ФЕДОР МИХАЙЛОВИЧ

ДОСТОЕВСКИЙ

1821 — 1881

«Чем сильнее художник, тем вернее и глубже выскажет он свою мысль, свой
взгляд на общественное явление и тем более поможет общественному
сознанию. Разумеется, тут почти всего важнее, как сам-то художник
способен смотреть, из чего составляется его собственный взгляд,,—
гуманен ли он, прозорлив ли, гражданин ли, наконец, сам художник».

Ф.М.ДОСТОЕВСКИЙ Начало творческой деятельности. Всю жизнь вспоминал
Достоевский одно событие своей молодости. Это было в 1845 году.
«Воротился домой я уже в четыре часа, в белую, светлую, как днем,
петербургскую ночь… Вдруг звонок, чрезвычайно меня удививший, и вот
Григорович и Некрасов бросаются обнимать меня, в совершенном восторге, и
оба чуть сами не плачут. Они накануне вечером… взяли мою рукопись и
стали читать на пробу: «С десяти страниц видно будет». Но, прочтя десять
страниц, решили прочесть еще десять, а затем, не отрываясь, просидели
уже всю ночь, до утра, читая вслух и чередуясь, когда один уставал».

Достоевский тогда только что окончил военно-инженерное училище и вышел в
отставку, повинуясь непреодолимому желанию стать писателем. Его первое
произведение, вызвавшее такой восторг у Некрасова и Григоровича,
называлось «Бедные люди».

В тот же день Некрасов передал рукопись Белинскому со словами: «Новый
Гоголь явился!» — «У вас Гоголи-то, как грибы, растут»,— строго заметил
ему Белинский, но рукопись взял. Когда же Некрасов опять зашел к нему
вечером, критик встретил его в волнении: «Приведите, приведите его
скорее!» Встреча начинающего автора с Белинским произвела в жизни
Достоевского «перелом навеки». «Это была самая восхитительная минута
моей жизни,— писал Достоевский тридцатью годами позже.— Я в каторге,
вспоминая ее, укреплялся духом». Белинский сказал Достоевскому: «Вам
правда открыта и возвещена как художнику… Цените же ваш дар и
оставайтесь верным, и будете великим писателем!» Отмечая «страшную
правду» романа, критик говорил: «Вы до самой сути дела дотронулись,
самое главное разом указали».

Успех романа «Бедные люди», опубликованного Некрасовым в «Петербургском
сборнике», был необычайным. В это время еще жив был Гоголь, его «Шинель»
появилась лишь четыре года назад. И вдумчивые читатели увидели в романе
Достоевского продолжение гуманистических традиций Пушкина и Гоголя.

«Бедные люди» построены как переписка между мелким чиновником и молодой
женщиной, которой довелось уже испытать самое горькое в жизни: смерть
родителей и любимого человека, преследования грязной сводни и ее
«клиентов».

Макар Девушкин и Варенька Доброселова душевно чисты, добры, деликатны.
Макар Алексеевич идет на крайние лишения, чтобы помочь Вареньке, которая
скрывается от преследователей. И притом ни слова не говорит ей о своих
бедствиях, пока она сама о них не узнает. С той же беззаветной
самоотверженностью спешит Варенька помочь Макару Алексеевичу.

Это люди гордые, но беззащитные. «И ведомо каждому, Варенька, что бедный
человек хуже ветошки и никакого ни от кого уважения получить не может,
что уж там не пиши!» — жалуется Девушкин-. Конец романа печален.
Вареньку увозит грубый и жестокий помещик Быков, а Макар Алексеевич
остается в безутешном горе.

Новаторство Достоевского заключалось в том, что он раскрыл сложный,
богатый духовный мир «маленького», задавленного жизнью человека. Акакий
Акакиевич, герой гоголевской «Шинели» при всей своей духовной бедности
оказался способным на своеобразный бунт: хотя бы в смертельной болезни
«скверно-хульничал» в адрес «значительного лица», не проявившего к нему
душевного сочувствия. Но трудно представить себе произведение в форме
переписки Акакия Акакиевича с каким-либо близким ему человеком. Иное
дело — Макар Алексеевич.

Достоевский не только жалеет своего героя, но и подчеркивает его
духовное превосходство над теми, кто занимает более высокое положение в
обществе. «Сердца у них каменные, слова их жестокие»,— говорит Девушкин
о сильных мира сего.

Писатель показал, как у его героя, по выражению самого Девушкина,
пробуждается «ропот, либеральные мысли, дебош и азарт». Конечно, это
лишь «бунт на коленях». Но Девушкин задумывается о главном: почему один
живет «в каком-нибудь дымном углу, в конуре сырой какой-нибудь», а
другие — «в позлащенных палатах»? Он понял то, чего еще не мог понять
герой «Шинели»: «…но все-таки я человек… сердцем и мыслями я
человек».

В этом произведении Достоевского отчетливо проявилось характерное для
всего его творчества пристальное внимание к внутренней жизни человека, и
в первую очередь человека, предельно униженного, низведенного до
положения «ветошки».

По словам Белинского, роман «Бедные люди» «открывает такие тайны жизни и
характеров на Руси, которые до него и не снились никому».

Демократические и гуманистические взгляды молодого писателя, горячего
защитника обездоленных людей, стали складываться еще под влиянием
детских впечатлений. Первые годы его прошли в Москве. Самое название
улицы, на которой жила семья Достоевских,— «Новая Божедомка» — говорило
о мире, который окружал мальчика. Здесь располагались «богоугодные
заведения», нищенские лачуги, неподалеку находилось кладбище, где
хоронили неимущих. Отец будущего писателя был врачом в больнице для
бедных. При больнице, в казенной квартире, на скромное жалованье врача
жила его семья.

Шестнадцати лет по воле отца Федор Михайлович поступил в Главное
инженерное училище в Петербурге, хотя это и противоречило интересам и
стремлениям юноши. Нелегко было будущему писателю. Военная муштра,
занятия нелюбимым делом, унизительная бедность — все это тяжким гнетом
ложилось на впечатлительную душу. Радость приносило лишь чтение дорогих
ему авторов: Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Шиллера, Диккенса, Гюго,
Бальзака.

Двадцати двух лет кончает Достоевский училище и через год выходит в
отставку, чтобы навсегда посвятить себя лите^ ратуре. Успех «Бедных
людей» привел к сближению Достоевского с Белинским. «Я страстно принял
все учение его»,— вспоминал писатель много лет спустя.

С весны 1847 года Достоевский стал посещать собрания кружка М. В.
Петрашевского. Вы помните, что «пятницы» Пет-рашевского в 1846—1847
годах посещал и молодой Салтыков. Общее настроение петрашевцев выразил
участник кружка поэт А. Н. Плещеев в восторженных стихах:

Вперед! без страха и сомненья

На подвиг доблестный, друзья!

Зарю святого искупленья

Уж в небесах завидел я.

(1846)

Такого рода настроениями захвачен был и автор «Бедных людей».

«Подвергнуть смертной казни». В апреле 1849 года Достоевский прочитал на
собрании петрашевцев знаменитое письмо Белинского к Гоголю, которое в
списках ходило по рукам. На собрании присутствовал провокатор. Вскоре
Достоевский («один из важнейших» среди петрашевцев, по мнению жандармов)
вместе с другими участниками кружка был арестован и заточен в самом
страшном застенке Петропавловской крепости — в «секретном доме»
Алексеевского равелина. Здесь томился перед отправкой в Сибирь А. Н.
Радищев, здесь прошли последние дни приговоренных к казни декабристов.

Около восьми месяцев писатель находился под следствием. Он держался
мужественно, высказывал смелые мысли, никого не выдал, хотя следственная
комиссия грозила ему за молчание четвертованием или виселицей. И
смертный приговор был произнесен. Военный суд приговорил отставного
инженер-поручика Достоевского «за недонесение о распространении
преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского»
лишить чинов, всех прав состояния и «подвергнуть смертной казни
расстрелянием».

Церемония казни состоялась 22 декабря 1849 года, в 8 часов утра, на
Семеновском плацу в Петербурге. О том, как это было, Достоевский
рассказал через 18 лет в романе «Идиот»: «Этот человек был взведен
вместе с другими на эшафот, и ему прочитан был приговор смертной казни
расстрелянием за политическое преступление. Минут через двадцать
прочтено было и помилование и назначена другая степень наказания, но,
однако же, в промежутке между двумя приговорами… он прожил под
несомненным убеждением, что через несколько минут он вдруг умрет…»

Ожидание неминуемой смерти приговоренные перенесли с поразительным
мужеством. «Мы, петрашевцы, стояли на эшафоте и выслушивали наш приговор
без малейшего раскаяния…— вспоминал Достоевский.— Большинство из нас
почло бы за бесчестье отречься от~ своих убеждений». О силе духа самого
писателя свидетельствует такая деталь: пока шли приготовления к
церемонии казни, он рассказывал одному из товарищей сюжет повести
«Маленький герой», написанной в крепости.

Помилование, дарованное Достоевскому «великодушным» монархом, гласило:
«Сослать в каторжную работу на четыре года, а потом рядовым».

Перед отправкой на каторгу Достоевский писал брату: «Ведь был же я
сегодня у смерти три четверти часа, прожил с этой мыслью, был у
последнего мгновения. И теперь еще раз живу!.. Брат, я не уныл и не упал
духом… Подле меня будут люди, и быть человеком между людьми и остаться
им навсегда, в каких бы то ни было несчастиях не уныть и не пасть — вот
в чем жизнь, в чем задача ее».

«В мертвом доме». Свое первое путешествие по России писатель совершил
под конвоем, в кандалах. В Приуралье мороз достигал 40 градусов. «Я
промерзал до сердца»,— рассказывал Достоевский. Знаменательная встреча
произошла в тобольской пересыльной тюрьме: петрашевцев здесь снабдили
деньгами и вещами жены декабристов. «Они благословили нас в новый
путь»,— вспоминал позднее писатель.

Зимой 1850 года Достоевский с наполовину обритой головой, в двухцветной
куртке с желтым тузом на спине переступил порог омского каторжного
острога. Здесь были разные люди. Были «государственные преступники»
вроде самого Достоевского, были крестьяне и солдаты, в отчаянии
поднявшие руку на своих мучителей, были закоренелые разбойники, были
просто невинные, попавшие сюда по клеветническому навету или судебному
произволу.

Положение писателя оказалось особенно тяжелым: ему запрещено было
заниматься трудом, без которого он не представлял себе жизни. «Да, если
будет нельзя писать, я погибну»,— жаловался он брату. Писать было
нельзя. Но Достоевский копит наблюдения над жизнью каторжан, размышляет
о том, что привело сюда людей.

«…Погибли даром могучие силы, погибли ненормально, незаконно,
безвозвратно,— говорил Достоевский о каторжанах позднее, в романе
«Записки из мертвого дома».— А кто виноват?..» Пытаясь дать ответ на
этот вопрос, он утверждает: виновато тиранство, «безграничное господство
над телом, кровью и духом такого же, как сам, человека». Писатель с
величайшим гневом говорит о тех, кто стремится поработить людей:
«Человек и гражданин гибнут в тиране навсегда, а возврат к человеческому
достоинству, к раскаянию, к возрождению становится для него уже почти
невозможен». Существование тиранства, по мысли Достоевского,
свидетельствует о порочности общества: «Общество, равнодушно смотрящее
на такое явление, уже само заражено в своем основании».

В Сибири писатель оказался среди самой обездоленной части народа. Это
сыграло огромную роль в его жизни. Он мучительно, упорно пытался
разгадать «тайну народа», проникнуть в его духовный мир, понять его
помыслы и устремления. Углубилась вера Достоевского в неисчерпаемые
духовные силы народа. О своих товарищах по каторге он писал позднее:
«Ведь этот народ необыкновенный был народ. Ведь это, может быть, и есть
самый даровитый, самый сильный народ из всего народа нашего». «Поверишь
ли,— делился он впечатлениями с братом,— есть характеры глубокие,
сильные, прекрасные, и как весело было под грубой корой отыскать
золото».

Достоевский стремится сблизиться с каторжанами, у него появляются
приятели среди них. И все-таки основная масса арестантов не признает
его, бывшего дворянина, своим товарищем. Достоевскому начинает казаться,
что между дворянством и народом лежит непроходимая пропасть.

Ненависть к дворянам представляется писателю вполне закономерной. В
письме к брату он приводит слова одного из каторжан: «Вы, дворяне,
железные носы, нас заклевали. Прежде господином был, народ мучил…»

В отношении каторжан к дворянам Достоевский, однако,
усматривает не столько проявление сословной вражды, сколько исконную
неприязнь народа к «политическим преступникам», к революционным,
социалистическим идеям, проповедуемым интеллигенцией. Народ теперь
представляется ему носителем великой правды — религиозного начала, и
путь спасения для интеллигенции, утратившей связь с родной почвой,
Достоевский видит в приобщении к этой правде. Размышления о трагическом
ходе революционной борьбы в Европе, о разгроме декабристов и петрашевцев
в России укрепляют писателя в том, что только путь нравственного
совершенствования в духе христианства может решить наболевшие вопросы
современности. Стремясь к достижению целей безусловно прогрессивных,
Достоевский отвергает единственно реальный путь — путь революционного
переустройства общества.

Это неразрешимое противоречие определяет всю последующую деятельность
великого писателя, остроту и драматизм переживаемого им внутреннего
разлада, вечных сомнений, сложной духовной борьбы. Навсегда остался он
гуманистом. Боль за страдающего, униженного человека никогда не утихала
в его сердце. Мечта о братстве, о духовном совершенстве и счастье людей
никогда не тускнела. Но идея религиозного смирения не могла приблизить
общество к идеалу, который представлялся писателю.

Четырехлетняя каторга сменилась годами солдатчины. Из Омска Достоевского
под конвоем перевели в Семипалатинск, где он сначала служил рядовым,
потом получил младший офицерский чин. Главное облегчение состояло в том,
что ему была дана возможность читать и писать. Вот как Достоевский
рассказал об этом: «Помню, что, выйдя в 1854 году в Сибири из острога, я
начал перечитывать всю написанную без-меня за пять лет литературу.
«Записки охотника»… первые повести Тургенева я прочел тогда разом,
залпом и вынес упоительное впечатление. Правда, тогда надо мной сияло
степное солнце, начиналась весна, а с ней совсем новая жизнь, конец
каторги, свобода!..»

В 1859 году, после долгих хлопот об отставке и о праве жить в столицах,
писатель возвратился в Петербург. Начался новый период его творческой
деятельности.

Создание социально-психологического романа. «Преступление и наказание».
В последующих произведениях Достоевского все глубже, все острее
становятся раздумья о сущности добра и зла, о природе человека, о
противоречиях буржуазного общества, о путях, ведущих ко всеобщему
счастью.

$

&

d

&

oe 4

Iизнью, они не столько действуют, сколько мыслят — мучительно, упорно
ищут истину.

Достоевский — создатель социально-психологического романа. Писатель
глубоко исследует не только внутренний мир отдельного человека, но и
психологию, типичную для разных слоев общества, для разных социальных
групп: обездоленного городского люда, придавленного нуждой и унижениями,
образованных бедняков, бунтующих против зла и насилия, преуспевающих
дельцов. Изображая жизнь современной ему России, обнажая психологию
современного человека, писатель ставит сложные социальные, философские,
нравственные вопросы, остро актуальные для его эпохи и имеющие
общечеловеческое значение. На страницах его романов высказываются резко
противоположные суждения, отстаиваются взаимно исключающие друг друга
точки зрения, звучат голоса непримиримых идейных противников. Борьба
идей, поиски решений важнейших философских проблем — вот что составляет
основу романов Достоевского. Читая их, мы вместе с писателем проходим
трудный путь исканий и раздумий.

Таков роман Достоевского «Преступление и наказание» (1866), принесший
писателю всемирную славу.

Работа над ним началась за границей, откуда великий романист писал своим
друзьям отчаянные письма: «Сижу в отеле, кругом должен, денег ни
гроша…», «со вчерашнего дня я не обедаю и питаюсь только чаем…»
Жизненные тупики, которые возникали на пути героев будущего романа,
стали страшной реальностью для самого писателя.

«Все сердце мое с кровью положится в этот роман,— писал Достоевский.— Я
задумал его в каторге, лежа на нарах, в тяжелую минуту грусти…»

Вот как писатель излагал замысел романа: «Действие современное, в
нынешнем году. Молодой человек… живущий в крайней бедности, по
легкомыслию, по шатости в понятиях поддавшись некоторым странным
«недоконченным» идеям, которые носятся в воздухе, решился разом выйти из
скверного своего положения. Он решился убить одну старуху, титулярную
советницу1, дающую деньги на проценты. Старуха глупа, глуха, больна,
жадна… зла и заедает чужой век, мучая у себя в работницах свою младшую
сестру. «Она никуда не годна», «Для чего она живет?», «Полезна ли она
хоть кому-нибудь?» и т. д. Эти вопросы сбивают с толку молодого
человека». Он совершает убийство, говорит Достоевский, чтобы сделать
счастливыми мать и сестру, чтобы окончить учение, а потом всю жизнь быть
честным, неуклонным в исполнении «гуманного долга к человечеству» и
загладить преступление.

Но после убийства «неразрешимые вопросы восстают перед убийцею,
неподозреваемые и неожиданные чувства мучают его сердце. Божия правда,
земной закон берет свое, и он кончает тем, что принужден сам на себя
донести. Принужден, чтобы хоть погибнуть в каторге, но примкнуть опять к
людям, чувство разомкнутости и разъединенности с человечеством, которое
он ощутил тотчас же по совершении преступления, замучило его».

Таков был первоначальный замысел. Постепенно он разрастался, охватывал
все более широкий круг проблем, не утративших своей остроты и для
последующих поколений.

Внутренний раскол. Вызывать нескончаемые размышления и споры — такова
счастливая судьба всех великих произведений литературы: их содержание
неисчерпаемо, их образы бесконечно емки, поставленные в них вопросы
всегда современны. Но нет в мире писателя, чье творчество пробуждало бы
столь же ожесточенные и непримиримые столкновения мнений, как
Достоевский. Причины этого многообразны: и сложность, непреходящая
острота, «болезненность» социальных проблем, к которым обращается
писатель, и своеобразие его личности, его таланта. Л. Н. Толстой назвал
Достоевского «человеком, который весь борьба». М. Е. Салтыков-Щедрин
говорил о «внутреннем расколе» Достоевского, анализируя его роман
«Идиот» (1869).

В этом романе воплотилась мечта писателя о гармонически прекрасном
человеке. Но герой романа, князь Мышкин — воплощение мудрости и чистоты,
доброты и душевной чуткости — попадает в общество, где царит культ
денег, где нет места человечности и правде. Соприкосновение с этим миром
приводит к трагическому исходу. Мышкин погибает, так и не осуществив
своего стремления помочь людям, но оставляет и ясную память о себе, и
чувство душевной тревоги1.

«По глубине замысла, по ширине задач нравственного мира, разрабатываемых
им, этот писатель стоит у нас совершенно особняком,— говорил
Салтыков-Щедрин.— Он не только признает законность тех интересов,
которые волнуют современное общество, но даже идет далее… Укажем хотя
бы на попытку изобразить тип человека, достигшего полного нравственного
и духовного равновесия, положенную в основание романа «Идиот»… Это,
так сказать, конечная цель, в виду которой даже самые радикальные
решения всех остальных вопросов, интересующих общество, кажутся лишь
промежуточными станциями».

Конечная цель (справедливое устройство общества, гармоническое развитие
человека) представляется Щедрину единой как для Достоевского, так и для
революционной демократии. «И что же? — спрашивает с горечью Щедрин.—
Несмотря на лучезарность подобной задачи… г. Достоевский, нимало не
стесняясь, тут же сам подрывает свое дело, в-ыставляя в позорном виде
людей,

И. Смоктуновский в роли князя Мышкина Перед портретом
Настасьи Филипповны Рисунок А. Галеркина. 1967

которых усилия всецело обращены в ту самую сторону, в которую,
по-видимому, устремляется и заветнейшая мысль автора».

«…Рядом с картинами, свидетельствующими о высокой художественной
прозорливости», с лицами, «полными жизни и правды», появляются «какие-то
загадочные и словно во сне мечущиеся марионетки, сделанные руками,
дрожащими от гнева…»

Точно подмеченная Щедриным двойственность общественной позиции
Достоевского вносила мучительный разлад в его духовную жизнь. Ни
материальная нужда, ни чрезмерно напряженный труд, ни приступы
неизлечимой болезни — ничто так не терзало писателя, как вечные метания
в поисках истины и вечная неудовлетворенность этими поисками.

И в его сознании, и в его произведениях идет вечная борьба идей и
нравственных убеждений. Писатель неотступно бился над коренными
вопросами своего времени, которые были и остаются поистине «вечными»,— о
будущем родной страны, ее даровитого народа, о счастье человека и
человечества… Его сочувствие униженным и оскорбленным доходило до
невыносимого личного страдания.

«Это был очень бледный, с землистой болезненной бледностью, немолодой,
очень усталый или больной человек, с мрачным, изнуренным лицом… Как
будто каждый мускул на этом лице с впалыми щеками и широким возвышенным
лбом одухотворен был чувством и мыслью. И эти чувства и мысли неудержимо
просились наружу, но их не пускала железная воля этого’ тщедушного и
плотного в то же время, с широкими плечами, тихого и угрюмого человека.
Он был весь точно замкнут на ключ… только тонкие, бескровные губы
нервно подергивались, когда он говорил». Так одна из современниц
Достоевского рисует писателя в последние годы его жизни.

В эти годы он сближается с реакционными кругами, в частности с
обер-прокурором синода Победоносцевым, редактирует реакционное
периодическое издание «Гражданин», полемизирует с
революционно-демократическими деятелями.

Но обличение буржуазного мира — мира страданий и зла, бунт против него,
неутихающая боль за униженных и оскорбленных, мечта о братстве людей —
все то, что делает писателя великим гуманистом, было чуждо Победоносцеву
и близко революционной демократии.

«…Верую… что царство мысли и света способно водвориться У нас, в
нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было… Я не
знаю, как все это будет, но это сбудется»,— мечтал Достоевский.

Писатель видит свое предназначение в том, чтобы указать человечеству
выход из царства наживы, эгоизма, взаимной вражды. Но мысль его бьется в
тисках неразрешимых противоречий. «Я — дитя века, дитя неверия и
сомнения…— писал Достоевский еще в 1854 году.— Каких страшных мучений
стоила и стоит мне теперь эта жажда верить, которая тем сильнее в душе
моей, чем больше во мне доводов противных!»

Проникнуть в смятенную душу современного человека, понять себя и других,
чтобы указать людям путь, ведущий к достижению идеала,— вот к чему
стремился великий романист. Психологизм Достоевского основан на этом
страстном стремлении. Он пристально изучает внутренний мир людей,
живущих в ненормально устроенном обществе, обнажает глубины человеческой
души, заглядывая в ее самые потаенные уголки, детально изображает
зигзаги, трагические заблуждения больного сознания.

На страницах романов Достоевского воспроизводится стремительный поток
мыслей его героев, вскрываются сокровенные мотивы их поступков. Иной раз
описанию одного дня посвящаются десятки страниц — писатель прослеживает
все оттенки и сложные переплетения чувств и мыслей персонажей.

«Рro и contra» («За и против») — так называется одна из частей «Братьев
Карамазовых» (1879—1880). Название это отражает характер всего
творчества писателя и его последнего романа. В этом произведении звучит
голос человека, истерзанного сомнениями. Сомнения мучают и его героев.

Бунт против религии, против мира, где «дитё плачет, где льются слезы,
пропитавшие землю до самой сердцевины»,— это бунт не только одного из
главных персонажей романа, Ивана Карамазова, но и самого Достоевского. И
вместе с тем любимый герой писателя Алеша Карамазов — страстный поборник
религии, проникнутый духом христианской любви, смирения и всепрощения.
Однако противоречия, сомнения терзают и тихого Алешу. Совсем не в духе
православной морали он твердо говорит, что помещика, затравившего
собаками ребенка на глазах матери, надо расстрелять.

В центре внимания романиста — искания «русских мальчиков», пытающихся
разобраться в «предвечных вопросах, о которых толкует вся молодая
Россия».

На страницах романа разворачиваются острые драматические события,
происходят катастрофические столкновения, разгораются споры. Основной
пафос «Братьев Карамазовых» выражен в словах: «Сделать что-то такое,
чтобы не плакало больше дитё, не плакала бы и черная, иссохшая мать
дитяти… чтоб не было вовсе слез ни у кого. И чтобы сейчас это сделать,
не отлагая и не смотря ни на что!»

«Братья Карамазовы», по замыслу писателя, должны были составить лишь
первую часть грандиозного романа о духовных исканиях «русских
мальчиков». Но смерть помешала завершить этот замысел.

Современное значение творчества Достоевского. Достоевский прошел трудный
путь исканий. В основе их была любовь к человеку, к русскому народу,
вера в великое историческое предназначение России.

В. Д. Бонч-Бруевич рассказывал, что В. И. Ленин осуждал «реакционные
тенденции творчества Достоевского. …Вместе с тем Владимир Ильич не раз
говорил, что Достоевский действительно гениальный писатель,
рассматривающий больные стороны современного ему общества, что у него
много противоречий, изломов, но одновременно — и живые картины
действительности».

М. Горький непримиримо отвергал в творчестве Достоевского (и в
творчестве Л. Толстого, и вообще в русской литературе) все то, что могло
быть воспринято как призыв к терпению и покорности. И вместе с тем он
писал: «Толстой и Достоевский — два величайших гения, силою своих
талантов они потрясли весь мир, они обратили на Россию изумленное
внимание всей Европы, и оба встали, как равные, в великие ряды людей,
чьи имена — Шекспир, Данте, Сервантес, Руссо и Гёте».

В наше время Достоевский — один из наиболее известных писателей мира —
говорит с миллионами читателей почти на всех языках человечества.

И пожалуй, нет другого писателя, чье наследие вызывало бы столь острую
идеологическую борьбу. Сложный, противоречивый характер творчества
Достоевского определил разнородность его влияния на мировую литературу и
общественную мысль.

Высокий гуманизм, глубина художественных исканий Достоевского привлекают
к нему внимание прогрессивных писателей мира. Такие передовые мастера
слова, как Теодор Драйзер (США), Альберто Моравиа (Италия), Кобо Абэ
(Япония) и многие другие, ценили и ценят в Достоевском гениального
художника-психолога, с потрясающей силой обнажившего трагедию голода,
нищеты, попрание человеческого достоинства «униженных и оскорбленных».

Но защитники буржуазного общественного порядка, против которого
направлено все творчество Достоевского, пытаются изобразить его своим
идеологом и вождем. Односторонне используя трагические противоречия,
свойственные писателю, мировая реакция объявляет его. христианским
вероучителем, врагом социализма. Антикоммунисты игнорируют при этом
социальные проблемы, столь остро поставленные Достоевским. Они видят на
страницах его произведений лишь проповедь смирения и мысль о том, что
только страданием можно искупить перед богом вину человечества.
Стремление изобразить Достоевского смиренным христианином и религиозным
проповедником никак не вяжется с подлинным обликом великого
писателя-гуманиста. «Я убаюкивать не мастер….» — говорил он о себе.
Бунт, а не смирение звучит во всех его произведениях — бунт против мира,
где человек унижен и оскорблен.

Равнодушно читать Достоевского невозможно. И как бы мы ни спорили с
великим романистом, как бы ни расходились с ним во взглядах на некоторые
жизненно важные вопросы, мы ..всегда ощущаем его неприятие несправедливо
устроенного общества, его гуманизм, его страстную мечту о гармонической,
светлой жизни. Мы восхищаемся и гордимся его художественным гением.

По инициативе В. И. Ленина в июле 1918 года на улицах наших городов
воздвигались памятники «великим деятелям социализма, революции…» В
списке писателей и поэтов, которым надлежит поставить памятники,
указано: «1. Толстой. 2. Достоевский. 3. Лермонтов. 4. Пушкин…» Так
оценил победивший пролетариат наследие Достоевского.

Главное в наследии Достоевского — та жестокая правда, которую писатель
отважился сказать своим современникам и потомкам, та тревожная и
прозорливая дума о будущем России, о судьбах человечества, которая
никогда не оставляла Достоевского. На восприятие произведений
Достоевского сегодня влияет исторический опыт человечества за последнее
столетие, прежде всего — опыт борьбы против человеконенавистнической
теории и практики фашизма.

В дни 150-летия со дня рождения великого русского художника Чингиз
Айтматов писал на страницах «Правды»: «И в сегодняшнем мире с его
атомными бомбами, с разбоем империалистов, в мире, раздираемом расовыми
проблемами и разгулом насилия, тревожный набат Достоевского гудит
неумолчно, взывая к человечности, гуманизму».

Похожие записи