Тюрина H.E. 1991 - Международный правопорядок (книга)

Тюрина H.E. 1991 – Международный правопорядок

>>>3>>>

Введение

Характерной особенностью современности является все возрастающая
тенденция к сближению интересов государств, народов и индивидов. В ходе
научно-технической революции многочисленные проблемы — экономические,
энергетические, экологические, информационные, демографические — выходят
за пределы государственных границ и регионов, перерастая в глобальные. В
результате этого процесса изменяется основа мирового прогресса, в
которой все большее значение приобретает общечеловеческий интерес.
Соответствующим образом новые очертания получает идея порядка в
межгосударственных отношениях. Выступая в Организации Объединенных
Наций, М. С. Горбачев совершенно определенно сформулировал зависимость
таких факторов, как взаимная заинтересованность, прогресс и порядок:
«Дальнейший мировой прогресс возможен теперь лишь через поиск
общечеловеческого консенсуса в движении к новому мировому порядку»1. Тем
самым была подчеркнута необходимость поиска новых точек соприкосновения,
сходства позиций и тщательного изучения тех вопросов, по которым
остаются разногласия между государствами в различных сферах
международного общения и сотрудничества.

Применительно к порядку межгосударственных отношений признание
приоритета общечеловеческих ценностей означает принципиально новый
подход к участию в международных процессах и может существенным образом
способствовать повышению эффективности международно-правового
регулирования. Дальнейшее укрепление и совершенствование международного
правопорядка во многом зависит от осознания государствами и народами
глубоких перемен, происходящих в жизни международного сообщества, и
учета новых потребностей и фактического состояния взаимосвязей между его

членами. Судьба международного правопорядка во многом] будет зависеть от
того, какую позицию по отношению к нему займут государства, имеющие
особенно большое влияние l в международном сообществе. Представляет
интерес сопоставление подходов к этой проблеме исследователей СССР и
США. Выявление общего в них могло бы способствовать расширению и
укреплению сотрудничества, а установление расхождений — нацеливать на
поиск новых путей и возможных вариантов соглашений для обеспечения в
итоге «верховенства общечеловеческой идеи» 2. Необходимость такого
анализа вытекает из самого настроя международного сообщества, когда
«идея демократизации всего миропорядка превратилась в мощную
социально-политическую силу»3, и уже существуют реальные силы, которые
могут обеспечить такой порядок. В Делийской декларации они названы
«коалицией мира».

В этих условиях на передний план выступает проблема укрепления
международной законности и правопорядка. Поскольку современное
международное право, созданное государствами для упорядочения отношений
между ними, закрепляет в виде императивных норм соблюдение мира,
взаимное уважение и сотрудничество, неуклонное следование этим
предписаниям, иначе говоря, взаимодействие в рамках установленного
порядка и есть тот путь, который ведет к удовлетворению общечеловеческих
интересов и сохранению общечеловеческих ценностей.

Таким образом, в современной политической и международно-правовой
проблематике остро стоит вопрос о порядке в международном сообществе. Об
этом свидетельствует тот факт, что в последнее десятилетие международный
и мировой порядок стал занимать все больше места в международных
правительственных актах и документах, дипломатической переписке, научных
исследованиях по вопросам современного международного права и
международных отношений. Проблема международного правопорядка стала
объектом специального внимания на всемирных форумах. За последние годы
Генеральной Ассамблеей ООН принят ряд резолюций по разным аспектам этого
порядка. Вопросы, связанные с «новым международным порядком»,
рассматривались на конференциях ООН и ЮНЕСКО, обсуждались на XI
Московском Конгрессе Международной Ассоциации

>>>5>>>

политической науки и на XII Всемирном форуме этой Ассоциации
(Рио-де-Жанейро, 1982). Важность разработки проблемы отмечалась на
октябрьском (1983 г.) Совещании директоров институтов и главных
редакторов журналов юридического профиля Академий наук социалистических
стран и других форумах.

Интерес к международному правопорядку обусловлен многочисленными
факторами. Прежде всего, в сложившихся условиях ни одно государство не
имеет реальных односторонних шансов на оборону или победу в ядерном
конфликте. Единственный путь выживания и прогресса международного
сообщества и каждого государства в отдельности лежит через установление
такого порядка, при котором условия безопасности подкреплялись бы
прочными гарантиями.

Существенным шагом в этом направлении явилось подписание договора между
СССР и США по ракетам средней и меньшей дальности. Договор показал
возрастающее значение общечеловеческих приоритетов. Его заключение стало
значительным вкладом в обеспечение международного правопорядка и
свидетельствует о возможностях решения сложной международной проблемы
при существующей структуре международного сообщества и механизме
межгосударственных отношений.

Тем не менее, нельзя не отметить, что политика США является достаточно
противоречивой. Наряду с важнейшими решениями, направленными на
демократизацию международных отношений, по сей день предпринимаются
шаги, являющие собой прямое нарушение основных принципов международного
права и ряда международных договоров. Так, близкие по времени события—
встреча глав государств СССР и США на Мальте и действия США в Панаме —
стоят на разных полюсах с точки зрения международного правопорядка и как
бы предупреждают об ошибочности односторонней оценки
международно-правовой доктрины США.

Важность комплексного анализа обусловлена и тем, что новых подходов к
строительству международных отношений требует настоятельная
необходимость решения целого ряда глобальных проблем, которое, по мнению
советских и американских юристов-международников, тесно связано с
поддержанием международного правопорядка 4.

Значение международного правопорядка неоднократ-

>>>6>>>

но подчеркивалось в выступлениях руководителей советского государства и
органов внешних сношений, где отмечалось, что безопасный мир — это мир
правопорядка и законности, в котором на место силы должны прийти
общечеловеческие ценности, равноправные отношения, предполагающие
уважение интересов каждого народа и его права на собственный выбор 5.

Интерес к проблеме порядка в международном сообществе проявляется
повсеместно. Об этом свидетельствуют и созданные на западе специальные
исследовательские центры типа Нью-Йоркского института мирового порядка и
Принстонского центра международных исследований, в которых изучаются
различные аспекты порядка в международном сообществе. Данным проблемам
посвящены многочисленные исследования советских и зарубежных
юристов-международников. Во многих из них поддержание и укрепление
международного правопорядка рассматривается как важнейшее условие
социального прогресса каждого народа и каждого государства. В то же
время подходы к решению этой проблемы в социалистической и буржуазной
доктринах международного права, в частности, советской и американской,
имели и еще в какой-то степени сохраняют принципиальные различия,
связанные с идеологическими противоречиями двух сторон, что недопустимо
в подходах к межгосударственным отношениям, вопросам войны и мира,
глобальным проблемам современности. В условиях взаимозависимости
государств в современном мире настоятельной необходимостью является
единая платформа международного правопорядка и в связи с этим «коренной
пересмотр и решительный отказ от устаревших философий и отживших
доктрин»6.

Свод принципов нового политического мышления придает особое значение
развенчанию концепций милитаризма и насилия и противопоставлению им
отвечающей общим интересам теории и практики равноправного
взаимовыгодного сотрудничества. В свете новой внешнеполитической
концепции юридико-критический анализ американских проектов
преобразования современного международного правопорядка приобретает
особое значение.

Следует отметить, что преобразования этого порядка сами по себе
неизбежны в силу поступательного развития международного сообщества.
Более того, они не-

>>>7>>>

обходимы для осуществления этого процесса и способствуют ему, если
отвечают его объективным потребностям. В противном же случае становятся
тормозом. Поэтому трансформации, связанной с разрушением фундамента
существующего международного правопорядка, должны быть противопоставлены
преобразования международных отношений в соответствии с идеалами и
принципами Организации Объединенных Наций. При этом задачей большой
важности является выработка общедемократической модели международного
правопорядка, что требует четкого осмысления его понятия.

В качестве основы международного правопорядка исследователями разных
стран признается международное право, которое в современную эпоху
приобрело всемирный характер. Его общепризнанные нормы, как отмечают
советские ученые, являются одним из главных идеологических явлений
современного общества7. В то же время недопустимо распространение
идеологических противоречий между двумя социально-экономическими
системами на международные отношения 8. Между тем известно, что
буржуазные теоретики международного права нередко пытаются перенести
несовместимость идеологий на содержание международно-правовых принципов
и норм, что приводит к выводу о невозможности какого-либо порядка в
международных отношениях в отсутствие общей идеологии. При этом
подвергается нападкам сложившийся порядок, основанный на международном
праве, ставится под сомнение совместимость идеологической борьбы и
международной законности. Кроме того, пытаясь найти обоснование
противоправной деятельности на международной арене, буржуазные
теоретики, в особенности американские, создают концепции международного
порядка, обслуживающие государственную политику империализма, не
совместимую с обеспечением всеобщего мира и безопасности, а
следовательно, реального порядка.

Решение этой задачи в советской доктрине международного права и практике
международных отношений связывается с созданием основ Всеобъемлющей
системы международной безопасности, охватывающей комплекс отношений
межгосударственного сотрудничества и впервые в истории международного
сообщества открывающей возможность постановки, осуществления такой цели,
как обеспечение гарантий международного

>>>8>>>

правопорядка. В этих условиях как сам международный правопорядок, так и
его понятие должны соответствовать новым политическим реалиям.

В качестве одной из задач науки международного права на современном
этапе выступает определение путей и форм содействия созданию
Всеобъемлющей системы международной безопасности и установлению
международного правопорядка безъядерного ненасильственного мира9. Таким
образом, актуальность борьбы за прочный международный правопорядок и
важность раскрытия противоправной сущности некоторых американских
проектов преобразования международного правопорядка обусловливают
необходимость его концептуального анализа.

Примечания

1 Выступление М. С. Горбачева в Организации Объединенных
Наций//Правда. 1988. 8 декабря.

2 См. там же.

3 Там же.

4 См.: Барсегов Ю. Г. Мировой океан: право, политика,
дипломатия. М., 1983. С. 5; Black С. World orders: Old and
new//World order studies program: Occasional paper № i. Princeton, 1975.
P. 1.

5 См.: Правда. 1987. 31 марта.

6 Шеварднадзе Э. А. Речь на XXVII съезде Коммунистической партии
Советского Союза // Стенографический отчет. М.,

1986. Т. 1. С. 410.

7 См.: Фельдман Д. И., Б а с к и н Ю. Я. Учение Канта и
Гегеля о международном прав« и современность. Казань, 1977. С.
3.

8 См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза (новая
редакция) //Материалы XXVII съезда Коммунистической партии
Советского Союза. М., 1986. С. 177.

9 См.: Т у н к и н Г. И. ВСМБ и международное право. М.,

1987. С. 4.

>>>9>>>

Г лава 1

ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ ПРАВОПОРЯДКА

1. Понятие правопорядка

Понятие правопорядка является более разработанным в общей теории права,
нежели в науке международного права. Однако общая теория в немалой
степени отражает особенности внутригосударственного правопорядка и почти
не содержит положений, применимых в равной мере к национальным и
международному праву. Это характерно не только для правопорядка, но и
других категорий ‘. Тем не менее, представляется целесообразным
рассмотреть в общей теории права то, что относится к общезначимым
юридическим понятиям правопорядка. Как отмечал В. И. Ленин, браться за
частные вопросы без предварительного решения общих означает неминуемо
«на каждом шагу бессознательно для себя «натыкаться» на эти общие
вопросы» 2.

В юридической науке порядок выступает в виде одной из важнейших правовых
категорий, исследованию которой посвящен ряд работ по теории права 3.
Несмотря на разнообразие даваемых в них определений правопорядка, можно
выделить несколько основных подходов к данному понятию.

1. Правопорядок как состояние упорядоченности, урегулированности
общественных отношений нормами права (С. С. Алексеев, А. М. Васильев,
И. С. Самощен-ко, Ю. А. Соколов, Ю. В. Солопанов4).

2. Правопорядок как система общественных отношений, урегулированных
правом (П. Т. Васьков, А. И. Денисов, В. В. Малькевич, П. М.
Рабинович5).

3. Правопорядок как реализация норм права, право в действии (Л. С.
Явич6).

>>>10>>>

4. Правопорядок как совокупность правоотношений (П. Е. Недбайло, Н. А.
Стручков7).

Иногда правопорядок определяется как «состояние регулируемых правом
общественных отношений, …характеризуется реальным уровнем соблюдения
законности, обеспечения и реализации субъективных прав, соблюдения
юридических обязанностей всеми гражданами, органами и организациями»8.

Приведенные дефиниции свидетельствуют о многочисленных связях понятия
правопорядка с другими правовыми категориями, поэтому каждая из них
имеет значение для более полного раскрытия данного понятия. Так, одни
авторы, рассматривая правопорядок, говорят о правовом регулировании
общественных отношений, будь то состояние, процесс или результат9.
Представляется, что правопорядок выступает во всех трех качествах. Как
состояние правоотношений он отражает их стабильные признаки, неизменные
в течение продолжительного периода времени (например, мирный,
неантагонистический характер отношений), как процесс — динамику
правоотношений, их развитие, как результат— урегулированность отношений
правом: создание и реализацию нормативных предписаний.

Другие отмечают, что сам по себе правопорядок — это цель общества 10 и
одновременно «важнейшее средство достижения социальной цели»11. Как
социальная цель правопорядок выражается в отлаженном с помощью права и
законности механизме общественной жизни, обеспечивающем правомерное
поведение субъектов права, искоренении правонарушений и факторов, их
порождающих. Средством достижения этого является правопорядок,
представляющий собой такую организацию общественной жизни, которая
основана на праве и законности. Таким образом, правопорядок в советской
теории права выступает в единстве таких качеств, как социальная цель и
средство ее достижения.

Кроме того, правопорядок понимают как правило, поскольку он связан с
ограничениями, налагаемыми на субъектов права в интересах
функционирования всего сообщества12. Ограничения предусмотрены правовыми
нормами, реализация которых осуществляется в силу действия законности.
Поэтому ряд авторов обязательным условием правопорядка называют
законность 13. Очень часто эти два понятия употребляются одновре-

>>>11>>>

менно, неразрывно, однако во многих работах по теории права между ними
проводится разграничение и определяется характер взаимосвязи.
«Законность и правопорядок различные, хотя и неразрывно связанные между
собой общественные явления. Законность, характеризуя состояние
юридической правомерности общественных отношений, является предпосылкой
правопорядка, условием его возникновения и упрочения»14. Соответственно,
по мнению С. С. Алексеева, «правопорядок— результат законности,
характеризующий степень осуществления ее требований»15. А В. В. Борисов
подчеркивает, что законность как нормотворческий и право-реализационный
процессы выступает основным и всеобъемлющим средством установления
правопорядка. «Практически,— пишет он,— это единственное средство его
установления»16. В свою очередь законность обусловливается правом: «коль
скоро есть право, значит существует и законность» 17. Таким образом
выстраивается цепочка взаимообусловленных социально-правовых явлений:
право — законность — правопорядок, которые с учетом данной
последовательности определяются следующим образом: «Право — оформление
государственной воли… в закон.., в обязательное правило, ее
объективирование. Законность — реализующееся право, правовое качество
воли, процесса ее реализации. Правопорядок — реализованная
государственная воля, претворенное в жизнь право»18.

Следует заметить, что линейная зависимость право-законность —
правопорядок носит несколько абстрактный характер и может
рассматриваться сугубо на теоретическом уровне. Практически же данная
последовательность развивается по спирали, и представляется неверным
рассматривать право как первую стадию цикла, поскольку правотворчество
уже отражает достижение определенного уровня порядка.

Категории законности и правопорядка в работе А. М. Васильева «Правовые
категории» включены в основной понятийный ряд теории права наряду с
нормой права, системой права, формой (источниками) права, осуществлением
права, правовым отношением и отмечается, что в таком ряду на первый план
выступают иерархические связи между ними 19. О категории «правопорядок»
говорится, что она является значительным звеном основного понятийного
ряда. «Она логически

>>>12>>>

подытоживает социальные результаты правового регулирования, давая ответ
на вопрос о состоянии упорядоченности общественных отношений с помощью
права. Поэтому абстракция «правопорядок» выступает как итоговая
категория, фиксирующая объективные результаты преломления в реальных
общественных процессах государственной воли во всех ее проявлениях. Она
проявляется и как общий юридический критерий эффективности правового
регулирования, ибо его результаты выявляются при сопоставлении
нормативных требований с общим состоянием правопорядка»20. А. М.
Васильев приводит аргументы против толкования правопорядка как
производного от категории законности, состоящие в том, что такая
логическая зависимость между ними дает представление об условиях
существования и упрочения правопорядка, но не выражает его сути как
порядка общественных отношений, сформировавшегося под правовым
воздействием21. В то же время роль законности в обеспечении правопорядка
является значительной. Имманентно присущая праву, она опосредует его
переход в новое качество — правопорядок, не только не затушевывая, а
подчеркивая его нормативную основу.

Суть правопорядка, его содержание, как пишет Б. Л. Назаров, составляет
правомерное поведение, или иначе, процесс осуществления
правоотношений22. Однако в юридической литературе понятие правоотношения
трактуется как единое, независимо от того, возникли правоотношения в
результате правомерного или противоправного поведения 23. Кроме того,
пишет Ю. Г. Тка-ченко, «не существует правовых в собственном смысле
отношений»24, есть отношения, которым нормы права придают правовую
форму25. Л. С. Явич по этому поводу пишет: «Правопорядок — составная
часть общественного порядка, т. е. порядка фактических отношений
общественного характера… Если нормы закона предназначены для
упорядочения общественных отношений, а режим законности создает для
этого определенные благоприятные условия, то правопорядок — особое
состояние фактически существующих отношений, опосредованных правом или,
точнее, существующих как правовые общественные отношения. Иначе говоря,
правопорядок представляет собой совокупность функционирующих
правоотношений»26.

>>>13>>>

Принимая во внимание толкование правопорядка как реализацию норм права,
считаем, что данное определение отражает суть правопорядка только
частично. Поскольку реализация юридических норм имеет место как в
правоотношениях, так и «в беспрепятственном осуществлении
правоспособности, в соблюдении правового статуса, в субъективных правах
и юридических обязанностях, реализуемых вне конкретных
правоотношений»27, что неоднократно отмечалось в юридической
литературе28, постольку очевидно, что сфера правопорядка простирается за
пределы правоотношений. Кроме того, вопрос о том, осуществляются ли
нормы права только через правоотношение или же помимо него, снимается,
когда правовые нормы рассматриваются в диалектическом единстве со своим
источником и носителем — фактическими общественными отношениями,
выводятся из них29. И наконец, существование правовой нормы признается
непременным условием возникновения соответствующих ей правоотношений30.
Таким образом, потенциальная модель правопорядка заложена в юридических
нормах и реализуется путем их осуществления.

Обобщая подходы советских юристов к понятию правопорядка, можно выделить
следующие характерные черты данной категории:

1. Правопорядок олицетворяет фактические урегулированные правом
отношения в обществе и может рассматриваться как состояние, процесс и
результат.

2. Правопорядок является целью общественного развития и одновременно
средством достижения этой цели.

3. Существует объективная взаимообусловленность таких
социально-правовых явлений, как права, законности, правопорядка,
развитие которых идет по спирали. Правопорядок в этой цепочке является,
с одной стороны, результатом правового регулирования, а с другой —
необходимым условием правотворчества и правореали-зации.

4. Суть правопорядка составляет правомерное поведение, связанное с
реализацией правовых норм как в конкретных правоотношениях, так и вне
их.

5. Потенциальная модель правопорядка заложена в системе юридических
норм и находит воплощение в их осуществлении.

Рассмотрение теоретических подходов к понятию

>>>14>>>

правопорядка необходимо для более глубокого осмысления проблемы его
поддержания и совершенствования, для оценки практики соблюдения и
концепций преобразования в различных правовых системах. Поскольку одной
из задач работы является анализ американских концепций преобразования
международного правопорядка, считаем целесообразным остановиться на
освещении понятия правопорядка в некоторых американских работах по
теории права.

Правопорядок как нормативная система, служащая для осуществления
государственной власти с целью обеспечения необходимого поведения и
деятельности путем побуждения и принуждения, представлен в работе У.
Чемблиса и Р. Сайдмена. Они подчеркивают, что требование при этом
отвечает интересам тех, кто его предъявляет. Следовательно, правопорядок
— это система применения государственной власти одной частью общества
для осуществления принуждения в отношении другой31. Здесь подчеркивается
авторитарная сущность правопорядка.

В отличие от представления о правопорядке, существующем в двух сферах
(внутригосударственной и международной), последователи Г. Кельзена
(представители Венской школы) говорят о едином правопорядке, составными
частями которого являются международное и внутригосударственное право.
Под единым правопорядком при этом понимается система эффективных
правовых норм, среди которых наивысшей является Gruendnorm 32.

В докладе С. Хофмана, сделанном на конференции, посвященной проблемам
миропорядка в 1965 г., отмечались такие черты порядка, как любая
реальная упорядоченность, отношения между сторонами, минимальные условия
существования, условия для нормальной жизни33.

Представляет интерес трактовка общественного порядка, частью которого,
как известно, выступает правовой порядок. В работе Р. Кирка это
системное и гармоничное образование, которое предполагает выполнение
определенных обязанностей и обладание определенными правами34. Кроме
того, это первейшая необходимость для общества, а право является
следствием порядка. Свобода и справедливость теряют смысл в отсутствие
порядка и приобретают его, когда последний

>>>15>>>

дает обществу право. Современный американский порядок, считает Р. Кирк,
не является ни основанным на идеологии, ни установленным каким-либо
определенным образом — он вырос, так сказать, сам по себе.

Следует отметить, что последний подход к порядку в обществе смыкается с
рядом философских и социальных концепций, отрицающих классовый характер
американского общества и его противоречия. Характеристика порядка как
деидеологического и стихийного явления предупреждает вопрос о том, чьи
интересы он воплощает. Утверждение приоритета порядка перед правом также
направлено на затенение классового характера последнего. Фактически
такой подход направлен на защиту и поддержку интересов правящих классов.

Точки зрения американских авторов свидетельствуют о наличии существенных
различий в подходах к проблеме правопорядка советских и американских
теоретиков права. Так, законности противопоставляется идеалистическое
представление об иерархии юридических норм (Gruendnorm); (право) порядку
как социальной цели — его самостановление; реализации государственной
воли в интересах всего народа — реализация государственной воли в
интересах части общества.

Однако советские и американские теоретики права сходятся в представлении
о правопорядке как состоянии урегулированности общественных отношений
юридическими нормами, выполнении обязанностей и осуществлении прав,
закрепляемых этими нормами, и это может быть использовано для выработки
общего теоретического направления и основных принципов развития
современного международного правопорядка, который складывается в
результате компромисса государственных интересов, обусловленных
внутренними факторами, и в то же время имеет ряд характерных
особенностей.

2. Особенности и сущность международного правопорядка

Специфика международного правопорядка обусловлена согласительной
природой международного права и особенностями его системы. Порядок
межгосударственных отношений складывается в результате соблюде-

«І **

>>>16>>>

ния всего комплекса взаимосвязанных юридических норм: конвенционных и
обычных, общих и индивидуальных, универсальных и локальных. Однако
главные принципы правопорядка остаются неизменными, независимо от
социальной системы. Сформулированная в марксистской теории задача
«добиваться того, чтобы простые законы нравственности и справедливости,
которыми должны руководствоваться в своих взаимоотношениях частные лица,
стали высшими законами и в отношениях между народами»35, легла в основу
социалистической концепции международного правопорядка, идеи которого
провозгласил ленинский Декрет о мире 36. Советское государство с первых
дней своего существования ведет борьбу за обеспечение международного
мира и сотрудничества между государствами в целом.

Основой международного правопорядка ряд юристов-международников называют
современное международное право37, которое приобрело всемирный характер.
Международное право, особенно с принятием Устава ООН, закрепившего
императивный характер справедливых и жизненно необходимых принципов
отношений между государствами и народами, воплощает в себе
нормативно-юридическую модель правопорядка, отвечающего интересам всех
государств и народов, заключает требование к ее практическому
воспроизведению и определенную гарантированность, обусловленную
спецификой создания.

Являясь сложным социально-политическим и правовым явлением,
международный правопорядок характеризует состояние международных
отношений. Соблюдение международно-правовых норм открывает дорогу
политическим договоренностям, способствует установлению доверия и
дружелюбия между государствами, иначе говоря, означает нормальные
отношения. По определению И. И. Лукашука, международный правопорядок
выступает как результат упорядочения системы международных отношений при
помощи международного права 38, или как система правоотношений,
созданная в процессе международно-правового регулирования39. Со своей
стороны устройство всей системы международно-правового регулирования
обеспечивает стабильность международного правопорядка 40.

Необходимо заметить, что поддержание на определенном уровне
международного правопорядка не озна-

*»» 16

>>>17>>>

чает какого-либо фиксированного состояния в силу непрерывности процесса
осуществления международных отношений, и соответственно,
международно-правового регулирования. При этом правовые отношения
опосредуют как экономические, так и политические отношения между
государствами (их самостоятельными и равными субъектами) 41. Порядок
отношений между суверенными национальными государствами А. В. Василенко
называет ядром современного международного правопорядка 42. Кроме
межгосударственных отношений он рассматривает отношения международных
межправительственных организаций и отмечает, что несмотря на сложность и
многообразие элементов международный правопорядок представляет единую
систему 43. В нее входят не только международные отношения, но и
международно-правовые нормы 44, поскольку последние составляют основу
международного правопорядка. При этом огромное значение придается их
реализации. По мнению Ю. А. Решетова, международный правопорядок — это
международное право в действии, эффективное осуществление его принципов
и норм 45. С этим нельзя не согласиться, однако данная характеристика
еще не дает исчерпывающего представления о данном понятии и явлении.

Более развернутое определение международного правопорядка дают Н. А.
Ушаков и М. Л. Энтин. Они пишут, что это «совокупность правоотношений,
которые складываются в соответствии с предписаниями основных
общепризнанных его принципов — норм, имеющих императивный характер
общеобязательного права (jus cogens). Международный правопорядок
устанавливается по взаимному соглашению членов международного сообщества
государств, выражающему их согласованную государственную волю и взаимный
интерес, и поддерживается индивидуальными и коллективными мерами
государств и государственными конституционными механизмами —
международными организациями и органами» 46.

При всех достоинствах данного определения, связанных с отражением
специфики международного правопорядка, в нем, к сожалению, не нашли
отражения два важных критерия — цель и средство, которые имеют большое
значение для концепции международного правопорядка в целоми для ее
практического воплощения..

)МИ

Г-

>>>18>>>

Рассмотрим, что является целью международного правопорядка и в чем
выражается такое его качество, как средство достижения социальной цели.

Представляя собой совокупность отношений, осуществляемых в соответствии
с нормами международного права, международный правопорядок служит
достижению целей, заключенных в этих нормах. Среди них первостепенное
значение имеют те, которые закреплены в «общепризнанных принципах
международного права. Средством их достижения является реализация целей
иных, неимперативных — договорных и обычных норм. Следовательно,
международный правопорядок — это одновременно цель, стоящая перед
международным сообществом государств, и средство ее достижения. Эти
характеристики учтены в определении, которое предлагает А. П. Мовчан:
«Современный международный правопорядок — это воплощающий интересы
международного сообщества государств в целом порядок отношений, который
установлен на основе принципов и норм действующего международного права
и направлен на обеспечение нормальных миролюбивых и дружественных
отношений и сотрудничества между всеми государствами, независимо от
политических, экономических, социальных систем и уровня их развития»47.

Здесь наиболее отчетливо, по сравнению с предыдущими определениями,
выступает сущность международного правопорядка. Чтобы показать его
динамику и основной критерий эффективности, представляется необходимым
внести следующее дополнение: после слов «установлен на основе принципов
и норм действующего международного права» добавить «поддерживается путем
их реализации».

Как было отмечено при рассмотрении понятия правопорядка в общей теории
права, реализация юридических норм происходит благодаря режиму
законности, который характерен и для осуществления международного права.
В современной международно-правовой литературе международная законность
рассматривается как особое общественное явление, выражающееся в
соответствии поведения подавляющего числа субъектов международного права
предписаниям, дозволениям и запретам, установленным
международно-правовыми нормами 48, характеризующееся тем, что для их
полной и беспрепятственной реализации несводимы определен-

>>>19>>>

ные социально-политические условия, соответствующий уровень
демократической организации международных отношений. При наличии
указанных предпосылок международная законность означает такое состояние
межгосударственных отношений, при котором господствующим
политико-правовым принципом является обращенное ко всем государствам (и
ими же согласованное и принятое) требование неуклонного соблюдения
международно-правовых обязательств49. Международная законность находит
свое конкретное воплощение в договорных и обычных нормах, являющихся
юридически обязательными для участников международных отношений, ими
регулируемых. В «Меморандуме о развитии международного права»
подчеркивается: «Неукоснительное уважение международной законности —
сегодня это единственно возможный образ действий для каждого
государства»50. Столь огромное значение правопорядку и законности
придается в связи с тем, что они выступают основными условиями
безопасного мира, условиями приоритетной цели всех государств и народов.

Критерием международной законности на современном этапе называют основы
международного права51. Создание режима законности, как отмечает К. К.
Сан-дровский, заключается в том, чтобы добиться понимания необходимости
соблюдения уже выработанных международно-правовых норм и на этой основе
— формирования (в качестве непреложного принципа) четкого требования их
выполнения 52. И, наконец, реальное выполнение всех требований
международной законности свидетельствует о наличии международного
правопорядка 53. Существует также мнение, что международная законность и
международный правопорядок являются конечными результатами
международно-правового регулирования 54. Представляется, что в некоторой
степени это положение может быть применимо к международному порядку при
рассмотрении его на ограниченном отрезке времени. В целом же поддержание
международного правопорядка отражает динамику международных отношений.
Можно также говорить о результате установления международного
правопорядка как модели, воплощенной в международном праве и законности.
Что же касается международной законности как результата, то выступая в
качестве требования к реализации международно-правовых норм, она
представляется скорее

>>>20>>>

предпосылкой, нежели результатом международно-правового регулирования, и
необходимым условием обеспечения международного правопорядка. В свою
очередь международный правопорядок как состояние мира, дружественных
отношений и сотрудничества является основой международной законности, и,
таким образом, ни одна из этих двух категорий не может фактически
выступать первичной по отношению к ^другой.

С учетом взаимосвязи международного правопорядка и международной
законности несколько трансформированное определение А. П. Мовчана будет
выглядеть следующим образом. Современный международный правопорядок —
это воплощающий интересы международного сообщества государств в целом
порядок отношений, который установлен на основе принципов и норм
действующего международного права, поддерживается путем их реализации в
условиях международной законности в целях обеспечения миролюбивых и
дружественных отношений и сотрудничества, независимо от экономических,
социальных, политических систем и уровня развития государств.

При выдвижении в качестве основного условия поддержания международного
правопорядка реализацию международно-правовых норм необходимо уточнить
смысл этого явления. Существует точка зрения, что оно сводится к
правомерному поведению субъектов международного права55. Однако нормы
права содержат не только модель должного поведения, но и санкцию за
нарушение этих норм, выраженную в той или иной форме. Осуществление
санкции также означает реализацию юридической нормы. Следовательно,
реализация международно-правовых норм, так же, как и
внутригосударственных, предусматривает не только правомерную
деятельность субъектов, но и восстановление нарушенного права 56. Кроме
того, она имеет место и вне правоотношений, поэтому воздержание от
неправомерной деятельности и осуществление правоспособности,
предусмотренное международным правом, следует также относить к его
реализации. Таким образом, воздержание от неправомерной деятельности и
восстановление нарушенного права наряду с правомерной деятельностью
являются важными условиями соблюдения международного правопорядка. Не
следует переоценивать значение восстановления нарушенного права. Как
отмечает

>>>21>>>

С. В. Черниченко, если даже все нарушения правовых запретов будут влечь
за собой в рамках данной правовой системы установленные меры
ответственности, но число нарушений все же превысит известный предел, то
всю правовую систему придется признать неэффективной 57. Поэтому
решающую роль в обеспечении международного правопорядка играет
правомерная деятельность, соответствующая общепризнанным принципам
международного права, его договорным и обычным нормам.

Что касается имеющих место нарушений международного права, то они отнюдь
не означают отсутствия правового порядка. Как.отмечает Э. А. Поздняков,
«система функционирует нормально, то есть находится в состоянии
относительной устойчивости, когда действия одних государств,
направленные на нарушения равновесия, «гасятся» или компенсируются
противоположно направленными действиями других государств»58.
Разумеется, это справедливо, когда нарушения носят либо локальный
характер, либо, затрагивая интересы многих субъектов, не являются
разрушительными для всей правовой системы. В противном случае принцип
компенсации теряет всякий смысл. Таким образом, можно -сказать, что
международный правопорядок обеспечивается качественным и количественным
преобладанием правомерной деятельности субъектов международного
сообщества. При этом необходимо отметить, что содержание правомерной
деятельности субъектов на разных этапах развития международного права
неодинаково, соответственно и правопорядок каждого этапа имеет свою
специфику. Несмотря на то, что международное право является основой
правопорядка, для последнего можно выделить такие стадии: международный
правопорядок дооктябрьской эпохи, международный правопорядок от Декрета
о мире до создания ООН, международный правопорядок эпохи ООН. Основой
данной периодизации является следующее.

Несмотря на различия в международном правопорядке рабовладельческого,
феодального, буржуазного периодов, это был порядок, отвечающий интересам
эксплуататорских классов. При всех прогрессивных изменениях в ходе
развития международного права, особенно связанных с буржуазными
революциями (нидерланд-•ской XVI в., английской XVII в. и Великой
французской

>>>22>>>

революцией XVIII в.), по ряду важнейших вопросов — мира, национального
развития, сотрудничества,— эта было право наиболее сильных в
экономическом и военном отношении государств. Ведение агрессивных войн,.
– колониальное господство, неравноправные договоры наряду с такими
принципами и институтами буржуазного права, как народный суверенитет,
невмешательство во-внутренние дела, комбатанты, дипломатические
привилегии и иммунитеты, постоянный нейтралитет и др., составляли часть
правомерной деятельности.

Выдвинутые Октябрьской социалистической революцией политические,
моральные, правовые основы нового миропорядка опираются на многовековой
опыт международной жизни и воплощают лучшее из достигнутого человеческим
разумом59. Послеоктябрьская эпоха развития международного правопорядка
характеризуется существенными изменениями в содержании правомерной
деятельности. Декларированные Декретом о мире идеи справедливого
демократического мира, отказа от агрессивных войн, национального
самоопределения были оформлены в нормативном порядке договорами
Советского государства, получили одобрение на международных
конференциях. Парижский пакт 1928 г. провозгласил отказ от войны в
качестве орудия национальной политики. Правомерная деятельность получает
мирную направленность на справедливых, равноправных, взаимовыгодных
началах.

Наконец, на третьем этапе ряд положений общедемократического характера
закрепляется в Уставе ООН в качестве общепризнанных принципов
международного права. Отказ от агрессии и мирное урегулирование
международных проблем, а также предписания, касающиеся равноправия и
независимости государств, защиты национальных интересов на справедливой
основе, становятся императивами правомерной деятельности.

Следующий период развития международного правопорядка должен стать
этапом прочных гарантий правомерной деятельности в жизненно важных
сферах международного общения. Их необходимость объективирована
существованием равной для всех государств ядерной опасности, а
взаимозависимость всех членов международного сообщества и отсутствие
шансов на приоритет в ядерном конфликте делают гарантии реальными. На
этом этапе, как отмечается в советской международ-

>>>23>>>

но-правовой литературе, «новое будет заключаться не в- преобразовании
основного содержания международного права, а прежде всего в обеспечении
его проведения в жизнь, в качественном совершенствовании механизма
международно-правового регулирования»60.

Как видно, модель правомерной деятельности заложена в международном
праве. Но она не ограничивается рамками нормативной системы. К
правомерной деятельности можно отнести все, что не противоречит
императивным нормам, хотя и не получило непосредствен-ло юридически
обязательного закрепления. Универсальный характер общепризнанных
принципов международного права обеспечивает широкую основу правомерной
деятельности6l.

Таким образом, специфика международного правопорядка связана с целым
рядом факторов. Это, во-первых, особая природа его основы —
международного права, его историческое развитие; специфическая сущность
международного права и соответствующее ей содержание правомерной
деятельности; во-вторых, особенности реализации международно-правовых
норм, восстановление нарушенного порядка и предупреждение нарушений; и,
наконец, сфера установления и действия международного правопорядка,
соотношение с международным и мировым порядком. Последнее имеет особое
значение, поскольку ряд вопросов, связанных с укреплением и
совершенствованием международного правопорядка, имеет выход на мировой
порядок, о чем речь будет идти ниже.

3. Порядок и правопорядок в международном сообществе

Международный правопорядок — это порядок международных
межгосударственных отношений, а также отношений между другими субъектами
международного права. Сферой его установления и действия является
международное сообщество.

Формирование и существование международного сообщества объективировано
взаимозависимостью государств и необходимостью соотнесения их
международных интересов. Как отмечал В. И. Ленин, «мы живем не только в
отдельных государствах, но и в известной хистеме государств…»62. Такой
системой и является

>>>24>>>

международное сообщество на современном этапе, а его понятие находит
отражение в ряде официальных документов и юридической литературе 63.

Понятие «международное сообщество» государств в целом было вызвано к
жизни, по мнению А. П. Мовчана, учреждением ООН и всей ее последующей
деятельностью64. Немаловажную роль в его формировании сыграла группа из
26 государств — объединенные нации, сплотившихся для осуществления общей
цели — борьбы с фашизмом. Принятая ими Вашингтонская Декларация 1942
года, известная как Декларация Объединенных Наций, предопределила
название организации, отражающее единство и взаимосвязь ее членов,
которыми в настоящее время является подавляющее число государств.

Фактически международное сообщество возникло с формированием
национальных государств, которые не могли существовать изолированно.
Однако внутреннее экономическое неравенство и эксплуататорская мораль
приводили к тому, что потребность государств друг в друге принимала
уродливые формы, выражаясь в порабощении слабых более сильными
(захватнические войны, колониальная система, протекторат).

Декрет о мире провозгласил принципы нового универсального порядка мира и
взаимоотношений государств на справедливых демократических началах.
Вторая мировая война продемонстрировала значение сотрудничества с
Советским государством в деле подавления агрессии и восстановления
правопорядка 65. Общие цели государств, связанные с их
жизнедеятельностью, развитием и безопасностью, предопределили создание
ООН, в лице которой международное сообщество получило формальное и
качественно новое объединение, характеризующееся равенством государств в
отношении прав и обязанностей, закрепленных в Уставе организации.

В настоящее время взаимозависимость членов международного сообщества
видна наиболее отчетливо на фоне равной для всех государств ядерной
опасности и других глобальных проблем.

В результате сложилось восприятие совокупности национальных государств и
их образований как некоего относительного целого, что привело к
выработке и признанию соответствующего понятия.

Н-. А. Ушаков пишет, что современное международ-

>>>25>>>

ное сообщество обладает собственной международно-правовой позицией,
которая выражается в Уставе ООН, актах Генеральной Ассамблеи ООН,
принятых консенсусом, единогласно или близким к единогласию
большинством; выступает носителем определенных международных правомочий
в отношении отдельных государств, и отмечает тенденцию к признанию его
субъектом международного права 66.

Государства в современном международном сообществе выступают со своими
национальными интересами, внешней политикой и стремлением реализовать
свои суверенные права во всех сферах международной жизни. При этом
наблюдается устойчивая тенденция к росту их взаимосвязи67. «Единство
сегодняшнего мира подчеркивается фактом существования общечеловеческих
проблем, разрешить которые можно лишь усилиями всех Народов и
государств»68. Государства образуют сообщество: являются связанными в
своих действиях по отношению друг к другу определенным набором норм
поведения и обладают способностью порождать новые субъекты для
институализации сотрудничества, которое является доминирующим интересом
сообщества. Для его воплощения сообществу необходимы правовые и
морально-этические нормативно-регулирующие системы, которые находят
закрепление, с одной стороны, в международном праве, с другой — в
международно-правовом сознании69. В соответствии с достигнутым уровнем
международно-правового сознания, которое является индивидуальным для
каждого субъекта международного сообщества, вырабатываются общие правила
поведения и деятельности, реализация которых обеспечивает порядок в нем,
причем «о порядке в социальном сообществе можно говорить только тогда,
когда поведение его членов не выходит из рамок, за которыми может
последовать распад этого сообщества или прекращение его физического
существования»70. Таким образом, международное сообщество и
международный порядок (в частности, правопорядок) являются
взаимообусловленными. С одной стороны, международное сообщество является
сферой установления международного правопорядка и его непосредственным
создателем. Как отмечают Н. А. Ушаков и М. Л. Энтин, международный
правопорядок устанавливается по взаимному соглашению членов
международного сообщества государств, выражаю-

>>>26>>>

щему их согласованную волю и взаимный интерес 7Г_ Усилиями тех же
государств международный правопорядок поддерживается и совершенствуется.
В отсутствие соответствующих международных органов механизм, принуждения
к соблюдению международного права реализуется через государства и их
объединения, выражаясь в самопринуждении, связанном с добровольным
волеизъявлением по поводу определенного правила поведения, в применении
международно-правовых санкций, в воздействии со стороны международных
организаций и, наконец, в виде международного правопорядка, или
совершенствовании его нормативной основы и правоприменения, представляет
собой реализацию правосубъектности государств и их образований.

С другой стороны, именно международный правопорядок является необходимым
условием существования и жизнедеятельности международного сообщества,
поскольку правотворчество и правоприменение могут иметь место только при
определенном уровне порядка.

В некоторых работах советских специалистов в области политической и
правовой науки международное сообщество характеризуется как совершенно
новая политико-правовая категория, сложившаяся в результате всемирного
признания идеи мирного сосуществования72, глубоких изменений в
международной жизни, произошедших после Великой Октябрьской
социалистической революции и второй мировой войны, распада колониальной
системы, создания и всей последующей деятельности ООН. С ООН связываются
и дальнейшие перспективы коллективного поиска баланса интересов всех
государств 73.

Устав ООН как документ, отражающий интересы международного сообщества,
закрепил основы нового международного правопорядка, в котором
первостепенное значение имеет порядок правотворчества, определивший
согласование воль государств важнейшим условием признания юридической
обязательности нормативных предписаний. Данный порядок закрепляет
равенство государств в силу суверенности их воль, а также в отношении
прав и обязанностей по международному праву. Принятая таким образом
международная норма выражает взаимный компромисс, согласие с
установленным правилом и готовность следовать ему74. В резуль-

>>>27>>>

тате согласование воль становится объективной основой для поддержания
международного правопорядка.

Консенсус в области правотворчества создает гарантии для практического
осуществления достигнутых соглашений: ни одно из государств «не может
уклониться от выполнения взаимосогласованных решений под тем предлогом,
что они были приняты без учета его точки зрения и окончательного мнения.
Вместе с тем государства и общественные силы, выступающие сторонниками
неуклонного выполнения совместно принятых решений, получают неоспоримое
политико-правовое основание для своих требований о соблюдении всеми
государствами— участниками договора, конференции такого рода
международных обязательств»75. При этом консенсус выступает предпосылкой
для применения норм об ответственности за нарушение международного права
и для его восстановления..

Особую роль в становлении и поддержании международного правопорядка
играют основные принципы международного права. Адресованные всем членам
международного сообщества государств и являющиеся общепризнанными
нормами, они служат правовой основой всех международных договоров и
ориентиром при принятии решений в обстоятельствах, не имеющих
международно-правовой регламентации или в случае ее неполноты.
Социальная ценность императивных норм состоит в том, что с их
осуществлением связаны интересы как международного сообщества в целом,
так и каждого государства в отдельности, поскольку эти нормы являются
воплощением воли не просто большинства, что было бы навязыванием воли
большинства меньшинству76, а именно всех государств. Таким образом,
природа императивных норм и их назначение — регулирование наиболее
важных для международного сообщества отношений 77 — создают основу
унифицированного международного правопорядка.

Современное международное сообщество располагает известным арсеналом
средств международно-правового регулирования для поддержания
международного правопорядка в целях обеспечения своего существования и
прогрессивного развития. За последние годы с трибуны Генеральной
Ассамблеи ООН все чаще звучат призывы, обращенные к международному
сообществу государств в целом 78, которое выступает носителем опреде-

>>>28>>>

ленных международных правомочий в отношении отдельных государств79 и в
силу этого обладает возможностями воздействия на международные процессы.
Представляя собой объединение субъектов международного права, оно не
просто суммирует их интересы, ценности, а дает качественно новое
образование, в котором одни потребности приходят в столкновение со
своими противоположностями, что требует их взаимного самоограничения,
другие получают подкрепление со стороны аналогичных интересов и
усиливаются, перерастая из национальных в интересы нескольких
государств, региональные, глобальные. Совпадение национальных интересов
государств создает благоприятные условия для поддержания международного
правопорядка, а возможности его укрепления обусловлены возрастанием роли
общечеловеческих интересов и ценностей и развитием тенденции к
совпадению ряда национальных и глобальных целей. Объективный характер
этой тенденции определяется все более возрастающей зависимостью
прогрессивного развития каждого отдельного государства от стабильности
международного сообщества в целом.

Забота о внутренних интересах перерастает национальные границы. Однако и
эта проблема решается неоднозначно: один вариант — это теория и практика
неоглобализма, СОИ; другой — выдвижение новой внешнеполитической
концепции, нацеленной на создание всеобъемлющей системы международной
безопасности 80, С ее реализацией связывается будущее международного
сообщества. Условия порядка в нем в целом были сфорулированы на XXVII
съезде КПСС, где отмечалось, что смысл «фундаментального порядка»
состоит в том, чтобы, «не закрывая глаза на социальные, политические и
идеологические противоречия, овладеть наукой и искусством вести себя на
международной арене сдержанно и осмотрительно, жить цивилизованно, то
есть в условиях корректного международного общения и сотрудничества»81.
При этом несовместимость социалистической и буржуазной идеологий не
должна и фактически не является непреодолимым препятствием для выработки
и осуществления правовых норм международного общения и сотрудничества.
Нельзя не учитывать влияния классового мировоззрения на внешнюю политику
и всю международно-правовую деятельность государств. Так, буржуазные, в
частности американские,

>>>29>>>

концепции международного порядка оправдывают и в определенной мере
стимулируют политику, проводимую западной дипломатией, даже если она
подрывает основы сложившегося правопорядка.

Что же представляет собой порядок в международном сообществе? Наряду с
термином «международный порядок» в юридической и социально-политической
литературе исследователей разных стран часто встречаются такие термины,
как «мировой порядок», «международный правопорядок», «международный
экономический (политический, торговый, культурный, дипломатический,
информационный, космический, морской) порядок».

Какой смысл вкладывается в понятие «мировой порядок» советскими учеными?
По мнению Г. X. Шахназарова, мировой порядок — это совокупность
доминирующих политических принципов, правовых норм и условий
экономического и культурного обмена, которые формируются под
воздействием объективных процессов общественного развития и соотношения
социальных сил в каждую историческую эпоху. Представляя собой результат
взаимодействия государств и других участников международной жизни
(массовые движения, мировое общественное мнение, международные
организации), миропорядок в свою очередь оказывает определенное влияние
на ход и исход событий в мире, их общую тенденцию 82.

Сопоставим его с определением «международный порядок», в котором он
рассматривается как «состояние динамического соответствия международных
отношений, их организации качественным свойствам и соотношению сил на
мировой арене» 83. Среди этих отношений — политические, экономические,
культурные и другие. Таким образом, и в том и в другом определении речь
идет фактически об одном и том же: соответствии международных отношений
принципам, нормам и условиям, обеспечивающим жизнедеятельность
международного сообщества.

Существует определение мирового порядка как совокупности международных и
внутригосударственных отношений, в том числе и правовых. Так, Л. С. Явич
пишет, что очевидно есть основание говорить о происходящем генезисе
мирового правопорядка, включающего классово однородные правопорядки
внутри государств,

>>>30>>>

образующих глобальное сообщество, и классово неоднородный
(компромиссный) правопорядок, опосредующий отношения между государствами
(международные, межгосударственные отношения)84.

Однако такая совокупность еще не дает целостной картины порядка ввиду
разных уровней объединяемых систем и не имеет универсального механизма
управления. Другое дело — согласованность внутренних (право) порядков с
международным. Представляется, что именно этот показатель мог бы служить
критерием мирового порядка. В его пользу говорит также тот факт, что
нормы современного международного права содержат обязательства не только
в отношении международной деятельности государств, но и касающиеся
урегулирования внутригосударственных отношений (Всеобщая декларация прав
человека 1948 г., Пакты о правах человека 1966 г., Конвенция о
запрещении геноцида, апартеида и расовой дискриминации, Конвенция о
запрещении всех’ форм дискриминации в отношении женщин, Конвенция о
гражданстве замужней женщины и др.).

В более широком смысле миропорядок можно рассматривать как
урегулирование (правовое и неправовое) глобальных проблем,
представляющих жизненные интересы для международного сообщества в целом
и каждого государства и каждого человека в отдельности.

Порядок же отношений между государствами, очевидно, не может быть
никаким иным, как международным порядком. А поскольку эти отношения
могут носить как неправовой, так и правовой характер, то как часть
международного порядка следует выделить междуна-‘ родный правопорядок.

Сочетание правового и неправового регулирования характерно практически
для всех областей международных отношений. Так, международные отношения
регламентируются многочисленными принципами и нормами, содержащимися в
международных экономических и политических договорах, включающих
постановления по экономическим вопросам; в уставах и других
учредительных актах международных организаций (в Преамбуле, ст. ст. 1,
55, 56 Устава ООН; Преамбуле и ст. 1 п. 2 Устава СЭВ); резолюциях
Генеральной Ассамблеи ООН (резолюция 3201 (S —VI) и 3202 от 1 мая 1974
г.; 3281 (XXIX) от 12 декабря 1974 г.). Большое значение для
международного экономического порядка имеют

>>>31>>>

международные конференции, а также односторонние акты государств —
заявления правительств, меморандумы и т. п.

Отношения в области использования космического пространства упорядочены
принципами и нормами принятых единогласно резолюций Генеральной
Ассамблеи ООН (1721) XVI от 21 декабря 1961 г., 1962 (XVIII) от 13
декабря 1963 г. и др.; Договором 1967 г., Соглашением 1968 г.,
Конвенцией 1972 г. Правилами деятельности в космосе являются также
односторонние обязательства, заявления, инициативы.

Как видно, в качестве средств обеспечения порядка разного рода
международных отношений выступает вся совокупность имеющихся правил, как
юридически обязательных, так и не являющихся таковыми. Однако именно
международно-правовые нормы в силу своей обязательности для всех
государств и в равной мере обеспечивают каркас этого порядка. «С другой
стороны, чтобы между государствами осуществилось конкретное
взаимоотношение, оно должно в конечном итоге неизбежно облечься в форму
соглашения между ними, т. е. в международно-правовую форму»85.

Таким образом, международный правопорядок выступает основополагающей
частью международного порядка, которая складывается из правопорядков
всех видов международных отношений. Поэтому именно правовым средствам
придается большое значение в обеспечении порядка в международном
сообществе. Огромная важность добросовестного выполнения обязательств,
установленных общепризнанными принципами и другими нормами, вытекающих
из заключенных международных договоров, подчеркивается в программе КПСС
86. Принцип pacta sunt seruanda отражает главное условие международного
правопорядка, связанное с реализацией нормативных предписаний.

Следует отметить, что нормы права, их реализация выявляют соотношение
правовой системы и правопорядка. Право как совокупность норм,
воплощающих модель поведения и деятельности, служит моделью
устанавливаемого порядка. Будучи юридически обязательными, нормативные
предписания одновременно выступают требованием к их исполнению. Нормы,
предусматривающие ответственность, обеспечивают возможность охраны и
восстановления нарушенного правопорядка. Но весь этот

>>>32>>>

нормативный массив в виде должного — только фундамент правопорядка, а
его здание — фактическое — выстраивается в процессе и результате
правореализации. Причем особо следует выделить процесс, поскольку смысл
целого ряда норм сводится именно к нему (например, принцип неприменения
силы и угрозы силой, суверенного равенства, невмешательства во
внутренние дела и целый ряд других общепризнанных принципов и договорных
и обычных норм). Поэтому международный правопорядок — это не только и не
столько результат правореализации, сколько само состояние, иными
словами, это реализующееся право. Смысл права — в императивном велении,
смысл правопорядка — в его осуществлении.

Итак, можно сказать, что

— международный правопорядок устанавливается в международном
сообществе суверенных государств и обеспечивает условия существования
и функционирования данного сообщества;

– объективной основой поддержания международного правопорядка
является компромисс в области создания нормативных предписаний,
реализация которых составляет сущность этого порядка;

– мировой порядок отражает согласованность внутренних порядков с
международным и степень урегулированное™ глобальных проблем;

— международный правопорядок — это основополагающая часть
международного порядка, складывающаяся из правопорядков всех видов
международных отношений;

– международное право и международный правопорядок суть
взаимосвязанные, но не совпадающие понятия, отражающие единство должного
и фактического.

4. Подход к мировому порядку и международному правопорядку в
американской и других западных доктринах международного права

В понятие порядка в международном сообществе вкладывается различный
смысл, это влечет за собой и неодинаковое представление о средствах и
путях его обеспечения и совершенствования. Необходимо выяснить, что
берется за основу порядка западными юристами, в первую очередь
американскими.

>>>33>>>

Для определения порядка в международном сообществе в американской
международно-правовой литературе употребляются две основные конструкции
1) international legal order (международный правовой порядок) или
international normative order (международный нормативный порядок) и 2)
world order (мировой порядок). Первая употребляется большей частью
тогда, когда речь идет о прошлом’ и настоящем, вторая — о будущем.
Соответственно каждая из этих конструкций увязывается с определенным
механизмом функционирования международного сообщества. Характерно также
то, что в работах разных авторов международный правовой и мировой
порядок рассматриваются с позиций тех социальных ценностей, которым
призвано служить международное право. В соответствии с цен-лостным
содержанием, которое тот или иной автор вкладывает в понятие
международного права, последнее получило различные определения. У П.
Джессепа это транснациональное право, С. Дженкса — общее право
человечества; П. Корбета, Г. Кларка и Л. Сона — мировое право; Б.
Роллинга — международное право благосостояния, У. Фридмана —
международное право сотрудничества, О. Шахтнера — международное право
развития, М. МакДугала и Г. Лассуэла — международное право человеческого
достоинства87. Соответственно целью порядка, обеспечиваемого каждым из
названных видов международного права, является защита тех основных
ценностей, которые обусловили его название.

Несмотря на различие этих определений, многие американские юристы
говорят о невысокой эффективности современного международного права в
целом. Так, Р. Фолк и С. Ким пишут об упадке международного права88.
Отсюда встает вопрос о его обязательности. В этих условиях
международно-правовой нигилизм, имеющий место в международно-правовой
доктрине США8Э, не мог не отразиться на концепциях порядка в
международном сообществе и его дефинициях.

Характерным представлением о международном правопорядке является
властное регулирование международных отношений, принудительное
соблюдение международно-правовых норм. Такой подход сложился в
определенной степени под влиянием теории Г. Кельзена, который
рассматривал государство с такими присущими ему признаками, как власть и
способность оказания

2 _ 001076
33

>>>34>>>

принудительного воздействия в качестве юридически! универсального
порядка, включающего в себя и международный, и все национальные
правопорядки в единстве 90.

Такое толкование понятия «государство» значительно преувеличивает роль и
возможности последнего в отношении международного правопорядка, который
обеспечивается в результате взаимодействия всех государств. Отталкиваясь
от теории Г. Кельзена в развитии идеи правопорядка в обществе, Р. Паунд
предложил следующее определение: «…Правопорядок — это режим
установления отношений и предписания поведения путем систематического
применения силы со стороны4 политически организованного общества»91.

Казалось бы, трудно приложить это определение к международным
отношениям, где предписания поведения и деятельности создаются
согласованием воль государств и отсутствуют органы принуждения, однако
такой правопорядок в международном сообществе выглядит возможным и
оправданным не только для Р. Паун-да. По мнению У. МакКлура,
осуществление международного права путем применения наднациональной
власти для подавления, скажем, «незаконной агрессии» иг наказание за нее
уже применялись национальными государствами в некоторых случаях с
большим эффектом и имеют огромную ценность как прецедент92.

Действительно, применение насилия к агрессору вплоть до использования
против него вооруженных сил (ООН или государств, имеющих договоры о
взаимной помощи в случае нападения с государством, подвергшимся
агрессии) является необходимостью, диктуемой интересами международной
безопасности. Однако это целиком и полностью относится именно к акту
агрессии, а не так, как сформулировано у МакКлура, «скажем,, агрессии».
Представляется, что необходим дифференцированный подход к различным
нарушениям международного правопорядка.

Проблемы мирового порядка подробно рассматриваются в работах М.
МакДугала. В книге «Исследования мирового публичного порядка» мировой
порядок представлен в виде «характерных особенностей мирового
социального процесса, включающих ценности, являющиеся целью общества, и
институты, обеспечивающие их достижение и находящиеся под защитой
права»93.

>>>35>>>

Это общее определение конкретизируется в формулировке «минимального
порядка» (или «минимума порядка»), под которым он понимает авторитарный
порядок, эффективность которого обеспечивается принуждением. Это
минимальный порядок, потому что принцип силы при нем является
необходимым для установления отношений между членами сообщества и
стабильного сотрудничества в ходе производства и распределения
ценностей. Поддержание этого порядка должно отвечать таким целям
сообщества, как предупреждение и минимизация разрушительных последствий
принуждения и всемерное способствование процессам убеждения и
согласования94.

По сути дела «минимальный порядок» — это порядок, при котором содержание
правомерной деятельности соответствует старому международному праву,
тогда как лучший, как известно, способ избежать «разрушительных
последствий принуждения» — отказ от «принципа силы». И, наконец, неясно,
кем и каким образом этот принцип должен осуществляться.

Более конкретно определение С. Мендловица и Т. Уайса: миропорядок — это
«международные отношения и дела, которыми человечество может значительно
уменьшить вероятность нарушений в международной жизни и создать
приемлемые условия для процветания мировой экономики, социальной
справедливости, экологической стабильности и участия в процессе принятия
решений международного значения»95, однако не совсем ясно, чем данный
порядок отличается от международного, поскольку суть последнего
составляют те же международные отношения. Отсутствует также ссылка на
основу данного порядка. С этой точки зрения неполноту определения
отмечает Р. Фолк. По его мнению, определение миропорядка должно включать
аналитические, эмпирические и нормативные характеристики, а концепция
миропорядка — изучение того, «в какой степени прошлая, настоящая и
будущая организация силы и власти способна реализовать ряд целей, к
которым стремится человечество и которые утвердили себя как выгодные для
всех людей мира»96.

В соответствии с названными критериями Р. Фолк понимает под миропорядком
такую структуру силы, власти и верований, которая придает отношениям
между людьми на всех уровнях общения специфическую

2*
35

>>>36>>>

форму, от семьи до мирового правительства 97. Отсюда система миропорядка
— это всеобъемлющая модель всех его слагаемых, преобладающих в
конкретный исторический период, способы их взаимодействия и обеспечения
целостного единства 98.

Подход Р. Фолка существенно отличается от предыдущих тем, что речь идет
не просто о совокупности порядков, не о международных отношениях, а о
едином порядке в мировом масштабе, который должен обеспечиваться единым
механизмом «силы, власти и верований». Что касается конкретного описания
данного ме,-ханизма, то его Р. Фолк не дает. Однако система миропорядка
как взаимодействие всех его слагаемых, т. е. порядков отношений между
людьми на разных уровнях, заслуживает внимания.

Критически оценивая дискуссию по данной проблеме, Р. Гарднер пишет:
«Мировую структуру, обеспечивающую мир, права человека и условия
экономического прогресса, … расплывчато называют миропорядком»99.
Действительно, при такой формулировке понятия миропорядка можно
согласиться с Р. Гарднером, поскольку мир является результатом
межгосударственных отношений, права человека, несмотря на их
международно-правовое закрепление, реализуются в отношениях
внутригосударственных, а экономический прогресс можно рассматривать в
отношении всего международного сообщества и отдельных государств. Отсюда
неясно, какого рода единая структура обеспечивает названные ценности.

В качестве элементов миропорядка называют также такие социальные
ценности, как равенство, свобода, демократия, солидарность, разнообразие
культур, целостность окружающей среды, реализация которых требует, по
мнению некоторых авторов, переосмысления концепции национального и
государственного суверенитета 10°.

Довольно подробно излагает свои взгляды на миропорядок С. Хофман.
«Мировой порядок, есть или скорее мог бы быть таким состоянием
сообщества, при котором покончено с нарушениями … Это состояние
уверенности в отношениях между акторами плюс коллективные учреждения.
Это также установление равновесия сил путем переговоров, военного
сдерживания и экономических контактов, способствующих обеспече-

>>>37>>>

нию такого состояния»101. Конкретизируя свое выражение «состояние
порядка», С. Хофман определяет его как многочисленные процессы по
урегулированию споров, выработке совместных программ, перераспределению
природных ресурсов, для осуществления которых необходимо тесное
сотрудничество. Но тут! же эвтор задает вопрос: как сделать возможным
сотрудничество акторов, стоящих на разных идейных платформах? Как
обеспечить осуществление всех этих процессов, если в их основе лежат
положения, разделяе-ше далеко не всеми? 102. Таким образом правовая и
по-читическая проблема переносится в область идеологии и в этой сфере
представляется неразрешимой.

Очевидно, что такой подход не отвечает интересам сотрудничества и
является в наши дни конфронтацией важному для всего мира
советско-американскому диалогу. Ввиду огромного значения этого вопроса
стратегически важным является положение о недопустимости распространения
на сферу внешней политики и международных отношений идеологических
противоречий между двумя системами ш.

В противоположность понятию и модели миропорядка, важнейшими категориями
которых являются сила и власть, У. МакКлур отмечает, что существующий
международный правопорядок развивался через свободное сотрудничество его
участников. Давление, которое имеет место в целях его поддержания,— это
давление, оказываемое логикой событий, а не силой оружия. Современный
международный правопорядок основан преимущественно на законодательном
процессе, в результате которого два (или более) национальных государства
создают правила, регулирующие отношения между ними 104. Для поддержания
такого порядка, по мнению У. Мак-Клура, необходимо мировое право в той
мере, в какой это требуется для сохранения мира, предупреждения
вооруженных конфликтов между национальными государствами 105. Он также
пишет, что сложилось мировое сообщество и мировой порядок (право плюс
политический аппарат для его создания и осуществления). Право
представляет собой систему норм, действующих в мировом сообществе, а
политический аппарат — это ООН, представляющая почти все народы мира и
призванная бороться с нарушениями права, контролировать

>>>38>>>

его осуществление, толковать и изменять в мирных целях 10в.

Таким образом, У. МакКлур рассматривает мировой порядок с точки зрения
его универсальности: общеобязательности ряда международно-правовых норм
и роли ООН в международном сообществе. Такая позиция отражает
качественные изменения в международном праве в связи с созданием ООН.

Мировое право, о котором говорит У. МакКлур, необходимое для реализации
договорных норм, не имеет ничего общего с надгосударственным
принуждением. Термин «мировое» употребляется для обозначения нормативных
предписаний более универсального характера — общепризнанных и
общеобязательных принципов. Таким образом, в данном случае в системе
международно-правовых норм выделяются два уровня: международный —
договоры между двумя или несколькими государствами и мировой —
императивные нормы, универсальные договоры, конвенции, принимаемые
подавляющим большинством государств.

Почти стандартным определением миропорядка, как пишет Л. С.
Финкельштейн, является «устойчивая… структура… отношений между
народами, которая служит платформой для уверенности в будущем»,
включающая принципы, нормы, правила и процедуры 107.

Как видно, для ряда определений миропорядка, включая последнее,
характерна подмена термина «международный» термином «мировой» или их
отождествление.

Имеются попытки разграничения международного и мирового порядка. Одна из
них предпринята австралийским профессором X. Буллом, который по ряду
международно-правовых вопросов разделяет взгляды американских
исследователей. Международным порядком он называет модель деятельности,
которая соответствует самым необходимым целям сообщества государств или
международного сообщества 108, под мировым — модели и порядки
деятельности людей, которые соответствуют насущным целям социальной
жизни человечества в целом. Развивая свою мысль, X. Булл пишет, что
международный порядок — это порядок отношений между государствами, но
государства — это группировки людей, а люди могут группироваться и в
иные’образования. Миропорядок — более широкое понятие, чем международный
порядок, потому что он включает в себя не толь-

>>>39>>>

ко порядок отношений между государствами, но и по,-рядки внутри
государства, а также порядок в мировой политической системе, система
государств в которой является только составной частью. По мнению X.
Булла, миропорядок является более фундаментальным и перспективным, чем
международный, потому что единицами человеческого общества являются не
государства (нации, племена), а индивиды, которые постоянны и нерушимы,
тогда как их группировки могут изменяться и распадаться. Вывод:
миропорядок в моральном отношении является первичным по отношению к
международному 109.

Разграничение мирового и международного порядка, сделанное X. Буллом,
является довольно четким: международный порядок — это отношения между
государствами, мировой порядок — отношения как между отдельными людьми
во всем мире, так и их разнообразными группировками ио.

Разработкой проблемы порядка в международном сообществе занимаются
юристы многих стран, причем нередко они испытывают влияние американских
концепций миропорядка. Своеобразная трактовка понятия порядка в
международном сообществе приводится в работе английского исследователя
П. Лайона” По его мнению, это сложная и изменчивая концепция расстановки
сил в международных отношениях. Он представляет собой сумму нескольких
специфических порядков — дипломатического, правового, экономического,
морального, военного. Международный порядок в целом — сложное
образование, являющееся результатом суммирования ряда специфических
порядков. Соответственно, международные отношения не являются сферой
сплошного хаоса — это область единого калейдоскопического порядка.
Современный международный порядок — это Европейская система государств,
которая распространилась на весь мир ш. П. Лайон подчеркивает также
коренное отличие международного порядка от внутригосударственных,
состоящее в следующем: совокупность порядков различных типов,
рассматриваемых во взаимодействии, может дать картину глобальной
нестабильности и беспорядка; и наоборот, гораздо чаще бывает так, что
международный или глобальный порядок — это фактически порядок
беспорядков 112.

Характерным моментом в исследовании П. Лайона,

>>>40>>>

что ставит его подход в один ряд с концепциями мирового порядка,
является объединение национальных порядков в единую систему глобального
порядка.

Однако порядок в международном сообществе, как уже отмечалось,
существенно отличается от внутригосударственных и несмотря на то, что
каждый национальный правопорядок в той или иной мере оказывает влияние
на международный, оно всегда ограничено влиянием других внутренних
правопорядков, следовательно, порядок в международном сообществе не
может выступать в виде ^суммы внутригосударственных. Нельзя согласиться
и с постановкой в один ряд с дипломатическим, экономическим и другими
правового порядка. Как отмечалось, последний является ядром каждого из
них.

Г. Мозлер в работе «Международное сообщество как правовое образование»
исследует проблему международного правопорядка. «Я считаю, что
существование международного правопорядка имеет двойную природу: это
параллельное существование самоуправления в виде суверенных образований
и информированность о правовых нормах, которые заменяют несуществующую
общую верховную власть»113. Такими, по мнению Г. Моз-лера, были условия
становления международного правопорядка, такими они остаются и на
сегодняшний день. В то же время он отмечает и новые факторы, характерные
для современности, это международные организации, а также выдвижение
индивида в качеству актора международного права и правопорядка 114.

Г. Мозлер, таким образом, с одной стороны, отмечает информативный
характер международно-правовых норм, с другой — их функцию осуществления
верховной власти, что, во-первых, не соответствует одно другому, а,
во-вторых, представляется некорректным. Как известно, коренным отличием
международно-правовых норм от всех иных правил международного общения,
которыми государства, будучи именно информированными о них, могут
руководствоваться по своему усмотрению, является юридическая
обязательность. Нормы, выработанные в результате консенсуса, и верховная
власть — далеко не одно и то же. В основе первого — добровольное
волеизъявление, в основе второго — властное принуждение. Поэтому суть
дела не в замене одного другим, а в принципиально отличном способе
правотворчества и правореализации, основанном на общедемокра-

>>>41>>>

тических (неавторитарных) принципах и принуждении (в основном
самопринуждении) как следствия добровольного волеизъявления.

Следует отметить также концепции порядка в международном сообществе,
которые основаны на ведущей роли международного права. Так, по
определению Ф. Ван Асбека, международный правопорядок означает
устойчивые отношения и иерархию интересов и ценностей за пределами
национальных границ. Эти отношения и иерархия должны, насколько
возможно, устанавливаться беспристрастным органом на основе принципа
справедливости, а не в соответствии с постоянными или временными
моментами соотношения сил, используемых в интересах группы, принимающей
решения 115. Международный порядок должен строиться на международном
праве П6.

Последнее положение конкретизирует М. Виралли: международный
правопорядок — это «создание и реализация международного права»117.

Обобщая различные подходы к понятиям международного и мирового порядка,
можно сказать, что наиболее распространенным представлением о
международном порядке является порядок отношений между государствами.
Миропорядок характеризуется либо как совокупность национальных и всех
видов международного порядка, либо как порядок отношений между всеми
людьми и их всевозможными суверенными и несуверенными образованиями
(понятие суверенности при этом становится относительным.— Н. Т.). Из
последнего толкования миропорядка следует, что существующая система
суверенных национальных государств и ориентированные на нее
международно-правовые нормы оказываются препятствием для
функционирования системы миропорядка, а международное право, содержащее
права и обязанности государств, не может полностью выполнять роль
регулятора отношений в этой системе, соответственно теряют смысл и его
институты. С этих позиций практика нарушения международно-правовых норм
получает обоснование, к которому нередко прибегают США.

Таким образом, поскольку теоретические исследования проблемы порядка в
международном сообществе тесно связаны с практикой межгосударственных
отношений, подход к ним со стороны американских юристов

>>>42>>>

приобретает немаловажное значение. В настоящее время он характеризуется
рядом концепций трансформации международного правопорядка в новый
мировой порядок. Некоторые из них, затрагивающие наиболее важные вопросы
теории и практики международного права, будут рассмотрены в следующей
главе.

Примечания

1 См.: У сен к о Е. Т. Соотношение категорий международного и
национального (внутригосударственного) права // Советское государство
и право. 1983. № 10. С. 45—46.

2 Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. Т. 15. С. 368.

3 См.: Борисов В. В. Правовой порядок развитого
социализма. Саратов, 1977. С. 35—57.

4 См.: Алексеев С. С. Общая теория социалистического права.
Вып. 1. Свердловск, 1963. С. 187; Общая теория социалистического права.
Т. 1. М., 1981. С. 235; Теория государства и права. М., 1986, С. 307;
Васильев А. М. Правовые категории. М., 1976. С. 181;
Самощенко И. С. Понятие правонарушения по советскому
законодательству. М., 1963. С. 47—51; Соколов Ю. А.
Участие трудящихся в охране советского общественного порядка. М., 1962.
С. 12.

5 См.: Теория государства и права. 1965. С. 433; 1970. С. 505; 1983.
С. 377; Рабинович П. М. Упрочение законности — закономерность
социализма. 1975. С. 67—68.

6 Я в и ч Л. С. Социалистический правопорядок. Л., 1972.
С. 8, 23, 16. 17.

7 См.: Недбайло П. Е. Применение советских правовых норм. М.,
1960. С. 125; Стручков Н. А. Советская исправительно-трудовая
политика и ее роль в борьбе с преступностью. Саратов, 1970. С. 22.

8 Юридический энциклопедический словарь. М., 1984. С. 287.

9 См.: Борисов В. В. О связи правопорядка и
правоотношений//Вопросы теории государства и права/’Межвуз. сб.
Саратов, 1983. С. 37, 40.

10 См.: Васильев А. М. Указ. соч. С. 181.

11 Б о p и с о в В. В. Указ. соч. С. 244.

12 См. там же. С. 69.

13 См.: Марксистско-ленинская общая теория государства и
права. Основные институты и понятия. М., 1970. С. 536, 537, 453; Теория
государства и права. М., 1974. С. 607—608; Теория государства и права.
Л., 1982. С. 315.

14 Рабинович П. М. Указ, соч. С. 68.

15 Алексеев С. С. Общая теория права. С. 219.

16 Б ори со в В. В. Указ. соч. С. 363. “Алексеев С. С. Указ.
соч. С. 219.

18 Б о p и с о в В. В. Указ. соч. С. 362.

19 См. Васильев А. М. Указ. соч. С. 156.

20 Там же. С. 179—180.

21 См. там же. С. 180.

22 См.: Назаров Б. Л. Социалистическое право в системе
социальных связей. М., 1976. С. 42, 70.

>>>43>>>

г” См.: Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М., 1974.
С. 58.

24 Ткаченко Ю. Г. Методологические вопросы теории
правоотношений. М., 1980. С. 102.

25 См.: Назаров Б. Л. Указ. соч. С. 72.

26 Я вич Л. С. Сущность права. Л., 1985. С. 160.

п Я в и ч Л. С. Социалистический правопорядок. С. 23.

28 См.: Решетов Ю. С. Реализация норм права и правоотношения //
Правоведение. 1976. № 6. С. 25—26; Черниче н-ко С. В.
Реализация международно-правовых норм//Сов. ежегодник межд. права.
1980. М., 1981. С. 59; Я ви ч Л. С. Социалистический
правопорядок. Л., 1972. С. 19.

29 Д у д и н А. П. Диалектика правоотношений. Саратов, 1983.

30 См.: Б у p л а й Ц. В. Нормы права и правоотношения в
социалистическом обществе. Киев, 1987. С. 76.

31Chambliss W., Saidman R. Law, order and power. Reading
(Mass.), 1982. P. 77.

32 W e n g l e r W. Public international law. Paradoxes of
a legal order // Recueil des cours. Collected courses of the Hague
Academy of international law. The Hague, 1982. T. 158. P. 77.

33 Цит. по: F a l k R. The end of world order: essays on
normative international relations. N.-Y.— London: Holmes and
Meier, 1983. P. 40.

34 K i r k R. The roots of american order. La Sale
‘(III), 1975. P. 5.

35 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 16. С. 11.

36 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 35. С. 13—16.

37 В сочетании «современное международное право» Г. И. Тун-кин
подчеркивает «современное», указывая на кардинальное отличие
действующего международного права от старого буржуазного международного
права. (См.: Курс международного права. Т. 1. М„ 1989. С. 29,
124—129).

38 Л у к а ш у к И. И. Международно-правовое регулирование
международных отношений. М., 1975. С. 17.

39 Там же. С. 18.

40 См.: Курдюков Г. И. ‘Государство в системе
международно-правового регулирования. Казань, 1979. С. 12.

41 См.: Я в и ч Л. С. Сущность права. С. 179.

42 См.: Василенко А. В. Стратегия международного обеспечения
миропорядка // Вестник Киевского ун-та: Международные отношения
и международное право. 1984. Вып. 18. С. 4.

13 См. там же.

44 См. там же, а также Лазарев М. И. Теоретические вопросы
современного международного морского права. М., 1983. С. 23.

45 См.: Решетов Ю. А. Современный международный правопорядок //
Сов. ежегодник межд. права. 1986. М., 1987. С. 97.

46 Международный порядок: политико-правовые аспекты М., 1986.
С. 83.

47 М о в ч а н А. П. Вклад ООН в укрепление международного
правопорядка (к 40-летию ООН) // Правоведение. 1985. № 6. С. 25;
Укрепление международного правопорядка—курс КПСС и Советского
государства // Советское государство и право. 1986. № 6. С. 91;
Международный порядок: политико-правовые аспекты… С. 139.

48Черниченко С. В. Реализация международно-правовых

>>>44>>>

норм, ее предпосылки и результаты // Сов. ежегодник межд. права. 1980.
М., 1981. С. 64.

49 См.: Сандровский К. К. Проблемы законности и
правопорядка в международных отношениях // Вестник Киевского ун-та:
Международные отношения и международное право. 1986. Вып. 23. С. 16.

50 Меморандум о развитии международного права//Советское
государство и право. 1987. № 4. С. 64.

51 См: нарушения США норм международного права. М.. 1984.
С. 5.

52 См.: Сандровский К. К. Указ. соч. С. 18.

53 CKL там же.

54 См.: Неделчев А. И. Международная законность и механизм
международно-правового регулирования. Киев, 1985. С. 26—27.

53 Там же. С. 120.

56 Восстановление нарушенного права следует рассматривать как часть
комплексной проблемы охраны международного правопорядка и важнейший
элемент института международно-правовой ответственности. Проблемы
данного института подробно рассматриваются в работах таких
юристов-международников, как В. А. Василенко, В. А. Вадапалас, Ю. М.
Колосов, А. В. Мелешников, Н. А. Ушаков, С. В. Черниченко.

57Черниченко С. В. Указ. соч. С. 64.

58 Поздняков Э. А. Движение системы межгосударственных
отношений//Общественные науки. 1987. № 2. С. 59.

59 См.: Лукашук И. И. 70-летие Октября и международное
право//Советское государство и право. 1987. № 11. С. 60.

60 Там же. С. 64.

61 См.: Лихачев В. Н. Пробелы в современном международном
праве. Казань, 1985. С. 18—19.

82 Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. Т. 49. С. 370.

63 Ст. 53 Венской .конвенции о праве международных договоров 1969 г.; в
ст. 19 Проекта статей об ответственности 1976 г.; в Декларации
принципов международного права 1970 г.; Е в и н-т о в В.
И. Международное сообщество и правопорядок. Киев, Наукова думка, 1990.

64 См.: М о в ч а н А. П. Организация Объединенных Наций и
международный правопорядок. С. 16.

65 См.: Лукашук И. И. Указ. соч. С. 57—59.

66 См.: Ушаков Н. А. Проблемы теории международного права. М.,
1988. С. 137—140.

67 См.: Осипов А. Программа мира .и социального прогресса //
Мировая экономика и международные отношения. 1986. № 2. С. 22;
Примаков Е. XXVII съеад КПСС и исследование проблем мировой экономики
и международных отношений // Мировая экономика и международные
отношения. 1986. № 5. С. 4.

68 Там же. С. 5.

69 См.: Международный порядок: политико-правовые аспекты. С.
12.

70 Там же. С. 12.

71 См. там же. С. 83.

72 См.: Мовчан А. П. Укрепление международного правопорядка —
курс КПСС и Советского государства. С. 84—85.

73 См.: Горбачев М. С, Октябрь и перестройка: револю-

>>>45>>>

ция продолжается / Доклад, посвященный 70-летию Октябрьской
социалистической революции//Правда. 1987. 3 ноября.

74 Как отмечает Р. Косолапое, история дает немало примеров,
свидетельствующих о том, что международные отношения представляют
больший простор для компромиссов разнородных социальных сил, чем
отношения внутриобщественные. См.: Косолапов Р. •Общественная
природа международных отношений // Мировая экономика и международные
отношения. 1979. № 7. С. 67.

75 M о в ч а н А. П. Разрядка напряженности и международный
правопорядок//Советское государство и право. 1976. № 11. С 94—95.

76 См.: Шестаков Л. Н. К вопросу определения норм в
международном праве // Советский ежегодник международного права. 1980.
М., 1981. С. 72.

77 См. там же. С. 75.

78 См., например: Выступление министра иностранных дел Кипра Г, Якову
на 40-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН// Международная жизнь. 1986. №
1. С. 115—116.

гз См.: Ушаков Н. А. Указ. соч. С. 139.

80 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза.
С. 74—76.

81 Там же. С. 65.

82 Шахназаров Г. X. Социализм и будущее. М., 1983. С 398.

83 Международный порядок: политико-правовые аспекты. С. 38.

84 См.: Я в и ч Л. С. Сущность права. С. 179.

85 См.: Ушаков Н. А. Указ. соч. С. 13.

86 См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза ^новая
редакция) // Материалы XXVII съезда Коммунистической партии
Советского Союза. С. 176—177.

87 См.: Kim S. The United Nations, Lawmaking and world
order//Alternatives: A journal of world policy. 1985. Special UN
•commemorative issue. V. 10. № 4. P. 668.

88 F a l k R. The decline and future perspects of
international! law//Canadian journal of development studies. 1981. №
1. P. 173; Kim S. Op. cit. P. 643.

89 См.: Лукашук И. И. Международно-правовой нигилизм во внешней
политике США // Советское государство и право. 1982. № 7. С. 121—129;
Фельдман Д. И., Чебышев С. Н. Международно-правовой нигилизм
(генезис и современность) // Сов. ежегодник межд. права. 1979. М.,
1980. С. 200—211.

° К eisen H. General theory of law state. N.-Y., 1974. P. 190.

91 P o u n d R. The task of law in Atomic Age // Law, state and
international legal order: Essays in honor of Hans Kelsen. Knoxville,,
1964 P. 236.

92 М с. С 1 u r e W. World legal order: Possible contributions by
the people of the United States.—Chapel Hill, 1960. P. 235.

93 Studies in world public order / McDougal M. and Associates. New
Haver, 1960. Introduction.

94 Op. cit. Introduction.

95Mendlovitz S., Weiss T. The study of peace and justice: Toward- a
framework for global discussion // Planning alternative future. N.-Y.,
1975. P. 157.

96 F a l k R. Contending approaches to world order//Peace and •world
order studies: A curriculum guide, N.-Y., 1981. P. 35.

>>>46>>>

97 F a 1 k R. The role of law in world society: Present crisis and
future prospects // Toward world order and human dignity.— N.-Y.,.
1976. P. 150.

98 Ibid.

“Gardner R, The hard road to world order // Foreign affairs. 1974.
April. P. 556.

!00Tinbergen D. Reshaping the international order. N.-Y., 1980. P. 187.

“”Hoffmann S. Primacy or world order. N.-Y., 1980. P. 187.

102 Ibid. P. 187.

103 См.: Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского
Союза. С. 177.

т М с С l u r е W. Op. cit. P. 26, 28.

105 Ibid. P. 29.

106 Ibid.

107 F і nk el s t e i n L. S. Book revews and notes: Negotiating
World order: The Artisanship and Architecture of Global Diplomacy.
Wilmington, 1986//American journal of International Law. 1988.
V. 82. № 2. P. 400.

108 B u l l H. The anarchical society: A study of order in world
politics. N.-Y., 1977. P. 8.

109 Ibid. P. 20—22.

110 Аналогичное толкование миропорядка дает М. МакДугал, поэтому
его анализ см. во 2-ой главе в связи с концепцией М. Мак-Дугала
преобразования международного (право) порядка в мировой.

111 Lyon P. New states and international order//The basis of
international order. London, 1973. P. 24—25.

112 Ibid. P. 57—58.

113 M o s l e r H. An international society as a legal community.
Alphen an den Rijn. Germantown, 1980. P. 3.

114 Ibid. P. 6.

115 V a n Asbeck F. International society in search of a
transnational legal order. Leyden, 1976. P. 232.

»« Ibid. P. 333.

117 V і rally M. Revew essay: Good faith in public
interna,-tional law//American Journal of international law. 1983. V. 77.
P. 133.

Глава 2

АМЕРИКАНСКИЕ ПРОЕКТЫ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВОПОРЯДКА

Идея мирового порядка, имевшая хождение в разные времена, получила новый
импульс в 70-х годах нынешнего столетия. Наиболее интенсивно ее
разработка идет в США, что во многом обусловлено новыми идеологическими
течениями. Последние в свою очередь были вызваны целым комплексом новых
факторов международ-

>>>47>>>

яой жизни после окончания второй мировой войны. Изменения в политической
обстановке — создание Орга-иизаций Объединенных Наций, социалистической
системы; в международных экономических отношениях, связанных с распадом
колониальной системы, соотношении военных потенциалов, появление ядерных
государств — приводят к необходимости переосмысления внутренних и
внешних задач государства с различных точек зрения — философии,
политики, экономики, социологии и права. Вызревая в течение двух с
половиной десятилетий после второй мировой войны по мере упрочения новых
международных факторов и их влияния на внутригосударственные процессы,
потребность к пересмотру курса государственного развития достигла апогея
к началу 70-х годов. Это привело к кризису традиционной идеологии
реформистски настроенных кругов правящего класса — идеологии
либерализма. В результате образовались такие идейно-политические
течения, как неоконсерватизм, умеренный и социал-реформизм ‘.
Неоконсерватизм, не имея цельной системы взглядов, отражает тенденцию к
консолидации реакционных сил, делает упор на военно-силовые методы в
осуществлении внешней политики и международных связей. Представители
умеренно-реформистского направления делают акцент на отстаивании того
уровня, которого уже достигла американская экономика, создавая
благоприятные условия для деятельности монополий, укрепления
транснациональных корпораций. Особо можно выделить либерализм
технократического толка, для которого характерна ориентация на
интеграционные процессы в современном мире, связанные с усилением
взаимозависимости государств, отказ от национального суверенитета,
перемещение центра тяжести противоборства двух еисч тем из
военно-стратегической в экономическую, научно-техническую и
идеологическую сферы. Последняя разновидность либерализма — одна из
немногих, выживших в кризисной ситуации. Однако в рассматриваемый период
буржуазному реформизму технократического толка складывается
леволиберальная альтернатива, сторонники которой призывают к
осуществлению таких экономических и социальных преобразований, как
ограничение привилегий монополий, демократизация политического процесса,
отказ от милитаризма и экспансионизма во внешней политике. И, наконец,
позиция

>>>48>>>

социал-реформистов по вопросам межгосударственных отношений ближе к
признанию необходимости мирного урегулирования споров, отказа от
использования силы, невмешательства во внутренние дела государств,
сотрудничества в решении глобальных проблем современности.

Новые идейно-политические течения стимулировали появление многочисленных
идей и концепций в различных областях теоретических исследований, в том
числе и международно-правовой. Одной из проблем является преобразование
современного международного правопорядка в новый мировой порядок 2,
которое рассматривается американекими юристами с позиций той или иной
методологической платформы.

hav~B*

lr^

hav~B*

N `

hav~B*

ph?2одов под эгидой ООН — по проблемам окружающей среды, морскому праву,
пищевых ресурсов, населения и нового экономического порядка — отразил
фундаментальные изменения в устройстве международной жизни 4. Однако
структура международной политической системы в основном осталась без
изменений 5. В этих условиях в исследованиях американских юристов
происходит поворот от проблем международного правопорядка к задачам и
путям становления нового миропорядка. Можно выделить несколько основных
направлений трансформации международного правопорядка, в основу которых
были положены основные постулаты либерализма.

>>>49>>>

1. Изменение круга субъектов международного права

Идея свободы отдельного человека послужила выработке критерия,
отличающего мировой порядок от международного в вопросе о
правосубъектности.

Как известно, основными субъектами отношений, регулируемых современным
международным правом, являются государства и нации, ведущие борьбу за
независимое государство. Они же образуют международное сообщество,
которое соответственно и называется «международное сообщество
государств». Иначе выглядит состав мирового сообщества, который
рассматривается в теоретических исследованиях М. МакДугала. В
соавторстве с Г. Лассуэллом он анализирует порядок в рамках глобальной
социальной системы, в которую включает ряд систем публичного порядка,
образующих единый мировой социальный процесс. Речь идет о «процессе»,
поскольку различные системы международного правопорядка взаимодействуют
между собой, о «социальном» — поскольку люди принимают в нем активное
участие, и наконец, о «мировом» — потому что взаимодействие между людьми
распространяется на все население земного шара, представляющее
глобальное сообщество 6.

Основополагающая посылка концепции МакДугала и Лассуэлла о
непосредственном участии индивида в мировом социальном процессе была
подвергнута критике профессором Вашингтонского университета Г. Л.
Дорсеем. Он пишет, что МакДугал и Лассуэлл, концентрируясь на «мировом
социальном процессе», в котором индивид принимает непосредственное
участие, пытаются обойти вопрос о суверенитете национальных государств7.
Кроме того, поскольку назначение нового миропорядка — обеспечить
индивиду возможность максимально использовать существующие ценности,
достаточно убедить большинство индивидов различных систем в том, что при
поддержке этого порядка их доля в распределении ценностей возрастет и
порядок будет установлен. Таким образом, спасение от ядерного
Армаге-дона и тоталитаризма становится якобы задачей ученых 8.

В глобальном (или мировом) сообществе М. МакДугал различает несколько
категорий участников мирового социального процесса. Во-первых, это
правитель-

>>>50>>>

ства и официальные организации, национальные и международные. Во-вторых,
образования, которые могут оказывать влияние на первую категорию
участников, принимающих решения: политические партии, политические
порядки, группы давления. Но в любом случае первостепенным актором
является индивид, который может действовать в одиночку или через
какую-либо организацию9. Однако современное международное право,
являющееся основой сложившегося международного правопорядка, не признает
индивида в качестве •своего субъекта. Поэтому не случайно проблемой,
поднимаемой американскими юристами в связи с переходом к новому
миропорядку, является пересмотр круга субъектов международного права. «В
течение многих веков,— пишет М. МакДугал,— человек имел обязанности,
сформулированные в международных предписаниях, в отношении военных
преступлений, пиратства, работорговли и т. д. … Поэтому было бы
неточно продолжать именовать индивидов просто «объектами», а не
«субъектами» международного права»10.

Большое внимание американские юристы уделяют проблеме правосубъектности
многонациональных и транснациональных корпораций11. Здесь главный вопрос
заключается в том, чтобы «при существующем или новом мировом порядке
транснациональные корпорации могли бы успешно выполнять свои
экономические функции»12. Понятно, что статус субъекта международного
права открыл бы для них новые, более широкие возможности, а ограничение
государственного суверенитета, вплоть до его полного упразднения
(подробнее об этом будет сказано далее), предоставило бы полную свободу
действий. Защищая интересы корпораций, американские юристы выступают за
такое изменение международного правопорядка, которое решило бы
положительно вопрос о правосубъектности ТНК. Кроме того, отмечается, что
именно ТНК, их укоренение и укрепление служат становлению более
рационального и стабильного порядка, создают его базис13. В чем будет
выражаться этот порядок? По мнению Р. Гилпина, «в возможности одного
экономически сильного государства навязывать свою волю другому
государству»14.

Еще одним образованием, претендующим на статус субъекта международного
права, являются так называемые «группы лиц, объединенных по интересам».
Так,

.•50

>>>51>>>

А. А. Сайд пишет, что на смену анархии системы национальных государств
идет международный корпорати-вистский порядок 15. Суть его состоит в
том, что на международную арену должны выйти такие акторы,, как элиты
групп, объединяющих лиц по интересам. Такой порядок вполне отвечает и
интересам ТНК, которые наряду с другими образованиями получают при нем
статус субъектов международного права.

Элитарная концепция давно известна в буржуазном учении о политической
системе и социальной структуре государства. Основной ее целью было
нивелировать противоречия в буржуазном государстве. Теперь она выносится
на международную арену, где любая деятельность государства должна
соотноситься с интересами и деятельностью других государств.

В вопросах международной правосубъектности советская наука
международного права исходит из следующего. Индивиды находятся под
юрисдикцией государства, гражданами которого они являются, и выступают
субъектами внутригосударственных правоотношений. Они не имеют
собственного международного статуса и не обладают юридической
способностью к независимому осуществлению международных прав и
обязанностей и вследствие этого не являются субъектами международного
права16. Однако процессы демократизации и гуманизации международного
права требуют нового осмысления роли индивида и его места в
международной системе. Гуманизация международного права, как пишет Р. А.
Тузмухамедов, есть установление-международного правопорядка,
обеспечивающего непосредственное участие народов и индивидов в создании
новых правовых гарантий развития человека и человечества 17, что связано
с повышением значения человеческого фактора во внутренних делах
государств, а также с необходимостью совершенствования реализации
международно-правовых норм, закрепляющих обязательства государств в
отношении обеспечения прав индивида. Сам факт международно-правовой
регламентации этих прав создает один из элементов правоспособности
индивида. Это не есть в полном смысле правоспособность, присущая
государствам и другим субъектам международного права, а скорее, ее
предпосылка или опосредованная (национальным законом) правоспособность.
Непосредственная реализация индивидом правоспособнос-

>>>52>>>

ти как элемента международной правосубъектности связана с прямым
действием международного права во внутригосударственном правопорядке.
Только в этих условиях можно было бы говорить и о международно-правовом
статусе индивида.

Другая проблема — осуществление дееспособности индивида. Что касается
этого элемента международной правосубъектности, то его реализация на
современном этапе оказывается несовместимой с нахождением индивида под
юрисдикцией национального государства. Важно также, что
политико-правовая связь между государством и его гражданами отвечает
интересам каждой из сторон. Поэтому решение проблемы дееспособности
индивида связано, во-первых, с обеспечением надежных гарантий
безопасности государств; во-вторых, с совершенствованием
международно-правовых норм о правах человека, унификацией
внутригосударственных порядков в сфере их реализации и с созданием
механизма международно-правовой защиты этих прав. Однако и при
соблюдении этих условий дееспособность индивида будет ограниченной по
сравнению с государством. Таким образом, точнее было бы говорить о
развитии элементов правосубъектности индивида на базе стабильного
международного правопорядка 18.

Критериям субъекта международного права, выработанным в советской науке
международного права 19, в основном не соответствуют «группы лиц,
объединенных по интересам», и ТНК. Однако независимо от своего
фактического статуса ТНК выступают нарушителями международного права20.
В процессе функционирования они «подрывают суверенитет как
развивающихся, так и развитых капиталистических стран»21. В связи с
этим, а также повышением роли ТНК в международных экономических
отношениях, возникла настоятельная необходимость регулирования их
деятельности, что было отмечено на 39-й сессии Генеральной Ассамблеи
ООН. Эту задачу должен решить кодекс поведения ТНК, основная цель
которого — предотвращение и ликвидация негативных последствий
деятельности транснациональных корпораций22. Кроме того, установление
прав и обязанностей ТНК определило бы их международно-правовой статус.
Сегодня это особенно важно, поскольку участие корпораций в международных
отношениях все более активизируется. При этом совершенно оче-

>>>53>>>

видно, что проблемы ТНК требуют нового теоретического толкования и
практического решения.

Что касается других объединений индивидов, то статус каждого может быть
также определен в соответствии с правовой регламентацией их
деятельности. Следует только подчеркнуть, что вопрос о правосубъектности
индивидов и их коллективов рассматривается с позиций современного
международного сообщества 23.

2. Обеспечение централизованного надгосударственного принуждения

Другое направление преобразования международного правопорядка, в основу
которого положены военно-силовые методы неоконсерватизма, связано с
обеспечением централизованного государственного принуждения в процессе
международно-правового регулирования. По словам Р. Фолка, «система
национальных государств, как таковая, не имеет ни механизмов для
эффективной инплементации даже минимальных постулатов международного
права, ни морального базиса для какой-либо приемлемой формы
международного порядка»24. Такое положение обусловлено, как он считает,
тем, что только правительства суверенных государств могут создавать и
толковать международное право и содействовать его осуществлению.
Получившее распространение в американской юридической литературе мнение
о неэффективности международного права в отсутствие органа, наделенного
полномочиями принудительного воздействия на субъекты, которым адресованы
юридические нормы, привело к исследованиям возможностей и форм
организации силы и власти в международном сообществе. Идея правопорядка
как властного обеспечения реализации международно-правовых норм получила
детальную разработку в книге Г. Кларка и Л. Сона «К всеобщему миру через
мировое право», в которой предлагалось с целью улучшения политической
организации международного сообщества и осуществления принуждения по
отношению к суверенным государствам преобразовать Генеральную Ассамблею
ООН в Мировой парламент и наделить ее законодательными функциями25.

Авторитарный порядок в других формах предлагают и отстаивают М.
МакДугал, Г. Моргентау, Р. Фолк,

>>>54>>>

С. Блэк, Р. Гилпин, С. Мендловиц. Говоря о необходимости аппарата
принуждения в международном сообществе, Р. Фолк ссылается на «новые
условия», отражающие состояние современной цивилизации. По его мнению,
это состояние представляет собой поворотный момент, за которым последует
либо падение, крах цивилизации, либо прорыв на новую ступень развития
26_ Под прорывом, как очевидно, понимается создание новой системы
миропорядка. «Г. Гроций,— пишет Р. Фолк, — выступал за обеспечение основ
нормативного порядка в международном сообществе, отражающего потребности
формирующейся системы национальных государств… В наше время, напротив,
именно системе национальных государств брошен вызов со стороны ряда
новых форм супернационализма»27.

За ту или иную форму централизации в международном сообществе
высказываются Мендловиц и Блэк28. Однако на вопрос, что будет
представлять собой такая система, однозначного ответа в американской
доктрине нет. С. Блэк предлагает различать две стадии правопорядка
будущего. Во-первых, это ближайшее будущее, для которого будет
характерно увеличение разнообразного инструментария, необходимого для
осуществления глобальных целей при сохранении «неустойчивых отношений»
между национальными государствами, международными правительственными и
неправительственными организациями; во-вторых, более отдаленное будущее,
в котором может появиться такой орган, как мировое правительство119. Р.
Фолк считает, что это может быть какая-то новая форма превосходства
сильных над слабыми и применения принуждения к последним со стороны
первых, либо это будет глобальный социальный контракт, основанный на
добровольном подчинении его условиям и признании его справедливым и
законным 30.

В настоящем вопрос сводится к обеспечению принуждения со стороны
определенным образом организованной власти в международном сообществе, в
формировании которой значительная роль отводится США 31> Международный
правопорядок в этих условиях рассматривается как воплощение структур и
процессов, посредством которых эта власть создается, применяется и
трансформируется 32. Роль права в этой концепции зависит якобы от его
вклада в развитие системы центра-

>>>55>>>

дизованного управления, а в дальнейшем именно эта система должна
обеспечить его эффективность33. Не давая определенного ответа на вопрос
о форме централизации, С. Мендловиц тем не менее считает, что в любом
случае она необходима, неизбежна и должна превосходить государственную
систему34.

Р. Гарднер, анализируя проект мирового правительства с позиций
либеральной технократии, высказывает отрицательное отношение к подобному
органу в связи с тем, что в его состав должны входить главы ведущих
государств, но невозможно представить основы для договоренности между
ними. Поэтому Р. Гарднер предпочитает строить «здание миропорядка» не
сверху, а снизу: вместо создания централизованных универсальных органов,
осуществляющих общую консолидацию, ввести органы с ограниченной
юрисдикцией, представительство в которых будет зависеть от стоящих на
повестке дня проблем 35.

Принцип властного принуждения был положен и в основу проекта создания
международной полиции. Считая непреходящим достоинством теории Г.
Кельсена провозглашенное им единство правового и политического порядка,
внутригосударственного и международного, Г. Моргентау называет частью
этого порядка международную полицию, которая в целях его поддержания
должна выполнять правовые и политические функции. В основном эти функции
заключаются в следующем: принуждение к соблюдению права и деятельность,
вызванная попытками и подрывом правового порядка, а также политического,
экономического и социального статус-кво членов международного сообщества
зв. Кроме того, большая роль отводится международной полиции в деле
обеспечения безопасности. Причем Даже в случае полного разоружения, по
мнению Г. Моргентау, не следует отказываться от систематического
принуждения к соблюдению международно-правовых норм. В мире без ядерного
оружия «задачей международной полиции будет поддержание разоружения
путем контроля за производством и транспортировкой обычного оружия и
военных установок, выяснения фактов нарушения условий разоружения,
восстановление правового статуса состояния разоружения и наказание
нарушителя — как индивида, так и государства в целом»37. Г. Моргентау
высказывает также предложения по сос-

>>>56>>>

таву международной полиции и руководству ее деятельностью. Так,
международная полиция должна формироваться из контингентов вооруженных
сил великих держав, а те политические задачи, которые ставятся перед
ней, требуют, чтобы деятельность международной-полиции осуществлялась
под эгидой мирового правительства 38.

Следует заметить, что предлагаемый Г. Моргентау состав международной
полиции не отвечает возлагаемым на нее задачам: замена комиссий
экспертов по контролю за разоружением вооруженными отрядами
международной полиции представляется неравноценной. Что касается
восстановления нарушенного права и наказания правонарушителя, то в той
степени, в какой эта задача может быть решена вмешательством вооруженных
сил, она отчасти решается в настоящее время использованием вооруженных
сил ООН с санкции Совета Безопасности. Таким образом, цели, ставящиеся
перед международной полицией, могут быть достигнуты уже существующими
средствами.

С созданием международной полиции связывается решение многих важных
проблем. С. Мендловиц утверждает, что с помощью международной полиции
можно было бы избежать многих страданий, выпавших на долю граждан
различных государств. В качестве примера он приводит гражданскую войну в
Ливане 1976 г. Убийства и насилие в отношении ни в чем не повинных
людей, как пишет С. Мендловиц, можно было бы вне всякого сомнения
предотвратить, если бы хорошо обученные войска транснациональной полиции
образовали в Бейруте «гуманитарный коридор», из которого были бы
исключены все воюющие. Транснациональная полиция могла бы также
оказывать помощь в работе МАГАТЭ, всемерно служить справедливости,
задачам экономического благосостояния и экологического равновесия 39.

Считая создание международной полиции задачей большой важности,
американские юристы разработали вопросы о ее численности, обучении
состава, местонахождении, финансировании, функциях и контроле за
деятельностью. Непосредственное командование и контроль предлагается
возложить на Генерального секретаря ООН, который мог бы принимать
решения без поддержки со стороны Совета Безопасности 40.

>>>57>>>

Таким образом, гуманитарные задачи международной полиции ставятся в
зависимость от авторитарного решения, а само предложение о ее создании
направлено на установление надгосударственной власти, опирающейся на
военную силу. Совершенно очевидно, что такая деятельность международной
полиции связана с нарушением сложившегося международного правопорядка. В
то же время ряд функций, которые она должна выполнять, заслуживают
внимания и специального исследования.

Главный аргумент в пользу централизованной власти в международном
сообществе — то, что ее отсутствие отрицательно сказывается на состоянии
международных отношений, на эффективной реализации международно-правовых
норм,— в целом не лишен основания. Однако нельзя согласиться и с тем,
что какая-либо из форм централизации окажется панацеей от наиболее
опасных международных деликтов, так как «и в государстве, где имеется
централизованная власть, иногда также возникают кризисные ситуации и
вооруженные конфликты. Следовательно, дело не только в том, что в
международной системе существуют суверенные государства и отсутствует
централизованная власть»41.

Кроме того, в отличие от государства международное сообщество
представляет собой особую систему со специфическим характером
правотворчества, правоприменения. Поэтому перенос в эту сферу
инструментария, используемого для обеспечения порядка в иных
образованиях, далеко не всегда оказывается оправданным. «Система
международных отношений принадлежит к классу систем со стихийным
регуляционным механизмом. В ней отсутствуют какие-либо центральные
управляющие и регулирующие органы. Равновесие (или порядок.— Н. Т.)
достигается здесь через столкновение противоположных процессов и
разнонаправленных действий государств» 42.

Представляется также, что любая форма централизации в международных
отношениях с ее механизмом принуждения после многолетней практики
согласования воль и иных форм реализации национального и
государственного суверенитета означает, по всей видимости, шаг назад: от
демократии к диктату. Иное дело — принуждение со стороны сообщества
государств. В отличие от единой воли мирового государства43 согласование

>>>58>>>

воль суверенных государств имеет совершенно иной смысл. «Согласование
воль государств не есть их слияние в некую «общую волю». Эти воли не
могут слиться уже потому, что их классовая сущность, выражаю-щаяся в
целях и задачах соответствующих классов, различна и даже противоположна»
44. А это значит, что централизованная воля в современных условиях может
отражать интересы только той части международного сообщества, которая
сумеет их отстоять. В этих условиях международное право может быть
только правом силы. Таким образом, преобразование современного
международного правопорядка в целях обеспечения централизованного
властного принуждения к государствам, отвечая интересам монополий в США,
является неприемлемым для целого ряда экономически более слабых, в
особенности развивающихся, государств.

«Глобальный социальный контракт», который по предположению Р. Фолка
может быть одной из форм централизации власти в международном
сообществе, представляется неубедительным. Тем более, что своего рода
глобальный контракт, добровольно признанный государствами в качестве
юридически обязательного, уже существует в виде Устава ООН. Предложение
о создании иного контракта оказывается в одном русле с практикой
пересмотра норм jus cogens, нарушителем которых нередко выступают США
45. Даже ограниченная юрисдикция, предлагаемая Р. Гарднером,
представляет собой признание права силы, так как сама по себе юрисдикция
в международных отношениях означает принудительное сужение
государственного суверенитета. По той же причине функция принуждения со
стороны международной полиции представляется несовместимой с такими
принципами международного права, как невмешательство в дела, входящие во
внутреннюю компетенцию государства, суверенное равенство государств.
Другие функции — помощь МАГАТЭ по контролю за использованием ядерной
энергии и ядерным разоружением, осуществление задач гуманитарного
характера, а также урегулирование локальных, особо опасных конфликтов —
несомненно представляют большую важность, но в определенной мере могут
выполняться благодаря уже имеющимся средствам: комиссиям по контролю,
вооруженным силам ООН. В целом же эта проблема требует специального
исследования.

>>>59>>>

Рассмотрение различных форм воплощения и реали-ізации централизованной
власти в международном сообществе выявляет, что предлагаемые
американскими юристами преобразования в целях обеспечения якобы более
прочного и справедливого порядка фактически направлены против
нормативной системы существующего международного порядка и противоречат
объективным закономерностям развития международного сообщества.

В то же время проблема «повышения меры управляемости миром» является
чрезвычайно актуальной. Однако ее решение лежит не в установлении
международного диктата, а в обеспечении баланса интересов и сил.
Международное управление не является утопией, более того, оно существует
в виде международно-правового регулирования, а функции своего рода
мирового правительства выполняют международные организации «во главе с
ООН, осуществляющие, хотя и с ограниченными полномочиями, самые
различные административно-управленческие функции»46. При этом
принуждение, только иного рода, является важнейшим методом
регулирования. Оно исходит не от надгосударст-венного органа как
такового, а является следствием добровольного волеизъявления государств
в отношении определенного характера деятельности или конкретного правила
поведения и признания их юридической обязательности. Принуждение к
соблюдению принятых на себя обязательств может выступать в виде
требования со стороны международных организаций, например, резолюций
Генеральной Ассамблеи ООН, а также в форме реализации норм об
ответственности. В любом случае оно связано не с насильственным
ограничением государственного суверенитета, не с выполнением чужой воли,
а с реализацией добровольно принятых на себя обязательств и соблюдением
порядка, представляющего собой равную ценность для всех членов
международного сообщества. Таким образом, несостоятельной представляется
не столько сама идея мирового правительства, сколько формы ее
осуществления, предлагаемые американскими юристами. Кроме того, в
современных условиях эти формы не могут быть реализованы.

Существует и еще один подход к проблеме наднациональности. Он связан с
выяснением вопроса о том, что же все-таки заставляет суверенные
государства

>>>60>>>

соблюдать нормы международного права в отсутствие принуждения. Ответ на
него, по мнению Т. М. Фрэнка, откроет дорогу к более совершенному и
реальному мировому порядку. Анализируя такую ситуацию, он приходит к
следующему: «Государства в отношениях друг с другом часто подвергаются
искушению нарушить норму поведения, чтобы извлечь для себя пользу из
каких-то внезапно появившихся обстоятельств, если они не делают этого, а
предпочитают подчиниться норме к пренебречь сиюминутной выгодой, то это
скорее всего потому, что они действуют в далеко идущих интересах, видя в
этом потенциальную пользу. Они могут предвидеть будущие ситуации, в
которых эта норма обеспечит им преимущества»47.

Данное объяснение соблюдения международно-правовых норм явно не
исчерпывающее. Начать с того, что необходимость следования нормативному
предписанию презюмируется участием в его создании, что является наиболее
важной предпосылкой правомерного поведения и деятельности. Не исключено,
что впоследствии могут появиться обстоятельства, при которых это
соблюдение невыгодно. Тогда в качестве сдерживающего фактора может
выступать «потенциальная польза», которая может быть выражена как в виде
выгоды от собственного правомерного поведения, так и от правомерного
поведения других государств. Кроме того, соблюдение норм другими
обеспечивает защищенность данного субъекта от неблагоприятных
последствий правонарушения. Наконец, не последнюю роль играет
международно-правовая ответственность. Тем не менее, этот подход
обнаруживает сходство взглядов в советской и американской доктринах,
имеющих значение для поддержания международного правопорядка.

Надо отметить и некоторое сближение позиций по отношению к
наднациональности, любые элементы которой до недавнего времени были
априорно неприемлемы в нашей науке. Однако изменение соотношения сил на
мировой арене и практика выполнения ряда международных соглашений
требуют пересмотра взглядов на надгосударственное регулирование. На
теоретическом семинаре ученых в Институте мировой экономики и
международных отношений (1988 г.), посвященном этой проблеме,
указывалось, что некоторые правомочия международных организаций могут
превосходить правомо-

>>>61>>>

чия отдельно взятого государства, что наднациональность по сравнению с
международно-правовым регулированием предполагает более высокую степень
ответственности, а также применение принуждения и санкций 48.
Специфической формой наднациональности можно назвать отношения между
странами ЕЭС. Основу наднациональности здесь составляют полномочия
руководящих органов и согласие заинтересованных государств,
поддерживаемое успешным решением целого ряда задач, ради которых и был
заключен Римский договор. Кроме того, ст. 89 этого договора закрепляет
безоговорочную обязательность директив, принимаемых в рамках ЕЭС для
всех государств-членов, в отличие от рекомендательного характера
резолюций ряда других международных организаций. По мере приведения к
единому знаменателю различных внутригосударственных норм и целых
отраслей права, как это планируется уже в ближайшее будущее, есть
основания ожидать повышения эффективности наднационального регулирования
отношений между членами ЕЭС.

По сути дела управление международными отношениями представляет собой
сочетание международно-правового и надгосударственного регулирования. В
отличие от централизованной власти последнее фактически осуществляется в
силу международных соглашений международными организациями. В связи с
этим представляется, что проблему централизованной власти следует
рассматривать с точки зрения возможности существенного расширения
полномочий одной из международных организаций.

3. Ограничение государственного суверенитета

Принуждение со стороны централизованной власти американские и некоторые
другие разделяющие их позиции зарубежные юристы связывают с таким
направлением преобразования современного международного правопорядка,
как ограничение государственного суверенитета вплоть до его полного
упразднения, что соответствует идеологии либерализма технократического
толка.

Исходя из общепризнанной посылки о сближении государств в процессе
возрастания экономической взаимозависимости, некоторые исследователи
ставят вопрос о

>>>62>>>

коренном преобразовании порядка международных отношений, объясняя это
тем, что в условиях тесного сотрудничества государств традиционные
структуры и отношения государственного суверенитета становятся
обременительными. На защиту этих интересов и направлены многочисленные
«аргументы» в пользу различных способов ограничения суверенитета. Так,
Р. Фолк пишет, что в условиях современной взаимозависимости государств и
перед лицом глобальных проблем требуются новые международные институты,
способные нести ответственность за планету в целом; необходима новая
система мирового порядка, основанная на нетерриториальных механизмах
централизованного управления, которые концентрируются на больших
функциональных проблемах, и вдохновляемая фундаментальным этическим
предвидением солидарности всего человечества49. При этом Р. Фолк
критикует «реалистов», которые видят в суверенных государствах и их
военной мощи решающую силу в международных отношениях50. С целью
преодоления «узкого национализма», который представляется препятствием
на пути к новому миропорядку, Блэк предлагает ограничить государственный
суверенитет на добровольных началах в пользу региональных или глобальных
организаций, хотя бы для особых целей и в период кризисных ситуаций.
Однако он отмечает, что передача суверенитета национальных государств
межправительственным и транснациональным организациям связана с
длительным процессом международной интеграции. Поэтому, несмотря на то,
что сами организации могут расти в числе, размерах, функциях,
выполняемых ими, система государств еще длительное время будет сохранять
свою решающую роль 51.

Исходя из существования этой системы, своеобразную интерпретацию
национального суверенитета предлагает Д. Тинберген. Необходимыми
элементами нового миропорядка он называет равенство, свободу,
демократию, участие в международных делах, солидарность, разнообразие
культур, единство в отношении к природе. Жизненность этих элементов
требует, по его мнению, новой интерпретации концепции национального
суверенитета. Для обеспечения участия в международных делах и контроля
за международной деятельностью Д. Тинберген предлагает соблюдение не
столько территориального принципа, сколько функционального суверенитета,
и осу-

>>>63>>>

ществление юрисдикции не столько над географическим пространством,
сколько над его использованием в целях прогрессивной интернационализации
и социализации всех мировых ресурсов — материальных и нематериальных 52.

Такое толкование суверенитета Д. Тинберген связывает с принципом общего
наследия человечества. Однако ни сама идея, ни ее обоснование не
выдерживает критики. Во-первых, принцип общего наследия человечества,
как известно, распространяется на территории и ресурсы, которые
находятся за пределами национального суверенитета, на морское дно и его
ресурсы, Луну и другие небесные тела, что нашло отражение в ряде
международно-правовых актов53. Во-вторых, упразднение территориального
суверенитета лишает гарантий на суверенитет функциональный. Только
единство права на обладание и использование составляет ядро понятия
суверенитета. Попытки расчленить его на составные части и упразднить
какую-либо из них фактически направлены на его подрыв. Следует отметить,
что аргументы, выдвигаемые против государственного суверенитета,
принимают гипертрофированную форму. Так выглядит постулат Р. Фолка о
невозможности разрешения глобальных проблем, важнейшей из которых
является сохранение мира, в системе национальных государств. Понятно,
что само существование государств не может угрожать миру. Все дело в
том, чем определяется их политика. Так, в целях обоснования и оправдания
политики США, при осуществлении которой нередко попираются суверенные
права государств и наций, нарушаются принципы и нормы международного
права, под защитой которых они находятся, и оформилось такое направление
преобразования международного правопорядка, как принудительное сужение
государственного суверенитета.

Нужно заметить, что нападки на этот институт имели место в разное время,
и уже неоднократно соответствующие международно-правовые, философские и
другие теории подвергались критике в советской научной литературе 54.

Что касается предложения Блэка, то здесь проблема в соотношении
принципов государственного суверенитета и элементов наднациональности.
Фактически некоторые правомочия международной организации могут

>>>64>>>

превосходить правомочия отдельно взятого государства, но в конечном
счете эти правомочия делегированы им государствами 55, что не является
принудительным ограничением государственного суверенитета.

В то же время нельзя утверждать, что суверенитет как категория и само
явление вечен и неизменен. Неизбежно также его ограничение, на чем,
собственно, и основано международное право. Однако оно носит совершенно
иной характер, являясь добровольным самоограничением, закрепляемым в
международно-правовой норме, и является объективно обусловленным.
Известно, что даже сильное государство ограничено самим фактом
существования другого сильного государства, а также общим порядком,
существующим на международной арене. Кроме того, добровольное
самоограничение нетождественно добровольному ущемлению свободы и
независимости государства. Прежде всего, это гарантия от несоизмеримо
более неблагоприятного нарушения государственного суверенитета извне, а
следовательно, сохранение этой свободы и независимости. Поэтому
представляется, что укрепление международного правопорядка следует
связывать не с принудительным сужением государственного суверенитета, а
с его добровольным самоограничением, выражающимся в
конвенционно-договорном порядке отношений между государствами,
неукоснительном соблюдении принципа pacta sunt servanda, следовании духу
и букве общепризнанных принципов международного права.

Как отмечается в Меморандуме о развитии международного права, «на пороге
двухтысячного года международное право должно стать правом,
основанным… на признании того факта, что …уважение самобытности
каждой страны, большой или малой, отвечает подлинным национальным
интересам любого государства, интересам человечества в целом;
безусловное уважение суверенного равенства больших и малых наций,
невмешательство в любой форме во внутренние дела государств и народов в
современную эпоху должны стать аксиомой для любой страны»56.

>>>65>>>

4. Создание органа централизованной власти в международном сообществе

Проекты американских юристов преобразования современного международного
правопорядка по таким направлениям, как организация централизованной
власти в международном сообществе и соответственно принудительное
ограничение государственного суверенитета, выходят на вопрос о том,
какой международный орган должен осуществлять централизованную власть, в
чью пользу должен быть ограничен государственный суверенитет. В связи с
этим внимание ряда исследователей сосредоточено на Организации
Объединенных, Наций, анализе ее роли в современном международном
процессе, возможностей в укреплении международного правопорядка,
преобразованиях в целях совершенствования структуры и деятельности
исходя из целей трансформации современного международного правопорядка.

Проект Г. Кларка и Л. Сона о преобразовании Генеральной Ассамблеи ООН в
мировой парламент, несмотря на высокую оценку, полученную им в
американской правовой литературе 57, не нашел широкой поддержки среди
сторонников нового миропорядка в связи с тем, что многочисленные попытки
США, направленные на достижение доминирующего положения в ООН и
использование ее в интересах своей внешней политики58, не имели успеха.
Более того, в международно-правовой доктрине и практике США отмечались
нападки на ООН59. Так, Р. Гарднер писал, что ООН не способна выполнять
обязанности, возложенные на нее Уставом ООН, в отношении поддержания
мира и безопасности и не удовлетворяет новому международному порядку60.

В работе Блэка говорится, что за годы существования ООН функции ее
значительно расширились, однако основные принципы остались без
значительных ‘изменений. Теперь в случае международной катастрофы те,
кто выживет, вряд ли воспользуются опытом ООН для создания третьей
подобной международной организации. Поэтому задачей исследователей 80-х
годов Блэк считает разработку проекта новой международной организации в
виде мирового правительства, что одновременно не столь сложно и
маловероятно. «Не

3-001076
65

>>>66>>>

сложно описать мировое правительство в абстракции, но крайне сложно
сформировать его в реальности, потому что пока не грянул гром, весьма
трудно привлечь внимание к проблеме создания совершенно новой системы.
Возможно, еще придет время, когда этот проект ‘будет уместным, но на
сегодня дела обстоят иначе»61. Тем не менее, он ставит вопрос о
пересмотре основ, на которых базируется ООН 62. Наиболее четко очертания
нового мирового порядка видятся Блэку на уровне региональных или
специализированных межправительственных организаций, среди которых
наиболее обнадеживающим прообразом нового миропорядка, одной из
принципиальных моделей того, какими могут быть институты в условиях
взаимозависимости, моделью мирных взаимоотношений он называет
Европейское Экономическое Сообщество. «Все члены ЕЭС хорошо вооружены,
но совершенно невероятно, чтобы они прибегну-ли к войне друг против
друга, даже если у них не будет общего врага. Европейские государства
одинаково подготовлены к таким отношениям, благодаря общности их
культуры, одинаковым уровням развития и их прошлому опыту в отношении
последствий конфликта»63.

Следует отметить, что Блэк идеализирует порядок отношений между членами
ЕЭС. Тем не менее, постепенное, но неуклонное движение этого сообщества
к сверхдержаве с достаточно скоординированной внешней политикой и
унифицированным внутренним законодательством, а также тот факт, что
сегодня примеру ЕЭС следуют США и Канада, согласовавшие ряд мер в целях
создания единого Североамериканского рынка, Япония, стремящаяся к
формированию аналогичного союза со странами-членами АСЕАН64,
представляют несомненное значение для построения модели
международно-правового и мирового порядка. Безусловно, остается немало
проблем в сфере политической и военной интеграции западноевропейских
стран65. Большую важность для реализации концепции «общеевропейского
дома» имеют отношения членов ЕЭС и сообщества в целом со странами
Восточной Европы. Поэтому подписание совместной декларации об
установлении официальных отношений между СЭВ и ЕЭС, закладывающей основы
договорного сотрудничества, и соглашений с Венгрией, Чехословакией, СССР
можно рассматри-

>>>67>>>

вать как фактор укрепления правопорядка в европейском регионе.

Отводя большую роль ООН в процессе международного правотворчества, С.
Ким отмечал, что она не справляется с возложенной на нее задачей. Одной
из проблем деятельности организации, по его мнению, является
противоречие между принципами, зафиксированными в Уставе ООН. В качестве
примера такого противоречия в его работе приводятся принцип неприменения
силы и угрозы силой (ст. 2) и принцип неотъемлемого права на
индивидуальную и коллективную самооборону (ст. 51). Кроме того/как писал
С. Ким, в условиях современного международного порядка, воплощающего
зависимость и нищету Третьего мира, действуют взаимно противоположные и
пересекающиеся тенденции — универсализм и разнородность, глобализм и
национализм, интеграция и разобщение, которые тянут процесс
правотворчества ООН в разных направлениях 66.

Переход к справедливому и гуманному порядку представляется С. Киму как
созидательный процесс, в котором носителями политической воли и правовой
энергии могут быть скорее всего те, кто испытал на себе тяжесть
современной системы миропорядка. С. Ким отмечает необходимость
совершенствования ООН и в качестве одного из возможных проектов приводит
предложения М. Нерфина. Суть этих предложений сводится к структурному
преобразованию ООН, а именно: созданию трехпалатной Генеральной
Ассамблеи. Первая палата—Prince Chamber — представительство правительств
государств, вторая — Merchant Chamber — представительство экономических
сил (транснациональных, многонациональных, национальных или локальных,
принадлежащих частным, государственным или общественным секторам),
третья — Citizen Chamber — представительство индивидов и их
ассоциаций67. Таким образом, ООН, по словам С. Кима, якобы стоит на
распутье: старая система международного порядка себя дискредитировала, а
новая система более справедливого и гуманного миропорядка еще не
приобрела четких очертаний. Соответственно, и современное .международное
право — это лишь расширенное и пересмотренное дополнение к классическому
международному праву, а не что-либо принципиально новое.

>>>68>>>

Поскольку современная международная система остается системой, ядром
которой является государство, а основными принципами — суверенитет,
равенство государств и их права, поддерживаемые ими самими и для себя,
то и международное право наших дней — это не столько поствестфальская,
сколько неовестфальская система. А в этих условиях основной задачей
является улучшение взаимодействия между правотворчеством ООН и теми, кто
в ней не представлен и не может быть услышан, путем увеличения различных
каналов связи и контактов с акторами, не являющимися государствами и не
выступающими от их лица, а также с силами, находящимися на периферии
современной системы миропорядка 68.

Как видно, теоретическое исследование С. Кима направлено на обоснование
таких целей, как расширение круга субъектов международного права,
преобразование ООН в интересах крупных монополий, ревизия ее Устава.
Усмотрение противоречия между принципами неприменения силы и угрозы
силой и правом на индивидуальную и коллективную самооборону выглядит как
попытка дискредитировать Устав ООН, как одно из проявлений
международно-правового нигилизма, вытекающее из интерпретации права на
оборону как применение силы, равнозначное агрессии. С другой стороны,
оправдывается применение силы как якобы санкционированное ст. 51 Устава.

Такое толкование права на оборону, в особенности индивидуальную
самооборону, служит на практике прикрытием агрессии и терроризма6Э и
противоречит официальному. Так, в решениях Международного Суда ООН по
делу Никарагуа подтверждается, что «осуществление права на самооборону
возможно только в том случае, если данное государство стало жертвой
вооруженного нападения»70. Тем самым опровергаются расширительное
толкование этого принципа и его противоречие принципу неприменения силы.

Проект структурного преобразования ООН, предложенный М. Нерфином,
предполагает признание международной правосубъектности корпораций и
индивидов и противоречит международно-правовым принципам, закрепленным в
Уставе ООН71. Такой подход свидетельствует также о том, что в
американской доктрине игнорируется более чем сорокалетняя деятельность

>>>69>>>

ООН по прогрессивному развитию международного права и укреплению
международного правопорядка. Тем не менее международно-правовая
реальность подтверждает большой вклад ООН в упорядочение
межгосударственных отношений. В значительной мере это связано с
реализацией нормотворческой функции. Принятые Генеральной Ассамблеей ООН
и ее специализированными органами международные конвенции углубили и
конкретизировали общепризнанные принципы международного права и
способствовали установлению порядка в ряде областей (в других — наметили
пути к его установлению), в том числе в таких важных сферах, как
разоружение (Конвенция о запрещении разработки, производства и
накопления запасов бактериологического (биологического) оружия и
токсичного оружия и их уничтожении 1972 г., Конвенция о запрещении или
ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут
считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими избирательное
действие, и три протокола к ней 1981 г.); воздушное судоходство
(Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов 1970 г.,
Конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против
безопасности гражданской авиации 1971 г.); международное судоходство и
мореплавание (Конвенция по морскому праву 1982 г.).

Учитывая большое практическое значение конвенций ООН, а также тот факт,
что «современное международное право, которое создается путем
согласования воль государств, содержит необходимый минимум таких норм,
соблюдение которых обеспечило бы международный мир в ядерно-космическую
эру, однако нуждается в срочном пополнении новыми нормами, и прежде
всего в тех областях, которые имеют отношение к глобальным проблемам,
особенно к проблеме обеспечения международного мира»72, представляется,
что с реализацией нормотворческой функции ООН связаны высокие
потенциальные возможности по укреплению международного правопорядка.

В докладе Генерального секретаря ООН на 39-ой сессии Генеральной
Ассамблеи ООН говорится, что главная цель организации состояла и состоит
в том, чтобы объединить силы для поддержания международного мира и
безопасности. Основной предпосылкой к

>>>70>>>

этому является то, что у всех государств есть общая жизненная
заинтересованность в сохранении мира и в организованном справедливом
порядке в мире и они будут готовы сотрудничать в достижении этой цели.
Остается фактом и то, что три основных элемента стабильного
международного порядка — признанную систему поддержания мира и
безопасности, разоружение и ограничение вооружений и прогрессивное
развитие справедливой и эффективной системы международных экономических
отношений — еще предстоит претворить в жизнь73. Важнейшая роль в решении
этих вопросов остается за ООН. При подведении итогов 42-ой сессии
Генеральной Ассамблеи ООН было подчеркнуто, что в работе сессии нашел
отражение начавшийся процесс обновления международной жизни74, и это
свидетельствует о соответствии организации духу времени и стоящим перед
ней задачам.

Большое значение для поддержания международного правопорядка имеют
резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, которые обладают несомненным
авторитетом в международном сообществе и способствуют
международно-правовому регулированию межгосударственных отношений. Так,
правовые основы нового международного экономического порядка были
намечены резолюциями Генеральной Ассамблеи 3201 (S—VI), 3202 (S—VI),
3281 (XXX), содержащими соответственно Декларацию и Программу действий
по установлению нового международного экономического порядка, Хартию
экономических прав и обязанностей государств, а резолюция 35/75
посвящена прогрессивному развитию принципов и норм международного права,
касающихся нового международного экономического порядка.

Особое значение имеют резолюции Генеральной Ассамблеи, принятые в
результате консенсуса. Так, консенсусные резолюции 42-ой сессии по
запрещению химического оружия, в поддержку мирного урегулирования в
Центральной Америке, Декларация об усилении эффективности принципа
неприменения силы и угрозы силой показывают, -что в международном
сообществе сложились основы для выработки единого подхода к ряду
международно-правовых проблем. Подтверждение тому — единогласно принятая
15 ноября 1989 г. резолюция 44/22, инициаторами которой выступили СССР и
США. Это первая резолюция, выдвину-

>>>71>>>

тая совместно двумя такими державами за все годы существования ООН,
стала новым шагом к единой платформе международного правопорядка.

В наиболее общем виде модель должного и юридически обязательного
поведения представлена в Уставе ООН. В советской юридической литературе
справедливо отмечается, что Устав ООН — это не обычный договор,
государства поставили его над всеми другими договорами, по существу он
стал основой международного правопорядка, своеобразным кодексом
поведения государств в отношениях друг с другом75. Зафиксированные в нем
принципы призваны обеспечить мирное сотрудничество государств с
различным социальным строем, а их юридическая обязательность — гарантии
этого сотрудничества. «В своем отношении к Уставу ООН Советский Союз и
социалистические страны исходят из того, что этот важный документ,
ознаменовавший итог борьбы народов мира против фашизма, целиком и
полностью отвечает потребностям развития современных международных
отношений и что его основные цели и принципы не потеряли своей
актуальности и значимости в настоящее время. За годы существования ООН
ее Устав… выдержал испытание временем и оказался гибким
международно-правовым инструментом, отвечающим потребностям развития
международных отношений и успешно служащий основой для формирования и
расширения политических правовых принципов регулирования современных
межгосударственных отношений»76.

Являясь юридической базой современного международного правопорядка,
Устав ООН в то же время «предусматривает необходимость объединения
усилий государств в поощрении прогрессивного развития международного
права, то есть в процессе укрепления и расширения платформы
международного правопорядка»77.

Объективный, обобщающий и перспективный характер принципов
международного права явился основанием для предложения Советского
государства «наметить меры, которые содействовали бы… формированию на
основе Устава Организации Объединенных Наций платформы международного
правопорядка, способного обеспечить мир, безопасность и общечеловеческий
прогресс»78. «Устав ООН не только не устарел…, но и ука-

>>>72>>>

зывает всем государствам надежные ориентиры на прочное мирное будущее
народов»79.

В связи с ролью, которую призван сыграть Устав ООН в стабилизации и
совершенствовании современного международного правопорядка, задачей
первостепенной важности является разоблачение подлинного смысла попыток
дискредитировать и ревизовать его содержание и всемерное способствование
соблюдению его принципов. Существенную помощь в решении этой задачи
может оказать Международный Суд ООН. Согласно п. 1 ст. 65 Статута, Суд
может давать консультативные заключения по любому юридическому вопросу,
по запросу любого учреждения, уполномоченного делать такие запросы самим
Уставом Организации Объединенных Наций или согласно этому Уставу. В свою
очередь Устав ООН (ст. 36) уполномочивает Генеральную Ассамблею и Совет
Безопасности запрашивать от Международного Суда такие консультативные
заключения и предусматривает, что с разрешения Генеральной Ассамблеи
такое полномочие может быть дано органам и специализированным
учреждениям ООН. Своими консультативными заключениями Международный Суд
может оказать существенную помощь политическим органам (Совету
Безопасности и Генеральной Ассамблее) при решении вопросов, связанных с
нарушениями норм международного права, дать авторитетные советы по
применению данных норм, восстановлению нарушенного права. При этом
огромное значение имеет такая функция Международного Суда, как
официальное толкование международно-правовых норм, в особенности норм
jus cogens.

Международный Суд представил консультативные заключения по вопросу о
Юго-Западной Африке (Намибии) в связи с отказом ЮАР признать ее
международно-правовой статус. Возможности Международного Суда
убедительно продемонстрированы в деле Никарагуа и получили высокую
оценку юристов разных стран, в том числе и США80. Президент
Американского общества международного права К. Хиджет отмечает, что
«решение по делу Никарагуа — это одно из наиболее значительных решений,
принятых Международным Судом»81. Г. Кристенсен приходит к выводу, что
это решение «свидетельствует о центральной роли Суда в развитии
международного публичного поряд-

>>>73>>>

ка»82. Р. Фолк отмечает, что оно позволяет обозначить контуры
минимального порядка в вопросе войны и мира 83.

Такого рода оценка решения Международного Суда американскими юристами
является чрезвычайно важной для формирования более прочного доверия к
органу, который способен внести значительный вклад в поддержание
международного правопорядка.

Новые перспективы в использовании Международного Суда в этом качестве
связаны с предложениями Советского государства, а именно: «Генеральная
Ассамблея и Совет Безопасности могли бы чаще обращаться к нему за
консультативными заключениями по спорным международно-правовым вопросам.
Его обязательная юрисдикция должна быть признана всеми на
взаимосогласованных условиях. Первый шаг в этом направлении, с учетом
особой ответственности,— за постоянными членами Совета Безопасности»84.

Таким образом, Международный Суд ООН обладает большими резервами для
поддержания международного правопорядка, использование которых
обусловлено взаимодействием с ним важнейших международных органов —
Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности.

ООН отводится в настоящее время большая роль в различных аспектах
международного правопорядка и безопасности, в связи с чем отмечается
необходимость повышения ее авторитета и эффективности85. Что касается
преобразований этой организации, то 42-ая сессия Генеральной Ассамблеи
уже продемонстрировала начало нового процесса — превращения ООН из
преимущественно пропагандистского в рабочий форум государств, которые
равноправно участвуют в согласовании своих позиций и действий на
международной арене 86.

Можно сделать вывод: Организация Объединенных Наций представляет собой
дееспособный и надежный инструментарий, «универсальный механизм»87
поддержания, стабилизации и совершенствования современного
международного правопорядка. Сочетание правотворческой,
правоприменительной, правовосстановительной функций, принципов
добровольного волеизъявления и юридической обязательности в их
реализации может служить гарантией международного правопорядка и

>>>74>>>

способствовать его прогрессивному развитию в соответствии с объективным
развитием международного сообщества, его целями и потребностями. Вклад
ООН в дело международного правопорядка зависит от повышения ее
эффективности8&.

5. Трансформация международного права

Стремление ослабить этот порядок с целью извлечения односторонней выгоды
привело к тому, что в американской юридической литературе подвергаются
критике положения современного международного права,

с преобразованием которого связывается становление нового мирового
порядка. Ссылаясь на то, что только универсальное мировое право может
быть подлинно эффективным 89, американские исследователи пытаются
поставить соблюдение международно-правовых норм в зависимость от
различных обстоятельств. Еще в 1961 г. Р. Фолк, Р. Нордстром писали: «Мы
с надеждой обращаемся к правовым средствам, чтобы улучшить качественно и
количественно социальный порядок. Эта проблема ставится во главу угла в
связи с сознанием, что международные контакты сегодня должны укрепляться
без упования на наднациональные институты. Огромная роль в этом
принадлежит внутригосударственным органам, в особенности, ведомствам
иностранных дел и судам»90. Особое значение Р. Фолк придает национальным
судам, отводя им роль акторов в международном правопорядке, пока не
будут найдены эффективные средства вертикального регулирования
международных отношений91.

В определенной степени данная теоретическая концепция получила
практическое воплощение в законе США об иностранных суверенных
иммунитетах, принятом в 1976 г.92, смысл которого состоит в том, что
международные договоры, заключенные США, должны получить одобрение со
стороны национальных судов. Обращение Р. Фолка к национальным средствам
для регулирования международно-правовых отношений свидетельствует о
принижении роли международного права. Одновременно он находит
международное право неэффективным и как средство преобразования
международного сообщества. По мнению Р. Фолка, «международное право как
интегральный элемент функционирую-

>>>75>>>

щей социальной системы может способствовать становлению нового мирового
порядка только в том смысле, что оно инкорпорирует позитивное
представление о желаемом и возможном в будущем. Что касается настоящего,
то в нем международное право — это миф о суверенном равенстве, а
фактически оно — оружие сильных»93.

Международное право, каким его представляет Р. Фолк, не может быть
основой международного правопорядка, поэтому его нарушения получают
оправдание американских теоретиков международного права. А из
противоречивых представлений о соотношении международного права и
правопорядка («международное право является не только примитивным, но
также незавершенным правовым порядком»94, «международное право мешает
иногда поддерживать международный порядок» 95) вытекает противоречие
между мерами и средствами, осуществление и использование которых
американские исследователи считают необходимым для поддержания порядка в
международном сообществе (централизованную власть и принуждение, отмену
государственного суверенитета, правосубъектность корпораций и
индивидов), и действующим международным правом.

М. МакДугал и Г. Лассуэл предлагают рассматривать международное право в
зависимости от уровня порядка, который оно призвано обеспечить. Так, по
их мнению, в той степени, в которой глобальное сообщество является
системой публичного порядка, можно говорить об универсальном
международном праве; в той степени, в которой территории, превышающие по
размерам национальное государство, образуют систему публичного порядка,
может действовать региональное международное право96. Приводя в пример
Великобританию, участвующую в процессах, происходящих в нескольких
больших регионах, имеющую двухсторонние контакты, которые в некоторых
случаях могут якобы рассматриваться как системы публичного порядка,
МакДугал и Лассуэл делают вывод, что в настоящее время точнее было бы
говорить не об одном международном праве, а о нескольких или о
многонациональном праве 97.

Как отмечалось, многие американские международники считают единственно
прочной основой междуна-

>>>76>>>

родного порядка мировое право. С. Ким, напротив утверждает, что
«отсутствие формального правительства или формального инструментария для
насилия не отрицает ipso facfo влияния права. В большинстве случаев
правовым нормам следуют не под воздействием политической власти или
угрозы ее применения, а в силу социальной привычки или исходя из
собственных интересов»98. В то же время он пишет, что современное
международное право фактически не является правом, а если и является, то
лишь постольку, поскольку о его принципах и нормах все же вспоминают
хотя бы тогда, когда они уже нарушены, но не тогда, когда их следует
соблюдать. На этом основании делается вывод, что международное право как
модель поведения в международных отношениях находится в настоящее время
в абсолютном упадке”. В чем причины упадка? «Когда в изменившихся
обстоятельствах нормы права перестают служить общим интересам
большинства государств, они теряют свою эффективность»100.

Такое положение само по себе справедливо, однако «изменившиеся
обстоятельства» требуют конкретизации. Венская Конвенция о праве
международных договоров устанавливает, что нельзя ссылаться «на коренное
изменение, которое произошло в отношении обстоятельств, существовавших
при заключении договора, и которое не предвиделось участниками …как
основание для прекращения договора или выхода из него» (ст. 62) ‘°І.

Нередко ссылкой на изменившиеся обстоятельства пытаются оправдать грубые
нарушения международно-правовых норм (например, развертывание СОИ,
несмотря на договор 1972 г. о сокращении систем противоракетной
обороны), аргументируют предложения о необходимости пересмотра
общепризнанных принципов международного права. Так, У. Райсман пишет,
что поскольку мировое сообщество якобы скатилось к состоянию анархии,
характерному для того периода международных отношений, который
предшествовал образованию ООН, не могло не измениться и юридическое
содержание положений о неприменении силы 102, отстаивая подобным образом
свою поддержку политики обеспечения национальных интересов государств
посредством вооруженной силы 103.

По мнению М. МакДугала и Г. Лассуэла, именем

>>>77>>>

таких универсальных доктрин международного права, как суверенитет,
внутригосударственная юрисдикция, невмешательство, независимость и
равенство, «создаются препятствия преобразованиям в целях безопасности»
104.

> .Негативная оценка современного международного права и основанные на
ней выводы свидетельствуют о стремлении избавиться от ограничений,
налагаемых нормативными предписаниями, и получить санкционированную
свободу действий. Об этом прямо говори^ ссылка на «изменившиеся
условия», отрицание международно-правовых принципов и несколько
завуалированно — вывод о «многонациональном праве». Признание
регионального права позволило бы США установить в ряде регионов
«правопорядок», целиком и полностью; отвечающий их интересам, а
общедемократическое единое международное право, являющееся фактором
сдерживания национальных устремлений, не совпадающих с интересами
международного сообщества в целом, оказалось бы лишенным всякого смысла.
Однако существующая иерархия международно-правовых норм исключает
региональное право, а объективные предпосылки мирного сосуществования
обусловливают общее международное право 105.

Иначе обстоит дело с международным правопорядком. Отражая фактическую
реализацию нормативных: предписаний, правовой порядок может отличаться
по степени стабильности в отношениях различных государств, групп
государств, в различных регионах. При этом понятие «региональный
правопорядок» имеет не столько географический, сколько политический
смысл (правопорядок в Тихоокеанском бассейне и правопорядок в отношениях
между странами Восточной Европы).

Негативное отношение американских и других буржуазных исследователей к
сложившемуся нормативно^ му порядку международных отношений отмечалось
на международных форумах, в частности, в Заявлении Исполнительного
Комитета СЭВ, принятом на его 103 заседании 106. Советские ученые
считают, что причину этого явления следует искать в первую очередь на
национальной почве107, среди внутригосударственных противоречий,
порождаемых властью капитала: «Присущее современному этапу развития
империалистического государства стремление буржуазии избавиться

>>>78>>>

от ею же созданной и ставшей для нее невыносимой законности во внешнем
плане находит логическое продолжение в попытках подрыва международного
правопорядка»108. При этом существующее международное право и порядок
объявляются несостоятельными, бесперспективными, и изыскиваются
«доводы», подтверждающие необходимость их трансформации якобы во имя
всеобщего блага, а фактически — в интересах США. В этих вопросах, как
указывают советские юристы-международники, современная американская
международно-правовая доктрина испытывает влияние политической науки,
отличающейся необычайной разнородностью 109.

В условиях существования международно-правового нигилизма (со стороны
США и некоторых других государств) выдвигается задача укрепления
престижа и повышения эффективности международного права. В
социалистической доктрине ее решение представлено не как движение к
мировому государству и принудительной отмене государственного
суверенитета, а как развитие и укрепление основных принципов и норм
действующего международного права, создание новых норм, направленных на
развитие международного сотрудничества государств на основе равноправия,
уважения суверенитета и невмешательства во внутренние дела ио. При этом
«центральная роль в совершенствовании международного права принадлежит
универсальному механизму международного сотрудничества — Организации
Объединенных Наций»111. В- качестве конкретной задачи ООН в целях
укрепления международного правопорядка признана кодификация
международного права 112. В резолюции XV сессии Генеральной Ассамблеи
ООН 1505 (XV) указывалось, что работа по кодификации и прогрессивному
развитию международного права должна содействовать установлению
дружественных отношений и сотрудничества между государствами.
Отмечается, что кодификация международного права в рамках ООН — самый
перспективный путь договорного оформления отраслей, институтов
международного права, обеспечения высокого уровня развития нормативного
материала и его полноты из.

Таким образом, парадоксальному решению проблемы международного
правопорядка — преобразованиям, разрушающим основы того правопорядка,
который уже

>>>79>>>

сложился к настоящему времени в международном сообществе и обеспечивает
его существование и функционирование,— противопоставляется укрепление
международного права, его прогрессивное развитие и кодификация в рамках
ООН при опоре на механизм сотрудничества и согласования воль, а также
совершенствования путей и способов восстановления нарушенного права 114.

Современное международное право — право мирного сосуществования,
оправдывавшее себя более 40 лет. На следующей, более высокой ступени
«оно должно стать правом всеобъемлющей безопасности и коллективной
ответственности государств перед человечеством» ш. Дальнейшее развитие
международной системы будет обусловлено эффективностью трех
взаимосвязанных компонентов: пр-ава — правопорядка — безопасности. Как
отмечает М. С. Горбачев, «всеобъемлющая система безопасности — это в то
же время система всеобщего порядка, обеспечивающая примат международного
права в политике»116. Этот тезис определенно отражает позицию советского
государства — позицию безусловного уважения международного закона — и
направлен против всяческих попыток игнорирования, нарушения
международного права и его трансформации в угоду какому-либо
противоправному внешнеполитическому курсу.

Таким образом, преобразование международного права должно идти в
направлении развития, обусловленного объективными закономерностями
международных процессов и необходимостью решения ряда глобальных
проблем, важнейшей из которых является сохранение мира как величайшей
всеобщей ценности.

Провозглашение на 44-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН последнего
десятилетия века десятилетием международного права 11Г вселяет .надежду,
что в мировом общественном сознании представление о прочном мире
неразрывно связывается с международным правом.

С позиций общечеловеческих интересов идея взаимозависимости,
взаимосвязанности, целостности современного мира приводит к новому
решению проблемы международного правопорядка. Им стала провозглашенная
на XXVII съезде КПСС новая внешнеполитическая концепция создания
всеобъемлющей системы

>>>80>>>

международной безопасности 118. Отмечается объективный характер
взаимозависимости государств, обусловленный «интернационализацией
мирохозяйственных связей, всеохватывающим характером научно-технической
революции, принципиально новой ролью средств информации и коммуникации,
состоянием ресурсов планеты, общей экологической опасностью, кричащими
социальными проблемами развивающегося мира, которые затрагивают всех. Но
главное — возникновением проблемы выживания человеческого рода»119.

Идея целостности современного мира послужила основанием для вывода о
необходимости и возможности создания реальных гарантий безопасности,
чему в значительной мере может способствовать международное право как
«средство охраны общечеловеческих интересов»120. При этом огромное
значение имеет достижение баланса интересов различных государств,
который на современном этапе находит воплощение в процессах
международной интеграции. Успехи ш и заинтересованность в их
осуществлении создают гарантии международного правопорядка в отношениях
государств, охваченных этими процессами. Гарантии международного
правопорядка в целом могут быть достигнуты при осуществлении интеграции
на мировом уровне, путь к которому лежит через повышение экономических
показателей ряда стран до мировых стандартов 122. «Крупный резерв
мирного сосуществования кроется в одной только перестройке в Советском
Союзе. Обеспечив нам выход на мировой уровень по всем важнейшим
экономическим показателям, она позволит огромной и богатейшей стране так
включиться во всемирное разделение труда и ресурсов, как этого никогда
еще не было. Ее великий научный, технический, производственный потенциал
станет существенно более значимой частью мирохозяйственных связей. И это
решающим образом расширит и укрепит материальную базу всеобъемлющей
системы мира и международной безопасности»123.

Выравнивание экономик большинства государств — длительный процесс. На
начальной стадии всемирного разделения труда в нем могут принять участие
государства, представляющие три основных типа экономики —
социалистической, капиталистической и развивающихся стран. Главное,
чтобы при этом ‘«учитывались бы инте-

>>>81>>>

ресы и тех, и других, и третьих — на равноправной ос-\ нове»124.

Американские исследователи рассматривают проблемы равенства под другим
углом зрения. Называя равенство условием миропорядка, С. Хофман считает,
что оно необходимо не только в межгосударственных, но и во
внутригосударственных отношениях, чему существуют серьезные препятствия.
По его мнению, обеспечение равенства возможно лишь ценой порядка, а это
неприемлемо, по крайней мере, по двум причинам: революции еще не
гарантируют равенства во внутригосударственных отношениях, и
конфронтации в мировом масштабе между революционерами и «несгибаемыми
поборниками статус-кво» не только чреваты нарушениями и хаосом, но и не
способствуют установлению справедливости125. А поскольку конфронтации
имеют место, то в современной международной системе, как указывает С.
Хофман, имеются лишь зачатки порядка, а поднимать вопрос о его
совершенствовании — значит игнорировать тот факт, что не существует
необходимых для этого институтов, что его акторы не достигли согласия в
отношении целей порядка и что наше знание о том, как преодолеть эти
препятствия, является неопределенным 126. Отсюда следует вывод, что
политикой миропорядка должно быть образование, информирование
общественности и лидеров о проблемах современного мира и требованиях для
становления миропорядка 127.

Характерно, что С. Хофман говорит о равенстве вообще, тогда как
политическое равенство граждан в социалистических странах и государств в
международном сообществе в настоящее время является реальностью. В
первом случае оно как раз и выступает одним из важнейших завоеваний
социалистических революций и национально-освободительных движений, во
втором — гарантируется п. 1 ст. 2 Устава ООН, закрепляющим принцип
суверенного равенства государств и составляющим политическую основу
международного правопорядка. Задаче осуществления экономического
равенства служит борьба за установление нового экономического порядка и
реализацию концепции «разоружение для развития».

Нельзя не согласиться с чрезвычайно важным значением проблемы информации
в современном мире. В резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 39/98 от

>>>82>>>

14 декабря 1984 г. говорится, что «установление нового международного
порядка в области информации и ком-, мунйкации является составной частью
процесса международного развития». Создание всеобъемлющей системы
международной безопасности неразрывно связано с распространением идей
мира, разоружения, сотрудничества, расширения контактов. Все это
свидетельствует о том, что «назрела необходимость приступить к
разработке всемирной информационной программы под эгидой ООН,
согласовать международно-правовые принципы и нормы международного
информационного порядка»128.

Информационный порядок может в значительной мере способствовать
формированию демократического, интернационального правосознания
государств129, которое является определяющим условием правомерного
поведения и выработки норм при соблюдении баланса в целях
совершенствования управления международным сообществом.

Таким образом, проблема международного правопорядка заключается в его
укреплении и совершенствовании. В плоскости правового обеспечения для ее
решения необходимы — прогрессивное развитие 13° и кодификация
международного права, повышение его престижа и эффективности в процессе
международно-правового регулирования, являющегося по существу
управлением международными отношениями;

— неуклонное соблюдение принципа pacta sunt ser-vanda, значение
которого еще более актуализируется в современный период: «без
соблюдения договоров не обеспечить международного порядка и
элементарной •стабильности;»131;

— наиболее полное использование возможностей ООН и ее органов,
в особенности Генеральной Ассамблеи, Совета Безопасности, Международного
Суда;

— международно-правовое обеспечение процессов международной
интеграции;

— обеспечение согласованности норм международного и
внутригосударственного права;

— формирование демократического интернационального правосознания
государств.

>>>83>>>

Примечания

1 См.: Михайлов Б. В. Современный американский либерализм:
идеология и политика. М., 1983; Современная социально-политическая
философия США / Научно-аналитический обзор. М., 1984.

2 Точнее было бы говорить о мировом правопорядке, однако, как
вынужден признать Р. Фолк, нормативная основа системы миропорядка
остается неопределенной. (F a l k R. World orders: Positive and
negative//World order studies program: Occasional paper № 1.
Princeton, 1975. P 15).

3 См.: Dorsey G. L. The McDougal — Lasswell proposal to build a
world public order // American Journal of International Law, 1988. V.
82. № 1. P. 41.

4 В 1 а с k С., F a l k R. The future of international legal order:
retrospect and prospect//World order studies program: Occasional
paper № 11. Princeton, 1982. P. 1—2.

5 Ibid. P. 3.

6 Цит. по: McDougal M. S., R e i s m a n W. M. International
law in contemporary perspective: The public order of world
community. Minola, N.-Y., 1981. P. 91—93.

7 D o r s е у G. L. Op. cit. P. 42.

8 Ibid. P. 45.

«McDougal M. S., Reisman W. M. Op. cit. P. 94—95.

10 Op. cit. P. 146.

11 B l а с k C., F a l k R. The future of international legal order;
Gilpin R. Does the multynational corporation have a future? // World
order studies program / Occasoinal paper № 1; Hoffmann S. American
foreign policy since the cold war. N.-Y., 1980; Katzenbach N.
Lawmaking for multynational corporations // World order studies
program: Occasional paper № 1; McDougal M. S., Reisman W.
M. Op. cit.

12 G i l p i n R. Op. cit. P. 40.

«Gilpin R. Ibid. P. 33; Katzenbach N. Op. cit. P. 30. 14 G i l p
i n R. Op. cit. P. 33.

“Said A. A. Persuing human dignity // Human rights and world
order. N.-Y., 1978. P. 13.

16 См.: Международное право. М., 1982. С. 82;
Ушаков H. А. Проблемы теории международного права. М.. 1988.
С. 112—114.

17 См.: Тузмухамедов Р. А. Гуманизация международного
права (Ко второй годовщине Делийской декларации 1986 г.)
//Советское государство и право. 1988. № И. С. 122.

18 В настоящее время поставлен вопрос о необходимости всестороннего
научного обсуждения проблемы правосубъектности индивида, которая
долгое время не подвергалась исследованию. (См.: Верещетин В. С.
Советские мирные инициативы и развитие международного права // XXXI
Ежегодное собрание Советской Ассоциации международного права/Тезисы
докладов. М., 1988. С. 5.

19 См.: Международная правосубъектность. М., 1971. С. 17;
Fei dm a n D. International personality//Recueil des cours. 1985.
V. 191. P. 359; Ляликова Л. А. Национальность транснациональных
корпораций // Советский ежегодник международного права. 1981. М., 1982.
С. 268—269; Ушаков Н. А. Указ. раб. С. 112—114.

>>>84>>>

20 См.: Комарова Л, А. Противоправная деятельность
транснациональных корпораций и проблема ответственности за
международные преступления и правонарушения // Сов. ежегодник межд.
права. 1985. М., 1986. С. 150.

21 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза.
С. 15.

12 Генеральная Ассамблея ООН. Официальные отчеты. 39-ая сессия,
дополнение № 48 (А/39/48). С. 15.

23 «С исчезновением государств и превращением человечества в единое
коммунистическое общество … все общественные отношения будут
интегрироваться в обществе в целом». (См.: Т у н к и н Г. И. Право и
сила в международной системе. М., 1983. С. 23). В этих условиях
неизбежно изменятся и критерии субъекта права в новом сообществе.

24Falk R., Meyrowitz L., Sanderson J. Nuclear weapons and international
law//World order studies program: — Occasional paper № 10. Princeton,
1981. P. 3.

25 С l a r k G., Sohn L. World peace through world law. London,
1967.

26 F a l k R. The decline and the future prospects of international
law. P. 173.

27 F a l k R. The end of world order: Essays on normative
international relations. N.-Y., London: Holmes and Meier, 1983. P. 20.

28 В 1 а с k С. World orders: Old and new // World order studies
program: Occasional paper № 1. Princeton, 1975. P. 5—13; Mend-lo.vitz
S. The struggle for a just world order: An agenda of inqufry
and praxis for the 1980-s: Working paper № 20. N.-Y., 1982. P.
19.

!9 BlackC. Op. cit. P. 5—13.

30 F a l k R. World orders: Positive and negative//World order
studies program: Occasional paper № 1. Princeton, 1985. P. 15.

31 В 1 а с k С. Ibid.

32 F a l k R. The interplay of Westphalia and Charter conception of
international legal order. Princeton, 1969. V. 1. P. 33; Kim Sj
China, The United Nations, and world order. Princeton,
1979^ P. 405—406.

33 F a l k R. The role of law in world society: Present crisis and
future prospects //Toward world order and human dignity. N.-Y., 1976. P.
150.

34 M e n d l o v i t z S. On the creation of a just world order: An
agenda for a program of inquiry and praxis // Alternatives. Winter,
1981. V. 7. № 3. P. 371—372; The struggle for a just world order. An
agenda of inquiry and praxis for the 1980-s//Working paper № 20.
N-Y., 1982. P. 19.

35 Gardner R. The hard road to world order // Foreign affairs.
1974. April. P. 556.

36Morgentaw H. G. The impartiality of the international police // Law,
state and international legal order: Essays in honor of Hans Kelsen.
Knoxville: The univ. of Tenessee press, 1964. P. 210.

37 M or gent aw H. G. Op. cit. P. 219.

38 Ibid. P. 219-222.

39 J o h a n s e n R., Mendlovitz S. The role of law in the
establishment of a new international order: A proposal for a
transnational police force//Alternatives, 1980. V. 6. № 2. P. 311.

>>>85>>>

40 Ibid. P. 319—324.

41 Право и сила в международной системе. С. 112.

42 Поздняков Э. Движение системы межгосударственных отношений //
Общественные науки. 1987. № 2. С. 59.

43 Несостоятельность идеи мирового государства доказывали
русские юристы-международники В. П. Даневский. Ф. Мартене, Н. П.
Иванов и др. О критике мирового государства см. также: .Лукашук
И, И. Механизм международно-правового регулирования. Киев, 1980. С.
26; Т у н к и и Г. И. Сорок лет мирного сосуществования и
международное право // Советский ежегодник международного права.
1958. М., 1959; Кузьмин Э. Мировое государство: иллюзии или
реальность? М., 1969.

44 Т у н к и н Г. И. Указ. соч. С. 23.

45 См.: Нарушения США норм международного права; Американский
империализм — нарушитель международного права. М., 1985.

46 Шахназаров Г. Мировое сообщество управляемо // Правда.
1988. 15 января.

47 F r a n с k Т. М. Legitimacy in the international system
// American journal of international law. 1988. V. 82. № 4. P. 716.

48 См.: Международные организации и проблема наднациональности //
Мировая экономика и международные отношения. 1988. № 9. С.
130—135.

49 Fa Ik R. World orders: Positive and negative. P. 18—24^

50 F a l k R. The end of world order. P. 4.

51 Black C. Op. cit. P. 13, 56.

52Tinbergen D. Reshaping the international order.— N.-Y.: Dutton
and Co. Inc., 1976. P. 83.

53 См.: Деканозов Р. В. Понятие «общее наследие человечества»
в международном праве // Советский ежегодник международного права
1981. М., 1982. С. 142—143.

54 См., например: Ушаков Н. А. Суверенитет в современном
международном праве. М., 1963.

55 См.: Материалы теоретического семинара в отделе международных
организаций ИМЭМО АН СССР // Мировая экономика и международные
отношения. 1988. № 9. С. 130, 131; Т у н-к и н Г.
И. Механизм безопасного мира // Правда. 1988. 18 июня.

56 Меморандум о развитии международного права // Советское
государство и право. 1987. № 4. С. 65—66.

57 Introduction to world peace through world law. Harvard univ.
•press, 1973. P. 65.

58 См.: Крылов Н. Б. Подрывные действия США против ООН //
Американский империализм — нарушитель международного права. М.,
1985. С. 87—97.

59 См.: Левищенко А. М. Некоторые аспекты подхода •США к
ООН // Вестник Киевского ун-та: Международные отношения и международное
право. Киев, 1987. С. 46—51.

“”Gardner R. The hard road to world order. P. 556.

61 В 1 а с k С. The future of international legal order. P. 62—63.

62 Ibid. P. 61.

63 Ibid. P. 56.

64 См.: Матвеев В. Европейское сообщество смотрит в бу-Дущее //
Известия. 1990. 7 февраля.

>>>86>>>

66 См.: Коваленко Ю. ЕЭС: плюсы и минусы интеграции //
Известия. 1988. 17 августа.

ie K i m S. The United Nations, lawmaking and world order //
Alternatives. 1985. Special UN commemorial issue. V. 10. № 4. P.
656—658.

67 Ibid. P. 70.

68 Ibid.

69 См.: Т у H к и H Г. И., Мюллерсон Р. А. Принци п.
неприменения силы в современную эпоху // Советское государство и
право. 1987. № 9. С. 99—102.

70 Там же. С. 102.

71 См.: Мовчан А. П. Организация Объединенных Наций и
международный правопорядок. С. 18.

72 Т у н к и н Г. И., Мюллерсон Р. А. Указ. соч. С. 98.

73 Генеральная Ассамблея ООН. Официальные отчеты. 39 сессия.
Дополнение № 1 (А/39/1).

4 Правда. 1988. 9 января.

75 Тункин Г. И. Организация Объединенных Наций 1945— 1965
(международно-правовые проблемы) // Советское государство и право.
1965. № 10. С. 66; ООН и современные международные отношения / Под
ред. Г. П. Жукова.ІМ., 1986. С. 194.

76 ООН и современные международные отношения. С. 196.

77 Меморандум о развитии международного права. С. 64.

78 Там же. С. 67.

79 ООН и современные международные отношения. С. 220.

80 American Journal of International Law. 1987. № 1. V. 81. P.
1—101.

81 H i g h e t K. Evidence, the Court and the Nicaragua case //
American Journal of International Law. 1987. V. 81. № 1. P. 91.

82Christenson G. A. The World Court and jus cogens// American Journal of
International Law. 1987. V. 81. № l. p. 93.

83 Fa Ik R. The World Court’s achievement//American Journal of
International Law. 1987. V. 81. № 1. P. 107.

“Горбачев М. С. Реальность и гарантии безопасного мира//Правда. 1987. 18
сентября.

85 См.: Мингазов Л. X. Эффективность норм международного
права. Казань, 1990. Гл. 3.

86 См.: Агаев Э.. Козырев А. ООН и реальность//
Международная жизнь. 1988. № 3. С. 27.

87 См.: Горбачев М. С. Реальность и гарантии безопасного мира.

88 См.: Ушаков Н. А. ВСМБ и прогрессивное развитие
международного права // ВСМБ и международное право. М., 1987. С.
15.

«9 Henkin L. How nations behave. N.-Y., 1979. P. 190.

90 Essays on international jurisdiction.— Ohio state univ. press, 1961.
Foreword.

91 F a l k R. Jurisdiction, immunities and Act of state:
suggestions for a modified approach // Essays on international
jurisdiction. P. 1.

92 В советской международно-правовой литературе закон США о
национальных суверенных иммунитетах был подвергнут резкой критике как
направленный на подрыв принципа pacta sunt servanda и в связи с этим
представляющий собой опасную практику. (См.:

>>>87>>>

Блищенко1 И. П., Зубков М. Ф. Новое в законодательстве США и
международный правопорядок // США: экономика, политика, идеология. 1979.
№ 5. С. 42—53).

93 F a l k R. The end of world order. P. 20.

94 Kunz J. The changing law of Nations. Ohio, 1968. P. 21.
95McDougal M. S., Reisman W. M. Op. cit. P. 148,

96 M с D o u g a l M. S„ Reisman W. M. Op. cit. P. 148.

97 Ibid.

98 Kim S. Op. cit. P. 645.

99 Ibid. P. 463.

100 Ibid. P. 645.

101 См.: Международное право в документах. M. 1982. С. 90.

102 R e i s m a n W. M. Coercion and self-determination:
Construing Charter article 2 (4) // American Journal of International
Law. 1984. V. 78. № 3. P. 642.

103 В работе преподавателя Сиднейского университета Р. Са-дурска
рассматривается вторая часть данного принципа—неприменение угрозы
силой. Автор приходит к выводу, что статьи 2(4) Устава ООН
недостаточно, чтобы судить о правомерности угрозы силой. (Sadurska
R. Threats of force//American Journal of International Law. 1988.
V. 82. № 2. P. 268).

їм цит по: McDougal M. S. The Dorsey comment: a modest
retrogression//American Journal of International Law. 1988. V. 82. № 1.
P. 51.

105 Тункин Г. И. Теория международного права. М., 1970. С. 265.

56 См.: Правда. 1982. 22 января.

107 А в а к о в А. А., Гринберг А. И. США: курс на подрыв
международного правопорядка // Советское государство и право. 1984. № 6.
С. 86.

108 Там же. С. 86.

109 Б л и щ е н к о И. П., Ш а в p о в В. Ф. Теория и
практика международного права. М., 1985. С. 4.

110 См.: Тункин Г. И. Указ. соч. С. 274.

111 Меморандум о развитии международного права. С. 67.

112 М о в ч а н А. П. Кодификация и прогрессивное развитие
международного права. М., 1972. С. 5; Василенко В. А.
Стратегия международно-правового обеспечения миропорядка //
Вестник Киевского ун-та: Международные отношения и междуна–родное
право. 1984. № 18. С. 9.

113 Фельдман Д. И. Система международного права. Казань, 1983. С.
64; Лихачев В. Н. Пробелы в современном международном праве.
Казань, 1985. С. 39.

114 О роли института ответственности и санкций в поддержании
международного правопорядка см.: Решет о в Ю. А. Борьба с
международными преступлениями и поддержание международного
правопорядка // Международное право и международный правопорядок.
М., 1981. С. 42—53; Василенко В. А. Стратегия
международно-правового обеспечения миропорядка. С. 12;
Фарукшин М. X. Международно-правовая ответственность
государств//Международная правосубъектность. М., 1971. С. 175.

15 Меморандум о развитии международного права. С. 65. 116 Г о p б а ч е
в М. С. Реальность и гарантии безопасного

мира.

117 Документ ООН А(44)191.

>>>88>>>

118 См.: Материалы XXVII съезда Коммунистической партии
Советского Союза. С. 74—76. 19 Правда. 1987. 3 ноября.

120 См.: Верещетин В, С- Советские мирные инициативы и развитие
международного права // XXXI Ежегодное собрание Советской Ассоциации
международного права / Тезисы докл. М.,, 1988. С. 2.

121 П. Радойнов указывает, что успехи интеграции связаны с
правосознанием кадров. Поэтому профессиональным долгом ученых-юристов
социалистических стран является развитие интернационального
правосознания кадров. (См.: Радойнов П. Правовая природа и
значение юридических актов СЭВ // Правовые вопросы деятельности СЭВ.
М., 1977. С. 93—94).

122 На 43-м (внеочередном) заседании сессии Совета Экономической
Взаимопомощи отмечалось, что СССР принял дополнительные решения по
вопросам совершенствования внешнеэкономической деятельности, призванные
существенно усилить заинтересованность-наших предприятий и отраслевых
министерств в более глубоком участии в социалистической интеграции.
(См.: Правда. 1987. 14 октября) .

из Октябрь и перестройка: революция продолжается. Доклад. Генерального
Секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева к 70-летию Великой Октябрьской
социалистической революции // Правда. 1987_ 3 ноября.

124 Правда. 1987. 3 ноября.

125 H o f f m a n n S. Primacy or world order. N.-Y., 1980. P. 186.

126 Ibid. P. 187. ‘» Ibid. P, 312.

128 K a p т а ш к и н В. А. Гуманитарный компонент всеобъемлющей системы
международной безопасности // XXXI Ежегодное собрание Советской
Ассоциации международного права / Тезисы докл.. М., 1988.

123 Необходимо сделать оговорку: правосознание не может заменить
международно-правовые нормы. Как отмечает И. И. Лука-щук, переоценка
правосознания ведет к ослаблению законности и правопорядка. (См.:
Лукашук И. И. Механизм международно-правового регулирования. С.
18). О роли правосознания см. также: Пацация М. Ш. Современное
состояние проблемы международно-правового сознания (методологический
аспект)//Методология исследования теоретических проблем международного
права. Казань, 1986. С. 120, 134.

130 Прогрессивное развитие международного права в современных условиях
связывается, в частности, с укреплением его общности, усилением
механизмов, обеспечивающих безопасность, добровольным
самоограничением некоторых суверенных прав, возрастанием роли механизмов
и институтов интеграции и сотрудничества… См. подробнее:
Верещетин В. С. Указ. соч. С. 7.

131 Правда. 1986. 23 октября.

>>>89>>>

Заключение

Современный международный правопорядок представляет собой важный фактор
международной жизни и дальнейшего развития государств. Его соблюдение
составляет основу мира, безопасности, равноправных взаимовыгодных
отношений между государствами, сотрудничества, взаимообогащения культур,
распространения научно-технических знаний, взаимоузнавания, дружбы,
доверия, оптимального использования природных богатств и борьбы со
стихией и болезнями. В условиях существования мощного разрушительного
оружия международный правопорядок является единственным способом
выживания и кратчайшей дорогой к безъядерному миру. В связи с этим
огромное значение имеет поддержание и совершенствование этого порядка,
сущность которого вытекает из объективных законов общественного
развития. Действие данных законов проявляется сегодня со всей
наглядностью. Разрушение стереотипов отношений, характерных для периода
«холодной войны», укрепление доверия между государствами вселяют надежду
на будущий прочный и справедливый порядок в международном сообществе. В
высших административно-политических кругах СССР и США отмечается, что
расхождения и вопросы, стоявшие перед ними, вполне преодолимы ‘, а их
решение тесно связано с глобальным контекстом, общими проблемами
человечества 2.

Современный международный правопорядок — это мирное сосуществование
государств с различными социально-экономическими системами.
Международным правопорядком будущего должна стать всеобъемлющая система
международной безопасности. В основе перехода от первого ко второму
лежат принципы преемственности, взаимосвязи, постепенности и прочных
гарантий в трех основных сферах межгосударственных отношений:

>>>90>>>

– политической — заключение многосторонних соглашений о мерах по
уменьшению и в перспективе о полном устранении опасности ядерной войны;
расширение и углубление международной политической интеграции;

— экономической — обеспечение экономической безопасности, упрочение
нового экономического порядка и осуществление на этой основе
международной экономической интеграции;

— гуманитарной — гармонизация общечеловеческих^ национальных и
индивидуальных интересов; широкий обмен людьми, идеями, информацией,
научными открытиями и технологическими решениями.

В условиях прочных гарантий укрепление правопорядка пойдет по пути
совершенствования правотворчества и правоприменения в виде
целенаправленного комплекса правомерных действий.

Основы будущего международного правопорядка закладываются в борьбе за
безусловное соблюдение норм международного права и поддержание его
престижа. Исходя из реалий сегодняшнего дня, можно сказать, что
общедемократический характер современного международного правопорядка
ставит его на такую высоту, перед которой преобразования, связанные с
его нарушением, являются фактически шагом назад в развитии
международного сообщества, и определяет основное направление его
укрепления и совершенствования — взаимодействие (а не надгосударственный
диктат) и уважение интересов всех государств и народов при безусловном
приоритете общечеловеческих ценностей.

Стабильность международного правопорядка всецело зависит от
приверженности государств этому основному направлению при всем
разнообразии форм и динамике международного общения. Характерно, что
утверждение международно-правовой зависимости в виде уни-версациализации
норм поведения государств, детализации взаимных прав и обязанностей, а
также расширения сотрудничества в международном сообществе на всех
уровнях3, в значительной степени базируется на уже сложившейся основе
регулирования межгосударственных отношений. Среди них особого внимания
заслуживают экономические отношения. Уже сегодня сотрудничество на
различных уровнях осуществляется в основ-

>>>91>>>

«ом именно в этой сфере. С этой точки зрения международные экономические
отношения можно рассматривать как область, наиболее близкую к
установлению нового мирового порядка, в продвижении к которому
существенным моментом продолжает оставаться согласование внутреннего
права с международным, что в свою очередь требует определенного уровня
развития экономических систем государств, а также реализация положений,
сформулированных в документах об установлении нового международного
экономического порядка.

С развитием и совершенствованием форм экономического сотрудничества
связано укрепление и в известной степени трансформация регионального
правопорядка на основе действующих и вновь создаваемых норм
международного права. Опыт сотрудничества государств ЕС свидетельствует,
что взаимодействие на различных уровнях первоначально по экономическим
может распространиться на сферу политики, финансов, права и др. Он также
говорит о том, что интеграционные процессы могут протекать при
определенных условиях внутри государств. Одновременно с сближением
членов ЕС идет преобразование СЭВ и коренное изменение характера
торгово-экономических отношений между странами Восточной Европы,
которое, с одной стороны, выглядит как дезинтеграция, а с другой —
означает переход к экономическим связям на условиях, принятых во всем
мире, что должно стать новым стабилизирующим фактором международного
правопорядка в целом и правопорядка в Европейском регионе в частности.
Новые политические реалии — Договор об окончательном урегулировании в
отношении Германии (сентябрь 1990 г.), расформирование военных структур
Организации Варшавского Договора, вывод советских войск с территорий
восточноевропейских государств — открывают и новые возможности
сотрудничества в Европе, укрепления европейского правопорядка.

Существенную роль в поддержании международного правопорядка на
современном этапе играет институт контроля за соблюдением международных
договоров, который пронизывает все отрасли международного права. Исходя
из того, что международный правопорядок обеспечивается исполнением
договорных обязательств, связанных как с осуществлением правомерной
деятельности, так и с воздержанием от неправомерной, пред-

>>>92>>>

ставляется, что международный контроль должен распространяться и на
первое, и на второе. Несмотря на то, что он является эффективным
средством стимулирования к соблюдению международно-правовых норм, его
содействие правопорядку носит второстепенный характер. Определяющим
здесь остается добровольное волеизъявление в отношении договорного
обязательства. Более того, прогрессивное развитие международного
сообщества, устранение военной и ядерной угрозы, повышение уровня
международно-правого сознания государств создадут условия, в которых
международный контроль утратит свое значение. Добровольное
волеизъявление и самоконтроль должны стать основой будущего
международного правопорядка.

Примечания

1 См.: Пресс-конференция Э. А. Шеварднадзе//Известия. 1988. 26
сентября.

2 См.: Генеральный замысел — мир, безопасность, гармония интересов:
Выступление Э. А. Шеварднадзе на 44-й сессии Генеральной Ассамблеи
ООН//Известия. 1989. 28 сентября.

3 См.: Колосов Ю. М. К вопросу о примате международного
права//Международное право в современном мире. M., 199I. С. 4—5.

>>>93>>>

ОГЛАВЛЕНИ Е

Введение ……..

Глава 1. Понятие и сущность правопорядка

1. Понятие правопорядка…… 9

2. Особенности и сущность международного правопорядка
………….. 15

3. Порядок и правопорядок в международном
сообществе…………. 2S

4. Подход к мировому порядку и международному правопорядку в
американской и других западных доктринах международного права .
32

Глава 2. Американские проекты преобразования

международного правопорядка 46

1. Изменение круга субъектов международного права………..49

2. Обеспечение централизованного надгосударст-венного
принуждения…….53

3. Ограничение государственного суверенитета 61

4. Создание органа централизованной власти в международном
сообществе…..65

5. Трансформация международного права . . 74

Заключение ……….89

>>>94>>>

Наталья Евгеньевна Тюрина МЕЖДУНАРОДНЫЙ ПРАВОПОРЯДОК (Современные
проекты совершенствования и преобразования)

Редактор С. А. Ярмухаметова

Техн. редактор Г. П. Соколова

Художественный редактор Г. Е. Трифонов

Обложка художника И. И. Рахимова

Корректор Л. М. Самуйлина

>>>95>>>

ИБ № 1711

Сдано в набор 14.11.90. Подписано к печати 26.04.91. Формат 84ХЮ8’/з2-
Бум. типографская № 2. Гарнитура литературная. Печать высокая. Усл. печ.
л. 5,04. Усл. кр. отт. 5,24. Уч.-изд. л. 5,36. Тираж 1200 экз. Заказ
001076. Цена 1 р. 20 к.

Издательство Казанского университета 420008 Казань, ул. Ленина, 18

Ижевская республиканская типография ГКИ УАССР 426057, Ижевск, ул.
Пастухова, 13.

Нашли опечатку? Выделите и нажмите CTRL+Enter

Тюрина H.E. 1991 – Международный правопорядок (книга)