.

Герцензон А.А. 1962 – Проблема законности и правосудия во французских политических учениях 18 века (книга)

Язык: русский
Формат: книжка
Тип документа: Word Doc
0 38329
Скачать документ

Герцензон А.А. 1962 – Проблема законности и правосудия во французских политических учениях 18 века

Глава 1

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ФРАНЦУЗСКОГО
ФЕОДАЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА,
ПРОЦЕССА И СУДОУСТРОЙСТВА

Прогрессивные политические учения XVIII в. во Фран-
ции выражали интересы новых классовых сил, выходя-
щих на политическую арену. Эти идеи и теории отражали
вновь возникшие потребности общественной жизни, их ис-
точником являлись новые условия материальной жизни
общества, когда на смену феодализму приходил капита-
листический строй. Ломка старого, феодального базиса
происходила в условиях ожесточенной борьбы между от-
живающими феодальными силами и растущим капита-
лизмом. Эта борьба нашла свое непосредственное выра-
жение и в области идеологии. Одним из проявлений этой
борьбы было создание новых, прогрессивных теорий в об-
ласти уголовного права, процесса, судоустройства.

Несоответствие между развивающимися производи-
тельными силами и существующими производствен-
ными отношениями приобретало в XVIII в. во Фран-
ции всо более острые формы. Развитие промышленности,
рост внутренней и внешней торговли, проникновение ка-
питалистических отношений в область сельского хозяйст-
ва – все это служило свидетельством громадного перево-
рота в экономических условиях жизни общества. Фео-
дальные производственные отношения стали уже тормо-
зом для дальнейшего развития производительных сил:
росту промышленности мешали все еще существовавшие
остатки крепостного права, цеховые ограничения и при-
вилегии; развитию торговли – стеснения п ограничения
деятельности торговцев со стороны королевской власти.
Всеми правами и привилегиями, установленными фе-
одальным строем, пользовалось дворянство н духовен-
ство – первое и второе сословия. Третье же сословие, ко-
торое возглавляла буржуазия, находилось в угнетенном

положенип: оно не обладало самыми элементарными пра-
вами личности. Исключительно тяжелыми, невыносимы-
ми были условия существования трудящихся.

Буржуазия, сложившаяся в недрах феодального обще-
ства, явилась тем наиболее активным классом, который для
завоевания своих прав должен был привлечь на свою сто-
рону широкие народные массы, ибо без участия этих масс
буржуазия была бы не в состоянии разрушить здание фео-

дального строя. Именно в силу этого буржуазия, стре-
мясь к достижению своих классовых целей, выступала
не только от своего имени, но и от имени всего третьего
сословия.

В уголовном праве Франции XVIII в. очень ярко про-
явились основные черты феодальной надстройки предре-
волюционной эпохи. Его острие было направлено против
трудящегося и эксплуатируемого народа, малейшие
попытки сопротивления которого беспощадно подавлял
меч феодальной репрессии. Феодальное было
представлено совокупной карательной деятельностью сень-
оральных, королевских и церковных судов. И если больше
всего от этой системы террористической репрессии стра-
дали трудящиеся массы города и деревни, то и городская
буржуазия нередко испытывала на себе сокрушительные
удары феодальной карательной машины.

Из-за отсутствия элементарных прав и гарантий лич-
ности каждый человек, относившийся к третьему сосло-
вию не мог быть уверен в прочности своего положения:
в любой момент он мог быть обвинен в , в принадлежности к какой-либо , бро-
шен в застенок и подвергнут пыткам. Применение пыток
к подозреваемым, а равно и к свидетелям в подавляю-
щем большинстве случаев обеспечивало , за
которым следовала смертная казнь и конфискация иму-
щества.

Неудивительно поэтому, что в произведениях передо-
вых мыслителей XVIII в. очень большое внимание было
уделено вопросам права, правосудия, законности и в осо-
бенности вопросам уголовного права и процесса.

Чтобы уяснить социально-политические корни, содер-
жание и классовую природу уголовно-политических уче-
ний, созданных во Франции в предреволюционный пери-
од, а также раскрыть классовую сущность и содержание
той реформы законодательства, которая была осуществле-

на в первые годы революции, необходимо предварительно
ознакомиться с состоянием законодательства, правосудия,
йаконности в дореволюционной Франции.

В дореволюционной Франции не было кодифицирован-
ного уголовного законодательства. Ряд королевских ордо-
нансов начиная с XV в. был посвящен судопроизводству.
Это, например, ордонанс 1494 г., ордонанс 1539 г., Орле-
анский ордонанс 1560 г., Блуасскис ордонансы 1576 и
1579 гг., Сводный ордонанс 1629 г., Уголовный ордонанс
1670 г., наконец, Эдикт 1788 г., наметивший, но не осуществить реформу уголовного судопроизводства,
Нормы материального уголовного права в этих ордонан-
сах занимали подчиненное место.

Источниками уголовного права служили преимуще-
ственно отдельные королевские ордонансы, но больше все-
го – местные обычаи. Они были систематизированы в XV
и XVI вв., когда насчитывались сотни своеобразных правил для деятельности суда. Источником уголов-
ного права служили приговоры, выносившиеся парламен-
тами, сохранявшие свою силу для аналогичного решения
однородных дел. Широко использовались в качестве источ-
ников уголовного права римское и в особенности канони-
ческое право. Наконец, в качестве источника уголовного
права пользовались и трудами ученых юристов. Таковы
были многочисленные и весьма неопределенные источни-
ки французского уголовного права, которыми пользова-
лись суды королевской юрисдикции. Еще более неопреде-
ленными были источники уголовного права у судов сень-
оральной юрисдикции. Здесь по существу главным, реша-
ющим источником была воля самого сеньора, причем
в зависимости от его экономического и политического мо-
гущества и влияния она распространялась на жизнь, сво-
боду и имущество его подданных.

Многочисленность, неопределенность п противоречи-
вость источников уголовного права в Дореволюционной
Франции исключала возможность сколько-нибудь полной
и всеобъемлющей систематизации норм уголовного права.
Для XVIII в. наиболее характерной п популярной явля-
лась систематизация уголовно-правовых норм. данная од-
ним из идеологов феодальной юстиции – представителем

ортодоксально-феодального уголовного права Жуссом, ко-
торую мы ниже и приводим.

жусс1704-1781) дал следующую классификацию)
преступлений, применительно к действовавшему в то вре-
мя законодательству:
1 разряд: оскорбления божеского величия;
2 разряд: оскорбления королевского величия;

3 разряд: преступления против частных лиц;

4 разряд: преступления против общественного порядка.
К первому разряду относились богохульство, магия,
колдовство, ереси и т. п. , которые кара-
лись, как правило, смертной казнью.

Под оскорблением королевского величества феодальное
право подразумевало любое посягательство на личность
короля или на государство, или на государственные инте-
ресы. Наиболее тяжким видом оскорбления королевского
величества считалось посягательство на самую личность
короля, государственная (измена (и мятеж. Другим видом та-
кого оскорбления являлось причинение какого-либо ущер-
ба государству, государственным интересам.

Помимо посягательств на жизнь, здоровье и достоин-
ство короля и членов его семьи, ко второму разряду отно-
сились всевозможные государственные преступления,
а также преступления против порядка управления, напри-
мер, такие, как поджог, дезертирство, подделка монеты,
контрабандная торговля солью и т. д. Большая часть пре-
ступлений второго разряда также каралась смертной каз-
нью. В случае признания виновным в оскорблении коро-
левского величества осужденный подвергался мучитель-
нейшей, утонченной смертной казни, а семья казненного
лишалась всего имущества и присвоенных казненному
прав и привилегий.

Вся система мер наказаний, которая была известна
дореволюционному французскому уголовному праву, ха-
рактеризовалась исключительной жестокостью. Наиболь-
шее распространение в законодательстве и в судебной
практике имела смертная казнь и притом в наиболее
квалифицированных, наиболее мучительных формах. За
смертной казнью следовали различного рода телесные на-
казания, несущие изощренные физические мучения осуж-

денному. На третьем месте стояли позорящие наказания.
Их целью было нанесение психических травм осужденным.
Тюремное заключение в ту эпоху играло подсобную роль.
Зато конфискация имущества и другие виды имуществен-
ных наказаний применялись все шире, являясь неприкры-
той формой обогащения сеньоров – хозяев сеньоральной
юстиции. В этом отношении между светской и церковной
юстицией шло непрерывное по части рас-
ширения сферы применения конфискации имущества.

.Жусс, бывший, как уже указывалось, общепризнанным
идеологом феодальной юстиции, дал не только систему
норм особенной части уголовного законодательства, но и
систему мер наказания, расположив их в определенной по-
следовательности.

Во Франции в 17 в., как указывал Жусс, применя-
лись следующие виды наказаний: сожжение, разорвание
лошадьми, повешение, отсечение головы, волочение на
плетенке, пытки, ссылка на галеры на срок или пожиз-
ненно, изгнание на срок или пожизиепно, прокалывание
языка раскаленным железом, урезание языка, порка плеть-
ми, клеймение, публичное покаяние, выставление у позор-
ного столба, надевание позорного ошейника, тюремное
заключение, проведение но улицам в позорящей шляпе,
выговор, увещание, штраф, принудительный взнос пожерт-
вования.

Само собой разумеется, что точных данных о числе
случаев применения мер наказания в XVIII в. не имеется.
Хотя Вольтер в ряде своих произведений говорил о том,
что сотни тысяч людей подвергнуты казни, эти цифры, ко-
нечно, нельзя признать достоверными. Но бесспорно одно,
что чаще всего применялись наиболо.е тяжкие наказания,
и притом нередко даже за малозначительные проступки.
Об этом свидетельствует составленный в конце XVIII в.
Пасторе – одним из сторонников просветительного напра-
вления – перечень преступлений, каравшихся смертной
казнью

Характеризуя дореволюционное французское уголовное
законодательство, необходимо указать на его неопределен-
ность, множественность источников, наиболее энергичную

В предреволюционные годы французское уголовное законо-
дательство предусматривало обязательность или возможность при-
менения смертной казни в отношении 115 видов преступлении.

защиту интересов церкви, короля и дворян, террористи-
ческую систему наказаний, а также на несоразмерность
наказания тяжести совершенного преступления,

Этим, однако, далеко не исчерпывается характеристи-
ка феодального уголовного права. Она должна быть уси-
лена, усугублена характеристикой судоустройства, уголов-
ного процесса и всей карательной политики того времени.

III

В дореволюционной Франции действовала исключи-
тельно сложная, разветвленная, множественная судебная
система.

В сельской местности действовали сеньоральные суды,
осуществлявшие помещичью юрисдикцию в отношении
крепостных. В городах – городские суды со С1равнительно
ограниченной юрисдикцией. Королевская юстиция была
представлена судом прево, бальи, интендантов и высшими
судами – парламентами. Кроме того, функционировали
многочисленные специальные суды: суды по сбору налогов,
суды соляного ведомства, суды податные, контрольные
палаты, суды адмиралтейства, суды коннетабля, суды лес-
ного ведомства, мопетный суд, главный совет. Помимо них
действовали суды городской полиции, суды ремесленных
корпораций, коммерческие суды, духовные суды, особые
суды для лиц привилегированных сословий и т. д.

В основе уголовного процесса лежали следующие прин-
ципы: презумпция виновности подсудимого, который во
всех случаях был обязан сам доказывать свою невинов-
ность; признание обвиняемого как главное доказательство
его виновности; применение пыток как главное средство
принуждения обвиняемого к признанию его вины; не-
гласпость судопроизводства; произвольность определенпя
рода, вида и размера наказания – по усмотрению суда; от-
крыто классовый характер деятельности суда, в зависимо-
сти от сословно-классовой принадлежности подсудимого.

Французский уголовный процесс как процесс инкви-
зиционный складывался из следующих стадий.

О совершенном преступлении, при необнаруженпп ви-
новных, священники сообщали в своих проповедях, обра-
щались к верующим с увещеватсльнымп посланиями, в ко-
торых они призывали всех верующих выполнить свой
религиозный долг и сообщить все то. что им известно о пре-

ступлении. угрожая в противном случае всевозможными
бедами для лиц, которые что-либо утаят.

Собранные показания направлялись прокурору. Онп не
сообщались обвиняемому, и первый допрос производился
без ознакомления его с существом обвинения. Ему лишь
предлагалось сознаться в своих преступлениях и чистосер-
дечно рассказать о нпх. После этого производился дву-
кратный допрос свидетелей (так называемая поверка).
При этом свидетель не мог изменить уже данные им ра-
нее показания: в случае изменения показания и тем более
в случае отказа от него свидетель подвергался суровому
наказанию. После проведения очной ставки обвиняемого
и свидетелей прокурор, основываясь нэ документах, да-
вал свое заключение о предании суду. Обвиняемый был
лишен возможности воспользоваться услугами и советами
адвоката. Жусс утверждал, что предоставление обвиняе-
мому адвоката означает дачу ему соучастника в престу-
плении.

В случае непризнания подсудимым его вины он под-
вергался пыткам. Вольтер в перечисляет названия различных видов пыт-
ки: подготовительная, предварительная, ординарная, экс-
траординарная пытка, пытка с оговорками в отношении
доказательств или без оговорок о них. пытка в присутст-
вии советников или в присутствии врача-хирурга, нытка,
применяемая к женщинам и девицам. Заключая этот пе-
речень, взятый им из различных книг, Вольте1р замечает:
“.

Признав подсудимото виновным в предъявленном ему
обвинении, суд произвольно определял наказание. Жусс
и другие криминалисты той эпохи указывали на то, что
во французском королевстве наказания произвольны и оп-
ределяются по усмотрению суда.

Ордонансом Людовика XIV 1670 г. был установлен по-
рядок уголовного судопроизводства. Процесс слагался из
трех стадий: расследования, формального закрепления сви-
детельских показании и очных ставок и постановления
приговора.

Основанием для начала расследования являлась жалоба
потерпевшего, требование прокурора, инициатива судьи.

Ф. М. В о :[ ь т с р. Избранные ироияведенпя по уголовному
праву II процессу. Госюриздат, 1956, стр. 265.

Расследование начиналось с допроса свидетелей, причем
если они уличали определенное лицо, суд постановлял при-
влечь его в качестве обвиняемого. Обвиняемый в подтвер-
ждение своих показаний приносил присягу. Далее судья
направлял дело к производству в порядке ординарного пли
экстраординарного рассмотрения. При ординарном рас-
смотрении не допускались пытки и обвиняемый имел пра-
во на свободную защиту. При экстраординарном рассмот-
рении дела свидетели повторно допрашивались под прися-
гой. Новые показания уже не могли быть изменены под
страхом наказания. На этой стадии процесса производи-
лись очные ставки. После этого дело направлялось проку-
рору, который давал свое заключение: о назначении нака-
зания или о применении пыток, или о проверке доказа-
тельств. В случае, если обвиняемый подлежал телесному
наказанию, он подвергался допросу па позорной скамье.
При этом очень широко применялись пытки.

, так как после пытки обвиняемый мог уже толь-
ко лежать просте1ртым на матраце. Кроме пытки , до допроса, существовала еще пытка . которой подвергался присужденный к смерт-
ной казни для того, чтобы хотя бы после приговора
добиться от него сознания пли вынудить его назвать имена
соучастников> .

Приговор выносился после доклада судьи-докладчика.
допроса обвиняемого п рассмотрения судом всех мате1риа-

Н. П о .-1 я нс к пн. Судебное зконодатсльство Учредитель-
ного п Законодательного собраний л эпоху первой французской ре-
волюции (1789-1792 гг.). . 1939.
5, стр. 74-75.

ордела. В основе оценки доказательств лежала теория
формальных доказательств. Судебное заседание было
строго секретным, в отсутствии прокурора, адвоката, сви-
детелей.

Во французском дореволюционном суде судебные дол-
жности продавались п покупались. Суды извлекали из
своей деятельности значительные доходы. Суд был чужд
и враждебен народу. Во французском уголовном процессе
полностью отсутствовали какие бы то ни было гарантии
личности обвиняемого.

Все перечисленные характерные черты французского
дореволюционного уголовного процесса непосредственно
вытекали из законодательных норм. Практика применения
этих норм еще более усугубляла неправосудие, сословно-
классовое неравенство, беззащитность личности, жесто-
кость репрессии. Для французского дореволюционного суда
характерны были три линии карательной политики: в отно-
шении духовенства, п отношении дворянства и в отноше-
нии третьего сословия.

Привилегированное положение духовенства очень ярко
проявлялось в сфере уголовного права. Уже в VIII в.
духовенство получило привилегию судиться своим судом,
причем не только по делам церковным, но и по общеуго-
ловным делам. Исходя из насквозь лживого, чисто фари-
сейского положения о том, что церковь не может проливать
крови, церковные суды не применяли тяжких наказаний
в отношении церковнослужителей, совершавших тягчай-
шие преступления.

Эти привилегни распространялись па самые различные
категории лиц, имевших иногда весьма отдаленное отно-
шение к официальным церковнослужителям.

Будучи весьма снисходительной к церковнослужите-
лям. совершившим тягчайшие преступленшя против лич-
постп. нравственности или собственности, церковная юсти-
ция была беспощадна к нарушителям религиозной ор-
тодоксии.

Столь же ярко в уголовном праве проявлялось и приви-
легированное положение дворянства. В период расцвета
феодализма, .

В последующий период, когда укрепилась королевская
власть и права сеньоров были до некоторой степени огра-
ничены, изъятие дел дворян из-под уголовной юрисдикции
было еще широко [распространено. Как указывает Кистя-
ковский, Боль-
шой фактический материал по этому вопросу приводит
Пасторе “. Но, пожалуй, наиболее существенным являлось
широкое применение королевской властью помилования
даже тех немногих дворян, которые подвергались осужде-
нию. По этому поводу Дюлор, автор ряда монографий по
истории Франции, замечает, что царствование Людовиков
XIII, XIV и XV представляло собой целую цпь помило-
ваний, которые давались ворам, убийцам и другим пре-
ступникам из дворянского сословия

Стоит привести очень яркую характеристику распрост-
раненности смертной казни, данную Бонмером в работе с
праве охоты:

. Р., 1790, р. 224, 225, 230-232

все ивниз и и вне; господин со ср . ютици-
ей двух ел ез связей извне> “.

Кцстяковс] -дующим образом хара ризует ка-
рательную ло; – :ку французских судов п )тношению
к крестьянам: <... xviii xiv .> .

Открыто классовый, террористический характер фео-
дальной репрессии был ясен многим прогрессивным авто-
рам XVII-XVIII вв. Пасторе упоминает о правиле фео-
дальной юстиции: > “. В сцредине XVII в. Дюлор
писал: . Бриссо в отмечал, что . Филипон де ла Мад

” Воппетег е. ТгаИё с1и ДгоН йе сЬавве, 1;. II, р, 189-204.
А. Ф. Кпстяковский. Исследование о смертной казни, стр. 121
” М. с1е Р а 81 о ге 1. Вея 1о1х рёпа1е8, уо1. 2, р. 62.
” 1. Р. В 118801 йе \Уагу111е. 111601-10 с1е? 1″1х сг1тше11е
уо1. 1. Р., 1881, р. 122.

IV

Характеризуя феодальное уголовное право, необходим
сказать о тайных приказах короля об аресте.

Тайные приказы короля об аресте были одной из форм
борьбы королевской власти с неугодными ей лицами п эле-
ментами. Точных данных о применении тайных приказов
об аресте нет. Некоторые авторы сообщают отрывочные
и нередко противоречивые сведения. Так. Гранвилль ука-
зывал, что за тот период, когда герцог де ла Врильера за-
нимал ноет министра, было выдано около 200 тыс. тайных
приказов об аресте; Гийо определял число тайных прика-
зов, подписанных Людовиком XV. в 150 тыс., а Людовиком
XVI – в 14 тыс.; Буасси дАнглас определял число тайных
приказов, подписанных Людовиком XV, в 50 тыс., а Дюфей
указывал на 80 тыс. тайных приказов при Ришелье; те же
80 тыс. тайных приказов упоминает Кере, относя эту циф-
ру к .периоду царствования Людовика XIV

При всей противоречивости приведенных данных они.
несомненно, дают общее представление о широте примене-
ния тайных приказов об аресте.

Тайные приказы об аресте применялись к различных г
категориям лиц, чаще всего к политическим противникам
и к нарушителям публичного порядка.

.
Виновные этой категории вербовались, по преимуществу.
из высших слоев общества, из среды духовенства или лите-

” Цит. по: А. Ф. К II с т я к о вс к II и. Исследование о смерт-
ной казня, стр. 152 (примечание).

А. Боровой. История личной свободы во Франции, т. 1
ч. 1. М” 1910, стр. 71-7

рат ых кругов. Высокопоставленных .т представи-
тел высшей магистратуры обычно отправ и в изгна-
ддр _ в родовые поместья или какой-нибудь провинци-
альный город,- остальных рассылали по государственным

тюрьмам .

Вторую категорию лиц, к которым применялись тай-
ные королевские приказы об аресте, составляли проститут-
ки, сутенеры, посетители игорных домов, мошенники,
а также лица без определенных занятий и местожительства.

В качестве меры наказания, кроме высылки или изг-
нания, чаще всего применялись различные виды лишения
свободы. Лишению свободы подвергались главным образом
следующие четыре группы лиц: 1) репрессированные по
политическим соображениям, 2) репрессированные по хо-
датайству семей, 3) лица, которым было смягчено более
тяжкое наказание, 4) лица, которым смертная казнь за-
менялась пожизненным лишением свободы.

Система тайных приказов об аресте являлась не толь-
ко орудием королевской власти в борьбе с ее политически-
ми противниками, но и средством сведения счетов между
различными более или менее влиятельными элементами
высшего общества, которые всегда могли получить и даже
просто купить тайный приказ об аресте своего противни-
ка . В сохранившихся архивах Бастилии были обнаруже-
ны заключения в эту тюрьму отдельных лиц.
Ленге в своих приводит следую-
щие примеры: аббат Дюбуа был заключен как , Винсент – как не внушающий доверия
и интриган, мадам Бенуа – как злая женщина и дерзкая
на язык, Эрми – как подозреваемый, Рюллан – как свя-
занный с дьяволом и т. д.

Если приказ об аресте испрашивали родственники, что-
бы изолировать какого-либо члена семьи, то в этом случае
подавалось прошение яа имя министра, подписываемое

” А. Боровой. История личной свободы во Франции, т. 1,
ч. 1, стр. 82.

Один из выдающихся деятелей первого периода француз-
ской революции 1789 г. Мираоо опубликовал специальный труд
о тайных приказах об аресте, сыгравший важную роль в борь
с атой стороной феодального деспотизма. Интересно отмети]
что сам Мирабо заключался в тюрьму по тайному приказу
аресте, который исхлопотал у короля отец Мирабо. находивший!
; сыном в неприязненных отношениях. М1гаЬеаи. Оечугез. ]
1911, р. 126-181.

всеми заннтересованными лпцами из данной семьи. По рас-
смотрении заявления, если ходатайство представлялось
заслуживающим внимания, выдавался тайный приказ об
аресте, который немедленно и исполнялся.

Характеристика карательной политики XVII-XVIII вв.
была бы неполной, если бы не было сказано об эвокациях
и грамотах о помиловании, которые выдавались королем.
Эвокация – это требование о переносе рассмотрения су-
дебного дела из одной юрисдикции в другую, рассмотре-
ние дела в парижском суде. Такая передача дела обеспе-
чивала в наибольшей степени интересы короля, его при-
ближенных и всех тех лиц, которые, используя свои связи
в высших сферах, могли реально рассчитывать на наиболее
благоприятный для них исход рассмотрения дела. Эвока-
ция могла быть сделана королем по любому делу, рассмат-
риваемому в любом суде.

Письма о -помиловании, выдававшиеся королем, были
нескольких видов.

Описанная система уголовного права, судоустройства,
уголовного процесса, как и система карательной политики,
просуществовала по существу без изменений до револю-
ции 1789 г. Правда, в 1788 г. Людовик XVI издал эдикт
о предстоящей реформе уголовного судопроизводства, при-
чем в этом эдикте было уже сказано об отмене допроса
подсудимого на позорной скамье, о запрещении выносить
приговор без изложения мотивов, об отмене предваритель-
ной пытки, об установлении обязательного большинства
трех голосов для вынесения приговора о смертной казни и
об обязательности опубликования окончательного оправда-
тельного пригово1ра. Однако практически эдикт 1788 г. не
был осуществлен.

Из приведенных материалов видно, что уголовное пра-
во, уголовный процесс, суды, их карательная политика в
дореволюционной Франции представляли собой один из
оплотов феодализма. Не будет преувеличением сказать, что
в феодальной карательной машине Франции особенно на-
глядно и конкретно воплощались пороки и преступления,
которые были характерны для всей системы феодальных
общественных отношений. Неудивительно, что передовые
мыслители XVIII в.. к-рптпкуя феодальный строй, разобла-
чая разъедающие его язвы. пороки и несправедливости, в
первую очередь обличали уголовное право, процесс, су,.)
карательную политику.

Глава II

ПРОСВЕТИТЕЛЫЮ-ГУМАННСТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ
ЗАКОННОСТИ И ПРАВОСУДИЯ

1. Монтескье

Прогрессивные философские и политические учения
Франции XVIII в., которые развивали идеологи идущей к
власти буржуазии, включают и новую теорию законности
и правосудия.

Эти учения способствовали разоблачению, расшатыва-
нию устоев и полной ликвидации феодального права и фео-
дальной карательной машины. Они создавали идейные ос-
новы нового правосудия, новой законности, в соответствии
с классовыми интересами буржуазии. В определенных
конкретно-исторических условиях эти учения использовали
II идеологи широких народных масс, чтобы выработать
основы революционно-демократического уголовного права,
процесса, суда.

Обращаясь к исследованию прогрессивно-гуманистиче-
ского учения о законности и правосудии во Франции в
XVIII в., необходимо предпослать ему краткие предвари-
тельные замечания.

Классическую характеристику французских полити-
ческих учений XVIII в. дал Энгельс:

.

Раскрывая социальное содержание идей мыслителей
XVIII в., Энгельс указывает, что этот
а сами .

Но, раскрывая классовую ограниченность идей мы-
слителей XVIII в., было бы ошибкой умалять их прогрес-
сивность и [революционность в борьбе с феодальным об-
ществом.

Характеризуя французскую прогрессивную политиче-
скую и философскую мысль XVIII в., академик В. П. Вол-
гин пишет: , экономические работы физиократов,
рассуждения и романы Руссо. В 70-х и 80-х годах выаре-
ваюг практические, революционные по своему внутренне-
му смыслу, выводы 113 этой громадной работы, вырабаты-
ваются конкретные политичеокие требования и лозунги
предстоящего переворота>

Мировоззрение мыслителей XVIII в. по преимуществу
основывалось па материализме, и если они оказывались
непоследовательными, то все же в целом были сторонни-
ками механического материализма XVIII в. Маркс гово-
рил, что

Материализм XVII-XVIII вв. явился философской
основой многочисленных теорий, по-новому ставивших и
разрешавших проблемы законности и правосудия.

В рассмотрении явлений общественной жизни материа-
листы XVIII в. переоценивали роль разумного законода-
тельства, в котором видели путь к устранению всех со-
циальных зол; они переоценивали также роль воспитания
и образования в деле улучшения общественных учрежде-
ний и порядков.

Тем не менее критика устоев феодализма, даваемая
мыслителями XVIII в.- философами и политиками,-
ярка и беспощадна. Идеи. развиваемые ими в области
борьбы с преступностью, в области создания законности и
правосудия, представляют собой законченную систему
взглядов.

Уголовно-политические взгляды этих мыслителей обра-
зовали целое направление в прогрессивной науке
XVIII в,- мы называем это направление просветитвльно-
гуманистическим.

Просветительно-гуманистическое направление в уго-
ловном праве и процессе представлено во Франции имена-
ми Монтескье и Вольтера, Гельвеция, Гольбаха и Дидро;

В. П. Волгин. Развитие общественной мыслп во Франции
в XVIII веке. Изд-во АН СССР, 1958, стр. 6.
К. Маркс II Ф. Энгельс. Сочинения, т. 2, стр. 139.

оно представлено Дидро и Даламбера,
где просветптелыю-гуманистпческие взгляды системати-
чески проведены п многочисленных статьях но вопросам
суда, правосудия, уголовного права и процесса. Эти же
идеи содержатся в дореволюционных работах Бриссо, в
работах многочисленных прогрессивных юристов конца
XVIII в. Все это были прогрессивные для своего времени
уголовно-политичсские взгляды восходящего класса бур-
жуазии. Твердая законность, равенство всех людей перед
законом, точный пе]речень деяний, признаваемых преступ-
ными и наказуемыми, соразмерность наказания тяжести
совершенного преступления, общий гуманизм уголовного
законодательства, обращение внимания не только на ка-
рательную, но главным образом на предупредительную и
воспитательную сторону наказания, исключение из уго-
ловных законов статей о религиозных преступлениях и на-
казаниях, сужение понятия оскорбления величества, лик-
видация инквизиционного процесса, запрещение пыток.
введение суда присяжных, гласного, состязательного про-
цесса, обеспечение защиты обвиняемого, установление
свободной оценки доказательств судом и вообще обеспе-
чение всех пеобходимых гарантий личности обвиняемого
от произвола и неправосудия – такова обширная про-
грамма, которой придерживались и которую развивали
сторонники просветнтсльно-гуманистического паправлення
в уголовном праве.

II

В числе представителей французского Просвещения
XVIII в. одно из первых мест принадлежит Монтескье,
произведения которого сыграли выдающуюся роль в фор-
мировании просветительных идей.

Шарль Луп де ла Бред, барон де Секонда, граф де Мон-
тескье родился 18 января 1689 г. в замке Ла Бред. Роди-
тели Монтескье принадлежали к старинному дворянскому
гасконскому роду. Воспитываясь в силу ряда обстоятель-
ств вне семьи, Монтескье получил образование у орато-
рианцев в Жюильи. Закончив юридическое об1разование,
Монтескье в 1714 г. был зачислен в качестве советника к
парламент Бордо. В 1716 г., после смерти его дяди, в свя-
зи с завещанием последнего, Монтескье становится пре-
зидентом бордосского парламента. Однако практическая
судебная деятельность не увлекала Монтескье. Свое вни-

20

,ддде 011 обратил па бордосскую академию, п работе кото-
рои 011 принимал активное участие.

Первым крупным произведением Монтескье, изданным
анонимно, были , в которых содер-
жалась острая сатира на французское общество, законо-
дательство. правы, религию. имели
огромный успех: появившпсь в 1721 г., онп в том же году
выдержали еще несколько изданий.

Через год после опубликования
Монтескье переехал в Париж, где принял активное уча-
стпе в жизни аристократических салонов. В 1725 г. он был
избран во французскую академию. Однако в звании ака-
демика он не был утвержден: это было связано с тем, что
011 написал , формальным же осно-
ванием явилось то, что Монтескье не проживал постоянно
в Париже. Вернувшись в Бордо, Монтескье продал свою
должность президента парламента и переехал в Париж.
В 1728 г. Монтескье утверждается членом французской
академии.

Еще до избрания во французскую академию Монтескье
начал подготовительные работы для написания своего ос-
новного труда .

В процессе подготовки этого труда Монтескье убедился
в необходимости лично ознакомиться с политической
жизнью, государственным устройством и законодатель-
ством ряда стран. Для этого он отправился в длительное
путешествие и-побывал в Германии, Австрип, Венгрии,
Италии, Швейцарии, Голландии, Англии.

– результат двадцатилетнего труда
Монтескье – впервые был издан в Женеве, в двух томах,
без имени автора. Вскоре, однако, имя автора было уста-

новлено. Несмотря па цензурные преграды, это произве-
дение имело огромный уопех. Популярность его еще более
усилилась после смерти автора. Монтескье умер в Париже
10 февраля 1755 г.

Из обширной философской II политической литературы

Монтескье следует указать на специальные исследования его уго-
.юппо-политических взглядов: А. Е8те1п. Швои-е Де 1а ргосеДиге
сттпеПе еп Ргапсе. Р., 1882: Е. Негг. УоНаи-е ипс] сНс Йапгов
80110 511а{гесЬ(?рПее III XVIII .ГаЬгЬипДе]. 1884. Из русской до-
])п”люд11опно11 уголовно-правовой литературы: М. Ч у б и иски и.
Очерки уголовной политики. Харьков, 1905; М. Г ер и е т. Общест-
пепные причины преступности. М. 190С: А. Кпстяковекпй.
лепентарный учебник общего уголовного права. Киев, 1890. В со-

Монтескье, как и многие другие философы-просвети-
тели XVIII в., был деистом. Мон-
тескье. с одной стороны, признает бога как источник су-
ществования природы, но с другой стороны, он широко
II резко критикует религию, отбрасывает теологическое
объяснение явлений природы и общества, проводит мысль
о том, что вопросы религии должны быть совершенно от-
делены от вопросов науки, стремится раскрыть законы
общественного развития, дать подлинно научное, рацио-
нальное обоснование общества и
государства.

Как и все просветители XVIII в., Монтескье в объясне-
нии исторического процесса, явлений общественной жизни,
и прежде всего таких, как государство и право, стоит на
идеалистических позициях. Он считает, что в основе об-
щественного развития лежат законодательство и просве-
щение, связывает формы государственного правления с
географическим фактором, с климатом и т.д. Но вместе
с тем Монтескье возвышается до понимания различия за-
конов природы и законов юридических, до установления
объективного существования причинной обусловленно-
сти явлений природы и общества. Обладая поистине энци-
клопедическими знаниями, Монтескье в своих трудах, и в
особенности в , освещает исключительно
широкий комплекс вопросов социологии, экономики, поли-
тики, государствоведения, уголовного права, уголовного
процесса, судоустройства, международного права, граж-

данского права и т. д.

Политические взгляды Монтескье были весьма умерен-
ными, они были значительно уже его социологических,
исторических, юридических выводов и обобщений. Однако
идеи Монтескье получили исключительно широкое и раз-
ностороннее признание мыслителей и политиков самых
различных социальных кругов -от монархистов и консти-

ветской уголовно-правовой литературе краткое изложение угоповно-
правовых взглядов Монтескье содержится в учебнике группы авто-
ров , ч. общая. 1938; в учебнике А. А. Герцен-
зона , ч. общая. М.. Изд. РИО ВЮА. 1948: см.
также . Изд-во АН СССР.
1946 п др.
Ї К. Маркс и Ф.Энгельс. Сочинения, т. 2, стр. 144.

тупчоналистов до крайних республиканцев, якобинцев-
монтаньяров. Не будет преувеличением сказать, что уго-
ловно-правовая мысль второй половины XVIII в. разви-
валась под непосредственным влиянием теории Монтескье.
В нее вносились различные оттенки, из нее делались то
пр-осветптельски-умеренные выводы ( ,
Брпссо п др.). то революционно-демократические выводы
(Марат “. Робеспьер и др.). Несомненно, что теория Мон-
тескье по своему содержанию была значительно прогрес-
сивнее и революционнее, чем этого желал и ожидал сам

ее автор.

Для науки уголовного права и процесса наибольшее
значение имели два труда Монтескье – ив особенности . При этом следует за-
метить, что в первом труде содержатся главным образом
критические замечания в адрес феодального уголовного
права II процесса; во второй книге дана не только критика
устоев феодального правосудия, но и положительная про-
грамма Монтескье в этой области.

содержат большое число выска-
зываний Монтескье по вопросам законности, правосудия,
уголовного права и процесса.

Монтескье в иронической форме разоблачает инквизи-
цию, инквизиционный процесс. Он пишет: .

В предреволюционные годы Марат написал работу , впервые изданную уже после смерти Марата.
III. Монтескье. Персидские письма. Гослитиздат 1956,
стр. 89-90.

В он формулирует принцип гу-
манности наказания и соотносительности степени суро-
вости наказания и тяжести преступления в связи с образом
правления, принятого в государстве. Он пишет: <...> (стр. 196-197). Развивая эти мысли, Монтескье ука-
зывает, что в самих государствах, основанных на жестоком
образе правления, страх наказания не является средством
предотвращения йреступления.

Монтескье высказывает интересные мысли о пропор-
циональности наказаний и преступлений. , ,-пишет Монтескье (стр. 223). Он ука-
зывает на отрицательные последствия несоразмерности
наказания тяжести совершенного ппеступления: (в тех стра-
нах, где тяжкое и легкое преступление равно караются су-
ровейшими наказаниями, люди предпочитают совершить
тяжкое преступление.

III

В 1748 г. Монтескье издает трактат под названием

Политический смысл этого трактата довольно точно
был сформулирован самим Монтескье:-стремление дока-

” Ш. Монтескье. Избранные произведения. Госполптиздат,
1955 (ниже цитируется это издание, где приведен полный текст
).

%

дцт1, что . Монтескье – нротивипк всяких крайностей, рево-
люционных переворотов, тиранического правлепия и т. д.
Он критикует феодалытые порядки, деспотическое правле-
ние. беззаконие и всячески стремится доказать иреимуще-
ства умеренного образа правления, твердой законности,
твердого правопорядка, хорошо организованного правосу-
дия. Будучи сторонником института частной собственно-
сти Монтескье высказывается вместе с том против неравенства состояний.

Монтескье различает двоякого рода законы: законы в
широком смысле слова, к которым относятся законы при-
роды, и законы положительные, создаваемые правитель-
ствами. Признавая существование закономерного разви-
тия общества, Монтескье считает важным создать такое
законодательство, которое находилось бы в соответствии с
основными факторами жизни людей. Законодательство
должно соответствовать физическим свойствам страны, ее
климату, качествам ее почвы, се положению и величине,
образу жизни народа, степени свободы людей, их религии,
их богатству, развитию торговли и т. д. Эта мысль о соот-
носительности между законодательством и совокупностью
физических и социальных условий жизни людей является
центральной в учении Монтескье. Он использует ее и
при решении уголовно-правовых вопросов.

Люди в своем родятся равны-
ми: однако они не удерживаются в состоянии равенства,
ибо общество отнимает у них равенство, которое может
быть им возвращено лишь па основе мудрых законов.
(стр. 289).
Для установления и сохранения свободы нужны, следова-
тельно, законы, которые точно установят, какие действия
преступны и наказуемы.

В трактате Монтескье уделяет внимание выяснению
причин существования пороков п преступлений. Он связы-
вает их также с физическими свойствами страны, клима-
том, качеством почвы, величиной страны и численностью
населения, образом жизни народа, формой правления, ре-
пп[ей, богатством народа, развитлем торговли, распрост-
ра ионием роскоши и нищеты, характером законов,

Монтескье много говорит о роскоши как о причине не-
достатков в обществе. Отмечая, что , Монтескье говорит
о том, что желательно уравнять распределение богатств.
Однако он ни в малейшей степени не посягает на инсти-
тут частной собственности, а стремится здесь, как п вез-
де, проводить принцип . Он считает, что
государство обязано обеспечить всех граждан средствами
к жизни, пищей, одеждой и создать такие условия жизни,
которые не вредили бы здоровью. Выясняя причины бед-
ности, Монтескье видит их в том, что бедняк не работает:
кто, не имея имущества, работает, тот живет не хуже того,
кто имеет доход, но не работает.

Большой интерес представляет разработанная Мон-
тескье классификация преступлений, имеющая целью
установить соответствие между природой преступления и
природой наказания.

(стр. 318).

Критикуя устои феодального уголовного права, Мон-
тескье наиболее подробно останавливается на так назы-
ваемых религиозных преступлениях. Он не отрицает са-
мого понятия религиозного преступления, созданного
церковью и являющегося составной частью религии. Но
считает, что все религиозные преступления, как и все ре-
лигиозные наказания, находятся за пределами уголовного
права, за пределами человеческого законодательства, вне
сферы воздействия человеческого правосудия. Монтескье
подробно развивает мысль о необходимости отказаться от
уголовно-правового преследования так называемых рели-
гиозных преступлений и освободить уголовное право от ре-
лигиозных наслоений.

(стр. 318). Этот тезис Монтескье по-
сягал па устои уголовного права XVII- XVIII вв. Трудно
переоценить его революционизирующее значение, как бы
осторожно и умеренно нп формулировал своп взгляды
Монтескье.

Развивая основную мысль о соответствии наказания
природе преступления, Монтескье пишет далее: (стр. 319).

Монтескье считал, чт”
ческое правосудие и ввод
говорить о неискупимы
ны, именно потому, чт
ственные религиозны
испия уголовных зат-
Развивая эту мысль
ческого духа обна
наказаний, котор

бы люди стали ру-
то когда же
” законы
бу-

.


>- ”
етьих

.
-ймрбленпя ве-

д .. ования за сати-
широко развили все
Четверти XVIII в.

только вспомнить о религиозных гонениях в Японии, ког-
да жестокие казни вызывали более сильное негодование,
чем медленно действующие наказания, которые более
утомляют чувство, чем возмущают его. и которые, однако,
труднее переносятся именно потому, что кажутся менее
тяжелыми. Словом, в истории мы находим достаточно
доказательств тому, что карательные законы в данном
случае достигали только одного результата – физическо-
го истребления> (стр. 554-555).

Таким образом, в уголовно-правовой теории Монтескье
по существу нет места ни религиозным преступленпям,
ни религиозным наказаниям. Тем самым он окончательно
порывает с теологическим обосноваппем п теологическим
наслоеппем уголовного права и уголовного процесса. Пра-
восудие становится исключительно делом самих людей, а
богу и его предоставляется ка-
рать религиозные преступления религиозными же нака-
заниями.

Значение этих положений Монтескье можно оценить,
лишь учитывая конкретпо-псторическую обстановку сере-
дины XVIII в., когда религия все еще господствовала в об-
ласти отправления правосудия, когда впереди еще было
столько процессов над , безжалостно приго-
варивающимися к мучительным казням за совершенные
ими против религип.

Большое место в трактате занимает
критика понятия преступления .
Монтескье отмечает прежде всего произвольный характер
и расплывчатость понятия . Бла-
годаря этому (стр. 323). Приводя
примеры произвольного понимания оскорбления величе-
ства в законе и в судебной практике, Монтескье приходит
к выводу, что (стр. 323).

Данная Монтескье критика понятия подрывала один из устоев феодального уголов-
ного права: было всеобъемлю-
щим лопятием для всех государственных преступлений и
множества других, соприкасающихся с ними. Не отвергая

полностью этого понятия. Монтескье стремится макси-
мально сузить его, внести в него вместе с тем возможную
юридическую точность.

Развивая мысль о произволыгости этого понятия. Мон-
тескье останавливается на . Он по-
следовательно проводит мысль о том, что
(стр. 326). Не отказываясь от наказуемости оскорбитель-
ных слов, Монтескье считает, что в этих случаях можно
говорить о применении лишь исправительного наказания,
но не о смертной казни. Он проводит точное разграничение
между словами, содержащими лишь оскорбление, п слова-
ми, образующими часть преступного действия. (стр. 326).

Рассматривая вопрос о сатирических литературных
произведениях,- направленных против государей, Мон-
тескье считает, что (стр. 327). Указывая на различие в отно-
шении к сатирическим литературным произведениям в
государства:; деспотических, монархических и демократи-
ческих, Монтескье отмечает, что в пе1рвых такие произведе-
ния вообще неизвестны в силу придавленности и невежест-
ва населения; во вторых они запрещены, но чаще с ними
борются мерами полицейскими, а не уголовными; в третьих
же они не запрещены.

Мысли Монтескье о сужении понятия оскорбления ве-
личества, об отказе от уголовного преследования за сати-
рические произведения подхватили п шшроко развили все
прогрессивные юристы последней четверти XVIII в.

Ко второй группе преступлений Монтескье относит
преступления против нравов, (стр. 319-320).


(стр. 320).

К четвертой груише преступлений Монтескье относит
преступления против безопасности граждан. (стр. 320).

Рассмотрев четыре основные группы преступлений и
соразмерив с ними наказания, Монтескье оставляет вне
созданной им системы некоторые виды преступлений. Это
волшебство, ереси, противоестественные преступления, ча-
стично – оскорбление величества, преступные мысли, пре-
ступные слова, преступные литературные произведения.

Свой взгляд на наказуемость волшебства и ереси Мон-
тескье излагает в очень осторожной форме. (стр 320-321). В подтверждение
этих мыслей Монтескье приводит ряд исторических приме-
ров. Конечный вывод Монтескье таков: .)

Конечно, для своего времени Монтескье был очень
смел. когда он подверг критике основу основ феодального
уголовного права – понятие волшебства и колдовства как
тягчайшего преступления и понятие ереси как преступле-
ния, одно подозрение в котором влекло за собой мучитель-
нейшую казнь. Но вместе с тем, Монтескье не мог выйти
за пределы общих воззрений своего времени и, видимо,

совершенно сознательно сформулировал свои в значи-
тельной мере атеистические выводы в очень осторожной
форме.

Выделяя противоестественные преступления, Мон-
тескье подчеркивает, что он не собирается ослабить ужас
к этим преступлениям, осуждаемым религией, нравствен-
ностью и политикой. Но это преступление не столь уже
опасно для общества, оно не столь уже распространено,
всегда тщательно скрывается. (стр. 322-323).

Критикуя феодальное уголовное право п карательную
политику той эпохи, Монтескье пишет: (стр. 322).

Мы увидим в дальнейшем, что данная Монтескье клас-
сификация преступлений с теми или иными уточнениями
широко была воспринята криминалистами второй полови-
ны XVIII в. Ее придерживались авторы ;
она была использована Бриссо, Маратом, Лепелетье и
многими другими.

Вторая Г1руппа вопросов уголовного права – это цели
наказания и необходимость соразмерять его с характером
преступления. Как известно, это один из излюбленнейших
вопросов просветителей XVIII в. и прогрессивных крими-
налистов того времени. Ему уделила большое внимание
; он был последовательно решен Мара-
том в его , а Бриссо
посвятил соразмерности преступления п наказания даже
ряд специальных таблиц, в которых попытался найти
пропорциональность наказания тяжести отдельных видов
преступления.

Мысль о соответствии природы наказания природе пре-
ступления подробно развивается Монтескье. (стр. 318)-

Одну из глав своего труда Монтескье посвящает рас-
смотрению вопроса . Его основной тезис сформули-
рован следующим образом: (стр. 238).
Этот тезис Монтескье подкрепляет целым рядом приме-
ров из карательной практики и законодательства Турции,
Лнглии. Китая, Росс-ии. Из этих примеров может быть
сделан один основной вывод, имеющий большое значение
для взглядов Монтескье: там. где одинаково карают тяж-
кие и менее тяжкие преступления, чаще всего соверши
;от наиболее тяжкие из них.

Монтескье подробно рассматривает вопрос относи-
тельно суровости наказания. Он считает, что сила нака-
зания не в его суровости, а в его предупредительном воз-
действии.

Монтескье высказывается за экономию карательных
средств: недостатки борьбы с преступностью состоят не
в слабости наказаний, а в безнаказанности преступлений.
Он считает .вместе с тем важным, чтобы состояла в .

Одна из глав труда Монтескье называется (стр. 232). Не развивая этот тезис в плане теорети-
ческом, Монтескье приводит ряд примеров из римской
истории, подкрепляющих его.

Развивая мысль о гуманности при применении нака-
зания, Монтескье выделяет специальную главу, в которой
рассматривает . По существу
“ко здесь речь идет о французских законах.

Характеризуя японскую карательную систему, Мон-
тескье пишет: (стр. 234).

Обрисовав систему наказаний, принятую в Японии,
Монтескье ставит вопрос: <...>. Давая отрицательный ответ на этот вопрос, Мон-
тескье намечает положительную программу уголовного
законодательства: (стр. 235).

Развивая принцип гуманности наказания, Монтескье
пишет: <...> (стр. 329).

Но, будучи сторонником гуманного наказания, Мон-
тескье не отрицает необходимости и обоснованности приме-
нения в некоторых случаях смертной казни. 0)1 пишет по
этому поводу: (стр. 363).

Представляет интерес аргументация Монтескье против
применения в качестве наказания конфискации имуще-

ства. В деспотических государствах, указывает Монтескье,
широко распространены конфискации имущества. (стр. 216).
Иначе обстоит дело : в
этих государствах конфискация имущества недопустима:
(стр. 216).

Третья пруппа вопросов, рассмотренных Монтескье,-
это вопросы организации и отправления правосудия.
II здесь Монтескье первым среди старшего поколения
просветителей поставил основные вопросы реформы уго-
ловного судопроизводства.

Монтескье связывает способ отправления правосудия
с государственным строем. В деспотических государствах,
где отсутствуют законы, сам судья – творец закона. (стр. 226). Наиболее определенным и
точным, по мнению Монтескье, является способ отправле-
ния правосудия в республиканских гсударствах. (стр. 226). С наибольшей
симпатией высказывается Монтескье о таком способе от-
правления правосудия, при котором судит . (стр. 226).

Рассматривая способы обвинения, Монтескье связы-
вает этот вопрос с формами государственного строя.
В республиках каждый гражданин может быть обвините-
лем. Но это вызвало многочисленные злоупотребления, в
результате которых появилась . По мнению Монтескье, наилучшим
способом обвинения является организация публичного
обвинения, при котором у каждого суда имеется особый
чиновник, назначенный государем для преследования от
его имени всех преступлений.

Монтескье высказывается против применения к обви-
няемым пыток или допроса с пристрастием. Указывая,
что пытка преступников не является необходимостью,
Монтескье подчеркивает, что она уместна лишь в (стр. 239).

Монтескье выступал резким противником суда инкви-
виции. (ст1р. 567).

Мы остановились лишь на основных мыслях Монтескье
по вопросам уголовного права и процесса. Трудно было бы
переоценить выдающееся значение уголовно-правовой
теории Монтескье, который заложил основы прогрессив-
ных взглядов в этой области еще в первой половине
XVIII в. Обычно при характеристике прогрессивных
уголовно-правовых теорий XVIII в. основное внимание
уделяется взглядам Беккарпа, а имя Монтескье упомина-
ется лишь бегло (так же, как п в западноевропейской,
и в русской дореволюционной литературе, и в большин-
стве советских уголовио-правовых исследований на эту
тему). Между тем достаточно сопоставить труд Беккариа
и труды Монтескье, даты появления первого и вторых,
чтобы безоговорочно признать приоритет Монтескье над
Беккарпа. Беккарпа развил, конкретизировал, системати-
зировал, популяризировал взгляды Монтескье в области
уголовною права и процесса: п небольшой мере он воспри-
нял, правда, и взгляды Руссо, но осиовиос в области уго-
ловного права он заимствопал у Монтескье.

Поэтому мы имеем все .. Пзд-во АН СССР. 1948.
См. также наше предисловие к книге: Ф. М. Вольтер. Избран-
ные лронзведе-нпя по уголовному праву п процессу. Госюриздат,
КЖ. “..

В русской литературе уголовно-праповые взгляды Вольтера
чылц освещены М. Чуопнскпм в .
Си. также: А. Шахов. Вольтер п его время.

Из иностранных работ следует указать на наиболее полное пз-
.1о;кенпе уголовпо-правовоН теории Вольтера п труде: Е. Неги.
Ор.си.,А.Е5те1п.Ор.сИ.

вопросов лишь попутно, в связи с другими, более общими
вопросамп философии, истории, морали, религии “.

Первое вмешательство Вольтера в деятельность XVIII в. относится к концу пятидесятых годов,
когда он делает попытку добиться справедливого пригово-
ра в отношении английского адмирала Бинга, преданного
суду за проявление трусости при столкиовепин с фраппуз-
ским флотом. Это первое вмешательство Вольтера в дела
правосудия не увенчалось успехом.

С начала шестидесятых годов развертывается кипу-
чая деятельность Вольтера в борьбе с феодальной юстппи-
ей, с феодальной репрессией, с основами феодального уго-
ловного нрава п процесса. Эта деятельность Вольтера про-
является не только па литературном поприще.

Получив сведения о жертвах неправосудия, о чудо-
вищных пытках, оо изощренно-мучительных казнях, об
осуждении совершенно невинных людей па почве рели-
гиозного фанатизма, он собирает доказательства неви-
новности этих людей, обращается к различным влиятель-

ным лицам, используя своп огромны0 связи, свою
колоссальную переписку с королями и королевскими
чиновпиками, с адвокатами, с философами, призывая их
к гуманности, к защите невинных жертв юстиции. Он
издаст брошюры п книги, публикует открытые письма
, в которых разоблачает жестокость церкви
и суда, их фанатизм, их пристрастность, их человеконе-
навистничество.

” Тема о преступлениях и наказаниях, о правосудии, о жесто-
кости и нелепости феодальной юстиции, о религиозном фанатизме,
освящающем деятельность палача, о чудовищных преступлениях,
совершаемых во имя бога и религии, постоянно затрагивалась
Вольтером в различных его произведениях: философских, истори-
ческих, художественных. Эти вопросы нашли широкое оовещеяие
и в богатом эпистолярном наследстве Вольтера.

В таких работах Вольтера, как , ,
. . .
и т. д. эти вопросы получили
в высшей стопени яркое освещение. Среди писем Вольтера мы вы-
делили около -400, в которых он упоминает о жертвах феодального
неправосудия, доказывает их невиновность, обращается за содей-
ствием к различным влиятельным лицам.

Проблема преступления и наказания нашла свое отражение
II в ряде художественных произведений Вольтера. например , , , п др.

Если собрать воедино зсе паписачиоп Вольтером по
вопросам суда. уголовного права и процесса, то это пред-
ставит собой монолнтлый труд, подчпненпын единой
идее борьбы за гуманизм, за справедливость, зо право-
судие. которому оп уделил более двадцати лет своей

жизни .
лд у)р111]11!ор”4]1иость социального положения

Т”чннузс1;011 оуркуазпп. являвшейся частью ! в состав которого в то 1?ремя входили п широ-
кие массы трудящихся. Вольтер, как один из идеологов

12 укажем важнейшие работы Вольтера в этой области:

1762 год – ; .

1163 год – .

1763 год – ;

Письмо Даламберу о Каласах п Сирвенах.

1766 год- ;
.

1767 год-; письмо Эли де Бомону.

П68 год – .

1;6Ч год – (глава 42 ); ; ; .

1111 год – ; .

1112 год-; ; ; , .

111и-1112 гг. – Статьи по уголовному праву и процессу в .

111:.
};;:

1113 год – ;
; Заявление Вольтера о процессе
между графом де Мораяжпесом и Верронами: Ответ на сочи-
нение одного адвоката, озаглавленное ; Четыре письма Вольтера гг. дво-
рянам Жеводана, которые писали в защиту графа де Моран-
жпеса; ; .
” го1> – .
гч1> – . Многие из
ДТ11Х работ помещены в кн.: Ф. М. Вольтер. Избранные про-
изведения по уголовному праву и процессу.

идущей к власти буржуазии, воплотил и спо-ем мировоззре-
нии, в своих философских )г социально-политических
взглядах прогрессивные л лаже революционные идеи
эпохи, которые, однако, сочетались у него с боязнью
революционных выступлений масс. со стремлением опе-
реться в осуществлении необходимых и неизбежных ре-
форм па . Вольтер разоблачал
официальную религию п ее служителей как оплот тирании,
фанатизма, суеверий. Однако он пе отбрасывал идею бога.
Более того, он считал, что эта идея необходима для
обуздания масс, . ,-
откровенно спрашивал Вольтер. Общеизвестна ставшая по-
говоркой мысль Вольте1ра: ,

Маркс дал в высшей степени меткую характеристику
антирелигиозной деятельности Вольтсра. Он указал, что
Вольтер . Маркс добавляег, что в никто, конечно, не верил.

Будучи борцом против феодального сословного нфа-
венстча, против феодального права, феодальной тирании,
феодального фанатизма и суеверии, являясь проповедни-
ком социальных реформ. Вольтер тем не менее не отрицал
необходимости и даже неизбежности, с его точки зрения,
сохранения социального неравенства. Нужно, говорил
Вольте]?, чтобы были люди, у которых все имущество
заключается в рабочих руках п в доброй воле. Но они бу-
дут свободно продавать свой труд тому, кто больше даст.
Эта свобода заменит им собственность. Так откровенно
и точно определил Вольтер социально-политическую
программу того класса, идеологом кото1рого он был. На
нашем несчастном земном шаре невозможно, писал он,
чтобы люди, живущие в обществе, не были разделены на
два класса.: класс богатых, которые повелевают, и класс
бедных, которые служат. Сокрушительная критика
устоев феодального строя, данная Вольтером, на другом
своем конце в качестве положительной программы имела
в высшей степени умеренные идеалы конституционной
монархии, в смутном отдалении кото[рой Вольтеру иногда
представлялись неясные очертания умеренной республики,

К. Маркс II Ф. Энгельс. Сочинения, т. 1. стр. 178,
40

Вольтер – представитель старшего поколеиня фран-
цузских просветителеи. го ироизиедення явились мощ-
ным толчком для ныработкгт рево.-юниониого мировоззре-
гия идеологов трудящегося и эксплуатируемого народа.
которые, читая Вольтера. находили в его ироизпедсниях
то чего быть моя;ет. меньше всего желал сам Больтер-
призыва к сокрушительному уничтожению устоев старого

общества.
II

Среди работ Вольтера, посвященных вопросам уголов-
ного права и процесса, особое и притом исключительно
важное место занимают те. в которых он. защищая жертвы
судебного неправосудия и религиозного фанатизма, разоб-
лачает феодальную карательную систему п формулирует
принцпиы нового уголовного права и процесса, основан-
ные на идеях нросветптелыюй философии.

Вольтер пишет большое число брошюр, статей, доклад-
ных записок, писем, в которых с большой силой и энер-
гией доказывает невиповность своих ,
разоблачает жестокость, нелепость, неспра.ведлпзость уго-
ловно-процессуальных форм. уголовных законов, невеже-
ство, продажность, бес.11риицииность. зависимость судей.
коварство, лицемерие, религиозный фанатизм служителей
религии, добивающихся жестоких, кровавых приговоров
п отношении своих жертв. Создавая эти произведения,
Вольтер выковывал свое прогрессивное правосознание, и
в них олицетворялось своеобразное сочетание вольтеров-
ской теории и вольтеровской практики. Если другие пред-
ставители старшего поколения просветителей, в частности
Монтескье, были преимущественно учеными кабинетного
толка, то Вольтер – нс только теоретик, но и практик, стре-
мящийся добиться пересмотра несправедливых приговоров,
оправдания невинно осужденных, отмены устарелых и не-
справедливых законов. В зависимости от обстановки, от
обстоятельств, от лиц, к которым он обращался, Вольтер
доказывает, просит, требует, умоляет, льстит… В этом
отношении можно сказать, что цель, которую ставил перед
собой Вольтер. оправдывала, с его точки 31рения, любые
средства ее достижения.

Характеризуя эту сгорону деятельности Вольтсра,
. Державин совершенно сиранедлнво отмечает, что .

В тех щропзвсдениях Вольтера, в которых значительное
место занимает освещение фактической стороны того или
иного П1роцесса. содержится немало п общетеоретических
обобщений, как разоблачительных, так и определяющих и
формулирующих развиваемые Вольтером идеи нового уго-
ловного права. В Вольтф
называет . Он
указывает па то, что . В Вольтер пишет специальный раздел, под названием
. Здесь
же он, обозревая историю ряда столетий, приходит к вы-
воду, что неправосудно невежественных судей всегда шло
и идет рука об руку с религиозным фанатизмом служите-
лей религии.

В Вольтер глубоко возмущается
такой системой , когда

В этой работе Вольтер выдвигает очень скромную
программу уголовно-правовых преобразований. Он пишет
в заключении этой работы: .

III

Б шсстидссятых-ссмлдссятых годах XVIII в., когда
Вольт”? все больше сосфедоточивает свою научную п по-
литическую деятельность на вопросах борьбы с религиоз-
ным фанатизмом, с феодальным произволом п беззако-
пттсм, появлеине п имело выдающе-
еся значение.

Следует иметь в виду, что труд Беккарпа, вышедший
в 1764 г., еще не. был широко известен французскому об-
ществу (первый французский перевод появился в 1766 г.).
Кроме того, даже после издания труда Беккариа на фран-
цузском языке вопросы борьбы с религиозным фанатизмом,
с теолошческим обоснованием уголовного права, с фео-
дально-религиозным уголовным зо.конодатсльством гю-
нрожпому разрабатывались Вольтером. Поэтому статьи из
и по вопросам уголовного права и
ироцосса играют огромную роль в развитии прогрессив-
ного уголовного права.

Изданный впервые в 1764 г.
первоначально состоял из 73 статей, среди которых не было
статей по вопросам уголовного права и процесса. В шестом

Ф. М. Вольтер. Избранные произведения по уголовному
“ру ц прицессу, стр. 156.

Ездатиш 1767 г. была помещена статья . В издании 1776 г. было помещено слово .
В
(1770- 1772) Вольтер поместил значительное число статей
по вопросам уголовного права и процесса, широко ис-
пользуя свой . Мы насчитали около 70 статей из II , которые
полностью или в значительной степени освещают вопросы
уголовного права и процесса .

Характеризуя значение ,
К. Державин пишет: <..> .

был осужден парижским пар-
ламентом на бичеБание и сожжение. Прокурор Жоли
де Флери в своем представлении парламенту писал по
поводу этого произведения: “.

Одним из излюбленных вопросов уголовного права, по-
стоянно затрагиваемых Вольтером, является вопрос отно-
сительнс. различного понимания преступного в разных
странах, у различных на1родов, в различные исторические
эпохи. Этому посвящены две статьи , озаглавлен-
ные и .

Вольтер отмечает, что некоторые преступления, такие,
например, как кража, убийство, прелюбодеяние, клевета,

повсеместно признаются шреступными п наказуемыми. Но
№1ь немало деяний, которые по-разному оцениваются в
различных странах: нризнаются преступными в одних и не
признаются таковыми в других. Эти преступления Вольтер
называет местными. Приводя ряд примеров, он призывает
судей быть снисходительными в отношении посягательств,
которые являются преступными . Эту мысль Вольтер с особен-
ной силой развивает в отношении религиозных шступле-
1[1Ш. .

Приводя примеры применения суровейших наказаний
за смехотворные обвинения в богохульстве, ересях и т. п.,
Вольтер считает, что такие следовало бы
игнорировать.

В этих же статьях Вольтер затрагивает и 60:100 общие
вопросы уголовного права и процесса. Он считает, что
. Вальтер призывает к гуманности при отправлении
правосудия, к недопущению той практпкп. когда доста-
точно свидетельства двух человек для того, чтобы казнить
третьего.

В небольшой по объему статье
Вольтер очень резко характеризует людей, посвятивших
себя правосудию. В этой связи он говорит о вертепах
крючкотворства, о варварах в судебной мантпн, о бесстыд-
ных лгунах, об извратителях законов, об устрашителях
свидетелей и подсудимых ц т. д. В статье Воль-
тер разоблачает , характеризу-
ет пытку как квалифицированную смертную казнь.

В статьях и Вольтер
рассматривает смертную казнь как вид юридического убий-
ства, приводя многочисленные примеры, когда смертные
приговоры выносились по ничтожным поводам пли в от-
ношении невиновных людей. <...> , Вольтер, подвергая критике смертную казнь
как меру наказания, наряду с рядом других доводов про-
тив нее особо выдвигает положение о бесцельности, беспо-
лезности смертной казни. Он повторяет мысль о том, что
вместо смертной казни было бы целесообразнее заставить
осужденных сооружать большие дороги, проселочные пути,
распахивать невозделанные земли и т. д.; он резко проте-
стует против утверждения, что лучший способ борьбы с
преступпостыо состоит в том, чтобы . Все эти положения Вольтар иллюстри-
рует многочисленными историческими примерами.

К этим статьям примыкает статья . В ней Вольтер вновь говорит о . Оносооо вы-
деляет те многочисленные юридические убийства, которые
совершаются на почве суеверий и религиозного фанатиз-
ма: процессы о колдунах, массовую резню з Варфоломеев-
скую ночь, казнь невинного Каласа и др.

Ф. М. Вольте р. Избранные произведения по уголовному
праву 1[ процессу, стр. 185.
” Там н;е, стр. 204.
“” Там же, стр. 193.

В обширной статье Вольтер рассматри-
вает вонросы уголовного судопроизводства.

Волыер критикует уголовное судопроизводство фео-
-р,-]1>ного оощества как судопроизводство, которое явля-
ется убийством, совершаемым привилегированными убий-
цами. Он указывает па необходимость введения публич-
ности процесса, уничтожения пыток, обеспечения прав
обвиняемого и т. д. Он резко критикует уголовный про-
цесс, основанный па церковном праве, ид. принципах инк-
визиции, разоблачает систему тайных доносов, тайных доп-
росов. использования продажных свидетелей.

IV

Два произведения Вольтера и наиболее широко и глубоко обобщают
его уголовно-правовыа взгляды. Эти произведения отделе-
ны друг от друга более чем десятилетним периодом вре-
мени. Первое было написано Вольтером в услозиях, когда
он вступал на путь борьбы с феодальным правом и судом
не только в плане развития щросветительной философии,
1..о и в плане чисто практическом. Второе написано в год,
предшествовавший кончине Вольтера, когда за его плеча-
ми был ужс значительный опыт изучения уголовного пра-
ва II процесса феодального общества и активной борьбы
с ним. Оба эти произведения как бы перекликаются друг
с другом, и вторая работа развивает и углубляет первую.


настолько тесно связан с трудом Беккариа, что на этой
связи и вбаимозависимости Вольтера и Беккарпа следует
пстановиться подробнее.

Беккариа в области уголовного права развил и приме-
нил главным образом взгляды Монтескье. Он уделил боль-
шое внимание критике п разоблачению феодального уго-
ловного права, его жестокости и несправедливости, обличал
варварские законы, мучительные наказания, пытки. Он
ыритиковал недостатки общественного строя, которые спо-
собствовали росту преступности и обусловливали необхо-
димость применять наказания. Описывая историю уголов-
ного права, Беккариа обрушился на суеверия, на жадность
и честолюбие царей, на коварство и тиранию аристократов,
на церковнослужителей, обапряющих своп руки кровью.

В трактаты Бек-
карла исходит л договориои теозип: люди пожертвовали
частью своей свободы для того. чтобы, живя в обществе.
обеспечить себе спиленное существование. Но для того
чтобы ат1[ условия существования ие были у них иохище-
11Ы. исобходиди) Подать сиравед.чивые законы, которые
удержат от посягательств на права людей. Однако те
законы, которые существуют в обществе, по мнению Бек-
карна. неспособны обеспечить общие интересы людей. За-
коны служат интересам незначительного меньшинства лю-
дей, в обществе парит неравенство между с-ословиямп:

стр. 395).

Беккариа всесторонне обосновывает ггринцип строгой
законности; он выдвигает требование равенства всех лю-
дей перед законом н обеспечения необходимых гарантий
личности. В этой связи он выступает противником предо-
ставления суду права толковать законы. Суд должен
руководствоваться буквой закона и не вправе карать аа
деяние, если оно прямо не предусмотрено законом. (стр. 208). Признавая
некоторые практические неудобства от того, что суд будет
лишен права толковать законы, Беккарпа видит в этом
прочную гарантию закон иости. На этих же основаниях
зн выступает проти.в предоставления государям нрава по-
.милования. Обращаясь к исследованию преступления, Бек-
кариа определяет основной критерий, характеризующий
преступление: пстпнным мерилом преступлений является
сред, наиосимый ими обществу. Развивая принципы обще-
ственной пользы, он полагает, что наказания за преступле-
ния должны соразмеряться с вредом, кото1рый они причи-
няют обществу.

Беккарпа придавал особое значение предупреждению
преступлений при помощи целой спстемы мероприятий:
ясные, простые и мудрые законы, равные для всех людей;

Здесь II далее цитируется русское издание труда Ч. Беккарпа
(Юриздат, 1939) с большой всту-
ццтельноп . Но эта мысль нигде более не была развита п не
связывалась с какими-либо положениями уголовного
права.

Представляет интерес речь преступника-бедняка, кото-
рую Беккарна вводит в свой трактат для того, чтобы до-
казать жестокость и несправедливость действующих уго-
ловных законов. Марат в своем воспользовался
этой же формой – воображаемой речью преступника –
для развития своих взглядов и пришел к выводам, значи-
тельно отличающим его понимание уголовного права от
понимания Беккарпа.

Приведем выдержку из речи преступника-бедняка в
трактате Беккарпа.


(сир. 324-325).

Разрабатывая систематизацию преступлений, Беккариа
выделяет преступления, которые разрушают самое обще-
ство или вызывают гибель его представителя (государст-
венные преступления), преступления, нарушающие лич-
ную безопасность граждан (посягательства па жизнь, иму-

4 А. А. Герцепзон 49

щество II честь), п преступления, посягающие па общест-
венные б.чага. Признавая государственные преступления
наиболее опасными, Беккарна предостерегает от распро-
странения понятия на другие
преступления, с ним ничего общего не имеющие.

В классификации преступлений Беккарна уделяет вни-
мание вопросу о защите интересов необеспеченных слоев
населения, (стр. 286-287).

Представляют интерес предложения Беккариа относи-
тельно наказуемостп кражи без насилия, т. е. преступле-
ния, которое обычно сове]ршалн неимущие. Он считает,
что это преступление в принципе должно было бы наказы-
ваться денежной пеней. Но так как совершитель кражи
обычно не располагает средствами для уплаты пени, то
лучше кражу наказывать таким способом, чтобы виновный
своим трудом вознаградил за причиненный им ущерб.

Наиболее подробно освещает Беккарна вопрос о нака-
зании. Идея предупреждения преступлений лежит в основе
предложений Беккарпа. Залогом осуществления этой за-
дачи, по его мнению, являегся такой порядок, при котором
просвещение будет идти рука об 1руку со свободой.

Наказание бесцельно и неенраведливо, когда закон не
использовал для предупреждения преступления наилуч-
ших средств. Только если государство осуществит все не-
обходимые предупредительные меры п некоторые люди
все жа будут продолжать совершать преступления, можно
будет признать справедливым н необходимым применять
наказания. Беккарпа говорят: (стр. 200). Право
наказания, как право суверена, основано на необходимо-
сти защищать интересы своего общества от посягательства
со стороны отдельных лиц. Наказание будет тем справед-
ливее, чем больше свободы н безопасности сохранит суве-
рен за подданными.

Определяя цель наказания. Беккарпа указывает, что
эта цель должна состоять не в истреблении или мучении
людей II не в том, чтобы сделать уже совершенное престу-
пление как бы не существующим, а (стр. 213). Бек-
карна рекомендует применять такие наказання. которые
были бы соразмерны с преступлением, отвечали бы прин-
ципу туманизма. но вместе с тем оказывали бы на пре-
ступника наибольшее воздействие,

Беккорна считает необходимым, чтобы ни одно став-
шее известным престуиление не миновало наказания.
.

В трактате Беккарна мысль о неотвратимостп наказа-
ния сочетается с мыслью о быстроте наказания: (стр. 281).
Если наказание щрименяется вскоре после совершения
преступления, люди привыкают к тому, что наказание
неотвратимо, и связь между преступлением п наказанием
будет восприниматься их сознанием: первое – как причи-
на, а второе – как его следствие,

Выше уже отмечалось, что соразмерность наказания тя-
жести совершенного преступления Беккариа рассматривал
как необходимую предпосылку осуществления законности.
Если в уголовном законодательстве нет такой соразмерно-
сти, то это является тираническим.

По мнению Беккариа, наказание по возможности долж-
но быть сходным с самой .природой 11реступ.ления. Для
устаноБления этой соразмерности Бекка1риа рекомендует
разработать преступлений и наказаний, что
позволит определить полную соразмерность между тя-
жестью преступления п тяжестью наказания.

Суммируя свои мысли о наказании, Беккариа формули-
рует , весьма полезную, но мало соответ-
ствующую : (стр. 411-412),

Беккарпа останавливается на оценк” игделытых видов
наказанпИ. Особып интерес представляет его откошенпе
к конфискации имущества и к смертной казни. Он выска-
зывается за полную отмену кокфнскацни и за ограничение
применения смертной казни. Смертная казнь должна до-
пускаться лишь в тех случаях, когда сохранение жизни
преступнику . Не говоря прямо о революции,
Бекариа допускает применение смертной казни, . Он подчер-
кивает, что не видит основания казнить преступника, (стр. 316-317).

Интересно отметить, что спустя четверть века, при об-
суждении вопроса о предании суду Людовика XV] и при-
суждении его к смертной казни, многие депутаты Конвента
использовали аргументацию Беккариа.

Хотя Беккариа в своих политических и утоловно-пра-
вовых взглядах и идет несколько дальше Монтескье, но и
на его труде лежит печать того , кото-
рый присущ труду Монтескье. Однако современники Бек-
кариа иначе оценивали его труд, который, несомненно,
посягал на устои феодального права. Реакционеры назы-
вали его труд крамольным и революционным, поэтому
Беккариа при переиздаиии книги всячески стремился под-
черкнуть свою . Он говорил о , о том, что цель трактата – , что его напрасно
изображают , что он (стр. 184, 185, 191).

Книга Беккарпа была
впервые опубликована в 1764 г. на итальянском языке.
Экземпляр издания (1764 г.) находится в личной библиоте-
ке Вольтера, хранящейся в Ленинградской публичной биб-
лиотеке им. Салтыкова-Щедрина. В 1766 г. книга Беккариа
была издана на французском языке в обработке Морелле

п в том же году была переиздана не менее шести раз .
В личной библиотеке Вольтера находится два экземпляра
этих изданий – так на.зываемые филадельфийское п лозан-
ское издания (в действительности это были французские
издания) . На экземпляре издаипя сохра-
нились личные пометки Вольтера .

Первое издание Вольтера было безымянным; оно выш-
ло в свет в 1766 г. в Женеве под заголовком . Второе, исправленное н дополненное,
издание вышло в свет в следующем, 1767 г. Следует отме-
тить, что был осужден Римским Двором
декретом 19 июля 1768 г. Новое издание
состоялось в 1773 г., а затем он был помещен в Бриссо .

Текст был широко использован Волг
тером в ряде других его работ. Так, 4 был включен в 1771 г. в статью о слове ,
написанную для . 16 , также был исполь-
зован Вольтером в . 21
был восцроизведен в гл. 42
и в ; 22 -в той же гл. 42 , а также в слове для
. Эти факты говорят о том, что Вольтер при-
давал своему весьма серьезное значение.

Что же касается непосредственного комментирования
книги Беккариа, то Вольтер дает комментарий лишь к
нескольким параграфам этой книги.

Сопоставления аналогичных параграфов книг Бекка-
риа и Вольтера, а также само содержание
Вольтера позволяют признать этот труд самостоятельным

См. библиографический очерк М. М. Исаева в кн.: Б екк а-
р и а. О преступлениях и наказаниях, стр. 419-426.

, 1766.

“”05 изучении маргиналий Вольтера см.: В. С. Люблин-
с к и и. Вольтер в советских фондах. Со. . Под ред.
В. П. Волгина. Изд-во АН СССР, 1948.

Подробные сведения о первых изданиях см.:
С. В епезс о. Уо11а1ге, ЫБНогарЫе Де вея оецугев, 1. 2. Р., 1882,
р. 174-176.

исследованием, дополняющим и во мттогом развивающим
основные идеи. сформулнроваттые Беккарпа. Нельзя не
согласиться с проф. Н. Полянским. что Еол?.те1р в деиствлтельност]! вовсе не комментирует
трактат Беккарпа. а лишь дополняет его (так ;ке. как он
это позднее сделал в сочинении ) историческ11М1г справками, своими наблюдениями
и соооражсннямп, относ.щиппся к (юласти уголов1гого пра-
иа н правосудия > .

Деятельность Вольтера в защиту кертв феодального
фанатизма и кровавой репрессии, несомнелио, сыграла
весьма значительную роль в подготовке Беккарна его
труда. Беккарка сам постоянно отмечал большое влияние
на него идей французских просветителей. Как справедливо
отмечал проф. М. Исаев, .

Отмечая несомненное идей;ное влияние Вольтера и дру-
гих французских мыслителей на формирование взглядов
Беккариа, на подготовку его книги, необходимо вместе
с тем: подчеркнуть и обратное влияние уголовно-нравовых
ВБГЛЯДОВ Беккарпа на юридические взгляды Вольтера и
других французских мыслителей той эпохи.

Вольтер полностью разделял общие положения Бекка-
риа об уголовном праве и уголовною процессе, ибо они в
равной мере принадлежали п ему самому, как одному из
выдающихся деятелей и основоположников французского
Просвещения XVIII в. Для Вольтера представляла наи-

Сб. , стр. 274. Следует отметить, что эта оригиналь-
ность труда Вольтера не была подмечена Шаховым, написавшим
в дореволюционпое время один из лучших трудов о Вольтере. Он
отметил, что Вольтер (, стр. 23б). Это утверждение повторила К. Беркова в своей
монографии , изданной в 1931 году: (стр. 105). У читателя, непосредственно не
знакомого с трудом Вольтера, может сложиться ошибочное впечат-
ление о Вольтере как о простом комментаторе Беккариа…

См. вступит, ст. М. М. Исаева в кн.: Беккар п а. О преступ-
лениях II наказаниях, стр. 65.

Проф. Исаев убедительно показывает вместе с тем необосно-
ванность утверждения Беликова, Герца и Эсссльборна о том, что
Беккарпа писал по пепосредствеиному энциклопедистов.

болыппй интерес та сторона трактата Беккариа, которая
была освещена, последним в наименьшей мере: критика,
разоблачение церковной карательной машины, религиоз-
ного освящения уголовного права, религиозных преступ-
лений. религиозной исключительности п нетерпимости п
проистекающих из них ужасов кровавой репрессии фео-
дализма. Могли ли удовлетворить Вольтсра те две неболь-
шие странички труда Беккарна. где эти вопросы были осве-
щены в очень осторожной и туманной форме? Беккариа,
который подверг феодальное уголовное право и уголовный
процесс острой критике, говорит о ролп церкви в системе
феодальной карательной машины, о религиозных престу-
плениях в 39 своей книги . причем прямо даже не упоминает ни религиозных
ирестуилений, ни церковной ренрессип. Б обращения
, помещенном в пятом издаипи книги,
Беккариа всячески подчеркивает свою лояльность по отно-
шению к религии п к правительству. Он доказывает, что
не ставит перед собой цели разрушать религию, что он не
является ни бунтовщиком, ни неверующим. Он напоми-
нает, что публично засвидетельствовал свою религиоз-
ность II покорность моему суверену>.

39 написан Беккариа нарочито туманным языком.
Он обращает внимание читателя на то, что в своей книге
не коснулся . В очень туман-
ных выражениях Беккарпа говорит о том, что в уголовном
праве речь должна идти о преступлениях, вытекающих
113 человеческой природы и общественного договора, но не
.

V

Полностью разделяя теоретические положения Бекка-
риа, давая его труду весьма лестную оценку, Вольтер, од-
нако, не мог быть удовлетворен в полной мере той крити-
кой феодально-теологическою обоснования уголовного пра-
ва, которая содержалась в трактате Беккариа.

Свой он начинает с характеристики
труда Беккарпа. Но тут же на одном конкретном примере
детоубийства Вольтер наглядно показывает, как далеко
еще общество от осуществления идей, сформулированных
Беккариа. На этом примере Вольгер показывает жесто-

кость, несправедливость наказания преступника. ,- говорит Воль-
те? и делает общий вывод: . Другой вывод, к которому приходит
Вольтер, ссылаясь на Беккарпа. состоит в том, что наказа-
ния не соответствуют тяжести, преступления, что они вмес-
те с тем оказываются вредными для государства, хотя их
целью является служение на пользу государства.

Эти исходные, определяющие принципы уголовного
права Вольтер положил в основу своего подхода к рассмот-
рению центрального вопроса его , к рели-
гиозным преступлениям, к роли церкви в феодальной реп-
рессии. к религиозпой нетертшости, ггроявляющейся в
законах и в деятельности судов.

Приводя огромное число исторических примеров, Воль-
те)? клеймит светскую и церковную тиранию за террори-
стическую систему наказания инакомыслящих и инакове-
рующих людей. . Вольтер показывает всю неле-
пость наказания людей, осуждаемых за богохульство, за
божбу, за кощунство, за колдовство и т. д. Он приводит
примеры осуждения .душевнобольных, .подозреваемых в
связях с дьяволом, аретиков, признанных виновными в
отступлении от истинной веры, ибо они в постные дни ели
скоромную пищу, будучи истощенными от голода, и т. д.

.

На многочисленных примерах Вольтер расрыварт суе-
верия. невежество, а также нелепость, бесчеловечность,
жестокость наказаний, осуществляемых во имя религиоз-
ного фанатизма, религиозной нетерпимости. 0)1 приводит
пример казни одного человека, который в постный день
съел кусок лошадиной .падали, будучи в состоянии силь-
нейшего истощения. Он разоблачает духовников, которые
на1рушают тайну исповеди п передают исповедующихся в
руки правосудия. Он описывает мучительные пытки, ко-
торые применяются к заподозренным в ересях, в сноше-
ниях с дьяволом и т. д. Он приводит тексты законов, ка-
рающих смертью или телесными наказаниями всякого, кто
повинен в божбе.

Уделив наибольшее внимание религиозным преступ-
лениям, Вольтер очень кратко останавливается на других
видах преступлений: он касается домашней кражи, под-
делки денег, самоубийства и детоубийства. Несколько под-
робнее в освещается вопрос о государст-
венной измене, который в труде Беккариа был затронут
лишь частично. Вольтер определяет государственную из-
мену как посягательство на родину или на представляю-
щего ее суверена. Он последовательно проводит мысль о
необходимости ограничить содержание понятия государ-
ственной измены и на ряде примеров показывает, как про-
извольно истолковывается оно в борьбе с политическими
противниками.

В большое внимание уделено основ-
ным феодальной репрессии – смертной казни,
пыткам и членовредительским .наказаниям и конфискации
имущества.

Вольтер всячески доказывает нецелесообразность при-
менения смертной казни: лишая жизни виновного, общест-
во само лишается возможности использовать осужденного
для возмещения причиненного преступлением вреда. .

Вольтор кате1Т1р]1чески лысказывается против пыток.
Это тянлкое. 31\-1Т11телы1С)с паказаппе. прнменяеюе к лицу,
еще пе признанному впповным. ТГьттка – наказание, еще
более тяжкое, чем смерть. Вдобавок она ни з малейшей
мере не спосооствует раскрытию нс тины. а только затем-
няет ее. .

Вольте1р – противник конфискации имущества как
меры наказания. Он весьма убедительно показывает, что
конфискация имущества явилась в руках феодалов сред-
ством их обогащения. Вольтер пишет: .

Анализируя ордонансы Людовика XIV, Вольтер разо-
блачает жестокость, неправосудность, лицемарность фео-
дального правосудия п требует его коренной реформы.
Он резко критикует систему тайного судопроизводства с
применением пыток, с использованием бесчестных свидете-
лей, с недопущением адвоката: он критикует систему
формальных доказательств; требует гласности п состяза-
тельности процесса: горячо высказывается за единство
законов в .переделах всего государства.

Оценивая значение Вольтера, следует
отметить прежде всего, что он явился первым обобщаю-

Ф. М. вольтер. Избранные произведения по уголовному
праву п процессу, стр. 77.
Там же. стр. 79.
Там же, стр. 90.

Щ11Л1 трудом Вольтера по вопросам уголочного права и про-
цесса. написанным вскоре после успешного запершения
предпринятой им кампании в защиту невинно осужденных
жертв религиозного фанатизма. писался
1, условиях, когда Вольтер сумел добиться посмертной
реабилитации ТКана Каласа и вновь начал борьбу за
реабилитацию де ла Варра. Поводом для написания явилось издание труда Беккарпа, а назначени-
ем его – усиление и углубление той борьбы с церковно-
рслигиозным мировоззрением, с метафизической филосо-
фией, ( феодальным нравом и феодальной карательной
машиной, которой Вольтер уделяет все большее внимание.

Вольтер использовал огромную популярность книги
Беккариа для дальнейшего развития, для дальнейшей
пропаганды просветительных идей. Выше было показано,
410 Вольтер меньше всего комментировал труд Беккарпа.
Он значительно дополнил Беккариа исследованием рели-
гиозных преступлений и церковного влияния на каратель-
ную политику феодальных судов, очень большим чшслом
ярких исторических примеров из карательной практики
феодальных п древних судов. Все это способствовало попу-
ляризации идей просветительной философии, помогало
Вольтеру в его борьбе с феодальной юстицией.

Если сила и значение труда Беккариа – в сформулиро-
ванных им теоретических положениях, в его уголовно-
п-олитической программе, в данных им формулировках
принципов нового (буржуазно-демократического) уголов-
ного права, то сила и значение труда Вольтера – в его
блестящем освещении этих вопросов со стороны практи-
ческой, в его атеистической пропаганде, непримпримости
к религиозно-мистическому обоснованию уголовного ира-
ва, наглядном, иллюстрированном многочисленными при-
мерами показе практики феодальной юстиции во всей ее
неприглядиости,

Труд Беккариа был признан .крамольным и у него
1а родине и за ее пределами. Однако он получил широ-
чайшее распространение и многократно переводился в
XVI 31- XX вв. В России книга Беккариа впервые была
персредена в 1803 г., но и до этого русское просвещен-
ное общество было уже достаточно широко осведомлено
о ней.

Труд Больтера на русский язык в дореволюционную
эпоху вообще никогда не перепод11лся ни полипстью. ни

частично, II это может быть объяснено только одним
обстятельством – обнажением той крайне неприглядной
роли. которую играла церковь, религия в феодальной тер-
рористической системе кровавого правосудия.

VI

Другое крупное произведение Вольтера, посвященное
проблемам уголовного права и процесса и подводящее об-
щий итог его деятельности в этой области,- . Оно было опубликовано
в конце 1777 г. \

История написания Вольтеро”п этого произведения та-
кова.

Экономическое общество в г. Берне, в Швейцарии, в
феврале 1777 г. объявило конкурс на составление проекта
уголовного законодательства, основанного на идеях про-
свещения и гуманности. В организации этого конкурса
деятельное участие принимал Вольтер.

Объявляя об условиях участия в конкурсе в , Вольтер так сформулировал его цели:

.

Срок представления проектов был установлен до 1 июля
1779 г.; денежная премия-в пределах 100 луидоров, из
которых 50 анонимно внес сам Вольтер.

В качестве общего руководства для написания проекта
уголовного законодательства Вольтер подготовил и издал
работу под названием . В ней он сформулировал общие принципы уго-
ловного права и процесса. В 1777-1778 гг. эта работа
издавалась несколько раз. В личной библиотеке Вольтера
мы обнаружили издание, датированное 1777 г., с указани-
ем места издания – Лондон (на самом деле – Амстердам).

В библиографическом указателе Бепжеско отмочены и
другие издания: Фернейское 1778 (1777) г. под названи-
ем , Женевское издание 1778 г., Лейпцигское издание
1778 г. В Бриссо также была пол-
ностью напечатана.

Обратимся к изложению содержания .
Отмечая порочность действующих законов, созданных
сильными, чтобы раздавить слабых, разящих как правого,
так II виноватого, разко критикуя деятельность судей и
ученых-юристов – комментаторов законов, Вольтер призы-
вает создать законы, которые, прежде чем карать преступ-
ника, стремились бы предупреждать преступления.

Говоря о краже, Вольтер начинает освещение вопроса
с утверждения о том, что , а законы, их карающие, .
Отсюда Вольтер делает вывод, что богатые должны позабо-
титься об уничтожении нищенства и причин, его порож-
дающих. Однако богатые нигде об это мне заботятся. Боль-
шим злом является и то, что законы устанавливают край-
нее несоответствие между характером кражи и мерой
наказания. Воров казнят, и это, по мнению Вольтера. при-
водит к тому, что . Вольтер показы-
вает всю абсурдность законов, которые карают церковную
кражу сожжением, а кражу на больших дорогах – коле-
сованием, в равной мере, как и грабеж, сопряженный с
убийством. .

Рассматривая убийство, Вольтер считает применение
смертной казни прямым проявленим древнего и жестоко-
го права талиона. Лишая убийцу жизни, суд лишь удваи-
вает число жертв. . Вместо смертной казни Вольтер
рекомендует приговаривать убшщу к поукнзненным при-
нудительным раоотаг. с той целью, чтобы виновнын своим
трудом нрпноспл пользу обществу. Ї.

Вольтер признает возможность н неизбежность казни
преступника только в одном случае – .

Вольтер развивает и конкретизирует мысли о превра-
щении наказания из орудия голого возмездия в средство
исправления преступника и восстановления причиненного
преступлением ущерба. В этой связи он говорит о нака-
зании поджигателя таким образом, чтобы он был обязан
восстановить сожженное имущество, и пожизненно,
охранять имущество дру-
гих людей. Он говорит о направлении контрабандистов на
борьбу с дикарями, об использовании фальшивомонетчиков
для изготовления подлинной монеты, об нспользованпн
преступников на всевозможных тяжких, опасных, непри-
ятных, изнурительных, вредных для здоровья работах.

Вольтер рассматривает вопрос о ересях. Он приводит
яркие исторические примеры массовых истреблений ерети-
ков по приказу церкви. Он показывает, как в течение
церковь , принуждала
государей , т. е. в
истреблении огромных масс людей. Вольтер указывает на
то, что уголовные законы всех стран начинаются с упоми-
нания ереси как тяжкого преступления. Со всей силой
своей критики, сарказма, иронии, ненависти к несправед-
ливости Вольтер обрушивается на эти кровавые, невеже-
ственные, основанные на суевериях законы.

Ф. М. Вольтер. Избранные произведения по уголовному
праву и процессу, стр. 224.
Ї Там же, стр. 225.
” Там же.

Вольтер описывает случаи сожжения женщин по по-
дозрению в колдовстве. Он подвергает уничтожающей кри-
тике и законы, [рассматривающие колдовство как преступ-
ление, п религию, освящающую борьбу с ним. и невежесг-
венных судей, ученых-юрцстов, философов, церковнослу-
жителей, поддерживающих п распространяющих в народе
суеверные представления о колдовстве, магии, чародей-
стве п тому подобных проявлениях невежества и фанатиз-
ма. Он говорит о , об , об – церковнослу-
жителях, . п т. д.

Приводя примеры жестоких приговоров п мучительных
казней за совершение так называемого святотатства, Воль-
тер отрицает самое понятие святотатства как оскорбления
божественного величия. Он отрицает и допустимость нака-
зания за это несуществующее иреступление. Говоря о
святотатстве, Вольтер вкратце излагает дело де ла Барра
II, негодуя ло поводу чудовищно несправедливого и необос-
нованного приговора, заявляет:

Вольтер приводит большое число исторических приме-
ров [различных схоластических споров на религиозные те-
мы, которые обычно заканчивались осуждением и казнью
лиц, виновных в распространении еретических взглядов.
Он произносит гневные слова против религиозной нетер-
пимости, против кровавого трибунала церкви – инквизи-
ции. “.

Останавливаясь на преступлениях против брака, он
указывает на чрезмерность тех наказаний, которые во мно-
гих государствах применяются за многоженство п за пре-
любодеяние, в то время как в других государствах миого-

Ф. М. Вольтер. Избранные произведения по уголовному
нраву п процессу, стр. 246.

женство не только по является преступлением, но даже
всячески поощряется. Прелюбодеяние же во всех государ-
ствах является преступным и наказуемым, но вся тяжесть
репрессии падает исключительно на женщин.

Характеризуя прелюбодеяние, Вольтер пишет: . Вольтер приходит к выводу, что прелюбодеяние –
поступок аморальный, но не содержащий признаков пре-
ступления. Что же касается многоженства, то, по мнению
Вольтера, оно должно наказываться в тех странах, где
запрещено законом. Однако мера наказания должна быть
значительно смягчена: . Так Вольтер
лишает наказуемость многоженства и прелюбодеяния их
религиозно-мистического обоснования.

Вместе с тем Вольтер обосновывает право развода как
необходимую предпосылку для сокращения числа случаев
многоженства и прелюбодеяния. В этой же связи рассмат-
ривается и вопрос о браках между лицами, принадлежа-
щими к различным сектам. Призывая к религиозной веро-
терпимости, Вольтер ратует за разрешение браков между
лицами различных исповеданий, за ненаказуемость людей,
которые вступили в брак, будучи разделенными различны-
ми религиями. Рассматривая воцрос о наказуемости кро-
восмешения, приводя ряд примеров, Вольтер констатиру-
ет, что в определенных исторических условиях кровосме-
шение не рассматривалось как преступление. Однако с
течением времени оно стало караться суровейшими нака-
заниями. Когда кровосмешение рассматривалось как пося-
гательство на религию, оно каралось смертной казнью.
Вольтер призывает к разрешению браков между двоюрод-

лыми братьями и сестрами. Он отмечает, что римский
пана разрешает такие браки за деньги. Но не лучше ли
было бы разрешать это по закону?

Рассматривая государственные преступления, Вольтер
говорит о них в несколько завуалированной форме, правда,
значительно более откровенно, чем это делал Беккарпа.

Поставив вопрос: – Вольтер сначала
выдвигает общий тезис: человек должен повиноваться тем,
кто создает законы, раз он жпвет в государстве. Но тут
же приводит ряд примеров, когда приказы законной вла-
сти несправедливы, безнравственны, преступны. Эти при-
казы не становятся иными от того, что отдаются верхов-
ной властью. . Вольтер призывает составителей проек-
тов уголовного законодательства забыть . Он при-
зывает их создать кодекс для , у
которых бы не совершалось множества убийств под видом
правосудия. Не давая прямого ответа на поставленный
вопрос – следует ли повиноваться несправедливым при-
казам законной власти,- Вольтер при помощи примеров
и комментариев к ним приводит к совершенно недвусмыс-
ленному выводу о том, что несправедливые приказы за-
конной власти не должны исполняться.

Идя вразрез с законодательством и судебной практи-
кой своего времени, Вольтер ограничивает понятие пре-
ступления, обычно называвшегося оскорблением величе-
ства. Он предостерегает государей от уголовного пресле-
дования тех, кто критикует их за их вкусы, слабости,
смешные стороны. Уголовное преследование оправдано
лишь в тех случаях, когда изданное сочинение призыва-
ет к бунту против государя.

” Ф. М. Вольте р. Избранные произведения по уголовному
праву и процессу, стр. 247.
” Там же, стр. 247 (первое примечание).

” Ф. М. Вольтер. Избранные произведения по уголовному
праву п процессу, стр. 256.

5 А. А. Герцензон 65

Освещая вопросы уголовного процесса, Вольтер ис-
следует вопрос . Рассматривая последовательно различные ви-
ды доказательств, он останавливается прежде всего на
поимке на месте преступления. Он считает, что поимка на
месте преступления – серьезное доказательство, которо-
му, однако, не следует придавать абсолютного значения,
ибо ; убий-
ца, отомстивший за смерть своего отца, заслуживает лишь
одобрения; убийство в порыве гнева заслуживает всяче-
ского снисхождения и т. д. Свидетельские показания –
это второй вид доказательств. Вольтер возражает против
признания достаточным
основанием для осуждения обвиняемого. Из приведенных
им примеров видно, что свидетельство двух лиц нередко
приводило к осуждению невинных людей. Вольтер упоми-
нает дела Каласов, Сирвена, Монбальи, Моранжиеса и
другие, в которых подобные свидетельства привели к тяж-
ким последствиям.

Вольтер призывает к осторожности при оценке доказа-
тельств, которые представляют обвинители. С другой сто-
роны, к свидетельским показаниям должен быть допущен
всякий, кто может пролить свет на истину. Оценивать эти
доказательства должен сам суд.

Особо выделяет Вольтер вопрос относительно того,
Он считает, что тайный допрос
свидетеля несовместим со справедливостью, гуманностью.
Он называет подобное судопроизводство . Что же касается права свидетеля отка-
заться от ранее данных им показаний, то Вольтер считает
это допустимым, если свидетель не был подкуплен.

Далее Вольтер рассматривает вопрос, , который
он решает положительно. Он противопоставляет француз-
ский уголовный процесс, лишающий обвиняемого защит-
ника, английскому, в котором обвиняемому предоставлена
возможность воспользоваться услугами защитника.

Рассматривая тюремное заключение и наложение аре-
ста на имущество заключенных как меры, применяемые
в процессе предварительного следствия, Вольтер высказы-

вается против применения этих мер. Он считает, что в не-
которых государствах взятие обвиняемого под спражу
напоминает нападение (разбойников, что тюремное заключе-
ние как мера предварительного заключения очень напо-
минает исполнение наказания, хотя заключенный еще не
признан виновным.

Вольтер, не приводя особых аргументов против смерт-
ной казни, приводит перечень способов приведения ее в
исполнение, и сам этот перечень оказывается достаточно
красноречивым доводом против смертной казни. Вольтер
упоминает низвержение с вершины скалы, побитие камня-
ми, повешение, зарывание заживо, раздавливание под же-
лезными салями, под колесами, под ногами лошадей, под
ногами слонов, сдирание кожи с головы до ног, вырывание
ребер и внутренностей железными крючьями, сжигание
факелами или на кострах, распиливание на-двое, вырыва-
ние сердца и битье им по лицу казненного.

Заключая , Вольтер призывает составителей
проектов уголовного законодательства не упускать момен-
та, когда государи, восприняв принципы Просвещения,
решили быть добродетельными и гуманными.

Оценивая роль Вольтера в истории развития передовых
идей прошлого, академик В. П. Волгин пишет: .

Сб. , стр. 55.

67

Отношение к Вольтеру, оценка его политических, фи-
лософских, религиозных, художественных, юридических
взглядов в каждую историческую эпоху определялись в за-
висимости от характера и форм классовой борьбы. Но во
все эпохи реакционные силы всегда выступали п выступа-
ют иепрпмирпмымп врагами Вольтера и его идей, а сплы
революционные, прогрессивные всегда отдавали и отдают
ему дань глубокого уважения. Учредительное собрание
Франции 30 мая 1791 г. .постановило запечатлеть на его
саркофаге надпись о том, что он заслужил все те почести,
которые воздаются величайшим людям.

3. и энциклопедисты
1

На формирование прогрессивных учений о законности
и правосудии в предреволюционную эпоху большое влия-
ние оказали п энциклопедисты, француз-
ские материалисты, в произведениях которых проблема
преступности, наказания, правосудия, законности была
очень широко освещена. “.

Дени Дидро в предисловии к восьмому тому очень ярко охарактеризовал цепи и значение этого
монументального труда передовой французской мыслп
XVIII в.: .

Нельзя получить достаточно полного представления
о прогрессивных учениях XVIII в., о законности и право-
судии, не ознакомившись со статьями, помещенными
в . Поэтому, прежде чем обратиться к осве-
щению уголовно-политических взглядов Дидро, Гельвеция
и Гольбаха, следует охарактеризовать най5леёван-:ныо
из этих статей.

Полное название таково: .

Первый том издан в 1751 г. Закопчено издание было
в 1772 г. состояла из 17 томов основного
текста, 4 томов дополнений, II томов иллюстраций п 2 то-
мов указателя, а всего пз 35 огромных (пнфолио) томов .

“Ї Д. Дпдро. Собрание сочпненпИ, т. VII. М.-Л., ГПХЛ. 1939,
стр. 79-80.

Ї Мы воспользовались экземпляром , храня-
щимся в Библиотеке имени А. М. Горького Московского государ-
ственного университета.

69

Среди авторов статей , писавших по
вопросам уголовного права и процесса, выделяются
Ф. В. Туссэн (1715-1772). автор книги , осуж-
денной на сожжение, А. Г. Буше дАржи (1708-1780),
автор , и других работ, и кавалер Лун де Жокур (1704-
1779), медик, философ, литератор, член Берлинской
и Стокгольмской академий, автор исследования .

С большой теплотой отзывался о Жокуре Дидро. В пре-
дисловии к VIII тому Дидро писал:

.

В советской юридической литературе уголовно-право-
вой и уголовно-процессуальный разделы
вообще не освещались. Очень немногое по этому вопросу
было написано и в русской дореволюционной литературе.

ЇЇ Д. Д ядро. Собрание сочинений, т. VII, стр. 78. О Жокуре
см. также монографию Морлея (1882,
стр. 95), где автор пишет: .

По существу один лишь проф. М. П. Чубинский в своих
очерках уголовной политики дал общую характеристику
уголовно-политических идей . В немецкой
литературе начала XX в. должна быть отмечена неболь-
шая по объему, но содержащая большой фактический ма-
териал монография А. Овербека >.

Мы находим в большое число статей,
посвященных общим и специальным вопросам уголовного
права и процесса, решаемым в духе просветительной фи-
лософии .

” Даже неполный перечень статей, помещенных в , позволит судить об объеме изложения в ней вопросов уго-

ловного права.
О б щаячаст ь.

Амнистия, безнаказанность, власть, вменение, возраст, воля, га-
лера. гнев, государство, гражданская свобода, грамота о помилова-
нии, грамота о прощении, добродетель, естественное равенство, есте-
ственная свобода, естественное состояние, заблужденпе, закон, зако-
нодатель, закон уголовный, каторжник, колесование, малолетие,
милосердие, наказание, несовершеннолетний, несправедливость,
обвиняемый, общеуголовные преступления, опьянение, ошибка,
политическая свобода, помилование, право, преступлепив, просту-
пок, прощение, пытки, реабилитация, рецидив, свобода, смягчение
наказания, собственность, сообщник, соучастник, справедливый,
судья, тайное обвинение, талион.

О с обе н н.а.я часть.

Религиозные преступления: атеизм, безбожие, богохульник,
вероотступничество, иезуит, инквизиция, ересь, еретик, колдовство,
колдуны п колдуньи, магия, монастырь, релпиюзпая нетерпи-
мость, религиозная терпимость, религиозный, святотатство, секта,
фанатизм, церковная юрисдикция.

Государственные преступления: браконьер, вероломство, взят-
ка, дезертир, измена, клятвопреступление, контрабанда, налог, не-
повиновение правосудию, нищий, обман, оскорбление величества,
пасквиль, перебежчик, подделка, подлог, порча монеты, преступле-
ния по должности.

Преступления против личности: детоубийство, засада, оскорб-
ление, отцеубийство, пасквиль, подкидывание ребенка, похищение
человека, самоубийство, убийство.

Преступлевия против нравственности: изнасилование, много-
женство, наложничество, обольщение, прелюбодеяние, скотолож-
ство. содомия.

Преступления против собственности: вор, воровство, кража
(простая, квалифицированная, ночная, домашняя, со взломом, на
больших дорогах, с переодеванием, публичная), мошенничество,

рос товщичество.

Следует еще раз подчеркнуть, что приведенный пере-
чень, содержащий более ста статей, прямо пли косвенно
касающийся интересующих пас вопросов, далеко не исчер-
пывает всего богатства содержания отдела , посвященного вопросам законности п правосудия.

Характеризуя уголовно-полптпческпе воззрения энии-
клопедистов, проф. Чубппский писал: .

В помещена обширная статья , рассматривающая его с точки зрения п с точки зрения чисто юридической. По-
мимо общей характеристики преступления и отдельных
видов преступлений дается краткая характеристика сле-
дующих специальных вопросов:

1) жестокое преступление;

2) преступление, караемое смертью;

3) двойное преступление;

4) преступление, совершаемое двумя лицами (речь
идет о так называемом необходимом соучастии) ;

М. П Ч л о II нс к II и. Очерки уголовной политики. Харьков,
1905, стр. 252-253.

,- торжество свободы: наказания не зависят от
прихоти законодателя, по вытекают из самой .

Характеризуя религиозные преступления, относит к ним безбожие, богохульство, святотатство.
Наказания для атих преступлений должны состоять в ли-
шении тех преимуществ, которые предоставляет религия:
изгнание из храмов, лишение общества верующих яа вре-
мя или навсегда и т. д.

Утверждая, что преступления, входящие в каждый из
четырех классов, неравны между собой,
указывает на признаки, позволяющие их различать: объ-
ект преступления, сила и злоба виновного п т. д. Разви-
вая эти мысли, различает трп группы пре-
ступлений: а) преступления, которые затрагивают чело-
веческое общество в целом, б) преступления, которые
нарушают порядок гражданского общества и в) преступ-
ления, затрагивающие частных лиц.

Таково даваемое разграничение пре-
ступлений по объекту.

Другое разграничение преступлений – по взаимоотно-
шениям виновного и потерпевшего: тот, кто убивает свое-
го отца, совершает более тяжкое преступление, чем тот,

который убил чужого; священтгпк, совершивший святотат-
ство, более виновен, чем светское лицо. совершившее такое
же преступление; вор, убивающий прохожего, совершает
более тяжкое преступление, чем тот. кто довольствует-
ся лраоежом; домашний вор более виновен, чем посторон-
ний вор.

Степень тяжести преступления обусловливается таки-
ми обстоятельствами, как большая пли меньшая злоба,
мотивы, способ совершения преступления, орудия преступ-
ления, характер виновного, повторное совершение пре-
ступления, возраст, пол, время и место совершения пре-
ступления и т. д., включая сюда и участие в преступлении
ряда лиц.

Рассматривая соучастие в преступлении, автор статьи
Жокур указывает, что ответственность соучастников оп-
ределяется степенью участия в преступлении; в преступ-
лениях, совершенных сообща, ответственны лишь те, кто
дал действительное согласие; при определении ответст-
венности за участие в преступлении, совершенном толпой,
должно быть проявлено большее милосердие.

В статье содержится и обоснование
наказания. Справедливость наказания обусловливается
тем, что нарушитель законов, созданных для общей безо-
пасности, становится врагом общества. Право наказания
вытекает из естественного права; справедливо наказание,
соответствующее совершенному преступлению. В этой свя-
зи указывается, что наказание смертью уравновешивает
самое жестокое преступление.

Однако наказание не должно выражаться только в при-
чинении виновному соразмерного содеянному преступле-
нию зла. Цели наказания более широкие. Наказание всег-
да должно преследовать полезные цели: охрану общест-
венного спокойствия и безопасности. Заставлять преступ-
ника испытать зло лишь только потому, что он сам его
причинил, является ничем не оправданной жестокостью.
Наказание должно, как указывал Гораций, иметь в виду
благо самого преступника или заинтересованного лица,
или всеобщее благо. Поэтому наказание должно иметь
целью исправить преступника, а также лишить его воз-
можности совершать другие преступления. Это достигает-
ся путем того, что у преступников отнимают орудия пре-
ступления, принуждают их к труду, ссылают в колонии
и т. д.

Законодатель должен проявлять особую заботу о со-
здании таких законов, которые лучше всего способствова-

ли бы уменьшению преступности. Для наибольшего эф-
фекта законы должны предусматривать бесчестящие и
позорящие наказания, а в некоторых случаях, при совер-
шении жестоких преступлений, смертную казнь, сопря-
женную с такими атрибутами, которые в наибольшей сте-
пени могут оказать воздействие иа народ.

Статья завершается сводкой основных
положений:

1. Законодатели не могут по своей прихоти опреде-
лять природу преступлений.

2. Не следует смешивать преступления со спекуля-
тивными и химерическими ошибками, которые скорее тре-
буют милосердия, чем негодования, как, например, магия,
кольвунсионизм и т. д.

3. Суровость наказаний не является наиболее эф-
фективным способом задержать развитие преступлений.

4. Те преступления, которые труднее предупреждать,
заслуживают большей строгости, чем другие преступле-
ния.

5. Преступления, которые были давно совершены, не
должны наказываться с той же строгостью, как те, кото-
рые были совершены недавно.

6. Не следует наказывать кого-либо за преступления,
совершенные другим лицом.

7. Было бы очень несправедливо делать ответствен-
ным за совершенное кем-либо преступление лицо, кото-
1рое не предвидит этого, не может и не должно препятство-
вать этому щреступлению и не примет участия в деянии.

8. Одни и те же преступления не всегда заслуживают
одного и того же наказания, и одно и то же наказание не
должно иметь места для неодинаковых преступлений.

9. Чисто внутренние акты не должны быть подчине-
ны человеческим наказаниям. Эти акты знает один бог,
II бОга имеют в качестве судьи и мстителя.

10. Внешние акты, хотя бы и преступные, но завися-
щие исключительно от слабости нашей натуры, требуют
умеренности в наказаниях.

И. Не всегда необходимо наказывать преступление,
которое является наказуемым в другой местности; иногда
было бы опасно разоблачать преступления, укрытые от
публичных наказаний.

12. Было бы крайним абсурдом, как замечает это ав-
тор , нарушать правила с.тыдлнпостп в на-
казании, которое всегда должно иметь целью восстановле-
ние порядка.

13. Принцип, который следует неустанно повторять,
состоит в том, что в приговорах о преступлениях лучше
дать ускользнуть преступнику, чем наказать невинного.
Это решение лучших философов древности, решение импе-
ратора Траяна п всех христианских законов. Действитель-
но, как сказал Ля Брюер, наказанный виновный является
примером для черни, а осужденный невинный – это дело
для всех честных людей.

14. Никогда но следует совершать преступления ради
пов11нове.ния начальнику; .

Не останавливаясь па обширном материале, приведен-
ном в по различным вопросам особенной
части уголовного права, ограничимся характеристикой от-
ношения энциклопедистов к дореволюци-
онного французского уголовного права – к .

В статье Буше дАржи
поместил сведения чисто юридического содержания, опи-
рающиеся на действующее уголовное законодательство,
судебную практику и распространенные правовые взгляды
законоведов. Здесь сосредоточен чисто юридический ком-
ментарий, лишенный каких-либо политических соображе-
ний. В той же статье, в разделе ,
Жокур в очень осторожной, по преимуществу замаскиро-
ванной форме подвергает критике ортодоксальные взгля-
ды на .

Буше дАржп указывает, что иногда различают три
или четыре разряда этого преступления, иногда даже во-
семь разрядов; в действительности же следует различать
два разряда: оскорбление человеческого величества п
оскорбление божеского величества. Оскорбление челове-
ческого величества есть оскорбленпс короля или другого
суверена. Это тягчайшее преступление, ибо суверены явля-
ют собой об1раз бога на земле, и всякая власть исходит от
бога. К оскорблению королевского величества относятся

следующие разряды преступлений: во-первых, заговор пли
заклинание, направленные против государства или госу-
даря с целью его уничтожения; во-вторых, написание и
распространение пасквилей пли бесчестящпх плакатов
против суверена пли направленных на возбуждение наро-
да к бунту или мятежу. Далее к оскорблению величества
короля относятся такие преступления, как изготовление
поддельной монеты, дуэль и др. Посягающий па личность
короля рассматривается как отцеубийца, ибо король –
отец своего народа. Смертной казнью карается не только
посягательство на жизнь короля, но п само намерение со-
вершить это преступление. Караются все соучастники
этого преступления и все те, кто знал о нем, но не до-
несли; они также признаются виновными в оскорблении
королевского величества. Наиболее тяжкие виды оскорб-
ления королевского величества караются наиболее тяжки-
ми видами смертной казни – растягиванием и разорванн-
ом четырьмя лошадьми.

Так же подробно характеризует Буше дАржп другой
вид – . Он указывает, что таким преступлением яв-
ляются вероотступничество, ересь, колдовство, продажа
духовных званий, святотатство, богохульство. Оно карает-
ся тягчайшими наказаниями. Некоторые думали, указы-
вает Буше дАрЖ11, что оскорбление божеского величества
не является публичным преступлением и что поэтому оно
подлежит сеньоральной юрисдикции; но интересы госу-
дарства требуют, чтобы культ бога не был нарушен, и для
этого необходимо обеспечить королевскую юрисдикцию.

Рассматривая в статье , другой автор, Жокур, выдвигает сле-
дующие соображения.

Не следует давать имени ужасного преступления тако-
му, которое им не является. Поэтому нельзя называть
оскорблением величества такие преступления, как поддел-
ка денег, дуэль, заговор против министра или армейского
генерала или правителя провинции и т. д. Признавая та-
кие преступления оскорблением величества, мы путаем
понятия вещей и уменьшаем тот ужас, который вызывают
действительные преступления оскорбления величества,
говорит Жокур. Он считает, что разграничение различных
разрядов оскорбленпя величества естг следствие заимст-
вования варварского языка.

Жокур специально останавливается на и пасквилях против короля. Он считает, что не-
скромные слова нельзя рассматривать как посягательство
на короля, и только благодаря тирании их приравняли
к оскорблению величества. Точно так же и сочинения, со-
держащие , нельзя рассматривать как
оскорбление величества. Король так высоко стоит над
обществом, что пущенная в него таким сочинением стрела
не может достать до него. Такие сочинения, если, конечно,
они не ставят специальной цели оскорбления королевского
величества, обычно могут интересовать лишь полицию.
Жокур заканчивает уверением, что он отнюдь не имел
в виду уменьшить то негодование, которое в обществе
вызывают подлинные оскорбления величества, но во вся-
ком случае считает, что те, кто стремились опорочить сла-
ву своего государя своими словами или сочинениями, за-
служивают исправительных наказаний больше, чем каких-
либо других.

Так осторожно э-нциклопедисты пропагандировали свои
взгляды на – сначала излагая
взгляды официальной юриспруденции,
а затем очень тонко разбрасывая семена сомнений и кри-
тики. Здесь мы видим последовательно проводившуюся
энциклопедистами систему пропаганды их взглядов: в од-
них случаях ограничиваться изложением общепринятых
официальных взглядов, а в других, как только к этому
представлялась возможность,- развивать свои прогрессив-
ные идеи.

Статья о наказании в освещает этот
важнейший институт уголовного права, во-первых, с точ-
ки зрения естественного, гражданского и политического
права, во-вторых, с точки зрения теологической и,
в-третьих, с точки зрения исторической; затем даются
краткие сведения относительно некоторых родов и видов
наказания. В этой связи выделяются очистительное нака-
зание, наказание смертью, двойное, тройное, четверное
наказание, ложное наказание, цозорящее наказание, закон-
ное наказание, легкое наказание, тяжкое наказание, недей-
ствительное наказание, денежное наказание, наказание
талиона и др.

В первом разделе обширной статьи этот
институт рассматривается с точки зрения . Наказание опреде-

78

ляется как зло, которым суверен угрожает подданным, рас-
положенным к нарушению законов. Наказание налагается
в определенном соотношении с причиненным злом, неза-
висимо от возмещения вреда, в конечном счете для обес-
печения безопасности и спокойствия в обществе.

Раскрывая определение наказания, автор статьи Жокур
указывает на его главные признаки.

Наказание как зло, причиняемое преступнику, разли-
чается по своей природе и степеням; оно может затраги-
вать жизнь, телесную неприкосновенность, достоинство
личности и другие блага. Наказание может заключаться
в выполнении какой-либо тяжелой работы или в причиня-
емых виновному страданиях.

Наказание определяется не частными лицами, а исклю-
чительно сувереном: право наказания принадлежит толь-
ко верховной власти. Если частное лицо пытается само осу-
ществить наказание, оно становится виновным в посяга-
тельстве на права суверена.

Наказание неразрывно связано с преступлением; оно
не может быть применено к лицу, не совершившему пре-
ступления. Суверен сначала угрожает наказанием; если
угроза окажется недостаточной и преступление все же бу-
дет совершено, тогда применяется наказание.

Оно налагается независимо от возмещения причинен-
ного ущерба, ибо фактом совершения преступления пред-
определяется необходимость, во-первых, исправить причи-
ненный ущерб п, во-вторых, искупить вину наказанием.
Разница между-наказанием и возмещением ущерба состо-
ит и в том, что суд вправе, если будут к тому серьезные
основания, помиловать преступника, но ни при каких об-
стоятельствах суд не вправе освободить ответчика от воз-
мещения причиненного им ущерба.

Различая наказания гражданские, к которым относятся
денежные взыскания, и наказания уголовные, автор статьи
среди последних выделяет смертную казнь, потерю граж-
данских прав и бесчестящие наказания.

Суверен не только имеет право, но и обязан осущест-
влять наказание преступников. Суверен должен обладать
средствами, действительными для того, чтобы устрашать
преступников и причинять им зло в тех случаях, когда
они посягают на общественное спокойствие. Право суве-
рена распространяется и на лишение жизни виновного,
для того чтобы иметь возможность уравновесить прпчинен-

11Ы11 преступником вред нанесением ему соответствующего
зла II тем самым создать эффективный противовес ире-
. ступлению.

Если у суверена есть право наказания, то, очевидно,
у престуннпка должна быть какая-то соответственная обя-
занность: но может быть права без соответствующей ему
обязанности. Преступник не обязан добровольно доносить
о совершенном преступлении; это не вытекает из целей
наказания. Однако у него имеются некоторые обязанности.
Жокур их перечисляет.

1. Осужденный к денежному штрафу обязан уплатить
его, не дожидаясь принудительного взыскания,-этого
требует справедливость, которая хочет, чтобы был возме-
щен причиненный убыток н чтобы люди иовиновались
суду.

2. Присужденный к тяжким наказаниям, в особенно-
сти к смертной казни, не имеет обязанности добровольной
явки, ибо инстинкт привязывает человека к жизни.

3. По той же причине преступник может искать спа-
сения путем бегства из тюрьмы. Но если он для осуществ-
ления этой цели лишит жизни стражу или своих пресле-
дователей, то он будет повинен в новом преступлении.

4. Если преступник правильно осужден, то он обязан
понести назначенное ему наказание, обязан признать, что
приговор был справедливым и что он должен пенять лишь
на себя. У него нет права прибегнуть к насилию для из-
бавления от казни и тем самым противопоставить себя
приговору суда.

Наказание должно быть основано на принципе пользы,
Разум осуждает наказание – чистое возмездие. Главной
целью наказания является обеспечение безопасности и
спокойствия общества, и эта цель достигается различными
средствами. Автор статьи приводит слова Горация, с ко-
торыми он солидаризируется: <...>. Суверен, устанавливая
наказание, иногда имеет в виду исправить виновного,
лишить его желания вновь совершить преступление. Тем
самым достигается обеспечение общественной пользы.
Если же преступник возвращается к преступлению после
отбытия наказания, он подлежит более суровому наказа-
нию – вплоть до смертной казни. Иногда суверен, уста-

навливая наказание, имеет в виду лишить преступника
возможности совершать новые перстуи.чеипя: :)т() достига-
ется путем его заключения в тюрьму или изгнания из
страны, пли путем смертной казни. Вместе с тем наказа-
ние обеспечивает общественную безопасность, не только
воздействуя на самих преступликол, но и воздеиствуя на
других людей – угрожая им примерами наказания. По-
этому паказание должно быть публичным и обставлено
такими атрибутами, которые могут произвести наиболее
сильное впечатление па парод. Все отмеченные стороны и
признаки наказания должны быть подчинены главной це-
ли – обеспечению общественной безопасности. Поэтому
суверен должен прибегать к тяжким наказаниям только
тогда, когда меньшими наказаниями нельзя обеспечить
общественного спокойствия.

Жокур указывает, что некоторые деяния, сами по себе
порочные, не могут подлежать наказанию в судах. Это пра-
вило относится к троякого рода случаям:

1. Внутренние переживания, простые мысли, непрояв-
ляющиеся вовне. Сюда относятся желание совершить пре-
ступление, приятное представление о выгодах, которые
могли бы получиться в результате его совершения, и т. д.
Все это может осуждаться естественными законами п ре-
лигией, но не должно наказываться человеческими судами.

2. Легкие ошибки, являющиеся результатом слабости
человеческой натуры.

3. Общие пороки, являющиеся результатом человече-
ской испорченности: честолюбие, неблагодарность, лице-
мерие, зависть, гордость, гнев п т. д. Они настолько рас-
пространены, что не представляется возможным их
карать. Но если они приводят к серьезным нарушениям,
виновные подлежат наказанию. Однако наказание в неко-
торых случаях может и не применяться, хотя этого требу-
ет закон: есть случаи, когда суверен может помиловать
виновного.

Высшая цель наказания – общественное благо; если
путем помилования можно достигнуть большей пользы,
чем путем наказания, то нет необходимости наказывать.
Некоторые преступления мало распространены и со-
вершаются тайно. О таких преступлениях лучше всего не_
упоминать в законах, чтобы не создавать тем самым со-
блазна для их совершения. Так, Солон нс создал специаль-
ного закона о наказании за отцеубийство, именно, чтобы

6 А, А. Герцензон

81

не упоминать о преступлении, которое еще не было из-
вестно.

Помилование иногда обусловливается большим числом
виновных: если все они будут наказаны, то в обществе нс
останется людей.

В статье о наказании большое место отводится изло-
жению взглядов Монтескье. Интересно выяснить, какне
именно взгляды Монтескье о наказании воспроизводятся
в .

1. Степень суровости наказания обусловливается обра-
зом государственного правления; в государствах с умерен-
ным образом правления меньше стремятся к наказанию,
чем к предупреждению преступлении.

2. Степень суровости наказаний обусловливается тем,
насколько люди свободны: чем свободнее люди, тем мягче
наказания, кото1рыми караются преступленпя .

3. Усиление наказаний обычно имеет лишь кратковре-
менный эффект: спустя короткий срок после введения но-
вого сурового закона число преступлений вновь возра-
стает.

4. Наказания должны гармонировать между собой: для
того чтобы люди избегали совершать более тяжкое пре-
ступление, нужно установить соразмерность между вака-
заниями и преступлениями. Большим злом является уста-
новление одинакового наказания за кражу и за убийство;
это приводит к тому, что во1ры обычно совершают убийство.

5. Уголовные законы должны выводить наказание из
природы преступления – этот принцип свидетельствует о
торжестве свободы, ибо в этом случае наказания уже пе
зависят от прихоти законодателя, а только от природы
преступления.

В статье , написанной Жокуром,
развиваются положения, сформулированные уже в статье
о преступлении.

Определяя уголовный закон, автор указывает, что это
закон, который устанавливает наказа.ние за различные

Для подкрепления этого положения автор приводит ряд исто-
рических примеров. В частности, он отмечает, что в Риме импера-
торы разделили наказания на три группы. Первая группа наказа-
ний применялась к привилегированным лидам и характеризовалась
особой мягкостью; вторая группа – к лицам низшего ранга и ха-
рактеризовалась большей суровостью и, наконец, третья группа –
к самым низшим лицам и характеризовалась наибольшей сурово-
стью.

преступления и проступки в гражданском обществе.
Б этой статье широко пропагандируются идеи Монтескье.
на что указывает сам Жокур.

Вопросы уголовного законодательства, правила, но ко-
торым осуществляется правосудие, живо интересуют чело-
вечество, так как затрагивают честь, безопасность и сво-
боду людей.

Не все уголовные законы отвечают интересам справед-
ливости; есть немало законов, которые возмущают чело-
вечество, противоречат разуму п справедливости и не со-
ответствуют целям законодательства. Несправедливым,
например, автор считает закон, который требует под стра-
хом смертной казни раскрывать заговоры, притом п такпе,

которые не состоялись.

Далее автор переходит к оценке тех законов, которые
предусматривают,наказание магии, ереси п та}; называ-
емых противоестественных преступлений. Магии вообще не
существует, понятие ереси весьма неопределенно в своем
содержании, а о противоестественных преступлениях вооб-
ще лучше не говорить в законе, чтобы их пе популяризи-
ровать. Наилучшее средство борьбы с последним преступ-
лением – полицейские меры.

Автор говорит о для суждения о
законодательстве каждого парода, посвященном борьбе с
преступлениями путем наказаний. Это выведение каждо-
го наказания из природы преступления. Автор указыва-
ет, что этот принцип был сформулирован Монтескье,
который создал уголовный кодекс – кодекс Монтескье;
п далее приводится известная четырехчленная классифи-
кация преступлений и наказаний, созданная Монтескье.
При этом большое внимание уделяется характеристике
религиозных преступлений, понятие которых Жокур вся-
чески сужает, проводя мысль о необходимости строго
разграничивать законы человеческие и законы божеские;
Он подчеркивает, что главная цель уголовных законов –
предупреждать преступления. Строгость законов – бич
для народа. Гуманность закона соответствует целям муд-
рого законодательства, п поэтому хороший государь пра-
вильно поступает, когда отменяет исполнение закона,
если видит, что от этого будет больше пользы, чем от при-
менения наказания.

В целом статьи по уголовному праву, помещенные в
, характеризуются последовательно про-

светительским духом. Учитывая конкретно-историче-
скую обстановку, сложившуюся во Франции в третьей
четверти XVIII в., трудно было бы переоценить их про-
грессивное значение как одной из первых попыток широ-
кой пропаганды новых, просветительных идеи в области
законпосги и правосудия, как одного пз первых ударов но
обветшалой системе феодального беззакония и пеправосу-
Д11Я. Нельзя упускать из виду. что энциклопедисты были
лишены возможности говорить полным голосом по цен-
зурным соображениям и что их взгляды, даже выражен-
ные в осторожной форме, были признаны крамольными

III

Обращаясь к рассмотрению уголовно-правовых взгля-
дов Дидро, Гсльвецпя и Гольбаха, нужно напомнить, что
они подвергли острой критике все стороны общественной
Ж11311П своей эпохи. Однако должна быть отмечена исто-
рическая ограниченность французского материализма
XVIII в., которая проявлялась в буржуазном характере
политических требоваппй философов п в механистическом
характере их учения. Сами они в объяснении явлений об-
щественной жизни стояли на идеалистических позициях.
В то же время, как это указывается в трудах классикой
марксизма, одно из направлений французского материа-
лизма непосредственно ведет к социалистическим и ком-
мунистическим взглядам. Классики марксизма подчерки-
вали важный тезис французских материалистов XVIII в.,
характеризующий их отношение к проблеме преступле-
ния: .

В развитии прогрессивных уголовно-правовых теорий
XVIII в. велика роль выдающегося философа-материа-
листа. просветителя-энциклопедиста Дени Дидро .

Дидро родился 5 октября 1713 г. в г. Лангре, в семье
зажиточного потомственного ремесленника. Первоначаль-
ное образование он получпл в иезуитском коллеже в
г. Лангре. Затем переехал в Париж п завершил свор обра-
золапне в коллеже дАркур. Порвав с семьей в связи с
отказом от карьеры свящеппика, Дидро начинает литера-
турную деятельность. За свои первые произведения он под-
вергся репрессиям. Его , пышедшне
а 1746 г.. были по приговору парижского иарламспта сож-
жены: за пзданпе .
вышедшего в 1749 г., Дндро был заключен в тюрьму.

Начиная с 1750 г. Дидро прпппмает активнейшее уча-
стие в подготовке и издаппи знаменитой . Этому делу он посвятил двад-
цать лет жизни. Одновременно он издает большое число
своих художественных п философских произведений, в
которых с большой последовательностью развивает мате-
риалистические взгляды. Энгельс отмечал, что в произве-
дениях Дидро даны .

В 1773 г. Дидро посетил Россию, куда он прибыл по
приглашению Екатерпны II. Разочаровавшись в возмож-
ности воздействовать на для
проведения необходимых реформ, Дидро вернулся во
Францию. 31 июля 1784 г. он умер.

Как и все материалисты XVIII в., Дидро в объясне-
нии явлений общественной жизни стоял на идеалистиче-
ских позициях. Он переоценивал роль п значение , воспитания и образования: он
рассчитывал па то, что можно проводить социальные ре-
формы. опираясь на п па .

Вместе с тем в произведеппях Дидро дана острая
критика феодального строя, права, нравов. Большое вни-
мание он уделил рассмотрению вопросов уголовного пра-
ва, процесса, законности. Среди множества статей, напи-
сапых им для , тгемалое число посвящено
этим вопросам. Дидро написал свои замечания па екатери-
нинский и на трактат Беккариа . Все эти произведепня Дндро нельзя
обойти при исследовапитт прогрессивных политических уче-
ний Франции XVIII в., так как они оказали значительное

К. Маркс п Ф. Энгельс. Сочинения, т. 2, стр. 145.
Д. Дидро. Собрание сочинений в 10 томах. М., 1935-1947.

Ф.Энгельс. Антп-Дюрпнг. Госполптпздат, 1957, стр. 20,

влияние на предреволюционную и отчасти [революци-
онную юридическую литературу конца XVIII в., притом
не только во Франции, но и далеко за ее пределами.

В статьях, помещенных в , Дидро ка-
сается ряда общих вопросов уголовного права.

В статье (,
т. IX) Дидро выясняет причины, толкающие человека на
совершение преступления. Он не отрицает того, что в об-
ществе есть люди, испорченные плохим воспнтанием и
свыкшиеся с пороком. Эти люди легко идут па соверше-
ние преступления. Однако, утверждает Дидро, Ї”. Человек со-
вершает преступления только тогда, когда он не может
удовлетворить свои потребности иным путем.

Разоблачая преступления тиранов п духовенства, Дпд-
ро в статье (, т. XVI) называет
тирана самым пагубным бичом человечества. Он рисует
пороки, присущие тиранам, говорит .об их самовластии,
жестокости, насилии, жадности, распущенности, творимом
ими беззаконии. Он показывает, как пороки, присущие
тиранам, распространяются на их приближенных, вместе
с которыми тираны угнетают несчастный народ.

В статье (, т. XIII)
Дидро ярко рисует преступления, совершаемые священ-
нослужителями во имя религии. Он пишет: .

Б большой статье, озаглавленной
(, т. IX), Дидро останавливается п на
принципах уголовного законодательства,

Дндро исходит пз договорной теории: ЇЇ.

В руках законодателя находится сильное средство для
руководства человеческим поведением – это наказания и
награды. Первые должны налагаться только именем за-
кона органами правосудия, а вторые – по усмотрению за-
конодателей.

Характер уголовного законодательства, степень суро-
вости наказания должны, по мнению Дидро, вытекать из
образа правления в государстве. Это положение Дидро ил-
люстрирует рядом примеров.

. Дидро, развивая вслед
за Монтескье эти положения, указывает, что в государ-
ствах с республиканским правлением наказания должны
быть мягкими, так как в таких государствах граждане не
уклоняются от исполнения законов. В госуздрствах же с
монархическим образом правления наказания должны
быть более суровыми.

Законодатель располагает очень широкими возможно-
стями в определении мерила наказания, применяемого за

Д.Дидро. Собрание сочинений, т. VII, стр. 271.
Там же, стр. 242.

+аЛ1 ту, VI у, Ч?-,

Там же, стр. 254-255.

различного рода преступления и проступки. .

В Дидро
касается в очень широком плане многих вопросов уголов-
ного права. Противопоставляя культуру и общественные
отношения европейцев п таптя.н. он вкладывает в уста од-
ного старика-таитянина слова, разоблачающие порочность
и преступность того образа жизни, который европейцы
насаждают среди таитян. Он говорит о том, как неизвест-
ное таитянам понятие собственности породило у них поро-
ки, преступления, дурные страсти, заблуждения. В диалоге
священника и одного таитянина Дидро резко критикует те
законы, которые европейцы пытались насаждать у таитян.
Таитянин Ору говорит: . Далее этот таитянин разоблачает лживость л ли-
цемерие слов II дел судей п священников, которые вместе
с богом тиранят людей. . Все эти ложные законы способпы лишь развра-
тить людей: .

В этом же произведении Дидро приводит историю до-
вицы Полли Беккер, преданной суду в Коннектикуте, близ
Бостона, за то, что она родила пять детей вне брака. Дид-
ро вкладывает в ее уста следующие слова защитительной
речи: .

Полли Беккер в своей защитительной [речи раскрывает
несправедливость, лживость, лицеме1рие законов, которые
карают обольщенную девушку и оставляют безнаказанны-
ми ее обольстителен: .

II. М.-Л.. Изд-во

Д. Дидро. Собрание сочинений.
, 1935, стр. 53.
” Там же, стр. 55.
Там же, сгр 56.
Там же, стр. 62-63.
Там же, стр. 63.

Дпдро написал . Эта работа, написанная в 1774 г., впервые в полном
объеме была опубликована лишь в XX в. В этих Дпдро рассматривает основные вопросы, затрону-
тые п екатерининском . Не ставя своей целью
дать всесторонний анализ этого произведения Дпдро, оста-
новимся лишь на некоторых, наиболее важных вопросах
уголовного права, рассмотренных автором.

В Дпдро довольно резко п откровспно
критикует Екатерины, на что он, несомненно, нс
решился бы, если бы писал этот труд. предполагая, что
он попадает в ее руки. Он критикует за то, что в
нем ничего не сказано о способах проведения в жизнь про-
светительных идей, о [реальных гарантиях личности, об
обеспечении действительной свободы и равенства людей.
Дидро отмечает, что в он видит . Он указывает, что луч-
шим средством борьбы с восстаниями крепостных явилась
бы отмена самого крепостного права, между тем в нет нп одного постаповления. которое предусматри-
вало бы освобождение крестьян и предоставленпе им соб-
ственности.

Характеризуя способы предупреждения престуилений,
Дидро переч-исляет следующие из них:
.

Дидро дает общую оценку различным видам наказа-
ний. Он считает, что позорящие наказания должны быть
редкими, а денежные наказания, наоборот, должны при-
меняться чаще всего. . Здесь почти дословно приводится известное поло-
жеппе Вольтера о том. что нецелесообразно применять
смертную казнь. Следует отметить, что Дидро – в мень-
шей степени противник смертной казпп, нежели Бек-
карпа. о чем он и сам говорит. Но оспаривая гуманного
характера трактата Беккарпа, Дидро не видит в смертной
казни столь большого зла, как об этом говорил
автор книги . Но он воз-
1ражает против особо мучительных способов смертной
казпп.

Дпдро резко отрицательно отиосится к копфпскацпп
как мере наказания, ибо она дричиняет страдания нп в чем
НРПОВПННЫМ членам семьи наказанного. Конфискацию
можно применить лишь тогда, когда виновный – совер-
шенно одинокий человек.

В своих воззрениях па применение наказания Дидро
несколько отличается от своих современников. Он сторон-
ник индивидуализации наказания в рамках, предусмот-
ренных законом. Оп, кроме того, считает необходимым,
чтобы закон содержал несколько , кото-
рые позволяли бы судье смягчить наказания. . В этой же связи Дидро говорит о непри-
менении наказания к тем, кто после совершения преступ-
ления в течение длительного времени ведет безупречный
образ жизни.

Дидро уделил большое внимание вопросу относительно
соразмерности наказания п тяжести престуилсния. .
Дпдро различает преступлеппя, посягающие па общество.
п преступления, посягающие на отдельных лиц.

Во всех случаях необходимо, по его мнению, . Соразмеряя наказанпс с преступлением.
110ооход11110 вместе с тем учитывать смягчающие и отягча-
ющие обстоятельства: .

Дидро особо останавливается на вопросе о том, как
же соразмерить наказания с преступлениями? “.

Дидро, вслед за Беккарпа, развивает мысль о быстроте
исполненпя наказания. “.

Дидро затрагивает большой вопрос относительно пробе-
лов закона и права судьи восполнить эти пробелы. Он
отмечает, что “Ї. Дидро указывает на два возможных вари-
анта решения этого сложного вопроса: требовать от судьи
безоговорочного применения закона или предоставить
судье нра;во восполнять законы. И то и другое решение во-
проса представляется Дидро чреватым серьезными по-
следствиями. Он не решает этого вопроса и лишь указыва-

ст. что “.

Дидро считает необходимым, чтобы религиозное обра-
зование юношества обязательно сочеталось с ооразопаыи-
см юридическим, чтобы население было хорошо осведом-
лено в законах, чтобы оно не путало законы божественные
и законы человечсскпс.

В своих Дидро останавливается и на
вопросах уголовного судопроизводства. Он считает, что
оправданному должна быть предоставлена компенсация
того материального ущерба, который был причинен ему
неосновательным тюремным заключением. Дидро выска-
зывается против теории формальных доказательств. Он
резко критикует инквизиционный процесс, называя его
способом создания, а не обнаружения виновных.

Дидро написал ряд примечаний к книге Беккарпа
, которые были помещены
во французском переводе этой книги, в издании, предпри-
нятом Морелле, впервые опубликованном в 1766 г. Эти
комментарии касаются не всей книги Бекка)риа, а лишь
отдельных ее положений.

Остановимся на наиболее важных замечаниях Дидро,
причем в некоторых из них он делает шаг назад по срав-
нению с Беккариа.

Дидро, например, возражает против безоговорочного
отрицания Беккариа пытки как способа получения при-
знания обвиняемого.

Так как наказание оправдывается необходимостью пре-
дупреждать преступление, то в тех случаях, когда нельзя
иначе открыть соучастников разбоя, убийства, как прибег-
нув к пытке, .

Дидро, далее, несколько умеряет категоричность ут-
верждения Беккариа относительно принципа гуманности
наказания. Он считает, что устрашительные наказания
всегда будут иметь предупредительную силу и люди

” Д. Дидро. Собрание сочинений, т. X, стр. 458.
” Там же, стр. 458.
” Там же, стр 460.
” Там же, стр 453.

92

Д. Дидро. Собрание сочинений, т. X, стр. 453.
” .

Точно так же Дидро более сдержанно говорит об отме-
не смертной казни. В этой связи он пишет:

Соглашаясь с Беккариа в том, что целесообразно чаще
применять тюремное заключение вместо смертной казни,
Дидро приводит аргументацию, отличную от той, которую
приводил Беккарпа. Он отмечает, что Беккариа отсту-
пает от принципа гуманности, предлагая долгосрочное тю-
ремное заключение. Преступник, находясь в оковах, в тю-
ремной клетке, подвергаясь ударам, этим не завершает, а
лишь начинает свои мучения- . Эти мысли Дидро развивает несколько дальше (в
примечаниях к книге Беккарна к па1раграфу о смертной
казни). Оп делает вывод, что .

Свои критические замечания по поводу книги Бекка-
риа Дидро завершает следующими словами: .

Выдающийся представитель французского Просвеще-
ния, философ-материалист Клод Адрпен Гельвеций в своих
философских произведениях уделил большое внимание во-
просам социологии, политики п юриспруденции, в част-
ности – уголовно-правовым вопросам.

Гельвецпй родился в начало 1715 г. в Париже в семье
В1рача, сочетавшего врачебную деятельность при королев-
ском дворе с научной работой в области медицины. Гель-
веций учился в иезуитском коллеже Людовика Великого.
У него рано проявился интерес к философии, в особенности
к произведениям Локка.

По окончании коллежа Гельвоций, которому испол-
нилось 23 года, получил должность генерального откуп-
щика, давшую ему значительные материальные средства.
Однако эта деятельность его не привлекала. Он заводит
связи с крупнейшими представителями науки и искусства.
Фонгенель, Вольтер, Бюфон, Монтескье, Гольбах, Дидро
и другие выдающиеся мыслители находятся в тесных от-
ношениях с Гельвецием. В 1751 г. Гельвеций отказался от
должности генерального откупщика и полностью отдался
научной деятельности. В 1758 г. был опубликован выдаю-
щийся труд Гельвеция . В связи с изданием этой
книги Гельвецпй подвергся ожесточенной травле. Римский
папа в своем послании требовал уничтожить эту книгу.
6 февраля 1759 г. парижский парламент приговорил к сож-
жению книгу Гельвеция наряду с произведениями других
прогреосивных авторов. Однако преследования, которым
подвергался Гельвеций, лишь способствовали успеху его
книги. В 1764 г. Гельвеций уехал в Англию, а в 1765 г.
прибыл в Германию. По возвращении из заграничной по-
оздки он усиленно работает над книгой , которую за-
канчивает в 1769 г. 26 декабря 1771 г. Гельвеций умер.

Гельвеций исходит из предпосылки, что люди по своей
природе но являются пп дурными, ни хорошими. Им свой-
ственно стремление к счастью, и когда это стремление
встречает те или иные препятствия, люди пытаются их
преодолеть. Обстоятельства делают людей хорошими или
ду1риымп, добродетельными или преступными. Таким об-
разом, человеческие пороки п преступления обусловлены
не прирожденными свойствами людей, а несовершен-
ством законов, существующих в обществе, п царящим
в обществе невежеством.

Дурные, несовершенные законы присущи деспотизму;
они поощряют пороки п не .наказывают подлинные пре-
ступления. Хорошие разумные законы должны быть осно-
ваны на руководящем принципе общественной пользы. Ес-
ли в обществе действуют законы, лишенные этого качества,
то каждый человек может возвратиться к своим первона-
чальным правам и не соблюдать законов, вредящих ему.

Провозглашая принцип законности, Гельвеций указы-
вает, что сами законы подвергаются существенным изме-
нениям в зависимости от изменения интересов государст-
ва, но в основе законов всегда должен лежать принцип
общественной пользы, основанной на глубоком знании
природы. Так же изменчиво и понятие преступления, ибо
в его основе лежит критерий общественной пользы, на ко-
торую преступник посягает. Говоря об изменчивости этого
понятия, Гельвеций отмечает, что .

Гельвеций различает два вида преступлений: одни
являются преступными при любой форме правления, а
другие признаются преступными лишь при известных
условиях. Он уделяет большое внимание выяснению при-
чин преступности. Большая часть преступлений порож-
дается человеческими страстями, неудовлетворенностью
человеческих потребностей. Неравномерность распределе-
ния национального богатства, чрезмерное увеличение чис-
ла людей, лишенных всякой собственности, обостряют че-
ловеческие страсти II вызывают стремление удовлетворить

потроблостп любым путем, хотя бы и запрещенным зако-
ном. Таковы последствия попраппльной организации
общества, (стр. 14). Рассматривая преступление как
явление обществопноИ жизни, как явление, причинно
обусловленное, Гельвеций указывает, что одни и те же
причины всегда приводят к одним и те,м же последствиям.
Видя, что , Гельвеций показывает,
какие гибельные для общества последствия заложены в
существовании людей, не обеспеченных необходимыми
средствами существования, лишенных всякой собственно-
сти. Для того чтобы предотвратить эти последствия, Гель-
вецнй рекомендует “.
Обосновывая эту мысль, он подробно освещает связь пре-
ступления с отсутствием у большой массы людей соб-
ственности.

В своих произведениях Гельвеций останавливается не
только на характеристике преступлений, совершаемых не-
имущими, но и на преступлениях привилегированных
сословий. Он уделяет большое внимание освещению пре-
ступлений, совершаемых духовенством. (стр. 46). Гельвеций го-
ворит о том, что воровство, убийство, отравление, отце-
убийство – преступления, которые одобряются церковью.
Он отмечает, что церковь ворует наследства, и воров она
объявляет святыми. Разоблачая безнаказанность всех этих
преступлений церкви, особо выделяя тяжкие преступле-
ния инквизиции, Гельвоций наглядно показывает неспо-
собность церкви и религии удержать людей от совершения
преступлений. Он приходит к категорическому выводу
о том, что уголовное законодательство должно быть
очищено от так называемых религиозных преступлений.
о судить за оск(11)о;[01111Я. лапсссчшыс лобу.
лрплипп тершиюсти станет, пакиноп. принципом пощссг-
веииого воспитания> ((.т}). 391).

Большое вннманле Ге.чьвецпн уделяет лрестул.чениям.
со1!ершаел1ЫЛ1 государями. (стр. 166).

Наказание, ос.нованнос на рациональном законода-
тельство, должно быть, и-) мнению Гельвеция, строго ня-
дивидуальпым и вместе с тем неотвратимым: надежда на
безнаказанпость увеличивает число преступлений, а уве-
ренность в неизбежности наказания поддерживает в
госуда1рстве должный порядок. Для успешной борьбы
с преступлениями Гельвоцнй считает .необходимым так ор-
ганизовать наказание, чтобы . Это необычное

в. ипложение 1 ельвгнии ппдрооно

для мыслителей XV
аргументирует.

Но мнению Гельвеция, воры и убийцы реже встреча-
ются среди богатых людей, чем среди бедных, потому что
цыгода от этих преступлений для богатого никогда не бы-
вает соразмерна риску наказания, в то время как у бедного
эта несоразмерность гораздо меньшая. Однако Гельвецпй
тут же оговаривается, что он не является сторонником
устрашительной системы наказания, ибо .

Мягкость или суровость наказаний Гельвецпй связыва-
ет с институтом собственности. Если у всех людей имеется
собственность, то таким народом можно управлять при по-
мощи мягких законов. .

Положив в основу своих уголовно-правовых взглядов
идею защиты института собственности, Гельвеций подроб-
но развивает эту мысль. Люди объединились для того, что-
бы обеспечить свою собствепнесть, справедливость и мир.
11з этих соглашений вытекают
(стр. 414).

V

Поль-Анри-Диприх Гольбах – один из выдающихся фи-
лософов-материалистов Франции XVIII в., сыгравших
огромную роль в идеологической подготовке французской
буржуазной [революции конца XVIII в. В своих многочис-
ленных произведениях Гольбах рассматривает проблемы
философии, политики, религии, юриспруденции. Но на-
сколько широко известны его философские и атеистпче-

К. Л. Г е л ь в е ц п и. Об уме, стр. 214.

98

К. А. Гельвеций. О человеке, стр. 251.

99

11;к111л()1.-1011звеспы его юридические.
11к)-11раовыс взгляды. Между теп Голь-
ал целую систему взглядов на преступление

?Ь г. вРерманиц, и богатой арп-
гатбшеИ ему большое паслед-
Готьбаху полностью отдать себя
1М Гольбах переезжает в Париж.

с 11 е взгля
/частност
ах разра
\наказар
\ Голах \)еб!?А~п
ст№1фй1чсрйои семье, с)
СТВО, ОТСрОО 1103130Л11.Т
науЕ. Мохдым чяёс

где/г1 прожиПТРГтечеппе всей своей жизни. Дом Гольбаха
бл салоном философской, атеистичеокой мысли. Гольбах
доддерживал теснейшие связи с выдающимися мыслите-
лями эпохи: Дидро, Гельвецием, Руссо (до разрыва с ним),
Гриммом, Бюфоном, Морелле, Тюрго, Кепс, Даламбером,
Юмом, Франклином, Беккариа и другими. Литературная
деятельность Гольбаха началась в 1752 г. Он принял ак-
тивное участие в Дидро и Даламбера.
Начиная с 1766 г. Гольбах выпускает свои философские
II атеистические, антирелигиозные произведения. Следует
отметить, что по условиям цензуры Гольбах вынужден был
свои произведения выпускать анонимно. Парижский пар-
ламент приговорил к сожжению ряд произведений Голь-
баха, и в том числе его . В приведенной Голь-
бахом речи, произнесенной прокурором парижского па1рла-
мента в августе 1770 г., были следующие слова:

.

П. Гольбах. Система природы, пли о законах мира физи-
ческого II мира духовного. Соцэкгиз, 1940, стр. 446.

Следует отметить, что Гольбах не остался в долгу пе-
ред прокурором парижского парламента. Он высказал
пожелание, чтобы .

Умер Гольбах незадолго до начала французской рево-
люции – 21 января 1789 г.

Не ставя своей целью исследовать все высказывания
Гольбаха по вопросам уголовного права, мы остановимся
.десь па трех его произведениях: (1770 г.,
русский перевод 190 г.). 11772 г., русский перевод 1934 г.- ), (1775 г., рус-
ский перевод 1934 г.- ).

Гольбах в считает, что природа не
создает человека ни добрым, пп злым; человеческие стра-
сти являются результатом строения человека, его органов
и его темперамента. Эти страсти естественны, и они могут
быть хорошими или плохими в зависимости от того, как
они влияют па людей. Разумное воспитание, справедливые
законы, просвещение – наилучшие средства отвратить
человека от пороков и преступлений: человек будет
добродетельным тогда, когда он найдет в добродетели ин-
терес, Но, как отмечает Гольбах, современное общество
устроено таким образом, что все в нем толкает людей на
пороки и преступления,- религия, руководителя об-
щества, правосудие, законы,- все они нисколько не поо-
щряют людей к добродетели. В основе всех извращений,
недостатков, нелепостей общественного устройства лежит
заблуждение, которое явилось причиной рабства, религии,
религиозной исключительности, тирании. Гольбах отмеча-
ет условный, относительный характер оценки челове-
ческих поступков: .

” П. Гольбах. Систома природы, ллп о законах мира физи-
то(1;пго II мира духовного, гтр. 92.

101

Гольбах считает ттреступлеппе явлением закономер-
ным, прнчннш) обусл-овленньш. а преступника – че.чопе-
ком, лишенным свободноИ волн. Всякнц человеческий
поступок, по “мнению Гольбаха, несвободен, обусловлен
темпераментом, предвзятыми идеями я понятиями, восип-
таппем, общественными причинами. (стр. 120). Гольбах от-
мечает бессмысленную жестокость и пристрастность зако-
нов по отпошетгио к людям непрлвилептрованиых сосло-
Ы111. (стр. 121).

Гольбах наглядно раскрывает влияние на людей рели-
гии, власти, законов, воспитания. (стр. 129).

Гольбах разоблачает пороки и престу.плелия государей,
образ правления которых характеризуется несправедли-
востью, развращенностью, тиранией, алчностью, безраз-
личием к нуждам и н1пе1ресам простых людей, системати-
ческим их угнетением. Такой образ правле.ння приводит к
пассе преступлений, совершаемых государями, их при-
дворными, высшими сословиями. Государи создают не-
справедливые. тиранические уголовные законы, в которых
наказание БОБСС не соответствует иреступлению, которые
безжалостно расправляются с пеимущимп и оставляют
безнаказанными многочисленные преступления, соверша-
емые . Эти законы карают людей за

102

преступления, совершение которых ооусловлено дурной
пргпнизаиией общества.

1);>льшое внимание уделил Гольбах разоолачешпо ире-
ггуилепий. совершаемых духовенством. Он показывает.
что религия бессильна удержать людей от сопгршення
преступлений, и ярко рисует картину преступлений.
сгвершаемых священнослужителями. Гольбах раскрывает
ложность нонятий так называемых религиозных преступ-
лгний. (стр. 354).

Гольбах [рассматривает существующие уголовные зако-
ны как яркое выражение дурной организации общества.
Эти законы карают за преступления, совершение которых
обусловлено . Общество нс вос-
питывает граждан; религия проповедует непонятные
учения; люди не имеют возможности удовлетворить свои
естественные потребности. Поэтому человек
(стр. 137).

Рассматрпвая преступление как япленне. прпчпнно
обусловленное и вытекающее пз дурной организации
общества, Гольбах вместе с тем раскрывает и причинно
обусловленную необходимость наказывать преступников.
посягающих на интересы общества. Но, говоря о праве
общества наказывать преступипкос. Гольбах выдвигает
очень важное положение: нельзя наказывать человека,
которого само общество лишило средств существования,
воспитания, образования. Общество обязано обеспечить
своим членам необходимые условия существоБанкя. Толь-
ко после этого оно будет вправе наказывать людей, кото-
рые, невзирая на возможность законно удовлетворять
свои потребности, предпочитают идти но пути преступле-
ния. Общество обязано обеспечить своим членам свободу,
собственность н безопасность. Когда эти три основных
условия будут обеспечены, преступления не станут столь
расдрострапенными и не понадобятся столь суровые нака-
за.ния, которые ныне применяются к многочисленным
преступникам.

Гольбах также затрагивает ряд вопросов уголовного
права, в большинстве случаев связывая их с критикой
религии и церкви . Он показывает, какое неисчисли-
мое множество бедствий принесли с собой религиозные
фанатики. (стр. 247). Не религия, не церковь
способны исправить людей, а наука, разум и свобода.
Здравый смысл поможет людям овладеть . Для этого нужно объяснить, внушить лю-
лям. что (стр. 250). II в этой связи Гольбах при-
водит слова Моптсскье: (стр. 250).

Развивая мысль о несвободе воли человека. Гольбах
ставит вопрос в такой форме: Ответ,
который дает Гольбах, таков: (стр. 305). ГЬо суще-
ству здесь заложены основы теории ,
окончательно сформировавшейся уже значительно поз-
же – в [развитом буржуазном обществе.

В ряд страниц посвящен разоблаче-
нию преступлений и пороков тиранов-государей п церков-
нослужителей. В этой связи Гольбах напоминает о тосуда-
рях, совершивших чудовищные преступления против
парода II вместе с тем славившихся своей религиозной
благочестивостью. Эти государи считали, что (стр. 372).

Истинная природа человеческой морали и мудрых за-
конов основана не на религии, а на здравом смысле, на
разуме, на природе человека. (стр. 397).

Человеческая мораль л человеческие закопы. указы-
вал Гольбах, являются гораздо более действенными ос-
нованиями человеческого поведения, чем божественные
законы ]1 мораль, основанная па религии. (стр. 400).

Эту мысль Гольбах подробно развивает, доказывая.
что религия неспособна удержать людей от пороков, раз-
врата, преступлений.

В Гольбах в остро-сатири-
ческой форме разоблачает основные религиозные веро-
учения и в этой связи останавливается на некоторых во-
просах религиозного понимания уголовного права.

Гольбах дает сатирическую характеристику религлоз-
ного ионимапия дреступлепня. (стр. 583).

В таком же сатирическом тоне характеризует Гольбах
.11 отдельные впды так называемых религиозных преступ-
лений. Богохульство – это (стр. 531).

Особо выделяет Гольбах такое, считавшееся тягчай-
шим. преступление, как оскорбление бо;.-“ского величия.


(стр. 576).

Далее он выделяет такое очень серьезное с точки зре-
ния церковного уголовного нрава преступление, как . По поводу него Гольбах замечает:
(стр. 575-о/6).

Очень яркую характеристику дает Гольбах . (стр. 598).

В заключение приведем данную Гольбахом характери-
стику инквизиции и аутодафе. Пиквизиция – это (стр. 552-553).
Характеризуя аутодафе, Гольбах пишет: (стр. 526-527).

Из приведенных наян высказываний видно, что энцик-
лопедисты развили целостную систему прогрессивных
уголовно-правовых взглядов в духе просветптельпой фи-
лософии. В этой системе взглядов большое место занима-
ет, во-первых, разоблаченне феодального неправосудия,
в особенности роли цс1рквл в пасаждешш беззакония и ре-
прессий, во-вторых, выяснение причин преступности,
в-третьих, обоснование нового прогрессивного законода-
тельства. Фплософы-матерпалпсты Франции XVIII в.
дали глубокое философское обоснование проблем уголов-
ного права. Они сделали значительный шаг вперед по
сравнению с представителями старшего поколения фран-
цузского просвещения. Будучи сторонниками политиче-
ски умеренных взглядов, стоя на страже института
частной собственности, они, независимо от своих наме-
рений, революционизировали правосознание передовых
слоев общества, которые делали из их положений далеко
идущие выводы. Неслучайно многие положения в области
законности, правосудия, уголовного права, сформулиро-
ванные этими философами, были восприняты п развиты в
годы революции 1789-1794 гг.

4. Бриссо

Начало восьмидесятых годов XVIII в. во Франции
характеризуется ожиплецием уголовно-политической мыс-
ли. Этому немало способствовали конкурсы па написание
трудов, посвященных реформе уголовного законодатель-
ства, объявлявшиеся различными научными обшествами.
Новая уголовно-политическая литература была основала
на идеях ггросвещення и гуманизма.

В работах прогрессивных французских юристов этого
периода старые уголовные законы, старый суд подверга-
лись более или менее решительной критике; предложе-
ния о реформе их содержали единодушные требования
смягчить наказания, установить соразмерность между
наказанием и преступлением, внедрить иринцип закон-
мостп в деятельность суда.

При изучении уголивно-иолитичсской мысли Х\П11 п.
несомненный интерес представляют нроизиедслия Брис-
со , одного из видных дея1.е..11.й фц.шузского просвеще-
ния предреволюционной Фраицил, активного участника
французской [революции, признанного вождя п идеолога
жирондистской иа1ртии–партии црупиой буржуазии.

В советской юридической литературе ]Тмя Брпссо не-
основательно забыто. Между тем. если говорить не только
об общих положениях нового уголовного права, процесса
II судоустройства, но и о системе принципов этих отраслей
права, в особенности же о конкретном решении наиболее
важных институтов уголовного права, процесса и судо-
устройства с позиций просветительной философии XVIII в.,
то необходимо обратиться к энциклопедическому пруду
Бриссо .

Свою уголовно-правовую и процессуальную теорию
Бриссо обосновывает наиболее умеренными взглядами
представителей старшего поколения французских просве-
тителей – Монтескье и Вольтера. Он не делал из сформу-
лированных ими положений тех далеко идущих револю-
ционных выводов, которые сделали, например, Марат плп
Робеспьер, создавшие подлинно революционную теорию
законности и правосудия. Написанная незадолго до нача-
ла [революции Бриссо соот-
ветствовала политическим чаяниям буржуазии и, несо-
мненно, сыграла свою положительную роль в окончатель-
ном сломе феодального права, феодального правосудия.

В годы революции Бриссо, признанный вождь жирон-
дистов, объединявших крупную торгово-промышленную
буржуазию, становится ярым противником народных масс,
врагом монтаньяров, врагом революционных преобразова-
ний Франции. Якобинокая диктатура по-революционно-
му растравилась с жирондистами и их вождями, послав
последних во главе с Бриссо на гильотину. В г “под яко-
бинской диктатуры уголовно-пол11тичсская т Брис-
со, ранее игравшая положительиую роль п

Подробный биографический очерк о Бр
II помещен в кп.: .Г. Р. В г 1880 1. СоггевропДа
См. также: А. А и 1 аг Д. а. ро1Шдие 61 1ё1о
]ииоп {гапве>. VIII-IX. Р., 1884; .
С переездом в Париж начинается новый период жизни
Бриссо. Находясь в Париже и проработав около двух лет
в канцелярии прокурора, он затем целиком отдается лите-

ратурной. научной и журналистской деятельности. Он по-
знакомился с Ленге. вступил в переписку с “Цаламоером.
1;1]сал Вольтеру. направил ему введенне к своей . К концу этого периода относится п
начало его работ но вопросам реформы уголовного законо-
дательства и участие в различных конкурсах, объявлен-
ных академиями и научными обществами.

Крнссо участвовал в трех конкурсах. В конкурсе.
объявленном в 1777 г. Бернским экономическим обще-
ством (содержание этого конкурса было нами рассмотрено
выше-в главе о Вольтере); в конкурсе, объявленном
Шалонской академией в 1780 г. на тему : в конкурсе,
объявленном Шалонской академией в 1781 г. на тему

1 апреля 1789 г. Бриссо первым среди французских
журналистов приступил к изданию газегы , первый номер которой вышел перед открытием
Генеральных штатов, а последний – в дни революционно-
го .переворота 31 мая – 2 нюня 1793 г.

С конна 1791 г. и в течение 1792 г. Бриссо выступал в
Якобинском клубе н в Законодательном собрании с рядом
речей , в которых он призывал французскую нацию на-
чать поход против монархической Европы, Эта идея,
подхваченная всеми жирондистами, как известно, вызвала
резко отрицательную оценку со стороны Робоспьера н его
сторонников, считавших, что предложения Бриссо коптр-
революциоины, они ставят иод удар завоевания револю-
ции и стремятся прикрыть внутренних врагов революции.
Будучи в этот период признанным вождем жирондистов,
он выступал против революционного движения масс, про-
тив всех мероприятий, связанных с социальпо-экономи-

По мнению Олира. поспятявшего Брисп) большую стаяло
в /журнале п болыиоН разде.г в моно-
графии , выступления Брпссо не отличались
красноречием, были многословными, нередко банальными по содер-
жанию. П них, однако, подкупала горячность автора п его стрем-
ление освещать вопросы практической морали.

ЧОСК1;М11 11;1)С(10ра.Н)1{а!111Я11 ,! НПТОрОСИХ ОеД110Т1>1. Все
больше отдаваясь работе и диз.юматичсском комптотг.
))р11ссо иерестаст участвовать н Якоолкскои клубе.

В процессе Людовика XVI Брцссо занял двопствошую
позицию. С одноп стороны, он не мог не вотировать смерт-
ной казни бывшему королю. С другой стороны, он всяче-
ски стремился сохранить ему жизнь. Поэтому он выдви-
нул предложение о том, чтобы смертный приговор не был
приведен в исполнение до тех пор, пока весь на1род не ут-
вердит его.

Следует отметить, что произнесенная Бриссо 28 июля
1792 г. речь о несвое.временности суда над Людовиком
XVI во многом уже лишила его былой популярности.

Будучи избранным в Конвент, Бриссо развил в нем
большую активность, выступая непримиримым противни-
ком революционных мер, предлагаемых монтаньярами.

В связи со все обострявшейся борьбой между монтань-
ярами и жирондистами Бриссо в мае 1793 г. издал брошю-
ру , в кото1рой обрушился со злобны-
ми, клеветническими обвинениями против монтаньяров,
против всей политики Конвента, против революционного
террора.

События 31 мая – 2 июня 1793 г. привели к объявле-
нию жирондистов контрреволюционерами. 2 июня было
принято постановление об аресте руководителей жирон-
дистов и в первую оче1редь Бряссо. Бриссо сделал попыт-
ку скрыться, но был задержан. Он предстал перед Револю-
ционным трибуналом, который присудил его к смертной
казни. Этот приговор был приведен в исполнение 31 октяб-
ря 1793 г.

Таковы основные вехи жизни Бриссо.
В биографии Бриссо очень ярко отразилась историче-
ская роль и судьба жирондизма. В предреволюционную
эпоху – Бриссо один из ярких, талантливых пропаганди-
стов прогрессивной просветительной философии, борец
против обветшалых идей и учреждений феодализма, сто-
ронник реформы правосудия в духе просвещения. И, не-
смотря на всю умеренность его политической программы,
Бриссо в предреволюционные годы играл несомненно про-
греосивную роль. Такой же оставалась его роль и деятель-
ность в начальпый период революции. Но по мере разви-
тия революции, по мере восхождения на политическую
арену революционной демократии, по мере усиления клас-

совой борьбы деятельцость Бриссо как вождя и идеолога
жирондистов становится все более и более контрреполюци-
ОН110Й.

II

Литературное наследство Бриссо очень велико. Перру
в своем издании Брцссо приводит название
115 его работ, онублнкованных в период с 1774 по 1793 гг.
Однако нас в данной работе интсресуют лишь те произве-
дения, в которых Бриссо непосредственно затрагивает во-
цросы уголовного нрава, процесса, судоустройства. Среди
этих работ можно назвать следующие:

1. .

2.
(издана в 1781 г.).

3. (издана в 1781 г.).

4. (издана в 1781 г.).

5. , в двух томах (издана
в 1781 г.).

6. , в 10 томах (издана в
1782-1785 гг.) “.

, как
указывает Бриссо в своих , было написано и
издано в 1774 г., а затем воспроизведено в его (в шестом томе).

” представляет собой собравие произведений
прогрессивных авторов по вопросам законности и правосудия.
Подробная характеристика дана нами в книге . Госюриздат, 1956,
стр. 55-ТО.

8 А. А. Герпензоп ЦЗ

В этой раоиту 1->рлссо. в11;1(няя. , исходит и.; лрсиюло/оиия. что л ]11)]!ри;(
нес двнкетси. и каждое донстшк Л1)одпо.-1а1\кт ии.чож”-
Л1то одного те.1а к ругому. то приводит к изменению
фирмы, что 11 сного очурдь 1!ы:!1]? имеют право пользоваться всея”
тем, что удовлетворяет их потребности, то в естественном
состоянии человек имеет право поедать себе подобных, п
людоедство в иодобных условиях нс преступление.

Но каков же предел собстпонности? Собственность кон-
чается с удовлотворсиисм нотребностн. С того момента.
когда ч;еловек. удовлетвойриз свои естественные нотреоно-
сти, удерживает собственность для удовлетворения своих
искусствеиных потребностей, начинается преступление:
удержание собственности в этих условиях причиняет
ущерб другим индивидам.

Можно ли в естественном и ооществеином состояниях
отчуждать право сооствепностн. спрашивает Бриссо. Право
собственности неотчуждаемо. Человек не может его отчуж-
дать ни тогда, когда он еще не удовлетворил свои потреб-
ности. ни тогда, когда он их уже удовлетворил. В нс1рвом
случае основанием иеотчуждаемости права собственности
будут неудовлетворенные нотребностп; во втором же слу-
чае человек, удоилстривший свои нотребностн, уже не
имеет нрава, сгоствениости.

Далее Бриссо выясняет соотношение гражданской соб-
ственности и кражи. .
Поскольку в обществе установлены законы, карающие
кражу, их следует уважать. Поэтому нужно всячески под-
держивать гражданскую собственность. Однако не следует
утверждать, что она имеет свои основы в естествепиом
нраве.

Наконец, Бриссо ставит вопрос: .
Если бедняк работой не может обеспечить удовлетворение
своих жизненных потребностей, то оп вправе потребовать
это удовлетворение у богача. Следует ли для того, чтобы
чтить гражданскую собственность, которая является лишь
общественной узурпацией, заставлять бедняков погибать
от голода н тем самым ослушиваться естественного закона,
предписывающего соблюдать их интересы? Следует ли со-
хранять такой порядок, при котором для вора, совершаю-
щего шреступлеппе для того, чтобы не погибнуть от голода,
нет иного наказания, кроме смертной казни? Давая отри-
цательный ответ на оба вопроса, Б!РПССО выражает надеж-
ду, что благодаря его труду судьи сделаются более снисхо-
дительными к несчастным голодающим беднякам, и это
явится концом безнравственных веков.

Следует отметить, что позже, в годы революции, Брис-
со-жирондист всячески стремился оправдать Бриссо – . Однако
при ближайшем р1ассмотренпи эти у
Бриссо не были уж столь велики. Академик В. П. Волгин
очень точно оценивает эту работу Бриссо: .

В. П. Волгин. Разпптпе общестпеппой
в XVIII веке. Изд-во АН СССР, 1958, стр. 255.

мысли во Франции
8

Исчерпывающую характеристику атои работы Бриссо
дал Маркс. Критикуя взгляды Прудоиа. Маркс указывал.
что Прудои .

Сделав попытку более пли менее острого решения проб-
лемы собственности в своем раннем произведении, Бриссо
в последующих работах постоянно выступает горячим за-
щитником института частной собственности как основы
гражданского общества.

III

Обратимся к рассмотрению содержания – главного труда Бриссо по вопросам
уголовного нрава, процесса и судоустройства.

В Б1р1юсо отмечает, что уголовное зако-
нодательство еще никогда не рассматривалось с философ-
ской точки зрения, и он первый делает попытку в этом
направлении. Цель , указывает Бриссо, разра-
ботать универсальный уголовный кодекс, пригодный . Разрабатывая
ггринципы этого кодекса, Бриссо уделяет большое внима-
ние вскрытию пороков существовавшего законодательства
и практики его применения. Однако он сам признает, что
развиваемая им критика нейолна, как неполна и та си-
стема идей реформы законодательства, которую он исполь-
зует. Бриссо считает, что в своей работе он не дает полной
картины испорченности щравов, царящсй в обществе, что
он неполно разоблачает преступления деспотизма и не
рассматривает в качестве преступлений ; но по существу являющих-
ся преступными, что он мало говорит о и о праве каждого человека отказаться от
общественного договора, если этот договор не дает ему
ожидавшихся благ, и т. д. Но к новым, прогрессивным
идеям, по мнению Бриссо, можно приучать людей лишь
постепенно, чтобы нс отпугнуть от них. По мнению Брпссо,

уже наступил момент для проведения реформы уголовного
законодательства в духе гуманизма н нросвещенпя. Мно-
гие государи стремятся к ней л уж” осуществляют ее.
II Бр11ссо упоминает имена Людовика XVI, Фридриха II,
Екатерины II и др.

Подготовка реформы, указывает Бриссо. стала возмож-
ной в результате широкого расяросграпеппя идей просве-
щения, развития политической морали, гуманизма. Поли-
тическая мораль объяснила людям, что человек слремится
к счастью и для этого ему нужно очень немногое, то люди
, что престуттник – это большой или
невежественный человек, которого нужно лечить пли ис-
правлять, что . Политическая мораль научила
людей тому, что , который раньше и больше других людей испытыва-
ет на себе тяжесть и жестокость наказания. Составляя
свой план, Бриссо предвидит, что оп не будет сразу осуще-
ствлен, быть может вообще не будет исполнен, но в нем за-
ложены идеи добра, которые приучат умы раскрывать по-
роки и злоупотребления и бороться с ними.

Свое Бриссо направил Вольтеру, кото-
рый в ответ написал ему: .

Двухтомный труд Бриссо состоит из следующих пяти
обширных глав: 1. Средства предупреждения преступле-
ния; 2. Таблица соразмерностп преступлений и наказаний;
3. О судебных доказательствах; 4. Об уголовном судопро-
изводстве; 5. Об уголовных судах.

Как видно 11.з названия глав, труд Бриссо охватывает
все основные вопросы общей н особенной части уголовного
права, основные вопросы уголовного судопроизводства и
судоустройства. По существу – это своеобразная уголозно-право-
ных наук, написанная под углом зрения просветительной

К. Маркс. Ф. Энгельс.
Госполитиздат, 1955, стр. 350.

116

Избранные произведения, т.

“Ї !. Р. В г 1850 Ъ. с1е УУагуШе. ТЬёопе Дев 1о1х ситшеНев,
1. Т. Р., 1781, р. 11-111.

философии, гфопптаиная духом рсформаторства. В этой
работе Брцссо обларуяливаот глубокое знание всех основ-
ных ндеЛ французского иросвещення: нден Монтескье.
Вольтера. Гельвецня. Руссо,- а та1,гке всех основных юри-
дических иронзведешш своей эпохи. Читатель, изучая труд
Бриссо. одновременно знакомится и со всен созременноч
Бриссо уголовно-нравовоИ литературоп.

Б обшщрном Брнссо формулирует основ-
ные, отправные принципы и идеи реформы уголовного за-
конодательства.

Благородная, возвышенная цель граждапеких законов
принижается : правосудие слеп-)
н жестоко карает проступки, порождаемые недостатками
общественной организации;: общество, будучи бассильным
предупредить эти недостатки, с громится искупить их
кровью, . Зако-
ны кажутся . Нелепость этих законов вытекает из того, что они
карают моралыные преступления, когда сами нравы исаюр
чепы, карают кражу, когда в обществе господствует нище-
та. Законы противоречат шринцнпам природы. Рисуя про-
цесс развития законодательства, Бриссо указывает, что
только с развитием просвещения, философии, морали
удастся вскрыть пороки законодательства и наметить план
его коренной реформы. В этой связи Бриссо в красиоречи
вых выражениях упоминает Вольтера, Монтескье, Локка,
Беккариа.

План уголовного кодекса должен быть основан единст-
веипо на разуме, который определит и природу престу-
ллений и их классификацию, и соразмерное с н.реступле-
нием наказание, и всю систему гуманного правосудия.
Нужно покончить со всеми предрассудками в области уго-
ловного права н процесса – с тайным судопроизводством
и пытками, с жестокостью наказаний, с многочисленными
, изобретенными деспотизмом, с несораз-
мерностью между наказанием и преступлением.
Бриссо указывает на три аспекта своего исследования,
1. Определение природы преступлений п их классифи-
кация в зависидюсти от климата, природы правления, нра-
вов, религии; определение природы наказания, выводимой
из природы преступления; составление
преступлений и соразмерных с ними наказаний как

гарантии справедливости и гуманпости судеопого прп-

го по ра.

2. Бьтяснеиие природы и силы различных Видов дока-
-;п(.ьс11> и презумнщп: разработка нрипципов .

3. Выяснение прпнципо> организации судов.
Но. как указывает Бриссо. этими тремя вопросами, ло-
ставл-чпгымп Бернским экономическим обществом, он не
играничивает свою задачу, а осложняет се решением еще
и других вопросов. В частности, особое внимайте Бриссо
уделяет вопросу о предупреждении преступлении. Вопрос
“тот. как отмечает Бриссо, никогда не вставал перед зако-
нодате