.

Сопоставление текстов этих законодательных актов показывает, что
организация суда и розыска в рассматриваемый период имела много общих
положений, унаследованных от прежних эпох. Но достаточно ярко проявилась
начавшаяся еще ранее тенденция превращения состязательного уголовного
процесса в розыскной.

Анализ судебников и Уложения позволяет утверждать, что суд и розыск по
этим актам имели совпадающие принципиальные черты, которые выражены
прежде всего в следующем:

– судебная и административная власти представляли единую часть
государственного аппарата;

– судебная функция позволяла администрации решать значительную часть
задач по управлению государством;

– суд по гражданским и уголовным делам не был разделен, хотя некоторая
часть дел этих категорий была передана в подсудность различных органов
власти;

– отсутствовала единая система власти на местах; в различных местностях
и областях государства многие дела рассматривались разными органами
власти;

58

Раздел I. Общие положения

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

59

– суд и розыск не были разделены и функционировали как единая часть
государственного аппарата;

– в нормах законодательных актов рассматривались без разграничения
вопросы организации суда и розыска, нормы гражданского и уголовного
права;

– при суде и розыске по уголовным делам органы государства исходили из
того, что все население делится на «добрых людей» и «ведомых лихих
людей»1.

В связи со сказанным предметное рассмотрение вопросов суда и розыска
целесообразно провести применительно к Соборному уложению как более
позднему законодательному акту, имеющему в то же время и некоторые
особенности.

По Уложению верховным судом стал суд царя, который лично рассматривал и
принимал окончательные решения по делам о государственной измене и иных
государственных преступлениях, а высшей самостоятельной судебной
инстанцией – Боярская дума. По судебникам устанавливался суд князя или
царя с Боярской думой. Суду подлежали «все люди Московского государства
от большего и до меньшего чина». При этом права и привилегии пронизывали
и подсудность. Для членов Боярской думы и по делам о местничестве
Боярская дума была судом первой инстанции. Судом второй инстанции
Боярская дума являлась по делам, в решении которых дьяки в приказах
испытывали затруднения. Дума также рассматривала и апелляции лиц,
оспаривающих решения, принятые в приказах.

Средним звеном судебной системы были приказы, осуществлявшие управление
государством «по приказу» царя. Им же предписывалось чинить суд и
расправу «ровно для всех», включая иностранцев. Приказы делились на две
категории: 1) приказы с общей судебной функцией- судные приказы и 2)
приказы со специальной подсудностью.

К первой категории приказов относился, например, Разбойный приказ, к
подсудности которого были отнесены дела о кражах, грабежах, разбоях и
побоях. Дела о кражах и разбоях подлежали возбуждению и расследованию по
инициативе властей, дела о грабежах и побоях возбуждались и
рассматривались только при наличии жалобы потерпевшего. Расследование
проводили губные старосты по месту совершения преступления и судебные
приставы. К расследованию привлекались неделыцики – лица, обязанные
отыскивать доказательства. Задержание с поличным исключало расследование
и влекло передачу дела в суд. К компетенции Сыскного приказа относились
дела о государственных преступлениях, клевете на царя, угрозах царю, а
также дела об убийствах. Сыск (розыск) проводился

с применением пыток подозреваемого, допросов свидетелей и очных ставок,
проведением повального обыска. Функции следователя и судьи совмещались,
если дело не подлежало передаче для разбирательства в Боярскую думу или
царю.

Ко второй категории относились приказы со специальной подсудностью –
приказ Большой казны, Пушкарский, Стрелецкий, Рудокопный и т. д. В
случаях нанесения «обиды», возникновения гражданского спора приписанные
к приказу люди обращались в «свой» приказ, например купцы – в приказ
Большой казны, пушкари – в Пушкарский, стрельцы -в Стрелецкий, и искали
там судебную защиту.

В городах и уездах действовали городовые и уездные суды. В этих судах
дела рассматривались воеводами, назначенными приказами, Боярской думой,
а иногда и царем в зависимости от значения города или уезда. К их
подсудности относились дела, которые не были подсудны вышестоящим судам,
а также вотчинным, крестьянским и церковным судам. Исключались из
подсудности воевод и некоторые другие дела по персональному признаку,
например: «именитый род Строгановых»; купцы, их дети, племянники и
приказчики; настоятели монастырей. Освобождение от подсудности воеводе
осуществлялось судными грамотами царя по его усмотрению либо по
челобитной.

В вотчинных судах дела рассматривались боярином либо по его поручению
другим лицом из числа приближенных. К подсудности вотчинного суда
относились все гражданские дела, возникшие в пределах вотчины, и
уголовные дела, которые не относились к подсудности приказов или иных
вышестоящих инстанций.

Крестьянские суды были такими же, что и во времена Судебников. К ним
относились суды монастырских крестьян, дворцовых крестьян, патриарших
крестьян, помещичьих и вотчинных крестьян. Эти суды рассматривали
гражданские споры между крестьянами, мелкие уголовные дела, занимались
розыском беглых крестьян. Судьями в крестьянских судах были
соответственно монастырские слуги, дворцовые слуги и т. д. Вышестоящей
судебной инстанцией для крестьянских судов были, например, для
монастырских крестьян – Монастырский приказ, для дворцовых – Дворцовый
приказ’.

В рассматриваемый период доказательствами признавались: сознание в
совершении преступления, в том числе и данное под пыткой; результаты
повального обыска; крестное целование; показания свидетеля события;
показания послухов о том, добрый или лихой человек обвиняемый.
Задержание с поличным по общему правилу не требовало других
доказательств.

1 См.: Собрание важнейших памятников по истории древнего русского права.
С. 168—268; Судебники Иоанна III и Иоанна IV 1497, 1550 гг. Харьков,
1915. С. 1-62; Соборное уложение 1649 года: Текст и комментарий. Л.,
1987. С. 31-70, 181-250.

‘ См.: Кавелин К. Устройство судов от Уложения Алексея Михайловича до
Петра Великого // Юридические записи Императорского Московского
Университета. М., 1842. Т. 2. С. 83-119.

60

Раздел I. Общие положения

Для деятельности церковных судов большое значение имел Церковный собор
1551г., который утвердил сборник церковных узаконений- Стоглав1, который
включал 100 глав. Церковный собор осудил брадобритие как содомский грех,
нищепитательство, волшебство, колдовство, язычество, игры в зернь и т.
п. Лиц, замеченных в таких деяниях, предписывалось отлучать от церкви, а
нищих «разбирать» по монастырям. К подсудности церковных судов были
отнесены все уголовные и гражданские дела, возникавшие на церковных и
монастырских землях, за исключением дел о душегубстве, разбое и тяжких
увечьях. Стоглав действовал до Собора 1667 г., принявшего Сборник
церковных узаконений, в основе которого в части, относящейся к
преступлениям и их подсудности, лежало Уложение Алексея Михайловича.

§ 4. Суд и розыск в Российской Империи при абсолютизме

Рассматриваемый период охватывает деятельность суда и розыска и
основывается на законодательстве от конца XVIII в. до 30-х гг. XIX в.
(от Петра I до Николая I).

Петр I свои реформы по преобразованию административной и судебной власти
начал с введения губернского и уездного деления территории. В губерниях
административную и судебную власть возглавляли губернаторы, а в уездах –
обер-коменданты, которых назначали губернаторы «по своему разумению из
годных и умных людей».

В 1718 г. Петром была предпринята попытка по примеру Швеции отделить
судебную власть от административной. В виде опыта первоначально это было
сделано в Санкт-Петербургской губернии, а затем еще в нескольких
губерниях.

Первой инстанцией являлся городовой суд в уезде. Городового судью
назначала юстиц-коллегия. Он вершил дела единолично.

Следующей инстанцией был провинциальный суд. Там, где проводилась
судебная реформа, губернии были разделены еще на провинции, объединявшие
несколько уездов. Провинциальный суд состоял из нескольких судей (от 8
до 12) в зависимости от объема работы суда.

Надворный суд был высшим судом губернии. Он заседал под
председательством губернатора и состоял из дворян, назначенных в состав
суда губернатором.

Однако даже в тех губерниях, где была введена эта система судов,
разрешалось в целях «пресечения волокиты» в судах нижней инстанции вести
разбирательство «дворянам у судных дел», а в вышестоящих провинциаль-

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

61

ных судах – воеводам, которые выполняли и административные функции. На
практике же большинство уголовных дел решалось губернаторами с
канцелярией без каких-либо ограничений подсудности. Исключение
составляли только дела о тех преступлениях, за которые предусматривалась
смертная казнь или ссылка на каторгу. Они рассматривались коллегиальным
судом и приговор подлежал утверждению губернатором.

В городах судебными учреждениями были магистраты. Для магистратов малых
городов второй инстанцией был провинциальный магистрат. Для магистратов
городов второй инстанцией являлась юстиц-коллегия, высшим же судом был
Сенат, решения которого были окончательными.

Кроме того, действовал военный суд, состоявший из двух инстанций. Первой
и главной инстанцией был Генеральный военный суд для рассмотрения дел о
государственных преступлениях. Он же был судом второй инстанции для
преступлений, совершенных военнослужащими, приговоры в отношении которых
вынесены полковыми судами’.

В 1697г. Петром I был издан Указ «Об отмене в судных делах очных ставок,
об бытии вместо оных расспросу и розыску, о свидетелях, об отводе оных,
о присяге, о наказании лжесвидетелей и о пошлинных деньгах», который
вводил следственный процесс не только по уголовным, но и по некоторым
гражданским делам. Розыском ведали сыщики. Его проводили по делам о
душегубстве, обидах, бесчестии, увечьях, а также по делам о земельных
тяжбах. Присяга свидетелей по Указу переносилась из суда в церковь и
давалась перед священником, а не перед судьей. Лжесвидетельство
наказывалось смертной казнью. Продолжала действовать Тайная канцелярия.
Суд фактически заменялся розыском.

Воинские артикулы смягчили инквизиционные аспекты этого Указа. Но и в
них Петр допускал совмещение в одном лице следователя и судьи. Краткое
изложение процессов и судебных тяжб в Воинском артикуле подчеркивало
негласность разбирательства в суде, усиливало роль письменности
судопроизводства, устанавливало правила оценки силы доказательств,
делило их на совершенные и несовершенные. К совершенным доказательствам
относились: собственное признание, показания двух свидетелей, письменные
акты; к несовершенным – попытка обвиняемого скрыться, нахождение в
обществе злодея, угрозы и т. п. Отказ очиститься присягой перед судом
при наличии несовершенных доказательств приравнивался к доказательству
совершенному. Восполнять несовершенные доказательства могли признания,
данные под пыткой. Факт мог быть признан установленным при наличии
одного совершенного доказательства. Доказательства несовершенные
создавали только подозрение в виновности. Правила сложения совершенных и

1 См. подробнее: Стоглав. 3-е изд. Казань, 1912.

‘ См.: Дмитриев Ф. История судебных инстанций. М, 1859. С. 420-440;
Латкин В. Н. Учебник истории русского права. СПб., 1909. С. 596-597.

62

Раздел I. Общие положения

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

63

несовершенных доказательств связывали судью, и его деятельность
сводились чуть ли не к простому арифметическому сложению при их оценке.
Все это закрепляло следственные (инквизиционные) черты уголовного
процесса.

Однако Указом «О форме суда» 1723 г. в процесс по уголовным делам были
внесены существенные поправки: большинство уголовных дел, кроме дел о
государственных преступлениях и дел «о злодействе», предписывалось в
основном рассматривать по правилам состязательного процесса. В жалобе
потерпевшего должны были содержаться пункты обвинения, на которые
обвиняемый должен был дать ответ на суде. В то же время возводилось в
систему сокрытие от обвиняемого существа обвинения до суда. Этим Указом
принимались также меры к устранению волокиты и ускорению рассмотрения
дел.

В результате реформаторской деятельности Петра I древнерусский
государственный и общественный опыт в значительной степени был
отвергнут, и Россия фактически превратилась в полицейское государство,
которое многое восприняло из опыта Западной Европы. Но это не относится
к судебной реформе; ее следы наследницы Петра I- Екатерина I и Анна
Иоанновна-полностью уничтожили.

Особое место в истории суда и розыска в России занимает царствование
Анны Иоанновны (1730-1740 гг.). Годы ее правления круто замешаны на
мракобесии, невежестве и боязни потерять трон. Суд и розыск Анна
Иоан-новна использовала в качестве орудия для бесчисленных, часто
бессмысленных пыток и казней.

Придя к власти, Анна Иоанновна использовала ранее применявшуюся при
Петре I формулу политического сыска «Слово и дело», под диктовку своего
фаворита Бирона 10 апреля 1730 г. опубликовала Указ о поощрении доносов.
Существо ее (формулы) состояло в том, что один человек мог обвинить
другого в государственной измене, произнося упомянутые «магические
слова». За этим следовал арест и пытки. Если подозреваемый под пыткой
признавал себя виновным, он осуждался к смертной казни или заключался в
колоды и отправлялся на каторгу. В тех случаях, когда подозреваемый
выдерживал пытки и отрицал вину, доносчик подвергался смертной казни.
Анна Иоанновна считала поход «или – или» лучшим способом выявить смуту.
Для этих целей действовали две тайные канцелярии в Санкт-Петербурге и
одна – в Москве, куда со всей России свозили оклеветанных и оговоренных
людей для суда и розыска. Показания под пыткой считались основным и
бесспорным доказательством. Пытали не только взрослых простолюдинов, но
и малолетних, священников, дворян, часто в связи с самыми вздорными
обвинениями. Историки отмечали, что суд и розыск при Бироне превосходили
всякие описания жестокостей, представляли собой «бред горячки и
помешательства умов»1.

1 См подробнее Парамонов А С О законодательстве Анны Иоанновны опыт
систематического исследования СПб, 1904 С 136-145

Одновременно были созданы Судебный и Розыскной приказы, в подсудность
которых переданы «поджигательские, воровские, разбойные и убийственные
дела». Методы суда и розыска фактически были теми же, что и при
выявлении государственной измены, но по этим делам в качестве
доказательств, кроме «пыточных речей», допускались еще повальный обыск и
свидетельские показания. Апелляцию по этим делам разрешалось подавать в
юстиц-коллегию в Санкт-Петербурге.

В связи с переполнением тюрем Анна Иоанновна своим Указом предписала суд
и розыск заканчивать в недельный срок, а судьям работать с семи утра до
девяти вечера с перерывом на обед в полдень, чтобы «арестанты от духоты
и тесноты в тюрьмах безгодною смертью не умирали». В этих же целях
судьям было приказано подметные письма больше не читать, а сжигать. Но
это не изменило существа режима. Пытки и казни продолжались, и за это
Анну Иоанновну в народе прозвали «кровавой».

После смерти Анны Иоанновны гвардия в 1741 г. возвела на престол
Елизавету – дочь Петра I, которая каких-либо изменений в процедуру суда
и розыска не внесла, однако отменила доносы по формуле «Слово и дело», а
также наложила запрет на приведение в исполнение приговоров к смертной
казни. Последнее решение имело историческое значение и привело к резкому
сокращению смертных казней в России в XVIII и XIX вв. Правда, суды
продолжали выносить такие приговоры, но они не исполнялись. К концу
царствования Елизаветы неисполненных приговоров к смертной казни
скопилось более десяти тысяч. Этим осужденным в конце концов смертная
казнь была заменена каторгой.

При Екатерине II в России была проведена реформа суда и розыскных
учреждений. Попытки Петра I провести судебную реформу создали
благоприятную почву для Екатерининских реформ. В 1775 г. была
обнародована первая часть «Учреждения о губерниях». Согласно этому
документу были реформированы не только суды и полиция, но и
административное устройство. Россия делилась на губернии
(наместничества), а в крупных губерниях образовывались провинции. В свою
очередь, губернии и провинции делились на уезды. Учреждались две ветви
власти: административная и судебная, построенные на двух разных началах:
административная – на единоначалии, судебная – на коллегиальности. В
судебном ведомстве уголовные дела были отделены от гражданских.

В уезде действовал нижний земский суд как суд низшей инстанции. В нем в
качестве судей заседали: капитан-исправник, два заседателя от дворян и
два заседателя от сельского населения. К подсудности нижнего уездного
суда относились уголовные дела о малозначительных преступлениях и мелкие
споры гражданского характера.

Более сложные уголовные дела рассматривал уездный суд (в городах
магистрат), состоявший из судьи и двух заседателей, которые чаще всего
избирались из помещиков. За работой уездного суда наблюдал прокурор,

64

Раздел I. Общие положения

обязанный сообщать начальству о нарушении законов в суде, в том числе и
о нарушениях законов самим судом.

Сохранялись, а там, где их не было, создавались особенные суды:
надворные суды для дворян и совестные суды. Последние обязаны были
судить «не только по закону, но и по совести»; они рассматривали дела о
деяниях безумных, малолетних, а также дела о колдовстве и о
преступлениях, совершенных по невежеству. Продолжали действовать
церковные суды, но они не входили в общую систему светских судов.

В целом система общих судов состояла из четырех инстанций. Судами первой
инстанции были: нижний земский суд, уездный суд (для городов
-магистрат), нижний надворный суд. Судами второй инстанции являлись:
верхний земский суд, губернский магистрат, верхний надворный суд; по
первой инстанции эти суды рассматривали более сложные уголовные и
гражданские дела, чем упомянутые нижестоящие суды. Третью инстанцию
составляли: губернское правление и его палаты. Четвертая инстанция
-Сенат. Суды второй и третьей инстанции могли рассматривать апелляцию.
Допускалось обжалование приговоров, вынесенных губернским судом, в
Сенат, который был не только судебным учреждением, но и законодательным
и правительственным учреждением. Все председатели вышестоящих судов
избирались Сенатом по представлению губернатора из двух кандидатов и
утверждались верховной властью. Их заместители избирались Сенатом по
представлению губернатора.

Расследование преступлений при Екатерине II полностью было передано в
руки полиции. Дела о насильственных преступлениях расследовали на местах
капитан-исправники, которые передавали собранные материалы суду. Полиции
при расследовании преступлений рекомендовалось иметь «проворство и
способность», чтобы раскрывать преступления лиц, замышляющих заговоры. В
то же время допускалось отдавать на поруки граждан, которые совершили
преступление, кроме тех, кто заслуживает смертной казни. На словах
Екатерина II запрещала пытки, но тайные ее инструкции были другими, а в
конце царствования она фактически восстановила Тайную канцелярию, в
которой, как и по всей России, пытали подследственных1. В
законодательстве России пытки были отменены только при Александре I.

§ 5. Уголовный процесс по первому Уголовно-процессуальному кодексу
России

В 1832 г. Николаем I был учрежден Свод законов Российской Империи
(шестнадцать томов), разработанный комиссией законодательных предложений
под руководством М. М. Сперанского. Свод был

‘ См.: Витт В. Екатерина II как криминалистка: Уголовно-правовая
доктрина Наказа в ее отношении к западно-европейской теории и к
российской действительности. СПб., 1910. I С.111-118.

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в
России______________65

введен в действие с 1 января 1835 г. XV том Свода составляли Законы
уголовные. В него были включены две книги: 1) «О преступлениях и
наказаниях вообще» – первый уголовный кодекс России и 2) «О
судопроизводстве по преступлениям» – первый уголовно-процессуальный
кодекс России. В определенном смысле это было знаменательное событие.
Впервые законы уголовные были четко выделены из других законов и, более
того, законы, регламентирующие порядок и процедуры привлечения к
уголовной ответственности, суда и назначения наказания, были отделены от
законов, предусматривающих ответственность за совершение преступных
деяний. Именно данное обстоятельство позволило вести речь об отрасли
уголовно-процессуального права, затем об уголовном процессе как учебной
и научной дисциплине, а потом и о науке уголовного процесса. Иными
словами, уголовно-процессуальное право приобрело все признаки
самостоятельной отрасли российского права.

Представляет интерес структура Уголовно-процессуального кодекса, который
содержал семь разделов:

1. Об уголовном судопроизводстве вообще.

2. О предварительном следствии.

3. О формальном следствии (под формальным следствием имелось в виду
обязательное проведение всех следственных действий для решения вопроса о
виновности и наказании подследственного).

4. О производстве дел уголовных в первой степени (инстанции) суда.

5. О ревизии дел уголовных во второй степени суда.

6. Об исполнении приговоров по делам уголовным.

7. Об особенных видах судопроизводства по делам уголовным. Все разделы
включали 1594 статьи.

Производство по уголовному делу начиналось следственным производством в
городской или земской полиции, которой вменялось в обязанность собирание
доказательств, открытие и обличение виновных. Поводом для начала
следствия являлось: 1) извещение о преступлении; 2) жалоба потерпевшего;
3) донос постороннего лица; 4) доношение прокуроров и стряпчих; 5) явка
с повинной. Доносом считалось «явное» обличение в преступлении, которое
должно было основываться на точных доказательствах. За справедливый
донос полагалось вознаграждение. Подробно описывались следственные
действия, которые надлежало совершить в случае обнаружения преступления,
например трупа со следами насилия или кражи. Предписывалось вести
следствие с возможной скоростью, полнотой и ясностью. На допросы по
делам о тяжких преступлениях, а также в случаях «явного запирательства»
для увещевания призывался священник. По окончании следствия полиция со
своими выводами направляла дело в суд первой степени, который обязан был
проверить силу доказательств и улик о виновности или невиновности
подсудимого.

Судопроизводство в суде, как и на предварительном следствии, велось
письменно, негласно, с обвинительным уклоном. Суд фактически ста-

66

Раздел I. Общие положения

новился обличителем подсудимого, хотя вынесение оправдательного
приговора не исключалось.

Первую степень уголовного суда составляли: уездные суды, городские
магистраты, ратуши, суды надворные. Эти суды разбирали дела о всех
преступлениях, кроме тех, которые были подсудны вышестоящим судам и
судам церковным. Вторую степень уголовного суда составляли губернские
судебные палаты, куда поступали жалобы на приговоры нижестоящих судов.
Здесь приговоры подвергались ревизии и апелляции. Как суд первой степени
судебная палата рассматривала дела о должностных и тяжких преступлениях.
Высшую степень уголовного суда представлял Правительствующий Сенат,
которому принадлежала верховная ревизия любых уголовных дел,
рассмотренных нижестоящими судами. Подследственность и подсудность
определялись местом совершения преступления.

Доказательствами, которые оценивали следователь и суд, являлись: 1)
собственное признание в совершении преступления; 2) письменные доводы;
3) личный осмотр следователем места совершения преступления и вещей,
обличающих виновного; 4) показания сведущих людей (экспертов); 5)
показания свидетелей; 6) повальный обыск (допрос окольных людей); 7)
очная ставка и оговор. Свидетели давали показания под присягой. К
присяге не допускались: малолетние до 15 лет; безумные и сумасшедшие;
убийцы, разбойники, воры, а также уличенные в ложной присяге и явные
прелюбодеи; лица, не бывшие никогда у святого причастия; иностранцы,
поведение которых неизвестно. Не разрешалось свидетельствовать детям
против родителей и родителям против детей, а также людям, подкупленным
для свидетельства.

Доказательства делились на совершенные и несовершенные. Совершенными
признавались те доказательства, которые полностью исключали всякую
возможность невиновности подсудимого. Несовершенными считались
доказательства, которые не исключали невиновность подсудимого. Одно
несовершенное доказательство допускало подозрение, несколько
несовершенных доказательств могли составить совершенное доказательство.
Собственное признание вины признавалось «лучшим доказательством всего
света», когда оно дано перед судом добровольно. Обвиняемый мог заявить о
принуждении к подписи протокола показаний и документов со стороны
полиции в течение недели. По истечении этого срока заявления о
принуждении не проверялись и не учитывались при оценке показаний. Оговор
подсудимого другим подсудимым считался несовершенным доказательством.
Допускалась очистительная присяга подозреваемого тогда, когда другие
доказательства получить было невозможно. Она снимала подозрение и влекла
прекращение дела.

Особенным судопроизводством велись дела о преступлениях против веры, о
должностных преступлениях, о тайном провозе товаров (контрабанде), а
также о незаконной порубке леса. Судопроизводство в таких случаях

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

67

проводилось с учетом особенностей конкретного преступления. Вступивший в
законную силу приговор приводила в исполнение полиция1.

Выше уже отмечались положительные стороны выделения
уголовно-процессуального права в самостоятельную отрасль права. Однако
нельзя не указать и на несовершенство кодекса, состоявшее прежде всего в
том, что в нем лишь фиксировались прежние порядки – это был кодекс
прошлого, в нем было мало новых идей, которые с трудом пробивали себе
дорогу после восстания декабристов при авторитарном режиме Николая I.
Явно устаревшими были нормы, относящиеся к трактовке отдельных видов
доказательств и их оценке по формальным признакам, к письменности и
тайне судопроизводства, при котором обвиняемый (подсудимый) был всего
лишь объектом исследования следствия и суда. Кодекс был многословным,
казуистичным, порождавшим волокиту. Оценивая деятельность судебных
органов на основании рассматриваемого кодекса, А. Ф. Кони писал о
запутанности его процессуальных требований, о невозможности порой
определить круг дел, который подлежал рассмотрению в том или ином суде.
Дела бесконечно кочевали из одного суда в другой, зачастую возвращались
в тот же суд первой инстанции, откуда вновь начинали долгий путь вверх,
на который уходили годы, а иногда десятилетия2. Этот и другие недостатки
показывали необходимость новых правил уголовного судопроизводства,
основанных на либеральных ценностях и справедливости.

§ 6. Уголовный процесс по Уставу уголовного судопроизводства 1864 г.

В числе других судебных уставов 20 ноября 1864 г. император Александр II
утвердил Устав уголовного судопроизводства, а также Учреждение судебных
установлений, и позднее – Устав о наказаниях, налагаемых мировыми
судьями3.

Устав уголовного судопроизводства включал «Общие положения» и три книги:
1) «Порядок производства в мировых судебных установлениях»; 2) «Порядок
производства в общих судебных местах»; 3) «Изъятия из общего порядка
уголовного судопроизводства». Всего в Уставе было 1254 статьи.

С принятием названных законодательных актов уголовный процесс в России
приобрел новые качества, которые не уступали английскому или
французскому уголовному процессу по возможностям, как тогда говорили,

^ См.: Свод законов уголовных: Т. XV Свода законов Российской Империи.
СПб., 1832. ” См.: Кони А. Ф. История развития уголовно-процессуального
законодательства в России // Собр. соч. М., 1967. Т. 4. С. 320.

См : Свод законов Российской Империи. Т. XVI. Ч. 1. Судебные уставы (в
ред. 1892 г.). СПб., 1892; Стучевскнй В. Л, Учебник русского уголовного
процесса. СПб., 1913. С. 500-502.

I

68

Раздел I. Общие положения

установления «материальной истины» по расследуемым и рассматриваемым
уголовным делам. Среди новых качеств уголовного судопроизводства в
Уставе подчеркивались следующие:

– никто не может быть подвергнут судебному преследованию, не будучи
привлеченным к ответственности по правилам Устава;

– каждый несет ответственность «сам за себя», за совершенное им деяние;

– судебная власть по Уставу распространяется по уголовным делам на лиц
всех сословий;

– судебное преследование могут возбуждать как должностные, так и частные
лица;

– расследование преступлений возлагается на судебных следователей и
органы дознания;

– обвинение отделяется от суда, который формируется на началах
несменяемости судей и независимости суда при принятии решений;

– обличение виновных перед судом является обязанностью прокуроров и их
товарищей;

– защиту подсудимых осуществляют присяжные и частные поверенные;

– судебное разбирательство происходит открыто, гласно при соблюдении
непосредственности и состязательности;

– по делам о тяжких обвинениях к решению вопроса о виновности
привлекаются присяжные заседатели;

– система формальных доказательств отменяется и предусматривается
свободная оценка доказательств по совести и внутреннему убеждению;

– в качестве доказательств допускаются: показания подсудимого,
свидетелей, экспертов, вещественные доказательства, письменные
доказательства;

– вводится апелляционное обжалование приговоров мировых судей, окружных
судов, рассматривавших дело соответственно единолично или в коронном
составе, и кассационное обжалование приговоров съездов мировых судей и
окружных судов, рассмотревших дело с участием присяжных заседателей;

– допускается возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам;

– запрещается останавливать производство по делу под предлогом
неполноты, неясности или противоречивости законов, а в случае
возникновения у следователя и суда неясности решение принимается по
общему смыслу законов.

Из сказанного следует, что вместо розыскного уголовного процесса была
введена смешанная форма, основанная на континентальной системе права, в
которой подчеркивается подзаконность деятельности суда и отрицается
возможность принятия решений судом на основе судебных прецедентов.

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в
России_____________69

Судопроизводство во всех судах, таким образом, строилось на единых
началах с учетом места суда в судебной системе, его подсудности и
компетенции при принятии решений.

Упомянутые Устав и Учреждение по-новому организовывали судебную власть,
принадлежавшую мировым судьям, съездам мировых судей, окружным судам,
судебным палатам по уголовным делам и Правительствующему Сенату в
качестве верховного кассационного суда. Судебная власть мировых судей
определялась как власть единоличная. Судебная власть судов всех других
инстанций – как власть коллегиальная.

Мировой судья рассматривал дела о проступках против порядка управления,
народного здравия, личной безопасности, прав семейственных, против чужой
собственности, благочиния и порядка, а также об угрозах и насилии, о
нарушении правил продажи крепких спиртных напитков, уставов о паспортах,
о строительстве, о путях сообщения и др. В компетенции мирового судьи
было назначение следующих видов наказания: 1) выговоры, замечания,
внушения; 2) денежные взыскания не свыше трехсот руб.; 3) арест не свыше
трех месяцев; 4) заключение в тюрьме не свыше одного года и шести
месяцев. За проступки, совершенные без намерения (неумышленно),
объявлялись выговоры, замечания и внушения; за умышленные проступки
применялись другие названные меры наказания. Исполнители и подстрекатели
подвергались более строгому наказанию. В вину не вменялись проступки:
совершенные случайно; в малолетстве (до 10 лет); безумными или в
беспамятстве; по принуждению непреодолимой силы; при необходимой
обороне. Приговоры мировых судей считались окончательными, если денежное
взыскание не превышало 15 руб., а арест – не более трех дней. По этим
делам допускались только кассационные жалобы и протесты в случае
нарушения порядка судопроизводства. Эти жалобы и протесты вносились во
вторую инстанцию -съезд мировых судей определенного округа, который
являлся апелляционной инстанцией для приговоров мировых судей,
подлежавших обжалованию. В заседаниях съезда мировых судей принимал
участие один из товарищей прокурора, который давал свои заключения.

По делам, рассматриваемым мировыми судьями, предварительное следствие не
проводилось. Однако по просьбе потерпевшего или по указанию мирового
судьи полиция проводила расследование, результаты которого
представлялись мировому судье.

Судопроизводство в общих судах регламентировалось книгой второй Устава.
Основная масса уголовных дел была подсудна окружным судам в качестве
суда первой инстанции. Дела о более тяжких преступлениях рассматривались
с участием присяжных заседателей, менее важные – без их Участия. Часть
дел рассматривалась с участием сословных представителей (дела о
государственных преступлениях). В число сословных представителей
входили: предводитель дворянства, городской голова, волостной старшина
или староста, представители купечества и т. д.

70

Раздел I. Общие положения

При окружных судах состояли судебные следователи, которые проводили
предварительное следствие по делам о преступлениях, отнесенных к
подсудности окружного суда. Следователь обязан был принимать все меры
для раскрытия преступления, действовать по своему усмотрению в рамках
полномочий, определенных Уставом. В частности, следователь не вправе был
прекратить начатое дело; оно представлялось через прокурора в окружной
суд, который и принимал решение. Оконченные дела следователь также
передавал в окружной суд через прокурора. Разногласия между судебным
следователем и окружным судом разрешались судебной палатой.

Надзор за деятельностью судов и судебных следователей осуществляли
прокуроры со штатом сотрудников. Они состояли при окружных судах.

Судебная палата по уголовным делам являлась: а) органом предания суду по
делам, подлежащим рассмотрению с участием присяжных заседателей и
сословных представителей; б) судом первой инстанции по подсудным ей
делам, подлежащим рассмотрению палатой с участием присяжных заседателей
или сословных представителей; в) апелляционной инстанцией по делам,
рассмотренным по первой инстанции окружным судом без участия присяжных
заседателей. Судебные палаты при рассмотрении дел в апелляционном
порядке заседали в составе профессиональных судей.

В Правительствующий Сенат в качестве кассационной инстанции поступали
дела, рассмотренные как мировыми судьями, так и общими судами. Основной
обязанностью Сената было рассмотрение дела с точки зрения «охраны силы
закона» и единообразия его применения на всей территории страны.

Помимо названных судов Устав и Учреждение предусматривали образование
Верховного уголовного суда для конкретного уголовного дела о
государственном преступлении по высочайшему повелению (так называемое
особое присутствие). Председателем суда назначался председатель
Государственного Совета, члены суда определялась из числа сенаторов и
сословных представителей по усмотрению императора. Предварительное
следствие по такому делу проводилось одним из сенаторов кассационного
департамента. Министр юстиции исполнял обязанности прокурора по
наблюдению за следствием и поддерживал обвинение в суде. Приговор
Верховного уголовного суда обжалованию не подлежал, но осужденный мог
возбудить ходатайство о помиловании перед верховной властью.

Кроме рассмотренных судебных установлений, в России действовали
духовные, военные, морские, коммерческие, крестьянские, станичные,
инородческие, сиротские суды. Судопроизводство в этих судах
осуществлялось в соответствии с книгой третьей Устава об изъятиях из
общего порядка уголовного судопроизводства.

Глава IV. Исторический очерк развития уголовного процесса в России

71

§ 7. Уголовный процесс советского периода

Сразу же после Октябрьской революции Советское правительство приступило
к созданию новых органов власти, включая суды. Преобразования произошли
и в уголовном судопроизводстве. Декретом о суде № 1 были упразднены все
судебные учреждения России (окружные суды, судебные палаты и
правительствующий сенат, военные и морские суды всех наименований,
коммерческие суды, институты судебных следователей, прокурорского
надзора, присяжной и частной адвокатуры). Вводился местный суд в составе
постоянного судьи и двух очередных заседателей; устанавливалась
выборность судей, коллегиальность в рассмотрении дел, кассационное
обжалование вместо апелляции. К обвинению и защите допускались все
граждане, пользующиеся гражданскими правами; на предварительном
следствии допускались обвинитель и защитник. Производство
предварительного следствия возлагалось на местного судью, постановления
которого о задержании и предании суду подлежали подтверждению местным
судом. Для борьбы с контрреволюцией и саботажем учреждались рабочие и
крестьянские революционные трибуналы в составе одного председателя и
шести очередных заседателей1.

Декрет о суде № 2 содержал ряд положений о судопроизводстве:
устанавливался принцип национального языка судопроизводства; суду
предоставлялось право допускать любые доказательства без формальных
ограничений; принесение присяги свидетелями отменялось, они
предупреждались об ответственности за ложное показание; предварительное
следствие по наиболее сложным делам возлагалось на следственные
комиссии; судам разрешалось руководствоваться судебными уставами 1864г.,
если они не противоречили декретам ЦИК и правосознанию трудящихся
классов2.

Декрет о суде № 3 к подсудности местных народных судов относил все
уголовные дела, за исключением дел о посягательствах на жизнь, об
изнасиловании, разбое, бандитизме, фальшивомонетничестве, взяточничестве
и спекуляции. Эти дела подлежали рассмотрению окружными народными
судами. Для разбирательства кассационных жалоб на приговоры окружных
судов декретом учреждался Кассационный суд в Москве. На осужденных к
лишению свободы возлагалась обязанность возмещать судебные издержки и
издержки по содержанию под стражей3.

Ряд вопросов советского правосудия и уголовного судопроизводства
разрешался в инструкциях и положениях, принятых в 1917-1920 гг.

..См.: СУ. 1917. №4. Ст. 50. ~ См.: СУ. 1918. № 26 Ст. 420. См.: СУ.
1918. №52. Ст. 589.

72

Раздел I. Общие положения

В 1922 г. предпринимается кодификация законодательства о
судопроизводстве и судоустройстве. Были утверждены: 25 мая 1922г.-
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, 26 мая 1922 г. – Положение об
адвокатуре, 28 мая 1922 г. – Положение о прокурорском надзоре, а 15
февраля 1923 г. -Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР в новой редакции1,
который действовал до 1 января 1961 г.

Уголовно-процессуальные кодексы советского периода восприняли
значительную часть положений Устава уголовного судопроизводства России.
Однако не был воспринят либерально-демократический дух Устава, а многие
из воспринятых из Устава положений в жизни не реализовывались. Более
того, УПК РСФСР при производстве по некоторым категориям дел действовал
не в полной мере или не применялся вообще. Огромное число людей
подверглись репрессиям без соблюдения каких-либо процессуальных норм на
основе постановлений Особого совещания, «троек» и «двоек» НКВД.
Верховный Суд РФ до последнего времени рассматривал дела о реабилитации
невиновных2. Однако нельзя отрицать и то, что все уголовные дела о так
называемых общеуголовных преступлениях и значительная часть дел о
«контрреволюционных преступлениях» расследовались и рассматривались по
нормам действовавших тогда уголовно-процессуальных кодексов.
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1923 г. действовал 37 лет, УПК
РСФСР 1960 г. действовал почти 42 года. Первый из названных УПК почти не
изменялся, а если изменялся, то только в целях усиления репрессии,
например, путем лишения прав подсудимых на обжалование приговоров (Закон
1934 г.). Последний же изменялся более 400 раз, не считая его корректив,
которые фактически осуществлялись Конституционным Судом Российской
Федерации. Внесенные в УПК РСФСР 1960 г. изменения в большинстве своем
объясняются ориентацией на стандарты ООН в области правосудия, на
общепринятые в цивилизованных странах правилах процедуры расследования и
рассмотрения уголовных дел. Поэтому в связи с изменением общественных
отношений в начале 90-х гг. прошлого века в России возникла
необходимость разработки проекта нового уголовно-процессуального закона.

I

‘ См • СУ. № 20-21. Ст. 230; № 36. Ст. 424-425; 1923. № 7. Ст. 106.

2 См.: Кудрявцев В. Н., Трусов А. И. Политическая юстиция СССР. М, 2000.

Глава V. Конституционные принципы уголовного процесса

§ 1. Понятие и система конституционных принципов уголовного процесса

В общем виде конституционные принципы уголовного процесса можно
рассматривать как закрепленные в Конституции Российской Федерации
основополагающие правовые идеи, определяющие построение всего уголовного
процесса, его сущность, характер и демократизм. Они составляют базу,
фундамент всего уголовного процесса.

Конституционные принципы, чтобы быть воплощенными в ткань реально
функционирующего уголовного судопроизводства, должны быть опосредованы в
отраслевом законодательстве. Применительно к уголовно-процессуальному
праву это означает их включение в УПК, притом не только путем
воспроизведения в его нормах, но и посредством развития и конкретизации
с учетом специфики их реализации в отдельных стадиях уголовного
судопроизводства. И хотя Конституция РФ (ч. 1 ст. 15) предусмотрела
прямое действие ее норм, все же в большей или меньшей степени
нормы-принципы, содержащиеся в ней, нуждаются в установлении механизма
их реализации применительно к отдельным стадиям и институтам уголовного
процесса.

Сформулированные в соответствии с господствующими в обществе
представлениями о наиболее рациональных и справедливых формах
осуществления правосудия по уголовным делам конституционные принципы в
своей взаимосвязи образуют систему, ту единую цепь, каждое звено которой
характеризует отдельную сторону или грань уголовного процесса.
Рассматривая все звенья этой цепи в единстве, можно уяснить сущность
российского уголовного процесса в целом.

Принципы права не только отражают господствующие в обществе правовые
взгляды, идеи, но и формулируют определенные требования, адресованные
участникам правовых отношений: судьям, прокурорам и защитникам,
обвиняемым и потерпевшим, истцам и ответчикам.

Действующая Конституция провозгласила Россию демократическим
федеративным правовым государством с республиканской формой правде-

74

Раздел I. Общие положения

ния (ст. 1). Из этого положения вытекают другие конституционные
установления: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью.
Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина
-обязанность государства» (ст. 2). Воплощение этих положений в жизнь
означает, что государство и право существуют прежде всего и главным
образом для человека, реально отражают потребности членов общества и
защищают и оберегают их. Эта гуманистическая ориентация Конституции РФ
нашла адекватное воплощение и в установленных ею принципах уголовного
процесса.

К системе конституционных, как представляется, относятся следующие
принципы уголовного процесса: законность; публичность; осуществление
правосудия только судом; независимость судей; всеобщее равенство перед
законом и судом; неприкосновенность личности; уважение чести и
достоинства личности; тайна переписки, телефонных и иных переговоров,
почтовых, телеграфных и иных сообщений; охрана прав человека и
гражданина; неприкосновенность жилища; презумпция невиновности;
обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту;
состязательность сторон; гласность; непосредственность и устность
судебного разбирательства; язык уголовного судопроизводства; право на
обжалование процессуальных действий и решений.

Указанные принципы уголовного процесса в полной мере действуют в стадии
судебного разбирательства. На стадии предварительного следствия и
дознания некоторые из них не действуют или действуют в ограниченных
пределах. Если основная часть (группа) принципов в полной мере действует
во всех стадиях процесса, то некоторая их часть реализуется главным
образом в суде. Это не означает, что следователи и дознаватели не должны
учитывать последние в ходе ведения дела на дознании и предварительном
следствии. Прогнозируя результаты рассмотрения дела в суде, они,
конечно, должны учитывать принципы и условия (устность,
непосредственность, состязательность, непрерывность) деятельности суда.
Кроме того, многие принципы, условно отнесенные нами ко второй группе,
реализуются при решении процессуальных и материально-правовых вопросов в
стадии исполнения приговора.

§ 2. Принцип законности

Законность – универсальный общеправовой принцип, который нашел свое
нормативное воплощение в многочисленных статьях действующей Конституции
РФ. Общие предпосылки законности содержатся уже в ст. 1 Конституции,
объявившей Россию демократическим федеративным правовым государством.
Статья 4 категорически подтверждает верховенство Конституции и
федеральных законов на всей территории России. Универсальный характер
общеправового принципа законности подтверждает и ст. 15 Конституции РФ.
В Конституции немало других статей, со-

Глава V. Конституционные принципы уголовного
процесса_______________________75

держащих требования законности или направленных на ее обеспечение. Они,
естественно, относятся к уголовному судопроизводству.

Реализуя свои исключительные полномочия судебной власти, суд
осуществляет правосудие на основе закона и в соответствии с законом. Он
не только сам должен строго соблюдать закон, но и обязан обеспечить
деятельность сторон в соответствии с предоставляемым им законом правами
и обязанностями.

Применительно к стадии предварительного расследования выполнение
требований законности означает точное исполнение законов властными
субъектами (следователем, дознавателем, прокурором, судом); другими
участниками предварительного расследования (подозреваемыми, обвиняемыми,
потерпевшими, гражданским истцом, гражданским ответчиком, их защитниками
и представителями); субъектами, осуществляющими ведомственный контроль
за соблюдением законов (начальник следственного отдела), прокурорский
надзор (прокурор) и судебный контроль (суд). Не случайно в ст. 7 УПК
указано, что нарушение УПК судом, прокурором, следователем, органом
дознания и дознавателем в ходе судопроизводства влечет признание
недопустимыми полученных таким путем доказательств.

Состояние законности при регулировании общественных отношений в суде, на
дознании и предварительном следствии (как и в уголовном процессе вообще)
обусловлено наличием надлежащей правовой базы в виде системы законов.

Наличие добротных законов – это фундамент законности, но еще не сама
законность. Принцип законности в уголовном судопроизводстве направлен на
неуклонное исполнение и соблюдение законов всеми участниками
общественных отношений, на обеспечение такого поведения граждан и
деятельности государственных органов, которые соответствовали бы
требованиям норм права.

Для следователей и органов дознания соблюдение требований законности
означает прежде всего обеспечение производства быстрого и полного
раскрытия и расследования преступлений; проведение всех необходимых
действий по собиранию и исследованию доказательств в строгом
соответствии с законом. В этих целях в УПК тщательно регламентировано
производство всех допустимых законом процессуальных действий и
процессуальных решений. При этом они должны точно соблюдать требования
не только уголовно-процессуального, но и уголовного закона.

Требование точного соблюдения и исполнения законов при производстве
предварительного расследования, как и в других стадиях уголовного
процесса, адресуется не только субъектам, осуществляющим производство по
делу, но и вовлеченным в сферу уголовного судопроизводства гражданам, их
защитникам и представителям, экспертам, специалистам и др. При этом,
чтобы граждане имели возможность своевременно вступить в уго-

76

Раздел I. Общие положения

ловно-процессуальные отношения, следователь и другие субъекты, ведущие
производство по делу, обязаны:

а) своевременно принять решения о вступлении (допуске) их к участию в
деле (например, вынести постановления о привлечении в качестве
обвиняемого, о признании лица потерпевшим и т. п.);

б) разъяснить им принадлежащие права и обязанности;

в) обеспечить возможность реализации этих прав.

Законность – это принцип, сфера действия которого предельно широка. Он
относится ко всем стадиям и институтам уголовного процесса, ко всем его
субъектам, распространяется на все действия и процессуальные решения,
характеризует все грани процессуальной деятельности и процессуальных
отношений, пронизывает все другие принципы и в значительной мере
способствует их фактической реализации.

§ 3. Принцип публичности

Публичность как принцип уголовного процесса прежде всего означает, что
прокурор, следователь, орган дознания, дознаватель обязаны в пределах
своей компетенции возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения
признаков преступления и принять предусмотренные законом меры к
установлению события преступления, лиц, виновных в совершении
преступления, и к их изобличению (ч. 2 ст. 21 УПК).

Хотя сущность указанного принципа сформулирована в УПК, исходную
правовую базу его действия можно обнаружить в Конституции Российской
Федерации (ст. 2, 15, 17, 18, 46).

Действуя во всех стадиях уголовного процесса, этот принцип получил
нормативное выражение не только в ст. 21 УПК. В частности, он находит
воплощение в ст. 20-28, 37-41, 73 и др. При этом в приведенных и других
статьях УПК выражено государственное начало как основа деятельности в
сфере уголовного судопроизводства.

В зависимости от характера, форм и задач различных стадий уголовного
процесса этот принцип по-разному проявляет свое действие. В стадии
возбуждения уголовного дела он проявляется в том, что компетентные
государственные органы (прежде всего органы дознания и следователи) в
силу своих обязанностей при наличии признаков преступления обязаны
возбудить уголовное дело, не связывая свои действия с усмотрением
пострадавшего и других заинтересованных лиц (кроме дел частного и
частно-публичного обвинения, возбуждаемых, как правило, по жалобе
потерпевшего). Не случайно среди законных поводов к возбуждению
уголовного дела законодатель указывает непосредственное обнаружение
органом дознания, следователем, прокурором признаков преступления (ст.
143 УПК).

Обязывая государственные органы возбуждать уголовные дела, не ожидая
просьбы об этом лиц, пострадавших от преступлений, иных граждан и

Глава V. Конституционные принципы уголовного
процесса_______________________77

организаций, закон тем самым предписывает правоохранительным органам
действовать в интересах граждан и всею общества, объективно
заинтересованных в обеспечении эффективной борьбы с преступностью.

Закон обязывает также следователей, органы дознания и других должностных
лиц принимать заявления и сообщения о преступлениях, рассматривать их и
сообщать заявителям о принятых решениях (ст. 144,145 УПК).

В ходе расследования следователь и дознаватель должны инициативно
осуществлять ход расследования; проводить необходимые следственные
действия, не ожидая ходатайств об этом обвиняемого, потерпевшего,
защитника, других участников уголовного процесса; стремиться к
установлению истины по делу. Сказанное, однако, не означает, что
следователь или дознаватель не обязаны реагировать на ходатайства и
заявления участников процесса. Напротив, они обязаны их немедленно
рассмотреть. Более того, они не вправе отказать указанным участникам
процесса в удовлетворении ходатайств о производстве следственных
действий, если обстоятельства, об установлении которых они просят, могут
иметь значение для дела.

Независимо от воли участников процесса, следователь решает вопросы:
привлечения лица в качестве обвиняемого (ст. 171-172), признания лица
потерпевшим (ст. 42), проведения различных следственных действий и
принятия решений.

Нельзя, однако, утверждать, что в уголовном процессе вообще отсутствует
диспозитивное начало. Ограничение действия публичности находит
проявление и в ряде норм УПК. Например, согласно закону с согласием
обвиняемого связана возможность прекращения дела на основании акта
амнистии или истечения срока давности (ч. 2 ст. 27). Наконец,
традиционное ограничение действия принципа публичности проявляется в
установлении особого порядка решения вопроса о возбуждении и дальнейшего
производства по делу частного обвинения, как правило, в зависимости от
воли потерпевшего (ч. 2 ст. 20 УПК). Расширение сферы действия
диспози-тивного начала предопределила ст. 76 нового УК РФ, допустившая
возможность прекращения дела судом ввиду примирения лица, совершившего
преступление небольшой тяжести, с потерпевшим (ст. 25 УПК).

Расширение действия диспозитивного начала в уголовном судопроизводстве
означает усиление внимания законодателя к правам, свободам и интересам
гражданина, стремлениями сочетать в уголовно-процессуальной деятельности
интересы личности, общества и государства при определяющей роли
публично-правового начала уголовного судопроизводства.

§ 4. Принцип осуществления правосудия только судом

Правосудие по уголовным, гражданским, административным Делам в
соответствии с Конституцией РФ может осуществлять только суд (ст. 118).
Применительно к правосудию по уголовным делам Конституция

78

Раздел I. Общие положения

устанавливает, что лицо может быть признано виновным лишь приговором
суда (ст. 49). Статья 8 УПК, находящаяся в соответствии с приведенными
положениями, указывает на то, что только суд в своем приговоре может
признать лицо виновным в совершении преступления, а также подвергнуть
его уголовному наказанию.

Но Конституция не только определяет исключительные полномочия суда в
осуществлении правосудия, но и устанавливает порядок назначения
федеральных судов первого и второго звеньев Президентом РФ, а судей
высшего звена по его представлению – Советом Федерации РФ (п. «е» ст.
83, п. «ж» ст. 102). Необходимо к тому же принять во внимание
установление Конституцией РФ правила о несменяемости и
неприкосновенности судей (ст. 121, 122). Эти и другие положения
свидетельствуют о том, что Конституция не только провозгласила
самостоятельность судебной власти (ст. 10), но и предусмотрела правовые
средства обеспечения независимости судей.

Суду предоставлены исключительные полномочия по осуществлению правосудия
потому, что ни один другой государственный орган не обладает такими
возможностями, как суд, для принятия решения на основе
непосредственного, полного и объективного исследования обстоятельств
дела в условиях гласного и устного судебного разбирательства при
обеспечении состязательности и равноправия сторон. При этом законом
предусмотрено, что подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение
его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которого оно
отнесено УПК (ч. 3 ст. 8 УПК).

В соответствии с нормами УПК, например, в стадии судебного
разбирательства находит наиболее полную реализацию вся система принципов
судопроизводства и правосудия. В этой стадии уголовного судопроизводства
более широкие права, чем на других этапах процесса, предоставлены
обвиняемому (подсудимому), его защитнику и законному представителю,
потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику и их
представителям. Все это обеспечивает именно суду наибольшие возможности
для установления объективной истины и вынесения справедливого приговора.
При этом в законе установлено, что приговор суда может быть изменен или
отменен только вышестоящим судом по основаниям, перечисленным в
уголовно-процессуальном законе.

В своих выводах суд не связан не только мнениями следователя,
проводившего предварительное расследование, или прокурора, утвердившего
обвинительное заключение и осуществляющего уголовное преследование в
судебном разбирательстве, но и доказательствами, собранными на
предварительном следствии и представляемыми суду. В результате судебного
разбирательства суд может вынести обвинительный или оправдательный
приговор. Обвинительный приговор суд не обязательно выносит по тому
обвинению, которое сформулировано в обвинительном заключении. Одна-

§ 5. Принцип независимости судей

ст. 120 конституции РФ о ~ )- °
необх°Димо отметить

сти суЯеГ^ДТ^*™™РШ ВЫраЖеМ СУТЬ “P«a независимо-

С°СТОИТ В -ланий для судей

быть обе^на если cv^Z ^^^ независ™ости судей может на него со
сторонГтолько Т^” °Т КаКОГ°-либ° воздействия, давления тельность
судебной власти ппи ‘^ М°Жет бЫТЬ реальной -й ояреде^^

80

Раздел I. Общие положения

Глава V. Конституционные принципы уголовного процесса

81

вующего его высокому статусу; з) обеспечение особой защиты государством
не только судье, но и членам его семьи, а также имуществу.

К гарантиям независимости судей, помимо перечисленных, следует отнести
установление специального порядка назначения судей и их несменяемость
(п. «е» ст. 83, п. «ж» ст. 102, ч. 1 ст. 121 Конституции РФ; ст. 11
Закона о статусе судей).

Проблема обеспечения независимости судей присутствует не только вне
уголовного процесса, но и в нем самом, так сказать, внутри
судопроизводства, поскольку существует опасность влияния или давления на
судей со стороны председательствующего или других судей, входящих в
судейскую коллегию. Для нейтрализации указанных негативных факторов УПК,
в частности, предусматривает постановление приговора в специальном
помещении – совещательной комнате; во время совещания судей (которое
проводится при соблюдении его в тайне) в совещательной комнате могут
находиться лишь судьи, входящие в состав суда по данному делу;
присутствие иных лиц не допускается (ч. 1 ст. 298 УПК). При этом в ходе
совещания судей председатель (в коллегии присяжных – их старшина) подает
свой голос последним (ч. 2 ст. 301; ч. 4 ст. 342).

Судьям запрещается разглашать суждения, имевшие место во время
совещания. Соблюдение этих требований обеспечивается тем, что нарушение
тайны совещания судей признано обстоятельством, влекущим отмену
приговора (п. 8 ч. 2 ст. 381 УПК).

Закрепление в законе принципа независимости судей служит осуществлению
судами законности, объективному и беспристрастному выполнению задач
правосудия.

§ 6. Принцип всеобщего равенства перед законом и судом

Согласно ч. 1 ст. 19 Конституции РФ все равны перед законом и судом. В
ч. 2 указанной статьи приведенное положение раскрыто и конкретизировано.
Его сущность состоит в том, что равенство прав и свобод человека и
гражданина гарантируется независимо от пола, расы, национальности,
языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места
жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к
общественным организациям, других обстоятельств.

В такой интерпретации рассматриваемый общеправовой принцип в полной мере
распространяется на правосудие и уголовное судопроизводство, действуя во
всех стадиях уголовного процесса. Следовательно, равенство граждан
распространяется не только на отношения гражданина с судом, но и с
дознавателем, следователем, прокурором. Процессуальное положение
гражданина определяется не имущественными, социальными или иными
факторами, а тем, субъектом каких прав он является: гражданского истца,

потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, защитника, свидетеля и т. п.
В границах установленных законом процессуальных прав и обязанностей для
того или иного субъекта каждый гражданин, вовлеченный в сферу уголовного
судопроизводства, вступает в различные процессуальные отношения,
реализуя принадлежащие ему субъективные права и выполняя субъективные
обязанности.

Принцип равенства граждан перед законом и судом одновременно связан с
положением о едином суде и единстве права. Положение о едином суде
означает, что в государстве нет судов, предоставляющих привилегии
определенным лицам либо основанных на дискриминации. Установленная
Конституцией и Федеральным конституционным законом «О судебной системе
Российской Федерации» судебная система является единой: для всех граждан
имеются одни и те же суды.

Положение о единстве права также представляет собой одно из требований
подлинного демократизма. Оно означает единство законодательства,
применение единой системы права в правосудии.

Установленное ст. 19 Конституции РФ положение о равенстве всех перед
законом и судом базируется на рекомендациях, содержащихся в ст. 7 и 8
Всеобщей декларации прав человека. Но ст. 8 названной декларации оказала
влияние на формулировку не только ст. 19, но и ст. 46 Конституции. РФ,
гарантирующей каждому судебную защиту своих прав и свобод. Сопоставляя
содержание ст. 19 и ст. 46 Конституции, нетрудно заметить между ними
связь, так как первая из этих статей провозглашает равенство, а вторая
представляет собой важнейшее правовое средство обеспечения того, что
устанавливает первая из упомянутых статей.

Надо признать, что в отступление от общих правил в действующем
законодательстве установлен ряд положений, которыми предусмотрен особый
порядок привлечения к уголовной ответственности депутатов, судей,
прокурорских работников и некоторых других должностных лиц. Он
преследует цель не установления привилегий для этих лиц, а создание
гарантий для успешного осуществления их деятельности (депутатской,
судейской и т. п.), ограждения их от искусственного создания препятствий
к исполнению служебных обязанностей. В случае привлечения указанных лиц
к ответственности они наделяются обычными процессуальными правами того
или иного субъекта (обвиняемого, подсудимого и т. п.).

§ 7. Неприкосновенность личности

Неприкосновенность личности, являясь принципом уголовного процесса,
базируется на положениях ст. 22 Конституции РФ.

Сформулированная в соответствии со ст. 9 Международного пакта о
гражданских и политических правах и ст. 5 Конвенции о защите прав чело-

82

Раздел I. Общие положения

века и основных свобод, ст. 22 Конституции Российской Федерации
устанавливает, что:

1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

2. Арест, заключение под стражу допускается только по судебному решению.
До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок
более 48 часов.

Смысл ч. 2 ст. 22 Конституции состоит в том, что только суду вверяется
право на ограничение личной неприкосновенности человека и гражданина.

Мера пресечения в виде заключения под стражу по действующему УПК может
быть применена в отношении подозреваемого или обвиняемого не иначе как
по судебному решению (ст. 10, 108 УПК). При этом применена она, как
правило, может быть лишь по делам о преступлениях, за которые законом
предусмотрена мера наказания в виде лишения свободы на срок свыше 2 лет,
а в исключительных случаях – до 2 лет лишения свободы. В законе прямо
указано, что собой представляют эти «исключительные случаи»: 1)
подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на
территории России; 2) его личность не установлена; 3) им нарушена ранее
избранная мера пресечения; 4) он скрылся от органов предварительного
расследования или от суда (ч. 1 ст. 1-8 УПК). А в отношении
несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого заключение под стражу
в качестве меры пресечения применяется, как правило, только в том
случае, если он подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или
особо тяжкого преступления.

В УПК жестко установлено, что никто не может быть задержан по подозрению
в совершении преступления или заключен под стражу при отсутствии
оснований, предусмотренных законом (ч. 1 ст. 97 УПК).

Устанавливая традиционные для российского уголовно-процессуального
законодательства основания задержания (ст. 91 УПК), действующий УПК
несколько расширил условия задержания лица при наличии иных данных для
подозрения лица в совершении преступления (ч. 2 ст. 91 УПК). Кроме того,
законом предусмотрено, что по истечении 48 часов с момента задержания
подозреваемый подлежит освобождению, если в отношении его не была
избрана мера пресечения в виде заключения под стражей либо суд не
отложил окончательное принятие решения. В этих случаях судья по
ходатайству стороны не более чем на 72 часа может продлить срок
задержания (п. 3 ч. 6 ст. 108 УПК).

Предусматривая основания, условия и порядок задержания и заключения лица
под стражей, законодатель однозначно обязывает суд, прокурора и органы
расследования немедленно освободить всякого незаконно задержанного, или
лишенного свободы, или незаконно помещенного в медицинский или
психиатрический стационар, или содержащегося под стражей свыше срока,
предусмотренного УПК (ч. 2 ст. 10).

Глава V. Конституционные принципы уголовного
процесса________________________83

§ 8. Уважение чести и достоинства личности

Конституция РФ установила, что достоинство личности охраняется
государством. При этом в ст. 21 специально подчеркнуто: «Никто не должен
подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому и унижающему
человеческое достоинство обращению или наказанию». На конституционном
уровне сформулировано соответствующее международным стандартам положение
о праве каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную
тайну, защиту своей чести и доброго имени. Конституция не ограничилась
констатацией права гражданина и человека на тайну переписки, телефонных
переговоров, почтовых и телеграфных сообщений, но и установила, что
ограничение этого права допускается только на основании судебного
решения (ст. 23). Конституция определила также, установлено, что сбор,
хранение, использование и распространение информации о частной жизни
лица без его согласия не допускаются (ст. 24).

Необходимо подчеркнуть, что перечисленные конституционные положения
выходят за пределы регулирования уголовно-процессуальных отношений,
возникающих в ходе предварительного следствия и дознания, а также в
судебных стадиях судопроизводства. Они вообще выходят за пределы
действия уголовно-процессуального права.

Воспринимая приведенные и иные конституционные установления,
законодатель применительно к регулированию общественных отношений в
сфере уголовного судопроизводства однозначно запретил осуществление
действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного
судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое
достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. В ст. 9
УПК, кроме того, подчеркнуто, что никто из участников уголовного
судопроизводства не может подвергаться насилию, пыткам, другому
жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Эти
требования обращены прежде всего к властным должностным лицам –
субъектам уголовно-процессуальных отношений, но не только к ним, а также
и к должностным лицам следственных изоляторов и мест лишения свободы, а
также ко всем органам исполнительной власти, обязанным оберегать
участников уголовного судопроизводства от посягательств других лиц.

В уголовно-процессуальном законе содержится много установлений,
направленных на охрану чести и достоинства личности. Это, в частности:
установление случаев возбуждения и дальнейшего движения уголовных дел с
учетом воли потерпевшего (ч. 2 и 3 ст. 20; ст. 25 УПК); запрещение
унижать честь и достоинство граждан при проведении освидетельствования
(ч. 4 и 5 ст. 179). В целях предотвращения разглашения сведений об

84

Раздел I. Общие положения

интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц закон допускает
проведение закрытых заседаний суда (ч. 2 ст. 214 УПК), считает возможным
ограничение гласности при проведении предварительного расследования (ч.
3 ст. 161), а также наделяет следователя правом при проведении
следственных действий предупреждать участвующих в них лиц о
недопустимости без его согласия разглашения данных предварительного
следствия. УПК возлагает на следователя обязанность принятия мер к тому,
чтобы не получили оглашения выявленные при обыске и выемке
обстоятельства интимной жизни лиц, в помещении которых были проведены
действия (ч. 7 ст. 182,ч. 2 ст. 183).

§ 9. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых,
телеграфных и иных сообщений

Право на тайну переписки и использование иных форм сообщений – одно из
конституционных прав человека и гражданина (ст. 23 Конституции РФ). Это
право представляет собою гарантию неприкосновенности общения человека с
другими людьми, а также является средством сохранения конфиденциальной
информации. Ограничение этого права согласно Конституции РФ допускается
только по судебному решению. Для того чтобы обеспечить исполнение
указанных предписаний (как в части обеспечения права на тайну, так и в
части ограничения этого права), требования закона адресуются не только
властным субъектам уголовно-процессуальных отношений (ст. 13, 185 УПК),
но и учреждениям связи (ст. 15 Федерального закона № 176-ФЗ «О почтовой
связи»1.

Суть наложения ареста на почтово-телеграфные отправления состоит в том,
что учреждение связи, основываясь на судебном решении, задерживает
почтово-телеграфные отправления, незамедлительно уведомляя об этом
следователя, без разрешения которого указанные отправления не могут быть
доставлены адресату.

Фактическим основанием для принятия решения об аресте
почтово-телеграфных отправлений являются достаточные данные, дающие
основания полагать, что имеющие значение для уголовного дела предметы,
документы или сведения могут содержаться в бандеролях, посылках,
почтово-телеграфных отправлениях и т. п.

В УПК нет перечня лиц, на корреспонденцию которых может быть наложен
арест. Это, однако, не означает, что арест может быть наложен на
корреспонденцию любого лица. Такой вывод не соответствовал бы поло-

1 СЗ РФ. 1999. № 29 Ст. 3697.

Глава V. Конституционные принципы уголовного
процесса_______________________85

жениям ст. 23 Конституции РФ, гарантирующей тайну переписки. Арест, как
представляется, может быть наложен лишь на корреспонденцию
подозреваемых, обвиняемых и связанных с ними лиц.

Как уже отмечалось, формальным основанием для наложения ареста на
указанные отправления является судебное решение. В исключительных
случаях арест на указанные объекты может быть наложен на основании
постановления следователя без получения судебного решения (ч. 5 ст. 165
УПК РФ).

§ 10. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном
судопроизводстве

Формально рассматриваемый принцип уголовного судопроизводства
провозглашен ст. 11 УПК. Однако столь глобальный конституционный
принцип, оказавший громадное влияние на формирование и построение всего
уголовного судопроизводства, конечно, не может быть исчерпывающим
образом воплощен в одной статье УПК. Различные грани действия принципа
охраны прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве
отражены не только в ряде статей 2 главы УПК, но и во многих других
статьях общих положений кодекса, а также в главах, посвященных
регулированию общественных отношений на разных этапах судопроизводства.
В рамках же ст. 11 УПК представлены лишь общие предпосылки, важные для
обеспечения прав и обязанностей граждан, вовлеченных в
уголовно-процессуальные отношения в разных стадиях уголовного процесса.

Предпосылкой реализации своих прав любым человеком и гражданином,
вовлеченным в сферу уголовного судопроизводства, является знание им
своих процессуальных прав, обязанностей и ответственности. Поэтому в
законе особо подчеркивается необходимость разъяснения участникам
уголовного судопроизводства их прав и обязанностей.

Знаменательно, что обязанность разъяснять участникам уголовного
судопроизводства их процессуальные права, обязанности и ответственность
закон возлагает на всех субъектов уголовно-процессуальных отношений,
ответственных за ведение дела (суд, прокурор, следователь и т. п.).

Безусловно важным является положение части 2 ст. 11 УПК, в соответствии
с которым дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны предупредить
обладающих свидетельским иммунитетом лиц, давших согласие дать
показания, что их показания могут быть использованы в качестве
доказательств по уголовному делу. Это положение, основанное на
положениях ст. 51 Конституции РФ, имеет значение как для обеспечения
нрав граждан, так и для осуществления процесса доказывания.

86

Раздел I. Общие положения

Последующие положения ст. 11 УПК направлены на обеспечение применения
специальных мер безопасности при наличии угрозы участникам процесса, их
родственникам и имуществу. И, наконец, в части 4 ст. 11 УПК законодатель
счел возможным специально обратить внимание на то, что вред, причиненный
лицу в результате нарушения его прав и свобод (в том числе властными
субъектами (должностными лицами), осуществляющими уголовное
преследование), подлежит возмещению.

§ 11. Неприкосновенность жилища

Требование неприкосновенности жилища, содержащееся в ст. 25 Конституции
РФ, носит универсальный характер и в полной мере относится к сфере
общественных отношений, регулируемых уголовно-процессуальным правом.
Поэтому, основываясь на указанных конституционных положениях, УПК
устанавливает, что осмотр жилища производится только с согласия
проживающих в нем лиц или на основании судебного решения (ч. 1 ст. 12).
Именно в том и состоит принцип неприкосновенности жилища, что
проникновение в него возможно с соблюдением при выполнении этого
действия хотя бы одного из двух указанных условий. Заметим, что согласие
на проникновение могут дать собственники жилья или лица, пользующиеся им
на законном основании, т. е. при наличии документов, подтверждающих
аренду, найм, поднаем жилого помещения и пр. Лица, занимающие жилое
помещение противоправно (самовольное заселение построенного жилого дома
без ордера, выданного местной администрацией; заселение без
соответствующего разрешения освободившейся комнаты в коммунальной
квартире, и т. п.), не вправе претендовать на действие в отношении них
гарантий, предусмотренных

ст. 25 Конституции.

Обыск и выемка в жилище могут производиться по общему правилу, только на
основании судебного решения (ч. 2 ст. 12 УПК). В исключительных случаях,
когда производство осмотра жилища, обыска или выемки в нем не терпит
отлагательства, указанные действия могут быть произведены на основании
постановления следователя без получения судебного решения. Судья и
прокурор уведомляются об этом в течение 24 часов с момента начала
производства следственного действия (ч. 5

ст. 165 УПК).

Приведенные положения позволяют сделать вывод, что ст. 25 Конституции РФ
и ст. 12 УПК не только установили в рассматриваемом случае общее
правило, но и ограничили его действие.

Каждый, считая незаконными действия должностных лиц, нарушающие
неприкосновенность жилища, вправе обжаловать их в суд (ст. 46
Конституции РФ), а при определенных условиях обратиться в суд с иском о
ком-

Глава V Конституционные принципы уголовного
процесса________________________87^

пенсации причиненного морального вреда. Нарушение неприкосновенности
жилища может вызвать уголовно-правовые последствия (ч. 1-3 ст. 139 УК
РФ).

§ 12. Презумпция невиновности

Базируясь на ст. 49 Конституции РФ, УПК РФ (ст. 14) определяет
презумпцию невиновности как принцип уголовного процесса следующим
образом:

«1. Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении
преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом
порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

2. Подозреваемый и обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность.
Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту
подозреваемого и обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть
устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в его
пользу.

4. Обвинительный приговор не может быть основан на
предположениях».

Трактовка презумпции невиновности, данная в ч. 1 ст. 14 УПК РФ,
соответствует положениям Всеобщей декларации прав человека (ст. 11),
Международного пакта о гражданских и политических правах (ст. 14).
Текстуальное несовпадение некоторых положений ст. 14 УПК со ст. 49
Конституции РФ не свидетельствуют об их противоречивости. Отраслевой
закон не может сузить сферу действия конституционных предписаний, но
может, сообразно смыслу конституционных установлений, как бы раздвинуть
их действие, как это он сделал, например, в ч. 2 ст. 14 УПК, указав, что
не только обвиняемый, но и подозреваемый не обязаны доказывать свою
невиновность. Столь же правомерным является усиление гарантий прав
личности в предписаниях ч. 2 ст. 14. когда они не только освобождают
(вслед за Конституций РФ) обвиняемого от обязанности доказывать свою
невиновность, но и возлагают бремя доказывания на обвинителя. На
усиление действия конституционного положения о презумпции невиновности
направлена и ч. 4 ст. 14 УПК.

Презумпция невиновности оберегает от преждевременного признания
виновности в совершении преступления лица, в отношении которого вынесено
постановление о привлечении его в качестве обвиняемого. Поэтому она
адресована прежде всего органам расследования и суду, но не только. Она
обязательна и для всех других учреждений, организаций и граждан.

88

Раздел /. Общие положения

Глава V. Конституционные принципы уголовного процесса

89

Применение законом формулы «…обвиняемый считается
невиновным…» не означает, что Конституция фактически исключает
виновность обвиняемого. Более того, поскольку следователь может вынести
постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого только при его
подтверждении имеющимися в деле доказательствами, вынося это
постановление, он, естественно, уверен в виновности лица. Вот почему в
законе нельзя указать о невиновности обвиняемого, но можно
констатировать, что он считается невиновным. Тем самым законодатель как
бы предполагает, допускает возможность виновности лица, но указывает,
что этого недостаточно, чтобы признать его виновным, поэтому и завершает
начатую в приведенном положении закона мысль словами «пока его
виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом
порядке и установлена вступившим в законную силу приговором».
Следовательно, не отвергая возможной виновности лица в совершении того,
в чем его обвиняют, Конституция и УПК РФ требуют доказать это по
существующим уголовно-процессуальным правилам, а вывод о виновности
оставляют возможность сделать только суду и только в приговоре, который
к тому же еще должен обрести законную силу. Если же достаточных
доказательств в подтверждение виновности не собрано, не может быть
вынесен обвинительный приговор (ч. 4 ст. 302 УПК). В связи с этим в ч. 3
ст. 14 УПК указано, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые
не могут быть устранены в порядке, установленном УПК, толкуются в его
пользу.

Сказанное позволяет сделать вывод: презумпция невиновности – объективная
категория, но она опровержима. Опровергнута же она может быть только
доказательствами, полученными, проверенными и оцененными в установленном
законом порядке.

Общепризнано, что презумпция невиновности распространяется не
только на обвиняемого, но также на подозреваемого, подсудимого и
осужденного (в отношении последнего, по меньшей мере, – до вступления
приговора в законную силу). Подтверждение этому имеется в ряде
процессуальных норм. Развивая конституционные положения, законодатель
устана-вил (ч. 2 ст. 14 УПК), что не только обвиняемый, но и
подозреваемый не обязаны доказывать свою невиновность. УПК предписал,
что бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в
защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Это
очень важно, так как доказать невиновность лицу нередко не только
трудно, но порой даже и невозможно. Поэтому обязанность доказывания
обвинения лежит на том, кто обвиняет лицо, кто подозревает его в
совершении преступления, кто осуществляет уголовное преследование. В то
же время в УПК подчеркнуто, что: а) все сомнения в виновности
обвиняемого, которые не могут быть устранены в установленном УПК
порядке, толкуются в пользу обви-

няемого (ч. 3 ст. 14); б) обвинительный приговор не может быть основан
на предположениях (ч. 4 ст. 14).

Наряду с этими положениями в УПК представлено связанное с ними и не
менее важное предписание, запрещающее жестокое или унижающее
человеческое достоинство обращение с участниками уголовного
судопроизводства (ч. 2 ст. 9 УПК). В не меньшей степени увязано с
презумпцией невиновности правило, согласно которому признание обвиняемым
своей вины в совершении преступления может быть положено в основу
обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся
по уголовному делу доказательств (ч. 2 ст. 77 УПК).

Становление презумпции невиновности как конституционного принципа
уголовного процесса и правосудия имеет важное юридическое и нравственное
значение. Установление этого принципа в Конституции имеет большое
значение не только для практики расследования и судебного рассмотрения
уголовных дел, но и оказывает влияние на проходящий в ходе судебной
реформы процесс обновления законодательства.

Встречающиеся суждения о том, что презумпция невиновности до принятия
новой Конституции в России отсутствовала, являются ошибочными.
Действительно, на столь высоком законодательном уровне презумпция
невиновности представлена в 90-х гг. XX в. Но как принцип уголовного
процесса она была признана задолго до этого в судебной практи^ ке1.
Положения, вытекающие из презумпции невиновности, нашли воплощение во
многих статьях УПК РСФСР 1960 г. (ст. 13, 19, 20, 77, 309 и др.). Однако
надо признать, что УПК РФ не только повторил и подтвердил положения ст.
49 Конституции РФ, но и существенно развил и конкретизировал их.

§ 13. Состязательность сторон

Конституция РФ установила, что судопроизводство осуществляется на основе
состязательности и равноправия сторон (ч. 3 ст. 123). Это
конституционное положение носит общий характер и относится ко всем
разновидностям судопроизводства (ч. 2 ст. 118). Применительно к
уголовному процессу нормативно-правовое содержание принципа
состязательности (ст. 15 УПК) включает следующие элементы: а) отделение
друг от друга функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела; б)
недопустимость возложения на один и тот же орган или на одно и то же
должностное лицо исполнение более одной функции; в) функции обвинения

1 Высший судебный орган страны аналогичную конституционной формулу
презумпции невиновности дал еще в июне 1978 г (См.- Сборник
постановлений Пленумов по уголовным делам С. 120)

90

Раздел I. Общие положения

Глава V Конституционные принципы уголовного процесса

91

и защиты осуществляют соответственно сторона обвинения и сторона защиты;
г) суд выполняет функцию разрешения уголовного дела и создает условия
для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления
предоставленных им прав; д) стороны обвинения и защиты равноправны перед
судом.

УПК РФ исходит из того, что состязательность как принцип уголовного
процесса действует не только в стадии судебного разбирательства, хотя
именно в правовых нормах, регулирующих эту стадию, наиболее полно и ярко
представлены положения, обеспечивающие действие указанного принципа (ст.
243, 244, 246, 248, 271, 278, 292 УПК). В определенной мере
состязательность действует на этапах предварительного слушания дела (ст.
229, 234, 235), апелляционного и кассационного производства (ст.
354-361, 363-366, 375, 377 УПК). В некоторых стадиях уголовного
судопроизводства нет предмета для действия этого принципа (стадии
возбуждения уголовного дела, исполнения приговора, возобновления
производства по уголовному делу ввиду новых и вновь открывшихся
обстоятельств).

Своеобразно решается вопрос о действии рассматриваемого принципа в
стадии предварительного расследования. С одной стороны, в ст. 15 УПК,
специально посвященной принципу состязательности, указывается на
действия сторон в связи с их правоотношениями с судом. С другой стороны,
законодатель группирует участников уголовного судопроизводства на
представителей стороны обвинения (ст. 37-45 УПК) и стороны защиты (ст.
46-55 УПК), включая в их число участников досудебного производства. Тем
самым как бы презюмируется действие состязательного начала на указанных
этапах. Но даже если бы удалось обеспечить участникам уголовного
судопроизводства (с одной и с другой стороны) равные процессуальные
права на данной стадии уголовного процесса, то от этого предварительное
расследование не обрело бы состязательную форму, так как часть субъектов
процессуальных отношений (прокурор, следователь, дознаватель) имеет не
только «права стороны», но и обладает правами на принятие процессуальных
решений (о прекращении дела или уголовного преследования, о
приостановлении дела, о проведении процессуальных действий и т. п.). А
это, согласно ст. 15 УПК, не соответствует требованиям состязательности
в ее «чистом виде» и в полной мере. Поэтому очевидно действие некоторых
элементов состязательности на дознании и предварительном следствии, но
нет оснований утверждать о действии на этих этапах принципа
состязательности в полной мере. Сказанное, однако, не мешает признать
состязательность сторон принципом уголовного судопроизводства вообще, а
не только стадии судебного разбирательства, основной и главной стадии
процесса. Прокурор, следователь, дознаватель, осуществляя производ-

ство по уголовному делу, уже на досудебных стадиях должны учитывать, что
в суде материалы дела будут подвергаться исследованию судом с участием
сторон в условиях состязательности.

§ 14. Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту

Обеспечение обвиняемому и подозреваемому права на защиту как принцип
уголовного процесса опирается на конституционные и
уголовно-процессуальные нормы. Статья 48 Конституции РФ гарантирует
каждому право на получение юридической помощи, в том числе и бесплатной,
в случаях, установленных законом; в ч. 2 этой статьи определяется момент
вступления защитника в уголовный процесс. Нормативная база для
осуществления защиты по уголовному делу содержится во многих нормах
Конституции (ст. 45-51), которые восприняты нормами УПК, а также
учитываются на практике при применении последних.

Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту складывается из
процессуальных средств, которые реально предоставлены в ходе
производства по делу указанным субъектам уголовного процесса для защиты
своих интересов от подозрения или обвинения. В связи с этим в ч. 1 ст.
16 УПК указано, что названным участникам уголовного судопроизводства
обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично
либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

Закон предписывает лицам, ответственным за ведение дела, разъяснять
подозреваемому и обвиняемому их права и обеспечивать им возможность
защищаться всеми не запрещенными УПК способами и средствами (ч. 2 ст.
16).

Право обвиняемого (подозреваемого) на защиту представляет собой
совокупность субъективных процессуальных средств, используя которые он
может противостоять выдвинутому против него обвинению: знать, в чем он
обвиняется (подозревается); оспаривать участие в совершении
преступления; опровергать обвинительные доказательства; представлять
оправдывающие его доказательства; защищать другие законные интересы.

Среди субъективных прав подозреваемого, обвиняемого в законе прежде
всего указано право знать, в чем он подозревается (обвиняется). Важность
этого положения трудно переоценить: не зная этого, лицо не может
защищаться от подозрения и от обвинения.

Одним из основных средств обеспечения права на защиту обвиняемого,
подозреваемого является предоставление квалифицированной юридической
помощи (ст. 48 Конституции РФ, ст. 50 УПК), что имеет место

92

Раздел I. Общие положения

не только по просьбе подозреваемого, обвиняемого (ч. 2 ст. 50 УПК), но и
тогда, когда они не отказываются от защитника (ч. 1 ст. 51 УПК). Более
того, отказ от защитника не лишает подозреваемого, обвиняемого права в
дальнейшем ходатайствовать о допуске защитника к участию в производстве
по уголовному делу (ч. 3 ст. 52 УПК). Кроме того, если в указанных
законом случаях (ч. 1 ст. 51 УПК) защитник не приглашен обвиняемым,
подозреваемым или другими лицами (ч. 1 ст. 50, ч. 3 ст. 51 УПК), то
дознаватель, следователь, прокурор или суд обязаны обеспечить участие
защитника.

Несомненной гарантией права на защиту является презумпция невиновности –
один из важнейших принципов уголовного судопроизводства (ст. 49
Конституции РФ, ст. 14 УПК), а также основанные на ней положения о том,
что: а) обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, так как это
является бременем стороны обвинения; б) неустранимые сомнения в
виновности обвиняемого толкуются в его пользу;

в) обвинительный приговор не может быть основан на предположениях;

г) признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть
положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности
совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств. Безусловно,
на обвиняемого, подозреваемого в полной мере распространяется основанное
на презумпции невиновности универсальное положение о том, что никто не
обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких
родственников (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ).

§ 15. Принцип гласности

Конституцией РФ установлено: «Разбирательство дела во всех судах
открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях,
предусмотренных федеральным законом» (ч. 1 ст. 123). Принцип гласности
устанавливается для всех судов в качестве правила, а закрытое судебное
разбирательство – как изъятие из этого правила, причем только в случаях,
предусмотренных федеральным законом.

Специальная статья о гласности судебного разбирательства имеется в УПК
(ст. 241). Оговорив общее правило об открытом разбирательстве дел,
законодатель отметил: его действие ограничивается исключениями,
предусмотренными ч. 2 ст. 241 УПК. Закрытое судебное разбирательство
допускается на основании постановления (определения) суда, когда: 1)
разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению
государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны; 2)
рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, не
достигшими возраста 16 лет; 3) рассмотрение уголовных дел

Глава V. Конституционные принципы уголовного процесса

93

о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы
личности и других преступлениях может привести к разглашению сведений об
интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо
сведений, унижающих их честь и достоинство; 4) этого требуют интересы
обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их
близких родственников, родственников или близких лиц.

Согласно ч. 2 ст. 241 УПК закрытое судебное разбирательство по тому или
иному делу может проходить либо полностью, либо частично.

Гласность судебного разбирательства – один из важнейших показателей
демократизма судопроизводства. Она обеспечивает гражданам возможность
присутствовать в зале судебного заседания, следить за ходом производства
по делу; вести письменную запись; распространять сведения об увиденном и
услышанном в средствах массовой информации или другим доступным им
способом. Тем самым осуществляется одна из форм контроля народа за
деятельностью судебной власти. В то же время видеозаписи и съемки
допускаются лишь с разрешения председательствующего и согласия сторон.

При рассмотрении уголовных дел в силу принципа гласности процессуальные
действия в судебном разбирательстве совершаются, как правило, при
открытых дверях. Вместе с тем материалы переписки лица, запись
телефонных и иных переговоров, телеграфные, почтовые и иные сообщения
лиц могут быть оглашены в открытом судебном заседании только с их
согласия. В противном случае указанные материалы оглашаются и
исследуются в закрытом судебном заседании Аналогичные требования
применяются при исследовании аудио- и (или) видеозаписи и т. п. (ч. 4
ст. 241 УПК).

Приведенные положения, как в известное мере и сами основания ограничения
гласности, установлены с учетом конституционных требований об охране
частной жизни и личной тайны (ст. 22-24 Конституции РФ).

В открытом судебном заседании вправе присутствовать все желающие,
достигшие 16-летнего возраста. Лица до 16 лет, если они не являются
участниками уголовного судопроизводства, допускаются в зал судебного
заседания с разрешения председательствующего.

Принцип гласности тесно связан с другими принципами правосудия и
судопроизводства. С одной стороны, она является важнейшим средством
реализации таких принципов правосудия, как состязательность и
равноправие сторон, обеспечение обвиняемому (подсудимому) права на
защиту. С другой стороны, гласность не может быть реализована вне
действия таких принципов правосудия и судопроизводства, как устность,
непосредственность, обеспечение пользования родным языком при
осуществлении правосудия.

TTf

94

Раздел I. Общие положения

§ 16. Непосредственность и устность судебного разбирательства

С принципами состязательности и гласности судебного разби-. рательства
связано действие принципов устности и непосредственности. Хотя эти
принципы не зафиксированы в Конституции РФ, правомерно отнести их к
числу конституционных принципов правосудия, поскольку они могут быть
выведены из Конституции, так как установление гласности судебного
разбирательства предполагает устную форму судоговорения и
непосредственное восприятие судом доказательств.

Известно, что исследуемые по уголовному делу факты – это всегда
отражение событий прошлого. Они могут быть исследованы путем
непосредственного восприятия следователем лишь в строго определенных и
предусмотренных законом случаях (при проведении осмотров, следственных
экспериментов, предъявлений для опознания лиц или предметов, и др.).
Возможности судьи и суда в этой части еще более ограничены. Большинство
сведений о фактах, имеющих отношение к предмету доказывания, суд и
участвующие в суде стороны могут получить из перечисленных в законе
доказательств: показаний свидетеля, показаний потерпевшего, показаний
обвиняемого и др. В силу принципа непосредственности выводы в приговоре
суд обязан делать на основе доказательств, исследованных самим судом в
судебном заседании (ст. 240 УПК). Это означает, что лишь при наличии
особых обстоятельств допускается замена допроса подсудимого, свидетеля
или другого лица оглашением протоколов ранее данных ими показаний (ст.
276,’281 УПК).

Исключение, касающееся ограничения действия принципа непосредственности,
состоит в том, что по делам о преступлениях небольшой или средней
тяжести приговор может быть постановлен без проведения судебного
разбирательства. Это возможно, если обвиняемый ходатайствует об этом,
соглашаясь с предъявленным обвинением. На проведение такого заседания
необходимо иметь также согласие государственного или частного
обвинителя, а также потерпевшего. При таких условиях суд вправе
постановить приговор без проведения судебного разбирательства, если
удостоверится, что: а) обвиняемый осознает характер и последствия
заявленного ходатайства; б) ходатайство было заявлено добровольно и
после проведения консультаций с защитником1.

Устность судебного разбирательства состоит в том, что доказательства
должны быть восприняты судом устно и устно обсуждаться участниками
процесса. Наряду с устной формой судопроизводства действует правило

‘ См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному
кодексу Российской Федерации С. 548-551.

Глава V. Конституционные принципы уголовного процесса _____________
95

письменного оформления отдельных процессуальных действий (путем
составления протоколов, определений, вынесения приговоров), что
способствует их точной фиксации и позволяет вышестоящему суду проверить
законность и обоснованность конечного вывода суда, а также ранее
произведенных процессуальных действий.

Развитие демократических начал уголовного судопроизводства и
деятельности суда по осуществлению правосудия неосуществимо без усиления
действия таких принципов уголовного процесса, как состязательность,
гласность, обеспечение обвиняемому (подсудимому) права на защиту. А их
практическая реализация в судебном заседании в значительной степени
зависит от обеспечения действия принципа устности судебного
разбирательства.

§ 17. Свобода оценки доказательств

Оценка доказательств по внутреннему убеждению – принцип уголовного
процесса и нормативное требование, адресованные прежде всего к лицам,
ответственным за ведение уголовного дела (следователю, дознавателю,
прокурору, суду). Свободной оценке доказательств сопутствует положение о
том, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы (ст.
17 УПК). Оценка доказательств- это результат мыслительной деятельности
субъектов уголовного процесса, который заключается в определении их
допустимости, относимости, достоверности и достаточности. С оценкой
связано принятие основных процессуальных решений (предъявление
обвинения; избрание, изменение или отмена меры пресечения; принятие
других мер принуждения; приостановление или окончание расследования и т.
п.). Следовательно, оценка доказательств как бы заключает определенный
этап деятельности по собиранию доказательств. В то же время деятельность
по собиранию и проверке доказательств постоянно сопровождается их
оценкой.

При оценке доказательств субъекты уголовного процесса руководствуются
законом и совестью. Это относится прежде всего к носителям властных
полномочий (судье, присяжным заседателям, а также прокурору,
следователю, дознавателю). Отстаивающие свои интересы в уголовном
процессе субъекты (обвиняемые, потерпевшие, гражданские истцы и др.), их
защитники и представители тоже оценивают доказательства. Но если у
первых (лиц, ведущих дело) оценка доказательств предшествует принятию
властных решений, то у вторых она создает базу для принесения жалоб,
заявлений, ходатайств, отводов и т. п.

Исключительно важное положение установлено в ч. 2 ст. 17 УПК: никакие
доказательства для суда, прокурора, следователя и лица, производящего
дознание, не имеют заранее установленной силы. К этому можно добавить
два существенных конституционных установления:

96

Раздел I. Общие положения

Глава V Конституционные принципы уголовного процесса

97

1) при осуществлении правосудия не допускается использование
доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч 2 ст. 51
Конституции РФ);

2) неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу
обвиняемого (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ).

Приведенные положения относятся не только к суду Они в полной мере
адресованы органам расследования и прокурорам. Те и другие обязаны
учитывать их при оценке доказательств.

§ 18. Язык уголовного судопроизводства

Язык, на котором ведется уголовное судопроизводство, определяют ст. 10
Закона о судебной системе и ст. 18 УПК. В соответствии с ними уголовное
судопроизводство ведется на русском языке, а также на государственных
языках входящих в Российскую Федерацию республик. В Верховном Суде РФ и
в военных судах производство по уголовным делам ведется на русском
языке. При этом участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или
недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по
уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать
заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства,
приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в
суде на родном или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно
пользоваться помощью переводчика.

В соответствии с ч. 3 ст. 18 УПК следственные и судебные документы,
подлежащие обязательному вручению подозреваемому, обвиняемому, а также
другим участникам уголовного судопроизводства, должны быть переведены на
родной язык соответствующего участника уголовного судопроизводства или
на язык, которым он владеет.

Положения уголовно-процессуального закона базируются на предписаниях ч.
2 ст. 26 Конституции РФ, закрепившей право каждого на пользование родным
языком и свободный выбор языка общения.

В этих условиях особое значение приобретает деятельность переводчика в
ходе судопроизводства. Не случайно переводчику посвящены специальные
статьи в разделе II УПК (ст. 59) об участниках уголовного
судопроизводства, а также в главах о предварительном следствии (ст. 169)
и судебном разбирательстве (ст. 263).

Необеспечение обвиняемому (подсудимому), не владеющему языком, на
котором ведется судопроизводство, возможности пользоваться услугами
переводчика Пленум Верховного Суда РФ отнес к существенным нарушениям
уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора. Не менее
четко Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 31 октября 1995 г. №
8 определил свою позицию по поводу неблагоприятных процес-

суальных последствий в случае нарушения при осуществлении правосудия
права лица на пользование родным языком’.

Принцип обеспечения каждому пользования родным языком при осуществлении
правосудия выражает демократизм действующего законодательства и
государства, определяет решение таких важных вопросов осуществления
правосудия, как доступность суда для населения, обеспечение возможности
осуществления прав участниками процесса. Если процесс ведется на языке,
непонятном населению данной местности, нарушается и затрудняется связь
суда с населением, ослабляется или вообще не достигается воспитательное
назначение судебного разбирательства, а участвующие в процессе лица не
могут реализовать предоставленные им законом процессуальные права,
активно способствовать осуществлению правосудия.

Обеспечение права пользования родным языком и выбора языка общения в
ходе судопроизводства – предпосылка реализации принципов
состязательности, обеспечения подсудимому права на защиту, гласности,
уст-ности судебного разбирательства и др.

§ 19. Право на обжалование процессуальных действий и решений

Право на обжалование действий и решений субъектов, ответственных за
ведение дела, закреплено в ст. 19 УПК. Его сущность сформулирована в
следующих положениях закона: «Действия (бездействие) и решения суда,
прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя могут быть
обжалованы в порядке, установленном настоящим Кодексом». Из приведенного
положения видно, что закон не ограничивает круг субъектов права на
жалобу только участниками процесса. Число субъектов права на жалобу
значительно больше. И в этом ст. 19 УПК соответствует положениям ст. 46
Конституции РФ.

Особую заботу законодателя составляет обеспечение права на обжалование
действий и решений лиц, ведущих производство по уголовному делу, именно
участниками уголовного судопроизводства. Поэтому в числе процессуальных
прав участников процесса УПК обязательно указывает это право (ст. 42-48,
53-55 и др.), а наряду с перечислением субъективных процессуальных прав
участников процесса в законе обращается внимание на обязанность
государственных органов не только разъяснить указанные права, но
обеспечить возможность их осуществления.

См Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 г «О
некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации
при осуществлении правосудия» // Сборник постановлений Пленумов по yi
оловным делам С 454

98

Раздел I. Общие положения

Установление положения о прямом применении ст. 46 Конституции РФ
способствовало расширению права на судебное обжалование решений,
принятых на предварительном следствии и дознании. Развивая
конституционные положения, законодатель в УПК РФ существенно изменил
регламентацию порядка обжалования действий и решений должностных лиц,
обладающих в уголовном процессе властными полномочиями, расширил
возможности обжаловать в суд действия и решения органов расследования

и прокурора.

Право на обжалование в уголовном процессе обеспечивается установлением в
нормах УПК порядка и сроков принесения (в ряде случаев – и рассмотрения)
жалоб на действия и решения суда, судьи, прокурора, следователя, органа
дознания, дознавателя.

Принцип свободы обжалования действий и решений государственных органов
во всей полноте действует в стадиях возбуждения уголовного дела и
предварительного расследования, а не только в суде. Но и обжалование
решений судов не теряет актуальности. В этом плане не является лишним
напоминание в ч. 2 ст. 19 УПК о праве каждого осужденного на пересмотр
приговора вышестоящим судом.

Действие принципа обжалования действий и решений государственных органов
направлено на обеспечение прав и свобод человека и гражданина и в то же
время способствует обеспечению законности в ходе уголовного
судопроизводства.

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

Уголовно-процессуальные отношения, составляя сущность уголовного
процесса, не только занимают заметное место в теории уголовного
процесса, но и имеют важное практическое значение. Особо существенная
роль им отводится в настоящее время в связи с действием Конституции РФ и
ряда принятых на ее основе в ходе судебной реформы новых законов, в
особенности УПК РФ 2001 г. Конституция провозгласила Россию правовым
государством с разделением властей на законодательную, исполнительную и
судебную (ст. 1, 10). Человек, его права и свободы объявлены
Конституцией высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и
свобод человека и гражданина- обязанностью государства (ст. 2). Многие
процессуальные институты, принципы и права граждан получили новое
правовое решение на конституционном уровне. К тому же Конституция РФ
имеет прямое действие во всех сферах общественных отношений. Многие из
установленных Конституцией прав человека и гражданина реализуются в
сфере уголовного судопроизводства через субъективные права и обязанности
его участников. Существенно расширив права граждан, вовлеченных в
уголовное судопроизводство (обвиняемого, потерпевшего и др.), УПК тем
самым увеличил их возможности оказать влияние на ход и исход
производства по делу. Тем более, что усилено состязательное начало,
коренным образом повышена роль суда по контролю за исполнением законов
следователем и дознавателем. Процессуальные права и обязанности
участниками уголовного судопроизводства могут быть осуществлены в
основном в рамках уголовно-процессуальных отношений. Но именно в этой
сфере существует опасность нарушения прав и свобод человека. Вот почему
уголовное судопроизводство рассматривается в качестве важнейшего и
безальтернативного механизма защиты основных прав и законных интересов
граждан в экстремальной ситуации преступного правонарушения. Центральное
место в этом механизме принадлежит уголовно-процессуальным отношениям,
через которые не только осуществляются процессуальные права граждан, но
и защищаются их материально-правовые интересы.

Правоотношения пронизывают все стадии уголовного процесса. Нет Действий,
совершаемых помимо правоотношений, как нет участников уго-

100

Раздел I. Общие положения

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

101

ловного процесса, которые могли бы реализовать свои права или исполнять
обязанности вне правоотношений. Процессуальные отношения наиболее
наглядны в судебном разбирательстве, это не значит, что их нет в других
стадиях уголовного процесса. Больше того, их сущность в принципе
одинакова на всех этапах производства по делу.

Уголовно-процессуальные отношения представляют собой средство реализации
нормы права и являются связующим звеном между нормой и тем результатом,
для достижения которого она принята. Основываясь на конструкции
правоотношения, разработанного в науке общей теории права,
уголовно-процессуальные правовые отношения можно определить как
общественные отношения, урегулированные нормами уголовно-процессуального
права и возникающие, развивающиеся и прекращающиеся при решении вопросов
возбуждения дела, в процессе производства по уголовному делу, а также в
связи с исполнением приговора.

§ 1. Предпосылки возникновения и развития уголовно-процессуальных
отношений

Нормы уголовно-процессуального права воздействуют на отношения,
возникающие в уголовном судопроизводстве, путем регламентации
процессуальной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела, в ходе
производства по нему на предварительном следствии (дознании) и в суде, а
также при решении в процессуальном порядке вопросов исполнения
приговора. С этой целью в уголовно-процессуальном законе определяются:
круг обязательных и возможных (факультативных) субъектов отношений;
перечень обстоятельств, исключающих участие тех или других лиц в
качестве субъектов уголовного процесса при производстве по делу (судьи,
следователя, дознавателя, присяжного заседателя и др.); объем и пределы
прав каждого субъекта уголовного процесса; содержание их процессуальных
полномочий; гарантии прав граждан, вовлеченных в сферу
уголовно-процессуальных отношений.

Нормами уголовно-процессуального права обозначены юридические факты, от
которых зависит возникновение, изменение, развитие и прекращение
правоотношений. Закон определяет круг обстоятельств, подлежащих
установлению по делу; средства и способы их доказывания; условия
признания доказательств допустимыми или недопустимыми. Правовые нормы
определяют виды действий и решений, которые предписывается либо
допускается проводить или принимать при возбуждении и расследовании
уголовного дела, а также порядок, содержание, последовательность и сроки
проведения процессуальных действий; полномочия судов в различных стадиях
уголовного процесса.

Эти и другие правовые средства обеспечивают эффективное регулирование
общественных отношений при производстве по делу и по выполне-

нию задач, поставленных законом перед уголовным судопроизводством
конституцией и федеральным законом (ст. 2 У К РФ, ст. 6, 7, 21, 73 и др.
УПК). Достижение общих задач судопроизводства предопределяет
установление уголовно-правовых отношений с последующим приведением в
действие механизма уголовной ответственности к лицам, совершившим
преступления. Это уже означает реализацию норм уголовного права, то есть
достижение тех материальных целей, без которых уголовный процесс и вся
система норм, приводящая его в движение, потеряли бы всякий юридический
смысл.

В юридической литературе уголовно-процессуальные нормы преимущественно
рассматриваются как правоохранительные. Однако на правоохранительный
характер этих норм необходимо делать акцент, когда
уголовно-процессуальное право, равно как и уголовное судопроизводство, с
присущими ему общественными отношениями изучается в сопоставлении и по
отношению к другим общественным отношениям.

Между тем исследование уголовного процесса и уголовно-процессуального
права может быть обращено не только по отношению к другим социальным
явлениям (политике, экономике и др.), но и, так сказать, вовнутрь
уголовного судопроизводства с присущими ему внешними и внутренними
формами и содержанием. При таком подходе к нормам
уголовно-процессуального права необходимо отметить их регулятивный
характер, поскольку они направлены на регламентацию общественных
отношений в сфере уголовного судопроизводства путем предоставления
участникам этих общественных отношений прав и возложения на них
юридических обязанностей.

Только при выполнении нормами уголовно-процессуального права
регулятивных (правоустановительных) функций уголовным судопроизводством
могут быть установлены уголовно-правовые отношения вместе с юридическими
фактами (преступными деяниями), вызвавшими их возникновение.’
Установление же уголовно-правовых отношений предопределяет решение
вопроса о возможности и необходимости применения материально-правовых
санкций, т. е. приведения в действие механизма уголовной
ответственности.

Это, в свою очередь, означает выполнение правоохранительных функций
нормами уголовно-процессуального права и органами, их применяющими.
Таким образом, хотя создание регулятивных норм в уголовно-процессуальном
праве в конечном итоге обусловлено необходимостью обеспечения выполнения
правоохранительных функций уголовного права, эффективность действия
регулятивных норм предопределяет выполнение тем самым правоохранительных
задач уголовно-процессуальным правом.

Сообразно тому, что уголовно-процессуальные отношения представляют собой
средство установления уголовных материальных отношений,

102

Раздел I. Общие положения

применение норм процессуального права в конечном итоге связано с
применением норм уголовного материального права. Поэтому в процессе
применения уголовно-процессуальных норм происходит и применение норм
уголовного закона. Прежде всего субъектом применения норм уголовного
права является суд. Однако это не означает, что уголовно-правовые нормы
не применяются до вынесения приговора.

Поскольку привлечение лица к уголовной ответственности, признание его
виновным, осуждение и наказание представляют собой исключительную
компетенцию государственных органов, указанных в федеральном законе,
постольку применение норм уголовного права входит в их компетенцию.
Важнейшим процессуальным актом применения норм уголовного права является
приговор суда, итоговый акт деятельности суда первой и апелляционной
инстанций по осуществлению правосудия и всей предшествующей этому
процессуальной деятельности. Так как никто не может быть признан
виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию
иначе как по приговору суда (ст. 49 Конституции РФ, ст. 8, 14 УПК),
можно обоснованно утверждать, что применение норм уголовного права – это
прежде всего компетенция суда.

Круг субъектов применения норм уголовного права, однако, не может быть
сведен к судам различных звеньев и инстанций. Нормы уголовного права
применяются и до вынесения судом приговора: дознавателем, следователем,
прокурором. Однако характер, порядок, объем, цели и правовые последствия
этой деятельности на различных стадиях уголовного процесса различны:
если суд при постановлении обвинительного приговора в полном объеме
применяет как диспозицию уголовно-правовой нормы, так и ее санкцию, то
другие органы (лицо, производящее дознание, следователь, прокурор)
применяют лишь диспозицию уголовно-правовой нормы. Различный объем или
степень применения уголовно-правовых норм вызывает и неодинаковые
юридические последствия.

Вопрос о применении нормы уголовного права возникает уже на этапе
решения вопроса о возбуждении уголовного дела, поскольку положительное
его решение находится в прямой зависимости от наличия достаточных
данных, указывающих на признаки преступления. Требования ч. 2 ст. 146
УПК о необходимости указания в постановлении о возбуждении уголовного
дела статьи уголовного закона, по признакам которого возбуждается
уголовное дело, означает возложение обязанности на государственный
орган, возбуждающий уголовное дело, применить уголовный закон. Указание
закона на применение норм уголовного права на стадии предварительного
расследования содержится в ст. 23-28, 171, 175, 220, 221, 225, 226 УПК.

Применение норм уголовного права судом в обвинительном приговоре
вызывает не только уголовно-правовые последствия в виде уголовной
ответственности, но и процессуальные последствия, представляя собою

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

103

сложный юридический факт, вызывающий к жизни ряд уголовно-процессуальных
отношений в связи с обжалованием приговора и рассмотрением дела в суде
второй инстанции, исполнением приговора, обжалованием приговора в
надзорном порядке. Применение норм уголовного права следователем,
дознавателем, прокурором, вызывает главным образом процессуальные
последствия (изменение подследственности, возвращение прокурором дела
следователю для дополнительного расследования и т. п.). Применение
диспозиции нормы уголовного права имеет и уголовно-правовое значение,
так как означает предварительную квалификацию, с которой обязаны
считаться и другие государственные органы (например, прокурор, судья,
суд), которые вместе с тем обязаны проверять правильность применения
уголовного закона.

Полное и даже частичное применение норм уголовного права невозможно без
одновременного применения норм уголовно-процессуального права.
Постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении
лица в качестве обвиняемого, обвинительный приговор – это не только акты
применения норм уголовного права, но и акты применения норм
уголовно-процессуального права, представляющие собою итог
функционирования общественных отношений в той или иной стадии уголовного
судопроизводства и одновременно являющиеся юридическими фактами, с
которыми связано возникновение, изменение, дальнейшее развитие и
прекращение уголовно-процессуальных правоотношений.

Именно в результате одновременного применения норм уголовного и
уголовно-процессуального права возникают, изменяются, развиваются и
прекращаются «центральные» уголовно-процессуальные отношения (т. е.
отношения между государственным органом и обвиняемым). Акты
одновременного применения норм уголовного и уголовно-процессуального
права имеют ключевое значение, так как с ними связано возникновение не
одного, а нескольких, многих уголовно-процессуальных правоотношений.

В ходе правоприменения государственные органы осуществляют деятельность
по: а) установлению (признанию, привлечению) участников уголовного
процесса; б) обеспечению их процессуальных прав и соблюдению
обязанностей; в) принятию процессуальных решений; г) обеспечению
процессуального контроля и надзора за обеспечением прав граждан,
вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства, и соблюдением закона.

В процессе производства по уголовному делу граждане (обвиняемые,
потерпевшие, свидетели, переводчики и др.) реализуют свои процессуальные
права и обязанности. Но не всякая реализация нормы – есть ее применение.
Соблюдение правовых установлений, исполнение обязанностей и
использование предоставленных прав присущи не только должностным лицам,
отвечающим за ход и исход производства по уголовному делу, но и
гражданам – субъектам уголовно-процессуальных отношений (обвиняе-

104

Раздел I. Общие положения

мым, потерпевшим, свидетелям и др.)- Применение же
уголовно-процессуальной нормы всегда связано с воздействием,
требованиями к субъектам со стороны должностных лиц, ответственных за
производство по уголовному делу на различных стадиях (дознаватель,
следователь, прокурор, судья, суд). При этом властное веление выражает
их главенствующую роль на том или другом этапе производства.
Следовательно, понятие применения права в сфере уголовного процесса
вполне соответствует трактовке этого понятия в науке общей теории права,
определяющей применение права как «властную индивидуально-правовую
деятельность, которая направлена на решение юридических дел и в
результате которой в ткань системы включаются индивидуальные
предписания»1.

Признавая регулятивную роль нормы уголовно-процессуального права, нельзя
тем самым не усмотреть ближайшую связь уголовно-процессуальной нормы с
правоотношениями. Регулирование нормами права общественных отношений при
производстве по уголовному делу означает прежде всего наделение
участвующих в нем лиц (должностных лиц и граждан) соответствующими
правами и обязанностями. Реализуя свои права и обязанности, граждане,
участвующие, например, в стадии предварительного расследования, вступают
в отношения с дознавателем, следователем, прокурором или судьей. Эти
отношения являются уголовно-процессуальными правовыми отношениями,
поскольку регулируются они нормами уголовно-процессуального права.
Правоотношений в любой сфере общественной жизни нет и не может быть,
пока нет норм, которые бы регулировали эти отношения. Иначе говоря,
уголовно-процессуальное правоотношение – это всегда результат
регулирования поведения граждан, государственных органов при возбуждении
уголовного дела, его расследовании, судебном разбирательстве и при
производстве в других стадиях уголовного процесса.

В уголовном процессе, как и в любой сфере правового регулирования, один
субъект (должностное лицо или гражданин) может реализовать свои права
лишь только в том случае, если другой субъект наделяется
соответствующими обязанностями. Потерпевший может использовать право на
заявление ходатайства лишь в том случае, если на следователя или другое
ответственное за ведение дела лицо возложена обязанность его принять,
рассмотреть, ознакомить заявителя с принятым решением и разъяснить
порядок его обжалования. Свидетель сможет реализовать право на отказ от
дачи показания (ст. 51 Конституции РФ, ч. 4 ст. 56 УПК) на
предварительном следствии, если следователь разъяснит это право и
обеспечит возможность его осуществления. Обвиняемый может реализовать
свое право воспользоваться услугами защитника, если это право ему будет
своевременно разъяснено и при этом будет обеспечена возможность его
реально осуще-

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

105

ствить (ст. 47, 49, 50, 51 УПК). Во всех приведенных, как и других,
случаях уголовно-процессуальный закон исходит из того, что правам одного
субъекта правоотношения соответствуют обязанности другого. При этом
нельзя соответствие прав и обязанностей представлять в уголовном
процессе таким, каким оно имеет место в сфере рыночных экономических
отношений. Если бы в сферу уголовного процесса переносилась эта модель,
то это бы означало: заявил обвиняемый или потерпевший ходатайство –
следователь или суд должны их удовлетворить; заявил защитник отвод
следователю -прокурор обязан его удовлетворить. Между тем в приведенных
случаях следователь и прокурор обязаны рассмотреть заявленные
ходатайства и отводы, а удовлетворить или нет – в зависимости от их
законности и обоснованности. Примерно по аналогичной схеме функционируют
и иные правоотношения в рамках уголовного процесса1. Поэтому нет
препятствий тому, чтобы характеризовать уголовно-процессуальные
правоотношения как отношения, которым присуще корреспондирование прав и
обязанностей их субъектов.

Наиболее полно свое внешнее выражение уголовно-процессуальные отношения
получают в судебном разбирательстве. Однако и на стадии предварительного
расследования четко просматриваются такие признаки
уголовно-процессуальных отношений, как:

1) возможность их существования только в форме правовых отношений;

2) выполнение ими служебной роли по отношению к уголовным материальным
правовым отношениям;

3) применение в процессе их функционирования норм не только
процессуального, но и материального уголовного права;

4) обусловленность состава правоотношения существующими компонентами
уголовного материального правового отношения;

5) непрерывность системы отношений;

6) сочетание двустороннего характера отношений с их
многосубъект-ностью.

§ 2. Состав уголовно-процессуальных правоотношений

Содержание и форму уголовно-процессуальных правоотношений целесообразно
рассматривать с учетом философского учения о категориях содержания и
формы как о двух неразрывных сторонах явлений в объективном мире, одна
из которых- содержание- рассматривается как главное, решающее в объекте,
а другая – форма – как его внутренняя орга-

1 Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. М., 1981. С. 321.

Заметим, однако, что при наличии указанных в УПК условий закон требует
удовлетворения ходатайств, заявленных суду, по поводу вызова
дополнительных свидетелей (ч. 6 ct. 234 УПК).

106

Раздел I. Общие положения

низация, структура содержания. Ввиду неразрывной взаимосвязи формы и
содержания нередко бывает трудно, анализируя общественные явления,
отделить содержание явления от его формы. С такими трудностями
приходится сталкиваться при анализе содержания и формы
уголовно-процессуальных правоотношений. Эти трудности до сих пор не
преодолены, о чем свидетельствует тот факт, что в науке уголовного
процесса до сих пор «уживаются» прямо противоположные взгляды на
содержание уголовно-процессуального правоотношения. Одни ученые к
содержанию уголовно-процессуальных отношений относят права (правомочия)
и обязанности субъектов, другие считают содержанием действия, третьи –
возможное поведение субъектов’.

Основываясь на том, что всякое правоотношение есть норма права в
действии, можно сделать вывод, что содержание уголовно-процессуального
отношения, как и всей совокупности этих отношений, составляют действия
субъектов правоотношений. Нормы уголовно-процессуального права, вернее,
установленные ими дозволения и запреты (правомочия и обязанности)
находят реализацию в правоотношениях через совершенные действия.

Следователь, прокурор, суд, обвиняемый, потерпевший, защитник и другие
субъекты уголовного процесса (участники уголовного судопроизводства) в
реальной действительности влияют на достижение своих целей (локальных
или конечных) не потому, что уголовно-процессуальный закон предоставляет
им для этого определенные возможности в виде прав и обязанностей, а
потому, что они фактически действуют в соответствии с этими
полномочиями.

Но возможность совершать определенным образом действия для одних
субъектов (участников) отношений предполагает для других обязанность
создавать условия к этому или хотя бы не препятствовать их
осуществлению. Такие возможности и обязанности выступают в
процессуальных отношениях в виде субъективных прав и обязанностей, ибо
первые (субъективные права) представляют собой меры возможного
поведения, а вторые (обязанности) – меры должного поведения. Именно это
позволяет отнести субъективные процессуальные права и обязанности к
категории формы (внутренней) уголовно-процессуальных отношений. Они не
отвечают на вопрос, что содержится в правоотношении (каково его
содержание), а определяют рамки, границы, в которых «существует»
содержание отношения.

Высказанные положения создают предпосылки для вывода: содержанием
уголовно-процессуальных отношений являются действия, формой (внутренней)
– права и обязанности субъектов правоотношений. Внешнюю же форму
уголовно-процессуальных отношений составляют порядок и по-

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

107

следовательность производства процессуальных действий (в том числе
следственных и судебных).

Необходимо подчеркнуть, что те самые уголовно-процессуальные права и
обязанности субъектов отношений, реализуя которые они вступают в
правоотношения, будучи зафиксированными в норме закона, представляют
собою содержание последней (т. е. нормы). Но содержание нормы права –
это еще не содержание правоотношения. В этом нетрудно убедиться,
обратившись, например, к содержанию ст. 23-28, 42, 43, 44, 46, 47, 49 и
др. УПК. В них содержатся права и обязанности различных субъектов (как
граждан, так и лиц, ведущих производство по делу) на различных этапах
уголовного процесса. Эти права и обязанности определяют рамки возможных
правоотношений, т. е. их форму. Таким образом, складывается следующая
ситуация: то, что является содержанием норм права, переходит в форму,
когда норма права реализуется в правоотношении. В общей теории права
весьма четко отмечена диалектика перехода содержания и формы в праве:
«…в правовых отношениях содержание права (выраженное в качестве
коррелятивных прав и обязанностей) переходит в форму. Непосредственным
содержанием правоотношений является поведение участвующих в нем
субъектов, которые обладают правами и несут обязанности»’.

Суждение о том, что содержанием уголовно-процессуальных правоотношений
являются действия, а формой – права и обязанности, не противоречит тому,
что действие может выступать в качестве юридического факта, с которым
связано возникновение одного или нескольких уголовно-процессуальных
правоотношений. Например, в результате функционирования совокупности
большего или меньшего числа уголовно-процессуальных правоотношений
следователь приходит к выводу о наличии достаточных доказательств для
предъявления лицу обвинения в совершении преступления. В связи с этим он
выносит постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого (ст. 171
УПК). Вынесение постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого-
юридический факт, порождающий множество различных
уголовно-процессуальных отношений между следователем и защитником,
следователем и прокурором и др. То же самое можно сказать и о действиях
следователя по назначению экспертизы, задержанию подозреваемого,
приостановлению или прекращению дела. Но процессуальные Действия как
юридические факты в то же время являются и действиями по осуществлению
процессуальных прав и выполнению юридических обязанностей. Посредством
выполнения одних и тех же действий, таким образом, реализуются
процессуальные права и обязанности и вызываются к жизни новые
процессуальные правоотношения.

1 Подробнее см : БожьевВ П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М.,
1975. С. 140-148.

. С. Право и общественные отношения. М., 1971. С. 117.

108

Раздел I. Общие положения

Включение в состав уголовно-процессуальных отношений всех процессуальных
действий подразумевает как действия государственных органов (суда,
судьи, следователя, прокурора, дознавателя), так и действия всех других
участников уголовного процесса, наделенных субъективными процессуальными
правами и обязанностями и способных вступить в уголовно-процессуальные
правоотношения (обвиняемый, подозреваемый, потерпевший, гражданский
ответчик, защитник, представитель гражданского истца, эксперт и др.).
Однако поскольку в уголовно-процессуальных правоотношениях всегда
участвует представитель власти, которому (в рамках правоотношений)
принадлежит ведущая роль, естественно, в системе проводимых действий
центральное место принадлежит именно тем из них, которые проводятся
государственными органами.

Субъекты уголовно-процессуальных правоотношений – необходимые элементы
каждого уголовно-процессуального отношения, как и любого вообще
общественного отношения.

В реальной действительности нет и не может быть бессубъектных
уголовно-процессуальных правоотношений. Регулятивная роль
уголовно-процессуального права состоит прежде всего в определении
пределов должного или возможного поведения участников процессуальных
отношений. Содержащиеся в нормах уголовно-процессуального права веления
(дозволения) и запреты потому и существуют, что ими регулируется
поведение людей: следователей, судей, обвиняемых, потерпевших,
свидетелей и др.

Определяя понятия субъектов уголовного процесса (обвиняемого,
подозреваемого, потерпевшего, гражданского истца, гражданского
ответчика, эксперта, свидетеля и др.), формулируя объем их
процессуальных прав и обязанностей, а также условия вступления некоторых
из них в уголовно-процессуальные отношения (например, подследственность,
обстоятельства, исключающие возможность участия в судопроизводстве, и т.
п.), закон тем самым определяет круг возможных субъектов
уголовно-процессуальных правоотношений1. Подобные нормативно-правовые
установления представляют собою совокупность предпосылок,
обусловливающих возникновение правоотношений. Но чтобы они возникали,
необходимо еще наличие юридических фактов, различных по своей природе и
значению (заявление о совершенном преступлении, ходатайство потерпевшего
о проведении повторной экспертизы, решение следователя о привлечении
лица в качестве обвиняемого, жалоба прокурору на действие следователя и
т. п.).

Неодинаковые юридические факты порождают уголовно-процессуальные
правоотношения, круг субъектов которых различен на разных этапах
(стадиях) уголовного процесса. Однако при всех условиях
уголовно-процессуальные отношения носят двусторонний характер, так как
субъекты

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

109

1 Понятия «субъект правоотношения» и «участник уголовного процесса»
равнозначны.

уголовно-процессуальных отношений всегда связаны между собою взаимными
правами и обязанностями. В этом нетрудно убедиться, анализируя
правоотношения между следователем и органом дознания, прокурором и
следователем, судом и свидетелем и т. п.

В силу публично-правового начала, присущего уголовному процессу,
специфической особенностью каждого уголовно-процессуального отношения
является наличие в нем представителя государственной власти
(следователя, прокурора, суда, судьи и др.). Без властного начала в
уголовно-процессуальных отношениях невозможно развитие уголовного
судопроизводства, достижение стоящих перед ними задач. Например,
властные полномочия проявляются при применении мер принуждения в
процессе производства по делу, при его прекращении или направлении в
суд, при отмене прокурором постановления следователя. Вместе с тем
следует иметь в виду, что властные полномочия реализуются на основе
субъективных прав и обязанностей в рамках уголовно-процессуальных
отношений.

Различие правовой природы субъектов уголовно-процессуальных отношений,
их ролей в уголовном судопроизводстве предопределяет различие характера
и объема их прав и обязанностей. При этом субъекты
уголовно-процессуальных правоотношений вне прямой и конкретной связи с
представителем государства (следователем, дознавателем, прокурором) не
могут в процессе расследования или в суде реализовать свои права и
выполнять возложенные на них обязанности. Вот почему представитель
государственного органа- обязательный участник уголовно-процессуальных
отношений.

Уголовно-процессуальным правоотношениям, как и всем вообще
процессуальным отношениям, свойственна многосубъектность. Это, однако,
не означает, что в уголовном процессе двусторонних отношений не
существует. Типичным примером двусторонних отношений являются связи,
возникающие у следователя при допросе свидетеля, у прокурора со
следователем или дознавателем. Каждое из названных отношений, в свою
очередь, может вызвать несколько других. Например, чтобы выполнить
указание прокурора, следователь вступает в отношения с органом дознания
(дает поручение), свидетелем, потерпевшим, экспертом и т. п.

Многосубъектность в уголовно-процессуальных отношениях имеет место,
например, при проведении осмотров, обысков, следственных экспериментов,
очных ставок, при проведении судебного разбирательства. Специфика
многосубъектных правоотношений состоит в том, что все они представляют
собой сумму двусторонних отношений, в которых один участник – всегда
представитель власти, субъект, ведущий производство по делу.

Например, при производстве осмотра места происшествия главным участником
проводимого в рамках процессуального правоотношения следст-

110

Раздел I. Общие положения

венного действия является представитель власти – следователь, прокурор
или дознаватель. В осмотре могут участвовать понятые, подозреваемые,
обвиняемые, свидетели, специалисты. Таким образом, при проведении
осмотра участвуют не два, а несколько субъектов правоотношений. Все они,
будучи наделены процессуальными правами и обязанностями, вступают в
правоотношения в связи с проводимым следственным действием. Но
обязательным субъектом всех этих правоотношений является следователь или
другое должностное лицо, ответственное за проведение осмотра. Таким
образом, в процессе проведения осмотра могут быть отношения: между
следователем и специалистом, следователем и каждым из понятых,
следователем и потерпевшим, следователем и обвиняемым либо
подозреваемым.

Следовательно, многосубъектность уголовно-процессуальных отношений не
исключает, а предполагает их двусторонний характер. Заметим, что
аналогичный процесс происходит при проведении любого многосубъектного
следственного (а тем более судебного) действия.

Представляется целесообразным классифицировать субъектов
уголовно-процессуальных отношений по принципу, избранному законодателем.
УПК выделяет следующие группы участников уголовного судопроизводства: 1)
суд; 2) участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения; 3)
участники уголовного судопроизводства со стороны защиты; 4) иные
участники уголовного судопроизводства.

В литературе по уголовному процессу имеются также и другие классификации
субъектов уголовного процесса (в зависимости от участия в доказывании,
выполняемых процессуальных функций и т. п.). Важно лишь отметить, что
уголовно-процессуальные отношения складываются между самыми различными
субъектами. Через правоотношения они реализуют свои права и обязанности.
Неодинакова их роль во время расследования уголовного дела или
производства по нему в суде. Различна степень их влияния на ход и
конечные результаты производства по делу. Сообразно этому далеко не
одинаков объем их правомочий. Но действия всех субъектов взаимосвязаны,
как взаимосвязаны отношения, в которые они вступают.

Объект уголовно-процессуальных правоотношений – обязательный компонент
отношений. При его изучении необходимо рассматривать
уголовно-процессуальные отношения в двух аспектах: во-первых, как
совокупность взаимосвязанных отношений; во-вторых, как единичные
правовые отношения. Направленность (т. е. объект) всей совокупности
отношений и каждого отдельного отношения совпадают лишь в конечном
итоге. Поэтому необходимо различать общий и специальный объекты
уголовно-процессуальных отношений. При этом под общим объектом следует
понимать то, по поводу чего или в связи с чем функционирует и
развивается вся

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

111

совокупность отношений по конкретному уголовному делу. Обращение к ст.
299 УПК позволяет констатировать, что ожидаемым результатом действия
всей системы уголовно-процессуальных отношений является установление
уголовно-правовых отношений (включая установление фактических
обстоятельств и их юридическую оценку), хотя результат может быть и
негативным (т. е. их неустановление).

Что касается специального объекта (т. е. объекта отдельного, единичного
уголовно-процессуального отношения), то им является ожидаемый результат
поведения (действий) субъектов каждого конкретного отношения. Такими
ожидаемыми результатами могут быть: пресечение уклонения подозреваемого,
обвиняемого от следствия или суда; обеспечение возмещения причиненного
преступлением ущерба; опознание (или неопознание) предъявляемого для
опознания объекта; получение в результате допроса сведений, имеющих
значение для дела и т. п. При всей важности объекта отдельного
правоотношения следует подчеркнуть, что он не раскрывает особенностей
уголовно-процессуальных отношений и их социального назначения, не
вскрывает смысл и цель их бытия в общественной жизни. Поэтому при
исследовании уголовно-процессуальных правоотношений важно учитывать не
только их специальный, но и общий объекты.

§ 3. Взаимосвязь и действие во времени уголовных материальных и
процессуальных правоотношений

Уголовно-правовые и уголовно-процессуальные отношения так же связаны
между собой, как уголовное право и уголовный процесс. В работе «Дебаты о
поводу закона о краже леса» К. Маркс удачно показал органическую связь
процесса и уголовного материального права. Он писал: «Если процесс
сводится к одной лишь бессодержательной форме, то такая пустая
формальность не имеет никакой самостоятельной ценности… Судебный
процесс и право так же тесно связаны друг с другом, как, например, формы
растений связаны с растениями, а формы животных – с мясом и кровью
животных. Один и тот же дух должен одушевлять судебный процесс и законы,
ибо процесс есть только форма жизни закона, следовательно, проявление
его внутренней жизни»1. Поскольку уголовный процесс есть средство
реализации материального права или, как указывалось, «только форма жизни
закона», логический вывод возможен лишь один: уголовный процесс, как и
уголовно-процессуальное право, на котором он базируется, детерминирован,
обусловлен уголовным правом.

Связь уголовного процесса и уголовного материального права
представляется в следующем виде:

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 158.

112

Раздел I Общие положения

а) уголовный процесс, как и уголовно-процессуальное право,
детерминирован уголовным материальным правом; бытие уголовного процесса
обусловлено прежде всего необходимостью реализации норм уголовного права
в форме их применения;

б) уголовный процесс – не единственная форма реализации норм уголовного
права; уголовный закон реализуется и вне уголовного процесса, когда
граждане добровольно выполняют его предписания;

в) будучи средством и формой реализации уголовного права, уголовный
процесс имеет собственное содержание Вместе с тем, анализируя
содержание ст. 6, 73 УПК, определяющие цель уголовного судопроизводства,
нельзя не отметить, что на содержание и направление уголовного процесса
значительное влияние оказывает уголовный материальный закон.

В философской и политической науках принято разграничивать общественные
отношения на материальные и идеологические, рассматривая последние как
надстройку над первыми, складывающимися помимо воли и сознания человека.

Кроме материальных и идеологических отношений, необходимо еще учитывать
деление отношений на объективные и субъективные При этом следует иметь в
виду, что понятие объективных отношений шире понятия материальных
отношений, так как они включают не только материальные, но и часть
идеологических и даже духовных отношений. Объективные отношения
складываются и функционируют за пределами сознания субъекта, с которым
они соотносятся, а субъективные складываются на основе объективных
отношений, но функционируют в сфере субъективной деятельности

С учетом этого к объективным отношениям относятся уголовно-правовые
отношения, как и связи между субъектами (государством и преступником),
возникающие в момент совершения преступления.

Иную природу имеют уголовно-процессуальные отношения, в рамках которых
протекает деятельность следователя, суда и других участников процесса по
установлению уголовных материальных отношений, возникающих независимо от
их сознания. Поиск объективной истины субъективен, как субъективны
отношения, содержание которых он составляет (т. е.
уголовно-процессуальные отношения). В уголовно-процессуальных отношениях
находят отражение объективно существующие уголовно-правовые отношения.
Однако от этого уголовно-процессуальные отношения не становятся
объективными, так как идеальное (сознание), отражая объективные явления,
может достигнуть высокой степени соответствия этим явлениям, но в силу
своей субъективной природы никогда не превращается в объективно
реальное.

Возникновение уголовно-правового отношения обусловлено наличием особого,
только ему присущего юридического факта – совершения престу-

Глава VI Уголовно-процессуальные отношения

113

пления. Но так как одного лишь факта, порождающего общественные
отношения, для возникновения правоотношения недостаточно, уголовный
закон дает не только общее понятие преступления, но и формулирует
юридическую сущность и признаки каждого преступления, а также определяет
объем власти государства в отношении виновного, а равно субъективные
права лица, совершившего уголовно наказуемое деяние. Тем самым нормы
уголовного права предусматривают не только состав юридических фактов, с
которыми связано возникновение уголовного правоотношения, но и
устанавливают содержание, рамки, объект уголовного правоотношения,
которым является уголовная ответственность. Для реализации уголовной
ответственности надо установить с помощью процессуальных средств в
рамках уголовно-процессуальных правоотношений ее субъекта, как и все
иные элементы уголовного правоотношения.

До настоящего времени в науке является спорным вопрос о времени
возникновения уголовно-правовых отношений. Некоторые ученые, в
частности, считают, что определенная группа уголовных правоотношений
становится таковыми в силу издания уголовно-правовой нормы. Данная
конструкция, как представляется, включает два небезупречных в
методологическом отношении положения: а) всякое право не существует без
правоотношений; б) уголовное право создает правоотношения, которые оно
затей охраняет1. Трудно согласиться с таким подходом. Запрещая под
страхом уголовной ответственности совершение тех или иных действий (или
бездействие), законодатель тем самым указывает юридические факты,
которые вызывают возникновение-уголовных правоотношений. Но он их не
создает. Больше того, он предупреждает их возникновение.

Вызывают возражения позиции и тех ученых, которые связывают
возникновение уголовно-правовых отношений с совершением определенных
процессуальных акций: вынесением или вступлением в законную силу
приговора либо с привлечением лица в качестве обвиняемого2 Все эти
действия совершаются в рамках уголовно-процессуальных отношений,
субъективных по своему характеру. Уголовно-правовые отношения,
объективные по своей сути, не возникают вследствие реализации
уголовно-процессуальных отношений. Следователь и суд могут лишь
установить или не установить уголовно-правовые (отношения, либо
установить их частично). Поэтому уголовно-процессуальные отношения могут
отражать или не отражать их. Но ни суд, ни следователь, ни прокурор не
создают уголовно-правовых отношений, существующих в силу акта
объективной действи-

ем Ковалев М И Советское уголовное право Курс лекций Вып 1
Свердловск, 1971 С 95-96

Подробнее об этом см Божьев В П Уголовно-правовые отношения состав,
содержание, связь с процессуальными отношениями // Проблемы уголовной
политики и уголовного права Межвузовский сборник научных трудов М , 1994
С 78-87

114

Раздел I. Общие положения

Глава VI. Уголовно-процессуальные отношения

115

тельности – совершения преступления – вне и независимо от их
(следователя, суда, прокурора) сознания.

Представляется более плодотворным связывать возникновение
уголовно-правовых отношений с моментом совершения преступления. Именно с
этого момента у государства появляется право применения уголовной
ответственности, а у преступника – обязанность понести основанную на
законе ответственность. Из этого исходит законодатель, когда
устанавливает, что срок давности привлечения к уголовной ответственности
течет со дня совершения преступления (ч. 2 ст. 78 УК РФ).

Уголовно-правовое отношение реализуется с момента вступления приговора в
законную силу, так как прежде чем реализовать правоотношение, его надо
установить. Уголовно-процессуальным актом, констатирующим такое
установление, является вступивший в законную силу приговор суда.
Погашается уголовно-правовое отношение с погашением или снятием
судимости ввиду акта амнистии или истечения срока давности.

Обусловленность уголовно-процессуальных отношений отношениями
материальными означает, что первые возникают тогда и постольку, когда и
поскольку имеется потребность установления и последующей реализации
уголовно-правовых отношений. Иначе говоря, если уголовно-правовые
отношения возникают с момента совершения преступления, то
уголовно-процессуальные отношения – лишь после того, как государственные
органы получают информацию о совершенном преступлении1. При этом, как
правило, неизбежен разрыв во времени между возникновением
уголовно-правового (момент совершения преступления) и
уголовно-процессуального (момент получения информации о совершенном
преступлении) отношений. В связи с этим в принципе представляются
ошибочными взгляды, согласно которым уголовно-процессуальные отношения
возникают ранее уголовно-правовых, а последние появляются на
определенном этапе развития первых. В силу объективного характера
уголовно-правовые отношения возникают раньше уголовно-процессуальных
отношений, которые лишь устанавливают, подтверждают доказательствами
наличие первых.

Рассматривая связь уголовно-правовых и уголовно-процессуальных
отношений, необходимо учитывать одно из основополагающих и в то же время
прагматических начал: уголовный процесс создан с единственной целью –
обеспечить применение норм уголовного права. Не случайно он до
определенного времени «жил» и развивался в недрах уголовного права. При
комплексном подходе к исследованию двух «родственных» групп отношений
(уголовно-правовых и процессуальных) первичными можно при-

‘ Сказанное не исключает иного положения – когда процессуальные
отношения возникают и развиваются при отсутствии уголовно-правовых Но
это суть аномалия (а не правило), свидетельствующая не о
закономерностях, а скорее – о наличии ошибок при возбуждении,
расследовании или судебном рассмотрении дела

знать только уголовно-правовые отношения, играющие роль детерминанта по
отношению к уголовно-процессуальным отношениям. Служебная роль
уголовно-процессуальных отношений в установлении уголовно-правовых
отношений рельефно просматривается при сопоставлении оснований уголовной
ответственности (ст. 8 УК РФ) и обстоятельств, подлежащих доказыванию по
уголовному делу (ст. 73 УПК), хотя указанные положения УК и УПК лишь
иллюстрируют, но не исчерпывают каналы связей, обозначенных уголовным и
уголовно-процессуальным законами.

В процессе производства по делу у следователя и суда может неоднократно
меняться представление о содержании уголовно-правового отношения.
Изменение объема знаний об уголовно-правовом отношении ведет к изменению
обвинения, а следовательно, и содержания уголовно-процессуальных
отношений между следователем или судом, с одной стороны, и обвиняемым
(подсудимым) – с другой. Это также вызывает трансформацию прав и
обязанностей сторон, так как изменение обвинения порождает или
прекращает известные правомочия у государственных органов (возможность
избрания или изменения меры пресечения, изменение подсудности или
подследственности, обязательность участия в деле защитника и т. п.).

Уголовно-процессуальные отношения характеризуются наличием нескольких
процессуальных рубежей, при прохождении через которые их содержание
может быть уточнено или изменено. Таковыми, в частности, являются:
возбуждение уголовного дела; привлечение лица в качестве обвиняемого;
утверждение обвинительного заключения, а после направления дела в суд-
назначение судебного заседания, постановление приговора, вынесение
определения суда второй инстанции.

Следует, однако, заметить, что допускаются неточности в определении
начала функционирования уголовно-процессуальных отношений. В частности,
момент возникновения уголовно-процессуальных отношений иногда
увязывается с моментом возбуждения уголовного дела. При этом не
учитывается, что с момента получения информации о преступлении до
решения вопроса о возбуждении уголовного дела действия осуществляются на
основе уголовно-процессуальных норм (ст. 141-145 УПК) и потому протекают
в рамках уголовно-процессуальных отношений.

С установлением уголовно-правовых отношений уголовно-процессуальные
отношения в основном исчерпывают свое предназначение и «поэтому
прекращаются с вступлением в законную силу обвинительного приговора
суда. Таково наиболее типичное, но не универсальное положение.

В некоторых случаях возможно, что:

а) вначале прекращаются материальные, а затем процессуальные отношения
(например, при амнистии);

б) уголовно-процессуальные правоотношения прекращаются, не установив
уголовных правоотношений (прекращение уголовного дела ввиду

116

Раздел I. Общие положения

непричастности подозреваемого или обвиняемого к совершению
преступления);

в) уголовно-процессуальные отношения возникают при отсутствии
уголовно-правовых отношений (возбуждение дела на основе ложной или
ошибочной информации);

г) уголовно-процессуальные отношения неоднократно прекращаются и
возобновляются при неизменности уголовно-правового отношения
(ввиду, например, непричастности обвиняемого к совершению преступления);

д) уголовно-процессуальные отношения возобновляются после вынесения
приговора и вступления его в законную силу – в процессе реализации
уголовно-правовых отношений (производство в порядке надзора,
рассмотрение вопроса о досрочном освобождении от наказания по болезни и
т. п.).

Таким образом, можно отметить, что уголовно-процессуальные отношения
характеризуются известной самостоятельностью и независимостью от
уголовно-правовых отношений. Однако в конечном итоге связь между ними
присуп ствует. К сожалению, на практике бывают ситуации, когда
существование уголовно-правовых отношений не сопровождается
возникновением уголовно-процессуальных отношений. В конечном счете это
приведет к тому, что уголовно-правовое отношение прекратит свое
существование (в силу истечения давности или изменения уголовного
закона) так и не установленным и, следовательно, не реализованным.

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

§ 1. Понятие участника уголовного судопроизводства

Участники уголовного судопроизводства (уголовного процесса) по-разному
вовлекаются в сферу уголовно-процессуальных отношений: одни – в силу
должностных обязанностей (суд, судья, прокурор, следователь,
дознаватель); другие – посредством реализации своих субъективных прав
(потерпевший, гражданский истец, их законные представители); третьи – по
воле должностных лиц (подозреваемый, обвиняемый, свидетель, понятой и
др.); четвертые- путем исполнения поручения, полученного от иного
субъекта (защитник, представитель и т. п.).

Участники уголовного процесса могут быть классифицированы по различным
признакам. Наиболее предпочтительным представляется такой подход, при
котором учитываются: цель участия субъекта в процессе, направление его
деятельности, связь последней с задачами уголовного процесса, отношение
к результатам производства по уголовному делу. С учетом этого УПК
выделяет следующие группы участников уголовного судопроизводства: 1)
суд; 2) участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения; 3)
участники уголовного судопроизводства со стороны защиты; 4) иные
участники уголовного судопроизводства.

Вне зависимости от принадлежности к той или иной из указанных групп
можно констатировать, что участники уголовного судопроизводства – это
лица, наделенные сообразно их процессуальному положению
уголовно-процессуальным законом правами и обязанностями. Все они
вступают в уголовно-процессуальные отношения с другими участниками
(субъектами) уголовно-процессуальных отношений.

§ 2. Суд

В соответствии с Конституцией РФ отправление правосудия – исключительная
компетенция суда. При этом судебная власть осуществляется лишь
посредством конституционного, 1ражданского, административного и
уголовного судопроизводства (ст. 118). Таким образом, сфера

118

Раздел I. Общие положения

уголовно-процессуальных отношений относится к одной из четырех систем
отношений, в которой важнейшие правоприменительные полномочия
осуществляют особые государственные органы – носители судебной власти.
Носителями такой власти могут быть согласно Конституции РФ только суды.
В соответствии с Законом о судебной системе правосудие по уголовным
делам осуществляют федеральные суды общей юрисдикции (в том числе суды
военные) и мировые судьи.

УПК особо подчеркивает, что только суд правомочен признать лицо виновным
в совершении преступления и назначить ему наказание (п. 1 ч. 1 ст. 29).
Тем самым не только Конституция РФ, но и УПК определяют главенствующее
положение суда среди участников уголовного судопроизводства, наделяют
его исключительными полномочиями.

Большинство уголовных дел до суда проходит стадию предварительного
расследования, материалы которого, как и выводы лиц, ответственных за
его проведение, имеют для суда лишь предварительное значение. При
рассмотрении каждого уголовного дела он обязан принять все
предусмотренные законом меры для полного и объективного исследования
обстоятельств дела. Суд основывает свой приговор на доказательствах,
которые были рассмотрены в судебном заседании, и не связан при вынесении
приговора ничьим мнением. Судьи независимы и подчиняются только
Конституции и федеральному закону (ст. 120 Конституции РФ).

УПК только суд наделил правом применения к лицу принудительных мер
медицинского характера (гл. 51) и меры воспитательного воздействия в
отношении несовершеннолетних (гл. 50).

Суду предоставлены значительные полномочия по решению в ходе
предварительного расследования важнейших вопросов, связанных с
ограничением прав и свобод человека и гражданина, в том числе: избрания
меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста;
продления сроков содержания под стражей; помещения подозреваемого,
обвиняемого в медицинский или психиатрический диспансер; проведения в
жилище обыска, выемки, осмотра; наложения ареста на корреспонденцию и т.
п. (ч. 2. ст. 29 УПК). Наконец, суд правомочен в ходе досудебного
производства рассматривать жалобы заинтересованных в том участников
уголовного судопроизводства на действия (бездействие) и решения
прокурора, следователя, дознавателя.

Суд действует в уголовном судопроизводстве как коллегиальный орган или в
составе одного судьи. При этом единоличное рассмотрение уголовных дел по
действующему УПК получило развитие. Если прежде это было лишь достоянием
районных судов и мировых судей, то теперь возможно и для вышестоящих
судов. При этом единолично рассматриваются дела о преступлениях,
максимальное наказание за совершение которых по закону не превышает
десяти лет лишения свободы.

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

119

Сохраняется коллегиальный порядок рассмотрения уголовных дел в первой
инстанции в составе трех федеральных судей (п. 3. ч. 2 ст. 30 УПК)’.
Предполагается, что с 1 января 2003 г. суды с участием присяжных
заседателей будут действовать во всех субъектах Российской Федерации2. В
судах кассационной и надзорной инстанций действует коллегиальный состав
судов: при рассмотрении дела в кассационном порядке – в составе трех
федеральных судей; при рассмотрении дела в порядке надзора – в составе
не менее трех судей соответствующего федерального суда общей юрисдикции.
Лишь при рассмотрении жалоб и представлений на приговоры и постановлений
мировых судей в апелляционном порядке дело рассматривается единолично
судьей соответствующего районного суда.

Надо отметить важную роль судьи, председательствующего в судебном
заседании при рассмотрении дела в первой инстанции коллегиальным
составом суда. На председательствующего закон возлагает принятие мер и
осуществление многих других действий по обеспечению прав участников
процесса и правильного хода судебного разбирательства, а также
исследования материалов дела. Председательствующий руководит совещанием
судей при постановлении приговора (ст. 301 УПК). В УПК имеются и другие
положения, свидетельствующие о том, что судья (или председательствующий)
осуществляет ряд уголовно-процессуальных действий единолично. В законе
очерчен круг этих действий, равно как и вопросов, по которым он вправе
или обязан выносить процессуальные акты (постановления).

Придавая большое значение объективности и беспристрастности суда, закон
исходит из того, что один лишь факт наличия оснований, позволяющих
усомниться в беспристрастности судьи и народных заседателей, должен
повлечь устранение их из процесса. В связи с этим в УПК дан перечень
обстоятельств, устраняющих судью от участия в рассмотрении дела (ст. 61
УПК).

§ 3. Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения

Прокурор – наделенный властными полномочиями участник уголовного
судопроизводства, который может вступать в уголовно-процессуальные
отношения во всех стадиях судопроизводства. УПК определяет прокурора как
должностное лицо, уполномоченное в пределах ком-

Положения п. 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ в части рассмотрения дел в составе
трех федеративных судей вступает в действие не 1 января 2003 года, а 1
января 2004 года (см. п. 3 Федерального закона от 26 апреля 2002 г. (29
мая 2002 г.) № 59-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный
закон “О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации”» (далее — Федеральный закон № 59-ФЗ).

” См.: ст. 8 Федерального закона № 177-ФЗ «О введении в действие
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2001. №
52 (ч. 1). Ст. 4924.

120

Раздел I. Общие положения

петенции, установленной УПК РФ, осуществлять от имени государства
уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также
надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и
предварительного следствия (ч. 1 ст. 37).

Самим термином «прокурор» УПК обозначает круг должностных лиц
прокуратуры в лице Генерального прокурора РФ и подчиненных ему
прокуроров, их заместителей и помощников, участвующих в уголовном
судопроизводстве (п. 31 ст. 5).

Наиболее широкими полномочиями Закон о прокуратуре и УПК наделяют
прокурора на досудебных этапах уголовного судопроизводства-в стадиях
возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. Определяя
основные направления деятельности прокурора в указанной сфере, Закон о
прокуратуре констатирует, что прокурор осуществляет: а) надзор за
исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное
следствие; б) уголовное преследование в соответствии с полномочиями,
установленными уголовно-процессуальным законодательством Российской
Федерации; в) координацию правоохранительной деятельности по борьбе с
преступностью (ч. 2 ст. 1).

Формулируя предмет надзора прокурора на досудебных этапах уголовного
судопроизводства, Закон о прокуратуре включает в него: соблюдение прав и
свобод человека и гражданина; установленный порядок разрешения заявлений
и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях; проведение
расследования; законность решений, принимаемых органами, осуществляющими
оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие.

Рассмотрение вопросов деятельности прокурора применительно к сфере
оперативно-розыскной деятельности в связи с уголовно-процессуальной
деятельностью обусловлено рядом обстоятельств. Во-первых,
оперативно-розыскные меры нередко применяются во взаимодействии
(например, при привлечении к работе следственной группы должностных лиц,
органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность) с мерами
процессуальными (следственными). Во-вторых, основаниями для проведения
оперативно-розыскных мероприятий могут быть поручения следователя или
указания прокурора (п. 5 ч. 2 ст. 157 УПК, п. 3. ч. 1 ст. 7 Федерального
закона «Об оперативно-розыскной деятельности»). В-третьих,
оперативно-розыскные действия подчас предшествуют
уголовно-процессуальным (ст. 143 УПК, п. 1. ч. 2 ст. 7 Закона об ОРД).
Все это позволяет сделать вывод, что для следователя (как, впрочем, и
для суда) совсем не безразлично, соблюден ли закон при проведении
оперативно-розыскных мероприятий, не нарушены ли при этом права граждан.
Поэтому и результаты прокурорского надзора за действиями органов,
осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, могут оказать влияние
на ход и результаты расследования.

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

121

Прокуратура наделена функцией расследования преступлений. Согласно
Закону о прокуратуре она осуществляет уголовное преследование по делам о
преступлениях, отнесенных уголовно-процессуальным законом к ее
компетенции (п. 1 ч. 2 и п. 2 ч. 3 ст. 151). Однако, осуществляя надзор
за исполнением законов следователями других органов предварительного
расследования (ФСБ, МВД, ФСНП), прокурор обладает такими же
полномочиями.

В ходе досудебного производства по уголовному делу прокурор наделен
широкими полномочиями, включающими: а) проверку исполнения требований
федерального закона при приеме, регистрации и разрешении (п. 1, 2, 4 ст.
37 УПК); б) принятие конкретных мер по осуществлению быстрого и
качественного расследования уголовных дел (п. 2, 6-9); в) дачу согласия
следователю, дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства об
избрании меры пресечения или о производстве иного процессуального
действия, которое допускается на основании судебного решения (п. 5)1; г)
принятие в ходе расследования по конкретным делам решений: промежуточных
(п. 5-12) и заключительных (п. 13-16); д) вынесение решений об отмене
незаконных постановлений по делу, принятых нижестоящими прокурорами,
следователями, дознавателями (п. 10 ст. 37 УПК).

Для обеспечения своевременного надзора за исполнением закона при
возбуждении уголовного дела постановление об этом следователя или
дознавателя немедленно направляется прокурору, который обязан
незамедлительно дать согласие на возбуждение дела либо вынести
постановление об отказе в этом, либо принять решение о возвращении
материалов для дополнительной проверки.

На предварительном следствии и дознании прокурор вправе выносить
постановления по делам, расследуемым следователем или дознавателем,
давать указания, обязательные к исполнению названными лицами.
Обжалование полученных указаний вышестоящему прокурору не
приостанавливает их исполнения за исключением случаев, указанных в ч. 3
ст. 38 УПК. Кроме того, уголовно-процессуальный закон наделяет прокурора
правами: участвовать в производстве предварительного расследования и в
необходимых случаях лично производить отдельные следственные действия по
любому делу; возвращать дела для дополнительного расследования;
передавать дело от одного органа предварительного расследования другому
с соблюдением правил подследственности, предусмотренных ст. 151 УПК с
обязательным указанием оснований передачи; прекращать уголовные дела

В части ряда «иных процессуальных действий» до 1 января 2004 г.
принимает решение прокурор (см.: ст. 10 Федерального закона от 22 ноября
2001 г. (18 декабря 2001 г.) № 177-ФЗ «О введении в действие
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2001.
№52 (ч. 1). Ст. 924). См. также постановление Конституционного Суда РФ №
6-П от 14 марта 2002 г. (Российская газета. 2002. 21 марта).

122

Раздел I. Общие положения

(п. 2 ч. 1 ст. 221); отменять постановления следователя о прекращении
дела (ст. 214 УПК) и т. д.

Закончив расследование, следователь составляет обвинительное заключение,
а дознаватель – обвинительный акт (утверждаемый начальником органа
дознания) и направляют дело прокурору, который, проверив материалы и
утвердив обвинительное заключение (обвинительный акт), передает дело в
суд (ст. 222, п. 1 ч. 1 ст. 226 УПК). При этом обвинение может быть
изменено в сторону смягчения (п. 2 ч. 2 ст. 221, ч. 2 ст. 226 УПК).
Прокурор рассматривает жалобы на действия следователя и лица,
производящего дознание.

Процессуальное положение прокурора в ходе судебного производства дано в
ст. 37 УПК лишь в самой общей форме, так как его правовой статус на этом
этапе определяет положение стороны в состязательном судопроизводстве. На
него, как представителя власти, возложено осуществление уголовного
преследования в форме поддержания государственного обвинения (ч. 4 ст.
37). Впрочем, в законе оговорено, что по основаниям, установленным УПК,
он вправе отказаться от осуществления уголовного преследования (ч. 5 ст.
37 УПК). В случаях, когда предварительное расследование проводилось в
форме дознания, прокурор вправе поручить поддержание от имени
государства обвинения в суде дознавателю либо следователю, производящему
дознание по данному уголовному делу (Федеральный закон № 58-ФЗ).

Следователь – это должностное лицо, на которое законом возложено
производство предварительного следствия. Предварительное следствие
осуществляют следователи прокуратуры, следователи органов внутренних
дел, следователи Федеральной службы безопасности и следователи
федеральных органов налоговой полиции. Объем процессуальных прав и
обязанностей следователей не зависит от их ведомственной принадлежности.
Закон лишь разграничивает их компетенцию (подследственноегь) в
зависимости от предмета расследуемого дела, что находит внешнее
отражение в квалификации преступления (ст. 151 УПК).

Определяя следователя как должностное лицо, уполномоченное законом
осуществлять предварительное следствие по делу, необходимо сразу же
оговорить, что, кроме того, он наделен полномочиями по рассмотрению
сообщений о готовящихся или совершенных преступлениях и принятию (с
согласия прокурора) решений о возбуждении уголовного дела. В случаях,
указанных в законе (п. 1, 2, 7 ч. 3 ст. 151 УПК) следователи проводят
дознание и поддерживают по этим делам обвинение (ч. 4 ст. 37 УПК) при
наличии поручения прокурора (указанные статьи – в ред. Федерального
закона № 58-ФЗ).

Обязанностью следователя является раскрытие преступления, установление и
изобличение лиц, его совершивших, а также выявление обстоя-

Главэ VII. Участники уголовного судопроизводства

123

тельств, способствовавших совершению преступлений. Следователь
наделяется широкими субъективными правами и обязанностями, которые
реализуются в рамках уголовно-процессуальных отношений, возникающих
между ним и обвиняемым, подозреваемым, потерпевшим, прокурором,
начальником следственного отдела, органом дознания, другими субъектами
уголовного процесса. В законе специально подчеркивается, что все решения
о направлении следствия и производстве следственных действий следователь
принимает самостоятельно и несет полную ответственность за их законное и
своевременное проведение. Это означает, что он вправе самостоятельно
направлять ход следствия, определять круг необходимых следственных
действий, устанавливать последовательность их проведения, принимать
решения о движении дела и др.

Подчеркивая самостоятельность следователя, действующий
уголовно-процессуальный закон ограничил ее случаями, когда в
соответствии с УПК требуется получение судебного решения и (или) санкции
прокурора. В частности, решения суда необходимо получить, когда
планируется проведение действий, направленных на ограничение
конституционных прав граждан, связанных с ограничением: а) личной
неприкосновенности (п. 1-3, 6 ч. 2 ст. 29 УПК); б) неприкосновенности
частной жизни (п. 8, 11 ч. 2 ст. 29); в) неприкосновенности жилища (п.
4, 5 ч. 2 ст. 29); г) ограничением имущественных прав (п. 7, 9 ч. 2 ст.
29); д) временным отстранением обвиняемого от должности в соответствии
со ст. 114 (п. 10 ч. 2 ст. 29 УПК).

В ст. 38 УПК, посвященной общей характеристике правового статуса
следователя, особо выделены (ч. 3 и 4) положения, направленные на
регулирование правовых отношений между следователем и прокурором в связи
с дачей ими указаний и принятием ими решений по делу. Решения и указания
прокурора, принимаемые в связи с производством по делу, могут касаться
многих вопросов. Они обязательны к исполнению. Обжалование вышестоящему
прокурору не приостанавливает их исполнения, за исключением случаев,
предусмотренных ч. 3 ст. 38 УПК. В семи пунктах этой статьи перечислены
девять случаев (в п. 5 и 7 содержится по два случая), когда следователь
вправе представить уголовное дело вышестоящему прокурору с письменным
изложением своих возражений при несогласии с ними. Прокурор же в
результате рассмотрения возражений отменяет указание нижестоящего
прокурора (в этом случае дело возвращается следователю) или поручает
производство следствия по данному делу другому следователю.

Существенны полномочия следователя по даче поручений органу дознания в
связи с расследованием уголовного дела. Во-первых, в самом начале п. 4
ч. 2 ст. 38 УПК подчеркнута обязанность исполнения органами дознания
полученных от следователя поручений. Во-вторых, имеющим юридическую силу
является только поручение, данное в письменной форме. В-третьих,
уголовно-процессуальный закон наделил следователя правом

124

Раздел I. Общие положения

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

125

давать поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий.
В-четвертых, УПК подтверждает положение о праве следователя дать
поручение органу дознания о «проведении оперативно-розыскных
мероприятий, производстве отдельных следственных действий, об исполнении
постановлений о задержании, приводе, об аресте, о производстве иных
процессуальных действий, а также получать содействие при их
осуществлении».

Приведенные положения, однако, не свидетельствуют от том, что
следователь может давать органам дознания поручение о проведении любого
следственного или иного процессуального действия. Следователь не вправе
возлагать на органы дознания проведение действий, которые, согласно
закону, он должен проводить сам (привлечение лица в качестве
обвиняемого, его допрос, назначение экспертизы и т. д.).

Начальник следственного отдела. Термин «начальник следственного отдела»
по содержанию выходит за рамки его буквального смысла, так как согласно
п. 18 ст. 5 УПК им является должностное лицо, возглавляющее следственное
подразделение, а также его заместитель. Таким образом, в действующем
законе представление о начальнике следственного отдела (как понятии)
охватывает не только должностных лиц органов внутренних дел, Федеральной
службы безопасности, федеральных органов налоговой полиции, но и
прокуратуры.

Сообразно положениям ст. 38 и 39 УПК начальник следственного отдела
вступает в правовые отношения со следователями по вопросам, связанным с
расследованием уголовных дел. Он поручает производство предварительного
следствия следователю или группе следователей (ст. 163 УПК), наделен
правом отменять необоснованные постановления следователя о
приостановлении предварительного следствия, а также вносить прокурору
ходатайства об отмене иных незаконных или необоснованных постановлений
следователя.

В целях обеспечения исполнения предписанных ему положений начальник
следственного отдела правомочен проверять находящиеся у следователей
уголовные дела, а по результатам этих проверок – давать указания. В
перечень вопросов, по которым начальник следственного отдела вправе дать
указания следователю, входят вопросы, связанные с: а) направлением
расследования; б) обвинением (привлечение в качестве обвиняемого, объем
обвинения, квалификация преступления); в) избранием меры пресечения в
отношении подозреваемого и обвиняемого.

Подтверждая письменную форму указаний как непременное условие их
действенности, закон указывает на их обязательное исполнение
следователем. Допуская возможность их обжалования прокурору и в суд,
закон вместе с тем исходит из того, что это не приостанавливает, как
правило, их исполнение. Жалоба следователя приостанавливает исполнение
им указаний начальника следственного отдела лишь в случаях, когда они
касаются: а) привлечения лица в качестве обвиняемого; б) квалификации
обвинения;

в) объема обвинения; г) избрания меры пресечения; д) проведения
следственных действий, которые допускаются только по судебному решению
(ст. 39 УПК в ред. Федерального закона № 58-ФЗ).

Указания прокурора, данные следователю по конкретному уголовному делу,
обязательны и для начальника следственного отдела. Последний должен
принять организационные меры (в пределах компетенции) к обеспечению
исполнения указаний прокурора.

Если начальник следственного отдела принял уголовное дело к своему
производству, он обладает полномочиями следователя и (или) руководителя
следственной группы (ст. 38, 163 УПК).

Орган дознания. Согласно ст. 40 УПК органами дознания являются органы
внутренних дел, а также иные органы исполнительной власти, наделенные в
соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению
оперативно-розыскной деятельности (ОРД). Помимо органов, на которые
традиционно возлагается осуществление ОРД (МВД, ФСБ, СВР, ФПС, ФАПСИ,
ФСГО, налоговая полиция, таможенная служба), сюда следует отнести также
органы УИС, входящие в систему Минюста России.

К органам дознания также отнесены судебные приставы, указанные в п. 2
ст. 1 ст. 40 УПК, а также командиры воинских частей, соединений,
начальники военных учреждений или гарнизонов и органы Государственной
противопожарной службы (ст. 40 УПК в ред. Федерального закона № 58-ФЗ).

На органы дознания возложено:

1) проведение дознания по уголовным делам, по которым производство
предварительного следствия необязательно (ч. 3 ст. 150 УПК), – в
порядке, предусмотренном гл. 32 УПК;

2) выполнение неотложных следственных действий по уголовным делам, по
которым производство предварительного следствия обязательно, -в порядке,
установленном ст. 157 УПК.

В соответствии с ч. 3 ст. 40 УПК возбуждение уголовного дела в порядке,
предусмотренном ст. 146 УПК, и выполнение неотложных следственных
действий возложено также (т. е. наряду с органами дознания) на:

а) капитанов морских и речных судов, находящихся в дальнем плавании,
-по уголовным делам о преступлениях, совершенных на данных судах;

б) руководителей геолого-разведочных партий и зимовок, удаленных от
мест расположения органов дознания, указанных в ч. 1 ст. 40 УПК, – по
уголовным делам о преступлениях, совершенных по месту нахождения Данных
партий и зимовок;

в) глав дипломатических представительств и консульских учреждений
Российской Федерации – по уголовным делам о преступлениях, совершенных в
пределах территорий данных представительств и учреждений.

Для большинства органов исполнительной власти, осуществляющих Дознание,
выполнение этой функции не является ведущей (или одной из

126

Раздел I. Общие положения

Глава VII Участники уголовного судопроизводства

127

ведущих). В этом смысле особняком стоят органы дознания в системе МВД,
ФСБ и ФСНП, но и среди них выделяется своей многочисленностью и
универсальностью милиция.

Согласно Закону о милиции (ст. 8, 9) она подразделяется на криминальную
милицию и милицию общественной безопасности (МОБ). Как орган дознания,
криминальная милиция осуществляет предупреждение, пресечение и раскрытие
преступлений по уголовным делам, по которым в соответствии с п. 3 ч. 2
ст. 151 УПК производство предварительного следствия обязательно. Задачей
МОБ, как органа дознания, является выявление, предупреждение, пресечение
и раскрытие преступлений, по делам о которых производство
предварительного следствия не обязательно. Как подчеркнуто законом,
милиция общественной безопасности является органом дознания (ст. 9
Закона о милиции); в составе МОБ образованы специальные подразделения
дознания.

Часть 2 ст. 40 УПК называет лишь основные направления
уголовно-процессуальной деятельности органов дознания. В ней прежде
всего указано, что они проводят дознание по уголовным делам, по которым
предварительное следствие необязательно (т. е. в форме дознания
проводится все расследование). При этом к юрисдикции органов дознания
отнесены дела о преступлениях, подпадающих под признаки 132 составов
преступлений (п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК). По письменному указанию прокурора
расследование в форме дознания может быть осуществлено и по делам об
иных преступлениях небольшой и средней тяжести (п. 2 ч. 3 ст. 150 УПК).
Кроме того, по письменному указанию прокурора уголовные дела, указанные
в п. 1 ч. 3 ст. 150, могут быть переданы для производства
предварительного следствия (ст. 150 УПК в ред. Федерального закона №
58-ФЗ).

Второе из основных направлений процессуальной деятельности органов
дознания (п. 2 ч. 2 ст. 40 УПК) – выполнение неотложных следственных
действий по уголовным делам, по которым производство предварительного
следствия обязательно. Ориентируя органы дознания на быстрое их
проведение, УПК предписывает, что при наличии поводов для возбуждения
уголовного дела и признаков преступления, по которому производство
предварительного следствия обязательно, орган дознания возбуждает дело
(в соответствии со ст. 146) и проводит неотложные следственные действия
(ст. 157). Уголовно-процессуальный закон определяет (по предметному
признаку) круг дел о преступлениях, по которым осуществляют эту
деятельность органы дознания, входящие в структуры различных министерств
и ведомств (ч. 2 ст. 157 УПК).

Дознаватель – участник уголовного судопроизводства в виде должностного
лица органа дознания, правомочного проводить расследование в форме
дознания и осуществлять иные полномочия, предусмотренные УПК (п. 7 ст. 5
УПК в ред. Федерального закона № 58-ФЗ). Важно отметить, что

лицо, являясь дознавателем по должности, может осуществлять полномочия
органа дознания по конкретному уголовному делу, по которому
предварительное следствие необязательно, только по решению начальника
органа дознания. Однако заметим, что в связи с изменениями, внесенными в
УПК, дознание может быть проведено и следователями (п. 1, 2, 7 ч. 3 ст.
151 УПК в ред. Федерального закона № 58-ФЗ).

Установление в ч. 2 ст. 41 УПК требования о недопустимости совмещения в
одном лице исполнителя по одному делу процессуальных и
оперативно-розыскных полномочий не означает наличия запрета сотруднику
оперативно-розыскных служб и подразделений вообще осуществлять дознание
по делу. Такой запрет мог бы вызвать негативные последствия, так как
даже в системе МВД РФ, имеющей специализированные подразделения
дознания, одни только дознаватели (по должности) не смогут выполнить
весь объем деятельности, которую выполняют органы дознания. Не случайно,
например, проведение дознания но делам о преступлениях против
безопасности дорожного движения и преступлениях, связанных с
эксплуатацией транспортных средств, возложено на сотрудников ГИБДД.
Очевидно, сотрудник оперативно-розыскных служб тем более не может быть
лишен подобных полномочий. Но он не вправе проводить дознание в том
конкретном случае, если он по данному уголовному делу проводил или
проводит оперативно-розыскные мероприятия.

В уголовно-процессуальном законе специально подчеркнута
самостоятельность дознавателя в проведении следственных и процессуальных
действий. Для большинства из них не требуется согласия начальника органа
дознания (например, ч. 1, 2 ст. 11, ч. 2 ст. 16, ч. 1 ст. 17, ч. 1 ст.
25, ст. 26 УПК), хотя в некоторых случаях утверждение документа
начальником органа дознания требуется (например, ч. 4 ст. 255). В УПК РФ
законодатель использовал прием одновременного предписания в адрес органа
дознания и дознавателя (например, ч. 1, 3 ст. 7, ч. 2 ст. 10, ч. 3 ст.
11, ч. 1 ст. 19, ч. 2, 4 ст. 21, ст. 144 УПК). Тем самым в законе
подчеркивается ответственность за соблюдение и исполнение
соответствующих норм как дознавателя, так и руководителя органа
дознания.

В уголовно-процессуальном законе прямо указано об обязательности Для
дознавателя не только указаний прокурора, но и указаний начальника
органа дознания, данных в соответствии с положениями УПК. Указания
начальника органа дознания могут быть обжалованы прокурору, а указания
последнего – вышестоящему прокурору. В том и другом случае обжалование
указаний не приостанавливает их исполнения. Надо заметить, однако, что
значение указанных законодательных новелл важно даже в тех случаях,
когда позиция дознавателя не находит поддержки у соответствующих
прокуроров. Во-первых, для последних полученная информация в любом
случае небесполезна. Во-вторых, сам факт наличия указанного правомочия у

IT

128

Раздел I. Общие положения

“Г

дознавателя побуждает авторов указаний к более взвешенному отношению к
подписанию подобных процессуальных документов. И, наконец, в-третьих,
право на жалобу у дознавателя – свидетельство укрепления его правового
положения как участника уголовного судопроизводства.

Дознаватель, как и следователь, подлежит отводу при наличии указанных в
законе оснований (ст. 61 УПК). Одновременно установлено, что предыдущее
участие следователя или дознавателя в производстве предварительного
расследования по данному уголовному делу не является основанием для его
отвода (ч. 2 ст. 67 УПК).

Потерпевший. Устанавливая, что потерпевшим является физическое лицо,
которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный
вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда
имуществу и деловой репутации, закон, в сущности, определяет
материально-правовое понятие потерпевшего от преступления. Но
потерпевший – это участник уголовного судопроизводства. Его становление
в этом качестве обусловлено вынесением дознавателем, следователем,
прокурором и судом (судьей) постановления (определения) о признании лица
потерпевшим (ч. 1 ст. 42 УПК).

Фактические основания к внесению постановления о признании гражданина
или юридического лица потерпевшим – это наличие в уголовном деле
доказательств, указывающих на причинение вреда преступлением. Поскольку
закон связывает вынесение указанного постановления с причинением вреда
деянием, ответственность за которое установлена уголовным законом, лицо
может быть признано потерпевшим лишь при причинении вреда, причиненного
непосредственно преступлением.

О признании гражданина потерпевшим суд выносит определение, а судья,
прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, – постановление.
Закон не связывает признание потерпевшего с желанием или с согласием
лица, понесшего вред от преступления.

По делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть
потерпевшего, права потерпевшего, предусмотренные ст. 42 УПК, переходят
к одному из близких родственников (ч. 9 ст. 42).

Потерпевший имеет право: представлять доказательства; заявлять
ходатайства; знакомиться со всеми материалами дела с момента окончания
предварительного следствия; участвовать в судебном разбирательстве;
заявлять отводы; обжаловать действия дознавателя, следователя, прокурора
и суда; выступать в судебных прениях; поддерживать обвинение, приносить
жалобы на постановления, приговор или определение суда.

Интерпретируя положения закона о праве потерпевшего на ознакомление с
материалами дела с момента окончания предварительного следствия,
необходимо учитывать, что в рассматриваемых случаях имеются в виду все
формы окончания предварительного следствия: а) когда следствие завер-

Глава VII Участники уголовного судопроизводства

129

шается составлением обвинительного заключения и представления дела
прокурору для его последующего направления в суд (ст. 216 УПК); б) когда
итогом предварительного следствия является составление постановления о
направлении дела в суд для решения вопроса о применении к лицу
принудительных мер медицинского характера, которое вместе с делом
направляется прокурору для его передачи в суд (ст. 439); в) когда
производство предварительного следствия заканчивается вынесением
постановления о прекращении дела (ст. 213). Никаких ограничений на этот
счет п. 12 ч. 2 ст. 42 УПК не содержит. Потерпевший, как и обвиняемый,
имеет право выписывать из дела любые сведения и в любом объеме, а также
снимать копии с материалов дела, в том числе с помощью технических
средств. При участии в уголовном деле нескольких потерпевших каждый из
них вправе знакомиться с уголовным делом только в части, касающейся
причинения ему вреда.

С принятием Конституции РФ (1993 г.) в уголовно-процессуальном
законодательстве России проявилась тенденция к повышению влияния
потерпевшего на ход и исход производства по делам не только частного,
(что было и прежде), но и публичного обвинения. Во-первых, несколько
расширены его права по делам частного обвинения (ст. 31, 43, 318-321
УПК). Во-вторых, по его заявлению дела публичного обвинения небольшой и
средней тяжести могут быть прекращены ввиду его примирения с обвиняемым
(ст. 25). В-третьих, он имеет право участвовать в судебных прениях по
всем уголовным делам (ч. 2 ст. 292). В-четвертых, без его согласия не
может быть рассмотрено уголовное дело без проведения судебного
разбирательства в порядке, предусмотренном гл. 40 (ч. 1 ст. 314 УПК).

Часть 2 ст. 42 существенно расширяет и конкретизирует процессуальные
права потерпевшего. В определенной мере условно эти субъективные права
потерпевшего можно сгруппировать по следующим признакам: а) права,
направленные на обеспечение реализации функции обвинения и отстаивание
своих интересов (п. 1, 7, 8, 12-14, 17, 19, 20); б) права,
обеспечивающие его участие в доказывании (п. 4, 5, 9, 10—12, 15-17); в)
права, направленные на обеспечение объективного и беспристрастного хода
уголовного судопроизводства (п. 5, 18); г) права, связанные с его правом
и обязанностью по даче показаний (п. 2—4, 6); д) права, направленные на
обеспечение его безопасности и компенсацию расходов (п. 21 ч. 2, ч. 3).

УПК обеспечивает возмещение потерпевшему имущественного вреда,
причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с
участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы
на представителя. По его иску о возмещении морального вреда в денежном
выражении размер возмещения определяется судом при рассмотрении
уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства (ч. 3 и 4
ст. 42 УПК).

130

Раздел I. Общие положения

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

131

В соответствии со ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК волей потерпевшего,
выраженной в заявлении им или его законным представителем, обусловлена
возможность прекращения уголовного дела в отношении лица, впервые
совершившего преступление небольшой тяжести, если оно помирилось с
потерпевшим1.

Свои процессуальные права потерпевший может реализовать самостоятельно,
через своего представителя или совместно и наряду с представителями. При
этом от услуг представителя он вправе отказаться, за исключением тех
случаев, когда потерпевший полностью или частично недееспособен и на его
стороне (или вместо него) участвует законный представитель.

Среди процессуальных прав потерпевшего есть одно, которое он может
реализовать только лично,- дача показаний. Но дача показаний- это не
только право, но и обязанность потерпевшего. Поэтому по закону допрос
потерпевшего на предварительном следствии (дознании) и в суде
осуществляется по правилам допроса свидетеля, он предупреждается об
ответственности за отказ от дачи или дачу заведомо ложных показаний.
Вместе с тем на него распространяется универсальная конституционная
норма: никто не обязан свидетельствовать против самого себя, своего
супруга и близких родственников (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ). При этом
неразъяснение потерпевшему ч. 1 ст. 51 Конституции РФ – свидетельство
получения показаний потерпевшего с нарушением закона, в силу чего они
теряют юридическую силу.

Подчеркивая в связи с изложенным тот факт, что потерпевший – субъект не
только процессуальных прав, но и процессуальных обязанностей,
законодатель подчеркивает, что при неявке по вызову без уважительных
причин потерпевший может быть подвергнут принудительному приводу (ч. 6
ст. 42 УПК) и устанавливает возможность привлечения его к уголовной
ответственности за разглашение данных предварительного расследования (п.
3 ч. 5 ст. 42 УПК).

Необходимо иметь в виду, что юридическое лицо в случае признания
потерпевшим не может непосредственно реализовать свои процессуальные
права. Поэтому в УПК оговорено, что их осуществляет представитель этого
юридического лица (ч. 10 ст. 42).

Частный обвинитель согласно ч. 1 ст. 43 УПК – это лицо, подавшее
заявление в суд по уголовному делу частного обвинения в порядке,
предусмотренном ст. 318 УПК, и поддерживающее обвинение в суде.

В отличие от ст. 76 УК РФ, предусматривающей освобождение лица от
уголовной ответственности по указанному основанию, ст. 25 УПК
предусматривает прекращение дела о преступлении не только небольшой, но
и средней тяжести. Возникшие коллизии следует решать в пользу УК РФ, так
как в основе принимаемого решения лежит регулирование уголовно-правовых
отношений, что является предметом уголовного, а не
уголовно-процессуального права.

Частным обвинителем можно считать потерпевшего или его законного
представителя и представителя по делу частного обвинения. Становление
частного обвинителя как участника уголовного судопроизводства ст. 318
УПК увязывает с моментом принятия заявления судьей к своему
производству. Частный обвинитель, являясь стороной в судебном
разбирательстве, вправе: представлять доказательства; участвовать в их
исследовании; излагать суду свое мнение по существу обвинения;
высказывать предложения о применении уголовного закона (квалификации
деяний) и назначении подсудимому наказания; поставить вопрос о
примирении с подсудимым и согласиться на соответствующее предложение
последнего (представив письменные заявления). Он имеет право обжаловать
приговор мирового судьи в апелляционном порядке и на кассационное
обжалование приговора апелляционного суда (ст. 354-360, 371 УПК).

Права частного обвинителя в суде могут быть реализованы лично или (и)
через своего представителя либо законного представления, которые имеют
те же процессуальные права, что и представляемый (см. ч. 3 ст. 45). При
этом личное участие частного обвинителя не лишает его права иметь
представителя при производстве по этому делу (см. ч. 4 ст. 45).

Гражданский истец в уголовном судопроизводстве- физическое или
юридическое лицо, которому причинен вред преступлением, в связи с чем
оно в ходе судопроизводства предъявило требование о его возмещении или
компенсации. Базируясь на определении, данном этому участнику процесса в
ч. 1 ст. 44 УПК, можно дать более развернутую характеристику: а) в
качестве гражданского истца может быть признано лицо, если имеются
основания полагать, что непосредственно преступлением ему причинен вред;
б) вред этот может быть имущественным или моральным; в) гражданским
истцом в уголовном процессе может быть лицо физическое или юридическое;
г) становление лица, как субъекта уголовно-процессуальных отношений,
обусловлено вынесением процессуального решения о его признании в
качестве гражданского истца.

В соответствии с ч. 2 ст. 44 УПК гражданский иск в уголовном процессе
может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела, но до окончания
предварительного следствия. При этом суд, прокурор, следователь,
дознаватель, усмотрев из материалов дела, что преступлением каким-то
лицам причинен ущерб (вред), обязан разъяснить им или их представителям
право предъявить гражданский иск, фиксируя этот факт в протоколе или
путем направления уведомления. О состоявшемся постановлении
(определении) по поводу признания гражданским истцом необходимо сообщать
соответствующему лицу или его представителю, а постановление об отказе в
этом – объявлять заявителю. Отказ в признании гражданским истцом может
быть обжалован. О правах и обязанностях указанным лицам Должно быть
своевременно разъяснено (ст. 11 УПК).

132

Раздел I. Общие положения

Если названные лица в силу различных причин не могут сами защитить свои
интересы, а также в интересах государства иск в уголовном деле может
быть предъявлен их законными представителями или прокурором.

УПК предоставляет гражданскому истцу достаточно широкий объем прав для
отстаивания своих интересов (ч. 4 ст. 44). В обобщенном виде они
заключаются в праве: представлять доказательства; заявлять ходатайства;
участвовать в судебном разбирательстве; просить орган дознания,
следователя и суд о принятии мер обеспечения заявленного ими иска;
поддерживать гражданский иск; знакомиться с материалами дела с момента
окончания предварительного следствия; заявлять отводы; приносить жалобы
на действия дознавателя, следователя, прокурора и суда, а также
приносить жалобы на приговор, определение суда и постановление судьи в
части, касающейся гражданского иска.

При причинении имущественного вреда совместными действиями ряда лиц
гражданский истец вправе предъявить к ним свои требования о возмещении
материального ущерба. Однако эти исковые требования могут быть разрешены
в уголовном деле лишь при условии, что все эти лица привлечены к
уголовной ответственности по данному делу.

Доказывание гражданского иска в уголовном деле производится по правилам,
установленным УПК.

Гражданский истец вправе реализовать свои права лично, через
представителя или совместно с представителем.

Рассматривая гражданского истца как субъекта не только прав, но и
обязанностей, законодатель специально отметил, что гражданский истец не
вправе разглашать данные предварительного следствия, если он об этом
заранее предупрежден. Несоблюдение этих требований может влечь
уголовно-правовые последствия (ч. 6 ст. 44 УПК, ст. 310 УК РФ).

В ст. 44 УПК не сказано о праве гражданского истца просить
соответствующие органы о принятии мер обеспечения заявленного иска. Это
не значит, что такого права у него нет: оно охватывается правом на
заявление ходатайств (п. 4 ч. 4). Однако при этом необходимо учитывать,
что следователь и дознаватель не вправе самостоятельно разрешить этот
вопрос; они могут с согласия прокурора лишь возбудить об этом
ходатайство перед судом (ст. 115 УПК).

Представители потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя. В
принципе в уголовном процессе на стороне указанных субъектов
правоотношений могут действовать как законные представители, так и
представители на основе договора. Но, в отличие от других отраслей
права, уголовно-процессуальное право устанавливает специфические, только
ему присущие правила, которые касаются как оснований, так и порядка их
допуска к участию в производстве по делу. Эти правила, установленные
УПК, прежде всего состоят в том, что на стороне физических лиц (если ими

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

133

являются потерпевший, гражданский истец и частный обвинитель)
представителями могут быть прежде всего адвокаты (ч. 1 ст. 45). В
дополнение и в развитие этого положения в ч. 2 ст. 45, однако,
предусмотрено обязательное участие в уголовном деле законных
представителей и представителей потерпевшего. Такое правило
предусмотрено в целях обеспечения защиты прав и законных интересов
потерпевших, являющихся несовершеннолетними или по своему физическому
или психическому состоянию лишенных возможности самостоятельно защищать
свои права и законные интересы.

К общему тезису о представительских возможностях в уголовном процессе
адвокатов законодатель допустил в ч. 1 ст. 45 УПК существенную оговорку,
касающуюся, правда, производства по делам, подсудным мировым судьям. Ее
суть состоит в том, что по постановлению мирового судьи в качестве
представителя потерпевшего или гражданского истца может быть допущен
также один из его близких родственников или иное лицо, о допуске
которого он (потерпевший, гражданский истец) ходатайствует.

На стороне гражданина (потерпевшего, гражданского истца, частного
обвинителя) в качестве законных представителей в уголовном
судопроизводстве могут участвовать не только близкие родственники (п. 4
ст. 5 УПК), но и другие лица – опекуны, попечители, представители
учреждений и организаций, на попечении которых находится представляемый
(п. 12 ст. 5 УПК).

Если гражданским истцом являются предприятия, учреждения, организации, в
качестве их представителей могут выступать их руководители, на основании
доверенности – другие лица, а также иные лица, правомочные в
соответствии с ГК РФ представлять его интересы.

Права представителя производны от прав предоставляемого. Поэтому
представители могут иметь полномочия в пределах прав представляемого, но
в принципе объем правомочий представителя зависит от воли
представляемого. Например, гражданский истец может не дать представителю
полномочия на отказ от иска. Однако есть право, которое потерпевший не
может вообще передать представителю – право на дачу показаний. В случае
недееспособности потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя
их права автоматически переходят к законным представителям.

Потерпевший, гражданский истец, частный обвинитель вправе реализовать
свои права через представителя или, активно участвуя в производстве по
уголовному делу, осуществлять их вместе с представителем.

Документами, подтверждающими право адвоката на выполнение обязанностей
по представительству интересов потерпевшего, гражданского истца и
частного обвинителя, являются свидетельство адвоката и ордер. Допуск в
уголовное судопроизводство родителей и других родственников
осуществляется на основании документов, подтверждающих родственные

134

Раздел I. Общие положения

отношения представителя и представляемого. Представительские функции
других лиц подтверждаются документом, удостоверяющим их должностное
положение, или доверенностью.

Участие в уголовном судопроизводстве законного представителя
потерпевшего не исключает возможности допроса этого лица в качестве
свидетеля, так как в том и другом случае лицо оказывается незаменимым
(например, мать потерпевшего). Заметим также, что в числе обстоятельств,
исключающих допрос лица в качестве свидетеля, ч. 3 ст. 56 УПК не
указывает его участие в деле в качестве законного представителя.

§ 4. Участники уголовного судопроизводства со стороны защиты

Подозреваемый как участник уголовного судопроизводства – это лицо: а) в
отношении которого возбуждено уголовное дело; б) либо которое задержано
по подозрению совершения преступления; в) либо в отношении которого
применена мера пресечения до предъявления обвинения (ст. 46 УПК).

По любому или почти по любому делу у лиц, производящих расследование,
могут возникнуть подозрения в совершении преступления тем или другим
лицом. Но нельзя считать каждое такое лицо подозреваемым в
процессуальном смысле слова: необходимо, чтобы в отношении
подозреваемого были вынесены (составлены) постановление о возбуждении
уголовного дела (ч. 2 ст. 146 УПК); протокол задержания (ч. 1 ст. 92
УПК); постановление об избрании меры пресечения до предъявления
обвинения (ст. 100 УПК).

Подозреваемый – участник уголовного судопроизводства лишь на стадии
предварительного расследования: а) в случае задержания без судебного
решения – на срок не более 48 часов1 (ч. 2 ст. 94 УПК); б) при избрании
меры пресечения до предъявления обвинения – на срок не свыше 10 суток;
в) в случае возбуждения дела против него – до предъявления обвинения, а
если расследование проводится в форме дознания – до составления
обвинительного акта. Если при этом в отношении подозреваемого была
избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, то обвинительный
акт составляется не позднее десяти суток со дня заключения
подозреваемого под стражу (см. ч. 2 ст. 224 УПК).

Если подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу,
десятидневный срок содержания его под стражей исчисляется с момента
задержания (ст. 100 У ПК).

Придавая особое значение выяснению оснований задержания и получения
другой (нередко первичной) информации, имеющей отношение к рас-

1 В случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 108 УПК, судья может продлить этот
срок еще на 72 часа.

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

135

следуемому уголовному делу, в законе указан точный срок, в течение
которого следователь (дознаватель) обязан допросить подозреваемого (ч. 2
ст. 46 УПК).

В случае задержания подозреваемого закон обязывает следователя
(дознавателя) уведомить родственников подозреваемого, а в указанных
случаях – и других субъектов права (ст. 94 УПК). Лишь при необходимости
сохранения в тайне задержания с санкции прокурора уведомление не
производится.

Действующий закон наделяет подозреваемого широким кругом процессуальных
прав, которые в полной мере обеспечивают его право на защиту.
Знаменательно, что в связи с этим закон прежде всего указывает на его
право знать, в чем он подозревается, получить копию постановления о
возбуждении против него уголовного дела, либо копию протокола
задержания, либо копию постановления о применении к нему меры
пресечения.

Подозреваемый не только вправе давать объяснения и показания по поводу
имеющегося подозрения, но может и отказаться от дачи объяснений и
показаний. Именно в указанной законом форме это положение должно быть
разъяснено подозреваемому.

Устанавливая право подозреваемого иметь защитника, закон одновременно
подчеркивает его возможность иметь свидание с ним (защитником) наедине,
причем на конфиденциальной основе (п. 3 ч. 4 ст. 46 УПК). Одновременно
законом определено время допуска защитника к участию в производстве по
расследуемому уголовному делу: момент, предшествующий первому допросу.

Подозреваемому предоставлено право: представлять доказательства;
заявлять ходатайства и отводы; давать показания и разъяснения на родном
языке или языке, которым владеет; пользоваться бесплатной помощью
переводчика; знакомиться с протоколами следственных действий,
произведенных с его участием и подавать замечания на протоколы;
участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных
действиях, проводимых по его ходатайству, ходатайству защитника либо
законного представителя; приносить жалобы на действия и решения суда,
прокурора, следователя и дознавателя; защищаться иными средствами и
способами, не запрещенными УПК РФ.

Рассматривая допрос подозреваемого как способ получения показаний,
имеющих особое значение для достижения оптимальных результатов, и как
средство защиты подозреваемым своих интересов, закон требует допросить
его не позднее 24 часов с момента фактического задержания или вынесения
постановления о возбуждении дела (ч. 2 ст. 46 УПК). Перед допросом
подозреваемому разъясняются его права, а следователь, дознаватель
обязаны обеспечить возможность осуществления этих прав, в том числе и
право на Участие защитника с момента фактического задержания в случаях,
преду-

136

Раздел I Общие положения

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

137

смотренных п. 3 ч. 3 ст. 49 УПК. Подозреваемому также должно быть
объявлено, в совершении какого преступления он подозревается.

Вызов и допрос подозреваемого производится в порядке, установленном ст.
187-190 УПК.

Наряду с процессуальными правами подозреваемый, как субъект уголовного
процесса, несет и обязанности. На него, в частности, возлагается
соблюдение следующих обязанностей: явиться по вызову следователя,
дознавателя, прокурора; не уклоняться от следствия, соблюдать избранную
в отношении него меру пресечения; не препятствовать ходу расследования.

Обвиняемый – это лицо, в отношении которого: 1) вынесено постановление о
привлечении лица в качестве обвиняемого; 2) вынесен обвинительный акт.
Однако представление о понятии обвиняемого как субъекта уголовного
процесса будет неполным, если не указать, что процессуальные акты, с
которыми связано появление в уголовном процессе обвиняемого, выносят
только при наличии достаточных доказательств, дающих основание для
обвинения в совершении преступления1.

Обвиняемый, по уголовному делу которого назначено судебное
разбирательство, именуется подсудимым. Обвиняемый, в отношении которого
вынесен обвинительный приговор, именуется осужденным. Обвиняемый, в
отношении которого вынесен оправдательный приговор, является
оправданным. По делам частного обвинения лицо становится подсудимым с
вручением ему судьей копии заявления потерпевшего и разъяснением
процессуальных прав (ч. 3 ст. 319 УПК).

Обвиняемый – один из центральных субъектов уголовного процесса: по
поводу вмененных ему деяний проводится предварительное расследование и
судебное разбирательство, постановляется приговор. Но обвиняемый -это
еще не виновный. Виновность лица в совершении преступления может быть
установлена только приговором суда, вступившим в законную силу (ч. 1 ст.
49 Конституции РФ). Не каждый обвиняемый в будущем признается виновным.
Поэтому не случайно основное право, которое предоставляется обвиняемому
законом и которое во многом определяет его процессуальное положение, –
это право на защиту от предъявленного обвинения Следует учитывать, что
действия обвиняемого по защите основаны на праве, а не на обязанности.
Он может (но не обязан) опровергать обвинение. Независимо от его
действий (или бездействия) в процессе суд, прокурор, следователь и
дознаватель обязаны принять все предусмотренные законом меры для полного
и объективного исследования обстоятельств дела, выявить обстоятельства
как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также отягчающие и
смягчающие наказание. При этом недопустимо в какой бы то ни было форме
перелагать обязанность доказывания на обвиняе-

1 Подробнее см Научно-практический комментарий к
Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации С 111-112

мого. В Конституции на этот счет содержится категорическое положение:
«Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность» (ч. 2 ст. 49).

На разных этапах судопроизводства обвиняемый имеет неодинаковый объем
субъективных процессуальных прав, но все они являются средством
реализации его права на защиту.

Для реализации своего права на защиту обвиняемому необходимо знать, в
чем он обвиняется. Но УПК РФ не ограничивается этим, предоставив ему
право: а) получить копию постановления о привлечении лица в качестве
обвиняемого, копию постановления о применении меры пресечения, копию
обвинительного заключения или обвинительного акта; б) возражать против
обвинения, давать показания по предъявляемому обвинению либо отказаться
от дачи показаний; в) знакомиться по окончании расследования со всеми
материалами дела и выписывать из него любые сведения; г) снимать копии
материалов уголовного дела, в том числе и с помощью технических средств
за свой счет (п 1-3, 12, 13 ч. 4 ст. 47 УПК). Обвиняемый, кроме того,
вправе принимать активное участие в деятельности по доказыванию:
представлять доказательства; заявлять ходатайства и отводы; давать
показания, в том числе с помощью переводчика; знакомиться с
постановлением о назначении судебной экспертизы, ставить вопросы
эксперту и знакомиться с заключением эксперта; участвовать при согласии
следователя в следственных действиях; приносить жалобы на действия и
решения дознавателя, следователя, прокурора и суда; участвовать при их
рассмотрении в суде (п. 4-6, 10, 11, 14 ч. 4 ст. 47 УПК) и др.

Предусматривая возможность активного участия обвиняемого (подсудимого) в
суде, закон особо оговаривает его права на участие в судебном
разбирательстве не только суда первой, но и в заседаниях судов второй
(апелляционной, кассационной) и надзорной инстанций, а также в
рассмотрении судом вопроса об избрании в отношении него меры пресечения
и в иных случаях, предусмотренных законом (ч. 2 ст. 29 УПК).

Перечисляя ряд других субъективных прав обвиняемого в уголовном
судопроизводстве, законодатель особо отмечает его право защищаться с
помощью иных средств и способов, не запрещенных УПК (п. 21 ч. 4 ст. 47
УПК).

Свои права в уголовном судопроизводстве обвиняемый может осуществлять с
помощью или при участии защитника, с которым он вправе иметь свидание
наедине и конфиденциально с момента, предшествующего его первому
допросу, без ограничения их числа и продолжительности. При этом участие
в деле защитника, как, впрочем, и законного представителя обвиняемого,
не является основанием к ограничению прав обвиняемого.

Предоставляя обвиняемому широкие процессуальные права, закон уделяет
большое внимание их обеспечению. Он обязывает суд, прокурора,
следователя и дознавателя обеспечить обвиняемому возможность защищаться
установленными законом средствами и способами от предъявленного ему
обвинения и обеспечить охрану его личных и имущественных

138

Раздел I. Общие положения

прав. В законе прямо указана обязанность прокурора, следователя,
дознавателя уже при первом допросе обвиняемого разъяснять ему права,
предусмотренные ст. 47 УПК, а некоторые из них (п. 3, 4, 7, 8 ч. 4 ст.
47) – разъяснять повторно, если допрос проводится без участия защитника.

Наряду с процессуальными правами Кодекс возлагает на обвиняемого и
процессуальные обязанности: являться по вызову лиц, ответственных за
ведение уголовного дела; исполнять свои обязанности в связи с избранием
в отношении него мер пресечения; выполнять требования следователя при
участии в производстве следственных действий; соблюдать порядок их
проведения; представлять по требованию следователя образцы для
сравнительного исследования; соблюдать порядок в судебных заседаниях;
осуществлять защиту своих интересов средствами и способами,
установленными УПК РФ; не препятствовать производству по уголовному
делу.

Объем прав и обязанностей, предоставленных обвиняемому, свидетельствует
о том, что он является активным участником уголовного судопроизводства.
Его значение в уголовном процессе этим не исчерпывается: данные им
показания являются видом доказательств (ст. 74, 77 УПК). Но дача
показаний – это всего лишь право, а не обязанность обвиняемого. Иное
решение не соответствовало бы принципу обеспечения обвиняемому права на
защиту.

Законные представители несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого.
В ст. 48 УПК обозначены три момента: а) законные представители
подозреваемого и обвиняемого участвуют в уголовном судопроизводстве лишь
постольку, поскольку представляемые субъекты уголовно-процессуального
права – несовершеннолетние; б) они (законные представители) привлекаются
для участия по решению должностных лиц, осуществляющих производство по
уголовному делу; в) привлекаются они к участию как в стадии
предварительного расследования (в порядке, предусмотренном ст. 426), так
и в судебном заседании (в порядке, предусмотренном ст. 428).

На стороне подозреваемого и обвиняемого в качестве законных
представителей могут участвовать близкие родственники: родители,
усыновители, родные братья и родные сестры (п. 4 ст. 5 УПК), а также
иные лица: опекуны, попечители, представители учреждений и организаций,
на попечении которых (п. 12 ст. 5) находятся несовершеннолетний
обвиняемый или подозреваемый.

Отмечая необходимость строгого соблюдения закона при рассмотрении дел о
преступлениях несовершеннолетних в части обеспечения участия законных
представителей, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 14 февраля
2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях
несовершеннолетних» разъяснил, что если лицо, совершившее преступление в
возрасте до 18 лет, на момент рассмотрения дела в суде достигнет со-

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

139

вершеннолетия, функции законного представителя прекращаются1. Из этого
общего положения Пленум, однако, сделал исключение, отметив, что функции
законного представителя могут быть продолжены при принятии судом решения
о распространении на лиц в возрасте от 18 до 20 лет положений об
особенностях уголовной ответственности несовершеннолетних (ст. 96 УК
РФ).

В связи с возникшими на практике вопросами о возможности допроса в
качестве свидетелей при рассмотрении судами уголовных дел о
преступлениях несовершеннолетних их родителей, участвующих в качестве
законных представителей, Пленум Верховного Суда РФ в названном
постановлении разъяснил, что указанные лица могут быть допрошены в
качестве свидетелей. Признавая такой допрос необходимым, суд должен
вынести соответствующее определение и разъяснить лицу положения ст. 51
Конституции РФ. При этом в случае допроса законного представителя он
предупреждается об уголовной ответственности только за дачу заведомо
ложных показаний.

В указанном постановлении Пленум Верховного Суда РФ также разъяснил, что
жалоба допущенного к участию в деле законного представителя
несовершеннолетнего осужденного, которому к моменту проверки дела в суде
второй инстанции исполнилось 18 лет, подлежит рассмотрению в
кассационном порядке на общих основаниях.

Защитник- это участник уголовного судопроизводства, осуществляющий одно
из основных направлений в уголовном процессе – функцию защиты. Его
предназначение состоит в использовании указанных в
уголовно-процессуальном законе средств и способов защиты в целях
выявления обстоятельств, оправдывающих подозреваемого или обвиняемого,
смягчающих их ответственность, а также оказании им юридической помощи.

Установив, что в качестве защитников допускаются адвокаты, УПК РФ вместе
с тем признал возможным допуск (по решению суда) наряду с адвокатом в
качестве защитника одного из близких родственников обвиняемого или иного
лица, о допуске которого ходатайствует обвиняемый. При производстве у
мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката.

Защитник допускается к участию в деле на стороне обвиняемого -с момента
вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. На
стороне подозреваемого участие защитника допускается: 1) с момента
возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица; 2) с момента
фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления;
3) с момента объявления подозреваемому о назначении
судебно-психиатрической экспертизы; 4) с момента начала

БВС РФ. 2000. № 4.

140

Раздел I Общие положения

осуществления иных мер процессуального принуждения или иных
процессуальных действий, затрагивающих права и свободы подозреваемого
(ч. 3 ст. 49 УПК).

Адвокат допускается к участию в деле в качестве защитника по
предъявлении удостоверения адвоката и ордера. При этом закон не
ограничивает числа обвиняемых (подозреваемых), которых может защищать
одно лицо: недопустимо лишь участие в защите лиц, между интересами
которых существуют противоречия.

В случае участия защитника по уголовному делу, содержащему сведения,
составляющие государственную тайну, он, если не имеет соответствующего
допуска к указанным сведениям, обязан дать подписку об их неразглашении.

Уголовно-процессуальный закон предусматривает различный порядок допуска
защитника. Прежде всего защитник допускается к участию в производстве по
уголовному делу по приглашению подозреваемого, обвиняемого, его
законного представителя, а также других лиц по поручению или с согласия
подозреваемою, обвиняемого. Вместе с тем по просьбе подозреваемого,
обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем,
прокурором или судом. Положение закона об обязанности следователя и суда
обеспечить защитника по просьбе обвиняемого на практике, по существу,
приравнивается к случаям обязательного участия защитника (ст. 51).

Следователь или суд обеспечивают участие защитника по просьбе
обвиняемого (подозреваемого) в соответствии с положениями ч. 2 ст. 50
УПК. Аналогичным образом осуществляется замена избранного обвиняемым
защитника ввиду невозможности последнего участвовать в течение пяти
дней, если обвиняемый (подозреваемый) не пригласил другого защитника.

В ч. 3 ст. 50 УПК урегулирован в нормативном порядке вопрос о
последствиях, наступающих в случаях, когда участвующий в деле защитник в
течение пяти дней не может принять участие в производстве конкретного
следственного действия, а подозреваемый и обвиняемый не приглашают
другого защитника и не ходатайствуют о его назначении. В этих случаях
дознаватель, следователь вправе выполнить данное следственное действие
без участия защитника, за исключением случаев, предусмотренных п. 2-7 ч
1 ст. 51 УПК.

Как установлено законом, участие защитника в уголовном судопроизводстве
обязательно, если’

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке,
предусмотренном ст. 52 УПК;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических
недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту;

Глава VII Участники уголовного судопроизводства

141

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется
производство по уголовному делу;

5) лицо обвиняется в совершении преступлений, за которые может быть
назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет,
пожизненное лишение свободы или смертная казнь;

6) уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных
заседателей;

7) обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в
порядке, установленном гл 40 УПК.

Перечисление в законе случаев обязательного участия защитника вызвано
наличием при производстве по делу ситуаций, когда обвиняемый
(подозреваемый) в силу различных обстоятельств, указанных в законе, или
субъективных причин не в состоянии самостоятельно осуществлять
полноценную защиту своих интересов.

Если в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 51 УПК, защитник не приглашен
самим подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также
другими лицами по их поручению, то дознаватель, следователь, прокурор
или суд обеспечивают участие защитника в уголовном судопроизводстве.

В соответствии со ст. 52 УПК подозреваемый, обвиняемый вправе на любом
этапе судопроизводства отказаться от помощи защитника. При этом в
большинстве случаев (п. 2-7 ч. 1 ст. 51 УПК) отказ от защитника не
обязателен для дознавателя, следователя, прокурора и суда. Отказ от
защитника заявляется в письменном виде. Если такой отказ сделан во время
производства следственного действия, об этом делается отметка в
протоколе данного действия.

Указание в ч. 2 ст. 52 УПК о необязательности для суда, следователя,
прокурора отказа от защитника в случаях, перечисленных в п. 2-7 ч. 1 ст.
51, не означает, что такой отказ может не рассматриваться. Заявленные
отказы от защитника подлежат рассмотрению, но в указанных случаях они
должны быть рассмотрены особенно тщательно, учитывая, что отказ исходит
от лиц, особенно нуждающихся в защите. Просьбы указанных лиц могут быть
отклонены. При этом принятые постановления (определения) должны быть
разъяснены заинтересованным участникам уголовного процесса, а отводимый
защитник продолжает участвовать в уголовном процессе.

Предоставление защитнику широких полномочий (ч. 1 ст 53 УПК)
обеспечивает ему достаточные процессуальные средства для выявления
обстоятельств, оправдывающих обвиняемого и смягчающих его
ответственность.

Оказывая юридическую помощь обвиняемому (подозреваемому) в выявлении
оправдывающих его обстоятельств, защитник посредством использования
прав, перечисленных в ч. 1 ст. 53 УПК, может достичь положительных
результатов. Однако если защитник не решил поставленной

I

142

Раздел I. Общие положения

задачи, это не означает, что виновность его подзащитного доказана. Иной
вывод противоречил бы презумпции невиновности, вытекающим из нее
важнейшим положениям и исказил бы смысл обеспечения обвиняемому
(подозреваемому) права на защиту.

Предоставление защитнику права иметь с подозреваемым и обвиняемым
свидание наедине на конфиденциальной основе обеспечивает возможность
своевременного согласования с подзащитным не только общей позиции, но и
тактики, избираемой для ее реализации на разных этапах судопроизводства.
Гарантией этому является установление возможности таких свиданий без
ограничения их количества и продолжительности.

Защитник наделен правом не только представлять, но и собирать
доказательства. Однако, во-первых, эти положения не означают, что на
защитника распространяются права должностных лиц, ответственных за
ведение дела. Во-вторых, ч. 3 ст. 86 УПК ограничивает полномочия
защитника в этой части, указав, что собирать доказательства он может
путем: а) получения предметов, документов и иных сведений; б) опроса
частных лиц с их согласия; в) истребования справок, характеристик, иных
документов у организаций. Таким образом, деятельность защитника по
собиранию доказательств носит как бы субсидиарный (вспомогательный)
характер.

Защитник наделен рядом полномочий, существенно усиливающих его потенциал
в осуществлении деятельности по доказыванию. К их числу можно отнести
право на: а) привлечение специалиста; б) участие в следственных
действиях; в) обеспечение доступа к широкому кругу документов в ходе
расследования; г) возможность по окончании расследования не только
выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме, но и
снимать копии с материалов дела, в том числе с помощью технических
средств; д) участие в заседаниях судов первой и вышестоящих инстанций
(второй и надзорной); е) обжалование действий и решений и предоставление
возможности участвовать в их рассмотрении судом (п. 3, 5-7, 9, 10 ч. 1
ст. 53).

Защитник в уголовном процессе – субъект не только процессуальных прав,
но и процессуальных обязанностей. В законе установлено, что защитник не
вправе разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему
известными в связи с осуществлением защиты, если он об этом был
специально предупрежден в установленном порядке (ч. 2 ст. 53, ст. 161
УПК, ст. 310 У К РФ). Кроме того, заключая договор (соглашение) на
ведение уголовного дела, защитник должен учитывать обстоятельства,
исключающие его участие (ст. 72 УПК РФ).

Гравданский ответчик и его представитель. За причиненный преступлением
вред, как правило, несет ответственность причинитель. Однако в случаях,
предусмотренных законом, ответственность может быть возложена на других
лиц и иск может быть предъявлен именно к этим лицам. Вот почему в ст. 54
УПК РФ установлено, что в качестве гражданского ответчика в уголовном
судопроизводстве могут быть привлечены физические

Глава VII Участники уголовного судопроизводства

143

или юридические лица, которые в соответствии с ГК РФ несут
ответственность за имущественный вред, причиненный преступлением.

Юридическим актом, на основании которого гражданский ответчик вступает в
уголовный процесс, является определение суда либо постановление судьи,
следователя, дознавателя о привлечении лица в качестве ответчика.

Если органом предварительного следствия при наличии к тому оснований к
участию в деле в качестве гражданских ответчиков не были привлечены
родители, опекуны, попечители, а также лечебные учреждения, учреждения
социальной защиты населения или другие аналогичные учреждения, которые в
силу закона несут материальную ответственность за ущерб, причиненный
преступными действиями несовершеннолетнего, суд должен вынести
определение (постановление) о признании указанных лиц и организаций
гражданскими ответчиками, разъяснить им права и обеспечить условия для
их реализации.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000г. № 7 «О
судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» обращено
внимание судов на то, что в соответствии со ст. 1074 ГК РФ
несовершеннолетние от 14 до 18 лет самостоятельно несут ответственность
за причиненный вред на общих основаниях и лишь в случаях, когда у
несовершеннолетнего нет доходов или иного имущества, достаточных для
возмещения вреда, он должен быть возмещен полностью или в недостающей
части его родителями; поэтому суду прежде всего следует обсудить вопрос
о возможности возмещения вреда самим несовершеннолетним.

Знаменательно, что в соответствии со ст. 21 и 27 ГК РФ и ст. 13 СК РФ
самостоятельную ответственность за причиненный вред несут
несовершеннолетние, которые в момент причинения вреда, а также в момент
рассмотрения судом вопроса о возмещении вреда обладали полной
дееспособностью в порядке эмансипации либо вступили в брак до достижения
18-летнего возраста. В подобных ситуациях при причинении преступными
действиями указанных лиц вреда их родители не могут привлекаться в
качестве гражданских ответчиков в уголовном процессе.

Гражданский ответчик в уголовном процессе вправе: знать сущность исковых
требований и обстоятельства, на которых они основаны; возражать против
иска; давать объяснения и показания по существу предъявленного иска;
отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга и
близких родственников; давать показания на родном языке или на языке,
которым владеет, и пользоваться помощью переводчика бесплатно; иметь
представителя; собирать и представлять доказательства; заявлять
ходатайства и отводы; знакомиться по окончании предварительного
расследования с материалами уголовного дела, относящимися к гражданскому
иску, и делать из них соответствующие выписки, снимать копии с
материалов уголовного дела в части, касающейся гражданского иска, в том
числе

144

Раздел I. Общие положения

с использованием технических средств за свой счет; участвовать в
судебном разбирательстве судов первой и апелляционной инстанций;
выступать в судебных прениях; приносить жалобы на действия и решения
дознавателя, следователя, прокурора, суда в части, касающейся
гражданского иска, и принимать участие при их рассмотрении судом;
знакомиться с протоколом судебного заседания и подавать на него
замечания; обжаловать приговор, определение или постановление суда в
части, касающейся гражданского иска, и участвовать при рассмотрении
жалобы в вышестоящем суде; знать о принесенных по уголовному делу
жалобах и представлениях и подавать на них возражения, если они
затрагивают его интересы.

Гражданский ответчик- это не только носитель процессуальных прав, так
как уголовно-процессуальный закон возлагает на него и обязанности,
подчеркивая, что он не вправе:

1) уклоняться от явки по вызовам дознавателя, следователя, прокурора или
суда;

2) разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему
известными в связи с участием в уголовном деле, если он был об этом
заранее предупрежден в порядке, предусмотренном статьей 161 УПК.

Указанные выше процессуальные права гражданский ответчик вправе
реализовать лично или через представителя, причем закон не исключает
участия последнего не только вместо, но и наряду с гражданским
ответчиком.

Представителями гражданского ответчика в уголовном судопроизводстве
могут быть адвокаты, а представителями гражданского ответчика,
являющегося юридическим лицом, – также иные лица, правомочные в
соответствии с ГК РФ представлять его интересы. По определению суда или
постановлению судьи, прокурора, следователя, дознавателя в качестве
представителя гражданского ответчика могут быть допущены один из его
близких родственников или иное лицо, о допуске которого ходатайствует
гражданский ответчик (ч. 1 ст. 55 УПК).

Представитель гражданского ответчика имеет те же права, что и
представляемое им лицо.

§ 5. Иные участники уголовного судопроизводства

В гл. 8 УПК представлены участники уголовного судопроизводства, не
относящиеся ни к одной из предшествующих групп. К числу отнесены:
свидетель, эксперт, специалист, переводчик, понятой.

Свидетель, как определяет ст. 56 УПК РФ, – это лицо, которому могут быть
известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и
разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний.

Лицо может быть вызвано в качестве свидетеля только определенным кругом
должностных лиц, наделенных властными полномочиями и являю-

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

145

щихся субъектами уголовно-процессуальных отношений по конкретному
уголовному делу. Иначе говоря, это – суд, прокурор, следователь или
дознаватель, принявшие к своему производству конкретные уголовные дела.

Не все физические лица, обладающие сведениями, относящимися к предмету
расследуемого или рассматриваемого судом уголовного дела, могут быть
допрошены в качестве свидетеля и, следовательно, вызваны в качестве
таковых. Поэтому в ч. 3 ст. 56 УПК законодатель установил перечень лиц,
которые не подлежат допросу в качестве свидетелей. Это, в частности:
судья, присяжный заседатель – об обстоятельствах уголовного дела,
которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному
уголовному делу; защитник подозреваемого, обвиняемого – об
обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с участием в
производстве по уголовному делу; адвокат – об обстоятельствах, которые
стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи;
священнослужитель – об обстоятельствах, ставших ему известными из
исповеди; член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их
согласия – об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с
осуществлением ими своих полномочий.

В соответствии с ч. 4 ст. 56 УПК свидетель вправе:

1) отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга и
близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК. При
согласии свидетеля дать показания он должен быть предупрежден о том, что
его показания могут быть использованы в качестве доказательств по
уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих
показаний;

2) давать показания на своем родном языке или языке, которым владеет;

3) пользоваться помощью переводчика бесплатно;

4) заявлять отвод переводчику, участвующему в его допросе;

5) заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия дознавателя,
следователя, прокурора и суда;

6) являться на допрос с адвокатом в соответствии с ч. 5 ст. 189 УПК;

7) ходатайствовать о применении мер безопасности, предусмотренных ч- 3
ст. 11 УПК.

От запрета на допрос лица в качестве свидетеля надо отличать его право
на отказ от дачи показаний. Если в первом случае лицо даже в течение
краткого периода времени не обретет статуса участника уголовного
процесса (ч. 3 ст. 56 УПК), то во втором случае (п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК)
оно является свидетелем, т. е. субъектом уголовно-процессуальных
отношений. Бу-Дучи уже свидетелем, это лицо вправе отказаться
свидетельствовать против себя самого, своего супруга, супруги и других
близких родственников (родителей, детей, усыновителей, усыновленных,
родных братьев и родных сестер, дедушки, бабушки, внуков).

146

Раздел I. Общие положения

Права, перечисленные в ч. 4 ст. 56 УПК (в том числе право на отказ
свидетельствовать), следователь до начала допроса обязан разъяснить
свидетелю.

Юридически оправданным является помещение в ст. 56 УПК не только
процессуальных прав свидетеля, но и его обязанностей (ч. 6), а также
ответственности в случае несоблюдения обязанностей (ч. 7, 8, 9).
Свидетель не вправе: уклоняться от явки по вызовам дознавателя,
следователя, прокурора или суда; давать заведомо ложные показания либо
отказываться от дачи показаний; разглашать данные предварительного
расследования, ставшие ему известными в связи с участием в производстве
по уголовному делу, если он был в этом заранее предупрежден в порядке,
предусмотренном ст. 161 УПК. В случае уклонения от явки без уважительных
причин свидетель может быть подвергнут приводу. За дачу заведомо ложных
показаний либо отказ от дачи показаний свидетель несет ответственность
по ст. 307 и 308 УК РФ, за разглашение данных предварительного
расследования – по ст. 310 УК РФ.

Свидетель как субъект уголовного процесса незаменим. Поэтому закон не
предусматривает возможности его отвода, а, напротив, исходит в основном
из недопустимости совмещения лицом функций свидетеля и другого участника
уголовного процесса, отдавая при этом предпочтение его участию в
качестве свидетеля. Участие лица в качестве свидетеля исключает
возможность выполнения по этому же делу полномочий судьи, прокурора,
следователя, дознавателя (ст. 62 УПК); эксперта (ст. 70); специалиста
(ст. 71); защитника, представителя потерпевшего, гражданского истца,
гражданского ответчика (ст. 72 УПК). Не указан среди перечисленных
участников уголовного процесса законный представитель обвиняемого,
потерпевшего и других субъектов, так как нередко они (например,
родители) незаменимы в каждом из двух качеств, т. е. законного
представителя и свидетеля.

Эксперт – это лицо, назначаемое судом, следователем, дознавателем или
прокурором для производства судебной экспертизы и дачи по ее итогам
заключения по вопросам, требующим привлечения для этого специальных
познаний в области науки, техники, искусства, ремесла.

УПК установлены специальный порядок назначения и производства экспертизы
в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства
(ст. 195, 207, 269, 283), а также случаи обязательного назначения
экспертизы (ст. 196).

В качестве эксперта может быть назначено любое компетентное в
определенной сфере знаний лицо, не заинтересованное в исходе дела. Но
эксперт заменим. Это лицо не может принимать участие в уголовном
судопроизводстве в качестве эксперта, во-первых, при наличии тех же
обстоятельств, что и судья, прокурор, следователь, дознаватель (ст. 61
УПК).

Глава VII Участники уголовного судопроизводства

147

Во-вторых, если он находится в служебной или иной зависимости от сторон
или их представителей. В-третьих, если обнаруживается его
некомпетентность (ст. 70 УПК). При наличии указанных обстоятельств лицо,
привлекаемое в качестве эксперта, должно заявить об этом следователю
(дознавателю) или суду либо устраниться, как указано в ч. 1 ст. 62 УПК,
от участия в производстве по уголовному делу. Ему должны быть разъяснены
обстоятельства, исключающие участие лица в качестве эксперта по
уголовному делу. Отвод эксперту может быть заявлен подозреваемым,
обвиняемым, его законным представителем, а также потерпевшим,
гражданским истцом, гражданским ответчиком или их представителями (ч. 2
ст. 62 УПК).

Права эксперта, связанные с его доступом к ознакомлению с материалами
уголовного дела, заявлением ходатайств о предоставлении дополнительных
материалов, участию в исследовании доказательств (п. 1-3 ч. 3 ст. 57
УПК), принесением жалоб ограничены предметом проводимой экспертизы. В
ст. 57 указано, что без разрешения дознавателя, следователя, суда
эксперт не вправе проводить исследования, могущие повлечь полное или
частичное уничтожение объектов либо их внешнего вида или основных
свойств. Более того, эксперт обязан постоянно проявлять беспокойство по
поводу сохранности объектов, представленных на исследование.

Следует особо подчеркнуть указание п. 6 ч. 3 ст. 57 УПК на право
эксперта давать заключение в пределах своей компетенции, в том числе по
вопросам, хотя и не поставленным в постановлении о назначении
экспертизы, но имеющим отношение к предмету экспертного исследования.
Имеющая место практика переложения на эксперта полномочий по собиранию
дополнительных материалов не основана на законе. Более того, полученные
таким образом фактические данные влекут неблагоприятные последствия –
признание таких доказательств недопустимыми. Не случайно в законе есть
прямое запрещение эксперту самостоятельно собирать материалы для
экспертного исследования (п. 2 ч. 4 ст. 57 УПК).

Предусмотренную законом возможность эксперта отказаться от дачи
заключения по вопросам, выходящим за пределы специальных знаний и при
недостаточности предоставленных материалов следует расценивать не только
как его право (на что указывает закон), но и как его обязанность.

Эксперт обладает полнотой полномочий для самостоятельного проведения
экспертизы. Вместе с тем закон допускает проведение комиссионных и
комплексных экспертиз (см. ст. 200, 201 УПК). По поводу данного им
заключения эксперт может быть допрошен (ст. 205 УПК).

УПК возлагает на эксперта и определенные обязанности. Он, в частно-сти,
помимо уже отмеченных обязанностей, не вправе давать заведомо

148

Раздел / Общие положения

Глава VII. Участники уголовного судопроизводства

149

ложное заключение, разглашать данные предварительного расследования.
Нарушение указанных запретов влечет уголовно-правовые последствия (ст.
307 и 310 УК РФ).

Специалист, как его определяет ч. 1 ст. 58 УПК, – лицо, обладающее
специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях
в установленном порядке для содействия в обнаружении, закреплении и
изъятии предметов и документов, применении технических средств в
исследовании материалов уголовного дела, постановки вопросов эксперту, а
также разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его
профессиональную компетенцию.

Специалист, как и эксперт, – это лицо, обладающее специальными
познаниями в различных областях знаний, не заинтересованное в исходе
дела. Поэтому до начала следственного или иного процессуального действия
следователь (дознаватель) должен не только удостовериться в его
компетенции, но и выяснить его отношение к подозреваемому, обвиняемому,
потерпевшему. Ему может быть заявлен отвод по тем же основаниям, что и
эксперту (ст. 70 УПК). Основное различие между экспертом и специалистом
состоит в их процессуальном предназначении. Эксперт, используя свои
специальные познания, проводит экспертное исследование, на основании
которого формирует свое заключение, признаваемое законом в качестве
одного из видов доказательств (ст. 74, 80 УПК). Специалист привлекается
для участия в производстве по уголовному делу следственных и судебных
действий (ст. 168, 251, 270 УПК) для того, чтобы: а) способствовать
обнаружению, закреплению и изъятию предметов и документов; б)
содействовать применению технических средств в исследовании материалов
уголовного дела; в) оказывать помощь следователю, дознавателю и суду при
формулировке вопросов эксперту в постановлении о назначении экспертизы;
г) разъяснять стороне и суду вопросы, входящие в его компетенцию.

Участие специалиста осуществляется по решению следователя или суда. В
законе, однако, предусмотрено, что участие специалиста может быть
обязательным или факультативным. Например, обязательным является участие
специалиста при допросе несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля в
возрасте до 14 лет. Если же указанные лица достигли возраста от 14 до 18
лет, участие специалиста при их допросе факультативно, по усмотрению
следователя.

Вызов специалиста и порядок его участия в расследовании и судебном
разбирательстве уголовного дела определяются ст. 168, 270 УПК.

Специалист вправе: отказаться от участия в производстве по уголовному
делу, если он не обладает соответствующими специальными знаниями; с
разрешения дознавателя, следователя, прокурора и суда задавать вопросы
участникам следственного действия; знакомиться с протоколом
следственного действия, в котором он принимал участие, и делать
подлежащие зане-

сению в протокол заявления и замечания; приносить жалобы на действия
(бездействие) дознавателя, следователя, прокурора и суда, ограничивающие
его права.

Специалист не вправе разглашать данные предварительного расследования,
ставшие известными ему в связи с участием в уголовном деле в качестве
специалиста, если он был об этом заранее предупрежден в порядке,
предусмотренном ст. 161 УПК. За разглашение данных предварительного
расследования специалист несет ответственность по ст. 310 УК РФ.

Переводчик в соответствии с законом определяется как лицо, привлекаемое
к участию в уголовном судопроизводстве в случаях, предусмотренных УПК,
свободно владеющее языком, знание которого необходимо для перевода (ч. 1
ст. 59 УПК).

Устанавливая в соответствии со ст. 19 и 26 Конституции РФ правила о
языке судопроизводства, УПК вместе с тем предусматривает (ст. 18) право
участвующих в уголовном деле лиц реализовать свои процессуальные права
на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно
пользоваться услугами переводчика.

Процессуальные документы, которые в соответствии с законом подлежат
вручению подозреваемому, обвиняемому, а также другим участникам
уголовного судопроизводства, должны быть переведены на родной язык или
язык, которым владеют соответствующие участники уголовного
судопроизводства.

Лицо, назначенное переводчиком в соответствии с ч. 2 ст. 59 УПК,
является участником уголовного процесса, наделенным соответствующими его
роли процессуальными правами и обязанностями. Прежде чем назначить
переводчика (путем вынесения постановления, определения), следователь,
прокурор, судья, суд должны убедиться в том, что назначаемое лицо
владеет языком, знание которого необходимо для перевода. Затем субъекты,
ответственные за ведение уголовного дела, должны выяснить, нет ли
обстоятельств, дающих основание считать, что лицо, назначенное
переводчиком, прямо или косвенно заинтересовано в исходе дела, нет ли
иных данных, устраняющих переводчика от участия в деле (ст. 69 УПК).

Переводчик вправе: задавать вопросы участникам уголовного процесса с
Целью уточнения перевода; знакомиться с протоколом следственного
действия, в производстве которого он участвовал, а также с протоколом
судебного заседания и делать замечания по поводу правильности записи
пере-в°да, подлежащие занесению в протокол; приносить жалобы на действия
Дознавателя, следователя, прокурора и суда, ограничивающие его права.

Разъяснение положений ч. 3-5 ст. 59 УПК, устанавливающих права,
°бязанности и ответственность переводчика, производится до начала ис-

150

Раздел I. Общие положения

полнения лицом функций переводчика при производстве по делу (ч. 5 ст.
164, ч. 2 ст. 169, ст. 263 УПК).

Переводчик не вправе: осуществлять заведомо неправильный перевод;
разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными
в связи с участием в качестве переводчика, если он был об этом заранее
предупрежден в порядке, предусмотренном ст. 161 УПК.

К числу обязанностей переводчика относятся: явка по вызову должностных
лиц, ответственных за производство по делу; выполнение поручений по
переводу в ходе производства следственных и судебных действий, а также
процессуальных документов.

Правила, регулирующие процессуальное положение переводчика,
распространяются на лицо, владеющее навыками сурдоперевода и
приглашенное для участия в производстве по уголовному делу (ч. 6 ст. 59
УПК).

Процессуальные издержки, понесенные в связи с обеспечением участия
переводчика, возмещаются за счет средств федерального бюджета (ч. 2 ст.
132 УПК).

Понятой – это незаинтересованное в исходе уголовного дела лицо,
привлекаемое дознавателем, следователем или прокурором для удостоверения
факта производства следственного действия, а также его содержания, хода
и результатов (ст. 60 УПК).

В УПК определено, кто не может быть понятым: несовершеннолетние;
участники уголовного судопроизводства, их близкие родственники и
родственники; работники органов исполнительной власти, наделенные
федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной
деятельности и (или) предварительного расследования.

Закон указывает следственные действия, при производстве которых
обязательным признается участие не менее двух понятых. К ним относятся
следственные действия, предусмотренные следующими статьями УПК: 177
(осмотр), 178 (осмотр трупа, эксгумация), 181 (следственный
эксперимент), 182 (обыск), 183 (выемка), ч. 5 ст. 185 (осмотр, выемка
задержанных почтово-телеграфных отправлений), ч. 7 ст. 186 (осмотр и
прослушивание фонограммы), 193 (предъявление для опознания), 194
(проверка показаний на месте). УПК установил также случаи
факультативного участия понятых. В некоторых исключительных случаях,
когда по общему правилу предусмотрено обязательное участие понятых,
допускается возможность проведения следственных действий без участия
понятых (ст. 170 У ПК).

Понятой вправе: участвовать в производстве следственного действия и
делать заявления и замечания, подлежащие занесению в протокол;
знакомиться с протоколом следственного действия, в котором он
участвовал; приносить жалобы на действия дознавателя, следователя и
прокурора, ограничивающие его права.

Глава VII Участники уголовного судопроизводства

151

Придавая особое значение осведомленности понятого о своих процессуальных
правах и об ответственности, законодатель неоднократно напоминает об
обязанности следователя сделать необходимые разъяснения (ч. 5 ст. 164,
ч. 4 ст. 170 УПК).

Понятой, как участник уголовного судопроизводства, не свободен от
обязанностей. Они вытекают из тех задач, для решения которых он
вовлекается в сферу уголовно-процессуальных отношений (ч. 1 ст. 60 УПК).
Закон запрещает понятому разглашать данное предварительное
расследование, если он был об этом предупрежден заранее в порядке,
предусмотренном ст. 161 УПК. За разглашение данных предварительного
расследования понятой несет ответственность по ст. 310 УК РФ.

Глава VIII Доказательства и доказывание (общие положения)

153

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

§ 1. Понятие, цель и основа процесса доказывания

Процесс доказывания – осуществляемая в предусмотренном законом порядке
деятельность органов расследования, прокурора и суда по собиранию,
проверке и оценке доказательств с целью установления истины по уголовным
делам, представляющая собой частный случай применения теории познания.

Назначение уголовного судопроизводства, связанное с защитой прав и
законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений,
защитой личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения,
ограничения ее прав и свобод, уголовным преследованием и назначением
виновным справедливого наказания, отказом от уголовного преследования
невиновных, реабилитацией каждого, кто необоснованно подвергся
уголовному преследованию (ст. 6 УПК), может быть успешно реализовано
только при условии установления истины по уголовным делам.

Доказыванию, как одной из разновидностей процесса познания, присущи
особенности, отличающие его от иных видов познавательной деятельности.
Они обусловлены прежде всего целью доказывания Специфичен и объект, на
познание которого направлено доказывание в уголовном процессе. Он
представляет собой всегда событие прошлого – виновно совершенное
общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом РФ под
угрозой наказания.

Исходя из особенностей целей и объекта познания по уголовным делам,
закон определяет: назначение судопроизводства в целом (ст. 6 УПК);
обстоятельства, подлежащие доказыванию по каждому уголовному делу (ст.
73 УПК); средства доказывания и требования, которым они должны отвечать
(ст. 74 УПК); субъекты доказывания и их правовое положение (ст. 29-55
УПК); правовые формы, в которых реализуется доказывание (ст. 85-90 УПК);
пространственно-временные рамки доказывания (ст. 2-4, 128-129, 162, 233
УПК).

От правильности построения процесса доказывания прямо зависит, выполнит
ли уголовное судопроизводство предназначение, которое на него возлагает
законодатель (ст 6 УПК). О роли и значении доказывания в
судопроизводстве свидетельствует и судебная практика, согласно которой
пробелы и недостатки в доказывании являются одним из наиболее
распространенных оснований отмены вышестоящими судами приговоров с
направлениями дел на новое рассмотрение, а также их прекращения1.

Совокупность норм уголовно-процессуального закона, регулирующих цели,
предмет, пределы, средства, порядок доказывания по уголовным делам,
обязанности и права субъектов, его осуществляющих и в нем участвующих,
именуют доказательственным правом. Процесс доказывания и нормы закона,
его регулирующие, изучает теория доказательств, являющаяся частью науки
уголовного процесса.

Основа процесса доказывания – чувственное и рациональное познание.

Чувственное познание в процессе доказывания. Свойства, стороны, связи
обстоятельств и фактов, образующих преступление, отражаются в
действительности. Доступные для органов чувств, они могут быть отчасти
восприняты непосредственно следователем и судьями, что имеет место,
например, при производстве осмотра. Однако в большинстве случаев их
восприятие осуществляется другими людьми, которые становятся
свидетелями, потерпевшими, подозреваемыми, обвиняемыми.

Чувственное познание находит выражение в таких формах, как ощущение,
восприятие и представление. Они формируются в сознании следователя и
судей, когда эти лица, собирая доказательства (ч. 1 ст. 86 УПК),
производят, например, осмотр предметов, служивших орудиями совершения
преступления, и непосредственно (своими органами чувств) воспринимают их
свойства и состояния, относимые к делу, и на основе полученных
чувственных данных создают образы этих предметов. При этом схема
получения знания выглядит следующим образом: событие преступления – факт
(обстоятельство), являющийся его составной частью и продолжающий
существовать на момент производства следственного или судебного
действия, -восприятие его следователем, судьей – формирование в их
сознании мысленных образов, представлений о данном факте
(обстоятельстве).

Представления, образы обстоятельств и фактов могут формироваться в
сознании следователей и судей не только на основе их непосредственного
чувственного восприятия, но и опосредствованным путем. Если область
непосредственного чувственного познания в уголовном процессе
незначительна, то область опосредствованного чувственного познания
охватывает значительную его часть.

ВВС РФ 1994 № 10 С 9, 1996 №7 С 15

154

Раздел I. Общие положения

Опосредствованное чувственное познание имеет место при проведении таких
следственных и судебных действий по собиранию доказательств, как допрос
свидетелей, потерпевших, подозреваемых, обвиняемых, истребование
документов. Например, следователь (судья), воспринимая в ходе допроса
сведения о фактах, имеющих значение для дела, на их основе воссоздает в
своем сознании образы и представления о них. При этом схема процесса
формирования знания будет выглядеть так: событие преступления (факт,
являющийся его составной частью и существующий на момент восприятия) –
чувственное восприятие лицом данного факта – формирование в сознании
этого лица мысленного представления о воспринятом факте -сообщение в
ходе допроса следователю или судье лицом, вызванным в качестве
свидетеля, сведений о данном факте, хранящихся в его сознании,
-чувственное восприятие этих сведений следователем или судьей –
формирование в сознании следователя, судьи на основе этих сведений
мысленных представлений (образов) о факте, бывшем предметом
непосредственного восприятия свидетеля. И в такой ситуации основой
опосредствованного чувственного познания следователя и судей является
непосредственное чувственное восприятие лицом фактов и обстоятельств,
имеющих значение

для уголовного дела.

В ходе собирания доказательств – производства следственных и судебных
действий – следователь и судьи получают возможность для
непосредственного и опосредствованного чувственного познания
обстоятельств и фактов, имеющих значение для дела, и создания на этой
основе в своем сознании образов и представлений о них. Чувственное
непосредственное и опосредствованное познание частично имеет место и при
проверке доказательств, когда качество уже полученных доказательств
устанавливается путем собирания новых доказательств, связанных с
проверяемыми через отображаемые факты (ст. 87 УПК).

Чувственное познание, имеющее место при собирании и проверке
доказательств, способно верно отразить действительность, но лишь
частично. Его непосредственная связь с объективной действительностью не
позволяет отделить знание общего от единичного, объективного от
субъективного. Оно не дает знаний о сущности фактов, связей, отношений и
процессов, скрытых за поверхностью явлений, доступных чувственному
восприятию. Посредством только чувственного познания в явлениях и
предметах невозможно выявить и исследовать необходимые связи и
отношения, отделить их от случайных. Разумеется, оно не игнорирует эти
связи, однако отражает только те из них, которые являются лишь формами
проявления скрывающихся за ними существенных связей и отношений. Причем
эти внешние формы, связи, отношения могут в определенной мере правильно
отражать лежащие за ними существенные, необходимые, но могут и
затемнять, и даже искажать их. Поэтому одного чувственного познания
недостаточно

Глава VIII Доказательства и доказывание (общие положения)

155

для установления истины по уголовным делам, а следовательно, и решения
задач уголовного судопроизводства.

Рациональное (логическое) познание в процессе доказывания. Установление
общественно-правовой сущности преступления, т. е. достижение истины по
уголовному делу, недоступное для чувственного познания, осуществляется с
помощью рациональной формы познания на логическом уровне. Данному уровню
познания в доказывании соответствует то, что в уголовном процессе
подразумевают под оценкой (ст. 88 УПК) и частично проверкой
доказательств. Но лишь посредством рационального познания субъект
доказывания получает возможность воссоздать в мышлении не одностороннюю,
не фрагментарную, не застывшую картину преступления, а его целостную
картину в развитии, во всей полноте общественно-правовой сущности.

Переход в процессе доказывания от чувств к разуму, от чувственного
уровня познания к логическому носит диалектический характер. В ходе
доказывания этот переход происходит именно на этапе проверки
доказательств, хотя взаимодействие чувственного и рационального
познания, но в иных формах и соотношениях, имеет место и на предыдущих,
и на последующих этапах доказывания.

Исходя из учета возможности на логическом уровне познания проникать в
сущность связей, отношений, явлений и фактов, вполне последовательно
будет относить цель установления истины по уголовному делу именно на
заключительный этап доказывания – оценку всей совокупности собранных и
проверенных доказательств (ч. 1 ст. 88 УПК).

§ 2. Предмет доказывания и пределы доказывания

Предмет доказывания – совокупность обстоятельств, которые должны быть
установлены для правильного разрешения уголовного дела. Он включает
обстоятельства, установление которых должно иметь место в процессе
доказывания по каждому уголовному делу (ст. 73 УПК). В него входят все
обстоятельства дела, имеющие уголовно-правовое и уголовно-процессуальное
значение.

Предмет доказывания имеет методологическое значение для органов
расследования и суда, позволяя им осуществлять доказывание
целенаправленно, не отвлекаясь на не имеющие значения для уголовного
дела факты и обстоятельства. Он важен и для всех других субъектов
уголовно-процессуальной деятельности. Опираясь на соответствующие факты
и обстоятельства, они могут отстаивать свои законные интересы в
уголовном процессе, защищать нарушенные преступлением права, заявлять
ходатайства, приносить жалобы и т. п. В соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК
при производст-Ве дознания, предварительного следствия и разбирательстве
уголовного Дела в суде доказыванию подлежат следующие обстоятельства:

156

Раздел I. Общие положения

1. Событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства
совершения преступления), т. е. предусмотренное УК РФ общественно
опасное деяние (или отсутствие такового). Событие преступления –
достаточно сложное понятие, включающее в себя время, место, способ и
другие обстоятельства совершения преступления (п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК).
Степень конкретизации события преступления во времени и пространстве в
процессе доказывания для различных уголовных дел неодинакова. В одних
случаях событие преступления должно быть установлено с точностью,
измеряемой минутами и сантиметрами, а в других – достаточно установить
день совершения преступления и населенный пункт, где оно произошло.

В характеристику события преступления закон включает и способ его
совершения. Способ совершения преступления – это организованная
последовательность действий, приводящая к преступному результату. Знание
способа совершения преступления в одних случаях необходимо для
правильной его квалификации, в других – для установления обстоятельств,
отягчающих наказание.

Перечень обстоятельств, перечисленных в п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК, является
открытым. Закон предписывает кроме места, времени и способа совершения
преступления доказывать и другие обстоятельства, которые образуют
событие преступления. Они могут относиться к характеру преступных
действий, последующим действиям по сокрытию следов преступления, т. е.
касаться всего круга обстоятельств, определяющих общественную опасность
преступления и его последствия.

2. Виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы
(п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК). Согласно данному требованию закона в процессе
доказывания должно быть установлено лицо, совершившее преступление, его
виновность в содеянном преступлении, форма вины и мотивы.

Установление лица, совершившего преступление, предполагает выяснение с
достоверностью данных, удостоверяющих его личность: фамилии, имени,
отчества, даты и места рождения, места работы и др. При этом подлежат
доказыванию и обстоятельства, характеризующие обвиняемого как субъекта
совершения конкретного преступления: достижение возраста уголовной
ответственности, вменяемость, занятие определенной должности,
принадлежность к специальному субъекту и т. п.

Наряду с установлением лица, совершившего преступление, доказыванию
подлежат наличие умысла или неосторожности в его действиях, конкретные
формы, в которых они реализовались. В случае умышленного совершения
преступления доказыванию подлежат мотив и цель преступления, без
установления которых невозможно правильно квалифицировать преступление,
назначить обвиняемому соразмерную меру наказания.

Мотив преступления включен в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию
по каждому уголовному делу, вне зависимости от того, входит ли

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие
положения)_____________________157

он в состав соответствующего преступления или нет. Этой позиции
придерживается и судебная практика1.

Закон не указывает цели преступления среди обстоятельств, подлежащих
доказыванию. В отличие от мотива цель преступления – это тот результат,
достигнуть которого стремится лицо, совершающее преступление. Если мотив
– это побуждение, то цель – желаемый конкретный результат преступной
деятельности. Обычно цель усматривается из самого характера умышленно
совершенного деяния. Если этого сделать нельзя, цель подлежит
доказыванию.

3. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого (п. 3 ч. 1 ст.
73 УПК). К ним прежде всего относятся обстоятельства, смягчающие или
отягчающие наказание. Перечень смягчающих наказание обстоятельств
законодатель оставил открытым (ст. 61 УК). Предусмотренные законом
обстоятельства, отягчающие наказание, расширительному толкованию не
подлежат (ст. 63 УК).

Подлежат доказыванию и обстоятельства, свидетельствующие о
необходимости: назначения виновному более мягкого наказания, чем
предусмотрено за данное деяние (ст. 64 УК); применения к виновному
условного осуждения (ст. 73 УК); освобождения виновного от уголовной
ответственности (ст. 75-78 УК); освобождения лица от наказания в связи с
болезнью (ст. 81 УК); отсрочки отбывания наказания (ст. 82 УК).

К иным обстоятельствам, характеризующим личность обвиняемого и также
подлежащим доказыванию, относятся, в частности, семейное положение
обвиняемого, его отношение к общественному долгу, поведение в быту и т.
п.

Все указанные обстоятельства находятся вне пределов конкретных составов
преступления. Их установление в процессе доказывания необходимо для
обеспечения индивидуализации уголовной ответственности, реализации
принципа справедливости наказания.

4. Характер и размер вреда, причиненного преступлением (п. 4 ч. 1 ст. 73
УПК). К данной группе обстоятельств относятся те, знание которых
необходимо для вывода о наличии или отсутствии вреда, причиненного
преступлением (включая его характер и размер). К данным обстоятельствам
относят: наличие действия, которым был причинен вред; существование
причинной связи между указанным действием и причиненным вредом;
совершение этого действия обвиняемым; предвидение обвиняемым последствий
своих действий, связанных с вредом.

Доказывание этих обстоятельств позволяет осуществить правильную
уголовно-правовую квалификацию действий обвиняемого, оценить
общественную опасность содеянного им, назначить соразмерную меру наказа-

БВССССР 1965 №2 С 32

158

Раздел I. Общие положения

ния, принять надлежащие меры для обеспечения законных интересов
потерпевших.

В случае причинения преступлением вреда здоровью потерпевшего в процессе
доказывания должны быть установлены степень тяжести вреда, наступившие
последствия, включая степень расстройства психической деятельности, если
оно имело место1, а также расходы, затраченные на уход, лечение и т. п.

По делам о преступлениях, результатом которых является имущественный
вред, к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, в частности, должны
относиться реальная стоимость похищенного имущества (исчисляемая по
существующим расценкам), факторы, характеризующие субъективную ценность
данного имущества для потерпевшего, а также последствия (наступившие или
могущие наступить).

При определении размера компенсации за моральный вред, причиненный
преступлением, следует учитывать характер страданий, причиненных
потерпевшему, степень вины обвиняемого, его материальное положение и
другие обстоятельства2.

5. Обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния (п. 5
ч. 1 ст. 73 УПК). В ряде случаев деяние внешне может быть схожим с
преступлением, однако наличие определенных обстоятельств лишает его
признаков преступления. УК РФ предусмотрено шесть обстоятельств,
исключающих преступность деяния: необходимая оборона, причинение вреда
при задержании лица, совершившего преступление, крайняя необходимость,
физическое или психическое принуждение, обоснованный риск, исполнение
приказа или распоряжения. Социально-правовая природа перечисленных
обстоятельств такова, что они не только исключают преступность деяния,
но и делают соответствующее деяние правомерным, общественно полезным.

6. Обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание (п. 6 ч. 1 ст. 73
УПК). Данные обстоятельства конкретизируются уголовным законом. Они
характеризуют совершенное виновным преступление, его личность и в силу
этого способны повлиять на вид и меру назначаемого наказания.
Обстоятельства, смягчающие наказание, регулируются ч. 1 ст. 61 УК РФ. Их
перечень не является исчерпывающим, и при производстве по уголовному
делу возможно установление и других обстоятельства, не указанных в ч. 1
ст. 61 УК РФ, которые при назначении наказания должны учитываться в
качестве смягчающих наказание. Перечень обстоятельств, отягчающих
наказание, приведенный в ч. 1 ст. 63 УК РФ, является исчерпывающим и
расширительному толкованию не подлежит.

‘ВВС РСФСР 1977 № 1 С 3

– Сборник постановлений Пленумов по гражданским делам С 306, ВВС РФ 1996
№7 С 7

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие
положения)___________________159

Если обстоятельство, указанное в ч. 1 ст. 61 и в ч. 1 ст. 63 УК РФ,
предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК в качестве
признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться
при назначении наказания.

7. Обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от
уголовной ответственности и наказания (п. 7 ч. 1 ст. 73 УПК). Следует
учи-швать, что уголовный закон проводит различие между освобождением от
уголовной ответственности (гл. 11 УК РФ) и освобождением от наказания
(гл. 12 УК РФ). Предусмотрено пять видов освобождения от уголовной
ответственности: в связи с деятельным раскаянием лица, совершившего
преступление; в связи с примирением лица, совершившего преступление, с
потерпевшим; в связи с изменением обстановки; в связи с истечением
сроков давности; в связи с амнистией, а также шесть видов освобождения
от наказания: условно-досрочное; замена неотбытой части наказания более
мягким наказанием; в связи с болезнью; отсрочка отбывания наказания
беременным женщинам, имеющим малолетних детей; в связи с истечением
срока давности обвинительного приговора; вследствие помилования. Каждому
из видов освобождения от уголовной ответственности и наказания
соответствует установление определенных обстоятельств.

В соответствии с законом в предмет доказывания входят также
обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, которые
подлежат выявлению (ч. 2 ст. 73 УПК).

Принимая во внимание дополнительное значение обстоятельств,
способствовавших совершению преступления, по отношению к
обстоятельствам, перечисленным в ч. 1 ст. 73 УПК, законодатель
устанавливает необходимость их выявления, а не доказывания посредством
доказательств.

Среди обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу
(ст. 73 УПК), принято выделять те, совокупность которых образует так
называемый главный факт. Главный факт включает событие преступления,
лицо, совершившее преступление, виновность данного лица. Он образует
основу предмета доказывания. Совокупность данных обстоятельств
составляет основной вопрос, который решается в ходе предварительного
расследования и судебного разбирательства. Выделение в предмете
доказывания обстоятельств, составляющих главный факт, имеет практическое
значение, позволяя рационально построить процесс доказывания, определить
среди обстоятельств, подлежащих доказыванию, те, которые следует
устанавливать в первую очередь. Понятие главного факта используется, в
частности, при собирании, проверке и оценке прямых и косвенных
доказательств.

За пределами обстоятельств, входящих в предмет доказывания, находятся
так называемые побочные факты (иногда их именуют промежуточными,
Доказательственными), которые имеют значение для дела и подлежат
установлению. Побочные факты прямо или косвенно (через другие побочные

160

Раздел I. Общие положения

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)
161

факты) связаны с обстоятельствами предмета доказывания. Через познание
побочных фактов можно устанавливать обстоятельства, входящие в предмет
доказывания. Такого рода побочные факты образуют содержание косвенных
доказательств. Отдельную группу побочных фактов образуют факты,
установление которых имеет значение для собирания доказательств, их
правильной проверки и оценки, принятия решений, направленных на
обеспечение надлежащего порядка расследования и рассмотрения дела в
суде.

Пределы доказывания – совокупность доказательств, достаточная для
достоверного установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию.
Если предмет определяет конечную цель доказывания – обстоятельства,
подлежащие доказыванию по уголовному делу, то пределы очерчивают
совокупность доказательств, которая необходима для доказывания указанных
обстоятельств.

§ 3. Понятие доказательства

Под доказательством в уголовном процессе понимаются . любые сведения
(фактические данные), содержащиеся в предусмотренных законом источниках,
на основе которых в определенном законом порядке дознаватель,
следователь, прокурор и суд устанавливают наличие или отсутствие
обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному
делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного
разрешения дела1.

Эти данные устанавливаются: показаниями подозреваемого и обвиняемого,
показаниями потерпевшего и свидетеля, заключением и показаниями
эксперта, вещественными доказательствами, протоколами следственных и
судебных действий и иными документами (ч. 2 ст. 74 УПК).

Доказательство – это всегда единство объективного содержания
(отраженного факта, обстоятельства) и субъективной формы (отражения в
сознании конкретного субъекта). Объективность содержания доказательства
обусловлена его связью с преступлением – обстоятельствами и фактами,
подлежащими установлению по уголовному делу, содержание которых в
конечном счете не должно зависеть от познающего субъекта. Субъективная
форма доказательства связана с тем, что источником доказательства
(сведений о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного
дела) всегда выступает человек (субъект), от которого исходит
доказательство,

1 Здесь и далее автор основывается на понятии доказательства и правовых
требованиях, предъявляемых к его содержанию и форме, сформулированных в
теории уголовного процесса В. Я. Дороховым, (см.: Дорохов В. Я Вопросы
теории доказательств в новом законе // Вопросы нового уголовного и
уголовно-процессуального законодательства СССР. М, 1959. С. 79-93; Он же
Понятие доказательства в советском уголовном процессе // Гос-во и право.
1964 №9 С. 108-117).

т. е. лицо, занимающее (могущее занять) соответствующее правовое
положение и сообщившее в установленном законом порядке относимые к делу
данные,

Доказательство в уголовном процессе должно отвечать двум требованиям,
предъявляемым соответственно к его содержанию и форме – относимо-сти и
допустимости.

Относимость – правовое требование, обращенное к содержанию
доказательства. Оно означает связь содержания доказательства с
обстоятельствами и фактами, имеющими значение для уголовного дела, или,
другими словами, способность доказательства со стороны содержания
служить средством установления истины по уголовному делу. Относимыми
будут доказательства, содержание которых как указывает на существование
обстоятельств, подлежащих доказыванию, так и свидетельствует об их
отсутствии. Требование относимости в общем виде сформулировано в ч. 1
ст. 74 УПК. Определяя относимость доказательств, формируемых в ходе
производства следственных и судебных действий, соответствующий субъект
должен руководствоваться и положениями ст. 73 УПК, устанавливающими
обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, другими
статьями, регулирующими предмет допроса обвиняемого, подозреваемого,
свидетеля, потерпевшего, заключения эксперта и т. п. При этом также
необходимо учитывать диспозицию статей УК РФ, по которым возбуждено
уголовное дело, и особенности конкретного уголовного дела. Не имеющие
значение для уголовного дела сведения не могут служить средством
доказывания устанавливаемых по делу фактов, не отвечают требованию
относимости, а следовательно, не являются доказательствами.

Допустимость – правовое требование, предъявляемое законом к форме
доказательства – источнику фактических данных (ч. 2 ст. 74 УПК) и
способу его собирания (формирования) – соответствующему следственному
или судебному действию (ст. 164-170, 173-174, 176-184, 186-207 275-290
УПК).

Доказательствами являются только те фактические данные, которые
содержатся в законном источнике. Отступление от требований,
предъявляемых законом к источнику фактических данных, лишает сведения,
содержащиеся в нем, доказательственного значения, даже если они имеют
значение для дела. Недопустимыми будут, например, относимые к делу
сведения, полученные из анонимных источников.

О признании исключительной важности соблюдения требования допустимости
для формирования доброкачественных судебных доказательств, соблюдения
законности, обеспечения прав и законных интересов личности в уголовном
процессе свидетельствует содержащийся в Конституции Российской Федерации
запрет на использование доказательств, полученных с нарушением
федерального закона (ч. 2 ст. 50). Указанный запрет воспроиз-

162

Раздел I Общие положения

веден и конкретизирован в ст. 75 УПК, согласно которой доказательства,
полученные с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса,
являются недопустимыми, не имеющими юридической силы и не могут быть
положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания
любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК. Перечень
недопустимых доказательств содержится в ч. 2 ст. 75 УПК.

Необходимо различать такие понятия как источник доказательства и
источник фактических данных (сведений) Источником любого вида
доказательств всегда выступает человек – субъект, занимающий (могущий
занять) соответствующее правовое положение, от которого исходит
доказательство. Источниками доказательств являются свидетель,
потерпевший, подозреваемый, обвиняемый, эксперт, дознаватель,
следователь, судья, автор иного документа, т. е. то лицо, от которого
исходят относимые к делу сведения. Допустимыми доказательствами следует
считать только те сведения (фактические данные), которые содержатся в
законном источнике (ч. 2 ст. 74 УПК).

Особенностью источников фактических данных, свойственных показаниям
свидетеля и потерпевшего, показаниям подозреваемого и обвиняемого,
является устная форма сообщения относимых к делу данных. Особенность
источников фактических данных, присущих заключению эксперта,
вещественным доказательствам, протоколам следственных действий и
судебного заседания, иным документам, заключается в том, что для них
характерна письменная форма сообщения относимых к делу данных. Указанные
особенности должны учитываться на практике.

Следует иметь в виду, что доказательств в уголовно-процессуальном смысле
(как относимых к делу сведений или, что то же самое, фактических данных,
полученных из установленных в законе источников и в предусмотренном
законом порядке) в готовом виде ни в природе, ни в обществе не
существует. Необходима предметно-практическая уголовно-процессуальная
деятельность, позволяющая включить в процесс доказывания ту часть
объективной и субъективной реальности, в которой отразилось
преступление. Именно по мере осуществления такой деятельности
(производства предусмотренных законом следственных и судебных действий,
являющихся способами собирания доказательств) формируются
доказательства, как сведения о фактах и обстоятельствах, имеющих
значение для уголовного дела. Прежде чем относимые к делу сведения,
составляющие содержание доказательств, станут достоянием органов
расследования, прокурора и суда, других субъектов уголовного процесса,
принимающих участие в доказывании, они должны быть собраны
(сформированы).

Недопустимо отождествлять с доказательствами результаты
оперативно-розыскной деятельности. Они могут отвечать требованию
относимости, т. е. содержать сведения о фактах и обстоятельствах,
имеющих значение

Глава VIII Доказательства и доказывание (общие положения)

163

для уголовного дела. Но они не соответствуют требованию допустимости,
так как получены из источников и способами, не предусмотренными
уголовно-процессуальным законом. Результаты оперативно-розыскной
деятельности правомерно рассматривать лишь в качестве основы, на которой
в уголовном процессе могут быть сформированы доказательства.

§ 4. Недопустимые доказательства

При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств,
полученных с нарушением федерального закона. Данное положение
Конституции РФ (ч. 2 ст. 50) конкретизируется в целом ряде норм
уголовно-процессуального закона (ч. 3 ст. 75, ч. 2-4 ст. 88, ч. 2 ст.
229, ч. 5 ч. 234, ст. 235, ч. 4 ст. 236, ст. 271, ч. 4 ст. 292, ч. 5-6
ст. 335, ч. 3 ст. 336 УПК).

Под недопустимыми доказательствами следует понимать доказательства,
полученные с нарушением требований закона, предъявляемых к их а
источнику и способу собирания (формирования)1.

Законодатель предельно широко формулирует основания признания
доказательств недопустимыми, устанавливая, что таковыми являются
нарушения требований УПК при их получении (ч. 3 ст. 7; ч. 1, п. 3 ч. 2
ст. 75 УПК). Как основания для признания доказательств недопустимыми
следует рассматривать любое нарушение предусмотренных законом условий и
порядка проведения следственного или судебного действия, а именно:
получение доказательств до возбуждения уголовного дела (кроме случаев,
предусмотренных законом), собирание доказательств путем производства
следственных и судебных действий, не предусмотренных законом; получение
доказательств в результате производства следственных и судебных действий
ненадлежащими субъектами; осуществление следственных или судебных
действий при отсутствии законных оснований для их производства,
отсутствие судебного решения, необходимого для проведения следственного
действия; получение доказательства из источника, не предусмотренного
законом; нарушение установленного законом порядка производства и
оформления следственного или судебного действия (ч. 2 ст. 74 УПК).

К нарушениям такого рода также относятся: производство следственного
действия в отсутствие одного или нескольких субъектов, участие которых
обязательно (в частности, производство обыска с одним понятым, допрос
свидетеля в возрасте до четырнадцати лет без участия педагога и т- п.);
проведение следственного действия в ночное время, когда отсутствуют
данные, указывающие на наличие обстоятельств, не терпящих отлага-

Ь”ВС Рф 1996 № 1 С 6, № 7 С 3

164

Раздел I. Общие положения

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

165

тельства; несвоевременное разъяснение, неразъяснение или неправильное
разъяснение участникам следственных и судебных действий их прав,
обязанностей, ответственности и порядка производства следственного
действия; применение технических средств без предупреждения об этом
участников следственного действия; нарушение установленной законом
последовательности проведения следственного действия (например, при
первом допросе вместо выяснения у обвиняемого, признает ли он себя
виновным, ему предлагается дать показания по существу предъявленного
обвинения и т. п.); нарушение установленного законом порядка составления
протокола следственного действия (например, составление протокола спустя
несколько дней после окончания следственного действия, отражение в
протоколе действий, которые не производились, и результатов, которые не
получались); нарушение установленного законом порядка ознакомления
участников следственного действия с протоколом и внесения в него
замечаний, дополнений и исправлений (ознакомление с частью протокола,
отказ внести в него замечания, дополнения, исправления); отсутствие в
протоколе подписей кого-либо из участников следственного действия без
соответствующей записи об этом.

К числу недопустимых доказательств закон прямо относит: показания
подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по
уголовному делу в отсутствии защитника, включая случаи отказа от
защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде;
показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении,
слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник
своей осведомленности; иные доказательства, полученные с нарушением
требований УПК (ч. 2 ст. 75).

Порядок признания доказательств недопустимыми включает установление
дознавателем, следователем, прокурором, судом предусмотренных законом
оснований признания доказательств недопустимыми и принятие ими
соответствующего решения.

Чем быстрее доказательство, полученное с нарушением требований закона,
будет признано недопустимым, тем благоприятнее это скажется на защите
прав и законных интересов участников уголовного процесса, скорейшем
решении задач по конкретному делу, связанных с назначением уголовного
судопроизводства (ст. 6 УПК). Доказательство, признанное недопустимым,
должно оставаться в уголовном деле.

Доказательство может быть признано недопустимым по инициативе властных
субъектов уголовного процесса или по ходатайству сторон.

Прокурор, следователь, дознаватель при наличии соответствующих оснований
обязаны признать доказательство недопустимым по собственной инициативе
(ч. 2 ст. 88 УПК) или по ходатайству подозреваемого, обвиняемого (ч. 3
ст. 88 УПК). Суд вправе признать доказательство недопусти-

мым по ходатайству сторон или по собственной инициативе, в порядке
установленном ст. 234 и 235 (ч. 4 ст. 88 УПК).

На досудебных стадиях закон ограничивает возможности сторон в заявлении
ходатайств о признании доказательств недопустимыми, предоставив его
только подозреваемому и обвиняемому (ч. 3 ст. 88 УПК). В стадиях
предварительного слушания и судебного разбирательства такое право сторон
ничем не ограничено (ст. 235, 271 УПК).

Ходатайство стороны о признании доказательства недопустимым может быть
заявлено в письменной или устной форме. Письменное ходатайство
приобщается к уголовному делу, устное заносится в протокол следственного
действия или судебного заседания (ст. 120 УПК). В ходатайстве должно
быть указано на доказательство, об исключении которого заявлено,
приведены основания для исключения доказательства, предусмотренные
законом, и обстоятельства, обосновывающие ходатайство – сведения о
фактах и обстоятельствах, свидетельствующих о недопустимости
доказательства (ч. 2 ст. 235 УПК). Данное ходатайство заявляется
дознавателю, следователю, прокурору либо в суд (ч. 2 ст. 119 УПК).

Ходатайство о признании доказательства недопустимым подлежит
рассмотрению и разрешению непосредственно после его заявления. Когда
немедленное рассмотрение и разрешение ходатайства, заявленного в ходе
предварительного расследования, невозможно, оно должно быть разрешено не
позднее 3 суток со дня его заявления (ст. 121 УПК). Решение по
ходатайству может быть обжаловано прокурору (ст. 124 УПК), либо в суд
(ст. 125 УПК).

Прокурор, следователь, дознаватель решение о недопустимости
доказательства принимают в форме мотивированного постановления (п. 24
ст. 5 УПК).

Последствия признания доказательств недопустимыми. Недопустимые
доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в
основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из
обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК. Недопустимые доказательства
не могут быть положены в основу любых решений, принимаемых по уголовному
делу, а те решения, которые уже были приняты с использованием
недопустимых доказательств, подлежат проверке. Это может выразиться,
например, в возврате к собиранию доказательства (если это возможно),
перепроверке уже собранных доказательств, связанных с недопустимым через
отображаемые факты, или к переоценке всех доказательств, лежащих в
основе промежуточных или итоговых решений по делу, при принятии которых
было использовано недопустимое доказательство. Вопрос о влиянии
недопустимого доказательства на содержание решений, принятых по
Уголовному делу, должен решаться каждый раз индивидуально в зависимости
от места и роли данного доказательства в системе имеющихся доказа-

166

Раздел I. Общие положения

тельств. Пересмотр решений при этом должен осуществляться в
соответствующих формах, предусмотренных законом.

В решении вопроса о признании доказательства недопустимым суд не связан
отрицательным решением по нему, имевшим место в стадии предварительного
расследования. Будучи самостоятельным и независимым субъектом
уголовно-процессуальной деятельности, он может признать соответствующее
ходатайство, ранее отклоненное органами расследования и вновь
возобновленное перед судом, законным и обоснованным и удовлетворить его.
Более того, доказательство, признанное ранее недопустимым, суд может при
рассмотрении дела по существу по ходатайству стороны признать допустимым
(ч. 7 ст. 235 УПК).

§ 5. Классификация доказательств

В теории в зависимости от основания деления доказательства принято
классифицировать на:

1) обвинительные и оправдательные;

2) первоначальные и производные;

3) прямые и косвенные;

Обвинительными являются доказательства, содержание которых указывает на
виновность обвиняемого (подозреваемого) или обстоятельства, отягощающие
ответственность.

Оправдательными следует считать те доказательства, содержание которых
свидетельствует о невинности обвиняемого, подозреваемого, ставит под
сомнение обвинение (подозрение) или указывает на обстоятельства,
смягчающее ответственность.

Деление доказательств на обвинительные и оправдательные постоянно
используется на практике при определении характера сведений, образующих
содержание собираемых доказательств, их связи с обстоятельствами,
подлежащими доказыванию по уголовному делу. Особое значение
рассматриваемая классификация приобретает при проверке доказательств,
положенных в основу обвинительных или оправдательных версий, принятии
процессуальных решений, связанных с избранием мер пересечения,
привлечением в качестве обвиняемого, составлением и утверждением
обвинительного заключения, вынесением приговора, прекращением уголовного
дела.

Доказательства, источник которых первичен, именуются первоначальными.
Таковыми будут показания свидетеля, лично наблюдавшего факты, о которых
он сообщил на допросе, оригинал документа. Производными считаются
доказательства, источник которых не является первичным. К производным
доказательствам относят, например, показания свидетеля, сообщившего на
допросе сведения о фактах, которые ему стали известны от другого лица,
слепок, сделанный с вдавленного следа, копия документа.

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие
положения)_____________________167

Первоначальное доказательство обычно полнее, точнее отражает искомые по
делу факты. Производные доказательства в силу опосредствованного
отражения ими значимых для дела фактов часто содержат фактическую
информацию в меньшем объеме и преображенном виде. Осуществлять
доказывание по этим причинам предпочтительнее с помощью первоначальных
доказательств, и органы расследования, суды должны стремиться к этому.
Отмеченное не означает, что производные доказательства «хуже»
первоначальных или могут использоваться в процессе доказывания только
при наличии таковых. Производные доказательства имеют самостоятельную
ценность как средство доказывания и в качестве такового могут
использоваться даже тогда, когда получение первоначального
доказательства невозможно. Например, в случаях утраты оригинала
документа, отказа свидетеля-очевидца давать показания или его смерти.
Нередко на практике производные доказательства собираются раньше
первоначальных, позволяя обнаружить и проверить их. Одним из действенных
способов проверки как производных, так и первоначальных доказательств
является их сопоставление между собой.

Доказательства, содержание которых указывает на существование или
отсутствие главного факта, его части, являются прямыми. Таковыми будут
доказательства, отражающие наличие события преступления, лицо, его
совершившее, виновность этого лица или свидетельствующее об отсутствии
события преступления, невинности лица (п. 1,2ч. 1 ст. 73 УПК).
Содержание прямого доказательства прямо указывает на обстоятельства,
образующие главный факт или его часть, а следовательно, позволяет
сделать однозначный вывод относительно их наличия или отсутствия.

При проверке прямых доказательств основное внимание должно быть
сосредоточено на исследовании соответствия заключенных в них сведений о
преступлении действительности. Необходимо учитывать, что ошибки в оценке
достоверности прямых доказательств всегда чреваты серьезными просчетами
в выводах по уголовному делу (о существовании, отсутствии главного факта
или его части).

Косвенные доказательства указывают на побочные факты, которые находятся
в причинной или иной связи с главным фактом, его частью. Содержание
косвенных доказательств может отражать разнообразные факты, предметы,
находящиеся в различных объективных связях с главным фактом или его
частью, например:

– действия лица (подозреваемого, обвиняемого), указывающие на возможную
подготовку к совершению преступления (ознакомление с местом, где в
последующем было совершено преступление);

~ факт нахождения лица (подозреваемого, обвиняемого) на месте
со-вершения преступления во время, когда оно было совершено;

– предметы, обнаруженные на месте совершения преступления и
при-НаДлежащие лицу (подозреваемому, обвиняемому);

168

Раздел I. Общие положения

– обнаруженные у лица (подозреваемого, обвиняемого) предметы, бывшие
объектами преступного посягательства (похищенная картина и т. п.);

– деятельность лица (обвиняемого, подозреваемого) по сокрытию следов
преступления (смытие следов крови с одежды и т. п.)

Нельзя считать косвенными доказательствами фактические данные,
характеризующие:

– сходство в способе совершения расследуемого преступления со способами
совершения других подобных преступлений;

– поведение (подозреваемого, обвиняемого) на предварительном
расследовании или в суде (волнение при даче показаний, явный интерес к
результатам следственных и судебных действий и т. п.);

– личность подозреваемого, обвиняемого, например, его аморальное
поведение, наличие судимости и т. п.

В случаях отсутствия прямых доказательств косвенные доказательства
становятся единственным средством раскрытия преступления, установления
истины по уголовным делам. Особенности косвенных доказательств должны
учитываться в ходе их собирания, проверки и оценки.

При косвенном пути доказывания сначала на основе совокупности собранных
и проверенных косвенных доказательств устанавливается существование тех
побочных фактов, сведения о которых заключены в этих доказательствах.
Потом на основе установленных побочных фактов может быть сделан
достоверный вывод о главном факте или его части. Таким образом,
косвенный путь доказывания как минимум носит двухступенчатый характер.

Теория и практика оперирования косвенными доказательствами выработали
ряд рекомендаций, которые следует учитывать при косвенном пути
доказывания:

– содержание косвенных доказательств через побочные факты должно
находиться в объективных связях с главным фактом (его частью);

– каждое косвенное доказательство, прежде чем оно будет использовано для
выводов о главном факте (его части), должно быть подвергнуто тщательной
проверке, в ходе которой необходимо установить его достоверность;

– в основу вывода о главном факте (его части) может быть положена
только совокупность (система) косвенных доказательств;

– совокупность (система) косвенных доказательств должна представлять
органическое целое, быть внутренне согласованной и непротиворечивой;

– из совокупности (системы) косвенных доказательств должен следовать
только один (однозначный) вывод о главном факте, исключающий возможность
других выводов.

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)
169

§ 6. Процесс доказывания (собирание, проверка и оценка доказательств)

Согласно закону доказывание состоит в собирании, проверке и оценке
доказательств в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию
(ст. 85 УПК). Собирание, проверка и оценка доказательств – части единого
органического целого – процесса доказывания, процесса установления
истины по уголовному делу. Процесс доказывания начинается с собирания
доказательств. Собираемые и собранные доказательства в процессе
доказывания проверяются и оцениваются с целью установления истины по
делу.

Обязанность по осуществлению доказывания в силу принципа публичности
возлагается на властных субъектов уголовно-процессуальной деятельности –
дознавателя, следователя, прокурора, суд. Именно они обязаны собирать
доказательства, проверять и оценивать их (ст. 17, 86, 87, 88 УПК). На
них же лежит обязанность признания доказательств недопустимыми (ст. 75,
ч. 2-4 ст. 88, 235, ч. 5 ст. 335 УПК). Вне доказывания властные субъекты
уголовного процесса со стороны обвинения не смогут реализовать
возложенную на них функцию уголовного преследования (ст. 21 УПК), а суд
– осуществить правосудие (ч. 1 ст. 8 УПК). Только в рамках доказывания
могут быть решены задачи судопроизводства, связанные с его назначением в
целом (ст. 6 УПК). Необходимо отметить, что, осуществляя доказывание –
собирая, проверяя и оценивая доказательства, суд в то же время не обязан
доказывать виновность обвиняемого. Бремя (обязанность) доказывания
виновности обвиняемого лежит на дознавателе, следователе и прокуроре.
Уголовное преследование от имени государства по уголовным делам
публичного и час го-публичного обвинения осуществляют прокурор,
следователь и дознаватель (ч. 1 ст. 21 УПК).

Закон предоставляет возможность обвиняемому активно участвовать в
доказывании. Он может реализовать ее путем дачи показаний, заявления
ходатайств о производстве следственных и судебных действий, направленных
на собирание, проверку доказательств, участия в производстве
следственных и судебных действий, участия в судебных прениях и т. п.

Право обвиняемого участвовать в доказывании (которым он в рамках закона
распоряжается по своему усмотрению) не означает его обязанность
Доказывать свою невиновность или виновность. Бремя доказывания обвинения
и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или
обвиняемого, лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК).

Другие участники уголовного судопроизводства также наделены правами,
позволяющими им активно участвовать в доказывании, оказывая на него
соответствующее влияние. Они могут достигать этого: давая показания;
заявляя ходатайства о производстве следственных и судебных действий,
направленных на собирание и проверку доказательств

170

Раздел I. Общие положения

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

171

или ходатайствуя об участии в таких действиях; представляя предметы и
документы, которые могут послужить основой для формирования
доказательств; заявляя ходатайства о признании доказательств
недопустимыми; участвуя в следственных и судебных действиях; участвуя в
судебных прениях; обжалуя действия и решения дознавателя, следователя,
прокурора или суда.

Собирание доказательств – часть процесса доказывания, включающая в себя
производство дознавателем, следователем, прокурором и судом
предусмотренных законом следственных и судебных действий (ч. 1 ст. 86
УПК), направленных на обнаружение относимых к делу данных, их
рассмотрение и сохранение.

Собирание доказательств властными субъектами уголовного процесса может
осуществляться только путем производства предусмотренных законом
следственных и судебных действий, которые в общей форме регулируются ч.
1 ст. 86 УПК. К таковым закон относит: допрос свидетеля, допрос
потерпевшего, допрос подозреваемого, допрос обвиняемого, очную ставку,
производство экспертизы, осмотр (все его разновидности), выемку, обыск,
предъявление для опознания, следственный эксперимент, проверку показаний
на месте, истребование, представление (ст. 164-170, 173-174, 176-184,
186-207, 275-290 УПК).

Каждому самостоятельному виду доказательств присущ свой строго
определенный способ собирания. Так, способом собирания показаний
обвиняемого и подозреваемого служит допрос подозреваемого, допрос
обвиняемого (ч. 2 ст. 46, ст. 173-174, 187-191, 275-276 УПК), показаний
потерпевшего и свидетеля- допрос потерпевшего, допрос свидетеля (ст.
187-192, 277, 278-282 УПК), заключения эксперта- производство экспертизы
(ст. 195-207, 282-283 УПК), вещественных доказательств – осмотр и
вынесение постановления о признании предмета вещественным
доказательством и приобщении его к уголовному делу (ст. 81-82, 176-177,
180, 284 УПК) и т. п. Доказательства, полученные ненадлежащими
субъектами либо в результате действий, не предусмотренных
процессуальными нормами, должны признаваться недопустимыми.

Производство следственных и судебных действий, направленных на собирание
доказательств, может осуществляться властными субъектами уголовного
процесса только при наличии предусмотренных законом основа-, ний, т. е.
соответствующих сведений (данных).

Для следственных действий, осуществление которых связано с ограничением
конституционных прав и свобод граждан (п. 4-9 и 11 ч. 2 ст. 29 ,УПК),
установлен судебный порядок получения разрешения на их производство (ст.
165 УПК). Он выступает дополнительной гарантией соблюдения прав и свобод
граждан в уголовном судопроизводстве, недопустимости их ограничения без
законных к тому оснований.

Обнаружение относимых к делу данных – означает их восприятие
следователем и судом из источников и в формах, предусмотренных
уголовно-процессуальным законом. Прежде чем относимые к делу данные
будут обнаружены в ходе производства соответствующего следственного или
судебного действия, необходимо отыскать (найти) возможный источник
доказательства – лицо, которому они могут быть известны. Этот поиск
может осуществляться как путем производства следственных и судебных
действий, так и в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности
(ч. 1 ст. 11 Закона об ОРД).

Рассмотрение относимых к делу данных. Оно начинается, например, с
момента восприятия следователем, судом, в рамках допроса устного
сообщения свидетеля. Рассмотрение содержащихся в документе данных будет
происходить при его прочтении следователем, восприятии судьями
содержания документа при его оглашении в ходе судебного следствия. В
ходе рассмотрения обнаруженных данных следователь, суд выделяют те из
них, которые относятся к уголовному делу. Именно они фиксируются в
протоколе.

Сохранение обнаруженных и рассмотренных данных – означает их отражение
(закрепление, фиксацию) в протоколе в соответствии с требованиями
закона. В результате рассмотрения обнаруженных данных следователь и суд
убеждаются в их относимости к уголовному делу, после чего обязаны
отразить их в соответствующем протоколе (ст. 166, 259, 260 УПК).
Основной формой фиксации относимых к делу данных закон устанавливает
письменность. В качестве факультативных средств фиксации допускается
применение стенографирования, технических средств (ч. 6 ст. 164, ч. 2
ст. 166 УПК).

В соответствии с ч. 4 ст. 21 УПК следователь и суд вправе требовать от
предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан
представления предметов и документов, значимых для уголовного дела. На
их основе возможно формирование доказательств при соблюдении
процессуальных режимов, предназначенных для собирания соответственно
вещественных доказательств, иных документов.

Согласно закону (ч. 2-3 ст. 86 УПК) подозреваемый, обвиняемый, а также
потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители
вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для
приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств. Данное право
нельзя трактовать как их право на производство следственных действий,
направленных на собирание доказательств. В этом случае речь идет о
письменных документах и предметах, полученных перечисленными субъектами
в официальном порядке от государственных органов, должностных лиц,
предприятий, учреждений, организаций. Указанные участники Вправе
представить органу, в производстве которого находится уголовное Дело,
документы и предметы, находящиеся в их распоряжении. В этих це-

172

Раздел I. Общие положения

Глава VIII Доказательства и доказывание (общие положения)

173

лях данные субъекты могут запрашивать документы и через юридическую
консультацию.

Необходимо иметь в виду, что в рассматриваемом случае речь идет о
представлении не доказательств, а именно документов и предметов,
имеющих, по мнению представляющих, значение для уголовного дела. Сам
факт их представления правомерно рассматривать только в качестве
соответствующего ходатайства. После представления документа субъекты
уголовного процесса знакомятся с его содержанием, осматривают предметы.
Таким образом устанавливается наличие в документах относимых к делу
данных, а в предметах выделяются их свойства и состояния, значимые для
дела, которые отражаются в протоколе, т. е. происходит формирование
доказательства. В дальнейшем они могут быть признаны иными документами
или приобщены к делу в качестве вещественных доказательств. В приобщении
представленных документов и предметов к уголовному делу может быть и
отказано, если будет установлено, что они не отвечают требованию
отно-симости.

Закон предоставляет защитнику право собирать доказательства путем:
получения предметов, документов и иных сведений; опроса частных лиц с их
согласия; истребования справок, характеристик, иных документов из
организаций, которые обязаны представлять запрашиваемые документы или их
копии (ч. 3 ст. 86 УПК). В данном случае имеется в виду не право
защитника собирать доказательства, а его право получать предметы,
документы, которые могут быть представлены органу, осуществляющему
производство по уголовному делу. В дальнейшем на их основе в
установленном законе порядке могут быть сформированы доказательства.

Относительно права защитника собирать доказательства путем опроса
частных лиц с их согласия (п. 2 ч. 3 ст. 86 УПК) следует отметить, что и
в данном случае сведения, полученные в результате опроса частных лиц
защитником, изложенные им или опрошенными лицами в письменном виде,
нельзя рассматривать как доказательства, в частности в качестве
показаний свидетеля. Они получены в условиях отсутствия предусмотренных
уголовно-процессуальным законом гарантий их доброкачественности (без
предупреждения лица об ответственности за дачу заведомо ложных
показаний, вне установленного для допроса порядка получения и фиксации
показаний и т. п.). Такие сведения могут рассматриваться в качестве
оснований для вызова и допроса указанных лиц в качестве свидетелей или
для производства других следственных действий по собиранию
доказательств.

Собиранию доказательств в суде (по сравнению с предварительным
расследованием) присущ ряд особенностей. Они выражаются в следующем:
собирание доказательств в суде происходит в условиях наиболее полного
действия всех принципов уголовного процесса; осуществляется судом –
субъектом независимым и подчиняющимся только закону; происхо-

дит в присутствии и с участием всех субъектов уголовного процесса, что
позволяет суду в одно и то же время посмотреть на формируемое
доказательство через призму процессуальных интересов различных
участников уголовного процесса и т. д.

Проверка доказательств – часть процесса доказывания, представляющая
собой деятельность дознавателя, следователя, прокурора, суда по анализу
и синтезу доказательств, сопоставлению их с уже собранными
доказательствами, собиранию новых доказательств (ст. 87 УПК)1.

Цель проверки доказательств состоит в установлении их достоверности, т.
е. соответствии или несоответствии содержащихся в них сведений фактам и
обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения уголовного
дела. В ходе проверки обязательно исследуется и допустимость
доказательств – соответствие их формы правовому требованию допустимости.

Сведения, содержащиеся в доказательствах, могут быть положены в основу
выводов по делу только после их проверки, всестороннего исследования2.
Проверка доказательств является продолжением процесса доказывания,
начатого при собирании доказательств. Ограниченность чувственного
познания требует проверки содержания доказательства не только
чувственно-практическим путем (что имеет место при собирании новых
доказательств), но и рациональным путем – посредством анализа и синтеза
доказательства, сопоставления его содержания с другими, уже собранными
доказательствами.

Деятельность следователя и суда по проверке доказательств,
осуществляемая посредством их анализа и синтеза, сопоставления между
собой и собирания новых доказательств, завершающаяся оценкой всей
совокупности собранных и проверенных доказательств, выступает в процессе
доказывания как «сам себя конструирующий метод» познания по уголовному
делу.

Характер, направленность, объем проверки доказательств, разнообразие
применяемых при этом методов не зависят от произвольного усмотрения
следователя и суда, а определяются объективными факторами: особенностями
расследуемого преступления; видом проверяемого доказательства;
количеством и качеством собранных доказательств, связанных с проверяемым
через отображаемые факты; соотношения известных и предполагаемых по делу
фактов, их характера, места и значения для установления истины по делу;
объема установленных и не установленных связей данных фактов с другими
фактами и обстоятельствами. Кроме этогб, необходимо

Среди названных трех способов проверки доказательств закон не упоминает
анализ и синтез Данное обстоятельство можно объяснить тем, что анализ и
синтез доказательства начинает осуществляется уже при его собирании
‘”ВВС РСФСР 1990 №2 С II

174

Раздел I. Общие положения

учитывать и специфику каждого единичного проверяемого доказательства.
Она может быть обусловлена как индивидуальными особенностями восприятия,
запоминания и воспроизведения лица, являющегося источником
доказательства, так и в значительной степени характером общественных
отношений, участие в которых обусловило известность ему относимых к делу
сведений.

Значительную роль в проверке доказательств могут играть и субъекты
уголовно-процессуальной деятельности, не наделенные властными
полномочиями, участвующие в доказывании как со стороны защиты, так и со
стороны обвинения. Они могут реализовывать ее путем заявления различного
рода ходатайств, прямо или косвенно связанных с проверкой собранных или
собираемых доказательств; постановки вопросов допрашиваемым (свидетелю,
потерпевшему, обвиняемому, подозреваемому); внесения в протоколы
следственных и судебных действий (в производстве которых они принимали
участие) дополнений, поправок и замечаний; участия в судебных прениях;
принесения жалоб и т. п.

Проверка доказательств на первоначальном этапе расследования
представляется достаточно сложной, так как к этому времени установлены
лишь отдельные факты, указывающие на признаки преступления, когда еще не
известны многие существенные обстоятельства дела. В таких случаях
проверка, начавшаяся при формировании доказательств, может продолжаться
значительное время, иногда вплоть до окончания предварительного
следствия.

Приступая к проверке уже сформированного доказательства, прежде всего
следует убедиться в том, что оно получено после возбуждения уголовного
дела, надлежащим субъектом уголовного процесса и в результате
предусмотренных законом действий. Доказательства, полученные до
возбуждения уголовного дела’ или ненадлежащим субъектом2; или в ходе
действий, не предусмотренных законом3 признаются недопустимыми.

Нарушения требования допустимости, не выявленные при проверке, лишают
следователя и судей возможности устранить или принять во внимание их
влияние на содержание доказательств. Отступление от требований
допустимости может повлечь и нарушение прав и законных интересов лиц, от
которых исходят доказательства4. В результате могут возникнуть серьезные
затруднения на заключительном этапе доказывания при оценке всей
совокупности доказательств, так как в нее попадут такие, которые во-

‘ См.- ВВС РФ. 1996 № 11. С. 6-7.

2 См.: ВВС РФ 1997. № 3 С. 11; 1998. № 8. С. 6-7

1 См.: ВВС РФ. 1996. № 1. С. 6.

4 Например, допрос подозреваемого в качестве свидетеля расценивается
судебной практикой

как существенное нарушение уголовно-процессуального закона,
ограничивающего право на

защиту (БВС СССР. 1974. № 4. С 25).

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)
175

обще недопустимы из-за существенного нарушения уголовно-процессуального
закона при их собирании. Поэтому, не установив соответствия
доказательства требованию допустимости, нельзя считать, что его проверка
завершена.

Анализ и синтез доказательства. В теории уголовного процесса
общепризнано, что проверка доказательств начинается с их анализа и
синтеза. Процесс анализа сопровождается формированием у следователя и
судей понятий, суждений об отдельных частях, сторонах доказательства, их
свойствах. Анализу подвергаются содержание доказательства и его
источник.

Сначала следователь и суд анализируют содержание доказательства,
производя мысленное расчленение сведений о фактах и обстоятельствах,
содержащихся в нем. При этом они исследуют их вне связи и отношений друг
с другом, как бы рассматривая обстоятельства предмета доказывания и
побочные факты, сведения о которых несет доказательство, по отдельности,
с разных сторон и под различными углами. Это позволяет сосредоточить
внимание на отдельных сторонах как анализируемых сведений, так и фактов,
обстоятельств, которые они отражают, глубже осмыслить и понять их.
Расчленение содержания доказательства дает более детальное и четкое
знание особенностей объема и характера сведений, содержащихся в нем, а
через них, соответственно, более четкое и детальное представление об
особенностях, отдельных сторонах фактов и обстоятельств, имеющих
значение для дела.

Наряду с содержанием доказательства следователь и суд производят и
анализ источника доказательства. При этом они выясняют, например,
наличие или отсутствие причин, могущих повлиять на заинтересованность
свидетеля в деле.

После анализа доказательство вновь должно быть исследовано, но уже при
соединении в единое целое всех его отдельных сторон и с учетом
выявленных присущих им признаков и особенностей. Знание о связях,
отношениях и зависимостях, существующих между различными сторонами
доказательства, как отражение связей, сторон, отношений обстоятельств и
фактов, составляющих его содержание, условий их восприятия, физических,
социальных особенностей личности источника доказательства, характера и
содержания общественных отношений, участие в которых породило знание
лицом относимых к делу сведений, может быть получено только путем
синтеза.

Само по себе выявление таких зависимостей, связей еще не означает их
Действенности, как и не свидетельствует об обратном. Анализ и синтез
доказательства, давая следователю и суду знание отношений и зависимостей
между различными сторонами доказательства, вместе с тем не позволяют
выделить из них те, которые, будучи присущими объективной действи-

176

Раздел I. Общие положения

тельности, являются отражением обстоятельств и фактов, имеющих значение
для дела, и отделить их от фактов, таковыми не являющихся, привнесенных
в доказательство на внепроцессуальной и процессуальной стадии его
формирования. В ряде случаев, например при наличии установленной
заинтересованности свидетеля, потерпевшего в исходе дела, они, тем не
менее, могут дать правдивые и полные показания.

В результате анализа и синтеза становится возможным выявить дальнейшие
направления и формы проверки доказательств – те его стороны, связи,
которые можно и нужно сопоставить с другими строго определенными
доказательствами

Сопоставление доказательств. Для исследования неясных моментов в
выявленных ранее связях, отношениях и зависимостях между сторонами
проверяемого доказательства, как и в отображаемых им фактах, характер и
содержание которых невозможно установить посредством анализа и синтеза,
необходимо его сопоставление с другими, уже имеющимися в деле
доказательствами, связанными с ним через отображаемые факты. Это
позволяет убедиться в полном или частичном совпадении, несовпадении
содержания доказательства с другими доказательствами. Следователь и суд
могут констатировать и то, что часть сведений, содержащихся в
проверяемом доказательстве об исследуемом событии, которая ранее
вызывала у них сомнения в своей достоверности, не соответствует
содержанию других доказательств, связанных с проверяемым через
отображаемые факты, их связи и отношения.

На основе соответствия содержания нескольких доказательств, связанных
через отображаемые факты, следователь и суд приходят к обоснованному
предположению, что сведения о преступлении, которые они несут,
соответствуют действительности. О признании важности и необходимости
сопоставления доказательств между собой при их проверке говорит и
судебная практика, расценивающая как необоснованные и недоказанные
случаи обвинения, построенные на доказательствах, находящихся в
противоречии с другими доказательствами1.

Однако и проверка доказательства после анализа и синтеза путем
сопоставления с другими доказательствами не всегда позволяет получить
знание обо всех его качествах и свойствах, о фактах и обстоятельствах,
составляющих его содержание. Дальнейшая проверка возможна только
посредством собирания новых доказательств.

Собирание новых доказательств. Доказательства, являясь отражением
обстоятельств предмета доказывания и побочных фактов, их многочисленных
свойств и отношений, находятся между собой в разнообразных связях,
сведения о которых наличествуют в собираемых доказательствах. Это соз-

Глаеа VIII Доказательства и доказывание (общие положения)

177

дает объективные предпосылки не только для сопоставления, но и для
дальнейшей проверки посредством собирания новых доказательств.

Характерной особенностью проверки посредством собирания новых
доказательств является ее строго целевая направленность. Исследование
может касаться любых качеств, свойств и связей доказательства, в
отношении которых у следователя и суда возникли сомнения, не разрешенные
в ходе предшествующей проверки. При этом должны быть выявлены факторы,
оказавшие влияние на достоверность относимых к делу сведений, что
является одной из предпосылок достижения истины, реализуемой посредством
оценки доказательств.

Проверке доказательств в различных стадиях производства по уголовному
делу присущи свои особенности.

Наиболее благоприятные условия для проверки доказательств, складывается
(существуют) в стадии судебного разбирательства. Они обусловлены
действием целого ряда фактов, к которым следует отнести: осуществление
проверки доказательств судом- подлинно самостоятельным и независимым
субъектом уголовного процесса, не связанным в своей деятельности
содержанием функций уголовного преследования и защиты; осуществление
проверки доказательств в суде в условиях наиболее полного действия
принципов уголовного процесса (прежде всего непосредственности,
состязательности и равноправия сторон); наличие в распоряжении суда и
сторон совокупности доказательств, собранных, проверенных и оцененных в
стадии предварительного расследования и, как следствие, обладание ими
полной картиной совершенного преступления, установленной в ходе
расследования, и возможностью учета тех фактов, которые оказали влияние
на результаты проверки доказательств; возможность практически
одновременного участия в проверке доказательств всех участников
судебного разбирательства; возможность для сторон изложить друг перед
другом и судом в целостном и концентрированном виде ход и результаты
осуществленной ими проверки доказательств.

Результаты проверки доказательств должны быть отражены в материалах
дела, в частности в обвинительном заключении, в приговоре. При этом
нельзя ограничиваться лишь указанием на источники доказательств, следует
приводить содержание доказательств, излагать результаты их проверки.
Именно по этому пути идет судебная практика1.

Оценка доказательств – часть процесса доказывания, представляющая собой
мыслительную деятельность, соответствующую логической ступени познания,
в ходе которой на основе совокупности собранных и проверенных
доказательств получается выводное знание о фактах и обстоятельствах,
входящих в предмет доказывания, и устанавливается истина по уголовному
делу.

‘См ВВС РСФСР 1962 №2 С 16

См ВВС РФ 1996 №7 С 3, 1997 №2 С 14

178

Раздел I. Общие положения

Оценка доказательств – самая сложная часть доказывания. Она
осуществляется там, где на основе совокупности собранных и проверенных
доказательств следователь, суд в предусмотренных законом формах получают
новое выводное знание о фактах и обстоятельствах, подлежащих доказыванию
по уголовному делу, о части или обо всем преступлении, включая вывод о
мере наказания, делаемый судом. Оценка доказательств с учетом публичного
начала уголовного процесса возлагается на дознавателя, следователя,
прокурора и суд, о чем прямо указано в ч. 2 и 3 ст. 88 УПК. Остальные
субъекты уголовного процесса могут принимать активное участие в оценке
доказательств путем заявления ходатайств о недопустимости доказательств,
обжалования действий и решений властных субъектов, связанных с оценкой
доказательств.

Согласно закону суд, прокурор, следователь, дознаватель оценивают
доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на
совокупности имеющихся доказательств, руководствуясь при этом законом и
совестью (ч. 1 ст. 17 УПК). При этом никакие доказательства не имеют для
них заранее установленной силы (ч. 2 ст. 17 УПК).

Оценка доказательств в уголовном процессе производится на основе единых
принципов. Отличие оценки доказательств в различных стадиях состоит не в
ее характере, а в целях оценки, количестве оцениваемых доказательств,
условиях, при которых она осуществляется, содержании формулируемых на их
основе выводов и их значимости для уголовного дела.

Способом оценки доказательств выступает внутреннее убеждение лица,
производящего дознание, следователя, прокурора, судьи. Основные
требования, которым согласно закону должна отвечать деятельность по
оценке доказательств в уголовном процессе, выражаются в следующем:

– доказательства должны оцениваться свободно по внутреннему убеждению
следователя, судей. Однако это не означает, что они могут оцениваться
произвольно. Не устанавливая заранее силы и значения тех или иных
доказательств, закон в то же время в общих чертах регулирует требования,
которыми должны руководствоваться следователь и судьи при оценке
доказательств. Естественно, что при этом они руководствуются и своим
правосознанием и совестью; *

– внутреннее убеждение следователя, судьи, как способ и результат
оценки доказательств, должно основываться на совокупности части
доказательств (в случае оценки ограниченных совокупностей при принятии
промежуточных решений по уголовному делу) или на всех собранных
доказательствах в их совокупности (в случае принятия итоговых решений по
уголовному делу);

– в основе промежуточных и итоговых выводов по уголовному делу должны
лежать соответствующие совокупности доказательств;

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

179

– содержание промежуточных и итоговых выводов следователя и суда,
являющихся результатом оценки доказательств, не предопределяется ни
законом, ни иными указаниями;

– оценка доказательств следователем и судом должна осуществляться в
предусмотренных уголовно-процессуальным законом формах (постановлениях,
обвинительном заключении, принимаемых судом постановлениях,
определениях, приговоре суда).

Оценка доказательств по внутреннему убеждению принципиально отличается
от оценки доказательств, принятой в формальной теории доказательств,
когда сила, значение доказательств заранее устанавливается законом. При
таком подходе следователь и судьи не свободны в оценке доказательств.

Оценка доказательств как процесс их исследования следователем или судом
завершается выводом о виновности или невиновности обвиняемого в
совершении преступления. Не устраненные в процессе и результате
доказывания по уголовному делу сомнения в виновности обвиняемого
толкуются в его пользу (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ).

Критерием истинности выводного знания, получаемого следователем и судом
при оценке доказательств, выступает практика во всем многообразии ее
форм, используемых в процессе доказывания.

Выводы обвинительного приговора относительно обстоятельств, подлежащих
доказыванию по уголовному делу, сделанные на основе совокупности
собранных, проверенных и оцененных доказательств, должны быть бесспорны,
однозначны. Анализ судебной практики позволяет сделать следующие
обобщения относительно требований, которым должна отвечать оценка
доказательств, ошибок, допускаемых при этом:

– все имеющиеся по делу доказательства подлежат оценке в их
совокупности1, а вывод суда о виновности осужденного должен быть основан
на доказательствах, критически оцененных в их совокупности2;

– приговор может основываться лишь на доказательствах, тщательно
проверенных и оцененных в судебном заседании3;

– обвинение не может считаться доказанным, если оно основывается на
доказательствах, находящихся в противоречии с другими доказательствами4;

– версия обвинения не может быть признана обоснованной при наличии
противоположной версии, подкрепленной неопровергнутыми
доказательствами5;

, См : ВВС СССР. 1968 № 2 С. 29. ,См.: ВВС СССР. 1966. № 1. С. 29. 4См.:
ВВС СССР. 1965. № 3. С. 37. 5 См.: ВВС СССР 1959. №5. С. 15. См.: ВВС
СССР. 1960. № 2. С. 21.

180

Раздел I. Общие положения

– версия обвинения не может быть признана обоснованной, если оценка
доказательств носит односторонний характер’;

– приговор не может быть признан обоснованным, если по делу собраны
неопровергнутые доказательства, свидетельствующие об алиби обвиняемого2;

– приговор не может быть признан правильным при наличии существенных
неустраненных противоречий, выявленных при исследовании на суде
доказательств, собранных в процессе предварительного следствия3;

– приговор не может быть основан на предположениях или доказательствах,
объективность и достоверность которых по делу вызывает сомнения и
постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства
виновность подсудимого в совершении преступления доказана4;

– приговор не может считаться обоснованным, если обвинение основано
исключительно на показаниях лиц, заинтересованных в исходе дела, и не
подкрепленных другими объективными доказательствами5;

§ 7. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной
деятельности

Уголовно-процессуальный закон запрещает использовать в процессе
доказывания результаты оперативно-розыскной деятельности (далее –
результаты ОРД), если они не отвечают требованиям, предъявляемым к
доказательствам (ст. 89 УПК).

Законное и обоснованное использование результатов ОРД в уголовном
процессе предполагает учитывать кроме положений ст. 89 УПК требования
ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и
положения Инструкции о порядке представления результатов оперативно
-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в
суд № 1603 от 3 сентября 1998 года6 (далее – Инструкция).

В законе не содержится определения результатов ОРД, а именно оно
является ключевым для решения всего комплекса вопросов, связанных с их
законным и обоснованным использованием в доказывании.

Нормативное определение результатов ОРД содержится в вышеуказанной
Инструкции, согласно которой под ними понимаются фактические данные,
полученные оперативными подразделениями органов, осуществ-

1 См.: ВВС СССР. 1961 Л» I. С. 8.

2 См.- ВВС СССР. 1964. № 4 С. 25.

3 См.- ВВС СССР. 1960. № 1. С. 27.

4 См.-ВВС СССР. 1960 №5 С. 12.

5 См: ВВС СССР 1957 № 3 С 6.

6 Утверждена приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России,
ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998 г. №
175/226/336/201/400/56, согласованным с Генеральным прокурором РФ 25
декабря 1997 г.

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

181

ляющих оперативно-розыскную деятельность, в установленном Федеральным
законом «Об оперативно-розыскной деятельности» порядке, о признаках
подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, о лицах,
подготавливающих, совершающих или совершивших правонарушение, скрывшихся
от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения
наказания и без вести пропавших, а также о событиях или действиях,
создающих угрозу государственной, военной, экономической или
экологической безопасности Российской Федерации (п. 1).

Результаты ОРД, представляемые в уголовный процесс, должны позволять
сформировать на их основе доказательства, удовлетворяющие требованиям
уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым как к
доказательствам в целом, так и к их соответствующим видам. В
представляемых результатах ОРД должны содержаться сведения, имеющие
значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по
уголовному делу, указания на источник получения предполагаемого
доказательства или предмета, который может стать доказательством, а
также данные, позволяющие надлежащим образом проверить и оценить в
условиях судопроизводства доказательства, сформированные на их основе.

Результаты ОРД отражаются в оперативно-служебных документах (рапортах,
справках, сводках, отчетах и т. п.). К оперативно-служебным документам
могут прилагаться предметы и документы, полученные при проведении
оперативно-технических мероприятий. Результаты ОРД могут быть также
зафиксированы на материальных (физических) носителях информации
(фонограммах, видеограммах, кинолентах, фотопленках, фотоснимках,
магнитных, лазерных дисках, слепках и т. п.). Представляемые материалы
должна сопровождать информация о времени, месте и обстоятельствах
изъятия в ходе оперативно-розыскной деятельности предметов и документов,
получения видео- и аудиозаписей, кино- и фотоматериалов, копий и
слепков. При этом должно быть приведено описание индивидуальных
признаков указанных предметов и документов (п. 1,3 Инструкции).

Законное, обоснованное и эффективное использование результатов ОРД в
уголовном процессе предполагает учет того, что сами по себе результаты
ОРД доказательствами в уголовно-процессуальном смысле не являются. Их
следует рассматривать только в качестве основы, на которой в уголовном
процессе могут быть сформированы доказательства. Сведения о фактах и
обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, полученные в
рамках оперативно-розыскной деятельности, нельзя отождествлять со
сведениями, составляющими содержание доказательств в уголовном процессе.
Указанные сведения могут совпадать с точки зрения их содержания, т. е.
быть относимыми, так как они отражают тот же объект, что и
доказательства. Однако это разные по своей правовой природе и
предназначенности

182

Раздел I. Общие положения

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

183

данные, полученные в разное время, в разных местах, в результате
различных действий и от различных по своему правовому положению
субъектов.

Результаты ОРД не отвечают правовому требованию допустимости. Они
получаются из источников и способами, не предусмотренными
уголовно-процессуальным законом, не соответствуют требованию,
предъявляемому к форме доказательств. А поскольку форма всегда
содержательна, то соблюдение требования допустимости – не дань простой
формальности, оно оказывает существенное влияние на содержание
формируемых доказательств, их соответствие действительности, требованию
относимости, способствует обеспечению прав, свобод и законных интересов
граждан в уголовном процессе.

Так, могут послужить основой для формирования доказательств в уголовном
процессе результаты непосредственного восприятия в условиях проведенного
оперативно-розыскного мероприятия обстоятельств и фактов, входящих в
предмет доказывания по уголовному делу, лицом, оказывавшим
конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную
деятельность. С этой целью сведения о данном лице, его участии в
соответствующем оперативно-розыскном мероприятии, в результате чего ему
стали известны обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в
установленном порядке (с его согласия) должны быть представлены
дознавателю, следователю, прокурору или в суд. После этого указанное
лицо может быть допрошено в качестве свидетеля. На допросе свидетель
сообщит сведения о воспринятых им в рамках оперативно-розыскного
мероприятия фактах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного
дела, которые образуют содержание исходящего от него доказательства –
показания свидетеля. Однако это уже другие данные – полученные при
производстве по уголовному делу, а не те, которые указанное лицо
сообщило ранее оперативному работнику в рамках оперативно-розыскной
деятельности.

Предметы, полученные в ходе осуществления оперативно-розыскной
деятельности, также могут послужить основой для формирования
доказательств в уголовном процессе. Например, произведенная в рамках
негласного оперативно-розыскного мероприятия видео- и аудиозапись, на
которой запечатлен момент получения взятки должностным лицом, в
установленном порядке представленная следователю, является лишь
предметом, а не вещественным доказательством. На ее основе в уголовном
процессе может быть сформировано вещественное доказательство – при
соблюдении процессуального режима, предназначенного для данного вида
доказательства. В этих целях видео- и аудиозапись должна быть осмотрена
следователем с участием понятых и применением соответствующих
технических средств. Зафиксированные в протоколе сведения о
запечатленных на видео-и аудиозаписи обстоятельствах и фактах, имеющих
значение для уголовно-

го дела, как результат чувственного восприятия указанных обстоятельств и
фактов (зрительного и слухового) следователем и понятыми в условиях
осмотра и образуют содержание вещественного доказательства. После
осмотра должно быть принято решение о признании пленки вещественным
доказательством и ее приобщении к делу в качестве такового. Данным
решением завершается начатое в рамках уголовного процесса, а не за его
пределами, формирование вещественного доказательства.

Результаты ОРД представляются в уголовный процесс по инициативе органов,
осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, либо по требованию
органа дознания, следователя, прокурора или суда в связи с уголовным
делом, находящимся в их производстве (п. 2 Инструкции).

Представление результатов ОРД в уголовный процесс слагается из ряда
действий: вынесения руководителем органа, осуществляющего
оперативно-розыскную деятельность, постановления о представлении
результатов ОРД органу дознания, следователю, прокурору или в суд;
вынесения (при необходимости) постановления о рассекречивании отдельных
оперативно-служебных документов, содержащих государственную тайну;
оформления сопроводительных документов и фактическую передачу материалов
(пересылка по почте, передача с нарочным и т. п.).

Постановление о представлении результатов ОРД органу дознания,
следователю, прокурору или в суд состоит из трех частей: вводной,
описательной и резолютивной.

Во вводной части должно содержаться наименование документа, место и
время его вынесения, фамилия, инициалы, должность и звание руководителя
органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

В описательной части постановления указывается, в результате какого
оперативно-розыскного мероприятия получены материалы и какие именно, для
каких целей они представляются, когда и кем санкционировалось данное
мероприятие, наличие судебного решения на его проведение, основания
вынесения данного постановления, ссылка на соответствующую часть ст. 11
и ч. 4 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной
деятельности».

В резолютивной части постановления формулируется вывод руководителя
органа о представлении оперативно-служебных документов, отражающих
результаты ОРД, соответственно органу дознания, следователю, прокурору
или в суд, перечисляются подлежащие направлению документы.

Возможно представление результатов ОРД органу дознания, прокурору,
следователю или в суд в виде обобщенного официального сообщения
(справки-меморандума) или в виде подлинников соответствующих
оперативно-служебных документов.

При наличии сведений об угрозе государственной, военной, экономической и
экологической безопасности Российской Федерации, а также в слу-

184

Раздел I. Общие положения

чаях, не терпящих отлагательства и могущих привести к совершению тяжкого
преступления, результаты ОРД представляются органу дознания,
следователю, прокурору или в суд незамедлительно. При этом оперативным
подразделением должны быть приняты меры к предотвращению или пресечению
преступления, а равно к закреплению следов преступления.

В случаях, когда использование результатов ОРД в уголовном процессе
сопряжено с возможностью возникновения реальной угрозы для безопасности
участников оперативно-розыскной деятельности, орган, представивший
данные результаты, обязан предусмотреть конкретные меры по их защите.
При необходимости указанные меры согласовываются с органом дознания,
следователем, прокурором или судом, которым представляются указанные
результаты (п. 22 Инструкции).

Необходимо учитывать, что в представлении результатов ОРД органу
дознания, следователю, прокурору или в суд может быть отказано в
случаях, когда: невозможно обеспечить безопасность субъектов
(участников) оперативно-розыскной деятельности в связи с представлением
и использованием данных результатов в уголовном процессе; их
использование в уголовном процессе создает реальную возможность
расшифровки (разглашения) сведений об используемых или использованных
при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятиях силах,
средствах, источниках, методах, планах и результатах
оперативно-розыскной деятельности, о лицах, внедренных в организованные
преступные группы, о штатных негласных сотрудниках и о лицах,
оказывающих им содействие на конфиденциальной основе, а также об
организации и тактике проведения оперативно-розыскных мероприятий,
отнесенных законом к государственной тайне (кроме случаев, когда
указанные сведения предаются гласности в порядке, установленном
Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности»).

В указанных случаях решение о непредставлении результатов ОРД
оформляется постановлением руководителя органа, осуществляющего
оперативно-розыскную деятельность, и приобщается к материалам дела
оперативного учета или соответствующего номенклатурного дела. О принятом
решении уведомляется инициатор запроса.

Формирование в уголовном процессе на основе результатов ОРД при
производстве следственных и судебных действий доказательств, их проверка
и оценка осуществляются по общим правилам с учетом особенностей
соответствующих видов доказательств и конкретных обстоятельств
уголовного дела. При этом от оперативного подразделения органом, в
производстве которого находится уголовное дело, могут быть запрошены
находящиеся в их распоряжении данные, необходимые для правильной
проверки и оценки доказательств, сформированных на основе результатов
ОРД.

Глава VIII. Доказательства и доказывание (общие положения)

185

§ 8. Преюдиция и ее роль в доказывании

Преюдиция означает обязательность для всех судов, рассматривающих дело,
а также для прокуроров, следователей, дознавателей, в производстве
которых находится уголовное дело, принять без проверки и оценки
доказательств обстоятельства, ранее установленные вступившим в законную
силу приговором суда по какому-либо другому делу. Согласно закону такой
приговор не может предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в
рассматриваемом уголовном деле. Преюдициальная сила обстоятельств,
установленных вступившим в законную силу приговором суда, не
распространяется на те из них, которые вызывают сомнение у суда, в
производстве которого находится уголовное дело (ст. 90 УПК).

Придание преюдициальной силы обстоятельствам, установленным вступившим в
законную силу приговором суда, направлено на исключение противоречий
между актами правосудия, способствует экономии сил и средств органов
расследования и судов, укреплению принципа законности в
судопроизводстве.

Возникающие на практике возможные противоречия между преюдициальным
значением установленных обстоятельств по одному делу и внутренним
убеждением прокуроров, следователей, дознавателей относительно этих же
обстоятельств при производстве по другим уголовным делам должны решаться
в пользу преюдиции, если они не касаются виновности лиц, не
участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле. Другими словами,
до отмены приговора, имеющего преюдициальное значение, но неправильного
с точки зрения прокурора, следователя, дознавателя, осуществляющих
производство по другому делу, они не вправе вынести решение по своему
внутреннему убеждению. Данное положение не распространяется на суд. Если
обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором
суда, вызывают сомнения у суда, в производстве которого находится
уголовное дело, он вправе сделать по ним иные выводы, полученные в
результате оценки совокупности собранных и проверенных им доказательств.
Преюдициальное значение предыдущего приговора суда может утратить силу и
при пересмотре вступившего в законную силу приговора суда по вновь
открывшимся обстоятельствам.

Вступившее в законную силу решение суда по гражданскому делу должно быть
обязательно для суда, прокурора, следователя и дознавателя при
производстве по уголовному делу в части, касающейся установления
обстоятельств, если они не вызывают сомнений у суда. Такое решение не
может предрешать выводы о виновности или невиновности подсудимого.
Например, когда решением суда по гражданскому делу доказаны определенные
события или определенные действия, то в дальнейшем, если они войдут в
предмет доказывания по уголовному делу, прокурору, следователю и
дознавателю их следует рассматривать как уже установленные. Это

186

Раздел I. Общие положения

касается, в частности, иска о возмещении вреда, причиненного
преступлением, рассмотренном и удовлетворенном в порядке гражданского
судопроизводства до расследования и рассмотрения в суде уголовного дела
Точно так же должен решаться вопрос и в случае отказа в иске в порядке
гражданского судопроизводства, если он в дальнейшем вторично предъявлен
по уголовному делу.

Положение закона о том, что вступившее в законную силу решение суда по
гражданскому делу не может предрешать выводы властных субъектов
уголовного процесса о виновности или невиновности подсудимого, учитывает
то обстоятельство, что события и действия при производстве по делам
устанавливаются не абстрактно (не вообще), а с учетом их гражданско- или
уголовно-правовой природы, которые не совпадают. Кроме того,
причини-тель вреда в гражданском процессе не пользуется процессуальными
правами обвиняемого, которые шире прав ответчика по гражданскому делу.
Поэтому можно констатировать, что преюдициальное значение решения суда
по гражданскому делу для уголовного судопроизводства ограничено.

Глава IX. Виды доказательств

§ 1. Понятие вида доказательств

Деление доказательств на виды представляет собой такую классификацию, в
соответствии с которой они распределяются исходя из специфических и
наиболее существенных особенностей их формы и содержания.
Самостоятельные виды образуют такие доказательства, форме и содержанию
которых присущи существенные особенности, определяющие только им
свойственный процессуальный режим получения и использования в уголовном
процессе. Эти особенности касаются:

1) источника фактических данных доказательства. Будучи существенным, но
не единственным элементом уголовно-процессуальной формы доказательств,
источник фактических данных не может рассматриваться вне связи с другими
элементами доказательства;

2) способа собирания доказательства- следственного или судебного
действия с установленными для него законом основаниями, участниками,
порядком проведения и процессуального оформления. Каждому
самостоятельному виду доказательств присущ строго определенный способ
собирания;

3) процессуального положения источника доказательства- совокупности
прав, обязанностей (а в ряде случаев и ответственности) лиц, дающих
показания, производящих следственные и судебные действия, экспертов,
авторов иных документов;

4) содержания доказательства – характера и объема сведений о фактах и
обстоятельствах, имеющих значение для дела, свойственных различным видам
доказательств. Именно исходя из особенностей содержания в законе
определяется предмет допроса подозреваемого, обвиняемого, свидетеля,
потерпевшего, предмет экспертизы, выделяется специфика содержания
вещественных доказательств, проводится разграничение между
протоколами следственных (судебных) действий и иными документами.

С учетом перечисленных особенностей содержания и формы доказательства в
уголовном процессе делятся на шесть видов: показания обвиняемого и
подозреваемого; показания свидетеля и потерпевшего; заключение эксперта;
вещественные доказательства; протоколы следственных и судебных действий,
иные документы.

188

Раздел I Общие положения

Понятие вида доказательств выступает звеном между общим понятием
доказательства, данным в законе (ст. 74 УПК), и единичным
доказательством.

Уяснение понятия вида доказательств позволяет при собирании, проверке и
оценке доказательств применять соответствующие процессуальные режимы,
учитывающие особенности формы и содержания, свойственные различным видам
доказательств. Их соблюдение способствует формированию доброкачественных
доказательств, обеспечению прав, свобод и законных интересов участников
уголовного судопроизводства, повышению эффективности следственных и
судебных действий.

§ 2. Показания обвиняемого и подозреваемого

Показания обвиняемого и подозреваемого – разновидности одного и того же
вида доказательств, представляющих собой устное сообщение лиц,
привлеченных в качестве обвиняемых (подозреваемых) но конкретному
уголовному делу, о подлежащих доказыванию обстоятельствах, данных
добровольно в установленном законом порядке на допросе.

Существенные особенности их содержания и формы состоят в следующем.
Источником фактических данных рассматриваемого вида доказательств
является устное сообщение указанных лиц. Способом собирания -допрос
соответственно обвиняемого, подозреваемого. Специфика содержания этого
вида доказательств – характера и объема сведений о преступлении, которые
они несут, – состоит в том, что они, как правило, относятся к преступным
действиям самих обвиняемых, подозреваемых по данному делу, и по своей
полноте в отражении преступления обычно значительно превосходят
содержание других видов доказательств. В случаях, когда обвиняемый
(подозреваемый) действительно виновен в совершении преступления, он
может сообщить о нем все или почти все.

Показания обвиняемого – устное сообщение лица, привлеченного в качестве
обвиняемого по уголовному делу, о подлежащих доказыванию
обстоятельствах, данное добровольно в установленном законом порядке на
допросе.

Источником доказательства применительно к показаниям обвиняемого
выступает лицо, привлеченное по делу в качестве обвиняемого (ч. 1 ст. 47
УПК). Процессуальное положение обвиняемого как самостоятельного
участника уголовного процесса, имеющего личную заинтересованность в
исходе дела, учитывается законодателем при регулировании его прав и
обязанностей, связанных с дачей показаний (п. 3, 6-8 ч. 4 ст. 47, ст.
173, 174, 187, 190, 275 УПК), определении содержания и формы его
показаний, установлении порядка вызова на допрос, его проведения и
оформления (ст. 77, 173, 187-190, 275, 276 УПК).

Дача показаний – право обвиняемого (п. 6 ч. 4 ст. 47 УПК), одно из
важных средств защиты его процессуальных интересов, которым он распо-

Глава IX. Виды доказательств

189

ряжался по своему усмотрению. Обвиняемый не несет ответственности за
отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Предмет показаний обвиняемого очерчен в законе весьма широко. В него
входят обстоятельства, связанные с предъявленным ему обвинением (п. 3 ч.
4 ст. 47, ч. 2 ст. 173 УПК), все иные известные ему обстоятельства по
делу, а равно имеющиеся в деле доказательства

Содержание показаний обвиняемого составляют не только сведения о фактах
и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела. Как отмечалось,
обвиняемый вправе давать объяснения данным фактам. Показания обвиняемого
и его объяснения представляют единое целое и являются доказательством,
которое должно быть получено на допросе в предусмотренном законом
порядке. Объяснения обвиняемого, как и его показания, подлежат
обязательной проверке. Невнимание к объяснениям обвиняемого и тем более
их игнорирование является источником судебных ошибок и как следствие –
причиной отмены приговора’.

Исходя из содержания показания обвиняемого принято делить на три группы:
признание обвиняемым своей вины, отрицание обвиняемым своей вины,
показания обвиняемых в отношении других лиц.

Признание обвиняемым своей вины будет доказательством, когда он на
допросе, признав себя виновным в предъявленном ему обвинении, сообщит
сведения о фактах своей преступной деятельности. Не является
доказательством голословное признание обвиняемым своей вины, сделанное,
например, в форме таких ответов, как «вину признаю», «да, виновен». В
них отсутствуют фактические данные, образующие содержание доказательств,
на основе которых устанавливаются обстоятельства, имеющие значение для
правильного разрешения уголовного дела. Признание обвиняемым своей вины
в совершении преступления, может быть положено в основу обвинения лишь
при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся доказательств
по делу (ч. 2 ст. 77 УПК). Этой позиции постоянно придерживается
судебная практика2.

Нельзя переоценивать значение признания обвиняемым своей вины; оно не
имеет преимущества перед другими доказательствами. На практике нередки
случаи ложного или ошибочного признания обвиняемым своей вины. Это может
быть обусловлено разными причинами, например стремлением избавить
близкого человека от уголовной ответственности или умалить его вину;
желанием скрыть совершение более тяжкого преступления; угрозами со
стороны действительных преступников; применением в ходе допроса насилия,
угроз и иных незаконных мер; неправильным пониманием обвиняемым
предъявленного ему обвинения и т. п.

, ВВС РСФСР 1991 №9 С II, ВВС РФ 1995 №10 С 8-9 “ВВС РФ 1996 №7.

190

Раздел 1. Общие положения

Доказательственное значение признания обвиняемого, как и других видов
доказательств, зависит от конкретности, полноты, внутренней
непротиворечивости содержащихся в них относимых к делу сведений, их
соответствия собранным по делу доказательствам. В основу обвинения не
может быть положено только лишь одно признание обвиняемого, сколь бы
убедительным оно само по себе ни выглядело.

Вместе с тем следует отметить, что закрепленное в законе положение о
I добровольности дачи показаний обвиняемым не означает, что органы
предварительного расследования должны быть пассивными в их получении.
Признание обвиняемым своей вины, кроме того, что в нем, как правило,
содержатся сведения, касающиеся важных обстоятельств дела, может
свидетельствовать о его раскаянии в содеянном, стремлении загладить
причи- | ненный вред, способствовать органам расследования в
установлении об- ‘ стоятельств совершенного преступления.
!

Отрицание обвиняемым своей вины будет оправдательным доказательством,
когда обвиняемый на допросе, отрицая свою виновность, сообщит сведения о
фактах и обстоятельствах, свидетельствующих о его непричастности к
совершению преступления, вменяемого ему в вину. Не является
оправдательным доказательством голосовое отрицание обвиняемым своей вины
типа «я невиновен», поскольку оно не содержит относимых к делу
фактических данных, составляющих содержание любого доказательства.
Однако до тех пор, пока такое отрицание не будет опровергнуто
совокупностью собранных по делу доказательств, обвиняемый не может быть
признан виновным.

Обвиняемый может отрицать свою вину, будучи в действительности как
невиновным, так и виновным. В обоих случаях требуется тщательная
проверка его показаний. Она позволяет подтвердить или опровергнуть
отрицание обвиняемым своей вины. Достоверность показаний обвиняемого,
признающего свою вину, должна проверяться столь же тщательно, как и
обвиняемого, отрицающего виновность’.

Значение признания обвиняемым своей вины, равно как и отрицание вины,
нельзя преуменьшать или преувеличивать. Принижение доказательственного
значения признания вины обвиняемым, и тем более его полное отрицание, не
согласуются с содержанием ряда принципов уголовного процесса: полноты и
объективности; состязательности и равноправия сторон. Это всегда ведет к
существенным трудностям и ошибкам в доказывании. Недопустимо и
преувеличение признания обвиняемым своей вины, придание ему значения
самого лучшего доказательства (царицы доказательств). На практике
получение таких показаний любой ценой приводило к нарушению прав и
свобод граждан, грубейшим ошибкам при осуществлении правосудия,
привлечению к уголовной ответственности невиновных.

1-лава IX Виды доказательств

191

Отрицание обвиняемым своей вины, сообщаемые им при этом фактические
данные всегда должны рассматриваться как реализация обвиняемым права на
защиту, тщательно проверяться и оцениваться со всеми другими собранными
доказательствами. Если при этом будет установлено их несоответствие
действительности, то в итоговых процессуальных документах (обвинительном
заключении, приговоре) должно быть указано, какими доказательствами они
опровергнуты. Сам по себе отказ обвиняемого от дачи показаний или
установление ложности его показаний не могут расцениваться как косвенное
доказательство его виновности.

Показания обвиняемого в отношении других лиц представляют собой данное
им на допросе устное сообщение о фактах и обстоятельствах преступной или
непреступной деятельности других лиц, связанное с тем преступлением, в
совершении которого он обвиняется. Когда обвиняемый сообщает сведения,
имеющие значение для установления фактов и обстоятельств, не связанных с
его делом, а подлежащих доказыванию по другому делу, их следует
рассматривать как показания свидетеля. В этом случае он должен быть
допрошен в качестве свидетеля, но уже по другому уголовному делу.

Показания обвиняемого в отношении других лиц будут доказательством, если
он на допросе сообщит о фактах и обстоятельствах преступной или
неприступной деятельности других лиц, связанных с преступлением, в
совершении которого он обвиняется.

Показания одного обвиняемого в отношении другого обвиняемого подлежат
тщательной проверке, особенно если имеются основания полагать, что они
даны в целях избежать или смягчить свою ответственность или скрыть
действительных соучастников преступления. Судебная практика признает
приговор необоснованным, если в его основу положены противоречивые,
недостоверные показания одного обвиняемого в отношении другого
обвиняемого1. Недопустимо основывать обвинение на одних лишь показаниях
заинтересованного в исходе дела обвиняемого в отношении Другого
обвиняемого, если эти показания не подкреплены другими
доказательствами2.

К числу недопустимых доказательств закон прямо отнес показания
подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по
Уголовному делу в отсутствии защитника, включая случаи отказа от
защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде (п. 1 ч.
2 ct. 75 УПК).

В случае изменения на допросе обвиняемым ранее данных им показании
необходимо выяснить причины такого изменения, проверить их, в том

1 ВВС РСФСР. 1970 № 8. С 8-9

БВССССР 1981 №1 С 6-9. ЬВС рсфср. [980 №4. С 13

192

Раздел I Общие положения

числе путем собирания новых доказательств. В зависимости от результатов
проверки в качестве достоверных следует считать те показания
обвиняемого, содержание которых найдет подтверждение в других
доказательствах Особое внимание при проверке показаний обвиняемого
обращается на соблюдение его прав и законных интересов, связанных с
дачей показаний Малейшие нарушения закона, допущенные при этом, влекут
недопустимость показаний.

Окончательно вопрос о достоверности показаний обвиняемого может быть
решен только при их оценке в совокупности со всеми собранными и
проверенными доказательствами по уголовному делу (ч. 1 ст. 88 УПК). На
предварительном расследовании это реализуется, в частности, в
обвинительном заключении, на суде – в приговоре. Показания обвиняемого
оцениваются по внутреннему убеждению, основанному на совокупности
имеющихся в уголовном деле доказательств. Дознаватель, следователь,
прокурор, суд руководствуются при этом законом и совестью (ч. 1 ст. 17,
ч. 1 ст. 88 УПК). Показания обвиняемого, как и другие доказательства, не
имеют заранее установленной силы (ч. 2 ст. 17 УПК),

Показания подозреваемого — устное сообщение лица, признанного
подозреваемым по уголовному делу, о подлежащих доказыванию
обстоятельствах, данное добровольно в установленном законом порядке на
допросе.

Будучи разновидностью одного вида доказательств, показания
подозреваемого имеют много общего с показаниями обвиняемого. Как и в
показаниях обвиняемого, источником доказательств применительно к ним
выступает лицо, привлеченное по конкретному делу в качестве
подозреваемого (п. 1 ч. 1 ст. 46 УПК). Процессуальное положение
подозреваемого – самостоятельного (хотя и кратковременного) участника
уголовного процесса, имеющего личную заинтересованность в деле,
принимается во внимание законодателем при определении его прав и
обязанностей, связанных с дачей показаний, регулировании содержания и
формы исходящих от него показаний, установлении порядка вызова на
допрос, его проведения и оформления (п. 2, 4, 6-8 ст. 46, ст. 188-190
УПК). В этой части процессуальный режим получения показаний
подозреваемого аналогичен процессуальному режиму, предназначенному для
собирания показаний обвиняемого.

Дача показаний для подозреваемого, как и для обвиняемого, – это его
право, а не обязанность, используемое им по своему усмотрению в качестве
важного средства защиты от возникшего в отношении него подозрения.
Наряду с этим допрос подозреваемого является и одним из эффективных
способов проверки возникшего подозрения. Именно перечисленные о
стоятельства объясняют требования закона к органам расследования о Д
просе подозреваемого не позднее 24 часов с момента: вынесения постано

Глава IX Виды доказательств

193

ления о возбуждении уголовного дела, за исключением случаев, когда место
нахождения подозреваемого не установлено; фактического его задержания
(п. 1 и 2 ч. 2 ст. 46 УПК). Обязанность органов расследования допросить
подозреваемого, выступает и своеобразной дополнительной гарантией
реализации им права на защиту от возникшего в отношении него подозрения.

Согласно закону содержание показаний подозреваемого составляют не только
сообщенные им на допросе сведения об обстоятельствах, послуживших
основанием для возбуждения в отношении него уголовного дела, его
задержания или применения в отношении него меры пресечения (ч. 1 ст. 46
УПК), иных известных ему обстоятельств по делу, но и его объяснения этих
обстоятельств (п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК). Показания и объяснения
подозреваемого составляют единое целое.

Принадлежность показания подозреваемого и обвиняемого к одному виду
доказательств предопределяет их схожесть, но не исключает и различий
между ними, которые проявляются в следующем:

– показания подозреваемого могут быть получены только в течение десяти
суток с момента появления подозреваемого в уголовном деле и только в
стадии предварительного расследования;

– как правило, объем относимых к делу сведений, содержащихся в
показаниях подозреваемого, уже объема сведений, исходящих на допросах от
обвиняемого, и с точки зрения содержания они обычно касаются
обстоятельств и фактов, связанных с возбуждением в отношении него
уголовного дела, его задержанием или избранием в отношении него меры
пресечения.

Предмет показания подозреваемого обычно ограничен теми обстоятельствами
и фактами, сведения о которых послужили основанием для возбуждения в
отношении него уголовного дела или для его задержания, или применения в
отношении него меры пресечения до предъявления обвинения. Вместе с тем
подозреваемый в показаниях может сообщить и любые иные относимые к делу
сведения о преступлении, в совершении которого он подозревается.

Недопустимо допрашивать подозреваемого в качестве свидетеля, поскольку
это связано с прямым ограничением его права на защиту, искажает
Уголовно-процессуальную природу исходящих от него показаний,
противоречит положению ст. 51 Конституции РФ, освобождающему от
обязанности свидетельствовать против себя самого.

Показания подозреваемого сохраняют свое доказательственное значе-Ие и
после предъявления подозреваемому обвинения и его допроса в каче-СТве
обвиняемого.

ti

D своих показаниях подозреваемый может признавать или отрицать никщее в
отношении него подозрение, сообщать о совершении преступ-

194

Раздел I. Общие положения

ления другими лицами. Их доказательственное значение не следует
недооценивать или переоценивать. Они могут быть использованы для
собирания новых доказательств, проверки имеющихся в деле доказательств,
их оценки, а следовательно, способствовать: быстрому и полному раскрытию
преступлений; законному и обоснованному решению вопросов об избрании
меры пресечения, предъявлении обвинения самому подозреваемому или другим
лицам; снятию подозрений, ошибочно возведенных на подозреваемого, других
лиц; объективному исследованию обстоятельств уголовного дела;
предотвращению и пресечению других преступлений и т. п.